Сплав по реке Чуне, Часть 2 – От Муторая до Байкита

После прилёта в Муторай 16 мая 2017 года, Константину Коханову, пришлось, ввиду отсутствия других вариантов, воспользоваться предложением бывшего мэра поселения Александра Владимировича Зарубина, остановиться для проживания в его доме. Привезённые Константином Кохановым вещи от вертолётной площадки подвезли к дому Зарубина на грузовой машине, вместе с вещами других прилетевших в Муторай пассажиров вертолёта. После того как сумки Константина Коханова были перевезены в дом Зарубина, он сразу же начал их переупаковывать уже окончательно решая, что из них брать с собой в тайгу, а что оставить до следующего года в Муторае или отвезти обратно в Ванавару. Во время этого затянувшегося процесса сортировки вещей и снаряжения, пришёл Степан Копылов, у которого Константин Коханов оставил свою лодку «Романитку-2» и в доме матери жены которого, он думал, как и в прошлом году остановиться для проживания, но этот дом теперь оказался занят сыном Степана, прилетевшим с ванаварским другом на рыбалку. Сын привёз Степану Копылову щенка, который как только спрыгнул с вертолёта, сразу же побежал в посёлок, и теперь Степану пришлось его искать, обходя дом за домом, так что его появление в доме Александра Зарубина, не имело никакого отношения к приезду Константина Коханова. Перед приходом Степана Копылова Константин Коханов уже оговорил с Александром Зарубиным маршрут путешествия по реке Муторайке, причём Александр, предложил продолжить путешествие после возвращения с Муторайки, но уже по реке Кимчу, до озера Чеко.
Константин Коханов путешествия по реке Кимчу не планировал, но так как после путешествия по Муторайке всё равно нужно было возвращаться в Муторай за горячим для подвесного мотора, то уже тогда можно было бы принять окончательное решение, плыть или не плыть ему до озера Чеко. Александр Зарубин был настроен оптимистически и заверил Константина Коханова, что для реализации путешествий по этим двум рекам, главное сразу оговорить «цену вопроса». Зачем ему в такой замысловато-философской форме было оценивать оплату за свои услуги, понять было трудно, и поэтому Константин Коханов спросил его прямо, сколько он ему должен заплатить. После непродолжительного, по местным меркам, раздумья, произведя в голове сложные математические вычисления, Александр Зарубин оценил своё участие в путешествии Константина Коханова, в качестве проводника и «капитана» личной моторной лодки, в 50000 рублей. Константин Коханов согласился, не торгуясь, но при одном условии, что рассчитается с ним на 50% только после окончания первой части путешествия по реке Муторайке. Что касается оплаты горючего, то на первую часть путешествия Константин Коханов сразу дал Александру Зарубину 10000 рублей. В то же время оплату горючего на вторую часть путешествия по реке Кимчу, Александр Зарубин обещал произвести сам, возмещая тем самым прошлогодний долг в 5000 рублей, то есть те деньги, которые он тогда взял у Константина Коханова для тех же целей. Поэтому боясь повторения прошлогоднего запоя, когда Александр Зарубин, оплатил его частью данного ему авансом «гонорара» за несостоявшееся путешествие, затянув время его начала до критического обмеления, для плавания на моторной лодке, реки Муторайки, Константин Коханов принял некоторые меры предосторожности, связанные с оплатой ещё не оказанных ему услуг.
А чтобы к нему со стороны Александра Зарубина не было никаких претензий, Константин Коханов сразу же его предупредил, что если он и теперь вздумает напиться с радости или обмыть с кем-то в Муторае предстоящее путешествие по Муторайке, то эта поездка с ним, будет отменена.
– Да, что Вы, Константин Парфирьевич, я завязал, теперь не пью, и что было в прошлом году, больше не повторится! – обнадёжил его Александр Зарубин. Степан Копылов, судя по улыбке на его лице, явно не разделял оптимизма Александра Зарубина, но предложил перевезти оставленные у него в прошлом году вещи, в дом Александра. Перед тем как пойти со Степаном Копыловым к нему домой, Константин Коханов поинтересовался у Александра Зарубина, есть ли у него кроме пластмассовых бочек канистры для горючего, так как канистры будет легче перетаскивать через пороги, если понадобится, чтобы преодолеть их, разгружать лодку. На предложение Константина Коханова, взять его четыре канистры, Александр Зарубин не отреагировал, но зато сказал, что неплохо бы взять его 3,5-сильный подвесной мотор, на всякий случай в качестве запасного. Константин Коханов не возражал взять на Муторайку свой подвесной мотор, но и канистры, также решил захватить с собой на всякий случай. Чувствовалось, что Александру Зарубину не хотелось идти домой к Степану Копылову, но Константин Коханов настоял забрать свои вещи, мотор и канистры именно сейчас, а не откладывать это нужное дело на завтра. К тому же на следующий день Степан Копылов с сыном и его товарищем, собирался отплыть на рыбалку на своё зимовьё в 60 км от Муторая, вниз по реке Чуне.
Так что Александру Зарубину всё-таки пришлось идти с Константином Кохановым вместе со Степаном Копыловым к нему домой. Не заходя в дом Степана, они сразу же пошли к сараю в конце двора, к стене которого была привязана «Романтика-2» и Константин Коханов сам вынес из него подвесной мотор и канистры. Пока Константин Коханов и Степан Копылов искали в сарае редукторное масло, Александр Зарубин, ничего им не сказав, отнёс подвесной мотор к себе домой. Редукторное масло так и не нашли, было только то, которое Константин Коханов отправил в Муторай в прошлом году, для приготовления топливной смеси. Оставленные Константином Кохановым у Степана Копылова китайские сумки с вещами, тушёнкой и газовыми баллончиками, были погружены в «коляску» мотоцикла «Урал» и Степан Копылов отвёз их к дому Александра Зарубина. Константин Коханов нет, чтобы пройти пешком двести метров до дома Александра Зарубина, сам того не желая, решил испытать острые ощущения от н поездки на мотоцикле. Он наверно сам не понял, почему не отказался от предложения Степана Копылова, сесть сзади его на мотоцикл, и ехать, вцепившись двумя руками в сиденье, рискуя свалиться с мотоцикла, когда он подпрыгивал на кочках или натыкался на рытвины то ли «улицы», то ли муторайского «шоссе».
Выгруженные из «коляски» мотоцикла вещи, Константин Коханов, как только перенёс их в дом Александра Зарубина сразу начал сортировать, укладывая в китайские сумки теперь уже окончательно, деля их теперь, почти на три равные части. В сумки для первой части вещей, укладывалось то, что необходимо было взять для путешествия по Муторайке. В сумки для второй части вещей, укладывались вещи и часть продуктов, которые затем моги пригодиться во время путешествия по реке Кимчу. И, наконец, в сумки для третьей части вещей, вместе с ними, укладывалось всё то, во что нужно будет переодеться в конце путешествий по двум рекам и та часть снаряжения экспедиции, которую нужно будет взять с собой при возращении назад Ванавару и затем из Ванавары в Москву.
В наличии было 12 китайских сумок, шесть больших и средних, и шесть маленьких, которые можно было по две укладывать в большие сумки. Кроме этого были ещё две большие спортивные сумки, одна из которых герметичная предназначенная для сплава по горным рекам. Были кроме этого, ещё два небольших рюкзака и репортёрская сумка. К счастью в доме Александра Зарубина было минимальное количество мебели, скорее не мебели, а того, что принято только считать мебелью, но ей не пользоваться и пространства для сортировки вещей было достаточно. Самого Александра Зарубина дома не было, подвесной мотор лежал на деревянном настиле перед самой входной дверью, явно для того чтобы не забыть залить в него редукторное масло. Хотя привезённые в Муторай вещи были частично отсортированы и упакованы в полиэтиленовые пакеты и сумки ещё в Ванаваре, пришлось вскрывать упаковку и внимательно просматривать, что лежало в этих пакетах и сумках, и дополнять их теми вещами, которые оставались в Муторае. Таким образом, каждый комплект одежды, упакованный для герметичности в несколько вложенных один в другой полиэтиленовых пакетов или сумок, включал в себя одинаковый набор верхней туристической одежды и нижнего белья. А именно, в каждом наборе одежды был шерстяной или хлопчатобумажный костюм, свитер, рубашка, майка, трусы, носки (х/б и шерстяные), стельки для резиновых сапог и головные уборы (летний – кепка и зимний – шапка).
Когда вещи были почти все отсортированы, появился Александр Зарубин, и сказал, что купил бензин, и осталось только развести его маслом и отвезти к реке. Единственно, что насторожило Константина Коханова, это его радость, что удалось купить бензин подешевле и сэкономить на этом «косарь». Радовало только то, что Александр Зарубин был трезв и строил планы, с кем из своих знакомых договориться, чтобы тот, кто из них поедет рыбачить на Муторайку, взял с собой часть предназначенного для их путешествия горючего и выгрузил его в 50-70 км от устья этой реки. Закончив сортировку вещей, Константин Коханов собрал на пружинном основании зарубинской металлической кровати коврик из пазлов «детского тёплого пола». Затем положив на коврик спальный мешок, и под его изголовье зимнюю куртку, он влез в него и сразу заснул, не обращая внимания на работающий за перегородкой комнаты телевизор. По телевизору в то время шла трансляция хоккейного матча сборных по хоккею России и Соединенных Штатов Америки. Александр Зарубин, как истинный болельщик досмотрел хоккейный матч до конца, а затем просто заснул и в каком часу он выключил и или отключился сам телевизор, Константин Коханов утром не стал уточнять, как и результат проигранного сборной России хоккейного матча.
Утром 17 мая 2017 года Константин Коханов три китайские сумки с вещами, предназначенными для путешествия по реке Кимчу, поставил около пружинной кровати, а те которые, решил обратно отвезти в Ванавару, поставил друг на друга у окна. А предназначенные для путешествия по реке Муторайке все сумки с вещами, продуктами и снаряжением экспедиции он вынес в сенцы. Александр Зарубин, когда проснулся, сказал, что сейчас отвезёт горючее к реке, подготовит лодку и подвесной мотор. Не забудь залить масло в редуктор моего подвесного мотора, – напомнил ему Константин Коханов и в очередной раз предупредил, – и не вздумай напиться, чтобы, (он потряс перед ним конвертом с деньгами), чтобы 50 000 тысяч рублей, не остались в твоей памяти, только звуком от шелеста денежных купюр. Деньги я оставляю Виктории Ивановне и скажу ей, чтобы она их подержала у себя до конца нашего путешествия. Александр Зарубин кивнул головой, но попросил не говорить Виктории Ивановне, сколько Константин Коханов ему заплатит за обещанные им услуги.
После этого короткого разговора с Александром Зарубиным, похожего на инструктаж по технике безопасности, Константин Коханов, положив в репортёрскую сумку документы, деньги и полный комплект одежды с туристическими ботинками, предназначенный для возвращения в Москву, пошёл к Виктории Ивановне Горбоуль. От неё он узнал, что её муж Степан с сыном и его другом уже отправились на рыбалку до 30 мая 2017 года. Потом, проявив чисто женское любопытство, она поинтересовалась, – А как там Александр Зарубин, не напился ещё? Нет, – ответил Константин Коханов, – вроде держится, хотя про себя подумал, что чем Чёрт не шутит, неизвестно в каком состоянии он вернётся с речки. После чаепития, Константин Коханов, поинтересовался, где можно купить в Муторае подсолнечное масло. Виктория Ивановна задумалась и сказала, что покупать масло не обязательно, так как одну бутылку она ему может и сама дать. Оставив репортёрскую сумку у Виктории Ивановне, Константин Коханов вернулся в дом Александра Зарубина. Хозяин явно с речки домой не возвращался, судя потому, что у лодочного мотора, лежащего у входной двери, отвёртка с наконечником на ручке под гаечный ключ и сам ключ лежали там же, где их утром положил Константин Коханов.
Минут через сорок появился Александр Зарубин, явно в приподнятом настроении, но только не для работы, потому что, пройдя мимо Константина Коханова, вошёл в дом, с явным намерением лечь спать. Нечто подобное Константин Коханов уже видел в прошлом году, но на этот раз решил изменить сценарий этой, уже ставшей надоедать ему, пьесы. Стараясь не повышать голоса, он опять ему напомнил то, о чём они говорили ещё утром: «Мы, кажется, с тобой договорились, что ты не прикоснёшься к спиртному до конца нашего путешествия, и что же я вижу, опять всё то же, как и в прошлом году, одно желание тянуть время и пить, пока есть что и с кем. Александр Зарубин стал доказывать, что он в полном порядке только ему понятным языком: «А что такого, – можем плыть хоть сейчас». И что, уже лодка готова и в редуктор моего подвесного мотора залито масло? – стараясь опустить его облаков на землю, решил уточнить Константин Коханов, прекрасно понимая, что наступил, как в прошлом году на одни и те же грабли. А, зачем заливать масло в редуктор? – уже явно прикидываясь полным идиотом, снисходительно глядя на Константина Коханова, и делая вид, что не понимает, что от не него он хочет, переспросил его Александр Зарубин. Потому что масло слили в прошлом году и сейчас редуктор пустой, – уже начиная терять терпение, и ещё не повышая голоса, постарался объяснить ему Константин Коханов, зачем нужно залить масло в редуктор подвесного мотора. Ну, и что? – лишь смог ответить Александр Зарубин, стараясь добиться умного выражения лица, и тем самым показать, что он всё равно не понимает, зачем нужно масло в редукторе. Константин Коханов почувствовал, что уже начинает терять терпение, но, сдерживая себя, всё-таки решил окончательно поставить точку в своём ответе Александру Зарубину, «зачем нужно заливать масло в редуктор: «Чтобы не запороть мотор или ты этого не понимаешь?».
«А…, сейчас залью», – пробормотал Александр Зарубин, словно, до него, наконец, дошло, что от него хочет Константин Коханов. И показывая пальцем в сторону сарая, добавил: «Вон там, около сарая, стоит бутылка с редукторным маслом, принеси её. Константин Коханов подошёл к сараю с открытой дверью, внутри которого стоял полуразобранный «снегоход», производства непонятно какой фирмы. На земле рядом с сараем валялось несколько пластиковых бутылок, правда только одна из них была с какой-то жидкостью. Эта? – спросил Константин Коханов. Да! – ответил Александр Зарубин, полусонное лицо которого при этом выражало, явное нежелание, что-либо делать. Константин Коханов передал масло Александру Зарубину, который прилёг рядом с подвесным мотором, как в постели рядом с заснувшей бабой, не дождавшейся от него интимной близости, и поинтересовался, есть ли у него какая-нибудь воронка, шприц или хотя бы тонкая трубка, через которую можно было бы залить масло в редуктор. А зачем? – ответил Александр Зарубин, – я и так налью. Константин Коханов не стал спорить, но, чтобы ускорить процесс, сам выкрутил винты из отверстий заливания и слива масла в редуктор и из редуктора подвесного мотора.
Александр Зарубин начал прямо из бутылки заливать масло в редуктор. Масло было вязким и больше его стекало на корпус подвесного мотора, чем попадало в заливное отверстие редуктора. Александр Зарубин пальцем направлял стекавшее масло обратно в заливное отверстие редуктора, но это было явно бестолковое занятие, к тому же настолько, что даже до него дошло, что это «мартышкин труд». Когда не менее трети бутылки масла, стекло с корпуса подвесного мотора на землю, Константин Коханов выразил свою озабоченность его бессмысленным расходом, в результате которого его может не хватить для заполнения редуктора подвесного мотора. Александр Зарубин, словно не расслышал, что ему сказал Константин Коханов, и ему пришлось снова повторить, что при таком способе заполнении редуктора маслом, его просто может не хватить. Конечно, Константин Коханов всё мог ожидать от Александра Зарубина, но только не ответа, что масла в редукторе уже достаточно. Тут уже терпение у Константина лопнуло окончательно и он подняв с земли отвёртку и показывая пальцем на сливное отверстие редуктора, сказал Александру Зарубину, что он не видел, чтобы масло из него вытекало. Ну и что, – невозмутимо ответил Александр Зарубин и, покрутив рукой гребной винт, и закончил фразу, почти как Галилей или Джордано Бруно, хотя этого не говорили не тот и не другой – «Видишь, она вертится!». Винт и без масла в редукторе вертелся, – не скрывая своего раздражения, – ответил ему Константин Коханов, наживил винты в отверстиях редуктора и закрутил их отвёрткой, а потом, уже не срывая злость на Александре Зарубине, сам охарактеризовал себя далеко не с лучшей стороны: «Какой же я в сущности мудак – два раза наступил на одни и те же грабли». И только после этой самооценки, он, уже не повышая голоса, спокойно сказал Александру Зарубину то, что он, конечно, не мог ожидать:
«Ну, всё Саша, я тебя предупреждал и ты сделал всё возможное, чтобы наша с тобой путешествие по Муторайке не состоялось и теперь оно отменяется и не состоится уже никогда». И тут только началось настоящее представление, а не конец, как думал Константин Коханов, любительской муторайской пьесы. И хорошо, что эта «драма разыгралась в посёлке Муторай, а не на реке Муторайке, где Александр Зарубин мог встретиться со своими однопосельчанами, и потребовать от них продолжение банкета. Могло показаться, что Александр Зарубин сразу протрезвел и всё решил переложить со своей больной головы на не совсем здоровую Константину Коханова, проясняя сложившуюся ситуацию: «Ну, что пожалел 50 тысяч рублей и договорился с кем-то ещё? Да, – ответил Константин Коханов, даже нашёл человека готового отвезти меня бесплатно. Наверно это Степан? – зло, усмехнувшись, сказал Зарубин. Какой Степан, – возразил ему Коханов, – он с сыном уже уехал на рыбалку. Тогда я точно знаю с кем? – не унимался Зарубин установить имя своего «конкурента», но не успел сделать очередное предположение до того, как Коханов, опередил его, избавляя от этого и последующих предположений: «Ни хрена ты не знаешь, потому что тот человек с которым поплывёт Константин Коханов – он сам. И поплывёт он не по Муторайке, а вниз по Чуне до Байкита. Честно говоря, Константин Коханов, говоря это, не совсем был уверен, что это будет действительно так, хотя и допускал, что это действительно так будет. После этого, по сути разрыва всяких дальнейших отношений, Константин Коханов стал выносить вещи из дома Александра Зарубина, и перетаскивать их к террасе дома №13 на Таёжной улице. Благо, что дом матери Виктории Ивановны Горбоуль находился рядом, менее чем в пятидесяти метрах от дома Зарубина, если идти к нему напрямую, не выходя на улицу, мимо рядом стоящего дома по неогороженным между этими домами участкам ещё «неокультуренной» тайги.
Но когда Коханов перетащил пару сумок с подвесным мотором и вернулся к дому Зарубина, то обнаружил, что дверь в дом закрыта изнутри. «Ты, что Александр, совсем потерял человеческий облик и начинаешь мелко мстить?» – начал, повышая голос, чтобы он услышал, говорить ему сквозь щель в двери Константин Коханов, при этом увеличивая силу удара по ней ногой так, что за дверью подпрыгивал стул, который Зарубин использовал в качестве дверного засова. Наконец, Зарубин соизволил ответить, что дверь сейчас откроет, но перед этим сфотографирует вещи, которые Коханов оставил в его доме и как он в его доме насорил. Особенно Коханову понравилось в ответе Зарубина то, что он, оказывается, намусорил в его доме, хотя перед тем как переупаковывать вещи в сумках, он сам подмёл в доме пол, и, судя по количеству выметенной грязи, метла его перед этим, не касалась больше месяца. Правда, дверь Зарубин всё-таки открыл, после этого обмена «любезностями, сразу. На этот раз Константин Коханов сначала все вещи вынес из дома Зарубина наружу и только после этого стал перетаскивать вещи к террасе дома Виктории Горбоуль. А тем временем, Александр Зарубин, захватив с собой фотоаппарат Коханова, пошёл фотографировать окрестности противопожарной полосы и всякий вдоль неё мусор. Бегать за Александром Зарубиным по примыкающей к посёлку тайге Константин Коханов не стал, а перетаскав все сумки, пошёл за ключом от дома №13 к Виктории Горбоуль. По пути к дому Виктории, Константин Коханов, неожиданно повстречался с Александром Зарубиным, который шёл к своему дому почему-то без обуви, но при этом, не сняв носки. Забыл наверно обуться в доме матери, – подумал Коханов, но уточнять не стал, а только попросил вернуть фотоаппарат. Он где-то в доме, – ответил Зарубин. Спорить с ним было бесполезно после того, как Коханов сказал ему, что видел, когда перетаскивал вещи, как он фотографировал достопримечательности Муторая, начиная с противопожарной полосы.
Да, фотографировал, но потом бросил фотоаппарат где-то там, в тайге – можешь его поискать. Спасибо, – ответил ему Константин Коханов, – что обул меня ещё на 10 тысяч рублей. Больше говорить с тобой не о чем, и я надеюсь, что это наш последний разговор. Ты, что умирать собрался? – съехидничал Зарубин. Нет, – ответил Коханов, – просто даже в твою сторону больше смотреть не буду, не то, что с тобой разговаривать! Больше злясь на самого себя, чем на Александра Зарубина, Константин Коханов вошёл в дом Виктории Горбоуль, но и она, к его удивлению и разочарованию, была тоже «навеселе». И вскоре Константин Коханов был уже не рад, что рассказал ей о том, что Зарубин не только напился, но и после того, как понял, что поездка с ним по Муторайке отменяется, взяв его фотоаппарат, пошёл с ним фотографировать достопримечательности Муторая. Тут уж, как и следовало ожидать Виктория Ивановна «полезла в бочку»: «Да, я сейчас пойду к Зарубину, да я у него сейчас заберу фотоаппарат, да я скажу ему всё, что я о нём думаю…». Да и зачем тебе плыть с Зарубиным, когда можно сплавать с Юрой, причём бесплатно. Последние слова насторожили Константина Коханова, и он решил уточнить, с какой это стати, незнакомый ему человек готов на такой бескорыстный поступок. Оказалось, что это не совсем бесплатная услуга, а только в случае, если он подарит Юре свою лодку и подвесной мотор. В прошлом году Константин Коханов предлагал подарить свою лодку и мотор любому, кто отбуксирует его лодку вместе с ним в верховья Муторайки. Тогда желающих не нашлось, даже Александр Зарубин отказался. Напрасно Константин Коханов старался её успокоить и отговорить от желания пойти с кем-то выяснять отношения, а вместо этого лучше дать ему ключ от дома её матери. Ключ она ему дала, при условии, чтобы он освободил дом 30 мая 2017 года, до возвращения её мужа с сыном с рыбалки, но и от затеи сходить к матери Александра Зарубина не отказалась, попросила только обязательно дождаться её возвращения. Ждать пришлось долго, но и результат её визита к матери Александра Зарубина, был действительно впечатляющим. Она не только не принесла от неё фотоаппарат Константина Коханова, но и от лица всего Муторая довела до его сведения, что теперь с ним никто, кроме Александра Зарубина не поплывёт по Муторайке, даже теперь Юра за 20 тысяч рублей. Правда за те же 20 тысяч рублей его может отбуксировать на 200 км вниз по Чуне Владимир Соколов. Чувствовалось, что обсуждало путешествие Константина Коханова по Муторайке, по крайней мере, половина Муторая, но был ли там Владимир Соколов, или других желающих плыть вниз по Чуне 200 км, в этой компании не было, и его просто «сосватали» заочно. Судя потому, как заплетался язык у Виктории Ивановны, «поднесли» ей немало. Константин Коханов еле нашёл повод, чтобы вежливо откланяться и, понимая, что настроение ему в этот день испортили окончательно, начал успокаиваться только после того, как затащил сумки и подвесной мотор с открытой террасы, в дом матери Виктории Горбоуль.

Лишь после того, как была затомлена печь и в электрочайнике закипела вода, настроение улучшилось настолько, что уже за чаем с печеньем захотелось описать впечатления всего этого дня. Так как искать дневник в одной из сумок не хотелось, под рукой оказался пластиковый пакет с космическими снимками реки Муторай и междуречья между этой рекой и Кимчуканом, левым притоком реки Кимчу. Снимки были напечатаны на бумаге форматом А4 с одной стороны. На обратной чистой стороне этих космических снимков и были записаны выше приведённые впечатления от одного дня в Муторае 17 мая 2017 года. Перечитывая на следующий день запись на семи листах, Константин Коханов обратил внимание, что временная последовательность событий была приведена в ней местами не совсем точно, но в то же время практически достоверно выглядели в ней приведённые диалоги, и поэтому из-за таких несущественных мелочей, он отказался тогда от правки первоначального текста.
Рано утром 18 мая 2017 года частично пересортировав вещи в сумках, Константин Коханов сходил к реке Чуне, чтобы выбрать место для стоянки своей лодки «Романтика-2», которая была привязана к стене сарая во дворе дома Степана Копылова и Виктории Горбоуль. Возвращаясь назад с реки он встретил Владимира Соколова и договорился с ним, что он поможет ему перевезти «Романтику-2» от дома Степана Копылова на своём мотоблоке с прицепом на берег Чуни. Сначала он хотел посмотреть лодку, но узнав, что она весит всего 60 кг, пошёл домой за мотоблоком, а Коханов пошёл отвязывать лодку. Во дворе дома Степана собаки, привязанные у забора, сначала залаяли, а потом перестали, когда Константин Коханов отвязав от сарая лодку, поволок её по земле со двора на улицу. Виктория Горбоуль видно спала после вчерашней «вечеринки» настолько крепко, что не услышала ни лая собак, ни шума от протаскиваемой мимо крыльца её дома лодки. Когда Соколов с мотоблоком пришёл к дому Степана, «Романтика-2» была уже готова к погрузке на прицеп. Поставив лодку поперёк на прицепе мотоблока, Соколов и Коханов, придерживая её с двух сторон, повезли к реке и выгрузили невдалеке от того места, которое Константин наметил для её стоянки, за двумя лодками местных жителей. Место было выбрано с таким расчётом, чтобы лодку не было видно со стороны посёлка и тем более с берега, где был сосредоточен почти весь муторайский «флот». Меры предосторожности были не лишними, так как поведение Александра Зарубина было непредсказуемым и что ему придёт в голову сделать с лодкой, если он вздумает опохмелиться, не смог бы предсказать ни один экстрасенс с телевизионного канала «РЕН-ТВ». Не спуская лодку в воду, Константин Коханов пошёл следом за мотоблоком, которым управлял Владимир Соколов напрямую от берега к дому, где он переночевал, за вещами. Перевезли на берег Чуни почти все сумки с вещами и туристическим снаряжением. Остались в доме только подвесной мотор, раскладной стол и две сумки с приборами и посудой, а также с продуктами на два дня, с двумя запасными газовыми баллончиками и с одним комплектом сменной одежды. Как правило, за первые два дня путешествия, всё снаряжение экспедиции пересортируется таким образом, что всё необходимое на каждый день в обычных условиях путешествия, всегда находится под рукой и поисками, что бывает необходимо из продуктов и вещей, искать долго не приходится. Перед тем, как перенести к реке оставшиеся вещи и вернуть ключи от дома Виктории Ивановне, Константин Коханов решил позавтракать. Не успел Константин Коханов усесться за стол, как пришёл в гости Владимир Соколов с предложением отбуксировать его на 200 км вниз по Чуне до ПЧ-2, потому что при встречном ветре спускаться без мотора вниз по реке, по его опыту только мучиться. Как не греби вёслами, лодку начинает кружить на одном месте, даже ветром гнать против течения или относить к берегу. Он уже неоднократно возил туда туристов. И в этом году 13 июня 2017 года в Муторай должен «приехать» к нему, также изучающий проблему Тунгусского метеорита, Владимир Коваль с журналистами из газеты «Комсомольская Правда», чтобы спуститься по реке до Байкита. Будет ли участвовать в этом мероприятии сам Владимир Соколов, Константин Коханов даже тогда не поинтересовался. Он только поблагодарил Владимира Соколова за предложенную помощь, а во сколько она обойдётся ему, он уже узнал вчера от Виктории Ивановны. Честно говоря, ему не жалко было 20 тысяч рублей, но его цель была не поскорее добраться до Байкита, а всё-таки ему хотелось обнаружить хотя бы какие-то следы от падения Тунгусского метеорита. А следы от падения Тунгусского метеорита можно было найти, именно на том участке реки Чуни, мимо которого хотел протащить лодку Константина Коханова «Романтику-2» на буксире за своей лодкой Владимир Соколов. И чтобы не обидеть своим отказом от помощи Владимира Соколова, он сказал ему, что романтика молодости у нормального человека, должна оставаться до глубокой старости, до которой ему ещё очень далеко, как и его другу, которому всего-то 95 лет. Затем просто уговорил его взять за оказанную ему помощь в транспортировке лодки к реке, хотя бы плитку горького казахстанского шоколада, сказав, что лучше шоколада сейчас в Москве не найти. Проводив Владимира Соколова и закончив завтракать, Константин Коханов, перетаскал оставшиеся вещи к реке. Затем он спустил лодку в воду и провёл её вдоль берега за две лодки, причаленные к берегу в метрах ста от места, где были выгружены его вещи и снаряжение. Воткнув штырь кирки с привязанным к нему буксировочным фалом лодки в берег, так, чтобы лодку было удобно загружать вещами и снаряжением, Константин Коханов перетаскал сумки, мотор, раскладной стол и газовую плитку сначала к ней, а потом уже стал, все принесённые вещи и снаряжение размещать непосредственно в лодке. Оставалось только сходить к Виктории Горбоуль, чтобы забрать у неё куртку и репортёрскую сумку-рюкзак с документами и деньгами. Когда пришёл к ней первым делом позвонил жене, но её не оказалось дома. До дочери тоже не дозвонился, Позвонил сыну и сказал ему, что мой маршрут изменился, потому что плыву не вверх по реке Муторайке, а вниз по реке Чуня до Байкита. Также попросил предупредить мать, что ввиду удлинения маршрута, позвоню ей минимум через 10-11 дней, а может ещё позднее, так, что не стоит раньше этого срока беспокоиться. Поэтому и говорить, что плыву один, сыну не стал. Как не отказывался Константин Коханов, Виктория Ивановна накормила его картофельным супом с фрикадельками и яичницей. Видимо она плохо помнила, что было на «банкете» у Зарубиных, и даже удивилась, что дала ему ключ от дома своей матери. Вероятно, что в то время, когда Константин Коханов и Владимир Соколов перевозили лодку и вещи к реке, к ней заходил тот самый Юра, который готов был бесплатно (только за лодку и мотор) отвезти его в верховья реки Муторайки, но вчера, пропустив не менее двух стаканов разбавленного спирта у Зарубина, передумал. Проспавшись, Юра понял, что погорячился со своим отказом. И утром снова был готов оказать, но только уже не «бесплатную услугу», но уже в дополнение к ней за те же 20 тысяч рублей, как и Владимир Соколов, с которым Константин Коханов даже не обсуждал финансовую сторону его предложения, помочь ему спуститься 200 км вниз по реке Чуне. Разве кому-нибудь понять, какие чувства испытывал, слушая, что ему говорит Виктория Ивановна, Константин Коханов, понимая, что теперь все жители Муторая, воспринимают его, как московского мудака. Видя, что человек попал в безвыходную ситуацию, даже Виктория Ивановна, видимо за оказанную помощь, как лучше потратить Константину Коханову деньги в Муторае, напомнила ему, что 21 июня ей исполняется 55 лет, а мужу Степану в августе 65 лет. И она хочет получить от него, в качестве подарка, в металлической коробке чай, причём в коробке, наподобие той, за две тысячи рублей, которую привёз ей Константин Коханов этом году. Но когда до Виктории Ивановны дошло, что в услугах ни Юры и никого другого Константин Коханов больше не нуждается, то попросила его, при встрече с её мужем в зимовье на Чуне, в 60 км ниже Муторая, не рассказывать ему, как она вчера сильно напилась у Зарубиных. Константин Коханов обещал, и сдержал своё слово, хотя ему и было противно врать, зная, что её муж Степан, ему всё равно не поверит.
От Виктории Горбоуль, Константин Коханов пошёл сразу к реке, к месту, где стояла его лодка. За время, которое он провёл у неё, сильно похолодало, стало ветряно и на реке от встречного ветра образовались волны и начали раскачивать лодку. Пришлось её подтянуть ближе к берегу и не только поднять капюшон куртки, на даже затянуть его, завязав тесёмки почти у самого подбородка.

О чём предупреждал Владимир Соколов, Константин Коханов, убедился наглядно и подумал, может всё-таки стоит установить на лодке подвесной мотор и плыть с его помощью при сильном встречном ветре. Вещей было много, и разместить хотя бы ещё две канистры с горючим, казалось было негде, но если переложить снова вещи в лодке, то место для них, конечно бы, нашлось. Но сначала нужно было посмотреть, а есть ли на берегу эти канистры, ведь одно, что сказал ему Александр Зарубин, что он их отвёз на берег реки, и совсем другое – если он тогда только собирался это сделать. Лодка «Казанка» Александра Зарубина лежала перевёрнутой на берегу, подвесного мотора рядом с ней не было, но зато канистры и бочки с горючим стояли невдалеке. Константин Коханов сфотографировал свои канистры, так, чтобы на них была видна их продажная цена. Канистры он решил не брать, всё хорошо взвесив, не только, как их поставить в лодке, но и как заправлять, используя их, подвесной мотор со встроенным в него бензобаком, через каждый час, после начала его работы. Потом подумал, а неплохо заработал Александр Зарубин в этом году, за один день: 10 тысяч – бензин, 10 тысяч – фотоаппарат, 5 тысяч – 4 канистры, всего, если округлить в меньшую сторону – 25 тысяч рублей. Хорошо ещё 50 тысяч рублей, наученный прошлогодним опытом, он ему не заплатил сразу, за ещё не оказанные услуги.

Возвратившись к лодке, Константин Коханов снова переложил все сумки в лодке, затем оттолкнул лодку от берега и в 16:00 отплыл от Муторая. Никто его не провожал, только, когда он перекладывал вещи лодке один из отплывавших на рыбалку местных жителей, поинтересовался у него, почему отправляясь плыть вниз по реке, он не берёт с собой собачку. Собачки мне ещё не хватало, – подумал Константин Коханов, но, чтобы рыбак на него не обижался, ответил, – взял бы, но посадить её некуда.
Встречный ветер, волны, и, кажется, что просто лодку медленно несёт по течению, а от гребли двумя вёслами, нет никакого толка. Без конца приходится выравнивать лодку, когда она словно кружится на одном месте или её то левым, то правым бортом, несёт ветром к берегу. Замёрзли руки, хорошо, что варежки не пришлось долго искать, так как их перед отплытием положил сверху в ближайшую сумку.

В 19:00 КВ (красноярского времени) приплыл к зимовью на левом берегу Чуни.
Лодку причалил вплотную к берегу, не думая, что вода за ночь может упасть и лодка может оказаться на берегу.
Зимовьё, имевшее странный вид, оказалось с неостеклённой верандой, с забитыми железом окнами и без входной двери. Дверь Константин Коханов нашёл под нарами и смог её повесить только на верхнюю петлю, но как ни старался, на нижнюю петлю, её повесить не смог. После того, как дверь в зимовье оказалась закрытой, Константин Коханов нарубил своим топором дров и затопил печь. Затем снял всё, что было на нарах, и покрыл их квадратными пластинками утеплителя – напольным покрытием-пазлами для детских комнат. Потом развернул спальный мешок и положил в изголовье одну из трёх своих зимних курток.

Ужин он приготовил на столе веранды на портативной газовой плитке, разогрев на сковороде содержимое двух банок – гречневой каши с мясом и говяжьей тушёнки. Перед сном принёс воды в чайнике и в полуторалитровой кастрюле, которые оставил на столе веранды. Утром (в 4:50 КВ) вода в кастрюле замёрзла.

На уличном термометре было минус пять. Лодка, покрытая вся инеем, оказалась полностью на берегу, причём днище примёрзло к земле. Константин Коханов даже не попробовал её сдвинуть, а разгружать лодку у него не было никакого желания. За зимовьём, было большое болото, возможно летом частично пересыхающее и проходимое в болотных сапогах.

Приготовил завтрак, к 7:00 КВ температура на террасе была уже +5 градусов С. Координаты зимовья (61,44844; 100,48467). Собрал вещи, снял дверь с входа в зимовьё и снова засунул под нары в том же положении, в котором они там лежали. Перекантовал лодку в реку, не разгружая. Погрузил в лодку взятые в зимовье вещи и кухонные принадлежности – газовую плиту и посуду. Когда отплывал от зимовья, настолько устал, что даже забыл посмотреть на часы, чтобы отметить время, продолжения путешествия.

19 мая 2017 года.

Остановился перед обнажением на правом берегу, у выхода к реке хорошо расчищенного для поездки зимой на снегоходе путика – охотничьей тропы, где ставятся охотниками капканы для ловли соболя. Думая, что выше по тропе может быть зимовьё, поднялся по ней вверх в гору, пройдя не более ста метров. Хотя был налегке, даже без рюкзака, но быстро устал и от затеи дойти до зимовья или хотя бы подняться на гребень обнажения отказался. Про себя подумал, – а собирался с рюкзаком пройти не менее шести километров от реки Муторайки до реки Кимчукан, левого притока реки Кимчу. Вернулся к лодке, прошёлся по берегу в сторону обнажения. На берегу обнаружил много шарообразных и сросшихся камней. Разбил несколько штук, ничего интересного в них для себя не обнаружил. Вернулся к лодке и поплыл дальше. Сразу за обнажением увидел зимовьё. Вышел на берег, чтобы посмотреть, что оно из себя представляет. Зимовьё оказалось сдвоенным – соединённая общим навесом баня и жилое помещение. Думал пообедать в нём, но потом, когда обошёл зимовье вокруг, передумал и решил всё-таки плыть дальше. Оставаться на ночлег в этом зимовье, даже после его генеральной уборки, насколько оно было захламлено, скорее всего всё равно желания бы не возникло. Координаты зимовья: 61,51234; 100,640017. На карте навигатора «Магеллан» в русле реки, прямо по курсу, прорисовывалось S-образное озеро, скорее всего слитное изображение острова и двух рукавов реки. В 20:30 КВ, на правом берегу перед обнажением показалось зимовьё, Закат окрасил примыкающую к зимовью тайгу и всю береговую линию до обнажения в какой-то неестественный яркий красноватый цвет. Вчера даже в варежках было холодно, руки замерзали, а сегодня и без варежек было тепло. Координаты зимовья 61,59527; 100,54996.

20.05.2017 года.

Проснулся в 4:50 КВ. Температура в зимовье + 10,5 градусов С, снаружи на термометре у двери зимовья:
- 5ОС. Прикинул, где нахожусь – зимовьё ниже притока Верхний Гербелёк. Вода в реке опять сильно упала и «Романтика-2» снова оказалась полностью на берегу. В 8:00 КВ пошёл снег, и завалил собой берега реки. Видимость вверх и вниз по реке стала метров сто, даже левый берег напротив зимовья еле просматривался. Температура снаружи поднялась до +2,5 градусов С, причём на этот раз Константин Коханов измерил её по шкале эхолота. Затем эхолот он повесил рядом с термометром у дверей в зимовьё. В 12:00 повалил настоящий снег, крупными хлопьями – Константин Коханов уже подумал остаться на ночлег в этом зимовье, но снегопад, как быстро начался, так и кончился быстро, максимум минут через двадцать.

К двум часам дня погода разгулялась, лодку, частично разгрузив, Константин Коханов перекантовал с берега в реку. Продолжил путешествие в 14:20 КВ. Ради интереса Константин Коханов измерил эхолотом глубину реки, оказалось, примерно на середине, 4,7 метра, при этом температура воды была +12,5 градусов С.

В 16:00 поднялся сильный встречный ветер и от гребли двумя веслами спиной по ходу лодки, не было никакого толка. Если лодку относило к берегу, Константин Коханов грёб к середине реки. Правда в этот день лодку уже меньше кружило на одном месте, как в первый день, но всё равно лодка, можно было сказать, была плохо управляема и, скорее всего, продолжала плыть сама по себе, и только течение реки, всё-таки пересиливало встречный ветер. Единственно чему научился Константин Коханов в этот день – это выравнивать лодку, не спрямляя её путь своей бессмысленной греблей. Когда лодка, попадая в водоворот, начинала разворачиваться, Константин Коханов налегал на вёсла, интенсивно гребя ими, вырывался из этого водоворота и до очередного водоворота, которые следовали один за другим, только выравнивал лодку и плыл по течению реки. При этом он ориентировался по пене на воде, которая словно разметка на дороге указывала явное заметное течение реки, а не подпруженную часть её русла. Константин Коханов предположил, что причиной водоворотов на реке, почти на всю её ширину, был переменный сильный встречный и боковой ветер. Он пришёл к этому выводу, прежде всего потому, что, когда русло реки делало на своём сравнительно узком по ширине извилистом участке резкие повороты влево или вправо и ветер дул в лицо, так как Константин Коханов грёб спиной по направлению движения лодки, то водоворотов и волн практически не было. Самое главное он тогда визуально убеждался, по выбранным ориентирам по берегам реки, что лодка заметно, почти в два раза, увеличивала свою скорость.
В 19:30 КВ Константин Коханов приплыл к зимовью Степана Копылова, (от Муторая, как ему говорили, до него было 60 километров). И уже там, разгружая лодку, он понял, что на предыдущей стоянке забыл свою сковородку, после того как её тщательно вымыл, перед погрузкой в лодку, на берегу реки.

У зимовья встретился со Степаном Копыловым и его сыном, а в зимовье увидел и друга сына, с которым он прилетел из Ванавары. Друг сына, со слов Степана Копылова, не «просыхал» с самого приезда на это зимовьё, но когда Константин Коханов вошёл в зимовьё, он слегка протрезвел. Степана Копылова раздражало, что друг сына вообще не занимался ни рыбалкой, ни даже засолкой уже пойманной рыбы, но терпел этого «халявщика», потому что не хотел ссориться с сыном. Первым делом Степан Копылов поинтересовался у Константина Коханова, – не запила ли, без него жена, в Муторае? Константин Коханов обещал Виктории Горбоуль, что не будет рассказывать её мужу, о банкете у Зарубиных и в каком состоянии она пришла домой от них, что даже утром не вспомнила, как сама дала ему ключ от дома своей матери. Ответ Константина Коханова, что он не видел жены Степана в нетрезвом состоянии до своего отплытия из Муторая, видимо, не убедил его и он только махнув рукой сказал, – ну всё ,чувствую, что теплицу она не протапливала и рассада огурцов с помидорами, замёрзла ( если пересказывать всё, что он сказал, дословно и точнее, то теперь его огурцам пи-дец). Координаты зимовья Степана Копылова: 61,54840; 100, 32733. В зимовье Степана Копылова, хотя и было место для Константина Коханова, где ему можно было переночевать на нарах, лёжа с хозяином зимовья валетом, но не хотелось причинять ему своим присутствием неудобства. Поэтому он поинтересовался у Степана, какое расстояние от него, до ближайших зимовий. Оказалось до ближайшего зимовья на левом берегу 5 километров, но оно в двухстах метрах от берега, и с реки не видно, но, даже хорошо зная, где оно находится, когда стемнеет, к тому же, его будет трудно найти. А следующее зимовьё, где можно будет остановиться на ночёвку в пятнадцати километрах и до него, не трудно было понять, уже явно не хватит сил в этот день доплыть. Только сели ужинать, как приплыли гости – на двух лодках три человека. Гости, чтобы отметить встречу поставили на стол бутылку водки, Константин Коханов пить со всеми не стал, сославшись на свой почтенный возраст и предстоявший завтра ему не простой путь, к тому же на вёслах. Друг сына Степана, почувствовав на столе выпивку, сразу проснулся и ему, видимо, хватило 50 грамм, чтобы снова «отключиться» и не принимать участия в скучном для него разговоре о рыбной ловле. Гости долго задерживаться не стали, и поплыли дальше до ближайшего пустого зимовья. Взвесив всё за и против, Константин всё-таки не стал проявлять свойственное ему благородство, не утомлять никого своим присутствием, и принял предложение Степана переночевать у него в зимовье.

21.05.2017 года.

Константин Коханов встал с нар в 8:00 КВ, причём проснулся раньше Степана Копылова. Когда они со Степаном выходили из зимовья, его сын с другом ещё продолжали спать. Константин Коханов пошел к реке, а Степан продолжил разделывать рыбу, в основном щук. Лодка оказалась опять полностью на берегу, и второй день подряд было хорошо заметно, насколько быстро паводковая вода в реке шла на убыль. Когда проснулся сын Степана, то они помогли Константину Коханову столкнуть, не разгружая «Романтику-2», обратно в реку. Собираясь проверять поставленные сети, Степан с сыном предложили отбуксировать лодку Константина Коханова вместе с ним, до места своей предстоящей рыбалки, точнее проверки и переустановки сетей, но он отказался. Отказ свой от их помощи, он аргументировал тем, что не хочет портить чистоту возможно последнего в жизни эксперимента, связанного с доказательством того, что человек в любом возрасте всегда должен рассчитывать только на свои силы и возможности, а не за счёт других, даже близких друзей, облегчать свою жизнь. Степан с сыном отплыли на лодке проверять сети, а Константин Коханов, ещё раз переложив часть сумок в лодке, отплыл в 9:30 КВ за ними следом. Когда Константин Коханов доплыл до места, где Степан с сыном проверяли свои сети, то они пообещали ему догнать его сразу же за поворотом реки. А не догнали они его, потому что он понял как теперь нужно дальше плыть быстрее, даже при встречном ветре и тем более, если ветер переменный и преобладает боковой. Основной его ошибкой было то, что он стремился плыть ближе к середине реки, а нужно было прижиматься ближе к подветренной стороне на реке (где ветер почти не ощущается, но не не приближаясь к берегу настолько, чтобы течением реки не «прибивало» к берегу). Скорость лодки значительно возрастала, и практически падала до нуля, когда, при повороте русла реки, приходилось плыть к противоположному берегу, потому что подветренная сторона была уже там.

В 14:20 КВ Константин Коханов доплыл до зимовья, которое находилось в 15 км от зимовья Степана Копылова. Координаты зимовья: 61,63231; 100,25591. Зашёл в зимовьё, немного отдохнул, перекусил. Чай из термоса и бутерброд с голландским плавленым сыром (Hochland). Продолжил сплав вниз по реке примерно в 15:00 КВ.
Пять-семь километров пришлось плыть при сильном встречном ветре. Волны с пенистыми гребнями раскачивали лодку так, что Константину Коханову казалось, что он качается на качелях. У него было ощущение, что он спускается с какого-то «неправильного» порога, где вопреки здравому смыслу река не несла лодку на большой скорости с него вниз, а относила лодку при встречном ветре ветром против течения вверх или вообще крутила лодку на одном месте. А тут ещё с неба повалил самый настоящий зимний пушистый снег. Неожиданно сине-серую пелену, которая стала заволакивать небосвод, будто пронзил тускло белый диск и, увеличивая яркость, приобретая при этом явно шарообразную форму, как показалось Константину Коханову, стал догонять его лодку. Фотоаппарат к счастью был включён и Константин Коханов, бросив грести, и сделав несколько снимков подряд, только тогда понял, что фотографировал Солнце. Снег шёл всего несколько минут и затем ещё минут пять поморосил дождь. Видимо зима на этот раз задела Константина Коханова только краем своей непогоды и, передала эстафету ранней весне, но и той было лень окатить его в конце дня холодным ливнем. Вскоре Константин Коханов проплыл мимо зимовья с солнечной батареей на крыше и со спутниковой тарелкой. У берега стояли три лодки, рядом с лодками бегали собаки и громко лаяли, но не на проплывавшего у противоположного берега Константина Коханова, а гоняясь за воронами, которым явно доставляло удовольствие такая игра в догонялки. Людей на берегу не было. Визит вежливости Константин Коханов совершать не стал. К тому же усилился встречный ветер, и плыть к противоположному берегу, ему совсем не хотелось.

Когда он проплывал мимо устья реки Чембекан, то рядом с ним указанного на карте зимовья не заметил, но метрах в двухстах ниже устья всё-таки разглядел небольшую охотничью избушку. Правда, сначала он увидел на берегу пустые бочки из под бензина. И только за ними, в глубине поляны, это мало похожее на зимовьё, сильно покосившееся сооружение.
В 21:30 Константин Коханов причалил к берегу, но не напротив зимовья, а ввиду сильного прибрежного течения, вероятно вызванного впадением в Чуню реки Чембекан, в метрах ста от него ниже. Координаты зимовья: 61,69228; 100,37086.
Зимовьё явно посещалось редко, но в нём было два чурбака, один из которых Константин Коханов использовал по прямому назначению – расколол на поленья и затопил печь. Потом он вышел наружу и на берегу реки нашёл несколько поваленных деревьев. Подтащил их поближе к зимовью, Константин Коханов, сходил за своим топором и к оставшемуся в зимовье чурбаку, добавил порубленные им на части стволы этих деревьев. В зимовье могли переночевать на единственных нарах только два человека и то если легли бы валетом. Правда был длинный узкий стол, для разделки рыбы или дичи, но посуды никакой не было, правда у двери была прислонена к стене небольшая чугунная сковородка. Пол в зимовье был покрыт досками только до нар или наполовину зимовья и было ясно, что в нём останавливались охотники или рыбаки, только, если сильно приспичит. А, судя по пустым железным бочкам от горючего, то оно в основном использовалось, как перевалочная база. Когда 19 мая 2017 года Константин Коханов зашёл в одно из зимовий, то решил не останавливаться в нём на ночлег, «даже после его генеральной уборки», насколько оно показалось ему тогда захламленным, но теперь, по сравнению его с этим, он мог уже посчитать то зимовьё пятизвёздочным отелем.

22 мая 2017 года

Проснулся, на этот раз Константин Коханов поздно, в 10:00 КВ. Печь ночью подтапливал, но всё равно к утру всё тепло из щелей в двери зимовья полностью выветрилось. Правда, снаружи зимовья температура воздуха уже была +6 градусов С. Позавтракал, заварив чай в чайнике и разогрев в кастрюле приготовленную ещё вчера гречневую кашу с тушёнкой. Сапоги, зимнюю куртку и туристический костюм положил на пустые железные бочки, чтобы они прогрелись на солнце и затем пошёл к устью реки Чембекан, которое оказалось в ста пятидесяти в метрах выше зимовья. К самому устью не стал пробиваться сквозь заросли кустарника, а срезал угол и вышел в метрах пятьдесят выше его и затем поднялся по правому берегу Чембекана ещё метров на двести. Прошёл мимо двух поставленных рыбаками сетей. У первой сети, напротив впадающего на левом берегу ручья произвёл измерение координат этого места: 61,69153; 100,37885. Сфотографировав достопримечательности реки Чембекан, Константин Коханов вернулся к зимовью, забрал из него вещи и посуду и отнёс к лодке. Затем он переоделся в одежду, прогретую солнцем на железных бочках, и продолжил своё плавание вниз по реке Чуне.

В 15:20 КВ Константин Коханов проплыл по явно выраженному перекату и вдоль правого берега увидел поплавки от поставленной сети. Он хотел по навигатору определить место переката, но в это время увидел у левого берега две моторные лодки, бочки, развешанные сети свору собак. Невдалеке ниже этого места ждало видимо конца разделки рыбы колония чаек. Как только «Романтика-2» приблизилась к стоянке рыбаков, практически одновременно залаяли все собаки, в том числе несколько щенков. Константин Коханов пристал к берегу, не доплыв до лодок метров пятьдесят и, не обращая внимания на окруживших его собак, пошёл к еле заметным с реки постройкам. Оглядев их со всех сторон, он понял, что это не охотничьи зимовья, а по дороге (точнее, по геологическому профилю), явно перемещались гусеничные вездеходы. Так как рыбаков он не встретил, то можно было сделать вывод, что сейчас они находятся в геологическом посёлке или в избе буровиков, где-то, как минимум в двухстах метрах от тех построек, которые были поблизости от реки. Константин Коханов хотел уже возвращаться, но вдруг увидел идущего по тропе на профиле по направлению к нему человека. Поздоровались за руку, но забыли представиться, когда задавая друг другу вопросы, Константин Коханов о том, что это за место, а рыбак, – куда это он плывёт? Константина Коханова интересовало зимовьё рядом с устьем реки Еробы, и оно, как нельзя, кстати, оказалось именно этого рыбака. Поэтому он попросил разрешения у хозяина зимовья переночевать в нём и может быть задержаться на день с целью переложить и пересортировать вещи в лодке. В этот день уже возникла необходимость, быстро менять одежду, брать необходимые продукты и газовые баллончики без перекладывания с места на место сумок и самое главное быстрого извлечения из сумок того, что было необходимо именно сразу и без причаливания к берегу. Единственно, что попросил хозяин зимовья у Константина Коханова это перед тем, как затопить печь. Убрать рядом с трубой листья и хвою, чтобы избежать пожара, так как он, после зимы в этом зимовье ещё не был и его крышу не чистил.

Около устья реки Еробы, Константин Коханов зимовья не увидел. Солнце светило со стороны правого берега, что затрудняло поиск зимовья и он проплыв от устья Еробы полкилометра самосплавом, снова взялся грести, посматривая поочередно на два берега реки. Неожиданно он услышал шум подвесного лодочного мотора, а затем показалась и сама моторная лодка. В лодке было двое рыбаков. Лодка сбавила ход, и Константин Коханов подплыл к ней на вёслах. В лодке был знакомый уже ему рыбак-эвенк и его толи напарник, то ли его старший товарищ, так как теперь с ним разговаривал этот мужчина, русский по национальности, а рыбак-эвенк только поддакивал. Оказывается то зимовьё, которое Константин Коханов выбрал себе для ночлега, он уже проплыл, а дальше, в 2-3 км от того места, где они разговаривали было ещё одно зимовье, новое, построенное в прошлом году и имело странное название «Ероба-Контейнер». Рыбакам предстояла плыть ещё 60 км вниз по реке для продолжения рыбалки, проверке и переустановке поставленных там сетей. Плыть дальше, после разговора с рыбаками, дальше, Константину Коханову стало сразу значительно веселее. К этому зимовью Константин приплыл приблизительно в 19:00 КВ. А почему он указывает приблизительное время, потому что полчаса перетаскивал в него из лодки свои вещи и после искал место, где привязать свою лодку, чтобы она была не совсем рядом с берегом, но не дальше торчащих из воды кустов. Зимовьё действительно оказалось новым и почему его назвали «Ероба-Контейнер», сразу стало понятным, потому что рядом с ним стоял большой железный контейнер. Перетащив в зимовьё почти все сумки из лодки, Константин Коханов освободил одни нары от матраса и от лежавших на них вещей, переложив их на нары напротив. После этого постелил на них утеплитель «тёплый пол». Затем вскипятил на портативной газовой плитке в чайнике воду, заварил в кружке кофе из пакетика, сделал бутерброд с голландским плавленым сыром и тем ограничил свой ужин. От накопившейся за последние дни усталости, аппетита не было совсем. Хлеба, ещё купленного в Ванаваре, осталось почти полбуханки, и он даже не стал ещё чёрствым и тем более не покрылся плесенью. На реке, прямо в лодке пил чай из термоса с сушками и печеньем. Да и когда ужинал и завтракал в зимовьях, хлеба ел мало, так как не хотелось заедать им гречневую и рисовую кашу со сливочным маслом и говяжьей тушёнкой.

23 мая 2017 года.

Константин Коханов проснулся в 8:30 КВ, в зимовье температура воздуха была +16 градусов С. Снаружи шёл мелкий дождь. Лодка вновь оказалась вся на берегу. Разгружать полностью лодку и переставлять её не стал – сначала он решил позавтракать.

Вскипятил воду в чайнике, добавил в упаковку с говяжьим «дошираком» тушёнку и залил вермишель кипятком. После этого в сковородке, которая была в зимовье, Константин Коханов разогрел рисовую кашу с символическим содержанием в ней мяса, добавив в неё сливочное масло и тушёнку из открытой уже банки, часть которой он уже добавил в вермишель. Доширак Константин Коханов съел, выпил потом кружку чая с сушками, а рисовую кашу с тушёнкой решил оставить на обед. В 11:30 КВ, только он переставил лодку, выгрузив из неё почти всё, приплыл Николай с собакой «Барсиком», прилетевший из Ванавары порыбачить на Чуне, от которого Константин Коханов узнал, что от Еробы с Контейнером до Муторая 120 километров, а от Еробы с Контейнером до охотничьей базы на Паимбе – 170 километров. От него же, он узнал, что два рыбака, с которыми он вчера общался – это Ванька с Ромкой. А Ромка – это, оказывается, был мэр Муторая, которого Константин Коханов, хотя и знал, но почему-то на реке не узнал, может потому, что день клонился к вечеру, а может потому, что внешность человека меняется до неузнаваемости, когда он меняет привычный образ своей жизни. Нужно отметить, что Константин Коханов не удивился, почему собака была названа кошачьим именем. А потому, что раньше чем он услышал шум лодочного мотора, то обратил внимание на шорох за его спиной и, думая, что к нему решил подкрасться медведь, принял меры предосторожности. В одну руку он взял топор, а во второй приготовил к выстрелу пистолет с аэрозольными слезоточивыми патронами. Но шорох вдруг превратился и Константин Коханов, приглядевшись, увидел, что через тальник к нему крадётся, стараясь не шуметь, походкой кота, охотничий пёс.

После разговора с Николаем, Константин Коханов, прикинув какое расстояние он проплыл почти за пять дней, и подумал, что при такой скверной погоде – это совсем неплохо, но по спортивным меркам – просто смешно. Николай думал выспаться в зимовье, насколько он замёрз и вымок в пути, но поискав в нём курево, даже «бычки» у печки за печкой, решил плыть дальше. Желание плыть дальше у него возникло сразу же, после того, как Константин Коханов предложил ему съесть, приготовленную им с утра рисовую кашу с тушёнкой и напоил его чаем с печеньем и сушками. Собравшись плыть дальше, Николай оставил Константину Коханову банку тушёнки, свежи засоленную рыбу (сига и щуку) и большое импортное яблоко. От рыбы Константин Коханов хотел отказаться, но Николай был непреклонен и уговорил её взять. Константин Коханов в свою очередь уговорил его сфотографироваться на фоне зимовья. Николай начал отказываться, говоря, что он сейчас выглядит, как бомж, но когда «фотограф» сказал, что сейчас и он сам, выглядит не лучше, согласился на фотосессию. Константин Коханов проводил Николая до реки, и даже помог ему оттолкнуть гружёную бочками рыбы лодку от берега. Заодно сделал на память ещё несколько снимков отплытия рыбака из Ванавары в Муторай.

Только уплыл Николай, проплыла за ним следом лодка с «Ванькой и Ромкой». Останавливаться они не стали, как и Константин Коханов у зимовья с тремя лодками из-за сильного ветра встречного ветра, причём теперь ещё река сильно заштормила. В этот день даже сделал видеосъёмку штормящей реки и с десяток фотографий с берега, и из окна зимовья. Ветер не стихал, и поднимал на реке, вспенивая волны, до 20:30 КВ.

А вдобавок к сильному ветру, приблизительно с 19:00 КВ, пошёл дождь, сильнее, чем утром, но не ливень. Константин Коханов не знал, что делать с рыбой, Затем всё-таки решил всё-таки зажарить сига. Перед жаркой он почистил рыбу на берегу у ручья, потом тщательно промыл её в ручье, чтобы она была меньше солёной. И только потом он её зажарил в сливочном масле в сковородке на своей портативной газовой плитке. Зажаренного им сига для него одного было явно многовато, но он всё-таки его не спеша, не давая ему остыть, с аппетитом съел.

Потом Константин Коханов определил координаты зимовья: 61,73180; 100,01298. Перебирая содержимое репортёрского трансформера, сумки-рюкзака, Константин Коханов достал из пакета взятые им сувениры – памятные значки его экспедиции «Тунгусской метеорит», расставил их на подоконнике зимовья и сфотографировал на память.

Температура воздуха в зимовье, после того, как была затоплена на ночь печь, была 22,5 градусов С. Погода снаружи зимовья оставалась, если говорить точно, не вдаваясь в детали – хуже не придумаешь. Одно только подняло настроение Константина Коханова, из яблока, оставленного Николаем, и порезанного на кусочки, он в термосе приготовил себе компот. Так дверь в зимовьё плотно не закрывалось, Константин Коханов привязал к ручке двери верёвку, и натянув её с помощью вбитого в стену гвоздя, устранил этот дверной недостаток.
Ложась спать, Константин Коханов не мог подумать, что ещё кто-нибудь может его побеспокоить в этот день, но сон его был неожиданно прерван оттого, что кто-то начал снаружи дёргать дверь. Голосов слышно не было, и можно было предположить, что в гости наведался хозяин тайги, не в меру застенчивый и деликатный. Константин Коханов взвёл пистолет, поднял с пола топор и перед тем как выйти наружу посмотрел в окно. Ему показалось, что мимо окна пробежал белый олень. Когда он вышел из зимовья, то увидел, что к реке, навстречу поднимавшемуся с сумками мужчине, почему-то он сразу догадался в сумерках, шла женщина. Константин Коханов вернулся в зимовьё, зажёг фонарь и поставил на портативную газовую плиту чайник. Кажется, Константина Коханова уже в жизни было удивить нечем, даже встречей с инопланетянами, но на этот раз, он впервые увидел такие светящиеся от счастья лица людей, которые были удивлены его присутствием так, как будто перед ними стоял, спустившийся с небес, их ангел-хранитель.
Понятно, что год на год в Эвенкии не похож. И май бывает с непредсказуемыми погодными условиями, и в начале июня может выпасть снег. Но даже по сравнению с 2014 годом, во время путешествия по Чуне и реке Кимчу до озера Чеко, погода хотя и была скверной, но всё-таки не такая переменчивая, не только в течение дня, но даже в течение одного часа. И главное, не с таким сильным встречным ветром, когда совсем не важно, плывёшь ты по течению реки или против течения, на вёслах или, управляя лодочным мотором. Русло реки это не прямая ровная асфальтированная городская дорога, сориентированная в какую-ту одну сторону, а извилистая, иногда почти с круглыми поворотами и ухабами, виляющая из стороны в сторону грунтовка, которая только, в половодье превращается в водную артерию. Поэтому, иногда, кажется, что плывёшь не вниз по реке, а поднимаешься по ней верх, причём при встречном ветре, с черепашьей скоростью. Николай из Ванавары плыл против течения и при попутном ветре. Вроде бы ветер дул в спину, но лодка подпрыгивала на поднятых ветром волнах, и окатывала его брызгами, и в итоге он вымок, как во время сильного дождя. Супруги Ирина Степанова Ястрикова и Степан Владимирович Богданов плыли к своему зимовью, в котором остановился на отдых Константин Коханов, из Муторая 120 километров 13 часов. Правда, кроме их в лодке был снегоход «Буран» и две собаки, не считая бочек с горючим, продуктов и необходимого для рыбалки инвентаря. Хотя на лодке был установлен 20-сильный японский мотор, но для такой загрузки лодки, даже для плавания по течению, он был явно слабоват, к тому же ещё при сильном встречном ветре. Не удивительно, что они плыли до своего зимовья со скоростью меньше 10 км/час. Замёрзли и насквозь вымокли не только хозяева зимовья, но даже их собаки. Собакам хотелось пить, но они при больших волнах, не рисковали наклоняться к воде, что не свалиться с носа лодки в реку. О своих ощущениях во время этого «путешествия к своему зимовью» Ирина Степановна рассказала Константину Коханову, не только подробно, но и красноречиво. К концу пути её охватили грустные мысли приезда на зимовьё. О том, как они с мужем будут разгружать под дождём лодку, потом перетаскивать вещи в зимовьё, затем топить в зимовье печь и готовить после того, как немного согреются себе ужин. И тут случилось самое невероятное, что могло их ожидать в этот день. Печь зимовья оказалась натоплена случайным гостем, причём и ужин приготовить не составило им никакого труда на его портативной газовой печке. Даже им лезть за тушёнкой в контейнер и искать её там не пришлось. На полке стояла оставленная Николаем банка, в кастрюле ещё оставалась приготовленная Константином Кохановым гречневая каша, да ещё он принёс им оставленную ему солёную щуку. Из предложенного им на выбор (кофе или чай), хозяева зимовья предпочли кофе, а печенье с сушки и так стояли в миске на столе. После ужина он разговорился с хозяевами зимовья, в частности спросил, как «муторайцы» могли выбрать мэром такого пьяницу, как Александр Зарубин. К тому же не только пьяницу, но и, по сути, вора, – добавил Константин Коханов, рассказав хозяевам зимовья, как тот присвоил себе его фотоаппарат. Наталья Ястрикова засмеялась и, отвечая на заданный вопрос, сказала: «Только и избрали его мэром, потому, что в день выборов, все пьяные были». В прошлом году во время выборов, он ходил по Мутораю, не со своей предвыборной программой, а обещая каждому, кто проголосует за его кандидатуру на должность мэра, четыре бутылки водки. Но его всё равно не переизбрали, а выбрали мэром Муторая Ромку из Ванавары. Во время разговора Константина Коханова с хозяйкой зимовья, когда её муж, выходил наружу, в зимовьё забежала мокрая собака (сучка). Кобель пройти в зимовьё мимо хозяина, видимо, не решился. Ну что ж, – сказала хозяйка зимовья собаке, – вижу, что замёрзла, иди к печке, погрейся. Собака словно поняла, что ей сказали, и разлеглась рядом с дверкой печки полу. Через полчаса хозяйка зимовья выпроводила собаку наружу, сказав ей, чтобы она шла к мужу, имея в виду не своего, а кобеля. Спать хозяева зимовья легли на нары напротив нар, занятых Константином Кохановым.

24 мая 2017 года.

Константин Коханов проснулся раньше хозяев зимовья в 6:30 КВ, и стал сразу же переносить, свои вещи на берег Чуни. Когда хозяева зимовья проснулись, то они попросили его передать от них привет в Байките Наталье Степановне Ястриковой (сестре Ирины Ястриковой), работавшей там в школе-интернате. После завтрака, Константин Коханов простился с Ириной Ястриковой и вместе с её мужем Степаном Богдановым пошёл к реке. Степан, чтобы выгрузить оставшиеся в лодке вещи и канистры, а Константин Коханов, чтобы продолжить своё путешествие вниз по Чуне.

Ветра не было, брызгами не окатывало, лодку не крутило, дождь не моросил, снег не падал, даже от гребли испытывал удовольствие, видишь, что действительно плывёшь, а не стоишь на месте, не относит назад и не прибивает к берегу. Светит солнце, тепло, тихо, даже кукушка, спросонья, взглянув на небо (в 11:20 КВ), закуковала, испугалась видно, что проспала эвенкийское лето и полетела в Ванавару отмечать его начало, на праздник «Мучун». В 11:37 КВ Константин Коханов проплыл мимо зимовья со стороны левого берега.

Тем временем небо стало заволакиваться тучами, и периодически начинал моросить дождь. В 14:30 проплыл второе зимовьё со стороны правого берега. Стоит отметить, что зимовья, если плыть вниз по реке, в основном стояли за обнажениями пород по обоим берегам, на расстоянии 5-10 км друг от друга. В 15:22 проплыв одно из таких обнажений, и не увидев за ним зимовья, Константин Коханов понял, что не всегда, отмеченная им закономерность расположения зимовий может соблюдаться. И поэтому к концу дня не стоит, увидев зимовьё рассчитывать, что в километрах пяти ниже, есть другое зимовьё, плыть дальше, чтобы в итоге заночевать на берегу. В хорошую погоду в этом нет ничего страшного, но во время непогоды, лучше переночевать в зимовье, а не в палатке, которую придётся ставить под дождём или во время снегопада. Перед устьем реки Тегенгне, со стороны правого берега реки Чуни, дождь усилился, Поэтому достигнув в 16:25 зимовья на левом берегу, Константин Коханов сразу же причалил к берегу. Казалось бы, зимовьё было полностью не пригодным для ночёвки с открытой рассохшейся дверью, к тому же ещё и без оконной рамы. Увидев, что рама лежит на чердаке и что дверь удаётся плотно закрыть, Константин Коханов начал разгружать лодку и перетаскивать в зимовьё сумки с продуктами, посудой и спальными принадлежностями, утеплителем для нар вместе со спальным мешком, газовой плиткой и запасными баллончиками сжиженного газа. К сожалению, все напиленные у двери зимовья чурбаки были сырыми. Константин Коханов нашел один чурбак немного суше остальных и наколол дров для печки. Затем выбрал сырой чурбак диаметром в два раза меньше, с торчащими во все стороны сучьями. Сучья отрубил, чурбак расколол и положил поленья рядом с печкой для их сушки. Решение остановиться в зимовье на ночлег, оказалось правильным, так как погода начала всерьёз портиться, дождь явно набирал силу, и к тому ветер стал поднимать на реке волны.

Поэтому пришлось быстро достать с открытого чердака зимовья остеклённую раму, вставить её в оконный проём, прижав для надёжности вбитыми в сруб с двух сторон рамы, двумя гвоздями (100 мм), которые были предназначены для изготовления запасных шпонок крепления гребного винта на подвесном моторе.

Термометр у входной двери в зимовья в то время показывал +9 градусов C. Затем Константин Коханов затопил печь, вскипятил на газовой плитке в чайнике воду, залил кипятком лоток с куриным «Дошираком», добавив в него треть банки говяжьей тушёнки. Оставшуюся тушёнку он положил в сковородку, с гречневой кашей (из консервной банки), предварительно добавив в неё для большей калорийности блюда, сливочное масло и затем поставил сковородку на уже горячую металлическую поверхность печи зимовья. На этот раз он впервые использовал туристический котелок с крышкой, и после того, как съел «Доширак» с тушёнкой, переложил в него приготовленную на печке гречневую кашу с тушёнкой, чтобы разогреть её уже в нём и съесть утром во время завтрака. Подмокшую в лодке во время дождя пустую сумку, в которой лежало туристическое снаряжение, повесил сушиться над печкой. Из плиток утеплителя он собрал настил для нар и развернул на нём спальный мешок.
Тем временем погода улучшилась, ветер немного стих, дождь почти прекратился, а спать было ложиться явно рановато и к тому же совсем не хотелось. Поэтому Константин Коханов решил совершить небольшую экскурсию по левому берегу вниз по течению реки Чуни. Интерес вызывал, большой почти кубической формы, который лежал почти у самой воды. Когда Константин Коханов подходил к камню, то перед ним увидел небольшую, как ему показалось вымоину, образованную явно ручьём, но то тем, который протекал в то время через эту вымоину, а когда он был более полноводным, от таявшего на лесистом берегу снега. То, что этот ручей быстро пересыхал, указывало отсутствие у него русла, даже каких-то намёков на него, потому что уже рядом с вымоиной, он образовывал дельту из впадающих в реку едва приметных ручейков. Самое интересное было в том, что почти в середине этой заполненной водой вымоины, на самом дне был хорошо виден шарообразный камень. Константин Коханов сфотографировал этот камень со всех сторон, хотя освещение было никудышное, а при съёмке с фотовспышкой, на снимках ничего, вообще, нельзя было разглядеть. А почему бы этой вымоине не быть метеоритной воронкой? Если прорубь на Чебаркуле, не смотря на все возражения, всё-таки на региональном уровне сразу же признали метеоритной воронкой, то с тем же успехом, почему бы и Константину Коханову не считать и эту на берегу вымоину, также метеоритной воронкой. К тому же все признаки метеоритного происхождения этой вымоины на берегу Чуни, были налицо, после того, как Константин Коханов обошёл эту «метеоритную воронку» вокруг.

После того как Константин Коханов сфотографировал «метеоритную воронку» и на её дне сам «метеорит», он достал его из вымоины и отнёс в зимовье. В зимовье он сразу же сделал несколько фотографий, пока «метеорит» ещё был мокрым и дальнейшее изучение «метеоритного поля», перенёс на следующий день, так как погода опять начала портиться, снова усилился ветер и пошёл дождь.

Теперь уже Константина Коханова, явно, начало клонить ко сну. Подбросив дрова в печь, он переоделся в сухую одежду, а ту, в которой совершал экскурсию по берегу реки Чуни, повесил сушиться на вбитые в стены зимовья, вблизи печки, большие гвозди. Затем, из термоса, он налил себе полкружки горячего чая и выпил его с сушками, а в 21:00 КВ, забрался в спальник и почти сразу, заснул.

( ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)

Рубрика: Таёжные приключения, Тунгусский метеорит | Метки: , , , , | Комментарии отключены

«Джигарханянщина» (Стихотворные сатирические сюжеты из книги Константина Коханова «Бес в ребро»)

Супружеские пары с большой разницей в возрасте – не такая уж и редкость, когда дело касается известных людей. Как говорится, седина в бороду – бес в ребро. А если к этой седине добавить славу и деньги, стрела Амура достигнет горячего сердца юной красавицы еще быстрее, не так ли? Однако не стоит торопиться осуждать «старичков» за похотливость, а «молодух» за меркантильность – ведь настоящую любовь никто не отменял (http://likeshok.ru/zhizn/neravnyj-brak-znamenitye-starichki-so-svoimi-molodymi-zhenami17-foto.html).

«У артистов в семьдесят лет только начинается жизнь полная любовных приключений».

Сейчас ведь семьдесят, не возраст,
Его преклонным не назвать,
Весной пьянит, как в юность воздух,
И в юность хочется назад.

Весной все девушки прекрасны,
От женщин глаз не оторвать,
Во сне они на всё согласны,
Не только дать поцеловать.

Мужья весною жён не видят,
Их мысли жёнам не прочесть,
Они развода не предвидят,
И в шестьдесят, как в двадцать шесть.

Они уверены, куда им,
Мужьям, девчонок соблазнять,
В постель не лезут к пышным дамам,
Их в три обхвата не обнять.

Хотя есть тощие, как воблы,
Но пиво «с воблами», лишь пьют,
И то, когда об стол отдолбят,
Но переспать к ним не идут.

А вот девчонки молодые,
И в восемнадцать даже лет,
Клюют на волосы седые,
В театре по пути в буфет.

Артист, стоящий одиноко,
На сцене очень постарел,
Ему бы водки, а не кофе,
И кто бы душу обогрел.

Любая девушка тут кстати,
Но вот не всякой подойти,
С нескромным вырезом на платье,
Когда ей меньше двадцати.

Сказать лишь пару фраз дежурных:
Я в Вас со школы влюблена,
На все спектакли прихожу к Вам,
Поймите правильно меня…

Артист не то, чтоб озадачен,
Душою даже просветлел,
Нет, чтоб свидание назначить,
За вырез платья посмотрел.

И вдруг, как молния пронзила:
Так вот чего, всю жизнь, он ждал!!!
И всё в жене его, что злило,
Он в кулаке мгновенно сжал.

Размял, потом растёр в ладонях,
И сдунул с них, как порошок,
За сорок лет, чего не понял,
Казалось, знал, что хорошо.

Обнял он девушку, казалось,
А та давно ей не была,
Ему на свадьбе лишь призналась,
Вокруг, как пальца обвела.

А что артист? Не унывает,
Друзьям, – как счастлив, – говорит,
Он даже в восемьдесят знает,
Всё, что с ним было, повторит.

Накоплен опыт разводиться,
И не делить с женой детей,
Чтоб вновь победами гордиться,
И поклоняться красоте.

И в девяносто всем докажет,
Что, как жених, не подведёт,
И чьей-то правнучке покажет,
Что он не только ей споёт.

Гуляет молодость и старость,
В постелях есть, что рассказать,
Неважно сколько жить осталось,
Кто это может предсказать.

Уходят раньше по болезни,
Талантом выше и умней,
Намного обществу полезней,
Кто любит Родину сильней.

Живут подольше, кто беспечен,
И не полезет на рожон,
Кому гордиться в жизни нечем,
И лучше жить за рубежом.

Но исключения не редки
Хотя красиво может, лжём,
Что мужа хвалят не соседки,
А все его пять бывших жён.

Но то закуска под некролог,
На девять, сорок дней и год,
И как бы мужа, век не долог,
Но смерть когда-нибудь придёт.

Артистов вдовы молодые,
Не будут долго горевать,
Придут, помрежи к ним седые,
Мужей ночами отпевать.

И не забудут режиссёры,
Им дать какую-нибудь роль,
Возьмут их в жёны «мушкетёры»,
За то, что с ними спал «король».

Армен Джигарханян (род. 3 октября 1935):

Константин Коханов: «Джигарханян развёлся – хватило бы теперь мужества жениться»

Пора взрослеть, последовать примеру,
Джигарханян развёлся, наконец,
Не умирать, чтоб жалким лицемером,
В гражданском браке, в муках, как подлец.

Поэты музам разве изменяют?
Артист в поклонницах, нашёл свою судьбу,
И наплевать, что восемьдесят – знает,
Он не дурак, стучат, хотя по лбу.

Константин Коханов: «Армен Джигарханян сказал, что разведясь с женой, он поступил честно»

Он подтвердил пока развод,
И поступил, считает, честно,
Он с кем сейчас, нам всем известно,
Но промолчал, хотя не врёт.

Ох, это наше любопытство:
Теперь он с кем, зачем, за что?
Когда всё «вдруг» произошло…
В белье желание порыться.

Вокруг, да около он всё:
Что правдорубец ещё с детства…,
Пожалуй, прав, коль приглядеться,
Упрям, но всё же не осёл.

Ему всё в жизни «неудобно»,
А что «удобно», то страшит,
Ведь кто-то может разрешить,
Прилюдно пукнуть благородно.

Всегда «великим» быть смешно,
И «как всегда играть» – насмешка:
Лишь проходная знает пешка,
Ей быть разменянной на что.

см. «Мир новостей», №40 (1136) от 29 сентября 2015 года, стр.18 (интервью Армена Джигарханяна)

Полностью согласно, я сама хотела написать такой же комментарий 23 часа назад Неприятно читать, когда женятся с разницей в 30, 40, 50, 60 лет!!! Кроме отвращения такой брак, ничего не вызывает
Подробнее: http://www.uznayvse.ru/zvezdyi/75870.html

Константин Коханов: «Молодой незнакомке, на память – пара эпиграмм»

1.
В любви, всем возраст, не помеха,
Коль в ляжках зуд и бес в ребро,
На то бород и серебро,
И в жизни золото успеха,
Чтоб бросить той к ногам добро,
Кто будет в старости утехой.
2.
Не осуждай, что не понять,
Поймёшь, всё в старости глубокой,
Когда настолько одиноко,
Что гробом кажется кровать.

Константин Коханов: «Армен Джигарханян шесть лет назад, чудом не умер, затем шесть лет думал, разводиться ли с женой, которой было наплевать на его здоровье, теперь будет шесть лет думать, а стоит ли жениться на той, которая его спасла»

Пятнадцать лет прожили вместе,
Хотя он был не разведён,
Она с ним в статусе «невесты»,
А он не знал, в кого влюблён.

Шесть лет назад, он еле выжил,
Жена не думала спасать,
Ему «невеста» стала ближе,
И помогла с постели встать.

Шесть лет он думал разводиться,
И вот развёлся, наконец,
А вот захочет ли, жениться,
Пойти с «невестой» под венец?

Шесть лет, наверно, будет думать,
Гадать, как встарь, на молоке…
Он без неё давно бы умер
С кольцом, ей купленным, в руке.

Иван Краско (род. 23 сентября 1930):

Константин Коханов: «Любви все возрасты покорны», Иван Краско тому пример»

«Любви все возрасты покорны»,
Жених за восемьдесят свеж,
Невеста менее проворна,
Ей в двадцать – «старческий рубеж».

Жених в трёх браках был несчастен,
На сорок лет всех старше тёщ,
Не знал в любви, той лучшей части,
Когда жена кто, не поймёшь.

Не только любит, просто хочет,
Ещё не с кем-то переспать,
А мужа просит среди ночи,
Храпеть хотя бы, перестать.

Любовь всегда проходит раньше,
«Старух» за двадцать пять, полно,
Всё ищут тех, кто их постарше,
На шестьдесят лет «пердунов».

Константин Коханов: «Иван Краско старше будущей жены на 60 лет. 9 сентября 2015 года Наталья Шевель стала его законной женой, а 23 сентября 2015 года артисту Ивану Краско исполнилось 85 лет – ошиблись, когда острили, что у него есть шанс, в середине медового месяца, не дожить до этого юбилея».

Семь дней осталось до рекорда,
Краско не нужен ВЕРОМАКС,
На пьедестал взойдёт он гордо,
В четвёртый раз отправясь в ЗАГС.

Не двадцать пять – его супруге,
Ему – не восемьдесят пять,
Ей все завидуют подруги,
Ему друзья – мне их понять.

У них нет практики подобной,
Трёх бывших жён, пяти детей,
Такой осанки благородной,
Таких же съёмных челюстей,

Нет гипнотического взгляда,
Нет мастерства, шутя раздеть,
Так, чтоб студентки, млея рядом,
Нашли путь к женщинам из дев.

Нет Зевса, выпороть Амура,
Стал мальчик слеп и много пьёт,
Из лука вверх, стреляя сдуру,
В Краско, не знал, что попадёт.

Павел, 09.09.2015, 21:18
Думаю, до юбилея он-то доживёт точно, старый Х… (наверно, Хрыч или «Член»)

http://www.kp.ru/daily/26426/3299312/

Константин Коханов: «Мировой рекорд» Ивана Краско в разнице возраста новобрачных»

Прошло двадцатое столетье.
В нём девяностых лихолетье,
В которых вспомнили застой,
И что был Брежнев не плохой.
Повальным блядством не страдали,
И возбуждали лишь медали,
Хотя в стране был дефицит,
Варёной даже колбасы.

Парнас советский и богема,
Был сыт, обласкан на верхах,
Найти лишь «женщину» проблема,
Была мужчинам в мужиках.
Но процветало мужеловство,
И не пугал тюремный срок,
Ведь и в партийном руководстве,
Страной, тот видели порок.

В век двадцать первый – всё иначе,
Любой доступен, стал каприз,
Конечно, если он оплачен,
Не просто в клубе, как стриптиз.
К жене законной нет влеченья,
Какая страсть от вялых ласк,
И для обоих облегченье,
Жена сама, коль развелась,

А муж развёлся, всё иначе,
Хотя обоим лучше врозь,
Жена грозит и горько плачет,
Хотя всем ясно не всерьёз.
Иван Краско всё в жизни видел,
Стал малолеток в жёны брать,
Своим вниманьем не обидел,
Не расторгал и с первой брак.

Но молодой жене «вниманья»,
В постели мало одного,
Ждать только страсти увяданье,
И в перспективе ничего.
Какая этого захочет,
Прослыть «безгрешной и святой»,
Лишь та, кто любит деньги очень,
Смеясь под свадебной фатой.

Десять лет Краско был «счастлив»,
А у жены копилась злость,
В постели выглядел он часто,
Как нежеланный в доме гость.
Нашла утеху в Интернете,
Зашла на сайт потом знакомств,
Там бывший друг её заметил,
И понял, был что, дураком.

Жена ушла, Краско был в гневе,
Но не устроил ей скандал,
Он понял, сам ей, повод дал,
Своим хождением «налево».
Хотелось ласки юных дев,
Коллег на мальчиков тянуло,
Он не испытывал к ним гнев,
Что соблазнить хотят «дедулю».

И вот на восемьдесят пять,
Им накануне юбилея,
Трёх бывших жён уже имея,
Рекорд всемирный даже взят,
Моложе взял на шестьдесят,
Каких-то лет, женою «фею»…
Я осуждать его не смею,
И юмор, может, мой простят.

Аноним, 25 сентября 2015, 12:59
Рекорд не побит! У нефтяного магната Джеймса Говарда Маршалла и модели Playboy Анны Николь Смит – самая большая разница в возрасте: 63 года. Поженившись в 1994-ом году (ему – 89, ей – 26), пара прожила вместе 13 месяцев: в августе 1995-го года Маршалл скончался.

http://piter.tv/event/Ivan_Krasko_ne_dal_zasnut_svoej_molodoj_zhene_v_noch_nakanune_yubileya/

Константин Коханов: «Представим, что журналист поинтересовался у Ивана Краско, что он «завещает» своей «юной» супруге по её настоятельной просьбе»

Ну, чтоб жене не отписать,
Свой геморрой весь с простатитом,
Всю перхать, с ног грибковой сыпи,
Мозоли с пяток, кал, мочу…
Быть может с ней, всё залечу,
А уж потом «озолочу»…
Когда? – Когда-нибудь, простите…

Донатас Банионис – (28 апреля 1924 – 4 сентября 2014)

Константин Коханов: «Родственники не позволили Донатасу Банионису жениться после 90 лет на Ольге Рябиковой, которой было в то время 52 года – не нашли более надёжного способа, чтобы убить или добить уже тяжело больного человека, своей назойливой заботой о его» здоровье.

Хотел жениться Банионис,
Давал о планах интервью,
И пусть над ним смеялся Хронос,
Бог, провожающий нас в тьму.

Отвёл для жизни срок немалый,
Такой другим, не всем иметь,
И наградил всемирной славой,
Что перед ним робела Смерть.

Он шестьдесят лет прожил с Оной,
И без неё, шесть лет скучал,
Но как-то был вниманьем тронут,
Не тем, в семье, что отмечал.

К нему поклонница явилась,
Однажды лишь автограф взять,
Когда взаимности добилась,
Решил её женой назвать.

Как только сделал предложенье,
От свадьбы сын отговорил,
И накануне Дня рожденья,
Любви отцовской нахамил.

Что может немощный и старый,
Вся в прошлом выветрилась прыть,
Ударить отпрыска гитарой,
И то, что есть он, позабыть.

Нет, все стряхнул, в себя, обиды,
И в кому мог бы даже впасть,
Но Смерть клиническую видел,
И настоящей даже пасть.

Любовь вернуть, что можно, думал,
Он ей звонил и умолял,
В итоге выставил лишь дурой,
Публично даже оболгал.

Всё на болезнь, конечно, спишут,
Ведь мог артист, забыть, с кем был…
Инсульт и смерть, лежит не слышит,
Как стонет та, ответ, кто ищет:
За что любил и разлюбил?

Константин Коханов: «У нас лишь могут осуждать неравных браков всю постыдность»

У нас лишь любят осуждать,
Неравных браков всю постыдность,
От них хорошего, что ждать,
Одну лишь чью-то дальновидность.

Артист заслуженный «богат»,
Для многих это аморально,
Но не настолько же реально,
Чтоб быть повсюду нарасхват.

Его богатство – это слава,
Любовь народа и успех,
И пресса жёлтая слащаво,
Его любой опишет «грех»:

Сошёл с ума, на ком женился,
На сорок лет постарше ведь,
До шлюх вокзальных опустился,
Чтоб в их объятьях умереть.

Ну, как артистам быть спокойным,
Скрывают «связи», много лет,
О ком-то вспомнят: «Вот покойник,
Какой в шкафу держал скелет;

Какую женщину он бросил,
А сколько лет ей изменял,
Имел любовниц в жизни восемь,
А в жёны младше внучки взял…».

А что плохого видят в этом,
Насильно ведь, не будешь мил,
Артистов любят и поэтов,
Кто их действительно ценил.

Артист ровесниц уважает,
На сцене любит, в жизни нет,
Средь них души не обнажает,
Своих стыдится с ними лет.

Ответной страсти не дождётся,
Его неправильно поймут,
А Бес в ребре его смеётся,
И соблазняет баламут:
«Ровесниц в жёны не берут,
Всегда находят помоложе,
Чтоб пить шампанское не «Брют»,
Разлив его на дряблой коже;

На юных только тянет дев,
Ещё неопытных и робких,
Которых медленно раздев,
Лишь хлопнуть хочется по попке;

Не торопясь, как на десерт,
Съесть экзотическое блюдо,
Пить кальвадос или абсент,
Смотря на маленькие груди;

Грудей упругость осознав,
Их только с нежностью потрогав,
Смотреть в наивные глаза,
Рукою, раздвигая ноги;

Но, что всё видела она,
На многих сайтах в Интернете,
Как лечь и встать, она должна,
Артисту всё не нужно это.

Её он станет одевать,
Всё также медленно, любовно,
Все части тела целовать,
И только в губы хладнокровно…».

В преклонном возрасте артист,
Он режиссёр и постановщик,
А «дева юная», как лист,
Зелёный из осенней рощи.

Он расправляется легко,
Его и «высушить» приятно,
И положить среди «венков»,
Лишь вставив в рамку аккуратно.

Пройдёт неделя, месяц, год,
У «юной девы» крыша едет,
Артиста пальцы тянет в рот,
Садится голая на шею.

Всё ждёт, когда наступит миг,
Её безумного блаженства,
Не видит рядом, что старик,
Лишь красоты любитель женской.

Чтоб страсти угли в нём раздуть,
Одних форм женских маловато,
Пройти с ним нужно трудный путь,
От мест в парте́ре до кровати.

Спектакли с ним смотреть лет пять,
Дарить цветы, не лезть в объятья,
И перед ним стоять без платья,
Когда он хочет «рисовать».

Быть тем, ему, что не хватало,
Быть той, кто жизнь его продлит,
Ей получить, о чём мечтала,
«Звезду с небес», пока горит.

Надежда Бабкина (род. 19 марта 1950):

Константин Коханов: «Говорят, что «в сорок пять, баба ягодка опять».

Говорят, что «в сорок пять,
Баба ягодка опять».
Вероятно, стала краше,
Как пословица твердит,
А вот Бабкина хоть старше,
Сохраняет «спелый» вид.

Шестьдесят пять, а не скажешь,
Муж гражданский – тридцать лет,
Тут себя, как не намажешь,
Не напудришь – толку нет.

В чём секрет? – диета, фитнес,
Косметолог, кутюрье,
Зайцев и Васильев в кризис,
Обшивают шоу-бизнес,
Обновляют всё в старье.

Чудо мезотерапии,
И французских процедур,
Бабку в девку превратило,
Обнадёжило всех дур.

Учит Бабкина «старушек»,
Экономить, а не жрать,
Подкопить, одеться лучше.
В фитнес-клубе, жир согнать.

Сделать мезотерапию,
И худеть, худеть, худеть,
Найти мужа-простофилю,
На полсотни младше лет.

«Старики» найдут молодок,
При деньга́х, без процедур,
И не любят одногодок,
Не смотря на их гламур.

Константин Коханов: «Мужчинам возраст – не помеха»

Мужчинам возраст – не помеха,
Вступают в брак и в сотню лет
С двадцатилетней, напотеху,
Хотя лишь тем, кто в тридцать «дед»,
Поистаскался жён, меняя,
На баб смотреть стал пожилых,
Уже прекрасно понимая,
Средь них, ещё он, как жених:

Сойдёт за маленького «сына»,
Им мять, отсасывая грудь,
Как массажист, промять, чтоб спину,
Помочь бюстгальтер застегнуть.
Ведь он не муж, а в «жёны» взятый,
Всё стерпит, как послушный раб,
В постели голый и распятый,
Игрушка для гламурных баб.

Он вместо мопса на приёмах,
Всегда с ней должен лебезить,
Подруг расплывшихся и полных,
Ничем не должен разозлить.
В закрытых клубах, роскошь любят,
Но больше ценят выбор дам,
Звездой лишь там, такая будет,
Чей «муж», как внук ей, по года́м.

Кто бы мог подумать, что разрыв семейных отношений Армена Джигарханяна с Виталиной Цымбалюк-Романовской не произойдёт также цивилизованно, как и оформление их брака в ЗАГСе, а после разразившегося скандала с обвинениями в воровстве и в подготовке женой убийства мужа

Константин Коханов: «Вспомним о свадьбе Армена Джигарханяна и Виталины Цымбалюк- Романовской».

Сколько было всякого злорадства, но с моей стороны только пожелания счастья и долгих лет жизни в счастливом браке. Думаю, что мои комментарии того времени, для многих на сайте «Прямой эфир», будут полной неожиданностью. Кому интересно могут прочитать эти комментарии в Интернете, привожу ссылки, а также некоторые комментарии на сайте газеты «Комсомольская Правда».

Константин Коханов: «Армен Джигарханян женился – не осуждать его нужно или завидовать, а только поздравить»

Джигарханян женился всё же,
Надел кольцо, пропал жених,
На человека стал похожим,
Как русский, в сущности, мужик.

Не возраст свадьбе ведь помеха,
И не соседей пересуд,
А что посмотрит не без смеха,
На свадьбу в восемьдесят «друг».

Хотя, что скажут, наплевать всем,
Кто любит сам, и был любим,
И то, что множит пресса сплетни,
У нас по поводам любым.

Жена по возрасту, как внучка,
Сошёл старик сума, твердят,
Не он ей нужен, а получка,
Квартира, дача и театр.

Пятнадцать лет прожили вместе,
Проверке чувств, был срок большим
Без платья белого невеста,
С кольцом из ЗАГСа вышла с ним.

Всё так обыденно и просто,
А многих очень зависть жжёт,
Что лишь друзья на свадьбе гости,
Не те, кто пьёт и только жрёт.

26 февраля 2016 в 20:28

http://skuky.net/106582#comment-450847

Константин Коханов: «Армен Джигарханян, во-первых, артист, во-вторых, достаточно известный и популярный в России, чтобы обижаться на тех, кто не воспринимает его, как артиста и отказывают ему в праве на счастливую личную жизнь».

О, сколько версий о корысти,
Что брак формальный говорят,
Что в нём любви ни капли чистой,
Всё не устанут повторять.

Одни лишь ссылки на кого-то,
Своё, кто имя, плюнув, скрыл,
И с умным видом идиота,
Плевок растёр, чтоб больше был.

Джигарханян, не Макаревич,
Он, где не нужно, не поёт,
Не ждёт, что бросят в шапку мелочь,
Не побираясь, проживёт.

Его, кто любит, кто не любит,
Но всем никто не угодит,
Но больше тех, кто не забудет,
Артиста поблагодарить.

26 февраля 2016, 21:14

http://www.kp.ru/daily/26498.4/3366467/

Константин Коханов: Достойным ордена «За подлость».

Джигарханяна «утопить»,
В «Экспресс-газете» кто-то хочет,
Сума сошёл, – один вопит, -
Другой – плюётся и хохочет.

Но, как себя он поведёт,
Коль доживёт до девяноста,
И Смерть невестою придёт,
Вся в белом, долгожданной гостьей.

И скажет, – всех ты осуждал,
В неравных браках видел корысть,
Развёлся… и меня лишь ждал,
Чтоб сдохнуть с орденом «За подлость».

http://www.kp.ru/daily/26498.4/3366467/

P.S: Не воспринимайте этот стихотворный комментарий, как мой упрёк в Ваш адрес. Не Армен Джигарханян виноват в том , что Вы получаете зарплату в 1000 раз меньше его, а те, кто, хочет натравить Вас на него или на Олега Табакова.

3 марта 2016, 10:39, Татьяна
Потеряла всякое уважение к Джигарханяну. Как может пианистка стать директором театра, это из той же оперы, как гражданское лицо стало министром обороны. Актер особо и не был великим, а после этого всего осталось сомневаться в показателях разума. Стыдно и противно
Старый Оскол, Белгородская область, Россия
ОТВЕТИТЬ

3 марта 2016, 13:52, Konst.Koxanov
Константин Коханов: Театр не магазин или рынок, туда голод (даже духовный) ходить не заставляет.

Куда не глянь, у нас проблемы,
В театры можно не ходить,
Ведь в наше «путинское время»,
В партере некого «будить».

Цена билетов, как зарплата,
Не хватит денег на балкон,
Сейчас искусство для богатых,
Со сцены только им поклон.

В театр ходить не заставляют,
Богатым вскоре надоест,
Им наслажденье доставляет,
Лишь на дом вызванный оркестр,

В их спальнях пьесы постановка,
В ней режиссёров правки в текст,
В постели бурная концовка,
Любовь и оптом и в развес.

Артистов всюду осуждают,
Они всегда ведь на виду,
И кто поймёт, когда страдают,
В любовном корчатся бреду.

http://www.kp.ru/daily/26501.3/3368043/

3 марта 2016, 09:50, Konst.Koxanov
Константин Коханов: «Цимбалюк-Романовская готова родить от Джигарханяна…», и вполне может дождаться с ним не только внуков, но и правнуков.

Не только думают о детях,
Уже о внуках говорят,
Сто двадцать лет Армен отметит,
Ему те правнуков родят.

http://www.kp.ru/daily/26501.3/3368043/

5 марта 2016, 21:36, Konst.Koxanov
Константин Коханов: Уже начали злорадствовать, что через десять дней после свадьбы Армен Джигарханян попал в больницу.

Больница, Загс, опять больница,
Таков любви круговорот,
Возможность есть омолодиться,
А может быть наоборот.

Ещё состариться сильнее,
Сгореть в объятиях жены…
И пусть поплачет Дульсинея,
Своей, не чувствуя вины.

Под старость рвутся в Дон Кихоты,
На молодых потянет баб…
Джигарханяну неохота,
Всем показать, как он ослаб.

Кому-то старость только в радость,
Кому-то страшно постареть,
От жизни чувствовать усталость,
И в одиночестве ждать смерть.

Что молодому не досталось,
Что в среднем возрасте не взял,
Само, коль свалится под старость,
То упустить уже нельзя.

И пусть считают сумасшедшим,
И крутят пальцем у виска,
На зло, всем счастья не нашедшим,
Любовь не старит старика.

http://www.kp.ru/daily/26502.5/3369919/

6 марта 2016, 08:27, елена
Бедная Виталина! Отказалась от нормальной семьи и от детей. А если он проживет ещё 10 лет?
Красногорск, Московская область, Россия

7 марта 2016, 12:18, Konst.Koxanov
Константин Коханов: «Если у самой женщины жизнь не сложилась или сложилась не лучшим образом, у неё всегда есть возможность позлорадствовать по поводу других женщин, которые в отличие от неё, своей судьбой довольны».

Зачем же так завидовать,
Вам явно не везёт,
Любви совсем не видели,
Прожить бы Вам с ней год.

На десять лет загадывать,
Что Виталине ждать,
В дверную щель подглядывать,
Самой же увядать.

http://www.kp.ru/daily/26502.5/3369919/

7 марта 2016, 11:36, Витязь
Ясно о чем думала его невеста, выходя за него. Только о завещании.
Сыктывкар, Республика Коми, Россия

https://www.kp.ru/online/news/2327057/

7 марта 2016, 12:55, Konst.Koxanov
Константин Коханов: Джигарханян просто не долечился и причина его болезни, конечно, не любовь его молодой жены.

Так, что случилось, в самом деле,
Конечно, точно не узнать,
Брак не продлился и недели,
Счастливым, нужно нам признать?

Лет десять их все чувства тлели,
Пять лет, уже горел огонь,
«Друзья» злорадно руки грели,
Его все ждали похорон.

Не оправдал надежд, женился,
Не рассчитал немного сил?
Неправда! – он не долечился,
Лишь врач на свадьбу отпустил.

http://www.kp.ru/online/news/2327057/

Konst.Koxanov (март, 2016)
Константин Коханов: «Армен Джигарханян один за всех в ответе».
#####
Откуда эта неприязнь –
Неописуемая злоба,
Обидно, счастливы, что оба,
И чьей-то радости боязнь.
#####
Джигарханяну нет покоя,
Забыт Краско и Табаков,
И всё про Этуша плохое,
Что было в сплетнях мудаков.

http://pryamoj-efir.ru/pryamoj-efir-30-10-2017-zhena-i-teshha-dzhigarhanyana-tajno-sbezhali-iz-rossii/#comment-179265 (размещённый комментарий убрали модераторы сайта «Прямой эфир», но остались отклики)

Елена Мирт:
30.10.2017 в 19:45

Хватит графоманить….

Парфирич:
30.10.2017 в 23:45

Константин Коханов: Елена Мирт, что значит «хватит»? Однако может Вы грузин? Хотя он может только платит, Вам на заправке за бензин.

На вкус и цвет, не Вам ссылаться,
Хотел над Вами посмеяться,
Ведь я же, всё же, графоман,
Полез за словом лишь в карман,
А там платок и стал сморкаться.

Константин Коханов: Написал «очень большой комментарий» с подборкой своих стихотворных фельетонов о свадьбе Армена Джигарханяна и только тогда понял, что все комментарии отправляются на модерацию.

И многое стало понятно, хотя смутно догадывался по преобладанию женщин на сайте «Пусть говорят», что плюрализма мнений на нём на копейку, а личного мнения модераторов на сто рублей. Как говорила в фильме «Золушка» мачеха: «Жалко королевство (сайт «Пусть говорят») маловато, разгуляться мне негде. Ничего, я поссорюсь с соседями. Это я умею!». Думаю, что некоторые на сайте «великосветские дамы», так именно и считают. В начале моего большого комментария было сказано: Вспомним о свадьбе Армена Джигарханяна и Виталины Цымбалюк-Романовской. Сколько было всякого злорадства, но с моей стороны только пожелания счастья и долгих лет жизни в счастливом браке. Думаю, что мои комментарии на сайтах Интернета, того времени, для многих на сайте «Прямой эфир», будут полной неожиданностью. Кому интересно могут прочитать эти комментарии в Интернете, привожу ссылки, а также некоторые «интересные» комментарии (не свои) на сайте газеты «Комсомольская Правда».

Константин Коханов: «Армен Джигарханян женился – не осуждать его нужно или завидовать, а только поздравить»

Джигарханян женился всё же,
Надел кольцо, пропал жених,
На человека стал похожим,
Как русский, в сущности, мужик.

Не возраст свадьбе ведь помеха,
И не соседей пересуд,
А что посмотрит не без смеха,
На свадьбу в восемьдесят «друг».

Хотя, что скажут, наплевать всем,
Кто любит сам, и был любим,
И то, что множит пресса сплетни,
У нас по поводам любым.

Жена по возрасту, как внучка,
Сошёл старик сума, твердят,
Не он ей нужен, а получка,
Квартира, дача и театр.

Пятнадцать лет прожили вместе,
Проверке чувств, был срок большим
Без платья белого невеста,
С кольцом из ЗАГСа вышла с ним.

Всё так обыденно и просто,
А многих очень зависть жжёт,
Что лишь друзья на свадьбе гости,
Не те, кто пьёт и только жрёт.

26 февраля 2016 в 20:28
#####

http://skuky.net/106582#comment-450847

http://pryamoj-efir.ru/pryamoj-efir-30-10-2017-zhena-i-teshha-dzhigarhanyana-tajno-sbezhali-iz-rossii/#comment-179310

Константин Коханов: Оказывается, Джигарханян и Цымбалюк поссорились из-за ребёнка, а все думали, что из-за денег, или из-за трёх квартир, или из-за неудачного репертуара театра.
#####
Джигарханян упёрся «рогом»,
Не разрешал жене рожать,
Он оказался мужем строгим,
И не давал ей возражать.
#####
А ей детей хотелось очень,
Армен не думал уступать,
И был союз, хотя их прочен,
Предпочитал отдельно спать.
#####
Один, где хочет, а не оба,
Там нет терпения до гроба,
Лишь раздражение одно,
Обида гложет и особо,
Страдает «Женская особа»,
В мужское вляпавшись говно.
#####
Хотя не всё так однозначно,
Раздут супругами скандал,
И кто из них в контракте брачном,
Такой сюжет предугадал?
#####
Кто обворован? Где квартиры?
Ведь сам артист теперь, как бомж,
И пресса лезет во все дыры, -
Кого осудит за грабёж:
#####
Жена «воровка» для Армена,
Для Виталины, муж «больной»,
Что нужно им, какого хрена,
На чей язык их «заливной»?

24 октября 2017, 05:06, 123 (сайт КП)
Бряво, бряво! Сягнясня! Сито писят пирасент! Пакланаюс и пилячу! На гастроли в толерастный небезопастный Азербяджянь, да? Дададаадада, и ешё раз дадададададада, даа?
Лондон, Великобритания

25 октября 2017, 19:08, Парфирич (сайт КП)
Константин Коханов: Когда три цифры, как три буквы, воспринимаются, как мат, лишь «под развесистою клюквой» язык вставляют в банкомат.

«Сто двадцать три», добавь «четыре»,
И будешь самым «умным» в мире,
А коль добавишь ещё «пять»,
Себя сам можешь облевать.

https://www.kp.ru/daily/26747.5/3776061/

http://pryamoj-efir.ru/pryamoj-efir-26-10-2017-armen-dzhigarhanyan-ya-ne-hotel-rebenka-ot-molodoj-zheny/

Парфирич:
29.10.2017 в 09:16

Константин Коханов: История с «обворованным Джигарханяном», обрастая противоречащими подробностями, причём со стороны обоих главных действующих лиц, плавно перешла сначала из «драмы» в «комедию», и в итоге стала выглядеть, не иначе, как «фарс». Или, проще говоря, как театральная пьеса, чисто бытового комедийно-сатирического характера, при просмотре которой зрители удивляются нелепостям, запутанности и абсурдности её сюжета.

Маразм крепчает к девяноста,
Хотя не все и доживут,
Жениться в семьдесят не просто,
Любовь и в восемьдесят ждут.

Тогда и возраст подходящий,
Под сорок женщин завались,
Любовь бывает настоящей,
Намного чаще, на всю жизнь.

И пусть невеста младше внучки,
И сын порой пенсионер,
И сам жених пять дней в отключке,
И на шестой нассыт в постель.

Вся прелесть в этом мезальянсе,
Невесте нужно потерпеть,
Дойти до ЗАГСа в ритме вальса,
И оттянуть супруга смерть.

Ему эротики лишь хватит,
И на ночь только пары клизм,
Чтоб всё, что нажил, с ней потратил,
Дорастрепав свой организм.

Армяне медленно стареют,
Джигарханяну повезло,
Когда в тазу лишь ноги греют,
Он вдруг женился всем назло.

Ведь отговаривать не стали,
И так он жил, с той Цимбалюк,
И не валетом они спали,
И в брюках оба и без брюк.

Но, что она в постели сверху,
И то, что он всегда под ней,
Всей труппе стало не до смеха,
С женой Армена, с первых дней.

Он ей дела передоверил,
И стал в театре, как рантье,
И лишь указывал на двери,
Тем, кто смириться не хотел.

Как он скатился в голодранцы,
Сказать, желаньем не горят,
Из шоу-бизнеса засранцы,
Для передач «Пусть говорят».

Собянин, может быть, поможет,
Лужков всегда ведь помогал…
Искусство Родины дороже,
И тот, её кто, оболгал.

Страна «культурою» богата,
«Артист» в почёте, «музыкант»,
И все «Весёлые ребята»,
Пусть без намёков на талант.

И чаще всё, «герои сцены»,
В реальной жизни игроки,
И раскрывая свои цели,
Ведут себя, как дураки.

Ещё до «расследования хозяйственной деятельности театров», я уже неоднократно в своих комментариях отмечал и говорил: Семейный бизнес Армена Джигарханяна, в основном за государственный счёт, оказался в руках его «юной» супруги и может стать предметом уголовного дела и не только чисто семейного, по дележу совместно нажитого имущества, но и в части «отмывания» бюджетных средств. Наконец-то стали говорить о долгах театра Джигарханяна и о том, как Виталина Цымбалюк их погасила и театр стал рентабельным, но за счёт чего, не уточняется и поднимаемые по этому поводу вопросы, заглушаются воплями, что «великому артисту» нужно помочь, «желательно деньгами».

Парфирич:
28.10.2017 в 22:50

Константин Коханов: Я писал уже о первом разводе «великого артиста» ещё 30.09.2015 года. Тогда мой стихотворный фельетон был опубликован на нескольких сайтах. Сам же о своём предыдущем разводе Армен Джигарханян тогда сказал, что разведясь с женой, он поступил честно. При этом он не особенно громко возмущался, что средства от продажи особняка в США достались только Татьяне Власовой и до такой истерики в прессе и на телевидении, как накануне развода с Виталиной Цымбалюк, дело с разделом имущества, всё-таки не дошло:

Он подтвердил пока развод,
И поступил, считает, честно,
Он с кем сейчас, нам всем известно,
Но промолчал, хотя не врёт.

Ох, это наше любопытство:
Теперь он с кем, зачем, за что?
Когда всё «вдруг» произошло…
В белье желание порыться.

Вокруг, да около он всё:
Что правдорубец ещё с детства…,
Пожалуй, прав, коль приглядеться,
Упрям, но всё же не осёл.

Ему всё в жизни «неудобно»,
А что «удобно», то страшит,
Ведь кто-то может разрешить,
Прилюдно пукнуть благородно.

Всегда «великим» быть смешно,
И «как всегда играть» – насмешка:
Лишь проходная знает пешка,
Ей быть разменянной на что.

Смотри «Мир новостей», №40 (1136) от 29 сентября 2015 года, стр.18 (интервью Армена Джигарханяна)

Парфирич:
28.10.2017 в 21:06

Константин Коханов: В России театры после 1990 года, как об этом уже много раз говорили, писали и возмущались, стали частным бизнесом за государственный счёт. И Армен Джигарханян, совсем не наивная овечка, чтобы его жалеть и только осуждать его жену.

Пожалеть Джигарханяна?
Как его не пожалеть,
Жертвой стал артист обмана,
Как ему не заболеть.

От жены был просто выкран,
И в больницу отвезён,
За него не просят выкуп,
Кто мог дать? – один Кобзон.

Говорит, что обворован,
Он был собственной женой,
Не был лаской избалован,
Так с ней было тяжело.

Передал ей всю жилплощадь,
И открыл ей в банке счёт,
Всё казалось ему «общим»,
Но попутал видно Чёрт.

Чтоб вернула половину,
Просит, зная не отдаст,
Проклинает Виталину,
Разобраться просит власть.

Юридически всё верно,
Сам себя перехитрил,
Правды капля, лжи цистерна,
Даже Ургант не сострил.

А болезнь его называется просто — патологическая жадность.

Парфирич:
29.10.2017 в 08:50

Константин Коханов: История с «обворованным Джигарханяном», обрастая противоречащими подробностями, причём со стороны обоих главных действующих лиц, плавно перешла сначала из «драмы» в «комедию», и в итоге стала выглядеть, не иначе, как «фарс». Или, проще говоря, как театральная пьеса, чисто бытового комедийно-сатирического характера, при просмотре которой зрители удивляются нелепостям, запутанности и абсурдности её сюжета.

Маразм крепчает к девяноста,
Хотя не все и доживут,
Жениться в семьдесят не просто,
Любовь и в восемьдесят ждут.

Тогда и возраст подходящий,
Под сорок женщин завались,
Любовь бывает настоящей,
Намного чаще, на всю жизнь.

И пусть невеста младше внучки,
И сын порой пенсионер,
И сам жених пять дней в отключке,
И на шестой нассыт в постель.

Вся прелесть в этом мезальянсе,
Невесте нужно потерпеть,
Дойти до ЗАГСа в ритме вальса,
И оттянуть супруга смерть.

Ему эротики лишь хватит,
И на ночь только пары клизм,
Чтоб всё, что нажил, с ней потратил,
Дорастрепав свой организм.

Армяне медленно стареют,
Джигарханяну повезло,
Когда в тазу лишь ноги греют,
Он вдруг женился всем назло.

Ведь отговаривать не стали,
И так он жил, с той Цимбалюк,
И не валетом они спали,
И в брюках оба и без брюк.

Но, что она в постели сверху,
И то, что он всегда под ней,
Всей труппе стало не до смеха,
С женой Армена, с первых дней.

Он ей дела передоверил,
И стал в театре, как рантье,
И лишь указывал на двери,
Тем, кто смириться не хотел.

Как он скатился в голодранцы,
Сказать, желаньем не горят,
Из шоу-бизнеса засранцы,
Для передач «Пусть говорят».

Собянин, может быть, поможет,
Лужков всегда ведь помогал…
Искусство Родины дороже,
И тот, её кто, оболгал.
#####
Страна «культурою» богата,
«Артист» в почёте, «музыкант»,
И все «Весёлые ребята»,
Пусть без намёков на талант.
#####
И чаще всё, «герои сцены»,
В реальной жизни игроки,
И раскрывая свои цели,
Ведут себя, как дураки.

http://pryamoj-efir.ru/pryamoj-efir-27-10-2017-teshha-dzhigarhanyana-zyat-sdelal-moyu-doch-neschastnoj/

Парфирич:
29.10.2017 в 21:16

Константин Коханов: Не хотелось бы плохо думать о друзьях, о жёнах Джигарханяна и о нём самом, но складывается впечатление, что все только и ждут трагической развязки этой семейной склоки.

«Джигарханянщиной», назвали эту драму,
Сценарий до конца не утверждён,
«Накладки» есть с массовкой не дешёвой,
И хочет предоплаты режиссёр.

Казалось бы, хватает компромата,
Ещё немного и продолжат трёп,
Для «Худрука» в больничную палату,
«Тропа» ещё, не скоро, зарастёт.

Развязки ждёт, трагической, Малахов,
На роли, чтобы конкурс объявить,
Попа позвать, отпеть его монахов,
И в Ереван поехать хоронить.

Ответить »

Ludmila:
29.10.2017 в 22:00

Трагической ? Это тогда, когда неожиданно. А когда всё было предсказуемо? Думаю, что здесь что-то среднее между мелодрамой и комедией. «Джигарханянщина» на 5+.

Ответить »

Виктори77:
29.10.2017 в 22:55

Парфирич, вы думаете это остроумно? Нет. Грубо, топорно с большой долей самолюбования. Главное – не понятно зачем. И с русским языком у вас проблемы… Я далеко не фанат актера Джигарханяна, да и вообще кумиров не имею. Но интересно, что творится в голове у человека, который написал последний абзац этих вирш?

Ответить »

Парфирич:
29.10.2017 в 23:37

Константин Коханов: «Виктори77», отвечаю, как номеру автобусного маршрута.

Спасибо «доктор» за диагноз,
Проблемы с русским – это грех,
И коль лишь в том, всей жизни, важность,
Для Вас – надейтесь на успех.

Топорно, грубо, бестолково,
Бездарно, глупо, ерунда,
Найти похлеще можно слово,
Но два связать вам, никогда.

Ответить »

Виктори77:
29.10.2017 в 23:57

Как номер автобусного маршрута, отвечаю вам: проехали Малаховку без остановки.
Ну и вам двустишие:
Когда два слово не связать,
Не надо лезть в поэты…

OD:
30.10.2017 в 00:03

Xa-xa-xa «Kохановкy» проезжаем тоже…

OD:
29.10.2017 в 23:49

Поддерживаю, Виктория 77.
«Топорно, грубо, бестолково,
Бездарно, глупо, ерунда»,- как про себя написал.

Ответить »

OD:
29.10.2017 в 23:56

Воoбщем бред, сезонное обострение.

Ludmila:
29.10.2017 в 23:43

Продолжайте, Парфирич, продолжайте! Не обращайте внимания на «целомудренных» ! Откуда бы они взялись у нас, в стране Советов?

Ответить »

Парфирич:
30.10.2017 в 20:50

Константин Коханов: Уважаемая Людмила, я был приятно удивлён, потому что редко встречаются женщины, которые понимают, что сказано всерьёз, что с ироническим подтекстом, а что имеет сатирическую направленность.

Боюсь Ваш юмор не поймут,
Те, кто живут в «стране советов»,
И нос сопливый свой суют,
Не только в творчество «поэтов».

Ответить »

Ludmila:
30.10.2017 в 21:27

Константин, комплименты в адрес женщин редки и поэтому ваш я принимаю с большим удовольствием. Бог меня миловал, я покинула Россию в 1990. Я знала только страну Советов. Было трудно, потому что было голодно, но не страшно. Сегодня в России не голодно, но страшно потому что бездуховно ! Пошлость, разврат, бездарность, безвкусица, стяжательство, корысть расцвели в России махровым цветом. Для меня это шок, я такой Родины не знала. Тотальное зомбирование популяции. Ничего настоящего, ничего живого. Менталитет видоизменен, похоже, безвозвратно.

Галина (СПб):
30.10.2017 в 17:46

История для сценария трагикомедии или мюзикла. Театру А.Б.Джигарханяна стоит задуматься над постановкой спектакля о любви в неравном браке. Аншлаг будет гарантирован. Гастрольные туры будут с успехом проходить по всей территории Р.Ф. и не только. Виталина станет частой гостьей и экспертэссой в темах о неравных браках во всех ТВ-шоу и будет всегда яростно защищать юных жён/внучек.

Ответить »

Парфирич:
31.10.2017 в 11:54

Константин Коханов: Уважаемая Галина из Санкт-Петербурга, рассуждения о «неравном браке» — это эротические фантазии незамужних женщин.

Категоричность, тоже грех,
В любых суждениях, как зависть,
И уличать в корысти всех,
В «неравном браке» Вам осталось.

А что такое «равный брак»
И чем «неравного», он выше?
В шестнадцать женится дурак,
И с дурой, младше ведь, распишут.
Пусть в браке не были и дня,
А уж наследник на подходе,
В слезах «от радости» родня,
Как их восприняли в народе.

А если возраст одинаков,
Хотя бы разница в пять лет,
А много ли счастливых браков,
Или несчастных, вовсе нет?

«Любви все возрасты покорны»,
Не опровергнуть этих слов,
Под гром литавр, и визг валторны,
Не пьют за вечную любовь.

Ответить »

Виктори77:
31.10.2017 в 12:25

Здесь поддержу, бесспорно, вас.
Про равный брак – не в бровь, а в глаз…

Ответить »

Галина (СПб):
31.10.2017 в 12:56

Уважаемый Константин Парфирич Коханов, если Вы такой осведомлённый, и Вас интересует такая тема как неравный брак, то приведите хоть один факт счастливой любви в неравном браке.
Такой факт, где юная богатая «Наина» (разумеется, не Ельцина) всем сердцем полюбила нищего старого «отшельника Финна». И чтобы разница в возрасте была в 50лет. А вот по поводу эротических рассуждений: куда уж мне с Вами Поэтичным нашим тягаться в таких глубокомысленных Ваших творениях. Парфирич, про наследника и «радость» родни вы, конечно, загнули. Неужели Вы такой «Мудрый Сверчок» испытали на Себе всю ту «радость» родни?

Галина (СПб):
31.10.2017 в 14:09

Ещё я хочу отметить нашему уважающему своё творчество Константину Парфиричу «Пруткову», что здесь на форуме обращаясь к форумчанам, не пишут о своих предположениях, размышлений замужем или женат тот или иной пишущий своё мнение на форуме ПЭ. Удивить на форуме можно только позитивом, а подобными предположениями, как у Вас (про фантазии незамужних женщин) это низкопробно и дёшево. Ну даже если вы обращаетесь к замужней или незамужней женщине, с фантазией или без., Что от этого Вам? «Греют» ли Вас эти размышления?

Ответить »

Парфирич:
31.10.2017 в 16:24

Константин Коханов: Не только «Галине (СПб)», но и всем женщинам этого «Форума-ПЭ», а не всем женщинам вообще.

Ну, что сказать, боюсь, что не обижу,
Когда пишу, стараюсь обобщать,
В своих «героях» и себя я вижу,
Горжусь, смеюсь и даже ненавижу,
Но никого, не думаю, прощать.

В последние годы участились неравные браки, хотя наивно полагать, что их стало больше, просто они сделались заметней, так как эта «эпидемия» поразила всем хорошо известных людей. Русскую пословицу «Седина в бороду, а Бес в ребро», многие слышали, но не было интересных наглядных примеров, а тут они замелькали, как в многосерийном фильме. У меня на этой благодатной почве повседневной жизни, возникла идея написать об этом серию сатирических фельетонов с общим для них названием «Бес в ребро». Составив длинный перечень кандидатов, начиная с Краско, я дошёл до Сергея Михалкова и понял, что все предыдущие истории, не так интересны, как история этого клана и связанных с ним любовных приключений, и написал большую сатирическую поэму «Три жены и подруга Гимнюка Гимночистова». В первом браке Сергей Михалков был на десять лет моложе своей жены, а в третьем — на 47 лет старше» (о втором браке в клане Михалковых не принято говорить, а он был самый интересный и поучительный). Книга пока в свободном доступе в Москве (РГБ) и в Петербурге (РНБ). Как они выглядят, вы можете посмотреть в Интернете, набрав в Яндексе предложение «Книги Константина Коханова».

Ludmila (ответ Галине СПб):
31.10.2017 в 16:24

Мадам, у Вас головокружение! Вероятно, Вы чувствуете себя в полёте? На форуме и пишут, и подозревают, и намекают, и грубят, и хамят, и унижают!
Поэтому не фантазируйте и не говорите отсебятины.

Галина (СПб) (ответ Ludmila):
31.10.2017 в 17:27

Людмила, моё головокружение с отсебятиной останется при мне, Вам его я не навязываю.
Насчёт полёта, а в чём собственно дело, Вас бы расстроил факт чьего-то полёта или Вы Сами не прочь полетать? Где конкретно я Вам написала с грубостью и по-хамски? Кто Вам намекал в чём-либо или Вас в чём-то подозревал и унижал на форумах ПЭ? А насчёт фантазий, а что собственно плохого в том? Вон Наш Поэт фантазирует, при чём успешно, судя по Вашим овациям Мадам Людмила.

Примечание: Хронологическое несовпадение даты и времени, связано с тем, что ответы на комментарии делались не сразу, так как Константин Коханов не сидит целый день у компьютера, но ещё ходит на работу (три раза в неделю).

Парфирич:
30.10.2017 в 18:59

Константин Коханов: Виталину Цимбалюк вынудили уехать из России, сидящие у Малахова в студии «великие российские артисты», от которых уже всех начинает тошнить.

Джигарханян в «зените славы»,
На «Принца Датского» похож,
Перечитал Шекспира главы,
Но вместо шпаги поднял нож.

Раскрыл он «заговор семейный»,
Не дал себя жене убить,
Трясёт «билетом лотерейным»,
«Узнал», что выигрышу, «быть».

«Не быть» такого, «быть» не может,
Что «потерял» — назад вернёт,
И чтобы выглядеть моложе,
Что снова женится, соврёт.

К разводам быстро привыкают,
Как на работу ходят в суд,
«Друзья», как могут, помогают»,
Но там, где надо, не спасут.

И вот «сбежала» Виталина,
Друзьям Армена «ликовать»,
Спасли в России армянина,
Армяне надо полагать!!!

Ответить »

Анита:
30.10.2017 в 19:08

А меня тошнит от Элины Мазур. Джига в эфире говорил, что Виталина окружила себя гнусными людьми, которые творят невесть что. Глядя на наглую рожу этой Мазур, я абсолютно в это верю!

Узелок на память всем великовозрастным «молодожёнам:

Перед тем, как оформлять юридически неравный брак следует трижды хорошо подумать. «По мнению адвоката Сталины Гуревич, у Армена Джигарханяна есть возможности вернуть нажитое непосильным трудом, но только через суд.
- Нужно смотреть основания перехода право собственности. Например, это была доверенность или дарственная. По действующему законодательству, если гражданин оформил доверенность на свою жену, то на себя она переоформить недвижимость не может. Это запрещено. Если была дарственная, то заинтересованные лица могут ставить вопрос о том, был ли он в этот момент вменяем и отдавал ли отчет в своих действиях. Однако возможно и другое развитие событий.

Если супруга почти на пятьдесят лет моложе, то она могла вступить в брак из корыстных соображений. Извините, но от физиологии никуда не уйдешь: в этом случае можно поставить вопрос о фиктивности брака и его оспорить.

Что касается имущества, то нужно проводить экспертизы, которые бы установили, руководил ли своими действиями 80-летний человек, когда передавал имущество. Осознавал ли он, что делает. Существует стандартная практика. Судебные эксперты-психиатры изучают медицинские карты и оценивают состояние здоровья на момент заключения сделки. Поэтому передачу недвижимости можно таким образом аннулировать и вернуть имущество. Кстати, хорошо бы всем, кто может угодить в такую непростую ситуацию, как Армен Борисович Джигарханян, запомнить: Росреестр не вправе заключить любую сделку по доверенности, если имеется уведомление от собственника о том, что он желает присутствовать на любых сделках лично. Поэтому такую бумагу лучше оформить заранее» (http://www.mk.ru/social/2017/10/26/brak-armena-dzhigarkhanyana-mogut-priznat-fiktivnym.html)

Мезальянс

Когда пожилой мужчина женится на молоденькой «девушке», публичного неодобрения более чем достаточно. Практически всегда подозревают, что выбор «девушкой» жениха преклонного возраста совершен не только на основе одних чувств.
В тоже время браки между зрелыми женщинами и «юношами», большой частью, как правило не являются объектом всеобщего осуждения, потому что нередко совершаются именно на основе взаимных чувств, а не из-за каких-то материальных соображений, со стороны младшего партнёра. Поэтому и такие карикатуры, как помещённая ниже, встречаются крайне редко:


1.

Старый, умный, не богатый,
Никого не соблазнит,
Своей пенсией с зарплатой,
Даже женщин разозлит.

А на девушек потянет,
С полной дурой не сойтись,
На квартиру только глянет,
И поймёт, что не артист.

Не поможет Северянин,
И тем более сам Фет,
Если плохо чай заварен,
И нет в вазочке конфет.

2.

Когда под восемьдесят «мальчик»,
Под двадцать с «девочкой» живёт,
Кто он, дурак или обманщик?
И кто кого из них сожрёт?

Волнует это незамужних,
Под шестьдесят и старше дам,
Кому любить кого-то нужно,
Но лучше близких – по годам.

Обман лишь видят в мезальянсе,
Любой их радует конфликт,
Ведь возрастают сразу шансы,
На брак с такими или флирт.

Хотя надежд на это мало,
Ведь много «девочек» других,
А те, чья молодость пропала,
Мужей пусть ищут молодых.

Пример взять можно с Пугачёвой,
Полно, как Галкин, не простых,
И Воробьёвых, и Грачёвых,
Из «олигархов» холостых.

01.11.2017.

С большой разницей в возрасте супругов, где жена старше мужа на тридцать и более лет, среди всем известных женщин в России нет, но на западе это не такое уж редкое явление, причём даже их многолетние счастливые браки никого не удивляют. Всемирно известная британская актриса, продюсер, писательница и колумнист Джоан Коллинз (родилась 23 мая 1933 года), коварной Алексис из знаменитой «Династии», уже 84 года, но выглядит она превосходно! И все благодаря супругу, 52-летнему театральному менеджеру Перси Гибсону. Они женаты уже 15 лет, а на вопрос о том, не смущает ли Джоан разница в возрасте с Перси, Коллинз отвечает в свойственной ей манере: «Ну что ж, если он умрет, значит умрет».

84-летняя Джоан Коллинз показала, как за 25 минут превращается из обычной старушки в красавицу

Джоан Коллинз – 84 года и она не скрывает возраст. Британская актриса приучила публику к тому, что она всегда блестяще выглядит, благодаря хорошему макияжу, в нарядных одеждах и в дорогих украшениях. Но для новой роли в кино, актриса стала обычной 84-летней старушкой. И одета она, как обычная бабушка. Героиню фильма, Хильду Джоан, она представила на фотографиях , размещённых в Twitter. На первом фото актриса выглядит, как обычная бабушка, а на втором фото, она же, показывает, какие могут творить чудеса, косметика и красивые вещи, легко превращая старушку в красивую женщину (http://krauzer.ru/news/6643/).

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)

Рубрика: Истоки любви | Метки: , , , , , , | Комментарии отключены

Говорить о Боге можно, но не нужно за Него

Говорить о Боге можно,
Но не нужно за Него,
С Ним связаться очень сложно,
За душой, коль ничего.

В Церкви с Ним висят иконы,
Ликов много в ней святых,
Во все стороны поклоны,
Много лишней суеты.

Ставят свечи «За Усопших»,
И «За Здравие» живых,
Лечат души с телом мощи,
Хотя совесть лишь должны.

Только Совесть, сущность Веры,
Покаяние и Стыд,
Но открыты Церкви двери,
Всем, кого не Бог простит.

Отпускает грех священник,
Тем, кто снова согрешит,
Есть надежда на прощенье,
Всем, кто к всенощной спешит.

Но, на тех, кто в Церкви лишний,
В двери Храма не стучит,
Не обидится Всевышний,
От Себя не отлучит.

Рубрика: Вера в Бога | Метки: , , | Комментарии отключены

Для многих Царь сейчас непогрешим

Для многих Царь сейчас непогрешим,
Ну, что поделаешь , нет больше идеалов,
Что был «святым», лишь Бога рассмешим,
От смеха поперхнётся даже Дьявол.

У нас, что Николай Второй святой,
Бездоказательно стараются уверить,
И что Авроры выстрел холостой,
Его из «Зимнего» лишь вытряхнул за двери.

Однако Царь отрёкся в «Феврале»,
И с «Октябрём» его не связана отставка,
Им были недовольны «при дворе»,
И даже те, кто с ним на фронте были в «Ставке».

Что Царь «ушёл», довольны были все,
Вельможи и народ, военные и церковь,
И разве возмутиться, кто посмел,
В ликующей толпе, на «уличном концерте».

Но, будет, что Гражданская война,
Ну, кто подумать мог? – развалится Держава,
Кому-то в том лишь Ленина вина,
Его же после в том, Царя, что ожидало.

Семью Царя, расстрелянную жаль,
И самого его, лишь в христианском смысле,
Не повезло, что в Лондон не сбежал,
А стал, как мученик «святым», в прискорбном списке.

И плохо говорить о нём не сметь,
Как будто крови нет, от «Ленского расстрела»,
В «Кровавом воскресенье» царский след,
Но Дума, сослепу его, не рассмотрела.

Для многих Царь сейчас непогрешим,
Ну, что поделаешь , нет больше идеалов,
Что был «святым», лишь Бога рассмешим,
От смеха поперхнётся даже Дьявол.

Рубрика: "Всемирная история", Политики и политиканы | Метки: , , , | Комментарии отключены

«Лишь БОГ всё ВИДИТ и не ВРЁТ»

Я счастлив, что не депутат,
Не член одной из двух палат,
Их две, но каждая «шестая»,
Где трата времени пустая,
На обсужденья, прений бред,
Возня с поправками в законах,
Что делать можно, и что нет,
Где быть в трусах или в кальсонах.
Из ничего, как сделать что-то,
Да и себя не обделить,
Сойти суметь за патриота,
И с умным видом идиота,
Уметь лишь Родине вредить.

Они считают не зазорно
Себе вид жительства оформить
И всей семье за рубежом,
Чтоб дети там пустили корни…
Есть депутаты попроворней,
Обзавелись именьем, дворней,
Лишь не хватает двух-трёх жён…
Всё Жириновскому под силу,
Он узаконил бы гарем,
Ему пролезть бы только в Кремль,
Чтоб на полях везде рос хрен,
И спас от голода Россию.

От депутатов, что мы ждём:
В борьбу с коррупцией не верим,
Воров, что выселят на Север,
И что в Матроской Тишине,
Найдут министрам многим место?
За что? – ведь каждому известно,
И сумасшедшему в стране.
Но их вина, не видна судьям,
И прокуроры все слепы,
Их осуждать условно будут,
Грех отпуская, как попы.
Они ведь веры православной,
У нас «в конфессии» любой,
Их озабочены судьбой,
Правозащитники в пивной,
И в Синагоге даже главной.

Народ ограбленный, не ропщет,
И хуже были времена,
И не торопится на площадь,
Стереть «бессмертных» имена,
Святых сомнительных не любит,
Не соблюдает все посты,
Для власти русские не люди,
А лишь безмозглые скоты:
Они и прав своих не знают,
Поскольку прав нет никаких,
Но без конца сдают экзамен,
Лишь тем, кто думает за них.

И власть народ толкает к вере,
Ведёт за нравственность борьбу,
Её пример, как дружат звери,
И в огороженном вольере,
Благодарят свою судьбу:
Тимур с Амуром не ужились
В конце концов, козла спасли,
Хотя зоологи божились,
Что тигр научиться пастись.
И депутат уверен всякий,
Что кем, кто не был, хоть собакой,
Или каким-нибудь котом,
Их спор закончится не дракой,
И не больничною палатой,
Рукопожатьем за столом:

Богатый с бедным уживётся,
Голодный, сытого – поймёт…
Над тем и пьяный, не смеётся,
Ему что делать остаётся,
Пустой бутылкой размахнётся,
Об чей-то череп разобьёт.
А ведь Поклонская не дура,
И Патриарх наш не дурак,
И знают русская культура,
Не лишь церковный полумрак:
Она не вся в «Завете Ветхом»,
И в «Новом» только её часть,
Но дурь, она, всегда заметней,
У нашей власти «при свечах».
У «православных» депутатов,
Она наружу просто прёт,
Повсюду ищут виноватых…
Лишь БОГ всё ВИДИТ и не ВРЁТ.

17.08.2017

Рубрика: Без рубрики, Вера в Бога, Политики и политиканы | Метки: , , , , , | Комментарии отключены

Сплав по реке Чуне на «Романтике-2» от Стрелки Чуни до Байкита. Часть 1. От Стрелки Чуни до Муторая.

Зачем нужно было лететь Константину Коханову в Муторай в мае 2017 года, наверно он и сам представлял себе смутно. Правда в Муторае осталась его лодка «Романтика-2», которая не оправдала его надежд на самостоятельные путешествия по таким рекам, как Южная и Северная Чуни, так и по самой реке Чуне и её притокам – рекам Кимчу и Муторай. Интересна сама история покупки этой лодки в 1989 году, её хранения в Москве в шкафу на лоджии до 2012 года, как и её доставки в посёлок Стрелка Чуня в 2012 году. Очередное путешествие на Левый Алтыб, в бассейне Нижней Тунгуски Константином Кохановым планировался на 1988 год, но ввиду горбачёвской перестройки, которая только привела сначала к дефициту товаров народного потребления, связанного с сокращением их выпуска, а затем в её конце, перед развалом СССР и к росту цен даже на товары повседневного спроса. Экспедицию Константину Коханову пришлось отложить, сначала до покупки лодки (успел случайно купить только в сентябре 1989 года, по старой розничной цене 310 рублей), а затем до покупки подвесного мотора «Ветерок-8», который появился в продаже только после развала СССР. Но это уже не играло никакой роли, так к тому времени, подвесной мотор стоил уже почти в 1000 раз дороже (около 160000 рублей, при зарплате Константина Коханова в 400 рублей в месяц). Но когда зарплата у него выровнялась в соответствии с ценами на товары и услуги, до 3500000 рублей в месяц, и подвесной мотор можно было уже купить, возникла проблема с покупкой бензина, как на реке Лене, так и непосредственно на реке Нижняя Тунгуска. Во всяком случае, никто из его знакомых в Усть-Куте и в Преображенке не мог дать ему никаких гарантий на то, что у него будет возможность купить там бензин в необходимом количестве, примерно 400 литров, причём частями по 100 литров. А загрузить сразу 400 литров горячего (две бочки) в его лодку было просто нельзя при её водоизмещении 416 кг, не говоря уже о её грузоподъёмности 300 кг. И только возобновив свои рекогносцировочные экспедиции в 2008 году, в канун столетия падения Тунгусского метеорита, Константин Коханов, наконец, решился в 2012 году отказаться от услуг проводников и отправить свою лодку «Романтику-2» в посёлок Стрелка Чуни. Договорившись с Зарубиным Валерием Николаевичем, который был одним из его проводников в Стрелке Чуни, он отправил тогда свою лодку поездом в Красноярск к одному из его знакомых. И уже с помощью этого красноярского знакомого Валерия Зарубина, она была переправлена непосредственно к нему по зимней дороге на машине (на одном из КАМАЗов, доставляющих из Красноярска в Стрелку Чуни различные грузы от горючего и стройматериалов до бытовой техники и продовольствия). Константин Коханов также договорился с Валерием Зарубиным в Стрелке Чуни о том, что тот даст ему на пару самостоятельных поездок в 2012-2013 годах в верховья Южной Чуни свой мотор «Ветерок-8», а он в знак благодарности за эту услугу, подарит проводнику свою лодку. Свою часть договора Константин Коханов, конечно бы выполнил, но его проводник, хотя и согласился на его условия, сделал всё для того, чтобы его самостоятельные поездки в верховья Южной Чуни никогда не состоялись…

Стоит более подробно рассказать историю покупок Константином Кохановым разборных дюралевых лодок «Романтика-2»:

В 1979 году Константин Коханов, наконец-то понял, что предел его физических возможностей подняться против течения на вёслах по Большой Ерёме и реке Алтыб, к месту слияния Правого и Левого Алтыбов, даже на лёгкой дюралевой лодке, вряд ли превысит 300 км. Поэтому он начал подыскивать лёгкую лодку, на которую можно было бы установить подвесной мотор мощностью от 8 л.с. и грузоподъёмностью 250-300 кг.
Сначала он приглядел лодку «Романтика» грузоподъёмностью 200 кг, но от её покупки его остановило то, что, если на ней установить подвесной мотор «Веторок-8», который весил 25 кг и заполнить горючим выносной бак ёмкостью 30 литров, то на полезную нагрузку оставалось всего 80 кг. Если учесть вес мотора, плюс заправленный горючим бак – 55 кг, а также вес «капитана «Романтики» в туристической одежде, с заправленными брюками в болотные сапоги – 65 кг, то получится 120 кг. Зная положение с горючим на Лене и на Нижней Тунгуске, то меньше чем 100 литров, брать с собой было нельзя. Даже если взять с собой минимум 90 литров, то полезная нагрузка сокращалась ещё на 60 кг, и была равна всего 20 кг. А если взять палатку, спальный мешок, сменную одежду и обувь и необходимое туристическое снаряжение топор, нож, посуду, то становилось ясно, что продуктов на месяц путешествия в эту лодку не загрузишь. Поэтому, когда в 1982 году Константин Коханов увидел в спортивном магазине разборную дюралевую лодку «Романтика-2», грузоподъёмностью 300 кг, он не раздумывая, сразу же её приобрёл за 360 рублей.

Лодка, которую он приобрёл для путешествия в 1986 году, даже подешевела и стоила уже 310 рублей. Проблем с покупкой подвесного мотора «Ветерок-8Э», в 1982, 1984 и 1986 годах не было – их можно было купить в любом московском спортивном магазине, хуже было с запчастями к этому мотору, но так как путешествия совершались через год, то самое необходимое приобрести всё же удавалось. К сожалению, только в 1982 году во время всего путешествия с подвесным мотором, не было никаких проблем. В 1984 году в подвесном моторе подвёл тиристорный бесконтактный коммутатор, установленный на «Ветероке-8Э». Произошло это, уже когда Константин Коханов плыл по Левому Алтыбу. На скорости продвижения вверх это не отразилось, так как всё равно приходилось бы сбавлять скорость при наезде на полузатопленные стволы деревьев, а вот при возвращении назад, иногда хотелось выйти из лодки на плёсах, чтобы, хотя бы так помочь мотору увеличить его черепашью скорость. В 1986 году Константину Коханову не удалось купить запасные винты к «Ветерку-8», были только к «Ветерку-12» и пришлось купить их. Правда, с винтами от «Ветерка-12» выжать при этом из мотора «Ветерок-8Э» его 8 л.с. было нельзя – максимум 6 л.с.

Оставалось надеяться, что в 1988 году повезёт больше, но к этому году Константину Коханову удалось купить, и то случайно, только «Романтику-2», а подвесной мотор «Ветерок-8Э» так и остался его несбывшейся мечтой и в 1989-ом и в 1990 году. А в 1991 году вообще уже ничего нельзя было купить, тем более бензин, которого ему было нужно около четырёхсот литров.
Правда, «Романтику-2», как не было тяжело в те годы, он всё-таки не продал и верил, что она ещё ещё пригодится для очередного путешествия в Верховья Южной Чуни, хотя он и боялся даже загадывать в каком именно году.

…Прилетев в 2012 году в Стрелку Чуни, Константин Коханов, к своему удивлению узнал, что его проводник самостоятельно собрал «Романтику-2», и уже переправил её на свою охотничью базу на Южной Чуне, в сто километрах от посёлка, напротив устья её левого притока реки Ирикты. На это Константин Коханов не рассчитывал, так как хотел самостоятельно подниматься вверх по реке Южная Чуня непосредственно от посёлка. А теперь он понял, что опять придётся, против своего желания, пользоваться услугами проводника, но теперь уже в части доставки его самого на охотничью базу напротив устья реки Ирикта. Но это было ещё не всё. В 2012 году он договорился с другим проводником Владимиром Медведевым (Чимирканом), что они с ним поднимутся вверх по Северной Чуне до его охотничьей базы. И уже оттуда пройдут пешком 30 км до озера Чачо. куда он планировал попасть 2011 году, но не попал по вине тестя этого проводника, который в последний момент отказался ему помочь это сделать самостоятельно. К тому же тесть проводника не выполнил своего обещания отвезти зимой на своём тракторе на озеро Чачо продукты и часть снаряжения предстоящей в тот год рекогносцировочной экспедиции Константина Коханова. Но и в 2012 году, тесть Владимира Медведева, тоже постарался, как мог, осложнить поездку Константина Коханова на озеро Чачо, изъявив желание отправиться на Северную Чуню вместе с Кохановым, но не на озеро Чачо, а на свою охотничью базу, которая располагалась на Северной Чуне выше охотничьей базы Медведева. В общем, после прибытия в Стрелку Чуни Константину Коханову этими охотниками было предоставлено на все сборы только два часа, хотя непонятно, как выяснилось потом, зачем нужна была вся эта спешка.
Только в 2017 году Константин Коханов понял менталитет большей части местных охотников, которые после получения денег за ещё не оказанные ими услуги, сразу же начинают диктовать свои условия, когда плыть, сколько времени плыть и главное докуда. И это, не смотря на ими же данные обещания, доставить Вас именно туда, куда они сами же предлагали. Если бы Константин Коханов не заплатил Владимиру Медведеву сразу 30 тысяч рублей, то он мог бы не торопиться или вообще отказаться от поездки вместе с его тестем. Уже на охотничьей базе Владимира Медведева Константину Коханову стало ясно, что если пройти с ним с полной выкладкой (с рюкзаками весом более 30 кг) не менее 30 км даже по проложенным геологами профилям, это может отразиться на его здоровье. У Медведева не было спального мешка, как и рядом с озером зимовья, а тут ещё погода испортилась, дождь перешёл в снег, так что опасения Константина Коханова на этот счёт, были не лишены оснований. В итоге ему пришлось отказаться от затеи достигнуть озера Чачо в 2012 году, а для путешествия в 2013 году выбрать до озера Чачо другой маршрут, уже не пеший, а водный по реке Чачокан, но для этого, на всякий случай, всё же купить второй спальный мешок. Во время обсуждения с Владимиром Медведевым нового маршрута на озеро Чачо, и высказанных Константином Кохановым предположений о том, что там мог упасть один из крупных осколков Тунгусского метеорита, Медведев начал рассказывать, как он случайно, в верховьях реки Килюригно, нашёл тяжелый белый камень, весом около 100 кг. Самое странное было в том, что этот камень лежал, практически рядом с его путиком, (расчищенной от поваленных деревьев охотничьей тропой, одной из тех, на которой охотники ставят зимой капканы, перемещаясь по этим кольцевым тропам для их установки и проверки на снегоходах «Буран» или на аналогичных ему моделях). Камень был настолько прочным, что ему от него с трудом удалось отколоть маленький осколок. Осколок он показывал одному бывшему геологу жившему в Стрелке Чуни, но тот ничего необычного в нём не нашёл, хотя там, где лежал этот камень таких же камней Медведев нигде там больше не видел. Осколка этого камня, разумеется, в его зимовье не оказалось, но, учитывая, что до этого камня от зимовья Медведева было в принципе, не так уж далеко, Константин Коханов решил вместо озера Чачо сходить посмотреть на этот камень. Об этом походе Константин Коханов уже написал очерк «Продолжение легенды». Отколотый при помощи зубила от «Камня Медведева» образец был отправлен в Академию наук, из которой был получен ответ, что он явно не метеоритного происхождения.
На том первая часть путешествия Константина Коханова в 2012 году закончилась. С Владимиром Медведевым он проплыл больше 350-х километров (от устья северной Чуни до охотничьей базы Медведева приблизительно 170 км), прошёл пешком около 50 км, и главное действительно обнаружил «камень», наверно впервые за всю историю поисков Тунгусского метеорита, который удалось найти (увидеть), поверив рассказу местного жителя.
После возвращения в Стрелку Чуни, вопреки своему желанию Константину Коханову пришлось плыть на охотничью базу Валерия Зарубина не на своей лодке «Романтика-2», а к своей лодке, но уже вместе с ним.

На охотничьей базе оказалось, что «Ветерок-8» неисправен, и самостоятельное путешествие, которое Константин Коханов планировал совершить на озеро Амут, пришлось отложить до следующего года. Особенно это Константина Коханова не расстроило, так как его весенние экспедиции, на лодке с проводником Валерием Зарубиным, позволяли ему по большой воде добраться до таких мест на реке Южная Чуня, до которых он вряд ли сам смог бы добраться на своей лодке «Романтика-2». Но всё-таки свою лодку Константин Коханов испытал, правда, пустую, и только во время её буксировки лодкой проводника к одному из прибрежных озёр и на самом озере при установке с неё сетей.

На озеро Амут пришлось плыть вместе с проводником, так что затраты на путешествие возросли, но и оно было не последним в этом году, а только его вторая часть. Третья часть путешествия – это был спуск на 200 км по реке Чуне, с тем же Валерием Зарубиным до посёлка Муторай с заходом в устья рек Кимчу и Муторай. В посёлке Муторай они тогда выяснили у местных охотников, как и когда лучше по большой воде доплыть до озера Чеко. Пробыли в Муторае всего несколько часов и вернулись в Стрелку Чуни, потратив на всё путешествие меньше четырёх дней. Единственно, что было сделано полезного во время путешествия в посёлок Муторай, это измерено расстояние от него до посёлка Стрелки Чуни при помощи навигатора «Магеллан-500 Тритон». Расстояние между населёнными пунктами оказалось почти ровным 200 км, но следует отметить, что измерение производилось не при движении на лодке посередине реки, а с учётом срезания углов межу поворотами реки (по прямой от одного изгиба русла до другого), так что, учитывая ширину русла реки, реальное расстояние по реке между этими населёнными пунктами, на самом деле, не менее чем на 15-20 км больше.

Порог ниже зимовья Шипицыных (в 80 км от Стрелки Чуни):

Порог ниже зимовья Шипицыных (в 80 км ниже Стрелки Чуни):

Прилетев из Стрелки Чуни в Ванавару, Константин Коханов поговорил в первую очередь с работником аэропорта Евгением Кокориным о том, что собой представляет озеро Чачо. Узнав от него, что оно мелководное, он сразу же потерял к нему интерес, так как ему стало сразу понятно, что оно не могло быть воронкой от одного из трёх крупных осколков Тунгусского метеорита. Закончив разговор с Кокориным об озере Чачо, Константин Коханов поинтересовался у него, с кем из жителей Ванавары он мог бы спуститься по Подкаменной Тунгуске от Ванавары до устья Верхней Лакуры (40 км от села) и вернуться назад в течение одного дня. Кокорин порекомендовал Сергея Тарасова, бывшего начальника охраны заповедника «Тунгусский» и даже отвёз его к нему домой. Тарасов был не против того, чтобы заработать 5000 рублей в течение одного дня, и Константин Коханов на следующий день завершил с ним четвертую часть своего путешествия 2012 года. Казалось бы, для чего нужно было плавать Константину Коханову к устью Верхней Лакуры и в посёлок Муторай? Но, ввиду непредсказуемости погоды, как и в случае отказа проводников по надуманным или уважительным причинам плыть с ним в верховья Южной или Северной Чуни, у него теперь были два запасных варианта, продолжения своих путешествий в местах, где он уже был или ещё хотел побывать до 2018 года.
Разве мог подумать Константин Коханов, что основные коррективы в дальнейший план его путешествий в Эвенкии внесёт взорвавшийся 15 февраля 2013 года в атмосфере над окрестностями города Челябинска Челябинский метеорит. Это произошло накануне 105-летия со дня падения и взрыва Тунгусского метеорита. Многое из того, что вызывало недоумение учёных и давало пищу фантастам, из относящегося к «Тунгусскому феномену 1908 года», нашло простое объяснение. Правда, в первые дни не обошлось без спекуляций по поводу техногенной природы и этого хотя и уникального, но сугубо природного явления, связанного с падением и взрывом каменного метеорита, эквивалентным по мощности десятку атомных бомб, сброшенных американцами на Хиросиму и Нагасаки.
Спустя всего неделю Константин Коханов уже держал в руках осколки Челябинского метеорита, которые были выставлены на продажу (1000 рублей за один грамм) в магазине «Метеориты земли», располагавшимся тогда в одном из торговых центров в Москве, рядом со станцией метро «Тульская». Как собирались эти осколки, можно было посмотреть на видеоролике сайта директора этого магазина и прослушать его комментарий. Константин Коханов даже имел возможность, по возращению из экспедиций 2013 года в Эвенкии и в Челябинской области, поговорить с ним и даже готов был дать адрес человека, который мог продать ему несколько десятков осколков метеорита, по цене в два-три раза дешевле. Директор магазина отказался, по простой причине, потому что и на те осколки челябинского метеорита, которые Константин Коханов видел в магазине в феврале месяце, явно ещё не нашлось желающих, их купить.
После падения Челябинского метеорита Константин Коханов не стал менять своих планов, только скорректировал их, отказавшись от намеченного водного маршрута к озеру Чачо по левому притоку Северной Чуни, реке Чачокан. Но и от путешествия на озеро Чеко пришлось отказаться ввиду низкого уровня воды в реке Чуне. Оставалось только подняться вверх по реке Южная Чуня на максимально возможное расстояние и к удивлению Константина Коханова, подняться удалось даже километров на двадцать выше озера Пеюнга до самых порогов. Даже пороги можно было преодолеть будь у его проводника длинная верёвка (фал), предназначенной для волока и проводки лодки.
Путешествие по местам падения осколков челябинского метеорита, Константин Коханов достаточно подробно описал в четырёх очерках под общим названием «Челябинский метеорит или что-то иное?!».
В 2014 году Константин Коханов всё-таки доплыл с проводником Валерием Зарубиным до озера Чеко, измерил его глубину (56 метров при том высоком уровне воды, который был в мае месяце 2014 года). Он также посетил бывшую лабораторию КСЭ в шести километрах выше озера Чеко, которая явно не посещалась томскими учёными уже длительное время, хотя они и планировали там поработать в 2008 году. На всё путешествие общей протяжённостью около 350 км (от Стрелки Чуни и обратно – 700 км), хватило одной недели, в которой был всего один действительно хороший солнечный день, когда Константин Коханов и Валерий Зарубин приплыли на озеро Чеко. Можно было бы сказать, что в 2014 году были поставлены все точки над «i» и на взаимоотношениях с проводником Валерием Зарубиным и на путешествиях с проводниками вообще.
В 2014 году неожиданно пришлось подстраиваться под расписание полётов вертолёта в Стрелку Чуни и из Стрелки Чуни в Ванавару. Купленные в Москве билеты пришлось сдавать, когда выяснилось, что 14 мая вертолёта в Стрелку Чуни не будет и придётся ждать в Ванаваре его вылета туда до 21 мая. Правда и 7 мая, когда Константин Коханов был уже в Ванаваре, вылет в Стрелку Чуни перенесли на 8 мая, но и в течение этого дня рейс в Стрелку Чуни переносили несколько раз, хотя к счастью, всё-таки не отменили. Поэтому на озеро Чеко Коханов с Зарубиным отплыли сразу же на следующий день, не смотря на праздник, 9 мая.

Вода в Чуне, в начале мая 2014 года, была высокой, что было хорошо заметно на пороге ниже зимовья Шипицыных:

Зимовьё на озере Чеко:

Кордон заповедника «Тунгусский» на озере Чеко:

Измерение глубины озера Чеко:

Лаборатория КСЭ (Комплексной Самодеятельной Экспедиции), осуществлявшей изучение «места падения Тунгусского метеорита» в основном вокруг «Заимки Кулика» и ближайших окрестностей с 1959 года до начала 2000-х годов:

20 мая 2014 года вернулись, можно сказать даже не в весну, а в зиму, кругом лежал снег. 21 мая должен был прилететь вертолёт. Он даже взлетел в Ванаваре, но из-за оледенения лопастей винта, чуть не потерпел аварию и был вынужден совершить экстренную посадку в черте аэропорта Ванавары. На том же вертолёте должны были лететь с уловом домой несколько групп рыбаков из Ванавары. Одна группа в течение нескольких дней до этого отмечала отлёт, и когда рейс отменили, продолжила отмечать затянувшееся прощание с «приютившим» их хозяином одного из домов, у которого на следующий день не выдержало сердце. Если бы здоровье хозяина дома было покрепче, то вертолёт прилетел бы в стрелку Чуни только в понедельник, а тут нужно было забирать покойника для вскрытия в ванаварский морг. Улетел бы тогда Константин Коханов 21 мая в Ванавару и не состоялось бы у него разговора с Зарубиным по душам, и не перешёл бы он к обсуждению ходовых качеств его лодки «Романтика-2». И тем более не закончился бы этот разговор спором о расходе топлива «Ветерка-8» на 100 километров пути и, вообще, о способности преодолевать при помощи «Ветерка-8», установленном на лодке «Романтика-2», большие расстояния.
Видимо недовольство Константином Кохановым у Валерия Зарубина накапливалось долго и, в конце концов, он выразился прямо, что и лодка его говно и сам он ничего собой не представляет. А, если он и плавал на этой лодке, то только самосплавом, а под мотором только по спокойной воде, а не через пороги и тем более против течения. Для убедительности он сказал, что уже попробовал, как идёт «Романтика-2» под мотором «Ветерок-8» и что эта лодка не годится для плавания по реке Чуне даже по течению и её перевернут или полностью зальют волны на первом же, даже не на самом большом, пороге. Услышав такой категоричный диагноз по отношению к своей лодке, и много нового о себе, Константин Коханов, прекратил дальнейший разговор о том, как и на чём нужно плавать по реке Чуне. Он тогда просто попросил Валерия Зарубина перегнать его лодку с охотничьей базы перед устьем реки Ирикты в Стрелку Чуни, а он в свою очередь отправит по почте в Ванавару подвесной мотор и сам привезёт его в 2015 году на вертолёте в Стрелку Чуни. К этому разговору они больше не возвращались, и Константин Коханов через день улетел в Ванавару, причём сидел в вертолёте почти рядом «с грузом двести», лежащим на полу, и завернутым в простое байковое одеяло.
Первым делом, у вернувшегося в Москву Константина Коханова была покупка японского лодочного мотора. Он хотел купить мотор мощностью 5 л.с., но он с упаковкой весил больше 20 кг, и его нельзя было переправить в качестве посылки по почте в Ванавару. Пришлось покупать подвесной мотор мощностью 3,5 л.с., хотя ему было, ясно, что под таким мотором плыть против течения не имело никакого смысла. Правда Константин Коханов понадеялся, что сможет кого-нибудь уговорить в посёлке Муторай, забросить его на буксире в верховья реки Муторай, а дальше уже он сам один спустится вниз по течению этой реки, останавливаясь там, где сам сочтёт нужным без советов проводников. Правда, как потом оказалось, его надежды не оправдались вроде бы по разным причинам, но, по сути, только по одной, связанной с пьянством проводника-охотника, чьи угодья были в верховьях реки Муторай и отсутствия других кандидатур, вместо него это сделать.
В 2015 году Константин Коханов прилетел в Стрелку Чуни с лодочным мотором, но его лодки в Стрелке Чуни не оказалось. Валерий Зарубин и не думал перегнать её со своей охотничьей базы, по простой причине, думая наверно, что Константин Коханов не вернёт ему деньги, которые он заплатил за доставку его ложки из Красноярска в Стрелку Чуни. Видимо, он «забыл», на каких условиях, Константин Коханов хотел ему подарить свою лодку и как он сам отзывался о ней в прошлом году. А может он подумал, что Константин Коханов передумает плавать в одиночку и без его услуг ему снова не обойтись. В прошлом году за поездку на озеро Чеко Константин Коханов заплатил Валерию Зарубину 70 тысяч рублей. Даже, если вычесть стоимость бензина, он заработал всего лишь за неделю приличные деньги. Даже в Москве у многих значительно меньше месячная зарплата. Вероятно, ему захотелось заработать ещё, пользуясь безвыходным положением человека, который с ним никогда не торговался и даже всегда приобретал продукты с расчётом не только на себя, но и на него. Как только Константин Коханов предложил Валерию Зарубину сплавать за его лодкой, он сказал, что в таком случае ему нужно расплатиться с ним за доставку лодки из Красноярска в Стрелку Чуни, которая обошлась в 10 тысяч рублей. Константин Коханов не возражал и достал деньги, но по лицу Валерия Зарубина было видно, что это было не всё, на что он рассчитывал. Константин Коханов не зря изучал «психологические опыты» Вольфа Мессинга и даже почти закончил писать о нём книгу, поэтому «прочитать мысли» Валерия Зарубина, ему не составило большого труда. Ну, что Валерий Николаевич, тебе, я думаю, хватит тридцать тысяч рублей, за доставку лодки в Стрелку Чуни из Красноярска, и теперь с твоей охотничьей базы снова в Стрелку Чуни? Зарубин мотнул головой, и Константин Коханов добавил ещё 20 тысяч рублей к тем десяти, что он был готов отдать ему за доставку лодки из Красноярска. Константину Коханову часто приходилось разочаровываться в людях, но он не мог подумать, что придётся, видимо, везде, и наверно всю жизнь.
Перед отплытием на охотничью базу Валерия Зарубина 21.05.2015 года, Константин Коханов, сложил все вещи, в том числе 4-х местную двухсекционную американскую палатку («Tramp»), солнечную батарею и металлодетектор, которые хранились у него в Стрелке Чуни, в две сумки. Затем отдельно завернул в полиэтиленовую плёнку два туристических шезлонга (раскладушки), изготовленных по заказу канадской туристической фирмы. А так как Константин Коханов в Стрелку Чуни больше летать не собирался, отнёс упакованные им вещи «в помещение стрелкинского аэропорта», представляющего собой обычный дом на краю бывшего лётного поля, превратившегося в луг, на котором только была размечена одна грунтовая вертолётная площадка. «Начальник аэропорта» взвесил принесённые Константином Кохановым вещи (52 кг), получил от него деньги за пересылку их в Ванавару в адрес кассира (инспектора по досмотру грузов) Кучеровой Любови Петровны. Во второй половине дня заморосил дождь, так что плыть на охотничью базу Зарубина пришлось под моросящим дождём. Приплыли на базу в 21:00. Зимовьё имело жалкий вид, потому что в этом году его затопило во время весеннего половодья и все его последствия Валерием Зарубиным ещё не были устранены. Переночевали и утром 22.05.2015 года поплыли за Романтикой-2, которая вместе с другими лодками Зарубина находилась на том же берегу, что и зимовьё, но в метрах трёхсот выше по течению реки.

Романтика-2 лежала перевёрнутой, рядом с лодками Зарубина, причём пенопластовые блоки с её кормы лежали отдельно в одной из его лодок. Вёсел и сидений не было. Пришлось идти их искать. Константин Коханов нашёл только вёсла в метрах тридцати от реки в разных местах, вблизи, явно затопленного в половодье, болота. Романтику-2 погрузили в лодку Зарубина, поставив её в ней боком, но отъезд в Стрелку Чуни пришлось отложить из-за начавшегося дождя. Конца этого дождя не было видно, и поэтому отплыли 17:08 красноярского времени, когда он ещё шёл. Дождь прекратился после 18 часов, в Стрелку Чуни приплыли в 20:30 красноярского времени.

Утром 23 мая 2015 года Константин Коханов купил у Зарубина 40 литров топливной смеси на базе А92. Затем вместе с ним залил масло в редуктор подвесного мотора и прикрепил его к транцу лодки. Пенопластовые блоки в корме подпёр четырьмя, уложенными друг на друга, досками толщиной 20 мм от какой-то валявшейся на берегу тары. Из двух таких же досок он сделал сиденье, перетаскал в лодку снаряжение и продукты. Ну, а дальше, к своему стыду, со второй попытки, под снисходительным взглядом Зарубина, он всё-таки запустил мотор и поплыл вниз по течению Чуни в сторону посёлка Муторай.

Начало плавания на «Романтике-2″ по реке Чуне от Стрелки Чуни до Муторая:

Чтобы заправить встроенный топливный бак подвесного мотора в первый день сплава, Константин Коханов несколько раз причаливал к какому-нибудь берегу:

Вскоре Константин Коханова догнал на своей лодке Альберт Константинович Петров, первый его проводник в Стрелке Чуни в 2009 году, который плыл к своему зимовью в 80 км от Стрелки Чуни. Он объяснил ему, где находится его зимовьё, пригласил к себе в гости и попросил передать одному из своих знакомых записку в Муторае.

В 20:15 Красноярского времени Константин Коханов доплыл до зимовья на правом берегу Чуни, кровля которого была из гофрированного металла и немного поразмыслив, плыть ли ему дальше, всё-таки решил в нём переночевать. Печь решил (смутила печная труба фактически лежащая на крыше) не топить, переночевал на нарах в своём спальнике.

24.05.2015 года, после завтрака, он сразу же пошёл к реке. Вода отступила от берега более чем на метр, хотя по уровню упала всего на 15-20 см. Пока Константин Коханов перекладывал в лодке вещи и заправлял горючим встроенный в подвесной мотор топливный бак из Стрелки Чуни, приплыл сын Альберта Петрова Валентин со своим напарником. Причаливать к берегу и выходить из лодки Валентин не стал, только поинтересовался, всё ли у него в порядке и сказал, что плывёт на свою охотничью базу, которая находится далеко, за порогами. Ну, что ж, – сказал в ответ Константин Коханов, – надеюсь, что ещё встретимся и будет больше времени поговорить.

Пожелав Валентину счастливого пути и удачной рыбалки, Константин Коханов, наполнил для дозаправки подвесного мотора топливной смесью двухлитровую полиэтиленовую бутылку. Вчера он дважды приставал к берегу для заправки мотора, но третью заправку произвёл посередине реки и понял, что приставать к берегу совсем необязательно.

В 9:04 Константин Коханов продолжил спуск по реке Чуне. Почти сразу же заморосил дождь и поэтому приставать к левому берегу у охотничьей базы Петровых в 40 км от Стрелки Чуни он не стал:

В 13:30 Коханов пристал к правому берегу, напротив зимовья Шипицыных в 80 км от Стрелки Чуни, в котором он уже трижды ночевал вместе Валерием Зарубиным в 2012 и 2014 годах. К этому времени дождь уже пошёл по-настоящему, без каких либо надежд, что он вновь перейдёт в моросящую стадию. Смысла плыть дальше не было, к тому ниже зимовья начинались пороги и следующее зимовьё за ними, пригодное для ночёвки, к тому же рядом с берегом, будет или нет, Константин Коханов, к своему стыду, уже не помнил.
Главное, что он сделал за этот день, так это по навигатору «Магеллан-500 Тритон», замерил среднюю скорость лодки 15 км/час на разных участках пути (от 14,7 до 15,5 км/час). И уже в зимовье он впервые полностью прочитал Инструкцию по эксплуатации подвесного мотора «TONATSU, M 3,5» и узнал в частности, что ёмкость его встроенного бензобака равна 1,4 литра. Хуже было то, что горючего в топливном баке, хватало только на 30-40 минут хода лодки, при расходе топлива 1,7 л/час.

25 мая 2015 года Константин Коханов проснулся в 5:00 КВ. Всю ночь шёл дождь, иногда ненадолго затихая, но утром всё ещё моросил. Дрова в печи прогорели, в зимовье было прохладно и ему пришлось растапливать печь снова. Вода в Чуне снова упала, «Романтика-2» почти вся оказалась на берегу и все четыре секции лодки почти на четверть были заполнены дождевой водой. Вычерпывать воду и стаскивать лодку вводу Константин Коханов не стал.

Перед отплытием он просто разгрузил лодку и её перевернул. К тому же, защебетали птички, и была надежда, что погода разгуляется. Пороги в тот день Константин Коханов преодолел без особого труда, хуже было плыть по шивере при встречном ветре.
Скорость лодки упала, хотя не будь ветра, она бы значительно возросла. Сразу за шиверой на правом берегу показалось зимовье Валентина Петрова. Константин Коханов причалил к берегу, пообщался с хозяином и его товарищем, угостил их своим чаем, купленным на Мясницкой в Москве, и даже отсыпал им в банку пол пакета.

В 16:07 Константин Коханов подплыл к охотничьей базе на правом берегу, напротив устья реки Кордо, впадающей в Чуню со стороны левого берега. Два дома оказались в состоянии ремонта, с забитыми окнами, ночевать в которых было бы явно некомфортно, и потому он решил плыть дальше.

Вскоре на левом берегу показалось вроде бы новое зимовьё, но когда он причалил к берегу и подошёл к нему, то к своему разочарованию увидел, что на двери в зимовьё висел замок:

Пришлось плыть дальше к зимовью за устьем реки Кимчу, в 300-400 метрах ниже по течению, на правом берегу Чуни. К этому зимовью Константин Коханов приплыл в 20:30.

Лодку Константин Коханов поставил у берега за кустами тальника, но так, чтобы её было видно из окна зимовья:

Дверь зимовья на крутом берегу Чуни была подпёрта палкой и само зимовьё, словно вросло в землю, поэтому входя в него, приходилось низко нагибаться. В этом зимовье Константин Коханов, решил не только переночевать, но и задержаться на день, так как 26 мая 2015 года в Муторай должен был прилететь вертолёт, и ему не хотелось там вместе с местными жителями «отмечать» его встречу. Зимовьё Константин Коханов слегка протопил, перенёс в зимовьё часть вещей и продукты, приготовил ужин на портативной газовой плите и лёг спать.

26 мая 2015 года Константин Коханов проснулся в 7:00, было солнечно, но ветрено. Сначала он сходил к лодке, которая опять оказалась наполовину на берегу, а после завтрака пошёл к устью Кимчу. По пути к устью Кимчу, которое было со стороны левого берега Чуни, пришлось перебираться через русло речки Онгне, по упавшему с одного берега на другой, стволу дерева.

Сделав серию фотографий устья реки Кимчу, он вернулся назад и сдвинул «Романтику-2» в воду. Во второй половине дня, вдоль левого берега в сторону устья реки Кимчу из Муторая проплыло несколько моторных лодок.
27 мая 2015 года Константин Коханов проснулся рано, в 4:00 КВ. Утро было солнечное и безветренное. В 5:00 КВ по термометру, висевшему снаружи зимовья, было +15 градусов. Быстро позавтракав, он перенёс вещи и оставшиеся продукты в лодку, оттолкнул её от берега, но запустил мотор не сразу. Пришлось прогревать мотор и сделать потом несколько попыток, чтобы, наконец, его запустить. Перед посёлком Муторай Константин встретился с Евгением Кокориным, который плыл на рыбалку на реке Кимчу и через неделю должен был оттуда возвратиться к прилёту вертолёта, чтобы на нём вернуться в Ванавару. На этом же вертолёте думал возвратиться в Ванавару и Константин Коханов. Когда он причалил к берегу у посёлка Муторай, то сразу увидел Андрея, с которым Константин Коханов встречался у первого порога на реке Кимчу в прошлом году и, подойдя к нему, спросил, – как ему найти Степана Копылова. Степана Копылова ему порекомендовал один их охотников, с которым Константин Коханов летел в Стрелку Чуни, как надёжного человека, у которого он мог бы оставить свою лодку и снаряжение экспедиции до следующего года. Андрей показал рукой на человека, подъехавшего к реке на мотоцикле, у которого вместо коляски, был установлен деревянный ящик для перевозки грузов. Константин Коханов с Андреем подошли к Степану Копылову, поздоровались и поинтересовались, можно ли путешественнику из Москвы, рассчитывать на его помощь. Степан согласился помочь и даже предложил Константину Коханову поселиться в пустующем доме, принадлежащем его жене, доставшейся ей по наследству от матери.
В этом доме Константин Коханов «проживал» и в 2016 году и даже один раз ему «позволили переночевать» в нём в 2017 году. Что касается 2015 года, то Константин Коханов ограничился изучением окрестностей посёлка, вверх и вниз по реке Чуне. «На Романтике-2» 29.05.2015 года он даже поднялся вверх по реке Чуни до устья реки Муторай и понялся вверх по течению этой реки на расстояние около 5 км со средней скоростью 3 км/час. Подниматься выше не имело смысла, так как скорость лодки, можно сказать пустой, падала практически до нуля даже на небольших перекатах. Скорость лодки «Романтика-2» с подвесным мотором 3,5 л.с. против течения по реке Чуни, посередине реки была 5-6 км/час, ближе к левому берегу 7 км/час, максимальная – 9 км/час. И тогда, после возвращения в посёлок Муторай, Константин Коханов принял решение подниматься вверх по реке Муторай в середине июля 2016 года, по малой воде, а не после весеннего половодья.

Константин Коханов случайно узнал, что в том же доме, где жили Степан Копылов и Виктория Горбоуль, в другой его половине, оказывается жила мать Андрея Аксёнова инспектора охраны заповедника «Тунгусский», с которым он в 2008 совершил с Заимки Кулика на озеро Чеко пеший поход, а в 2009 года поднялся с ним по рекам Чамба и Хушма до кордона Укагиткон:

Фаина Аксёнова, работала библиотекарем. Библиотека находилась в здании администрации поселения. Константин Коханов сходил в библиотеку, взял там все материалы, которые имели отношение к поселению Муторай и к Тунгусскому метеориту. Рассказал ей о встречах с её сыном, хотел узнать причину его смерти, затем сходил к ней домой, чтобы посмотреть семейные фотографии:

29.05.2015 года Константин Коханов решил совершить «экскурсию» на речку Муторайку. День был пасмурный, всё небо было затянуто без просветов облаками , но когда он подошёл к реке, выглянуло солнце. От поселения Муторай ло устья реки Муторайки было приблизительно семь километров. Скорость у «Романтики-2″, против течения реки Чуни под мотором мощностью 3,5 л.с., была в среднем 5-6 км/час, ближе к берегу достигала 7 км/час, а максимально не превышала 9 км/час. Константин Коханов «вошёл» в устье Муторайки и стал подниматься вверх по реке. В метрах 200-х от устья, на левом берегу показалось зимовьё, моторная лодка и два рыбака, которые заканчивали ставить сети. С одним из этих рыбаков (из Ванавары) Константин Коханов встречался в 2012 году, когда он «заходил» в устье этой реки на лодке Валерия Зарубина. После непродолжительного разговора, Константин Коханов продолжил подъём вверх по реке, хотя скорость, можно сказать пустой (не гружёной) «Романтики-2″, до устья реки Утёнки, уже не превышала 3 км/час.
Немного выше устья реки Утёнки, на первом же перекате, скорость лодки упала практически до нуля и плыть дальше было просто бесмысленно. Единственно, что удивило при «штурме» переката это сверкнувшая низко над руслом реки (почти над самыми верхушками деревьев) по направлению с левого на правый берег, горизонтальная молния, без раската грома и характерного треска, который бывает при электрическом разряде на высоковольтных установках или на трансформаторных подстанциях.

30.05.2017 года Константин Коханов изучал окрестности поселения Муторай, вверх и вниз по берегу реки Чуни, на расстоянии нескольких километров, фотографируя в основном природные достопримечательности. и собирая интересные и красивые камни. Затем уже в доме на Таёжной, 13, в котором он ночевал, на импровизированном из подручных материалов столе, он изучал свои находки и читал, делая выписки из взятых в библиотеке книг и журналов, всё из того, что в них имело отношение к его рекогносцировочным экспедициям:

31 мая 2015 года, около восьми утра, в дом на Таёжной, 13, где «проживал» Константин Коханов, постучался Владимир Соколов, «начальник вертолётной площадки», который часто в Муторае оказывает помощь туристам в организации сплава по реке Чуне и даже иногда помогает им на своей лодке спуститься по ней вниз на 100-200 км. Он предложил Константину Коханову поехать посмотреть на реке Муторай, недалеко от устья этой реки, гранатовое месторождение. Константин Коханов попробовал отказаться, но, в конце концов, согласился, хотя будучи там сам, ничего интересного не обнаружил, кроме камней с чёрным покрытием, похожих на осколки челябинского метеорита. Правда, покрытие было толще, а сами камни имели совсем другую структуру. К тому же их было много, что говорило об их естественном происхождении, как и чёрной плёнки, на их поверхности, образованной явно не от нагрева этих камней в атмосфере, если бы они были действительно метеоритами. Гранаты, которые показывал там Константину Коханову Владимир Соколов, оказались либо мелкими чёрными или мутновато зелёного цвета и какой либо ювелирной ценности не представляли. Владимир Соколов уверял, что когда вода летом обмелеет, то можно найти много крупных гранатов, но в это верилось с трудом, да и Константин Коханов ездил в Эвенкию не за драгоценными камнями или золотом, которые ему было дешевле купить в Москве, если бы они его действительно интересовали.

После возвращения в посёлок Муторай, Константин Коханов, в третьем часу красноярского времени, пошёл к Степану Копылову. Пришёл как раз вовремя. Степан собирался с женой и с другом Юрием на рыбалку и грузил в это время на волокуши, прицепленные к трактору, рыбацкое снаряжение и горючее к лодочному мотору. Поэтому, когда он отвёз свои вещи к реке, то на обратном пути в посёлок, Степан Копылов, по просьбе Константина Коханова отвёз к себе во двор и его «Романтику-2». «Романтику-2» во дворе дома Степана Копылова, они поставили на корму у стены сарая и прижали к ней с помощью верёвочного каната, а подвесному мотору и четырём канистрам нашли место в самом сарае.

От общения с жителями Муторая в 2015 года у Константина Коханова остались хорошие впечатления, особенно со Степаном Копыловым и с его женой Викторией Горбоуль.

2 июня 2015 года, оставив на хранение спортивную сумку со снаряжением своей экспедиции Степану Копылову, он с китайской сумкой хотел уже идти на вертолётную площадку, но ей нашлось место в коляске мотоцикла. К прилёту вертолёта, встречать его, пришли почти все жители Муторая. Дружно разгрузили вертолёт МИ-8 и также дружно загрузили его бочками с рыбой и рыбацким снаряжением.

В Ванаваре Константин Коханов пробыл до 9 июня 2015 года: сходил пообщаться с директором заповедника «Тунгусский» Людмилой Логуновой, присутствовал 7 июня 2015 года на встрече Эвенкийского Нового года (праздник Мучун), который проводился в Ванаваре впервые, прошёлся по берегу речки Ванаварки до её устья, свернув к ней в конце Спортивной улицы. Ко всему прочему воспользовался представившейся возможностью отправить в Муторай с вертолётчиком Владимиром Геннадьевичем Качесовым посылку с бутылками редукторного масла и масла для топливной смеси, положив заодно с ними в сумку литровую бутылку водки и две банки ананасового компота.

Прилетев в Москву, купил в магазине «Чай-Кофе» на Мясницкой, подарочную коробку с разными сортами цейлонского чая и отправил посылкой сразу же с Центрального почтамта (напротив чайного магазина) в Муторай Виктории Горбоуль, чтобы хотя бы так отблагодарить её за оказанное гостеприимство.

По плану на 2016 год у Константина Коханова была рекогносцировочная экспедиция в район среднего течения реки Муторай, в Эвенкийском муниципальном районе Красноярского края, не как обычно в начале мая месяца, а в середине июля с целью выхода к предполагаемым «кратерам» (воронкам) от падения Тунгусского метеорита. Пролетая над тайгой в качестве пассажира на вертолёте, чего там только не увидишь, не говоря уже о том, что может показаться при разном освещении солнцем поверхности этого до сих пор плохо изученного заболоченного таёжного пространства. Какие из многочисленных округлых озёр приняли Виталий Воронов и Виталий Ромейко в окрестностях посёлка Муторай, а геолог В.А.Дорофеев на территории ГПЗ «Тунгусский за метеоритные воронки или кратеры, остаётся только гадать. Правда, если судить по картам и фотографиям, которыми поспешил поделиться, как и своими рассказами, о Воронове и Дорофееве, Виталий Ромейко на своём сайте с пользователями Интернета, можно только задаться вопросом: «А почему до сих пор он сам не дошёл до этих воронок и не примерил на своей голове лавровый венок первооткрывателя места падения Тунгусского метеорита?» Вместо ответа на этот вопрос, проще послать его в направлении слова из трёх букв, перед тем, как сдуру самим пойти, сквозь буреломы и гари, неизвестно куда и неизвестно зачем. А что действительно видно с вертолёта, Константин Коханов может сказать точно – только многочисленные ветровалы и болота с круглыми карстовыми озёрами, в сетке уходящих за горизонт геологических профилей, и, как правило, со следами рядом с ними, потушенных, скорее всего, только дождями или снегопадами, таёжных пожаров.
Константин Коханов понимал, что при малой воде на моторной лодке, чтобы особенно долго не тянуть её вверх по течению реки на бечеве через пороги и перекаты, пройти более 50 километров будет нереально. Поэтому путешествие по реке Муторай в 2016 году планировалось им не более чем на две недели, а всё оставшееся время отпуска, он отводил для посещения в Челябинской области тех мест, которым он не придал особенного значения в 2013 году. Надеясь на «уральских учёных», он думал, что они сами точно определят эллипс рассеивания упавших осколков Челябинского метеорита, от эпицентра его взрыва до падения его последнего осколка где-нибудь в 100-150 км к западу или северо-западу от города Сатка. Но вопреки очевидным фактам, «уральские учёные», по сути их публикаций в прессе, замкнули эллипс рассеивания осколков Челябинского метеорита над озером Чебаркуль.
Поэтому в планы Константина Коханова на 2016 год год входило посещение городов Сатка, Чебаркуль и Челябинск. Местом же базирования своей второй Челябинской экспедиции он выбрал город Златоуст, а местом более детальных «исследований» с уточнением «подробностей» падения осколка Челябинского метеорита из экспозиции Челябинского музея, озеро Чебаркуль.
Не учёл Константин Коханов только одного – аномальной жары лета 2016 года и многочисленных таёжных пожаров в Красноярском крае, в результате которых стали отменяться даже регулярные рейсы между крупными населёнными пунктами, не говоря уже о таёжных посёлках, где и так было по одному рейсу в неделю.
Ванавара встретила Константина Коханова густой пеленой дыма, можно сказать почти сразу, после его появления в этом населённом пункте. Повезло, что он, вообще, туда прилетел в тот день 13 июля 2016 года, на который был куплен его билет на самолёт. Затем начались задержки полётов в Ванавару из Красноярска, а потом дошло и до отмены всех местных рейсов оттуда, в том числе и в посёлок Муторай.

Прожив неделю в гостинице «Гармония», один в трёхместном номере, Константин Коханов понял, что дальнейшее ожидание рейса в Муторай бесполезно и решил ближайшим рейсом вылететь в Красноярск. И уже оттуда поездом доехать до Златоуста (ввиду отсутствия в этом городе аэропорта), откуда он ещё в Москве запланировал посетить города Сатку и Чебаркуль. Это можно было легко сделать, съездив туда на автобусах (в Сатку и в Чебаркуль), а до Чебаркуля можно было ещё доехать на электричке. В 2013 году Константину Коханову пришлось отказаться от поездки в город Сатку из Челябинска, потому что ехать до этого города на автобусе, нужно было 4 часа. Понятно, что в течение дня посетить город Сатку было невозможно, а ехать туда на два-три дня, без определённой цели поездки, понадеясь только на русское слово авось, совсем не хотелось.
Правда, решение отменить свою рекогносцировочную экспедицию по поиску места падения Тунгусского метеорита в 2016 году, конечно, пришло ему в голову не сразу. Сначала Константин Коханов узнал, что видимость в посёлке Муторай (Эвенкийский муниципальный район, Красноярского края), с первых чисел июля от дыма таёжных пожаров почти каждый день была менее 50 метров. Потом он случайно от продавца в магазине «Элита» на улице Кулика узнал, что даже выполнявший санитарный рейс 20 июля 2016 года вертолёт МИ-8, для оказания экстренной помощи заболевшей в Муторае женщине, не смог там приземлиться и вернулся в Ванавару.
Вот только этот рассказ продавца магазина о несостоявшемся в Муторай санитарном рейсе вертолёта, заставил Константина Коханова отправиться 21 июля 2016 года в аэропорт Ванавары покупать билет на самолёт до Красноярска. Но там, неожиданно для себя, он узнал, что, как только дым немного рассеется, в этот день будет санитарный рейс в Муторай, который совместят с отменённым во вторник пассажирским рейсом. Когда Константин Коханов изъявил желание лететь на этом рейсе, командир экипажа вертолёта поинтересовался, какой у него груз и, узнав, что он около ста килограмм, сказал ему, что проблем с грузом не будет. Правда Константину Коханову пришлось бежать за оставшимися вещами обратно в гостиницу, хорошо ещё, что основная часть снаряжения его экспедиции уже находилась в комнате хранения багажа ванаварского аэропорта. Наконец, после двух переносов вылета в течения одного часа, вертолёт с тремя членами экипажа, а из пассажиров только с ним и медсестрой, взлетел. Желающих полететь в Муторай из Ванавары в этот день больше не было, так как не было никакой гарантии, по крайней мере, в течение двух недель, вылететь оттуда обратно.

Вертолёт в Муторае приземлился сразу, без предварительного облёта вертолётной площадки, где Константина Коханова встретил Степан Копылов, практически со всеми остальными жителями посёлка. Он и отвёз его вещи на своём мотоцикле «с коляской» (продолговатым низкобортным ящиком, для перевозки грузов) на улицу Таёжную, 13, в пустующий дом матери жены – Виктории Горбоуль, в котором он уже жил в прошлом году. Вечером Константин Коханов обсудил со Степаном своё путешествие по реке Муторай. Обсуждали сидя за столом, отмечая приезд Константина Коханова, который привёз с собой две бутылки водки «Байкал», в изготовлении которой использовалась байкальская вода, взятая с глубины 500 метров. Когда разговор зашёл о том с кем можно забросить лодку «Романтика-2» выше устья Муторайки хотя бы на 100 км, появился гость – Александр Зарубин, чьи охотничьи угодья располагались в интересующих Константина Коханова местах. Что Константин Коханов совершил глупость, привезя водку в Муторай, он понял уже к концу застолья. Когда разговор коснулся общих знакомых в Ванаваре, Виктория Горбоуль стала спорить, что ей больше известно о тех людях, с которыми Константин Коханов общался не только в самой Ванаваре, но и в тайге, в тех местах, о которых она не имела ни малейшего представления. Спорить с ней было бесполезно, так как в доказательство своей правоты она даже начала звонить по телефону своим знакомым в Ванавару и ещё куда-то, чтобы там подтвердили, что она говорит правду, а Коханов, мягко говоря, врёт. Поэтому сославшись на усталость с дороги, Константин Коханов не стал ждать окончания банкета и пошёл спать, в предоставленный в его распоряжение дом.
Рано утром в дверь дома, где ночевал Константин Коханов, постучался Александр Зарубин, и по лицу его было видно, что за ночь он так и не протрезвел. Обсуждать с ним время отъезда на речку Муторай (по местному Муторайку), в деталях было бессмысленно. Договорились, что он придёт попозже и тогда уже они всё обговорят. Одно только понял, Константин Коханов, что Александр Зарубин вряд ли согласится взять его лодку «Романтику-2» на буксир, а это было одним из условий, которые вчера они обсуждали, сидя за столом в доме у Степана Копылова.
Эта лодка была оставлена Константином Кохановым в прошлом году в Муторае и перезимовала привязанной стоймя, к стенке сарая Степана Копылова. Константину Коханову хотелось самому спуститься по реке Муторай обратно до посёлка, именно на ней, причём без посторонней помощи, чтобы не зависеть от настроения его проводника, в каких местах и где причаливать, и самое главное, чтобы самому решать, сколько времени там находиться.
22 июля 2016 года Степан Копылов на своём тракторе перевёз «Романтику-2» с установленным на ней японским 3,5 сильным подвесным мотором, на берег реки Чуни.

Вечером того же дня к Константину Коханову пришёл Александр Зарубин и, можно было, хотя и с большой натяжкой, оценивая его внешний вид и голос, сказать, что он был в пограничном состоянии, когда человек ещё не совсем трезв, но уже не так пьян, чтобы на следующий день забыть, что он обещал. Поэтому они быстро договорились, что на следующий день к вечеру, они точно отправится в путь. Действительно, рано утром, появившись в доме Константина Коханова, Александр Зарубин, сказал, чтобы он собирался в дорогу, а ему только осталось купить бензин, и попросил для его покупки 5000 рублей. В середине дня появившись снова у Коханова в доме, он поставил его в известность, что бензин куплен и неплохо было бы ему за предстоящую поездку в верховья Муторая, получить обещанные деньги. И не задумываясь о последствиях, Константин Коханов совершил очередную глупость, отдав ему за ещё не совершённую поездку 30000 рублей.
Узнав, что Константин Коханов отдал деньги Александру Зарубину, Степан Копылов сразу засомневался, что поездка на Муторай у него теперь может, вообще, состояться
В итоге так оно и вышло. Два дня подряд, поездка по разным причинам Александром Зарубиным переносилась, а на третий день, когда Константин Коханов сплавал на рыбалку со Степаном Копыловым вверх по Чуне, выше порога за устьем реки Муторай, то уже сам понял, что подниматься в этом году по реке Муторай нет никакого смысла. При ширине Чуни до 150 метров, она стала насколько мелкой, что её в любом месте можно было перейти вброд, практически даже в охотничьих болотных сапогах. Местами на середине реки глубина была 10-15 сантиметров, правда у берегов попадались ямы глубиной больше 1 метра, хотя вряд ли превышали где-нибудь полутораметровой глубины.
24 июля 2016 года Константин Коханов всё-таки решился плыть на «Романтике-2» до устья реки Муторай и подняться вверх по реке хотя бы до первых перекатов. Задымлённость над Чуней была ещё гуще, чем в предыдущие дни, и плыть приходилось, можно сказать, в экстремальных условиях, постоянно сбавляя обороты двигателя, когда он натыкался на мели даже посередине реки. Константину Коханову ещё никогда не приходилось так плавать, чтобы смотреть чаще не вперёд, а на дно реки, которое хорошо было видно, и порой успевал поднять мотор ещё до того, как он сам за него зацепит и придётся разблокировать аварийную кнопку «стоп».

В итоге всё время приходилось плыть ближе к левому берегу, но всё равно в районе галечных островов не менее пары сотни метров ему пришлось проплыть, подняв подвесной мотор, на вёслах. Войдя в устье реки Муторай и проплыв вверх по реке метров триста, немного выше базы охотников на левом берегу, у первых перекатов с островами, он, капитально (всем днищем лодки) вблизи от правого берега, сел на мель. Поэтому ему пришлось поднять голенища болотных сапог и, сойдя с лодки в воду, протащить её, ведя на верёвке вдоль правого берега, к одному из густо заросших осокой островов.

Оставив лодку на галечной отмели, Константин Коханов, взял с собой поисковый магнит, зубило и в качестве молотка металлический охотничий топор и пошёл по правому берегу к первому от устья реки, обнажению коренных горных пород.

Побродив около двух часов по каменным осыпям, но ничего интересного, с научной точки зрения, он там не обнаружил. Правда он, нашел почти килограммовую (981 грамм) «плитку», полупрозрачного камня – то ли сердолика, то ли халцедона. С одной стороны «плитка», имела, словно сотовую поверхность, а на другой стороне просматривался более грубый «горный» рельеф. После этой находки, он вернулся к лодке, и уже там, побродив с поисковым магнитом, поднял с его помощью, как и следовало было ожидать, с десяток мелких камней, местной горной породы. Нечто на подобие этих камней в основном нашли и под траекторией полёта Челябинского метеорита.

К концу «охоты на метеориты», Константин Коханов стал чувствоваться запах гари, а дым над рекой Муторай сгустился настолько, что он уже начал скрывать очертания деревьев даже вблизи её противоположного берега. Оставалось только пообедать и возвращаться обратно в посёлок Муторай, который был в семи километрах от устья одноименной реки вниз по течению реки Чуни. На обратном пути Константин Коханов умудрился сесть на мель даже при выходе из устья Муторая. Над рекой начал подниматься туман, который смешиваясь с дымом от лесных пожаров, практически сделал невидимыми берега Чуни, если плыть по ней придерживаясь середины реки. Обратно он плыл уже вблизи правого берега. В районе галечных островов Константин Коханов не стал рисковать, поднял мотор и проплыл около километра по течению, иногда выравнивая движение лодки с помощью вёсел.

Сам посёлок Муторай с реки он так и не разглядел. Сначала увидел торчащую из воды водную растительность, затем лодки у берега и уже у самого берега, проступающие в густой пелене тумана с дымом, силуэты ближайших к реке домов:

На следующий день (25 июля 2016 года) Константин Коханов со Степаном Копыловым погрузили, точнее, затащили «Романтику-2» вместе с подвесным мотором на волокуши, и Степан отвёз её на своём тракторе обратно к себе во двор. Лодку привязали к стене сарая на прежнем месте, а подвесной мотор Константин Коханов отнёс в сарай, где он должен перезимовать до мая 2017 года.

На этом водная часть путешествия Константина Коханова была закончена, а её пешая часть до реки Кимчукан, так и не началась.
Вечером в доме Константина Коханова появился, наконец-то Александр Зарубин, на этот раз он был трезв и начал уговаривать его плыть в верховья Муторая. Константин Коханов объяснил ему, что уже плавал по Мутораю немного выше первого зимовья на левом берегу и понял, что далеко вверх уже не подняться и к тому же из-за дыма видимость не превышала тогда и 30 метров, а сейчас даже на Чуне и того меньше. Во всяком случае он извинился и вернул деньги, правда не все 30000 тысяч, а 28500, так как умудрился полторы тысячи потратить на спиртное в посёлке, где и магазина нет и водку купить не у кого, но зато явно каждому известно, кто приторговывает спиртом в любое, удобное для пьяниц, время. Деньги, потраченные на бензин, Константин Коханов не стал с него требовать, так как тот пообещал, что закодируется от пьянства и на следующий год, всё, что было в этом году с ним, уже не повторится. Но обещания плыть ли с ним по Мутарайке, на следующий год, Константин Коханов, ему всё-таки не дал, но в любом случае принял окончательное решение, что оплачивать услуги проводников вперёд, до конца путешествия, он больше никогда не будет.
Хотя вертолёт 26 июля 2016 года, ввиду сильной задымлённости местности по расписанию не прилетел в Муторай, Константин Коханов всё равно купил билет и заодно узнал, что он только второй пассажир.
27 июля 2016 года небо над Мутораем немного прояснилось, но вертолёт всё равно не прилетел – был закрыт для прилёта самолётов аэропорт Ванавары. Кто-то уже распустил слухи в посёлке Муторай, что пожар уже в окрестностях Ванавары и в заповеднике «Тунгусский», сгорел самый большой дом. К вечеру стало известно, что на завтра в плане полётов, рейс на Муторай поставлен на 10 часов утра.
28 июля 2016 года Константин Коханов перенёс и с помощью Степана Копылова перевёз все свои вещи, которые останутся в Муторае и те которые он решил взять с собой в Ванавару в дом Степана Копылова.

Когда стал слышен звук приближавшегося к Мутораю вертолёта, Константин Коханов с женой Степана Викторией Горбоуль, пошли пешком к вертолётной площадке, а он сам повёз на мотоцикле туда его вещи и коробки с рыбой, для сына в Ванаваре.

Считая Константина Коханова из Муторая в Ванавару было всего пять пассажиров и груз в виде посылок жителей Муторая своим родственникам и знакомым в этот населённый пункт. Сначала из вертолёта выгрузили посылки из Ванавары в Муторай и только потом пассажиры расположились в вертолёте. На этом рейсе летел и мэр Муторая Баснин Роман Леонидович, 1974 года рождения, с которым Константин Коханов успел пообщаться несколько дней назад в посёлке. Мэр Муторая тогда рассказал ему, что он был участником походов Ванаварского отряда «Тунгусский метеорит» с 1988 по 1991 год, организованный из школьников бывшим геологом, местным охотником Виталием Вороновым, создавший в селе Ванавара первый музей, наглядно освещавший историю падения Тунгусского метеорита…

Вот, что рассказывает, в связи с кончиной Виталия Иннокентьевича Воронова , о нём на своём сайте (http://www.tunguska.ru/forum/index.php?topic=457) Виталий Ромейко:

«5 октября 2005 года, на 63 году жизни, в поселке Ванавара скончался наш таёжный друг – Виталий Иннокентьевич Воронов. Коренной житель поселка Ванавара, профессиональный путешественник, охотник, каюр, зверовод. Многие годы он активно занимался Тунгусским метеоритом, помогал в проведении отечественных и зарубежных экспедиций к месту Тунгусской катастрофы. В 80-е годы организовал, и стал директором уникального музея «Тунгусский метеорит» расположенного в родном поселке. Виталий Иннокентиевич был замечательным рассказчиком, художником, писал рассказы и сказки. Недавно он написал документальный очерк «Тунгусская комета», где изложил своё виденье Тунгусской проблемы. До последних дней он неутомимо стремился раскрыть тайну Тунгусского метеорита».
В посёлке Муторай один из его жителей, Александр Владимирович Верхотуров, 1974 года рождения, показал Константину Коханову зимнюю фотографию Виталия Воронова на Заимке Кулика с одним из школьников его отряда «Тунгусский метеорит»:

…Наконец приземлился вертолёт:

После погрузки всех посылок из Муторая в Ванавару, Константин Коханов, с мэром посёлка и несколькими местными жителями заняли в нём свои места, свободные от перевозимого груза.
Взлетели. Константин Коханов смотрел в иллюминатор. Когда пролетали над Чуней, он увидел нечто наподобие кратера Виталия Ромейко, на одной из фотографий его сайта.

Затем внизу промелькнуло ещё несколько похожих на воронки от Тунгусского метеорита, окруженных деревьями, озёр. Создавалась иллюзия, что деревья как будто росли на окружающих озёра земляных или торфяных валах. Чёрно-бурых следов от недавних пожаров было много, но открытого огня или дыма, он во время полёта, всё-таки нигде не увидел. Когда он фотографировал через иллюминатор все интересные места, конечно, понимал, что качество снимков будет низким, но, по крайней мере, надеялся, что и на них можно будет всё же что-то разглядеть.
После приземления вертолёта в Ванаваре, муж кассира аэропорта Любови Кучеровой Андрей отвёз его на своей машине в гостиницу «Гармония», где он узнал, что в ней можно будет только переночевать, так все места там со следующего дня уже забронированы прилетавшими на следующий день двумя женщинами из Красноярска. Но и Константин Коханов не собирался задерживаться в Ванаваре и хотел улететь в Красноярск, в случае лётной погоды, в тот же день.
Утром 29.07.2016 года он заказал в гостиницу такси, переупаковал свои вещи и поехал сначала не в аэропорт, а на Московскую улицу, туда, где находилась дирекция ГПЗ «Тунгусский». Директора заповедника Людмилы Логуновой на месте не оказалось, а от её сотрудников Константин Коханов узнал, что на Заимке Кулика, и на кордоне Пристань на Хушме, ничего не сгорело. Сгорел один дом в бывшем геологическом посёлке «Хрустальный», где когда-то добывали исландский шпат, но в этом посёлке даже в 2009 году, когда его посетил Константин Коханов, не было уже ни одного пригодного для жилья дома. Пожар был на устье реки Хушмы, но его быстро локализовали и заповедник «Тунгусский» и на этот раз сильно не пострадал. После разговора с сотрудниками заповедника, он поехал в аэропорт, где встретился с мэром Муторая, от которого узнал, что над теми гарями, где они вчера пролетали на вертолёте, ветер снова раздул огонь.

Фрагменты карт с рекой Чуня от Стрелки-Чуни до Муторая:

До аэропорта Емельяново в Красноярске Константин Коханов долетел на самолёте АН-24РВ, причём, чем ближе самолёт подлетал к аэропорту, тем гуще становилась внизу пелена дыма от где-то ещё не потушенных лесных пожаров. От аэропорта Емельяново до железнодорожного вокзала в Красноярске (расстояние около 40 километров) с ещё тремя попутчиками Константину Коханову пришлось ехать на такси. Он так и не понял из разговора с продавцом билетов на автобусной остановке и с ожидавшими автобус пассажирами, когда же будет посадка на рейс до железнодорожного вокзала.
Хотелось сфотографировать достопримечательности улиц города, но они были хотя и не в плотной пелене дыма, но о каких либо качественных фотографиях можно было не думать. На площади железнодорожного вокзала Константин Коханов сделал несколько снимков, по которым всё-таки можно было понять, чем дышали тогда красноярские жители, возможно целое лето.
Билеты на ближайший скорый поезд до Златоуста, были только на верхние полки. К тому же часть пути поезд дважды пересекал границу с Казахстаном, и пришлось заполнять специальный бланк, о правилах пограничного контроля и недопустимости ошибок с паспортными данными при оформлении проездного документа. Правда, не это вызывало неудобство, а то, что скорый поезд №129 (Красноярск-Ялта) до Златоуста, шёл в течение около 42-х часов со скоростью почтово-багажного состава, делая остановки от 30 минут до 1-го часа. Время длительных остановок поезда на пути в Златоуст: Ачинск-1 (30 минут), Мариинск (29 минут), Новосибирск (49 минут), Исилькуль (1 час), Петропавловск (42 минуты) и Челябинск (41 минута).
Путешествие по Челябинской области в 2016 году было уже подробно описано в очерке Константина: «Челябинский метеорит или что-то иное? Часть 5. Сатка, Златоуст, Чебаркуль и Челябинск» (http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=2318).

В 2017 году Константин Коханов отправился из Москвы в Эвенкию из аэропорта Домодедово в 21-35 (Московского времени) 14 мая, 15 мая в 6-00 (Красноярского времени) прилетел в Красноярск в аэропорт Емельяново, оттуда на такси доехал до аэропорта Черемшанка и в тот же день вылетел в Ванавару, а 16 мая 2017 прилетел на вертолёте в Муторай.

Всё вроде бы складывалось благополучно, и ко всему прочему в вертолёте с Константином Кохановым прилетел в Муторай Александр Зарубин, который поспешил, сидя с ним рядом ещё в вертолёте, заверить его, что на этот раз он его не подведёт.

И Константину Коханову ничего не оставалось, как поверить Александру Зарубину, что перед началом путешествия по реке Муторай, он на этот раз не напьётся. В 2017 году Константин Коханов, вообще, не брал с собой ни грамма спиртного, чтобы не отмечать своего приезда в Муторай, как в прошлом году, ни со Степаном Копыловым и его женой, и тем более с Александром Зарубиным.
При посадке в вертолёт МИ-8Т, на рейс в посёлок Муторай, на 17 пассажиров было с десяток собак. Кроме того у каждого охотника было с собой много рыбацкого снаряжения и тары (бочек) для рыбы, так что салон вертолёта вещами пассажиров оказался загруженным почти до потолка настолько, что даже голов пассажиров, сидевших напротив Константина Коханова не было видно. Стоит отметить, что сидевший рядом с Кохановым Зарубин, хотя извинился, что в прошлом году он его подвёл, но его извинение всё-таки звучало как-то странно, в смысле того, что всё равно тогда вода в Муторайке была маленькая, и плыть было бесполезно. Трудно было понять, когда он врал, в прошлом году, когда на третий день, протрезвев, уговаривал Константина Коханова плыть, не смотря на маленькую воду, утверждая, что плыть можно, так как он знает все мели на Муторайке, как пять своих пальцев. А может в этом году, сидя рядом с Константином Кохановым в вертолёте, утверждая, что плыть в прошлом году по Муторайке было бесполезно. Но теперь при большой воде он гарантирует, что минимально можно будет подняться вверх по реке на 200 км, а максимально ещё на 50 км, а может ещё и дальше, километров. Выглядело это очень странно, так длина реки Муторай по справочным данным была всего 228 км.
В Муторае оказалось, что к Степану Копылову и Виктории Горбоуль, прилетел, этим же вертолётом на рыбалку до 30 мая 2017 года, со своим ванаварским другом, их сын. Поэтому, не обращая внимания на Константина Коханова, они погрузили вещи сына на мотоцикл Степана и быстро покинули вертолётную площадку. Константин Коханов даже растерялся, что ему делать со своими вещами и тем более, где ему теперь остановиться на ночлег. Поэтому, когда Александр Зарубин предложил остановиться у него, у Константина Коханова, даже не возникло в голове мысли, отказаться от этого «заманчивого» предложения.

Рубрика: Таёжные приключения, Тунгусский метеорит, Челябинский метеорит | Метки: , , , , , | Комментарии отключены

Челябинский метеорит или что-то иное?! Часть 5. Златоуст, Сатка, Чебаркуль и Челябинск.

За последние три года бред сивой кобылы представителей околонаучной общественности вплоть до некоторых, «действительно членов» АН РФ, не говоря уже о «нобелевских лауреатах» из РАЕН относительно падения Челябинского метеорита не только не ослаб, но даже усилился и оброс подробностями. Самое интересное бредит не только жёлтая пресса в отношении того, что было на самом деле, но и не на много отстают от неё так называемые учёные регионального уровня, когда говорят, что всё-таки было поднято со дна озера Чебаркуль. Хотя существуют всего три мнения о том, что это есть на самом деле: булыжник земной горной породы, отходы литейного производства Челябинской области и всё-таки действительно осколок Челябинского метеорита. Не смотря на то, (что может показаться очень странным), вес этого «осколка метеорита, булыжника или глыбы металлургического шлака» постоянно уточняется (то он похудеет на сорок килограмм, то неожиданно поправится килограмм на двадцать), почему-то ни у кого не возникает желания, отправить на экспертизу отколотый от 500-килограмого экспоната Челябинского краеведческого музея, образец. Правда сделать это нужно только при свидетелях в лице представителей Комитета по метеоритам АН РФ, а не исследовать в лабораториях КМЕТа, что им предоставили для изучения работники Краеведческого музея или водолазы, поднявшие нечто похожее на осколок метеорита. Почему нет желания определить точно, имеет ли этот экспонат Челябинского краеведческого музея космическое происхождение или нет? К тому же хотя бы определить точно, сколько всё же весит на самом деле самая большая найденная часть, якобы космического гостя, на которую сегодня может поглядеть каждый желающий в Челябинском краеведческом музее в «Зале Природы» по адресу: улица Труда, 100. Свою точку зрения на «проблему Челябинского метеорита», Константин Коханов изложил в своих четырёх очерках ещё в 2013 году, после того, как спустя три месяца после его взрыва и падения на землю, побывал в местах, где были обнаружены его осколки. Тогда им также планировалась поездка в город Сатку, но он решил, что уральские учёные не обойдут вниманием этот населённый пункт и сами определят, где упал последний осколок Челябинского метеорита, замкнув эллипс рассеивания его осколков. Надеялся на это Константин Коханов, видимо, зря, но понял, что очерки его о Челябинском метеорите, начали кое-кого «из учёных» сильно раздражать, а челябинские экологи, постарались извлечь из них компрометирующие местные власти моменты. Но не буду забегать вперёд и начну говорить об этом по порядку. Некоторым может показаться, что Константин Коханов интересуются и занимается только проблемами Тунгусского и Челябинского метеорита. Но это далеко не так, потому что большую часть времени он занимается историческими литературоведческими исследованиями жизни и творчества русских поэтов и писателей, в том числе Льва Толстого, Сергея Михалкова и Владимира Высоцкого, отражая их жизнь и «творчество» в документальных романах, а также в сатирических стихах и поэмах. Правда он пишет, скорее не стихи, а стихотворные сатирические сюжеты о российской повседневной жизни, точнее стихотворные фельетоны и, конечно, песни, в которых отражает некоторые автобиографические моменты своих приключений в тайге, причём часто, когда там оказывался наедине «с одним очень хорошим человеком», то есть с самим собой.
Поглощённый работами над книгами он иногда бывает настолько, что даже перестаёт интересоваться письмами, отправленными ему на сайт по электронной почте. В 2015 году, когда он начал знакомиться со всеми присланными ему в течение нескольких месяцев сообщениями и письмами, большинство из которых, он, как обычно отправлял, не читая, в «корзину», обнаружил четыре интересных письма, которые сразу же воспринял за розыгрыш, накануне «Дня смеха» – 1 апреля.
Первые три письма, датированные 18-ым марта 2015 года, были от Николая Мельникова. Они содержали статью о нём с его гипотезой о пришельцах, напечатанную в газете «Южноуралец» (в номере от 18 сентября 2014 года), фотографию его приусадебного участка, с установленным им на нём памятником «Челябинскому метеориту» и просьбу, которую он воспринял не иначе, как первоапрельский розыгрыш:

Уважаемый Константин Парфирьевич, Здравствуйте!
Для Вас, высылаю интересный материал про «Космических пришельцев». Пусть весь мир узнает правду о них и кто на самом деле спасает нашу планету «Земля»! На которой проживает человечество! Прошу Вашего содействия в публикации данного расследования во все СМИ, которые знаете. Если это возможно.
С Уважением к Вам, ваш верный и преданный друг.
«очевидец-охотник-следопыт-исследователь»
Николай Мельников

Копию листа №17 из газеты «Южноуралец» от 18 сентября 2014 года Николай Мельников прислал Константину Коханову только 30.9. 2016 года:

Статья Светланы АРХИПОВОЙ – Николай Мельников: «Нас спасли инопланетяне!»

Сенсационное заявление сделал чебаркулец, заснявший на видеокамеру падение осколка метеорита в озеро Чебаркуль 15 февраля 2013 года

Николай Мельников является единственным обладателем видеозаписи: огромное небесное тело на высокой скорости врезается в лёд…

Облако пара – и тишина. Почему не было взрыва? Откуда такие ровные края у проруби? Её словно старательно вырубили заранее…

СНАЧАЛА БЫЛА РАЗВЕДКА

Николай Мельников живёт на самой высокой точке возвышенности возле самого озера. Именно отсюда его камера, установленная на крыше дома, зафиксировала полтора года назад падение осколка. Каждый вечер и каждое утро Николай Лаврентьевич наблюдает за небом. Красивее нет ничего в мире, считает он. Сын даже телескоп отцу подарил! «Это у вас в городе ничего не видно — многоэтажки закрывают обзор, – говорит Николай Мельников. – А у меня, на Метеоритной горе – так её назвал я – весь звёздный купол, как на ладони!»
С 2000 года – как переехал сюда – пенсионер наблюдает за тем, как неопознанные летающие объекты бороздили небесные просторы. И вот 13февраля 2013 года в 14.45 Николай Мельников заметил в воздухе между островом Голец и полуостровом Крутик сразу три плазменных шара. Они словно сканировали озеро в течение 15 минут. Это было как раз то место, на которое спустя двое суток и «приводнился» осколок метеорита.

ИНОПЛАНЕТЯНЕ СПАСЛИ НАС ОТСМЕРТИ…

«Высший разум знал, что в сторону Челябинской области летит болид размером с семиэтажный дом и нам угрожает смертельная опасность. ОНИ спасли нас!» – уверен Николай Лаврентьевич. И приводит в доказательство массу доводов, демонстрируя при этом фотоснимки, которые впоследствии были размещены в средствах массовой информации. Когда горящий метеорит несся над Челябинском на высоте почти 50 км, к нему приблизился неопознанный летающий объект (НЛО) сигарообразной формы и создал плазменный щит. Произошел взрыв – болид разлетелся на три части и потух. Через секунду загорелся вновь. Один из осколков размером с автобус ПАЗ-375 полетел в сторону Чебаркуля.
«На увеличенных фотоснимках мы видим горящие сопла: огромный камень диаметром 3 метра несут на себе 6 летающих объектов небольших размеров, – рассказывает Николай Мельников. – Они появились из сигарообразного НЛО после взрыва в воздухе. Тащили 75 км – от того места, где произошел взрыв до полыньи в озере Чебаркуль. Возле озера скорость осколка уменьшилась – он, словно стал притормаживать. Очевидно, что в это время один из НЛО отделился для того, чтобы лазером прорезать
лед, подготовить полынью – вот для чего двое суток назад была произведена разведка! Небесное тело было «осторожно брошено». Поэтому камера не зафиксировала взрыва. Поэтому озеро не вышло из берегов, как это должно было произойти, если бы осколок грохнулся сам. Аккуратно вырезанную льдину круглой формы диаметром 6,32×5,36 метров толщиной 70 см впоследствии при сканировании дна озера нашли на глубине 15 метров – она ушла под лед вместе с камнем и примерзла к основному льду».

… И ОЧИСТИЛИ ВОДУ В ОЗЕРЕ

После падения осколка в озеро Чебаркуль Николай Мельников четырежды брал пробы из водоёма и отправлял на анализ. Каждый раз приходило оптимистической заключение – вода пригодна для питья. Кроме того пенсионер отмечает, что такой чистой, как после 15 февраля 2013 года, вода ещё не была. Она прозрачная, без осадка, без запаха, хорошо хранится в закрытых бутылях и не портится (стр.16).
А этим летом на место падения осколка даже лебеди прилетели — 60 особей. Но недолго им суждено было наслаждаться акваторией озера Чебаркуль — чайки прогнали. «Это была настоящая война! — вспоминает Николай Лаврентьевич. — Я наблюдал в бинокль, как огромных размеров чайки, их было порядка сотни, набросились на лебедей возле полуострова Крутик. Казалось, что с неба в озеро упала большая туча… Птицы, как никто другой, чувствуют положительную энергетику. «Оккупация», полуострова, которую они устроили, говорит только о том, что здесь пригодное для их проживания место».
А ещё на месте падения осколка появились раки; рыбаки ловят здесь карпа до 6,5 кг.

«ХИЖИНА ДЯДИ КОЛИ»


Светлый уютный дом на ул. Береговой знают многие чебаркульцы. И не только. Сюда часто приезжают иностранцы, жители городов России. Только в прошлом году в гостях у Николая Лаврентьевича и его супруги Валентины Петровны — гостеприимной хозяюшки — побывало порядка 700 человек. Особенно счастливы дети, которые, не успев доехать до чебаркульского озера, кричат: «Хотим к дяде Коле!» Еще бы, ведь дядя Коля устроил в своём доме настоящий музей Чебаркульского метеорита. «Именно Чебаркульского, а не Челябинского — как его называют научные работники, — уточняет Николай Мельников. — Ведь осколок упал именно в озеро Чебаркуль. И это, поверьте, не случайность!» (стр.17).

Четвёртое письмо, датированное 16-ым марта 2015 года, было от Николая Мурзина – генерального директора службы специальных работ «Алеут», фирма которого выиграла тендер по подъёму со дна озера Чебаркуль «Челябинского метеорита, с интригующим названием: «Вы многое угадали в своём расследовании про Челябинский метеорит», в котором было вложение со статьёй «Вся правда о Челябинском метеорите», датированная «Первым апреля 2014 года», явно указывающая на обычный розыгрыш в этот день на уровне безобидной шутки: «А у Вас спина белая!»

Николай Мурзин, в самом же письме от 16 марта 2015 года, написал, что «В ссылке ещё немного информации».

Статья в ссылке имела не менее шокирующее любого обывателя название: «Вся правда о Челябинском метеорите», но была датирована 1-ым апреля 2014 года:

«Метеорит, который лежит в краеведческом музее Челябинска – не тот, который взорвался подобно Тунгусскому 16 февраля 2013 года. Примерно через полтора месяца после падения Челябинского метеорита, когда стало ясно, что водолазы МЧС не в состоянии отыскать и поднять основной кусок, предположительно упавший в озеро Чебаркуль мы задумали хитрый и коварный план.
В провинцию Гирин КНР был направлен наш представитель.

(Фотография представителя фирмы Алеут, где-то в Китае).

Как известно 8 марта 1976 года над провинцией прошёл метеоритный дождь и, вскоре после него, там был найден самый большой на данный момент в мире каменный метеорит Цзи-линь весом 1776 килограмм.
В строгом соответствии с традициями континентального Китая конца 20-го века из самой большой глыбы была высечена статуя Председателя Мао Цзедуна. Нашему представителю удалось найти мастера, изваявшего данную статую и уговорить его продать самый большой из оставшихся после работы фрагментов. Надо признать, мастер Ли ни в какую не соглашался на сделку, пока мы ему не сказали, что планируем высечь бюст Маркса из данного обломка. Мысль о том, что будет документальное и фактическое подтверждение того, что Председатель Мао более велик чем Маркс, настолько грела душу мастера Ли, что он не устоял.
Дальше дело оставалось за малым: выиграть, снизив максимально цену, тендер на поиск и подъем Челябинского метеорита, нарисовать 3Д модель фактически имеющегося куска, имитировать напряженную работу как можно более долгий период времени, достать заранее приготовленный метеорит. Весь этот план полностью сработал. И, если бы не финансовый кризис, который привел к задержке заработной платы у системного администратора нашей фирмы, никто бы и никогда об этом не узнал» (http://www.aleut.ru/news/38-vsya-pravda-o-chelyabinskom-meteorite/)».

Прочитав это «чистосердечной признание» о всей правде о Челябинском метеорите, Константин Коханов решил ответить Николаю Мурзину, оценив не столько оригинальность шутки, а весь скрытый в ней подтекст (все Ваши домыслы уважаемый товарищ о подлинности найденного осколка Челябинского метеорита на дне озера Чебаркуль не имеют под собой никаких документальных подтверждений):

Ответ Константина Коханова Николаю Мурзину от 2 апреля 2015 года:

«Уважаемый Николай Эдуардович! Самое смешное заключается не «в Вашем чистосердечном предпервоапрельском признании», а в том, что после Вас, мне написал три письма Николай Мельников, тот самый, который предоставил всему миру видеоматериалы падения в прорубь, прорубленную чебаркульскими браконьерами, осколка «Челябинского метеорита». Лично мне падение и взрыв Челябинского метеорита позволил закрыть тему «Тайны Тунгусского метеорита», но не к свёртыванию моих предстоящих экспедиций в районы его падения».

Письмо Николая Мурзина Константину Коханову от 6 апреля 2015 года, 17-44:

«В том, что касается именно метеорита в Чебаркуле, есть только одна нестыковка. До музея доехало только две трети от поднятого камня. В остальном, на самом деле метеорит был поднят из точки, которую мы сначала рассчитали, а потом увидели на экранах эхолота. Учитывая мощность слоя ила над ним подложить туда, что либо последние 50 тысяч лет не смог бы никто. Это, в самом деле, был поднят тот кусок, который запечатлел дядя Коля Мельников на своём видео. Забавным был только состав поднимающей команды, но тут нет никаких секретов, просто так сложилось.
С уважением, Николай Мурзин

PS. Если решу вопрос с финансированием, то в мае выйдет книга, в которой все работы по подъему, в том числе и то, что не афишировалось, будут расписаны на каждый календарный день».

Ответ Константина Коханова Николаю Мурзину от 6 апреля 2015 года, 21-23:

«Уважаемый Николай Эдуардович! Для меня доказательством метеоритной природы поднятого Вами валуна, будут только результаты анализа основной его массы, произведённые непосредственно на музейном экспонате работниками КМЕТа, которых я пока не видел.
Главное несоответствие – это диаметр чебаркульской воронки и диаметр Вашего валуна. Либо дырка от Вашего валуна была в другом месте и не превышала намного его диаметра, либо Вы нашли действительно метеорит, не имеющий отношения к Челябинскому метеориту 2013 года. Кроме Николая Мельникова с его видео, во время пролёта над озером метеорита, на нём было несколько рыбаков, с одним из них я говорил, а также, с теми, кто искал осколки метеорита непосредственно, почти сразу же, после падения его осколков на поверхность озера. Вопросов было много, но ответов на основные вопросы, я так и не получил.
Книгу Вашу, если выйдет, обязательно прочитаю и во втором томе «Тунгусский метеорит – история поисков» обязательно отведу Челябинскому метеориту целую главу. Константин Коханов».

Как и следовало было ожидать Константину Коханову, Николаем Мурзиным не было представлено конкретных доказательств того, что самый большой 500-килограмовый экспонат, выставленный в Челябинском Краеведческом музее, является осколком Челябинского метеорита. Казалось бы, кому, как не музею или Николаю Мурзину не быть заинтересованными в том, чтобы было официально подтверждено, что всё-таки было поднято со дна озера Чебаркуль, но его вопрос тогда так и остался без ответа. Переписка оборвалась, разумеется, не по инициативе Константина Коханова, который и не настаивал больше на её продолжении. В принципе ему было всё равно, что было выставлено в Челябинском краеведческом музее, так как химический состав Челябинского метеорита был определён точно по бесспорно принадлежащим ему осколкам, найденным сразу после его взрыва жителями Челябинской области и охотниками за метеоритами из разных регионов России.
Казалось бы, у Константина Коханова не было никакого повода продолжать дальше изучение траектории полёта Челябинского метеорита, но в апреле 2016 года ему в Интернете на глаза попалась статья (со ссылкой ГТРК «Урал») от 28 апреля 2016 года:

«Уральские геологи нашли новые фрагменты Челябинского метеорита»

«Частичка космоса, к которой можно прикоснуться руками. Уральские студенты отправились на поиски осколков Челябинского метеорита. Один в поле не воин, зато трое – уже экспедиция. Без оборудования, полагаясь только на зрение, студенты горного университета в сухой траве высматривают метеориты. Этот метод они сравнивают с поиском грибов. Опытный глаз сразу же видит черную матовую поверхность. Кусочек небесного тела находят в первый же день.
Это осколок Челябинского метеорита. Болид диаметром почти 17 метров и весом в 10 тысяч тонн пронесся над Уралом 15 февраля 2013 года.
Двигаясь по траектории падения метеорита, на земле до сих пор можно найти его фрагменты. После взрыва в воздухе, осколки усеяли землю на участке в несколько десятков километров, который тянется от посёлка Батуринский до озера Чебаркуль.
В прошлом году здесь уже было сделано несколько находок. «Ходили три дня и только на третий день нашли, это огромная радость – найти метеорит. Сама возможность прикоснуться к космическому телу, это что-то неизведанное, из глубины космоса, и оказывается у нас на земле – это привлекает очень», – поделился своими мыслями студент Уральского государственного горного университета Виталий Соснин.
В таких поисках главное не спутать метеорит с обычным минералом. Отличить обычный камень от метеорита помогает магнит – достаточно прикоснуться им к находке. Обычный минерал в этом случае останется неподвижным, а вот осколок небесного тела обязательно притянется.
Найденные экспедицией фрагменты метеорита пополнят коллекцию Уральского геологического музея. Кроме того, с их помощью специалисты проведут ряд научных опытов. «Исследование метеоритного вещества позволяет заглянуть за пределы нашей планеты, дает представление о строении Солнечной системы, о том, как образовывались наши Планеты, про вещество, идеальное вещество, которое прямо спокойно прилетело к нам сюда», – рассказал директор Уральского геологического музея Дмитрий Клейменов.
Всё это, – говорят ученые, – поможет землянам подготовиться к возможным угрозам из Космоса. Ну, а пока исследователи преследуют менее глобальные цели. Они разрабатывают геолого-минералогический маршрут поиска осколков Челябинского метеорита. Чтобы испытать удачу мог каждый желающий, путеводители издадут уже в конце мая. Текст: ГТРК «Урал» http://www.vesti.ru/doc.html?id=2748433

Прочитав ещё несколько статей об экспедиции уральских учёных за осколками Челябинского метеорита, на одну из них в «Красноярских новостях», озаглавленную почти также как и в других публикациях на эту тему: «Уральские ученые отправились на поиски новых фрагментов челябинского метеорита», от 27 апреля 2016 года, Константин Коханов, не удержался от соблазна сделать свой комментарий. Других комментариев на эту статью не последовало, так как за три года после падения и взрыва Челябинского метеорита к публикациям о Челябинском метеорите россияне перестали проявлять повышенный интерес. И только жёлтая пресса периодически, неся полную ахинею, будоражит воображение наиболее впечатлительных граждан Челябинской области и близлежащих к ней областей, ужасными последствиями падения этого метеорита для их здоровья, вплоть до экологической катастрофы в районах падения его осколков.

Сама статья не представляла бы никакого интереса, если бы не упоминание в ней «эллипсоида рассевания фрагментов Челябинского метеорита:

«Ученые Уральского горного госуниверситета (УГГУ) направились в ещё одну экспедицию на Южный Урал.
Общая масса более больших фрагментов метеорита, отысканных на текущий момент, превосходит 650 килограммов.
Уже завтра учёные отправятся на поиски метеорита в село Травники. Совсем скоро профессионалы полагаются увидеть ещё больше фрагментов, не менее больших, чем найденный ими сегодня.
«Несмотря на то, что с момента падения метеорита прошло уже не менее 3-х лет, профессионалы продолжают организовывать экспедиции в район его падения – так называемый эллипсоид рассеяния фрагментов».
Сегодняшние находки уже не такие большие, на них ощутимы следы ржавчины – сульфиды железа начинают с течением времени рушиться в земных условиях.
Сегодня учёные продолжают искать обломки данного метеорита, изучать их структуры.
Уральские ученые в Челябинской области отыскали очередной фрагмент метеорита, упавшего в регионе в позапрошлом году, его вес около 15 граммов, сказал руководитель Уральского геологического музея (Екатеринбург) Дмитрий Клейменов. На Земле это событие наблюдалось как мощнейший взрыв. Ударной волной от метеорита были повреждены здания и выбиты стекла, не менее 1,6 тысячи человек пострадали. Учёные собрали фрагменты небесного тела».

Автор: krasnews.com Екатеринбург, Челябинск, Апрель 26 (Новый День, Иван Гридин)

http://krasnews.com/world/194469/

Сделанный Константином Кохановым комментарий «к материалу: Уральские ученые отправились на поиски новых фрагментов челябинского метеорита»:

Konst.Koxanov от 28.04.2016 – 23:52

«Вызывает недоумение, зачем продолжается поиск осколков Челябинского метеорита, если их найдено столько, что ими можно снабдить все занимающиеся исследованиями метеоритов лаборатории не только в России, но и во всём мире. Фотографии с регистраторов в самом городе Чебаркуль показывают, что основная масса метеорита пронеслась высоко над озером и достигла земли приблизительно в 80 км к западу от города Сатка, Челябинской области, т.е. по прямой в 160-170 км от озера Чебаркуль.
Если бы уточнение эллипса рассеивания осколков Челябинского метеорита проводилось вдоль всей траектории полёта, то это действительно представляло бы интерес для науки, а поиск осколков метеорита, где их находили в большом количестве, это просто интересное времяпровождение или студенческая игра по поиску осколков метеорита, не имеющая к науке никакого отношения.
У местного населения осталось много осколков Челябинского метеорита и для их изучения, многие обладатели осколков могли бы предоставить их учёным, конечно, с последующим возвратом.
Автор этого комментария и указанной ниже статьи был в Челябинской области спустя три месяца после падения Челябинского метеорита и опубликовал фотографии нескольких десятков осколков метеорита, в том числе координаты мест их находки, оставшиеся последствия взрыва метеорита, а также интересные свидетельства наблюдений полёта и взрыва Челябинского метеорита.
Если Вас интересует проблема Челябинского метеорита (история падения или его поисков), то рекомендую Вам прочитать статью «Челябинский метеорит или что-то иное? (легко найти в Интернете простым набором на клавиатуре названия этой статьи).
Учёные из АН РФ и даже водолазы, которые что-то достали со дна озера Чебаркуль в курсе этой статьи. Автор статьи попросил «академиков» и водолазов, «в лице их начальника», привести неоспоримые доказательства того, что поднятый со дна озера булыжник, является метеоритом. Разговор закончился ничем, но автор статьи на них не в обиде. По крайней мере, обещали привести этот метеорит с Чебаркуля в Москву на выставку, но потом передумали. Привезли осколок метеорита весом в несколько килограмм, но он не имел никакого отношения к чебаркульской находке.
Свердловских ученых-геологов под руководством главного идеолога экспедиций – директора Уральского геологического музея Дмитрия Клейменова, язык не поворачивается называть учёными. Настоящие учёные анализируют все свидетельские показания – а не выдают прорубленную браконьерами прорубь на Чебаркуле за воронку от падения Челябинского метеорита. То, что подняли со дна Чебаркуля – это не Челябинский метеорит – при восьмиметровой воронке таких обломков должно было бы быть несколько сотен, да и илом было бы покрыто метров пятьсот ледяной поверхности озера.
В других публикациях рассказывается более подробно, зачем продолжается поиск осколков Челябинского метеорита. Оказывается, уточняется эллипс рассеивания осколков, но вот почему-то только до озера Чебаркуль. Сразу возникает вопрос: А почему исследуется эллипс рассеивания осколков Челябинского метеорита только от окрестностей Коркино и Еманжелинска до Чебаркуля? Ответ напрашивается сам собой, чтобы притянуть за уши, что метеорит действительно упал в озеро Чебаркуль, а не пролетел дальше на 160-170 километров и упал где-то за селом Куваши или за городом Сатка. http://krasnews.com/world/194469/comments/

По плану на 2016 год у Константина Коханова была рекогносцировочная экспедиция в район среднего течения реки Муторай, в Эвенкийском муниципальном районе Красноярского края, не как обычно в начале мая месяца, а в середине июля с целью выхода к предполагаемым «кратерам» (воронкам) от падения Тунгусского метеорита. Пролетая над тайгой в качестве пассажира на вертолёте, чего там только не увидишь, не говоря уже о том, что может показаться при разном освещении солнцем поверхности этого до сих пор плохо изученного заболоченного таёжного пространства. Какие из многочисленных округлых озёр приняли Воронов и Ромейко в окрестностях посёлка Муторай, а геолог Дорофеев в ГПЗ «Тунгусский за метеоритные воронки или кратеры, остаётся только гадать по фотографиям, которыми поспешил поделиться, как и своими рассказами, о Воронове и Дорофееве, Виталий Ромейко на своём сайте с пользователями Интернета. И почему до сих пор он сам не дошёл до этих воронок и не примерил на своей голове лавровый венок первооткрывателя? Трудно сказать, не послав его на три буквы, перед тем, как сдуру самим идти, сквозь буреломы и гари, неизвестно куда и неизвестно зачем. А что действительно видно с вертолёта, Константин Коханов может сказать точно – только многочисленные ветровалы и болота с округлыми и круглыми озёрами, в сетке уходящих за горизонт геологических профилей, и, как правило, со следами рядом с ними, потушенных, скорее всего, только дождями или снегопадами, таёжных пожаров.
Константин Коханов понимал, что при малой воде на моторной лодке, чтобы особенно долго не тянуть её вверх по течению реки на бечеве через пороги и перекаты, пройти более 50 километров будет нереально. Поэтому путешествие по реке Муторай в 2016 году планировалось им не более чем на две недели, так что для посещения Челябинской области время в этом году у него было достаточно.
Не учёл Константин Коханов только одного – аномальной жары лета 2016 года и многочисленных таёжных пожаров в Красноярском крае, в результате которых стали отменяться даже регулярные рейсы между крупными населёнными пунктами, не говоря уже о таёжных посёлках, где и так было по одному рейсу в неделю.
Ванавара встретила Константина Коханова густой пеленой дыма можно сказать почти сразу после его появления в этом населённом пункте. Повезло, что он вообще туда прилетел в тот день 13 июля 2016 года, на который был куплен его билет на самолёт. Затем начались задержки полётов в Ванавару из Красноярска, а потом дошло и до отмены всех местных рейсов оттуда, в том числе и в посёлок Муторай. Прожив неделю в гостинице «Гармония» один в трёхместном номере, Константин Коханов понял, что дальнейшее ожидание рейса в Муторай бесполезно и решил ближайшим рейсом вылететь в Красноярск. И уже оттуда поездом доехать до Златоуста (ввиду отсутствия в этом городе аэропорта), откуда ещё в Москве запланировал посетить города Сатку и Чебаркуль. Это можно было легко сделать на автобусах (в Сатку и Чебаркуль) или на пригородных поездах (до Чебаркуля). В 2012 году ему пришлось отказаться от поездки в город Сатку из Челябинска, потому что туда ехать на автобусе нужно было 4 часа.
Решение отменить свою рекогносцировочную экспедицию по поиску места падения Тунгусского метеорита в 2016 году, конечно, пришло ему в голову не сразу. Сначала Константин Коханов узнал, что видимость в посёлке Муторай (Эвенкийский муниципальный район, Красноярского края), с первых чисел июля от дыма таёжных пожаров почти каждый день была менее 50 метров. Потом он случайно от продавца в магазине «Элита» на улице Кулика узнал, что даже выполнявший санитарный рейс 20 июля 2016 года вертолёт МИ-8, для оказания экстренной помощи заболевшей в Муторае женщине не смог там приземлиться и вернулся в Ванавару.
Вот только после этого Константин Коханов отправился 21 июля 2016 года в аэропорт Ванавары покупать билет на самолёт до Красноярска и там неожиданно от начальника отдела перевозок узнал, что сегодня, как только дым немного рассеется, будет санитарный рейс в Муторай, который совместят с отменённым во вторник пассажирским рейсом. Заодно этот работник аэропорта поинтересовался, какой у меня груз и, узнав, что он около ста килограмм, сказал, что проблем у меня с ним не будет. Пришлось бежать за оставшимися вещами обратно в гостиницу, хорошо ещё, что основная часть снаряжения экспедиции уже находилась в комнате хранения багажа ванаварского аэропорта. Наконец, после двух переносов вылета в течения одного часа, вертолёт с тремя членами экипажа, со мной и медсестрой, взлетел. Желающих полететь в Муторай из Ванавары в этот день больше не было, так как не было никакой гарантии, по крайней мере, в течение двух недель, вылететь оттуда обратно.

Вертолёт в Муторае приземлился сразу, без предварительного облёта вертолётной площадки, где Константина Коханова встретил Степан Копылов, практически со всеми остальными жителями посёлка. Он и отвёз его вещи на своём мотоцикле «с коляской» (продолговатым низкобортным ящиком, для перевозки грузов) на улицу Таёжную, 13, в пустующий дом матери жены – Виктории Горбоуль, в котором он уже жил в прошлом году. Вечером Константин Коханов обсудил со Степаном своё путешествие по реке Муторай. Они даже нашли желающего его туда отвезти человека на своей моторной лодке, правда с некоторыми оговорками, как взять на буксир лодку Константина Коханова «Романтику-2». Эта лодка была оставлена Константином Кохановым в прошлом году в Муторае и перезимовала привязанной стоймя, к стенке сарая Степана Копылова. Константину Коханову хотелось самому спуститься по реке Муторай обратно до посёлка, именно на ней, причём без посторонней помощи, чтобы не зависеть от настроения его проводника, в каких местах и где причаливать, и самое главное, чтобы самому решать, сколько времени там находиться.

22 июля 2016 года Степан Копылов на своём тракторе перевёз «Романтику-2» с установленным на ней японским 3,5 сильным подвесным мотором, на берег реки Чуни.

Но потом два дня подряд поездка по разным причинам проводником переносилась, а на третий день, когда Коханов сплавал на рыбалку со Степаном Копыловым вверх по Чуне, выше порога за устьем реки Муторай, то уже сам понял, что подниматься в этом году по реке Муторай нет никакого смысла. При ширине Чуни до 150 метров, она стала насколько мелкой, что её в любом месте можно было перейти вброд, практически даже в охотничьих болотных сапогах. Местами на середине реки глубина была 10-15 сантиметров, правда у берегов попадались ямы глубиной больше 1 метра, хотя вряд ли превышали где-нибудь полутораметровой глубины.

24 июля 2016 года Константин Коханов всё-таки решился сплавать до устья реки Муторай и подняться вверх по реке хотя бы до первых перекатов. Задымлённость над Чуней была ещё гуще, чем вчера, и плыть приходилось, можно сказать, в экстремальных условиях, постоянно сбавляя обороты двигателя, когда он натыкался на мели даже посередине реки. Ему ещё никогда не приходилось так плавать, чтобы смотреть чаще не вперёд, а на дно реки, которое хорошо было видно, и порой он успевал поднять мотор до того, как он сам за него зацепит и придётся разблокировать аварийную кнопку «стоп».
В итоге всё время приходилось плыть ближе к левому берегу, но всё равно в районе галечных островов не менее пары сотни метров ему пришлось проплыть, подняв подвесной мотор, на вёслах. Войдя в устье реки Муторай и проплыв вверх по реке метров триста, немного выше базы охотников на левом берегу, у первых перекатов с островами, капитально (всем днищем лодки) вблизи от правого берега он сел на мель. Поэтому ему пришлось поднять голенища болотных сапог и, сойдя с лодки в воду, протащить её, ведя на верёвке вдоль правого берега, к одному из густо заросших осокой островов. Оставив лодку на галечной отмели, Константин Коханов, взял с собой поисковый магнит, зубило и в качестве молотка металлический охотничий топор и пошёл по правому берегу к обнажению.

Побродив около двух часов по каменным осыпям, но ничего интересного, с научной точки зрения, он там не обнаружил. Правда он, нашел почти килограммовую (981 грамм) «плитку», полупрозрачного камня – то ли сердолика, то ли халцедона. С одной стороны «плитка», имела, словно сотовую поверхность, а на другой стороне просматривался более грубый «горный» рельеф. После этой находки, он вернулся к лодке, и уже там, побродив с поисковым магнитом, поднял с его помощью, как и следовало было ожидать, с десяток мелких камней, местной горной породы. К концу «охоты на метеориты», он стал чувствоваться запах гари, а дым над рекой Муторай сгустился настолько, что он уже начал скрывать очертания деревьев даже вблизи её противоположного берега. Оставалось только пообедать и возвращаться обратно в посёлок Муторай, который был в семи километрах от устья одноименной реки вниз по течению реки Чуни. На обратном пути Константин Коханов умудрился сесть на мель даже при выходе из устья Муторая. Над рекой начал подниматься туман, который смешиваясь с дымом от лесных пожаров, практически сделал невидимыми берега Чуни, если плыть по ней придерживаясь середины реки. Обратно плыл вблизи правого берега, в районе галечных островов не стал рисковать, поднял мотор и проплыл около километра по течению, иногда выравнивая движение лодки с помощью вёсел. Сам посёлок Муторай с реки так и не разглядел. Сначала увидел торчащую из воды водную растительность, затем лодки у берега и уже у самого берега, проступающие в густой пелене тумана с дымом силуэты ближайших к реке домов. На следующий день (25 июля 2016года) Константин Коханов со Степаном Копыловым погрузили, точнее, затащили «Романтику-2» вместе с подвесным мотором на волокуши, и Степан отвёз её на своём тракторе обратно к себе во двор. Лодку привязали к стене сарая на прежнем месте, а подвесной мотор Константин Коханов отнёс в сарай, где он должен перезимовать до мая 2017 года. На этом водная часть путешествия Константина Коханова была закончена, а её пешая часть до реки Кимчукан, так и не началась. Хотя вертолёт 26 июня 2016 года, ввиду сильной задымлённости местности по расписанию не прилетел в Муторай, Константин Коханов всё равно купил билет и заодно узнал, что он только второй пассажир. 27 июля небо над Мутораем немного прояснилось, но вертолёт всё равно не прилетел – был закрыт для прилёта самолётов аэропорт Ванавары. Кто-то уже распустил слухи в посёлке Муторай, что пожар уже в окрестностях Ванавары и в заповеднике «Тунгусский», сгорел самый большой дом. К вечеру стало известно, что на завтра в плане полётов, рейс на Муторай поставлен на 10 часов утра.

28 июля 2016 года Константин Коханов перенёс все свои вещи, которые останутся в Муторае и те которые он решил взять с собой в Ванавару в дом Степана Копылова. Когда стал слышен звук приближавшегося к Мутораю вертолёта, Константин Коханов с женой Степана Викторией Горбоуль, пошли пешком к вертолётной площадке, а он сам повёз на мотоцикле туда его вещи и коробки с рыбой, для сына в Ванаваре. Считая Константина Коханова из Муторая в Ванавару было всего пять пассажиров и груз виде посылок жителей Муторая своим родственникам и знакомым в этот населённый пункт. Сначала из вертолёта выгрузили посылки из Ванавары в Муторай и только потом пассажиры расположились в вертолёте. На этом рейсе летел и мэр Муторая Баснин Роман Леонидович, 1974 года рождения, с которым Константин Коханов успел пообщаться несколько дней назад в посёлке. Мэр Муторая тогда рассказал ему, что он был участником походов Ванаварского отряда «Тунгусский метеорит» с 1988 по 1991 год, организованный из школьников бывшим геологом, местным охотником Виталием Вороновым, создавший в селе Ванавара первый музей, наглядно освещавший историю падения Тунгусского метеорита.

Вот, что о нём рассказывает, в связи с его кончиной, на своём сайте (http://www.tunguska.ru/forum/index.php?topic=457) Виталий Ромейко:

«5 октября 2005 года, на 63 году жизни, в поселке Ванавара скончался наш таёжный друг – Виталий Иннокентьевич Воронов. Коренной житель поселка Ванавара, профессиональный путешественник, охотник, каюр, зверовод. Многие годы он активно занимался Тунгусским метеоритом, помогал в проведении отечественных и зарубежных экспедиций к месту Тунгусской катастрофы. В 80-е годы организовал, и стал директором уникального музея «Тунгусский метеорит» расположенного в родном поселке. Виталий Иннокентиевич был замечательным рассказчиком, художником, писал рассказы и сказки. Недавно он написал документальный очерк «Тунгусская комета», где изложил своё виденье Тунгусской проблемы. До последних дней он неутомимо стремился раскрыть тайну Тунгусского метеорита».

В посёлке Муторай один из его жителей, Александр Владимирович Верхотуров, 1974 года рождения, показал Константину Коханову зимнюю фотографию Виталия Воронова на Заимке Кулика с одним из школьников его отряда «Тунгусский метеорит»:

Наконец приземлился вертолёт. После погрузки всех посылок из Муторая в Ванавару, Константин Коханов, с мэром посёлка и несколькими местными жителями заняли в нём свои места, свободные от перевозимого груза.

Взлетели. Константин Коханов смотрел в иллюминатор. Когда пролетали над Чуней, он увидел нечто наподобие кратера Виталия Ромейко, на одной из фотографий его сайта.

Затем внизу промелькнуло ещё несколько похожих на воронки от Тунгусского метеорита, окруженных деревьями, озёр. Создавалась иллюзия, что деревья как будто росли на окружающих озёра земляных или торфяных валах. Чёрно-бурых следов от недавних пожаров было много, но открытого огня или дыма, он во время всего полёта, всё-таки нигде не увидел. Когда он фотографировал через иллюминатор все интересные места, конечно, понимал, что качество снимков будет низким, но, по крайней мере, надеялся, что и на них можно будет всё же что-то разглядеть.

После приземления вертолёта в Ванаваре, муж кассира аэропорта Любови Кучеровой Андрей отвёз его на своей машине в гостиницу «Гармония», где он узнал, что в ней можно будет только переночевать, так все места там со следующего дня уже забронированы прилетавшими на следующий день двумя женщинами из Красноярска. Но и Константин Коханов не собирался задерживаться в Ванаваре и хотел улететь в Красноярск, в случае лётной погоды, в тот же день.
Утром 29.07.2016 года он заказал в гостиницу такси, переупаковал свои вещи и поехал сначала не в аэропорт, а на Московскую улицу, туда, где находилась дирекция ГПЗ «Тунгусский». Директора заповедника Людмилы Логуновой на месте не оказалось, а от её сотрудников Константин Коханов узнал, что на Заимке Кулика, и на кордоне Пристань на Хушме, ничего не сгорело. Сгорел один дом в бывшем геологическом посёлке «Хрустальный», где когда-то добывали исландский шпат, но в этом посёлке даже в 2009 году, когда его посетил Константин Коханов, не было уже ни одного пригодного для жилья дома. Пожар был на устье реки Хушмы, но его быстро локализовали и заповедник «Тунгусский» и на этот раз сильно не пострадал. После разговора с сотрудниками заповедника, он поехал в аэропорт, где встретился с мэром Муторая, от которого узнал, что над теми гарями, где они вчера пролетали на вертолёте, ветер снова раздул огонь. До аэропорта Емельяново в Красноярске Константин Коханов долетел на самолёте АН-24РВ, причём, чем ближе самолёт подлетал к аэропорту, тем гуще становилась внизу пелена дыма от где-то ещё не потушенных лесных пожаров. От аэропорта Емельяново до железнодорожного вокзала в Красноярске (расстояние около 40 километров) с ещё тремя попутчиками Константину Коханову пришлось ехать на такси. Он так и не понял из разговора с продавцом билетов на автобусной остановке и с ожидавшими автобус пассажирами, когда же будет посадка на рейс до железнонодорожного вокзала.
Хотелось сфотографировать достопримечательности улиц города, но они были хотя и не в плотной пелене дыма, но о каких либо качественных фотографиях можно было не думать. На площади железнодорожного вокзала Константин Коханов сделал несколько снимков, по которым всё-таки можно было понять, чем дышали тогда красноярские жители, возможно целое лето.
Билеты на ближайший скорый поезд до Златоуста, были только на верхние полки. К тому же часть пути поезд дважды пересекал границу с Казахстаном, и пришлось заполнять специальный бланк, о правилах пограничного контроля и недопустимости ошибок с паспортными данными при оформлении проездного документа. Правда, не это вызывало неудобство, а то, что скорый поезд №129 (Красноярск-Ялта) до Златоуста, шёл в течение около 42-х часов со скоростью почтово-багажного состава, делая остановки от 30 минут до 1-го часа. Время длительных остановок поезда на пути в Златоуст: Ачинск-1 (30 минут); Мариинск (29 минут); Новосибирск (49 минут); Исилькуль (1 час); Петропавловск (42 минуты); Челябинск (41 минута).
До Кургана (до 6 часов утра по московскому времени 30.07.2016 года) Константин Коханов доехал нормально (попутчики были мужчины, возвращавшиеся из длительной командировки) – в купе даже оставалась свободной одна верхняя полка. Но после Кургана в купе вошли две женщины с маленькими детьми. И весь дальнейший путь до Златоуста (в течение 7 часов), Константин Коханов простоял в коридоре вагона, а затем в тамбуре, так как женщины с детьми сразу же улеглись спать, и как он будет ехать дальше, их совсем не интересовало – проводников тоже.
Сойдя с поезда в Златоусте, Константин Коханов поинтересовался у стоящих на перроне полицейских, где находится ближайшая гостиница. К его удивлению ближайшая гостиница находилась в здании железнодорожного вокзала. Был даже выбор, но Константин Коханов выбрал для себя номер «люкс» (за 1600 рублей в сутки), оплатив за проживание там сразу же трое суток, оговорив возможность продления своего проживания в этом номере ещё, по крайней мере, на неделю.
Отнеся свои вещи в номер, Константин Коханов сначала сходил в магазин за продуктами, затем на такси съездил в ближайший магазин сувениров и, купив там для членов своей семьи подарки с гербом города «Златоуста», вернулся в гостиницу. Рассчитываясь с таксистом, договорился с ним, что он завтра отвезёт его в город Сатку и оттуда обратно в Златоуст.
Чёткого плана с чего и с кем начать разговор о Челябинском метеорите в городе Сатке у Константина Коханова не было, но потом его вдруг осенило, что этот разговор нужно будет начать в центральной городской библиотеке, но ещё лучше с редакции местной газеты. В редакции можно будет ознакомиться с архивом номеров за 2013 год и с тем, что в них было напечатано с 15 февраля после пролёта над городом Челябинского метеорита. Поэтому 1 августа 2016 года, когда он садился в такси, попросил водителя сначала отвезти его в редакцию газеты «Златоустовский рабочий», а затем в Центральную библиотеку. В редакции газеты, представившись, как всегда писателем и путешественником из Москвы, который занимается изучением проблемы Тунгусского метеорита и попутно интересуется свидетельскими показаниями о полёте и взрыве Челябинского метеорита, причём ещё с первой поездки в Челябинскую область, через три месяца после этого прославившего во всём мире Челябинскую область события. К сожалению главный редактором газеты в тот год был другой человек, а заместитель главного редактора, который был очевидцем этого события и ещё продолжал работать в редакции, также к большому сожалению помочь ему ничем не мог, даже найти интересующие его номера газеты за 2013 год. Правда, главный редактор Денис Владимирович Андреев был свидетелем взрыва Челябинского метеорита, но в Челябинске, и почувствовал, как после вспышки от взрыва, его лицо обдало волной тёплого воздуха (или кожа на лице почувствовала тепло).
Главный редактор предложил сфотографироваться, так как у них было принято фотографировать всех гостей редакции. Константин Коханов был не против, но только за столом, обнявшись с главным редактором, на фоне, принёсённых им фотографий пролёта Челябинского метеорита над Златоустом и Саткой.

По крайней мере, Константин Коханов узнал от него, адрес редакции газеты «Саткинский рабочий» (Солнечная, 33) и то, что там главный редактор Зайцева Светлана Васильевна. После редакции «Златоустовский рабочий», Константин Коханов зашёл в Центральную библиотеку, благо она была рядом, и договорился там, что ему к среде (3 августа 2016 года) подберут там все местные газеты с материалами о Челябинском метеорите. После библиотеки он поехал на такси в Сатку, и в пути у него было достаточно времени, чтобы поближе познакомиться и с самим таксистом. В итоге он предложил ему на время, своего пребывания в Златоусте (дней на десять) вместе со своим транспортным средством, стать, членом его рекогносцировочной экспедиции, оговорив, предстоящие маршруты и их оплату. В редакции «Саткинский рабочий» архив номеров за 2013 год был даже переплетён, кроме того у них была ещё копия в электронном виде номера газеты за 19 февраля 2013 года.

К тому же корреспондент газеты Богданова Александра Сергеевна занималась сбором свидетельских показаний о полёте Челябинского метеорита по просьбе одной их московских редакций. Материалы она отправила, но они не были опубликованы (заменены на мнение какого-то эксперта). К сожалению копию этих материалов она в присутствии Константина Коханова не нашла, но обещала, если найдёт, выслать их ему по электронной почте.

После редакции Саткинский рабочий, Константин Коханов посетил Центральную библиотеку, но директор встретила его насторожено и на вопрос Константина Коханова, как часто её библиотеку посещают писатели из Москвы и расспрашивают о полёте Челябинского метеорита, на явную иронию в его голосе отреагировала самым неожиданным образом: Это для Вас может быть интересно, а не жителям Сатки, так у них было за это время много других более интересных важных событий. Не растерявшись, как столичный житель, уличённый в своём невежестве, что не знает того, о чём может быть говорит, кивая на город Сатку вся Россия, он всё-таки попросил директора библиотеки, назвать хотя бы одно такое событие. Причём он попросил назвать хотя бы одно событие, пусть даже не в самой Сатке, а во всей Челябинской области за последние годы, которое могло бы вызвать такой же интерес во всём мире, как полёт и взрыв Челябинского метеорита. Лицо директора покрыл яркий румянец, так что Константину Коханову стало понятно, что дальнейший разговор уже не имеет никакого смысла, и он всё-таки поблагодарив её, за предоставленные ему фотографии, пролёта Челябинского метеорита над Саткой, которые она сделала при помощи фотокамеры своего телефона, покинул помещении библиотеки.

Фотография полёта Челябинского метеорита директора Саткинской библиотеки:

Заодно, под впечатлением разговора с директором библиотеки, он отказался от поездки в Куваши и не стал планировать специальной поездки в город Миасс.
На обратном пути заехали на Саткинский пруд, где таксист показал Константину Коханову главную достопримечательность города, расположенный там, на его острове, сказочный замок.

2 августа 2016 года Константином Кохановым была совершена первая ознакомительная поездка в город Чебаркуль. Им планировалось посетить полуостров Марьин на озере Чебаркуль и также сходить в гости к Николаю Мельникову, от которого он якобы получил три письма, но принял их за розыгрыш со стороны водолазов, которые занимались подъёмом осколка Челябинского метеорита со дна озера Чебаркуль. На полуострове Марьин Константин Коханов хотел с помощью поискового магнита снова найти (поднять им) камни местной горной породы, которые в 2013 году даже не стал фотографировать и отдал их все бывшему заместителю главы Чебаркуля. Заодно хотел также сфотографировать, установленный водолазами буй на месте, где они нашли «осколок метеорита», хотя было бы уместно поставить его там, где была середина воронки, проделанная осколком метеорита на ледяной поверхности озера. Относительно того, где был установлен буй, информация в печати и на сайтах Интернета была противоречивой, но сводилось к тому, что буй находится в стороне от места падения осколка метеорита на 50-100 метров. Вроде бы место специально «засекретили», чтобы кто-то ещё, кроме тех, кого наняла администрация Челябинской области, не вздумал бы проводить там поиски метеоритного вещества. Хотя прошло три года, но Константин Коханов, хорошо запомнил, напротив какого дома на Советской улице находится поворот к озеру Чебаркуль, намного труднее, оказалось, найти дорогу на полуостров Марьин. Местные жители явно не понимали, что у них хотели узнать, да и местными их было назвать трудно, так как в основном это были те, кого кроме мечети в этих местах больше ничего не интересовало. Совершив пешую прогулку вдоль трассы (окрашенной в жёлтый цвет трубы) поселкового газопровода, Константин Коханов понял, что он с таксистом значительно не доехал до поворота дороги к полуострову Марьин. Вскоре они повстречали действительно местных жителей и уточнили теперь уже правильный дальнейший маршрут. Полуостров Марьин представлял собой остров, соединённый с берегом озера узким перешейком, по которому и шла дорога, скорее нечто похожее на дорогу, состоящую из одних ям и рытвин, которые каждый водитель объезжал, как ему заблагорассудится. Иногда казалось, что и проехать дальше уже нельзя, но тут появлялась встречная машина, и это вселяло в души невольных путешественников, если не оптимизм, но хотя бы надежду, что до оконечности полуострова всё-таки можно доехать. Ближе к концу пути стали появляться отдыхающие там семьями жители Чебаркуля и рыбаки. И вот то самое место, где в 2013 году Константину Коханову бывший заместитель главы озера Чебаркуля показал, где была прорубленная браконьерами прорубь. Он даже не поправил Константина Коханова, что это не прорубь, а воронка во льду от осколка Челябинского метеорита. Рядом с тем местом стояла машина с туристами из Тулы, возможно, это была супружеская пара пенсионного возраста, но уточнять это Константин Коханов не стал, хотя с ними и пообщался по поводу Челябинского метеорита. Переубеждать их, что метеорит не был сбит космическими пришельцами, которые теперь многим мерещатся везде, не только за стенами сумасшедшего дома, Константин Коханов не стал, а только сказал, что его точку зрения они могут прочитать на сайте, отмеченном, на оставленной им на память визитке.

На что обратил внимание Константин Коханов сразу, это на то, что буй с указанием, где упал осколок Челябинского метеорита был установлен значительно правее того места, указанного ему в 2013 году бывшим заместителем главы города Чебаркуля.

Затем он при помощи поискового магнита начал собирать прилипающие к нему камни местной породы, обратив внимание на то, что уровень воды в озере был выше и поэтому даже попытался найти их на дне озера, в тех местах, где оно в 2013 году было его берегом. За этим занятием его и сфотографировал водитель такси Андрей Сосновский.

С полуострова Марьин Константин Коханов поехал на лодочную станцию, куда водолазы «выволокли» с помощью губернатора Челябинской области, который управлял лебёдкой со дна озера осколок Челябинского метеорита и который якобы там «только на берегу» развалился на три части. Что всё было именно так, «уверены» только заинтересованные в этом должностные лица Челябинской области, если, конечно, не считать нанятых ими водолазов. Поэтому, что было поднято со дна озера Чебаркуль, сейчас ещё нельзя сказать об этом точно. Был ли это действительно целый осколок метеорита или набор не имевших к метеориту камней, точнее выражаясь, всего лишь «кот в мешке», примерно с несколькими килограммами подброшенных в тот мешок настоящими осколками метеорита, найденных в других местах? – этот вопрос остаётся без ответа. Комитету по метеоритам АН РФ до сих пор лень самому взять образцы вещества с самого крупного осколка метеорита, выставленного для всеобщего обозрения в Челябинском краеведческом музее и произвести его химический анализ, а не изучать то, что отослали в КМЕТ «уральские учёные». Откуда же у Константина Коханова такие сомнения в честности и порядочности «уральской науки»? Он может объяснить это даже по имеющимся в Интернете фотографиям поднятого со дна озера Чебаркуль осколка Челябинского метеорита. Благо они там есть, как с почти полностью упакованным осколком метеорита, так и с частично снятым с него упаковочным материалом. Немало есть фотографий и с осколками Челябинского метеорита, лежащими на упаковочном материале, как на берегу озера Чебаркуль, так и в Челябинском краеведческом музее. Но почему-то нет снимков поднятого осколка метеорита, когда он раскололся на берегу на три части, без наличия упаковки и стягивающих эти части верёвок. Также нет фотографий для визуального сравнения этих трёх его самых крупных частей, положенных рядом. Посмотрим на эти наиболее удачные фотоснимки, сделанные сразу после того как осколок метеорита при помощи лебёдки «привёз» в сопровождении водолазов по дну озера и вытянул его на берег у лодочной станции губернатор Челябинской области Михаил Юревич:

Поднятый на берег осколок метеорита был взвешен, причём, как говорят очевидцы, при взвешивании были сломаны весы, а затем после его фотосессии, он был погружен в кузов автомобиля и отвезён в Челябинский краеведческий музей.
В Интернете достаточно много фотографий этого самого крупного осколка челябинского метеорита в витрине краеведческого музея. Но, что следует отметить и в этом можно убедиться визуально, это то, как изменился его цвет.

Дошло до того, что Екатеринбургские водолазы не узнали челябинский метеорит. Тот, что они поднимали, был больше и другого цвета:

«Водолазы из Екатеринбурга встретились с метеоритом «Челябинск» в музее. И не узнали его. Как сообщили в пресс-службе краеведческого музея, 25 декабря музей посетили участники экспедиции «Язь», обнаружившие и поднявшие самый крупный осколок метеорита со дна озера Чебаркуль. Водолазы утверждают, что камень в музее совсем не похож на то, что они доставали из озера: спустя два месяца после подъёма, его размер и цвет сильно изменились. Дайверы утверждают, что тогда осколок был больше и чёрного цвета. Заведующий отделом природы Челябинского краеведческого музея Эдуард Шайгородский сообщил водолазам: «При перевозке от метеорита откололось несколько фрагментов, кроме того, вес до сих пор уменьшается по причине испарения воды. А вместе с ней на поверхность метеорита выходят хлориды железа – то есть ржавчина» (http://earth-chronicles.ru/news/2013-12-26-56812).

Когда Константин Коханов в конце своего путешествия оказался в Челябинском краеведческом музее, в зале, где был выставлен для обозрения самый большой осколок Челябинского метеорита, поднятый со дна озера Чебаркуль, он поинтересовался у дежурной по залу сотрудницы музея, когда последний раз взвешивали этот самый главный музейный экспонат. К его удивлению сотрудница музея ответила ему, что после того как осколок метеорита был помещён под стеклянный призматический колпак витрины, его ни разу не взвешивали. Вы в этом абсолютно уверены? – поинтересовался у неё Константин Коханов, – но сотрудница музея тоном, не допускающим возражений, ответила, – «я в музее работаю не первый день, и если бы его взвешивали, не мне ли быть в курсе, что в этом зале происходило или происходит». Но в газетах было опубликовано несколько статей о том, что осколок метеорита, то «похудеет» килограмм на сорок, то поправится килограмм на двадцать, – возразил ей Константин Коханов. И опять же он был посрамлён сотрудницей музея, не только своим невежеством, но и беспросветной глупостью: Да мало ли что, напишет жёлтая пресса, так что пора разбираться в том, чему можно верить, а чему нельзя. По Вашему «Российская газета» – это то же жёлтая пресса, как и другие центральные газеты, за исключением периодических изданий Челябинска и Челябинской области, – попробовал возразить ей Константин Коханов, хотя понимал, что переубедить в чём-то такую женщину, мог бы только Иосиф Сталин. Поэтому он перестал задавать дальше вопросы и попросил её пригласить для разговора с ним какого-нибудь научного сотрудника музея….

https://dostup1.ru/society/Samyy-bolshoy-fragment-chelyabinskogo-meteorita-vesit-505-kg_72385.html

До лодочной станции Константин Коханов с Андреем Сосновским доехали без особых приключений – ориентиром послужила мечеть. Хуже было то, что в ожидании приезда на следующий день правительства области, там происходили работы по благоустройству территории и ремонт дороги. Но после недолгих переговоров с «администрацией» их всё-таки пропустили на территорию лодочной станции, где они сфотографировались у стелы в честь падения в озеро «небесного гостя». Правда пришлось купить билеты на посещение исторического места, но уговорить работников лодочной станции отвезти на моторной лодке Константина Коханова к бую так и не удалось. За двадцатиминутную поездку на катере к бую, 2000 рублей работник лодочной станции получить не захотел, так как ему нужно было наблюдать за благоустройством территории. И в то же время сказать, к кому можно с этой просьбой обратиться, тоже видимо не захотел, но предложил прийти на следующий день после отъезда областного начальства. Тогда Константин Коханов предложил ему узнать, может быть, кто-то согласится отвезти его сегодня к бую за 5000 рублей, так как ему очень хотелось точно определить его координаты с помощью навигатора «Магеллан». Работник лодочной станции кому-то позвонил, но его товарищ был очень занят, и заработать за день, почти столько же, сколько он зарабатывает за месяц (как пошутил Андрей Сосновский) не захотел.

Самое интересное было то, что работник лодочной станции не мог сказать, где живёт Николай Мельников, который установил на своём участке первую стелу, посвящённую падению Челябинского метеорита в озеро Чебаркуль, хотя благодаря записи его видеорегистратора было установлено место падения осколка метеорита в озеро, на которое указывал теперь установленный там буй. Поэтому Константин Коханов, попросив Андрея Сосновского подождать его за забором лодочной станции в машине, пошёл узнавать адрес Мельникова у жителей ближайших к берегу озера домов. Во время обхода прибрежной территории, Константин Коханов увидел мужчину, который вёз на тележке резиновую лодку с подвесным мотором в сторону озера. Первое, что он спросил у этого мужчины, это не знает ли он, в каком доме проживает Николай Мельников, и второе, – не отвезёт ли он его к бую за 2000 рублей, для измерения координат его местоположения? Где живёт Николай Мельников, мужчина не знал, но отвезти к бую согласился. Константину Коханову, пришлось вернуться к машине, чтобы забрать из репортёрской сумки навигатор и тетрадь с ручкой, и только после этого уже плыть к бую на моторной лодке.
Доплыли до буя. Константин Коханов сфотографировал на нём табличку с координатами его местоположения и с краткой справкой о полёте Челябинского метеорита. Затем измерил координаты местоположения буя: 54,95945 (…42), (…41), (…37); 60,32195 (…191), (…193), (…190).
После фотографирования буя со всех сторон поплыли к полуострову Крутик, где Константин Коханов вышел на берег и сфотографировался на его берегу у лодки так, чтобы был виден на озере буй.

Стоит отметить, чем интересна сама по себе история с табличками на Чебаркульском буе и на памятнике Челябинскому метеориту на лодочной станции. Ошибку с координатами, которые указывали вместо озера Чебаркуль на точку в акватории Северного моря, между Великобританией и Норвегией, заметили не сразу, но на буе почему-то табличку менять не стали, потому что не каждый ведь из туристов поплывёт за 1000-2000 рублей, прочитать её содержание. А вот на памятнике, установленным на лодочной станции её решили заменить, причём на втором её экземпляре опять допустили ошибку, не смотря на то, что цифры на ней были «точные», но перепутали на этот раз широту и долготу. Табличку в третий раз переделывать не стали, просто с помощью сварочного аппарата исправили на ней ошибку. Складывается впечатление, что небесная канцелярия недовольна той поспешностью, с которой что-то подняли со дна озера похожее на осколок метеорита, причём явно не с того места на поверхности озера, если он на неё действительно падал.


http://chelnews.com/index.php?newsid=4955; http://www.isilgan.ru/2014/02/blog-post_25.html

Ещё по пути к бую, Константин Коханов подумал, что было бы неплохо и измерить глубину озера Чебаркуль у буя, а также и по траектории полёта над ним Челябинского метеорита. Но эхолот остался в Златоусте и поэтому Константин Коханов, когда приплыли обратно и сошли на берег недалёко от лодочной станции, предложил мужчине стать ещё на один день членом его метеоритной экспедиции и при этом, по местным меркам, неплохо заработать. Договорились, что через день (4 августа 2016 года) он с ним часа три-четыре поплавает по озеру Чебаркуль с целью измерения его глубины у полуострова Крутик и по траектории полёта Челябинского метеорита, а также в контрольных точках около островов Голец и Кораблик. Записав Ф.И.О. мужчины (Бухарина Сергея Васильевича, 1963 года рождения), его адрес и телефон, уже как члена метеоритной экспедиции, Константин Коханов вернулся к воротам лодочной станции и рассказал Андрею Сосновскому о своих планах на ближайшие два дня:
3 августа 2016 года он предоставил Андрею Сосновскому «день отдыха», а сам наметил посещение редакции Златоустовский рабочий и Златоустовской центральной библиотеки, где ему пообещали подобрать материалы местной прессы о полёте и взрыве Челябинского метеорита;
4 августа 2016 года снова предложил ему совершить поездку на озеро Чебаркуль для измерения его глубины, в разных частях и, заодно, найти дом Николая Мельникова.
В редакции газеты «Златоустовском рабочем» Константину Коханову нужно было забрать три отредактированные им фотографии, с изображением полёта Челябинского метеорита над Златоустом и Саткой, которые он оставил там, и нужные ему для предстоящего разговора с научными работниками Челябинского краеведческого музея. Главного редактора на месте не оказалось и ему пришлось идти в Центральную библиотеку, расположенную невдалеке от здания редакции газеты. В библиотеке, как там было обещано, ему подобрали газеты с репортажами о падении и взрыве Челябинского метеорита. Газеты он разложил на столах в одной из комнат и сфотографировал наиболее заинтересовавшие его листы. Кроме того ему также сбросили там на флешку материалы с библиотечного компьютера с другими статьями из челябинских газет, где были упоминания о челябинском метеорите, в том числе и о выпущенных с его осколками сувенирах и памятных медалях. В знак благодарности Константин Коханов пообещал подарить библиотеке свои книги, узнав, что сотрудники библиотеки уже успели навести о нём справки и убедились, что он действительно «поэт и литературовед», хотя только по версии Российской национальной библиотеки (РНБ) в Санкт-Петербурге.
Константину Коханову Андрей Сосновский уже показывал некоторые достопримечательности Златоуста и теперь после посещения библиотеки он решил поближе познакомиться с городом сам.
После небольшой экскурсии по городу Константин Коханов посетил фирменный магазин при Златоустовской оружейной фабрике. Там он приобрёл на память и в качестве подарков родственникам и знакомым несколько ножей (которые по приложенным к ним сертификатам не являлись холодным оружием). Не смотря на это, туристические ножи мало отличались по форме от тех, которые считались холодным оружием, и главное имели на лезвиях знаменитую Златоустовскую гравюру на стали. Нужно отметить, что она выполнялась по уникальной технологии художественной обработки металлической поверхности, ставшей, по сути, искусством украшения холодного оружия, а затем и бытовых предметов, в том числе настенных панно, близких по художественному исполнению, к станковой живописи. Сочетание гравировки, глубокого травления, воронения (синения), золочения, таушировки (инкрустации одного металла другим, более мягким и имеющим меньшую температуру плавления) и резьбы по металлу, создаёт на стальной поверхности чёткие изображения с мягкими световыми переходами. Одно из таких панно с портретом Владимира Высоцкого, и визитку города Златоуста, наподобие медали, Константин Коханов также решил купить, когда прошёлся по магазину, как по музею, разглядывая выставленные там, на продажу, изделия Златоустовских мастеров.
В течение дня Константину Коханову так и не удалось созвониться с Сергеем Бухариным из Чебаркуля и это немного испортило ему настроение, так как вносило некоторую неопределённость в реализацию его планов на следующий день.
4 августа 2016 года в 9:00, садясь на привокзальной площади в машину Андрея Сосновского, Константин Коханов сказал ему, что он так и не смог дозвониться до Сергея в Чебаркуле. Тогда Андрей Сосновский попробовал дозвониться ему по своему телефону, и также пообщался с автоответчиком. Впрочем, у них был адрес Сергея Бухарина и, приехав в Чебаркуль, они без особого труда нашли его дом на Колхозной улице. Правда они долго напрасно нажимали кнопку домофона и стучали в ворота дома Сергея, полагая, что если окна в его доме открыты, то в доме кто-то всё равно есть. Константин Коханов даже уточнил у мужчин, косивших траву у заборов своих домов, невдалеке от дома Сергея, там ли проживает хозяин резиновой лодки с мотором и получил утвердительный ответ, что действительно в том доме, в ворота которого продолжал стучать Андрей. Вернувшись к воротам, Константин Коханов попросил Андрея подождать его в машине, а сам пошёл к озеру, надеясь увидеть Сергея там. Сергея, в том месте, где он его встретил позавчера, он конечно не обнаружил и поэтому пошёл по Колхозной улице, которая сворачивала невдалеке от того места к озеру, ориентируясь на остров Голец, к дому Николая Мельникова. Не зная, где точно находится его дом, Константин Коханов мысленно проложил траекторию полёта Челябинского метеорита, над этим островом до Буя на озере и от острова в противоположную сторону до берега, где вероятно мог находиться его дом. Проходя мимо пляжа со спасательной станцией, он увидел, что от него куда-то по озеру поплыла моторная лодка. Так, что у него в перспективе замаячила большая вероятность договориться с её хозяином, поплавать по озеру на тех же условиях, что и с Сергеем Бухариным, если он так и не появится у себя дома в ближайшее время. Когда Колхозная улица стала поворачивать от озера в правую сторону, Коханов свернул с неё налево и пошёл в сторону пляжа со спасательной станцией, но не стал заходить на спасательную станцию, а пошёл вдоль берега озера дальше. Вскоре он дошёл ещё до одного пляжа, без спасательной станции, но со столбом, на котором был прибит синего цвета щит с надписью «Пляж Метеорит». Нутром чувствуя, что дом Николая Мельникова где-то рядом, Константин Коханов всё-таки решил уточнить у идущей навстречу женщины, где всё-таки находится его дом. При этом он сказал женщине, что он ищет дом того Мельникова регистратор которого зафиксировал падение Челябинского метеорита в озеро и который у себя на участке установил стелу в честь падения Челябинского метеорита. Ответ женщины просто обескуражил Константина Коханова, потому что она сказала, что стела в честь падения Челябинского метеорита находится на лодочной станции, и о другой стеле она ничего не слышала. Константин Коханов поинтересовался у женщины, – сколько лет она проживает в Чебаркуле? Оказалось, что она живёт в Чебаркуле четыре года. Осколок метеорита упал в озеро три года назад и при этом она ничего не знает о Николае Мельникове, о котором несколько раз писала местная газета «Южноуралец» и о котором неоднократно упоминалось в 2013 году почти во всех печатных изданиях страны, как и на всех телеканалах. После разговора с женщиной, Константин Коханов поднялся по крутому склону от дороги, идущей вдоль озера, к расположенной выше ещё одной дороги, непосредственно идущей уже к домам, и сразу же увидел за металлической оградой стелу в честь падения Челябинского метеорита. Но достучаться до Мельникова, тряской металлической калитки и ворот, так же как и до Бухарина, ему не удалось. Оставалось только сфотографировать стелу и то, что было изображено с ней рядом на расположенных и установленных синих щитах. Самое смешное было в том, что Константин Коханов, когда расспрашивал женщину на берегу озера, где находится дом со стелой, у него даже не мелькнуло мысли, что он может находиться прямо под ней. «Вот так и проходит мирская слава», – подумал Константин Коханов, убедившись ещё раз насколько верна мысль немецкого философа-мистика XV века Фомы Кемпийского и в наше время, особенно в России.

Решив, что к Мельникову можно будет зайти и после измерения глубины озера, Константин Коханов пошёл обратно, но теперь уже зашёл на территорию пляжа со спасательной станцией. Ему не стоило особого труда определить, кто руководит работниками спасательной станции и от них узнать, что у них есть катер, и что с его хозяином, можно будет договориться «покататься по озеру». Даже то, что хозяин катера появится на пляже только через час, Константина Коханова это устраивало, и он пообещал, если человек, с которым он уже договорился поплавать по озеру на моторной лодке, не появится, то через час обязательно приедет к ним снова.
Вернувшись к дому Сергея Бухарина, и узнав от Андрея, что хозяин не появлялся, Константин Коханов сказал ему, что тогда «едем на пляж со спасательной станцией», где он уже договорился, что его покатают по озеру Чебаркуль на катере. Только собрались ехать, как открылась калитка, и появился Сергей. Положение сложилось достаточно глупое. Сергей сказал, что подумал, они не приедут, так как ему никто не позвонил. В ответ Коханов и Сосновский сказали, что неоднократно звонили ему и разговаривали только с автоответчиком. Наконец, попросили Сергея набрать свой номер телефона на телефоне Андрея, и результат был тот же – автоответчик попросил оставить после гудка сообщение.
Наконец выяснилось, что Сергей дал свой старый номер телефона. Пока Сергей готовил лодку, Коханов и Сосновский решили искупаться. Пошли к тому месту, где позавчера Коханов видел, купались местные жители. Место было достаточно мелкое с илистым дном и нужно было пройти по воде метров тридцать, чтобы глубина хотя бы была по грудь. Недалеко от берега со дна озера Константин Коханов поднял зеленовато-жёлтый камень местной породы и когда перевернул его, то к своему удивлению увидел, что он такого же цвета (сине-чёрный), как поднятый водолазами осколок Челябинского метеорита. Камень лежал на илистой поверхности озера и там где соприкасался с илом резко менял свой цвет. Чтобы убедиться в этом Константин Коханов поднял несколько камней большего размера и если бы, задался целью откопать в иле какой-нибудь большой камень, то он бы ничем не отличался по цвету от поднятого водолазами со дна озера Чебаркуль «осколка Челябинского или Чебаркульского метеорита».
Андрей остался отдыхать в машине, а Константин Коханов с Сергеем поплыли на его резиновой лодке с мотором по Чебаркулю и начали измерение глубины озера в разных местах на его поверхности. Измерение глубины начали производить рядом с буем. И затем вокруг его на расстоянии от 100 до 200 метров, как в сторону полуострова Крутик, так и в сторону полуострова Марьин. Глубина озера в окрестностях установленного буя, в так называемом месте обнаруженной полыньи была в среднем 10 метров. Вначале Константин Коханов отмечал координаты точек измерения глубины озера, а потом понял, что это напрасное занятие, так как со слов водолазов толщина придонного ила там колебалась от 6 до 10 метров. Поэтому Константин Коханов поинтересовался у Сергея, где на озере он знает более глубокие места. Сергей сказал, что наиболее глубокие места находятся у острова Голец, так оно и оказалось. Именно там эхолот показал наибольшую глубину 12,3 метра, но также и отметил на небольшом пространстве измерений и резкий перепад глубин, что говорило о наличии там подводного хребта.
Между прочим, Сергей ему также сказал, что где-то в этих местах провалился под лёд автобус, который сколько там не искали, но так и не нашли. Упоминанию Сергея о том, что у острова Голец провалился под лёд автобус, Константин Коханов, не придал тогда значения, и поэтому не стал уточнять, в каком году это произошло. Но, вернувшись в Москву, он всё-таки решил поискать в Интернете информацию об этом происшествии на озере Чебаркуль, но никаких ссылок на это событие он найти так и не смог.
А тогда, обогнув слева остров Голец, они поплыли дальше в сторону пляжа «Метеорит», где выше его находился дом Николая Мельникова.

Когда причалили к берегу, Сергей решил там искупаться, а Константин Коханов, поднялся к дому известного везде и не только в России, человека, о котором, как ни странно, мало кто знал только в его родном городе Чебаркуле, несмотря на регулярные упоминания о нём в местной газете «Южноуралец». Калитка и ворота по-прежнему были на замках, но на этот раз Константин Коханов решил всё-таки до Мельникова докричаться: Мельников! Мельников!!, Мельников!!! Минут через пять это ему удалось сделать, и, наконец, появился он в шортах и в обуви на босу ногу. Неудивительно день был жаркий, даже температура воды на поверхности озера была плюс  градуса. Из разговора с Мельниковым Константин Коханов убедился, что это он действительно отправил ему три электронных письма, хотя к тому времени он уже сам догадался, читая, что написано было на щитах рядом с его стелой и что это был, не как в письме к нему начальника водолазов Мурзина, первоапрельский розыгрыш. Договорились, что Константин Коханов зайдёт к нему после того как закончит измерение глубины озера Чебаркуль в ещё нескольких контрольных точках около островов «Кораблик» и «Грачёв».
Вернувшись к лодке, Константин Коханов посмотрел на небо и понял, что оно своим помрачневшим видом, явно намекало на приближение грозы. Об этом говорили и усилившиеся порывы ветра и появившиеся на поверхности озера волны.

Плыть к острову «Кораблик» пришлось, подпрыгивая на волнах и крепко держась руками за сиденье на носу лодки. Но как крепко Константин Коханов не держался за сиденье руками, он всё равно слетел с него под смех Сергея на дно лодки. Волны к тому времени достигли высоты полуметра, и при такой волне держать эхолот перпендикулярно поверхности озера было практически невозможно, но зато реально можно было оказаться за бортом лодки. Сергею пришлось сбавить скорость лодки, да и ветер стал понемногу стихать. К слову сказать, по пути к острову Кораблик и около него глубины озера больше 8 метров, обнаружить не удалось, поэтому пришлось повернуть лодку в сторону буя. На этот раз, Константин Коханов начал измерять глубину озера с расстояния примерно 200 метров от буя, приближаясь к нему со стороны полуострова Крутик, но и там глубины озера больше 11,3 метра, обнаружить, также не удалось. Но зато рядом с буем, в том же направлении движения к нему, глубина озера оказалась около 9 метров (от 8,9 до 9,8 метра). На этом тщательные измерения глубины озера были прекращены, а около острова «Грачёв» закончены вообще. Оставалось только вернуться к тому месту, откуда начали производить измерения глубины озера, напротив спуска к озеру от дома Сергея, со стороны Колхозной улицы.

И уже там, у дома Сергея, Константин Коханов, садясь в машину Андрея, объяснил ему, как проехать к дому Николая Мельникова. Перед отъездом, Константин Коханов, записал «точный адрес» и телефон Сергея Бухарина, пообещав прислать ему из Москвы одну из своих книг. Как потом оказалось, Сергей Бухарин неточно указал индекс почтового отделения, и в итоге книга пришла на почту другого населённого пункта, но, в конце концов, он всё-таки её получил.
У дома Николая Мельникова Константин Коханов предложил Андрею сходить с ним к нему в гости, Андрей отказался и решил подождать его на берегу озера, рядом с пляжем «Метеорит». Николай Мельников оказал Константину Коханову радушный приём, угостил его своей «метеоритовкой», настойкой из ягод, на воде из озера Чебаркуль, которой была разбавлена для крепости здоровья, её спиртосодержавщаяся основа. Пока радушный хозяин готовил угощение, Константин Коханов посмотрел фильм о падении Челябинского метеорита, а затем видеозапись регистратора Мельникова, на котором было зафиксирована вспышка от взрыва Челябинского метеорита и падение в озеро осколка метеорита, в виде быстро промелькнувшей на экране монитора чёрной точки…

По поводу истории видеозаписи падения «Чебаркульского осколка» Челябинского метеорита в озеро Чебаркуль с 2013 года в прессе было немало публикаций. Но первоисточник этой информации не каждый человек сможет найти сразу и тем более на него сослаться, как на реально существующий «документ», опубликованный в газете «Южноуралец» №38 (13091) от 23 мая 2013 года:

…Да и то, полёт этой чёрной точки, можно было разглядеть при значительном замедлении скорости просмотра видеозаписи в течение всего лишь мгновения (какие-то доли секунды), но разглядеть последствия от падения «чёрной точки» на поверхность озера, можно было только в случае, если, конечно, дать волю, разыграться своему воображению. И то только в том случае, если просмотреть эту видеозапись несколько раз, слушая при этом комментарий о том, что происходит на мониторе, от самого Николая Мельникова, вплоть до падения следом за осколком метеорита в озеро, «того, что осталось от НЛО», раздробившего или сбившего Челябинский метеорит. На всякий случай Константин Коханов попросил Николая Мельникова сбросить на его флешку копию этой записи видеорегистратора. Уже в Москве, просмотрев эту запись несколько раз, Константин Коханов понял, что судить по ней, что было тогда на озере, на самом деле, он объективно не сможет никогда. Во-первых, потому, что качество видеозаписи не позволяло ему это сделать самому и во-вторых, потому что все комментарии, наблюдения и находки Николая Мельникова вызывали у него много встречных вопросов. Особенно его ссылка на НЛО накануне падения осколка метеорита в озеро Чебаркуль, вряд ли могла бы убедить даже уфологов Южного Урала, что инопланетяне контролировали весь полёт Челябинского метеорита и к тому же даже сами отбуксировали после взрыва метеорита самую большую его часть в полынью на озере. По его версии, даже полынья на озере была тоже делом «рук» тех же инопланетян – прорезана или пропилена ими с НЛО при помощи, чем-то наподобие лазерного луча. Константин Коханов попросил Николая Мельникова более подробно сформулировать его предположения о «помощи инопланетян» на основании сделанных им наблюдений с указанием точного времени, а также с указанием фамилий лиц, которые в то же самое время могли так же, как и он, видеть полёты НЛО над озером Чебаркуль. К сожалению, он не прислал ему почти ничего нового из уже опубликованных им наблюдений, но наверно не читал комментарии к ним, опубликованные на сайтах разных печатных изданий и российских телеканалов.
Показывая Константину Коханову, найденный им у себя на участке фрагмент НЛО, из немагнитного, но очень твёрдого материала (с трудом отпилил от неё болгаркой образец для проверки в какой-то, кажется, питерской лаборатории), Николай Мельников, видимо, почувствовал, что этот инопланетный огородный артефакт не производит на него должного впечатления. И поэтому был даже готов, по просьбе Константина Коханова, предоставить и ему на проверку в лаборатории, отпиленный им уже образец, правда, только тогда, когда ему его вернут из какой-то «секретной» лаборатории.

И всё-таки, как ему не хотелось обижать Николая Мельникова, но Константин Коханов, высказал предположение, что этот «осколок НЛО» просто могли забросить ему на приусадебный участок чебаркульские шутники. С такой же долей вероятности эту, из неизвестного «металла» часть корабля инопланетян, мог подкинуть на его участок, кто-то из семисот гостей, приходивших к нему посмотреть видеозапись, запечатлевшую момент падения на лёд озера Чебаркуль осколка Челябинского метеорита. Но вероятность предположения о том, как мог «упасть» на участок Мельникова, найденный им «фрагмент НЛО», (хотя бы по «версии» Константина Коханова), он исключал полностью. К тому же и свои рассказы, их достоверность, заверял для солидности, причём неоднократно, фразой: «Слово офицера». Вообще-то, Константин Коханов привык верить любому человеку, но до определённого предела, то есть до того момента, когда человек не начнёт просто нести откровенную чушь.

В октябре 2016 года Николай Мельников умудрился поднять со дна озера, недалеко от берега, вторую часть НЛО, о чём почти сразу не преминула сообщить чебаркульская пресса:

Найдена вторая часть инопланетного корабля?

Местный житель Николай Мельников обнаружил в озере Чебаркуль странный предмет весом 7 кг.

«Дом Николая Лаврентьевича расположен прямо на вершине горы, откуда прекрасно видно озеро Чебаркуль. 15 февраля 2013 года видеокамера, установленная под его крышей, сняла падение метеорита.
Весной на своем приусадебном участке Николай Мельников обнаружил блестящий булыжник весом более 3 кг. С виду он напоминал сплав железа или, как резюмировал опытный металлург из Челябинска, «обычный шлак». Но когда мужчины попробовали пилить находку «болгаркой», оказалось, что ни пыль, ни искры от нее не летят. Тогда несколько кусочков Николай Мельников отправил на исследование разным ученым нашей страны. Все прислали в ответ одно и то же — состоит из силицида железа. Но никто из них не брался делать выводы о том месте, где этот предмет мог появиться. Лишь один ученый-уфолог предположил, что осколок имеет внеземное происхождение, поскольку на земле силицид железа при плавке получить невозможно. Вот как описывает это журналист Татьяна Курочкина из телерадиокомпании «Вести Приморья»: «После падения метеорита Н. Мельниковов обнаружил у себя в огороде 3 кг серебристого металла и странный песок с вкраплениями такого же типа частиц. Часть материала ученый получил для проведения анализов, и, как оказалось, это был силицид железа, имеющий космическое происхождение. В оплавленном песке также сверкал силицид железа…»
С весны 2013 года Николай Мельников буквально по крупицам собирал все, что связано с метеоритом: сведения, фотографии, осколки, даже пыль. Чебаркулец устроил дома настоящий музей. В марте текущего года в гостях у Николая Лаврентьевича побывала финалистка прошлогодней Битвы экстрасенсов на канале ТНТ Баба Катя. Она хотела изучить место падения метеорита. Когда Мельников представил ей свою коллекцию, женщина обратила внимание на странный тяжелый предмет, найденный хозяином на своем приусадебном участке. Вот как описывала свои впечатления: «Господи, это какая же немыслимая температура была, когда он летел! В этом кусочке мощнейшая энергия. У меня даже ладони покалывает и жжет. Он заряжает, дает свою энергию человеку. Это чудо! Вот потрогайте сами!.. Быть может, это кирпич Вселенной, то, из чего она построена…Падение метеорита на Землю — это знак нам всем, здесь живущим, что надо двигаться в другую сторону…».
Изучая в дальнейшем собранный материал, Николай Мельников лишь подтверждал собственные догадки: еще на высоте горящий метеорит «подхватили» инопланетные корабли и, сбавляя скорость (отчего метеорит потух), «тащили» 75 км до полыньи на озере Чебаркуль, которая была вырублена лазером заранее. «Таким образом, нас, людей, спас Высший разум!» — убежден Николай Лаврентьевич.
И вот он находит вторую «запчасть» от инопланетного корабля.
«На берегу озера я собирал камни, которые использовал при строительстве погреба, — рассказывает Николай Мельников. — Зашел в воду на четыре метра от берега и вдруг что-то блеснуло на дне. Когда я поднял этот предмет, то увидел, что он в точности напоминает тот, который я нашел в 2013 году у себя на огороде. Только размером он был побольше». Дома взвесил — 7 кг. Но главное то, что в углубление на этом предмете, как по маслу, вошел первый, весом 3 кг. Причем каждая выпуклость попала в свое отверстие! Когда Николай Лаврентьевич наглядно продемонстрировал это, вспомнились фантастические художественные фильмы, где посредством вложения одного предмета в другой открывалась «дверь, ведущая во Вселенную».
К этим историям каждый может относиться по-разному. Но если человек верит в то, что существует «Высший разум», если эта вера помогает ему «двигаться в правильном направлении»: быть добрым, любить природу и окружающих людей — может быть, не надо мешать ему в этом?
А пока Николай Лаврентьевич и его жена Валентина Петровна принимают у себя в гостях иностранцев, угощают их пирогами с чаем и рассказывают о нашей великой стране и замечательных людях, проживающих здесь».
Автор Светлана Архипова, четверг, 13 октября 2016 14:02

После разговора о пришельцах Константин Коханов и Николай Мельников решили сфотографироваться на память у «Стелы Мельникова». Николай Мельников во дворе дома показал Константину Коханову камеру видеорегистратора и ещё некоторые достопримечательности, на которые он хотел обратить внимание.

В свою же очередь, шагая вслед за Николаем Мельниковым, он обратил внимание на здание церкви и понял, что вблизи или рядом с одним из мест, где они проходили, был сделан снимок следа пролетевшего над ней Челябинского метеорита. Самое интересное, что тогда, сделав пару снимков, в том же направлении полёта метеорита, он не обратил внимания, почему его траектория была направлена не в сторону озера Чебаркуль, а вообще в противоположную сторону.

Только во время редактирования 5-ой части очерка «Челябинский метеорит или что-то иное?!», Константин Коханов обратил внимание, что на фотографии след челябинского метеорита над церковью не соответствует траектории его полёта. Чтобы убедиться в этом он увеличил яркость и контрастность фотографии, а также на спутниковой карте Чебаркуля нашёл расположение дома Мельникова с видом на церковь:

После этого в Интернете на сайте «Мой Мир@mail.ru», на его странице (ленте или профиле) https://my.mail.ru/mail/nik.melnikov.47/ Константин Коханов нашёл оригинал фотографии, не имевший отношения к Чебаркулю, и понял, что имел дело с фотомонтажом. Единственно, чего было жалко, это только потерянного времени на знакомство с «творчеством самодеятельного фотохудожника Николая Мельникова», вместо того, чтобы разбираться с тем, какое отношение имело НЛО к взрыву Челябинского метеорита:

Перед тем, как комментировать рассказы Николая Мельникова о спасении инопланетянами во время астероидно-кометной атаки Земли (или хотя бы Челябинской области) Константин Коханов решил получить от него лично материалы с наблюдениями и с выдвинутыми им гипотезами о том, что было на самом деле. Можно было конечно для этого воспользоваться уже опубликованными материалами, но там они были изложены в основном в интерпретации бравших у него интервью журналистов. Поэтому ему было необходимо получить подтверждение, что журналисты изложили точно его точку зрения о падении Челябинского (или Чебаркульского) метеорита и ничего не добавили от себя лично. Для уточнения «правдивости и точности», опубликованных о Николае Мельникове статей в прессе, Константин Коханов отправил ему по электронной почте письмо от 2016-09-27, 19:16 и вскоре получил на него ответ от 2016-09-30, 11:49:

Письмо Константина Коханова от 27 сентября 2016 года:

Здравствуйте. Николай Лаврентьевич! Сейчас я заканчиваю пятую часть очерка «Челябинский метеорит или что-то иное». Материалов собрал достаточно, в том числе и с публикациями о Вас. Что собственно я хочу уточнить:

1.День (число, месяц), время, когда вы видели НЛО над озером Чебаркуль накануне падения Челябинского метеорита;
2.Хотелось бы получить от Вас повторно запись с Вашего видеорегистратора о падении Челябинского метеорита в озеро (два фрагмента, следующие один за другим) и Ваш подробный (если это возможно комментарий). Те показания видеорегистратора, которые я получил от Вас, мне раскрыть на своём компьютере так и не удалось.
3. Есть ли у Вас книга Мурзина о подъёме осколка Челябинского метеорита? Может она продаётся в краеведческом музее Чебаркуля. Если продаётся, прошу вас купить её мне. Деньги за книгу вышлю вместе с ещё одной своей книгой (внутри).
Заранее благодарю за помощь. Константин Коханов.

Письмо Николая Мельникова от 30 сентября 2016 года:

Уважаемый Константин Порфирьевич, Здравствуйте!
Отвечаю на Ваши вопросы:

- 13 февраля 2013 г. в 14 часов 45 минут местного времени находясь на своём участке, обратил внимание на озере «Чебаркуль» , где остров «Голец» и полуостров «Крутик» вдоль этого полуострова и вокруг острова «Голец» появились три неопознанных объекта, три огненных шара, они опускались ко льду, то поднимались чуть выше леса, так они работали 15 минут, в 15:00 часов так же внезапно исчезли. Они за двое суток знали, что к нам на планету «Земля» из космоса летит «Метеор» – и как выяснилось не случайно!
Они прилетали на рекансировку, то есть, по военному на разведку.
- Видео нужно открыть с помощью программы Video Player, если нет, то скачать с интернета программу для просмотра с расширением dv.4.
- Книга Н.Мурзина у нас пока не продается, если достану, то вышлю обязательно.
- Константин Порфирьевич у меня к Вам, еще одна деликатная просьба, если это возможно. Книгу назовите «Чебаркульский метеорит или что-то иное…».
И это будет по-научному грамотно, честно и справедливо!
Какой он Челябинский, когда он упал в наше озеро! А вы знаете, что метеориты, когда падают, то называют их местом падения.
Высылаю еще:

- карта-схема
- «открытое письмо учёным Мира»
- Нас спасли инопланетяне
- Вся правда о космических пришельцах

Если ещё что то нужно, пишите или звоните. Пока до свидания!
С Уважением к Вам, Ваш преданный и верный друг Николай Мельников.

Николай Мельников: «Открытое письмо учёным Мира»

Уважаемые учёные Мира, убедительно прошу Вас, объединиться и создать – «Единый центр по угрозе из космоса, а именно – борьба с астероидной – кометной атакой!»
Падение метеорита на Южном Урале напомнило всему Миру об астероидно- кометной опасности (атаки). Потому что астероиды – несут смертельную угрозу человечеству – планете «Земля»!
И поэтому падение небесного тела на Урале оказалась неожиданностью для всех, для всего Мира и доказало, что системы раннего предупреждения и защиты от подобных космических явлений у современной человеческой цивилизации просто не существует!
Многие учёные всей планеты задают вопрос:
Самая большая загадка «Чебаркульского метеорита» – почему он взорвался! Самой большой загадкой, является взрыв космического тела! Все учёные считают уникальность явления заключается в том, что произошел такой мощный взрыв и именно на такой высоте «Это трудно объяснить»! До сих пор небесные тела подобного состава, так не взрывались? Для науки это крайне важное событие? «Чебаркульский метеорит» оставил после себя не только разрушения. Нам досталось от него в наследство тревога за будущее. Он поставил перед людьми вопросы, которые, кажется, совсем не волновали человечество еще один год и 10 месяцев назад.
Может ли повториться метеоритная атака? Какие еще угрозы таит в себе космос? Способен ли кто-нибудь нас защитить? Что за знаки подает нам Вселенная? И способно ли человечество их распознать? К данному событию, как к чуду, мы могли погибнуть! Мы почувствовали все, что смерть была рядом, но она подышала на нас и отошла!
Над нашей планетой «Земля» – нависла глобальная угроза!
«Систему обнаружения опасных для планеты объектов и их нейтрализации всему человечеству придется создавать»! Необходимо создание мирового единого аналитического центра, куда будут стекаться и обрабатываться данные наблюдения. Но прежде чем, разрабатывать « противометеоритное» оружие, источники опасности надо обнаружить.
Для борьбы с астероидной кометной опасностью необходимы не только средства обнаружения и уничтожения, отклонения небесных тел, но и научная работа.
На вопросы ученых – есть все ответы. А именно:
Никакой загадки взрыва нет!
Все очевидно. Взрыв « Чебаркульского метеорита» спровоцировали «Инопланетяне» они взорвали «болид» на подлете к городу Челябинску на высоте 47-50 км. Они это сделали специально, чтобы еще раз напомнить нам – землянам, что «Высший разум» – Есть!, Был! и Будет всегда!
Они снова идут на контакт с нами! «Инопланетяне» владели ситуацией, у них все было продумано заранее, не случайно же они за двое суток прилетали на ракансировку – разведку. Они знали, что к нам из «Вселенной» летит «Камень смерти!», а конкретно началась астероидно- кометная атака на планету «Земля». Метеориты, болиды, и не дай Бог астероиды – космические глыбы. Размером в сотни метров – представляют собой реальную угрозу. Они способны нанести огромный ущерб – вплоть до уничтожения цивилизации. И поэтому нам землянам нужно знать и помнить об этом постоянно! Разрушения были, это битые стекла окон, дверей, где вместе с рамами, где без них, перекрытия, стены, балки, крыши, и т.д.
Одна тысяча шестьсот раненных и ни одного смертельного случая. В основном ранения от разбитых стекол. Потому что люди забыли, когда происходит взрыв – в начале вспышка, после нее будет взрывная волна. Вот ее то и нужно опасаться. Но, увы все жители забыли эту угрозу опасности. Любопытство на первом месте, люди сами бросились, многие к окнам, смотреть, что случилось. Поэтому и получили ранения. «Инопланетяне» могли взорвать «Болид» еще до входа в плотные слои атмосферы и поверьте, тогда, никто бы не пострадал, не было бы разрушений.
Это ещё одно подтверждение в том, что «болид» был взорван специально на данной высоте, чтобы напомнить человечеству, что мы вообще беззащитны! Вот делайте выводы, что Вам нужна только наша помощь. И нам нужно поверить, что только «Высший разум» Спасет нас. Все человечество на планете «Земля» и никто другой!
Мы сами помогаем погубить себя, сами изобретаем ядерное оружие, создаем конфликты, войны, загрязняем окружающую среду, загрязняем водоемы, загрязняем большими выбросами углекислого газа. Пришло время начать с себя? Оглянувшись вокруг, сделать мир намного лучше, чище, безопаснее, добрее.
Быть может, именно это позволит отодвинуть потенциональные угрозы человечеству чуть дальше, за горизонт. И возможно, тогда космос перестанет посылать нам тайные знаки, которые кажутся предвестниками неведомой беды. Люди устраивают свои дела так, что падает уровень образования, падает уровень интеллекта, падает уровень высших социальных цивилизационных притязаний каждого индивидуума, которой рассматривается сегодня как квалифицированный потребитель – это уже бывало. Все они закончилось. Каких еще предупреждений из космоса нужно ждать, чтобы начать наводить порядок на собственной планете?
И только чудо сохранило жизни людям, инопланетяне пощадили людей?
Нам очень, очень повезло – нас спасали они. Огромное спасибо им, что они есть и спасают нас! Нам нужно молиться на них, уважать и любить их!
Они контролируют Вселенную и нашу планету «Земля»! А человечество планеты «Земля» должны помогать им! Мы должны без всяких опасений срочно выходить на контакт, на связь с ними.
Всем ученым напрячь все свои умы и без сомнений выходить на связь, на контакт с ними. А главное наводить порядок на нашей планете «Земля». Они опасаются нас, потому что наше человечество не предсказуемое.
Убедительно прошу, Уважаемых ученых нужно объединиться и срочно создать – Единый центр по угрозе из Космоса – единый центр спасения мира! Где Вы должны срочно разработать программу, как лучше выйти на связь, на контакт с Высшим разумом!
Данный единый центр по спасению мира создать и построить в «Центре Мира», который находится по адресу: Россия, Южный Урал, Челябинская область, г. Чебаркуль.
Потому что «Инопланетяне» принесли на себе «Царь – метеорит – Чебаркуль» и указали место падения его. Это и есть «Центр Мира». Тем самым показали и напомнили человечеству, что это так на самом деле! Наш край «Урал» стал опорным краем державы.
Урал: «Опорный край державы, ее добытчик и кузнец, ровесник древний нашей славы и славы нынешней творец»
Никакие ракеты, никакое оружие, никакие телескопы, спутники не смогут спасти нас, нашу планету «Земля». И поэтому нас спасут и спасают «Инопланетяне», только они, больше никто в мире нас не спасет. Поверьте мне пожалуйста!
Никто не знает, что нас ждет завтра? Помните всегда об этом!
Весь мир знает 15 февраля 2013 года, была атакована планета «Земля» астероидно – кометной атакой из космоса и поэтому – «Слава Высшему разуму в спасении человечества»! и «Спасибо им»!
«Очевидец – Охотник – Следопыт – Исследователь»
Николай Мельников

Николай Мельников: Вся правда о «Космических пришельцах»

Так, что же, на самом деле произошло на Южном Урале 15 февраля 2013 года.
Произошло следующее:

Всё началось 13 февраля 2013 г., морозный зимний день, чистое голубое небо, находясь на своем участке, где высокая гора, а также великолепный красивый обзор. Убираю снег, навожу порядок, в перекурах любуюсь нашей прекрасной природой. Со стороны Востока находится наш красивый белокаменный с золотыми куполами, величавый «Божий храм»
Со стороны Юга наше прекрасное, красивое озеро Чебаркуль с островами.
Со стороны Запада находятся очаровательные горы «Ильменского заповедника» – красота неописуемая.
Оперевшись на черенок лопаты, смотрю на озеро и вдруг вижу, над озером появились три неопознанных объекта – плазменные шары, которые медленно, то поднимаясь, то опускаясь, двигались и зависали вдоль полуострова «Крутик», а так же вокруг острова «Голец». Работали 15 минут, после чего также неожиданно исчезли с 14:45 час. до 15:00 час.
Посланники «Высшего разума» из «Вселенной» прибыли на «раконсировку» то есть на разведку. Изучали, сканировали дно нашего озера Чебаркуль.
И как выяснилось не случайно!
Инопланетяне знали за двое суток, что к планете Земля с космической скоростью приближается «Глыба Смерти». А именно, началась астероидно-кометная атака!
15 февраля 2013 в 09 часов 20 минут 05 секунд (местного времени) с Востока на высоте 102-104 км под углом 17 градусов, входит в плотные слои атмосферы «болид» размером с семиэтажный дом, диаметром до 20 метров, весом 12000 тонн, Загорается. Скорость «болида» 19 км в секунду. До г. Челябинска огненный «болид» летит 32,5 секунды (это 617, 5 км)
Затем в 9 часов 20 минут 33 секунды на подлете к г. Челябинску, на высоте 47-50 км с тыла подлетает сигаровидная НЛО, создаёт плазменный щит и разбивает горящий «болид». Он взрывается и разваливается на три части. Основная часть осколка «болида» размером с пассажирский автобус ПАЗ, через секунду, данный осколок загорается вновь и летит в направлении города Чебаркуль. От г. Челябинска до г. Чебаркуля 75 км, горящий осколок летит под углом 20 градусов параллельно земли.
Данный осколок несут на себе шесть НЛО. Затем горящий осколок разваливается еще на шесть больших камней. Над территорией завода, над площадью им. В.И. Ленина, над «Божьим храмом» снизу осколок «Царь – метеорит-Чебаркуль» держат на себе три НЛО с работающими огненными соплами по три в каждом и три НЛО страхуют сверху.
За 25-30 секунд одна НЛО лазерным лучом вырезает во льду озера Чебаркуль ледяную шайбу (по научному блин) толщиной до 70 см, размером 6,32Х 5,36 метров. Загоняет эту шайбу – блин под лед, на расстоянии 15 метров от полыньи, где она целая примерзает к основному льду озера. В 9 часов 21 минуту 19 секунд, шесть НЛО прицельно «по снайперски» бросают «Царь- метеорит-Чебаркуль» под углом 85 градусов в готовую полынью (прорубь), где он уходит рикошетом на 75 метров в сторону берега полуострова «Крутик» на 20 метровую глубину. Вот почему не было взрыва в нашем озере!
В 9 часов 21 минуту 34 секунды, а именно через 15 секунд метеорит остывает, газы, лед, вода, снег, пробивает щель – отверстие во льду в длину 2 метра, шириной до 50 см. Через эту щель вырываются наружу (по научному – султан) выше леса. Через 42 секунды облако пара оседает и ветром уносит облако вдоль полуострова «Крутик». Камера видеонаблюдения все фиксирует! После всего перечисленного, через 3 минуты шесть НЛО улетают в направлении г. Миасс, в горы Ильменского заповедника», где у них находится база.
Там постоянно очевидцы видят НЛО, они даже колоннами летают по 11 штук! Также НЛО часто летают над нашим озером!
Из космоса видно, что очертание, конфигурация озера Чебаркуль напоминает форму «эмбриона в утробе матери». Небесное тело из Вселенной блуждало 4,5 миллиардов лет, но 15 февраля 2013 г. в 09 часов 21 минуту 19 секунд входит в лед нашего озера, в область пуповины. Мы предполагаем, что зарождается Новая, более совершенная жизнь! Она насыщена мощной энергией из Космоса – вселенной! Силы небесные озарили озеро божественным светом, солнечной энергией и теперь оно станет духовной святыней Всего человечества.
Эта космическая – солнечная энергия через воду поступает людям и наша жизнь будет более совершенной! Люди будут серьезнее и заботливее относиться к нашему питьевому озеру – источнику жизни!
Теперь наше озеро Чебаркуль – Святое!
Водная стихия в природе – самая сильная! Все человечество планеты Земля не может существовать без воды!
Осколки «Болида», а именно «Царь-метеорит – Чебаркуль» не случайно опустили «инопланетяне» в наше святое озеро. И поверьте это не случайно!
Посланник солнца, прилетевший из «вселенной» приземлился в наше чистое озеро, тем самым указал, что Чебаркуль – это «Центр Мира!» и подтвердил, что это так на самом деле.
Так же наше озеро Чебаркуль является воротами в Сибирь! В древних источниках Уральские горы называются Рифейскими или Гиперборейскими. Русские первопроходцы называли горы «Камень», так и говорили: «Пойдем за Камень», то есть на Урал и в Сибирь!
Дело в том, что половина береговой территории озера находится в горнолесной зоне, а вторая половина в лесостепной. Горнолесная территория озера – это еще Урал! А лесостепная – равнинная местность – это уже Сибирь. Эта географическая особенность делает природу окрестности города и озера Чебаркуль – уникальной!
Вода в нашем красивом озере Чебаркуль, после падения в него «Космического пришельца», стала чистой, не цветет, не пахнет. Появились большие раки, рыбы. Этим летом прилетело более 60 особей лебедей, много всяких птиц. Птицы и раки чувствуют, что вода в озере стала намного чище, оно стало лечебным, в нем мощная энергия!
Эту святую воду мы пьем, купаемся в ней, наше красивое озеро действительно стало святым!
Чебаркульцы провели собственное расследование по «Космическим пришельцам» и доказали всему Миру, кто на самом деле спас планету «Земля» и все человечество!

«Очевидец-охотник-следопыт-исследователь»
Николай Мельников

Также к письму Николая Мельникова была приложена копия статьи Светланы Архиповой из газеты Южноуралец от 18. 09.2014 года» «Николай мельников: “Нас спасли инопланетяне”», листы газеты №№16-17. Правда, лист №16 он ему же высылал раньше ещё в 2015 году.

Всё то, что содержалось в письме Константину Коханову от Николая Мельникова о падении осколка метеорита в озеро Чебаркуль, он за исключением некоторых «любопытных» деталей слышал от него самого, находясь у него в гостях. Что-то подсказывало Константину Коханову, что в рассказах Николая Мельникова есть нечто, что может подсказать ему, «что всё-таки было на самом деле над озером и на озере Чебаркуль» в день полёта и взрыва метеорита над Челябинской областью. Но проявлять любопытство журналиста Константин Коханов в разговоре с Николаем Мельниковым не стал, так как понимал, что ничего нового, что уже успел рассказать Николай Мельников местным областным журналистам и журналистам центральных российских и зарубежных газет и телеканалов, он уже не расскажет. А будет только отстаивать своё убеждение, что нам (землянам) помог Бог, который спас весь Мир, всё человечество от глобальной катастрофы. Можно, конечно, было задать ему вопрос, а кто тогда те инопланетяне, которые высоко над землёй атаковали метеорит, если он просит учёных всего мира, поверить ему, что нас спасти могут только «Инопланетяне» и никто другой. Однако кажется странным, что он забывает при этом упомянуть Бога, когда призывает учёных всего Мира объединиться и выйти на связь с Высшим разумом.
В Интернете хорошо освещена гипотеза Николая Мельникова из Чебаркуля «о спасших Землю, инопланетянах» и каждый желающий может легко найти там приведённые выше «первоисточники». А также он на сайтах Интернета может ознакомиться не только со всеми интервью Николая Мельникова корреспондентам многочисленных газет и прочитать ссылки на него почти во всех публикациях о Челябинском метеорите, но также и посмотреть снятый его видеорегистратором момент падения осколка Челябинского (или Чебаркульского) метеорита в озеро Чебаркуль. Поэтому Константин Коханов не стал в гостях у Николая Мельникова просить его показать источники информации, которые хотя бы как-нибудь подтверждали высказанную им гипотезу об инопланетной помощи Земле в отражении астероидно-кометной атаки. Коханов и Мельников, когда расставались, решили продолжить разговор о Челябинском метеорите в письмах по электронной почте и даже сфотографировались на память у «Стелы Мельникова». Константин Коханов подарил Николаю Мельникову два значка своей экспедиции «Тунгусский метеорит» и пообещал выслать ему одну из своих литературоведческих книг.

Приехав в Москву, он сдержал своё обещание и как «членам» своей Чебаркульской экспедиции Андрею и Сергею, также выслал ему свою книгу «Последняя точка в творчестве Владимира Высоцкого». Эта книга отражала не только мнение автора о творчестве этого великого поэта и автора-исполнителя своих песен, но также заключала в себе некоторые биографические эпизоды из жизни самого автора этой книги.

После разговора с Николаем Мельниковым и выполненных на озере Чебаркуль измерений его глубины, нужно особо отметить, Константину Коханову в Чебаркуле делать уже было нечего. Искать подтверждения падения в озеро осколка Челябинского метеорита то же не имело никакого смысла. Прошло три года и те, кто что-то видел, слышал или участвовал в поиске осколков метеорита на льду озера или вытаскивал их с помощью магнита из воды в районе неизвестно по каким причинам образовавшейся полыньи, в качестве «очевидцев» давно по несколько раз рассказали об этом журналистам. При этом, не забыв упомянуть и о НЛО, как накануне падения и взрыва метеорита, так и сразу же после падения одного из его крупных осколков в озеро Чебаркуль. Когда Константин Коханов производил «опрос очевидцев» в 2013 году, всего лишь через три месяца после падения Челябинского метеорита в Челябинской области, то уже тогда большинство «очевидцев» пересказывали то, что слышали от других, прочитали в газетах или увидели в телевизионных репортажах.
В Интернете, к тому времени, было выложено много видеосюжетов с записями видеорегистраторов, как полёта, так и взрыва Челябинского метеорита. В основном ничего, кроме эмоционального восприятия людьми, охватившего их страха, в момент взрыва, «очевидцами» рассказано не было. А те, кто видел, чуть ли не сопла (два или три) космического корабля или ракеты, после встречных вопросов, начинали быстро путать свои показания. Некоторые для большей убедительности начинали ссылаться на сделанные ими видеозаписи при помощи своих сотовых телефонов, которые даже переносили на компьютеры, но потом стёрли, так как освобождали место на жёстких дисках «для более важной информации», хотя по всему было видно, что эти люди никогда бы этого не сделали в 2013 году. В 2016 году в это можно было бы поверить, но как убедился Константин Коханов в разговоре с некоторыми чебаркульцами, они даже не могли правильно указать не только дату падения Челябинского метеорита, но и точно сказать, где они находились в то время. А вот, лет через пятьдесят (в 2066 году) они же, кто доживёт до этого времени, будут давать во время подобных опросов, уже такие же подробные описания этого события, как и «очевидцы полёта и взрыва Тунгусского метеорита».
Константину Коханову оставалось только посетить Челябинский краеведческий музей, где в качестве главного экспоната был выставлен для всеобщего обозрения «Чебаркульский осколок» Челябинского метеорита, поднятый со дна озера Чебаркуль.
Отношение к этому осколку Константин Коханов уже выразил в ранее опубликованных очерках под общим названием «Челябинский метеорит или что-то иное?!», и теперь только хотел убедиться насколько он прав в разговоре с научными работниками Челябинского краеведческого музея.
По возвращении в Златоуст, Константин Коханов договорился, что Андрей Сосновский покажет ему 5 августа 2013 года достопримечательности его города, а 9 августа отвезёт его в Челябинск. 6 и 7 августа 2016 года Константин Коханов совершил сам две экскурсии по городу Златоусту, воспользовавшись двумя трамвайными маршрутами города. А 8 августа упаковывал в чемодане купленные сувениры и вещи, а также сделал наброски своих впечатлений за последние несколько дней.

В Челябинске Константин Коханов хотел воспользоваться, как и в 2013 году услугами гостиницы «Салютная», но когда оказался у её закрытых дверей и пообщался через открытое окно, с рабочими, производившими внутри одного из номеров ремонт, то узнал от них, что это уже не гостиница, хотя ещё сохранилась от неё вывеска. Оказалось, что после завершения ремонта помещений бывшей гостиницы, там будет располагаться организация, которая будет сдавать челябинским семьям апартаменты для их длительного проживания. От этих же рабочих Константин Коханов узнал, где находится ближайшая гостиница, которую они с Андреем Сосновским, не сказать, чтобы сразу, но всё-таки нашли, хотя не совсем в том месте, на которое они им тогда указали.
Простившись с Андреем Сосновским, Константин Коханов перенёс свои вещи в предложенный ему лучший номер гостиницы, единственный в ней, который имел внутри душевую комнату, а не общею на несколько номеров, в каждом жилом боксе этой мини-гостиницы.

В 2013 году Константин Коханов думал, что «уральские учёные» разберутся, что является осколками метеорита, а что фуфло, или часть местной породы. А теперь в Краеведческом музее Челябинска, выставлен 500-килограмовый валун, как самая крупная поднятая со дна озера Чебаркуль часть Челябинского метеорита без экспертизы работниками КМЕТа АН РФ, что это действительно метеорит, а не местная горная порода или продукт отходов металлургической промышленности Челябинской области. Целью экспедиции Коханова К.П. «Тунгусский метеорит» 2016 года, после работ в Эвенкии, в частности, было разобраться, с эллипсом рассеивания осколков Челябинского метеорита, а также «понять», что выставлено в Челябинском краеведческом музее под видом самого большого найденного осколка Челябинского метеорита
При разговоре утром следующего дня с научным сотрудником Челябинского краеведческого музея Константин Коханов поинтересовался у него, – производился ли лабораторный анализ фрагмента отколотого от 500-килограммого осколка выставленного в музее метеорита или нет? Ответ «учёного», разумеется, его обескуражил: «А для чего это делать, я могу побожиться, всеми святыми любых религиозных конфессий, что та часть, которая отвалилась на моих глазах на берегу озера Чебаркуль, уже неоднократно проверялась, и было подтверждено, что это действительно метеорит». Правда, результатов этой «экспертизы» он Коханову К.П. не показал, как и скол на основной массе от отвалившейся он него части. Он и лишь сделал попытку убедить Константина Коханова, что лежащий рядом с основной массой «метеорита» осколок, другого цвета и структуры, аналогичен строению метеоритного вещества внутри 500-килограмовой части Челябинского метеорита. И понимая, что этого ему не удалось сделать, научный работник Челябинского музея поспешно удалился из зала музея, где был выставлен для всеобщего обозрения осколок метеорита, даже не интересуясь и не желая знать, в каком свете может о нём высказаться в Интернете, «московский журналист».

Фотографии самого большого осколка метеорита и его, якобы отколовшейся при взвешивания на берегу озера Чебаркуль, части, сделанные Константином Кохановым в Челябинском музее при помощи двух фотоаппаратов фирмы «Nicon» (с оптическим Zoom 28x и 34x):

В начале 2013 года во время переписки по электронной почте с одним из научных работников КМЕТ по поводу поисков Тунгусского метеорита, Константин Коханов, в частности, поинтересовался, – изучались ли лабораториями АН РФ, фрагменты (сколы), сделанные самими работниками КМЕТа с самой большой части Челябинского метеорита, поднятого со дна озера Чебаркуль. Оказалось, что КМЕТ доверился порядочности «уральских учёных», как когда-то донецким, нашедшим в 1976 году самый древний на Земле метеорит «Марьинка» в одной из угольных шахт Донбасса. И только в 1987 году выяснилось, что это был на самом деле осколок Сихоте-Алинского метеорита, подобранный на месте его падения одним из нечистоплотных украинских учёных.

«Самый древний в мире метеорит хранится на Донбассе»

«Артёмовск (Донецкая область) известен заводом шампанских вин, но мало кто знает, что здесь хранится самый древний в мире метеорит.
Самый древний по дате падения на Землю – около 300-370 миллионов лет назад. Его нашли в куске угля, который в 1976 году принесли для Геологического музея «Донецкгеологии» из шахты «Белозерская». Начали ровнять глыбу, а из нее выпал слиток размером с два кулака. Слиток отправили в Ленинград, откуда получили ответ – это метеорит, самый древний из всех известных, внесён в каталог как «Марьинка». В Артёмовск вернули только часть метеорита размером с фалангу пальца.

1. Возможно, это осколок гигантского метеорита, убившего почти всё живое на планете в Девонский период, как раз 300 миллионов лет назад. Кратер на месте падения того метеорита обнаружен в Австралии, его диаметр 5 километров…»

2. Срез метеорита.

3. Его достали из такой же глыбы угля.

4. Музейная табличка

http://pauluskp.com/news/251d1372f

http://nnm.me/blogs/ombra1/meteorit-marinka-istoriya-odnoy-oshibki/

Для справки: Как проводилась диагностика метеорита «Марьинка»:

В 1976 году сотрудник геологического музея объединения «Донбассгеология» В.В. Кулаковский передал в Комитет по метеоритам АН СССР осколок метеорита весом 144 г. и сообщил, что его нашли в пласте донецкого каменного угля. Возраст угольных пластов составлял 285-340 млн. лет. Подобных находок до того момента не было. Метеорит был зарегистрирован, получил название Марьинка и был подробно описан В.П. Семененко. Пресса окрестила его древнейшим метеоритом Земли.
Но… по-видимому, были сомнения по поводу его уникальности. В 1983 г. был проанализирован изотоп Mn-53 с периодом полураспада 3,7 млн. лет. Если метеорит упал 300 млн. лет назад, то все изотопы Mn-53 уже давно вымерли бы. Оказалось, что они есть и в том же количестве, что в Сихотэ-Алине. Вопрос был исчерпан. Так почти через 10 лет метеорит Марьинка был исключен из Каталога.
Алексеев В.А., Малышев В.В., Осадчий Е.Г., Колесов Г.М., Барсукова Л.Д., Заславская Н.И. «ЗЕМНОЙ ВОЗРАСТ И КЛАССИФИКАЦИЯ ЖЕЛЕЗНОГО МЕТЕОРИТА МАРЬИНКА» журнал «Метеоритика» вып.46, 1987, стр.81-85.
«СИХОТЭ-АЛИНСКИЙ МЕТЕОРИТ» http://tunguska.tsc.ru/ru/science/tv/5/20

К метеориту «Марьинка» автор очерка «Челябинский метеорит или что-то иное» ещё вернётся в заключительной шестой части этого очерка, а пока. он предварительно навёл справки по поводу информации, взятой из Интернете, лично просмотрев Российской государственной библиотеке (РГБ) журнал «Метеоритика», выпуск 46 за 1987 год. . Как говорят иногда в рекламе на телевидении: «Почувствуйте разницу»:

Константин Коханов думал, что после посещения Челябинского краеведческого музея придёт к логическому завершению, предпринятая им рекогносцировочная экспедиция 2016 года.

Оказалось, он поторопился сделать такое умозаключение, потому что ещё предстоял отлёт из Челябинска в Москву. И как говорил он сам, в серии своих очерков «Возвращение домой», опубликованных в одном из сборников «Таёжный дневник» (М., САИП, 2008, стр.163-177, зелёный твёрдый переплёт, тираж 4 экз., доступен в РГБ и в детской библиотеке Ванавары): «Как правило, путешественники мало уделяют внимания в своих дневниках, в устных и в опубликованных рассказах тому, какие они испытывали приключения, когда возвращались домой. Сборы в дорогу, и сам путь, настолько заслоняли своими впечатлениями все испытанные путешественниками неудобства, связанные с их возвращением, хотя бы потому, что они у нас настолько обычны, что просто не могут вызвать особого интереса. Как правило, редко, кто не испытывал возвращаясь домой каких-нибудь дорожных неприятностей, даже после проведения отпуска на самом престижном курорте…» (http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=1174).
В 2010 году впору было писать серию очерков под общим названием «После возвращения домой», посвящённым попыткам автора решить проблемы, которыми должно по большому счёту заниматься Президент, Правительство и, законодательно, Государственная Дума. Материалов у автора накопилось достаточно на многостраничную книгу (от 500 до 1000 листов). Хотя искать правду сейчас в России равносильно тому, что плевать в чиновника высокого ранга против ветра, принятых в Государственной Думе, законов. Удивительно, но иногда автору этого очерка, удавалось попасть своим «плевком» не только в себя, но и в чью-то высокопоставленную самодовольную рожу.
Поэтому, не вдаваясь в подробности, считаю, что в качестве приложения целесообразно ознакомить моих немногочисленных читателей с частью отправленных в адрес администрации Президента РФ материалов о том, что, казалось бы, не имело никакого отношения к проблемам Тунгусского и Челябинского метеоритов:

Письмо и часть приложений к письму в адрес Президента РФ Владимира Путина.

Уважаемый господин Президент! Я вынужден обратиться к Вам по поводу принятых правительством решений разрешить российским авиакомпаниям, с целью снижения затрат на перевозку пассажиров, продавать невозвратные билеты с гибкой продажной стоимостью, в зависимости от времени покупки билетов (чем раньше, тем дешевле). В этом году я усомнился, что это действительно так. При оформлении заранее билета на рейс авиакомпании Таймыр, не смотря на то, что я передал кассиру написанные на бумажку даты вылета в июле месяце, она оформила билет на одну из предложенных дат, но только в июне месяце. Выяснилась ошибка при проверке времени вылета, но уже после оплаты стоимости билета. К моему удивлению переоформленный билет на нужное мне число, вылетом на месяц позже, стоил дороже того билета, где вылет был через несколько дней на самолёте той же модификации, в том же экономклассе и той же авиакомпании. Поэтому не трудно было догадаться, что стоимость билетов на разные рейсы одной и той же авиакомпании, в один и тот же населённый пункт, просто устанавливается с потолка и совсем не зависит от времени покупки билета.
Хотелось бы знать, ведётся ли в этом направлении, какой-нибудь контроль кем-нибудь из членов правительства или из подведомственных им структур?
То же самое хотелось бы узнать о перевозке багажа и ручной клади. Тут уже полная неразбериха. Явно всё отдано на откуп, если не аэропортов, то авиакомпаний, которые сами определяют, что можно перевозить в ручной клади или в багаже, а что нельзя вообще.
Не буду обобщать, а только коснусь трёх аэропортов в Москве (Домодедово), в Красноярске (Емельяново) и в Челябинске. Одно только могу сказать, что в этой части нет претензий только к аэропорту Домодедово, хотя, что касается безопасности пассажиров в зоне прилёта и получения багажа, она на том же уровне, что и до известного теракта. Много посторонних лиц в зоне прилёта и нет контроля над выносом из этой зоны багажа (кто, что выносит 11 августа 2016 года, никто там из сотрудников аэропорта по багажным квитанциям не проверял).
В Красноярске же бдительность работников аэропорта доведена до абсурда – проверяют на сканере багаж и ручную кладь даже на выходе из зоны прилёта с последующей сверкой выносимого багажа. По багажным квитанциям. Видимо, не доверяют проверке багажа и ручной клади в Москве и в других городах России, хотя после сканирования вещей только просто интересовались у меня, что представляют собой увиденные ими подозрительные предметы в сумках и чемоданах, в том числе и поисковый магнит.
В Челябинске всё обстояло иначе. При входе в аэропорт, если что не понравилось при сканировании вещей, там требовали показать, а дальше уже рассуждали, можно ли перевозить тот или иной предмет, не ссылаясь на какой-либо документ, делая только свои умозаключения. Самое интересное заключалось в том, что я сначала не понял, почему придрались к набору минералов, купленных мной в магазине «Сувениры Урала», причём в фирменной пластмассовой коробке, с цветной этикеткой изображающей содержащиеся в ней камни. Я понял, почему придрались к этим камням, только когда дело дошло до коробки с мелкими камнями, которые я поднял при помощи поискового магнита на берегу озера Чебаркуль. Камни «показались» проводящим входной досмотр господам (повторяю господам, а не специально подготовленным для этого дела специалистам) радиоактивными, при отсутствии у них прибора для проверки радиоактивного излучения предметами, которые перевозят пассажиры. Кажется только после того, как во время досмотра моего багажа дошли до медали «За посещение Урала», купленной мной за 200 рублей на железнодорожном вокзале города Златоуста и которая по статусу в Челябинске явно выше «Ордена Андрея Первозванного», досмотр прекратили и меня пропустили с вещами в здание аэропорта.

Нужно было бы положить эту медаль сразу же в ручную кладь, но до этого я не додумался, считая, что больше при предполётном досмотре ручной клади не будет никаких проблем, если при входе в здание аэропорта Челябинска, она не вызвала никаких подозрений. На обратной стороне медали было написано «Ценность человека в нём самом». Если иметь в виду меня, то это ко мне совсем не относится, хотя по книге «Наладка лифтов», именно по моей четвёртой главе, написанной в 1990 году (ещё в советское время), до сих пор учатся, как искать неисправности электромеханики по лифтам во всех странах СНГ (более 25 лет). Это не говоря ещё о десятке научных, документальных и художественных книг, часть которых есть в прямом доступе в Интернете и в крупнейших библиотеках страны, в том числе одна (первый том «Тунгусский метеорит – история поисков» состоящий из двух книг) – есть даже в президентской библиотеке.
При проверке ручной клади неожиданно придрались к поисковому магниту МП-700, по надуманной причине – нет сертификата на разрешение его провоза в ручной клади. В прилагаемых материалах рассказано, как это происходило.
У меня единственная к Вам просьба, чтобы руководство аэропорта Челябинск, в лице его директора, лично, вернула бы мне мой поисковый магнит МП-700, приехав в Москву за свой счёт, если не докажет законность его изъятия.

Один майор-сталинист, которому наверно Чёрт посоветовал уговорить меня проплыть с ним в 1972 году по реке Большая Ерёма от верховий этой реки до её устья на Угрюм-реке, раздражаясь тем, что я не разделяю его взгляды и не хочу ему безропотно подчиняться, сказал мне, что нужно сделать, чтобы сделать человека счастливым: «Сначала всё у него отобрать, включая свободу, а потом вернуть».

Так вот, я хочу от Вас (при Вашем содействии) получить ни медаль, ни орден, а только свой поисковый магнит МП-700, который дорог мне, как память о моих путешествиях по Восточной Сибири с 1970 года, связанных с поиском места падения Тунгусского метеорита. Пусть подтвердится правота майора-сталиниста, о «счастье простого человека», когда ему возвращают принадлежащую ему вещь.

К письму также приложены некоторые материалы из письма, направленного Вам в 2010 году по поводу строительства Туруханской (Эвенкийской ГЭС). Для сведения также приложены материалы (результаты анализов) о том, что вода, поступающая из артезианской скважины посёлка «Депутатский, Еткульского района Челябинской области, непригодна для питьевых целей, то есть не соответствуют требованиям, которые должны соответствовать питьевой воде.

Вами предложено назвать следующий год – «Годом экологии» и хотелось бы, чтобы он прошёл ни как «Год Литературы» и закончился не одной только показухой наших достижений.

Также я не обошёл вниманием «развитие» туризма в нашей стране, то есть, до какого идиотизма при этом доводят региональные власти и некоторые другие не столь важные для страны проблемы, как таёжные пожары.

И последнее, не пора ли поставить точку в вопросе, что было поднято со дна озера Чебаркуль – действительно 500-колограмовый осколок метеорита или большой камень местной горной породы, или «продукт» из отходов или отвалов Челябинской металлургической промышленности. Как я выяснил 9 августа 2016 года у научного сотрудника Челябинского краеведческого музея, никто из КМЕТ (из сотрудников Комитета по метеоритам АН РФ) не делал сколы с этого «экспоната» музея, и анализов его состава не производил. Боюсь, как бы мы не оскандалились в мировом научном сообществе, как с мельдонием в спорте и по этому вопросу. После падения Челябинского метеорита академик Э.М. Галимов даже не поднял задницу, чтобы выехать срочно в Челябинск. А его научные сотрудники из Института геохимии и аналитической химии и коллеги из КМЕТ появились там только на третий день после его падения, когда уже осколки Челябинского метеорита повсеместно продавались и скупались у населения Челябинской области. Наверно академик ждал Вашего указания, как от правительства Сталина академик Вернадский. К Вашему сведению, тогда некоторые члены правительства видели в мае 1941 года падение метеорита, а Леонид Кулик, только после разноса, который ему устроил академик Вернадский, выехал на предполагаемое место падения метеорита в Подмосковье, но так же, как и Тунгусский метеорит, обнаружить, где хотя бы он упал, так и не смог.

Константин Коханов, 19.08.2016 г.

Инженер, по версии Национальной российской библиотеки (РНБ), поэт и литературовед. Насколько серьёзно меня там оценили, по совокупности некоторых моих книг, я до сих пор не могу понять.

Приложения к письму:

1. Государство не должно идти на поводу у шантажирующих страну авиакомпаний и законодательно помогать им в части, как выгодно и удобно обслуживать пассажиров, а стремиться хотя к тому, чтобы пассажирам было удобно и безопасно пользоваться этим видом транспорта.

Под видом снижения стоимости билетов авиакомпании добились права продавать безвозвратные билеты, при этом, не гарантируя пассажирам вылет в дни, на которые у них приобретены билеты. При продаже билетов, кассиры настойчиво требуют указать номера контактных телефонов, чтобы предупредить пассажира об изменении времени вылета его рейса или вообще об его отмене. Как правило, это не никак не связано с погодными условиями, а просто диктуется простым расчётом авиакомпании. В случае не полной наполняемости пассажирами рейса, он может отменить его, перенести на другой день, объединить несколько рейсов на одном пассажирском судне. При этом без учёта того, что конкретный пассажир рассчитывает так своё время вылета, чтобы успеть пересесть при дальнейших своих перемещениях по стране, на другой самолёт местной авиалинии, поезд, автобус или корабль. Также не следует забывать, что другие виды пассажирского транспорта, тоже работают по расписаниям, причём не везде каждый день в неделю. Например, мне нужно чтобы попасть в Эвенкийский муниципальный район (ЭМР) Красноярского края, лететь до Красноярска, затем на самолёте местной авиалинии до Ванавары, и уже до нужного мне посёлка (Стрелки Чуни или Муторая) на вертолёте. В Ванавару самолёты летают 2-3 раза в неделю, вертолёты в более отдалённые посёлки ЭМР один раз в неделю и то не всегда, по ряду, иногда, независящих от погоды причин (просто ввиду отсутствия исправного вертолёта). И не дай Бог попасть на самолёт авиакомпании «Норд Стар», при его полной наполняемости, потому что их маломощные импортные самолёты не допускают вес багажа, каждого из 40 пассажиров больше 20 кг. В этом году в Челябинске я столкнулся с другой проблемой, оказывается на сайте челябинского аэропорта, я должен был поинтересоваться, что можно провозить в ручной клади и с какими сопроводительными документами. До этого проблем не было ни в одном аэропорту Сибири. При досмотре давались рекомендации, что и как лучше перевозить в дальнейшем, но до изъятия чего либо, дело не доходило. А в Челябинске я подумал, что имею дело либо с аэропортовскими мародерами, либо с вымогателями, но явно не с дураками, а с хорошо продуманной системой досмотра, с определением на глазок, что можно провозить в багаже и ручной клади, а что нельзя.
При досмотре перед входом в здание аэропорта, придрались, что в багаже (в чемодане) были образцы минералов, купленных в магазине сувениров Челябинска и поднятые с помощью поискового магнита на берегу озера Чебаркуль. А вдруг эти камни радиоактивные? – сказала женщина, проводя досмотр моего чемодана. Иностранец бы сразу сделал вывод, что в дома города Чебаркуля поётся радиоактивная вода. Тогда проверьте, – сказал я женщине. А у нас нет прибора, – тогда, казалось бы, зачем задавать глупые вопросы и не подумать над тем, что если нельзя в самолёте провозить радиоактивные вещества, то, как в аэропорте Челябинска проверяются на радиоактивность, перевозимые пассажирами предметы. Есть же Приказ Министерства транспорта Российской Федерации (Минтранс России) от 25 июля 2007 г. N 104 г. Москва «Об утверждении Правил проведения предполетного и послеполетного досмотров». Или его уже отменили за ненадобностью, как в московском аэропорте Домодедово (он явно не исполняется), а в аэропорте Челябинска дополнен не существующими в Приказе министерства положениями. С багажом славу Богу обошлось без изъятия камней, но зато из ручной клади был изъят поисковый магнит (МП-700), который на протяжении десятка лет не вызывал ни в одном аэропорту никаких подозрений, на основании того, что не предоставлен начальнику смены досмотра на него «сертификат» с разрешением провозить его в ручной клади. Мало того, что начальник смены досмотра сделал в Акте провокационную запись, что именно я считаю, что поисковый магнит можно перевозить в ручной клади, не слушая мои объяснения, которые мне самому пришлось занести в АКТ. Досмотр и изъятие поискового магнита производился без свидетелей, подписи свидетели поставили в другой комнате, без моего присутствия.
А вот как производится послеполётный досмотр багажа в аэропорту Домодедово. Чувствуется, что за его сохранность никто там никакой ответственности не несёт:

Также непонятно, почему в зоне прилёта аэропорта Домодедово присутствуют посторонние люди (таксисты и ещё непонятно кто), а не работники охраны аэропорта или милиция.

2. «Слышу голос каждого»

3. Добро пожаловать в Красноярск!

Посёлок Муторай (Эвенкийский национальный район, Красноярского края), весь июль видимость от дыма таёжных пожаров почти каждый день менее 50 метров. Даже выполнявший санитарный рейс 21 июля 2016 года вертолёт МИ-8, для оказания экстренной помощи заболевшей в Муторае женщине не смог приземлиться и вернулся в Ванавару. Но всё под контролем, хотя 44 термические точки, а на самом деле их в 1000 раз больше, не обслуживаются, в этом нет ничего страшного, хотя даже 30 июля 2016 года Красноярск и тот, всё ещё в дыму. В Эвенкии почти на 1 миллион квадратных километров 64 пожарника, а у МЧС РФ есть возможность и средства помочь Канаде и Португалии тушить их локальные пожары. Но горит тайга не только в одной Эвенкии, но почему-то сводки о тушении пожаров в России отодвинуты на второй план, главное выборы, так что гори всё ясном огнём до осенних проливных дождей и первого снега.

Если подводить итоги рекогносцировочной экспедиции Константина Коханова 2016 года, то стать ему очевидцем очередного падения метеорита на Землю не пришлось, но надышаться продуктами горения тайги в Красноярском крае, он мог и в Ванаваре, и в Муторае, и в городе Красноярске, правда, в меньшей мере, чем в первых двух населённых пунктах.

И что ему теперь остаётся сказать о том, что происходит в России в настоящее время. Хотя и до поездки в Красноярский край, ему было понятно, что главное дело для Президента и Правительства было поддерживать «имидж» страны, как Великой державы, не смотря на то, что в ней процветает коррупция, и большая часть населения живёт у черты или за чертой прожиточного минимума. Для этого зажравшая власть, при попустительстве, накормленного ей до «благородной» отрыжки, депутатского корпуса, готова всему миру помогать, даже вопреки здравому смыслу. Для оценки политической обстановки в стране, ему теперь было достаточно не большего доклада, а всего четырёх стихотворных строк:

Пусть горит тайга, город задыхается,
Нужно Португалию «спасти»,
Что у нас сгорит – это не считается,
Господи, помилуй и прости!

Но шила, – как говорит русская пословица, – в мешке не утаишь, по крайней мере, экологи узнали о занижении данных о лесных пожарах в Красноярском крае, но отношении у нас к экологам даже у простого народа сказать мало, что отрицательное, скорее даже крайне пренебрежительное. По сути, они только тычут пальцами на проблемы связанные с загрязнением окружающей среды, но даже пальцем не ударят, чтобы убрать за собой свой же мусор. Экологи взяли на себя только функции контроля за работой исполнительной власти и не имеют желания устроиться на работу в природоохранные организации и своим примером доказать, что можно жить со всеми удобствами и при этом не причинять никакого вреда природе.

Экологи узнали о занижении данных по лесным пожарам в Красноярском крае

Москва. 21 июля 2016 года. INTERFAX.RU – Площадь действующих лесных пожаров в Красноярском крае по состоянию на 20 июля перевалила за 1 млн га, что в тысячу раз больше официальной статистики, заявили в Гринпис России.
«Площадь действующих в Красноярском крае лесных пожаров составила около 1,1 миллиона гектаров, а в зону задымления от этих пожаров попали ещё двенадцать субъектов России. Основная часть площади действующих лесных пожаров приходится на земли лесного фонда, главным образом в Эвенкийском лесничестве», – говорится в сообщении пресс-службы Гринпис России, поступившем в «Интерфакс».
По данным организации, за большей частью очагов пожаров в крае лишь «наблюдают, но не тушат», поскольку на масштабные мероприятия по тушению в бюджете региона не хватает средств. «Лесникам выделяют лишь 10% от необходимой для борьбы с пожарами суммы. Поэтому чиновники лесного хозяйства предпочитают не говорить о пожарах или относить горящие территории в «зоны контроля», где позволено не тушить», – говорится в сообщении организации.
«В официальную оперативную отчётность попадает менее одного процента от реальной площади пожаров», – утверждают в Гринпис.
Между тем, официальные данные подведомственной Рослесхозу «Авиалесохраны» и Росгидромета по состоянию на начало суток 20 июля значительно расходятся с цифрой, названной Гринпис.
В сообщении «Авиалесохраны», опубликованном накануне, отмечается, что в целом в России к этому моменту действовало 73 пожара на площади 14,3 тыс. га, из них в Красноярском крае – на площади лишь 1,3 тыс. га. Красноярский лесопожарный центр 20 июля называл цифру в 4,1 тыс. га.
Тем не менее, 20 и 21 июля сообщалось, что дым от пожаров в сибирской тайге дошёл до крупных городов и территорий нескольких регионов (http://www.interfax.ru/russia/519723).

Дым от таёжных пожаров в Ванаваре 14 июля 2016 года:


Дым от таёжных пожаров на реке Муторай и в посёлке Муторай 24.07.2016 года:

Дымка от таёжных пожаров в Красноярске 29.07.2016:

Рубрика: Контакты с инопланетянами, Космос, Тунгусский метеорит, Челябинский метеорит | Метки: , , , , , , | Комментарии отключены

Книги Константина Парфирьевича Коханова в библиотеках России

В настоящее время, когда книги в России перестали быть необходимым предметом в интерьере квартиры, как в конце советской эпохи, когда они чуть ли не стали предметом коллекционирования. А началась эта «золотая эпоха советской книжной индустрии» после того, как издаваемые астрономическими тиражами книги, стали продаваться только при наличии талонов за сданную макулатуру из расчёта 20 кг макулатуры за одну конкретную книгу из предложенного в пунктах приёма макулатуры списка. Тогда, чтобы ни говорили литературные критики о русских, советских и зарубежных писателях, это, основную массу советских обывателей, вообще, перестало интересовать. Критерием спроса на книги, стали те из них, которые нельзя было купить, не переплачивая, без подписки на собрания сочинений, занимая очередь у дверей магазинов в ночь перед её началом или при наличии талонов за сданную макулатуру.
СССР считался самой читающей страной мира, опять же только со слов литературных критиков советской эпохи. Было ли так на самом деле, никто теперь не скажет точно, но то, что граждане Страны Советов, любили читать книги, в этом мало кто тогда сомневался. Правда читать о современной жизни гражданам СССР было особенно нечего, как внутри страны и тем более за рубежом. В основном печаталась, проверенная партноменклатурой от литературы русская, советская и зарубежная классика. Хотя небольшими тиражами выпускалась зарубежная проза, как правило, изобличающая пороки капиталистического общества и проза современных советских писателей и поэтов с робкой критикой бюрократизма и недостатков коммунистического воспитания советской молодёжи. Напечатать книгу писателю или поэту, который не являлся членов «Союза писателей», было практически невозможно, без соответствующего разрешения Правления писательского союза, на уровне хотя бы городской организации. Таким авторам оставалось только пользоваться услугами «самиздата» с риском попасть под действие какой-нибудь уголовной статьи. К счастью в стране, где был канонизирован Павлик Морозов, всё-таки было мало тех, кто ему поклонялся, хотя тех, кто доносил не на своих родственников, а на соседей или знакомых стало ещё больше, чем во времена Иосифа Сталина.
В настоящее время, когда интерес к чтению в России угас настолько, что даже не распродаются книги вышедшее тиражом в 500 экземпляров, напечатать книгу может любой человек, в количестве даже одного экземпляра. Зачем покупать книги, когда их текст можно бесплатно скачать в Интернете, хотя книга в руке это не одно и тоже, что её текст на экране монитора компьютера или на дисплее смартфона. Но чтобы понять это, нужно многим повзрослеть, а не до пятидесяти лет молодиться и верить в любую чепуху, которую пропагандирует шоу-бизнес вперемешку с рекламой презервативов, женских прокладок и подгузников. Что сказать о современной прозе и поэзии, если говорить о литературе людям, которым ничего не говорят фамилии многочисленных авторов, даже лауреатов всевозможных литературных премий. Только после очередного скандала с политическим душком, краем уха слышат они о поэте Быкове, писателях Акунине, Улицкой и Прилепине. Если раньше подобные слухи и «критические» публикации пробуждали у народа интерес читать Солженицына, Аксёнова или Войновича, то теперь ничего подобного нет – количество читателей (или почитателей таланта) вышеуказанных авторов не только не увеличивается, а катастрофически уменьшается, что грозит полным забвением ещё при жизни этих ещё кому-то известных авторов и поэтов. Что о них говорить, даже если такому известному, можно сказать «великому советскому поэту», как Евгений Евтушенко постоянно приходится о себе напоминать и убеждаться в том, как падает к нему интерес потенциальных читателей и видеть, как плохо теперь раскупаются его книги. Но, что отрадно, писать в современной России, стали не меньше, чем в дореволюционное время, и не только одни стихи. Хотя, как говорили ещё во времена Александра Пушкина, «кто только сейчас не пишет стихи – даже приказчики и извозчики». В настоящее время круг пишущих (сочиняющих) стихи стал значительно шире, и включает в себя практически представителей всех общественных слоёв России, от министров до дворников. Правда, Александр Пушкин говорил, что «некоторые за границей стихами живут, а у нас граф Дмитрий Иванович Хвостов на них прожился», так как ему самому приходилось скупать свои нераспроданные книги:

А.С.Пушкин – К.Ф.Рылееву (черновик, июнь-август 1825 года):

«…Как же ты не видишь, что дух нашей словесности отчасти зависит от состояния писателей? Мы не можем подносить наших сочинений вельможам, ибо по своему рождению почитаем себя равными им. Отселе гордость etc. Не должно русских писателей судить, как иноземных. Там пишут для денег, а у нас (кроме меня) из тщеславия. Там стихами живут, а у нас граф Хвостов прожился на них. Там есть нечего, так пиши книгу, а у нас есть нечего, служи, да не сочиняй…».
А. С. Пушкин: Собрание сочинений в 10 томах (М., ГИХЛ, 1959-1962, том 9, «Письма 1815–1830», стр.201).

Лучше Александра Пушкина не скажешь, зачем и сейчас стремятся издавать свои книги те, кому на это не жалко своих денег – потому что в основном все сыты, можно не служить тем, кто любит, чтобы им прислуживали, а сочинять для себя, в основном в ящик стола, никому никогда не запрещалось. Но теперь сочинять просто в стол не хочется, как и держать до смерти фигу в кармане, когда есть у кого-то интерес тебя послушать и почитать твои мысли не только в Интернете, а непременно подержать твою книгу в руках. Будь то, твои стихи или воспоминания о днях минувших, или современные зарисовки с натуры. А что касается сочинения стихов, то это дело не простое, этому научиться нельзя, хотя рифмовать слова может почти каждый и пособий для этого достаточно. Есть даже «Обратный словарь русского языка» (М., Издательство «Советская энциклопедия», 1974, 125000 слов), удобный перечень окончаний слов, причём в алфавитном порядке. Если делать нечего и много свободного времени вполне можно подобрать рифму к любому слову, буквально или хотя бы созвучную с ним.
Я мог бы, конечно, подробно рассказать о своих попытках стать поэтом или о том, как долго старался где-нибудь напечатать свои стихотворения, но это мало кого бы заинтересовало. А вот почему на свои поэтические опыты я махнул рукой и до 60-ти лет не думал свести их в поэтический сборник, имеет смысл всё-таки отметить.
К моему счастью, меня однажды пригласил к себе в редакцию литконсультант газеты «Московский комсомолец». Я захватил для разговора с ним не только часть своих стихотворений, но и последний ежегодный поэтический сборник «День поэзии».
Внимательно выслушав критику моих стихотворений в части рифм и содержания, я всё-таки не удержался от вопроса, – чем мои стихотворения хуже большинства напечатанных в сборнике «День поэзии». Ответ литконсультанта просто свалил меня наповал, как очередь из крупнокалиберного пулемёта. «В том-то и дело, – ответил мне этот умудрённый большим жизненным опытом человек, – что они ни чем не хуже, но и не лучше напечатанных в этом сборнике. Будь у Вас хотя бы одно стихотворение, которое мне бы понравилось, я бы и все остальные Ваши напечатал в газете». Разумеется, сочинять стихи, а затем и песни, я не бросил, но больше не заваливал редакции газет и журналов своими стихами. Одно мне стало ясно, что, не ведя активной жизни, без отстаивания своих интересов, без риска для жизни, ничего представляющего для людей интерес, никогда не напишешь. Время было в жизни у меня достаточно, чтобы сыграть в русскую рулетку, не крутя барабан револьвера у своего виска. С 1970 года своими рекогносцировочными экспедициями в тайге, большей частью в одиночку и без оружия, я стал пугать даже местных браконьеров одной только своей улыбкой, убеждая их, что я путешествую один. Почему-то им сразу после моих слов, начинал мерещиться за каждым деревом ствол, направленного в их сторону карабина, кого-то из моих попутчиков, явно неинтеллигентного вида. Да и в Москве даже такие мои сослуживцы, как Шумилис, заместитель командира фронтовой разведки, прихрамывающий после полученного во время войны ранения, однажды мне сказал: «Константин, я бы с тобой в тайгу не пошёл.
- И в разведку бы не взял? – поинтересовался в свою очередь я. – В разведку я тебя бы взял, а в тайгу с тобой бы не пошёл, потому что не смог бы там поднять рюкзак. – Почему же? – удивился я. – А потому, – ответил Шумилис, – что кальсоны пришлось бы каждую ночь менять, а сколько их понабиться мне в тайге, я знаю точно, что не подниму».
Вот только в тайге я начал писать, что-то похожее на стихи, а затем и на песни. А после того, как попал в больницу с давлением в 280 в канун празднования 80-летия Октябрьской революции, то там сразу начал писать воспоминания о своих путешествиях в тайге, которые пришлось прервать в 1986 году. Я писал их с единственной целью, определить, не образовались ли в мозгу пробелы в памяти, после кровоизлияния, к счастью, что из носа и только наружу. Какой либо цели опубликовать свои воспоминания я не ставил, и после выхода из больницы даже не стал их продолжать. В 2006 году я вспомнил, что у меня есть воспоминания о путешествиях в тайге в начале 1970-х годов, которые охватывали романтический период моей жизни. И поэтому решил их включить в виде комментария в подготовленный сборник моих поэтических произведений, под названием «Таёжный дневник и Другие песни», приуроченный к 60-летию автора, небольшой тираж которого был предназначен в качестве подарков моим близким и знакомым.
Стихотворения были почти все отредактированы, а воспоминания, за неимением времени на их обработку, были частично опубликованы в отсканированном виде с оригинала больничной рукописи. Сам же сборник был отредактирован в конце 2007 года, когда Константин Коханов, решил возобновить свои таёжные путешествия.
Появившись в Ванаваре в июне 2008 года, 36-лет спустя, накануне празднования 100-летия падения Тунгусского метеорита, после того, как я раздал местным жителям 20 экземпляров своей книги «Таёжной дневник» с дополнительной надписью на обложке «К столетию падения Тунгусского метеорита», меня стали представлять там везде, как московского писателя. В последующие годы Константин Коханов старался оправдать данное ему в Ванаваре «звание московского писателя». Стоит отметить, что в Интернете Константин Коханов опубликовал более 500 своих стихотворных фельетонов и комментариев к различным статьям, в основном за подписью Konst.Koxanov. Какой либо особой критики моих фельетонов и комментариев в Интернете не было за некоторыми исключениями, со стороны «поэтически одарённых блогеров», до которых не дошло, что фельетоны и комментарии, это не стихотворения в чистом виде, а только выраженные в стихотворной форме мысли. А что касается комментариев, то, как можно назвать стихами то, что было написано за несколько минут, как правило, в виде иронического ответа, а стихотворные фельетоны (опубликованные отдельно от комментариев), в виде политической сатиры.

Напечатанные и отправленные в библиотеки книги Константина Коханова, с краткой аннотацией и кратким списком книг частично представленных в электронном каталоге Российской национальной библиотеки (РНБ):

Книги Константина Парфирьевича Коханова в Российской государственной библиотеке (РГБ):

1. Сборник поэтических сюжетов [Текст] / Константин Коханов. – Москва : САИП, 2015. – 660 с. : ил.; 20 см.; ISBN 978-5-904636-73-9

2. Астаповская голгофа [Текст] / Константин Коханов. – Москва : САИП, 2015-. – 21 см.
Кн. 1. – 2015. – 702, [1] с., [3] л. карта, портр., цв. портр. : портр.

3. Астаповская голгофа [Текст] / Константин Коханов. – Москва : САИП, 2015-. – 21 см.
Кн. 2. – 2015. – с.: 703-1397, [3] л. ил., цв. ил., портр. : ил., портр., цв. Портр

4. Тунгусский метеорит: история поисков / Константин Коханов. – Москва : САИП, 2009-. – 22 см.
т. 1, кн. 1: Т. 1. кн. 1. – 2009. – 1077 с., [60] л. ил., карт., портр., факс. : ил.

5. Таёжный дневник : К 100-летию падения Тунгусского метеорита / Константин Коханов.
- Москва : САИП, 2007 (обл.: 2008). – 348, [24] л. ил., портр. : ил., портр.; 21 см

6. «Игра со Смертью по маленькой», или Л. Н. Толстой, родословная, как зеркало сословных предрассудков : документальный роман / Константин Коханов. – Москва : САИП, 2006-. – 22 см.
кн.5: Генеральная репетиция. – 2006. – 680, [1] с., [11] л. ил., цв. ил., портр., к. : портр

7. Реинкарнация Великого Советского Поэта [Текст] : [стихотворные фельетоны и сюжеты о творчестве и гастролях по России поэта из города Талса (США, штат Оклахома) господина Евгения Евтушенко]. – Москва : САИП, 2015. – 168 с. : ил.; 21 см.

8. Три жены и подруга Гимнюка Гимночистова [Текст] / Константин Коханов (Еремей Алтыбский). – Москва : САИП, 2016. – 249 с. : ил., портр.; 21 см

9. Последняя точка в творчестве Владимира Высоцкого [Текст] / Константин Коханов (Еремей Алтыбский). – Москва : САИП, 2016. – 541 с.; 21 см.

10. Наладка лифтов / В. Г. Ермишкин, И. К. Нелидов, К. П. Коханов. – М. : Стройиздат, 1990. – 301,[2] с. : ил.; 20 см. – (ЖКХ. Б-ка работника жил.-коммун. хоз-ва).; ISBN 5-274-00451-2 : 90 к

11. Наладка лифтов / В. Г. Ермишкин, И. К. Нелидов, К. П. Коханов. – 2-е изд., перераб. и доп. – М. : Стройиздат, 1992. – 319 с. : ил.; 20 см. – (ЖКХ. Библиотека работника жилищно-коммунального хозяйства).; ISBN 5-274-01778-9 : Б. ц.

Рубрика: Писатели и поэты, Тунгусский метеорит | Метки: , , , , , , | Комментарии отключены

Борис Михайлович Молчанов – случайная встреча и дружба навсегда.

Когда возраст человека переваливает за 50 лет, как правило, все оставшиеся к тому времени друзья детства плавно переходят в разряд знакомых и, в конце концов, становятся неинтересными друг другу людьми. Поэтому он постоянно начинает чувствовать неловкость, когда сам отказывается ехать к кому-нибудь в гости и когда, чтобы не обидеть близких родственников, приглашает к себе приехать тех, кто тоже совсем не испытывает восторга с ним пообщаться. Иногда хватает одного телефонного разговора, чтобы больше никогда о себе не напоминать и тем более при случайной встрече, не подавать повода, сдуру договариваться ещё раз где-нибудь встретиться, и тем более принимать на себя обязательство позвонить в ближайшее время и оговорить время этой встречи. Впервые Константин Коханов увидел Бориса Михайловича Молчанова в начале 2000-х годов, когда стал по просьбе известного московского фалериста Михаила Степановича Селиванова, посещать Московское нумизматическое общество. В то время члены МНО, для встреч и обмена коллекционным материалом арендовали по воскресеньям помещение кинотеатра «Улан-Батор», находящегося недалеко от станции метро «Академическая».

Михаил Селиванов, который в то время приобрёл большую коллекцию бон (бумажных денежных знаков), решил тогда избавиться от большей её части – продать или обменять на интересующие его дореволюционные ордена или знаки военных училищ и воинских частей. К тому времени они знали друг друга уже более сорока лет, так что доверять ему друг детства имел полные основания, к тому же он был даже свидетелем на его свадьбе в 1974 году. Столы в «клубе» (как называли московские коллекционеры кинотеатр «Улан-Батор») Михаила Селиванова и Бориса Молчанова стояли рядом, и Константин Коханов сразу обратил внимание, с каким уважением известные в Москве коллекционеры относились к нему.

Например, почти каждое воскресенью, до самой смерти, накануне закрытия клуба к нему подходил Игорь Можейко, известный почти всем в СССР и в России писатель-фантаст Кир Булычёв, и обсуждал с ним какие-то вопросы. Иногда к разговору подключался Михаил Селиванов, который длительное время поддерживал с писателем дружеские и деловые отношения и поэтому подшучивал одновременно и над писателем и над моим соседом в клубе Борисом Михайловичем Молчановым. Константин Коханов в этих разговорах не принимал участия, потому что их тема касалась коллекционирования и приобретения интересующих материалов для их коллекций, что его, честно говоря, мало интересовало.

Постепенно от обмена приветствиями при встрече, Константин Парфирьевич и Борис Михайлович, перешли к более тесному общению. Борис Михайлович был не только интересным собеседником, но и сам был незаурядной личностью, любителем путешествий, который практически объехал весь Советский Союз от Земли Франца Иосифа до Командорских островов и к тому же был даже кандидатом в мастера спорта по туризму.

Но самое интересное заключалось в том, что Борис Михайлович не был в местах, где путешествовал Константин Коханов и не представлял, как можно было прокладывать маршруты в тайге в одиночку, даже там, где не ступала нога человека, не пользуясь услугами проводников и даже без оружия. Ещё ему было трудно понять, как на протяжении многих лет можно было ездить в одно и то же место, хотя это место и охватывало пространство диаметром свыше 1000 километров. Конечно, впечатлений от путешествий по СССР и по Европейским странам у Бориса Михайловича (родился в 1920 году) было больше, чем у его «нового юного друга» Константина Парфирьевича (родился в 1946 году), но и не было риска для жизни. Хотя на это как посмотреть со стороны, потому что после путешествия Бориса Михайловича на архипелаг Земля Франца Иосифа, в составе организованной обществом ДОСАФ группы, двое из её участников там простудились и, вернувшись из этого путешествия, умерли от воспаления лёгких. Но самое интересное было в том, что Константин Коханов и Борис Молчанов умудрились попасть, по своей же вине в схожие нелепые ситуации при встрече с медведицами – Коханов в Эвенкии, а Молчанов на Дальнем Востоке. Борис Молчанов со своим спутником, когда поставил палатку со своим спутником на берегу моря, а Коханов, когда сплавлялся вниз по реке Алтыбу, левому притоку реки Большой Ерёмы, впадающей со стороны левого берега в Нижнюю Тунгуску, известной, благодаря Вячеславу Шишкову, как Угрюм-река.
Инструктор по туризму имел неосторожность показать Борису Михайловичу бурую медведицу с медвежонком, которые, не обращая внимания на туристов, поднимались на ближайшую сопку, и Борис Михайлович, нет, чтобы молча наблюдать или сфотографировать зверей, решил свистнуть им вслед. Что было потом – это только было смешным, если смотреть со стороны. Медведица оглянулась и направилась в сторону туристов, которым ничего не оставалось, как не залезть по шею в холодную морскую воду и смотреть, как медведица, явно никуда не спеша, наводила порядок на их стоянке – порвала палатку, разодрала рюкзаки, верхнюю одежду и съела все, взятые ими, продукты. В общем, поход «удался», потому что, к счастью, «горе-туристы» не простудились и путешествие завершилось для них можно сказать благополучно. У Коханова почти всё было также, когда он, направив лодку в быструю речную протоку, увидел высунувшуюся из кустов голову медвежонка. Это было летом 1979 года, когда был уже утверждён талисман Московской олимпиады 1980 года. Понятно какая была его досада, что живой талисман олимпиады скрылся в кустах, до того как Коханов успел подготовить к съёмке свой фотоаппарат. Но только он снова хотел взять в руки байдарочное весло, как в конце протоки, снова увидел этого медвежонка. Приподнявшись в лодке, и поднимая к глазам фотоаппарат, он не сразу заметил, вставшую на задние лапы медведицу и опомнился только тогда, когда она стремительно на задних лапах бросилась в воду и остановилась в полуметре от борта лодки. Дальше всё было, как в немом кино с участием Чарли Чаплина, но только на воде. Коханов просто рухнул на сиденье лодки, схватил байдарочное весло, и лихорадочно работая им, развил такую скорость лодки, что до находящегося сорок километров ниже большого порога, он, можно сказать, долетел быстрее, чем в последующие годы (1982, 1984 и 1986), когда преодолевал это расстояние на моторной лодке. Получилось так, что сначала, делясь своими путевыми впечатлениями, Борис Михайлович и Константин Парфирьевич, вскоре перешли к обсуждению повседневной жизни страны, которая не только не поддавалась никакой логике, а порой, даже, вообще, шла вопреки здравому смыслу. Но, кто во всём был виноват, их мнения часто расходились, и прийти к консенсусу было невозможно. Поэтому большей частью у них разговоры шли о днях давно минувших, литературе и чудесах мирозданья. В роду Бориса Михайловича преобладали священники и врачи, а Константин Коханов мог похвастаться только своими рабоче-крестьянскими корнями. Поэтому Борис Михайлович уже на генетическом уровне был подготовлен к изучению иностранных языков. Он свободно говорил на немецком языке и мог читать классиков немецкой философии в оригинале, и на достаточно высоком уровне мог изъясняться на английском и французском языках, во всяком случае, мог разговаривать и понимать, что ему говорят. В клубе к нему часто подходили коллекционеры с просьбой перевести какой-нибудь текст на предметах коллекционирования. И, как правило, он без особого труда не только переводил, но и толковал содержание этих, большей частью, латинских текстов. Казалось бы, с таким человеком, как Константин Коханов у Бориса Михайловича не могло быть каких-либо общих интересов, кроме страсти к путешествиям. Поэтому более тесное сближение их интересов произошло, только после того, как разговор случайно зашёл о Льве Толстом. К своему удивлению Борис Михайлович вдруг понял, что о Льве Толстом, не как о писателе, а как о философе, он, до разговора с Константином Парфирьевичем, ничего толком не знал. В то же время Коханов на протяжении почти пяти лет, изучая жизнь и философские труды великого классика, пришёл к выводу, что толстовская философия нанесла больше вреда России, чем пользы. Его теория «непротивление злу насилием», при приходе к власти большевиков, парализовала волю интеллигенции к сопротивлению, и в дальнейшем привела к гибели её лучших представителей, из числа тех, кто в первые годы, установления советской власти, не успел эмигрировать из России. Правда, ко времени знакомства Константина Коханова с Борисом Молчановым, тот бросил работать над третьим томом документального романа, где жизнь Льва Толстого была отражена день за днём, на основании воспоминаний его современников, документальных свидетельств, дневников самого Льва Толстого, его жены Софьи Андреевны и яснополянских записок Душана Маковицкого. Вместо продолжения романа Константин Коханов решил на основе написанных книг написать художественно-документальный роман «Игра со смертью по маленькой» и практически закончил работу над первой книгой «Сергей Николаевич Толстой» – о роли старшего брата в жизни великого русского писателя. Борис Михайлович был очень удивлён, почему Константин Парфирьевич бросил писать продолжение документального романа о Льве Толстом, имевший в начале название «Родословная, как зеркало сословных предрассудков», а потом и художественно-документальную версию этого романа под названием «Игра со смертью по маленькой», сократив содержание всего романа с 6-ти до 4-х томов. Причину прекращения работы над романом Константин Парфирьевич объяснил Борису Михайловичу словами самого Льва Толстого, напомнив ему историю создания великим русским писателем романа «Война и мир». Первоначально в планах у Толстого было написать роман «Декабристы», но он столкнулся с трудностями получения для изучения документальных свидетельств истории восстания декабристов, особенно подлинного следственного дела и поэтому трижды делал попытки написать этот роман в 1860, 1878 и 1904 годах. В основном это было связано со знакомством с опубликованными новыми заслуживающими доверия материалами о декабрьских событиях 1825 года. Но это в итоге привело к тому, что после публикации очередных материалов о декабристах в журнале «Былое», Лев Толстой, после их прочтения 1 апреля 1906 года, сказал Душану Маковицкому: «Смотрел журнал «Былое», про декабристов там интересное и странно, чем больше подробностей узнаешь о декабристах, тем более разочаровываешься». Вот именно, к такому же мнению, но только о Льве Толстом, пришёл и Константин Коханов – чем больше он узнавал о жизни Льва Толстого, тем больше в нём разочаровался. И однажды он понял, что Лев Толстой его просто перестал интересовать и как философ и даже, вообще, как человек, целью жизни которого было только создание новой религии с непонятно каким богом, причём внутри его самого. Вместо романа Константин Коханов написал сатирическую песню, как «в Ясной Поляне, играл на баяне, первенец графа Ермил…», кратко изложив в ней повседневную жизнь великого русского писателя, перед его уходом из Ясной Поляны. Несмотря на краткое изложение событий тех дней в песне, в ней были представлены все основные герои «Яснополянской драмы»:

В Ясной Поляне, играл на баяне,
Первенец графа Ермил,
Пел, как Толстой,
приставал к его маме,
И всё в её доме громил.

Как отбивалась от графа Аксинья,
Графу, грозя становым,
Как овладел граф
Аксиньей насильно,
И он его, стало быть, сын….

К Толстому в то время
пришёл Гольденвейзер,
И вот, что сказал пианист:
Имел бы он герб, а в гербе
графский вензель,
То спал у одних бы актрис.

Но граф объяснил ему,
всё же понятней,
В чём в подлинной страсти секрет,
Где голый, округлый живот
поприятней,
Чем тот, что затянут в корсет.

Чувствуя, классик,
теряет духовность,
Врач Маковицкий вспотел,
В Ясной Поляне
любовь, где греховность,
Запахло вновь похотью тел.

Но Софью Андреевну
не одурачить,
Других завещаний, что нет,
А тут ещё муж у Черткова на даче,
К нему зачастил в кабинет.

Считая с Чертковым,
муж в связи, порочной,
У Софьи Андреевны стресс,
И рядом в деревне,
Ермил, как нарочно,
Копаться в их прошлом полез.

Ну, разве осудят
с баяном Ермила,
И графа мужицкую страсть,
Когда за «Войной»,
не последует «Мира»,
В борьбе за Советскую власть.

Борис Михайлович, прослушав в клубе эту песню, исполненную вполголоса Константином Парфирьевичем, а потом, перечитав ещё напечатанный для него её текст, задал ему несколько вопросов о Черткове, Гольденвейзере и Маковицком. Об отношениях Льва Николаевича с женой Софьей Андреевной, Борис Михайлович был в курсе ещё со школьных лет, когда о внебрачных связях великого классика особенно не распространялись и тем более о его внебрачном сыне. Борису Николаевичу было интересно узнать, в связи, с чем Константин Парфирьевич решил заняться изучением жизни Льва Толстого, а потом даже решил написать о его жизни роман. И Константин Коханов, можно сказать, не только удивил его своим ответом, но даже предоставил возможность самому Борису Михайловичу поделиться с ним своими впечатлениями, узнав, что он присутствовал на одном из психологических опытов Вольфа Мессинга. Но всё по порядку – начнём с ответа Константина Коханова.
Перед тем как приступить к работе над романом о Льве Толстом, Константин Коханов собирался написать книгу о лжепророках, ясновидящих и экстрасенсах, причём с библейских времён до настоящего времени. Поэтому он собрал достаточно много, имевшихся в открытом доступе материалов, в том числе на таких известных всем «пророков», как Калиостро, Иоанн Кронштадтский, Григорий Распутин, Ванга и Вольф Мессинг, и заодно о людях-феноменах, якобы обладающими телепатическими и другими паранормальными способностями. Когда он начал описывать сеансы спиритизма, то в качестве изобличителей этого вида шарлатанства или надувательства, он решил привести в пример, написанную Львом Толстым, его пьесу «Плоды просвещения». Неудивительно, что, кроме этой пьесы ему захотелось найти, ещё какие-то высказывания великого русского писателя, отлученного от церкви, о прочих видах мракобесия, но вместо этого он узнал о самом Льве Толстом столько интересного, что и его самого можно было включить в длинный список русских лжепророков. К своему удивлению Коханов убедился, что не только русский классик не годился для примера в борьбе с суевериями и в развенчивании мифов о чудесах человеческой психики, но даже английский писатель Конан Дойл, верил в реальность вызова духов и мало того, даже написал «Историю спиритизма».
Подобных телепатов, ясновидящих и мастеров верчения стола, любителей спиритизма, изобличал профессор Александр Исаакович Китайгородский, написавший книгу «Реникса» (или «Чепуха») Но профессор умер, а его достойных приемников на заре нового XXI века, толерантного к мракобесию и шарлатанству, до сих пор не нашлось. Люди вдруг осознали, что никому кроме Бога верить нельзя, даже служителям церкви, превративших веру во Всевышнего, в условиях капиталистических отношений, в законный и прибыльный бизнес.
Неудивительно, что с конца XX века, при переходе от социализма с человеческим лицом к капитализму с его волчьими законами, без признаков христианской морали, вся мутная пена человеческих предрассудков и вера в чудеса человеческой психики расцвела махровым цветом. И не только на страницах жёлтой прессы и на купленных олигархами телеканалах, она даже проникла на страницы пока ещё издающихся и находящихся в продаже научно-популярных журналов. Например, профессор Китайгородский считал Вольфа Мессинга обыкновенным фокусником и шарлатаном. Константин Коханов был такого же мнения, но Борис Михайлович Молчанов был с ним не согласен, потому что сам присутствовал на одном из его «психологических опытов» и был свидетелем его сверхъестественных способностей. Не вступая с Борисом Михайловичем в спор, Константин Коханов попросил его подробно описать ситуацию, в которой проявились феноменальные способности Вольфа Мессинга.
Психологический опыт, который продемонстрировал на том сеансе Вольф Мессинг, касался отгадывания слова, которое отмечали подопытные зрители иголкой на любой странице толстой книги. Среди этих подопытных товарищей оказался и Борис Михайлович, и убедился лично, что Вольф Мессинг правильно угадал отмеченное слово. Константин Коханов, который верил только в чистый эксперимент, сразу же задал Борису Михайловичу несколько вопросов, на которые тот так и не смог дать исчерпывающие ответы:
Первый вопрос был о том, кто были его соседи в том ряду, где он сидел – его знакомые или случайные люди?
Второй вопрос касался того, чья была книга, – Бориса Михайловича, его соседей или её им дал помощник Мессинга?
И третий вопрос, самый простой был о том, кто выбирал страницу книги, а потом отмечал иголкой выбранное им или всеми, кто был рядом, конкретное слово? – сам Борис Михайлович, или кто-то из его соседей. Борис Михайлович только помнил, что книга была не его, но как выбиралась страница и слово на странице, он этого уже не помнил. В результате, Борис Михайлович после этих вопросов, сказал ему: «вы Константин Парфирьевич, выглядите сейчас, как Фома Неверующий. Помните, он сказал апостолам, видевшим воскресшего Иисуса Христа, что не поверит в это, пока сам не вложит свои пальцы в дыры в теле Учителя от копья и гвоздей, которыми Он был прибит к деревянному кресту на Голгофе».
Следует отметить, что разговоров о сверхъестественных явлениях у Константина Парфирьевича с Борисом Михайловичем было много, благо газет и журналов с подобными сенсациями, выпускалась с приходом к власти Михаила Горбачёва, а затем Бориса Ельцина, было немало.
Сам Борис Михайлович выписывал газету «Московский Комсомолец», журналы «Тайны XX века и украинский журнал «Вселенная, пространство, время». Так что они обсуждали опубликованную в газетах и журналах ту и или иную околонаучную чушь, почти при каждой встрече. Предметами коллекционирования Бориса Михайловича были юбилейные монеты и памятные медали, посвящённые освоению человечеством космического пространства, в частности пилотированным орбитальным полётам вокруг Земли, полётам на Луну и к планетам солнечной системы. Ко времени знакомства Бориса Михайловича, он ограничился космическими полётами только до 2000 года и пополнял свою коллекцию уже только редкими экземплярами, которые можно было считать образцами медальерного искусства. Приобретая или обменивая нужные ему монеты и медали, Борис Михайлович, периодически показывал их Константину Парфирьевичу в клубе, а небольшую часть, гордость своей коллекции, он предоставил ему возможность, посмотреть у себя дома. Он бы показал ему всю свою коллекцию, но Константин Коханов ходил в гости к Борису Михайловичу, не из-за его коллекции монет и медалей, а для того чтобы пообщаться с ним после того, как он перестал посещать клуб коллекционеров, когда понял, что Михаилу Степановичу Селиванову его помощь больше не требуется. К тому же и сам Михаил Степанович тоже вскоре стал ходить в клуб МНО не каждое воскресенье.
Что ещё объединяло Константина Парфирьевича с Борисом Михайловичем – это то, что они оба работали в закрытых НИИ, именуемых в шестидесятых годах почтовыми ящиками. Правда, Коханов работал только год до армии и после армии ещё около трёх лет, техником, а затем просто наладчиком оборудования оборонного назначения. В тоже время Борис Михайлович дослужился до начальника отдела, защитил кандидатскую диссертацию и проработал в закрытых предприятиях, имеющих отношениях к авиации и к космосу, до самой пенсии. Он мог бы наверно продолжить работу там ещё, но незадолго до достижения пенсионного возраста, его признали основным виновником взрыва при старте одной из новых ракет. Самое ужасное заключалось в том, что никто из его коллег не набрался мужества, разделить с ним ответственность или хотя бы дать заключение, что взрыв ракеты мог быть по совсем другой причине. Но «компетентные органы посчитали», что взрыв ракеты произошёл потому, что не включилось при её старте реле, которое было в приборе, разработанным Борисом Михайловичем. Его не только наказали за это, а ещё заставили лично оправдываться перед министром, хотя по статусу это должен был делать генеральный конструктор. Константин Коханов поинтересовался, какой контакт реле давал сигнал для запуска двигателей ракеты, – замыкающий или размыкающий? И, узнав от него, что контакт реле был замыкающий, только пожал плечами, и, посмотрев на Бориса Михайловича, понял, что он не мог послать министра «к его ебеней матери», которая принесла больше пользы советской науке, если бы догадалась сделать аборт. Насколько Константин Коханов был груб, настолько Борис Михайлович был интеллигентен, потому и жизнь каждого из них шла параллельно, нигде не пересекаясь, пока судьба не заставила их убедиться, что действительно существует неэвклидово пространство Лобачевского и не где-то в бесконечности вселенной, а совсем рядом. Только не у каждого хватает мужества остановиться и увидеть протянутую руку из параллельного мира, хотя бы для рукопожатия с выражением искреннего сочувствия. Разумеется, после случая взрыва ракеты на старте, всякое желание работать в «дружном» коллективе НИИ у Бориса Михайловича пропало, и когда он достиг пенсионного возраста, то сразу же уволился и устроился на работу в гостиницу «Интурист» простым швейцаром. Превосходное знание немецкого языка и умение поддержать разговор с туристами на английском и французских языках в гостинице оценили и часто использовали его в качестве переводчика. Если при работе в НИИ Борис Михайлович путешествовал только во время отпуска по Советскому Союзу, то перейдя на работу в «Интурист», практически побывал во всех европейских странах и даже посетил на круизном корабле ряд стран Латинской Америки, включая Бразилию. Однажды, когда Константин Коханов был в гостях у Бориса Михайловича, он показал ему свою записную книжку. В ней было мало записей, но зато в ней были поставлены штемпели почтовых отделений городов, которые он посетил, штемпели гостиниц, где он проживал во время туристических поездок и даже штемпели капитанов кораблей, на которых ему доводилось плавать. Дома, над письменным столом, у Бориса Михайловича, висела карта мира, с отмеченными флажками городами, в которых Борис Михайлович изучал достопримечательности либо сам, либо находясь в составе туристической группы. Но то, значительное пространство, которое «исследовал» во время своих экспедиций Константин Коханов, почти в центре Советского Союза на территории РСФСР, на карте Бориса Михайловича, было без флажков, скорее всего потому, что туда не было в советское время организованных экскурсий, да и таких достопримечательностей, на которые стоило бы посмотреть. Но вернёмся к разговору о Вольфе Мессинге, так как при обсуждении его сверхъестественных способностей с Борисом Михайловичем, Константин Коханов узнал, что он был в дружеских отношениях с братьями писателя Сергея Михалкова Александром и Михаилом. И чего Константин Коханов ни как не мог ожидать, Михаил Михалков даже сопровождал Вольфа Мессинга в его «гастрольных» поездках по стране. В уже прочитанных Константином Кохановым книгах о Вольфе Мессинге Михаил Михалков нигде не упоминался и в то, о чём рассказывал Борис Михайлович, было трудно поверить. Не смотря на то, что о Вольфе Мессинге было написано больше десятка книг, основа каждой из них, была замешена на одном и том же достаточно сомнительном автобиографическом материале, а если точнее сказать, то черпалась из одного и того же «мутного источника». В этом не трудно убедиться, потому что все известные воспоминания самого Вольфа Мессинга, уместились в одной тоненькой брошюрке, имеющей, правда, громкое название «Вольф Мессинг, Я – телепат», к тому же написанной не им самим, а в соавторстве с журналистом Михаилом Хвастуновым. И что в этой брошюре соответствует действительности, а что просто застольная болтовня, разобраться было трудно. К тому же соавторы в итоге поссорились, когда перешли к разговору по существу, о наличии у Вольфа Мессинга документальных подтверждений его триумфальных гастролей за границей и тем более свидетельств общения с такими известными учёными, как Зигмунд Фрейд и Альберт Эйнштейн. Неожиданно узнав от Бориса Михайловича, что младший брат автора гимнов СССР и РФ Сергея Михалкова Михаил Михалков «пас» телепата по линии НКВД, МГБ и КГБ, Константин Коханов заинтересовался подробности знакомства Бориса Молчанова с кланом Михалковых. Знакомство Бориса Михайловича с Александром Михалковым, как и с Константином Кохановым, произошло тоже случайно и тоже в клубе московских коллекционеров. Впервые он появился в клубе московских коллекционеров в конце 1995 года, пришёл что-то продать из своей нумизматической коллекции, так как ему не хватало денег на издание написанной им книги «Очерки из истории московского купечества».

Приблизительно в это же время и сложились у Бориса Михайловича с Александром Владимировичем дружеские отношения настолько, что уже в 1997 году он пригласил его к себе домой на празднование своего 80-летия. На юбилее присутствовал старший брат Сергей Михалков с младшим братом Михаилом Михалковым и Борис Михайлович не упустил случая взять у трёх братьев автографы на обратной стороне их общей фотографии. В 2015 году Константин Коханов написал в стихотворном виде фельетон «Три жены и подруга Гимнюка Гимночистова», где этому юбилею отвёл одну из глав своей «поэмы». По этическим соображениям Борис Михайлович в этой поэме был представлен просто, как единственный, не из клана Михалковых, гость юбиляра:

На юбилее Александра Михалкова

Настало время юбилеев,
Мы все их праздновать умеем,
Саше восемьдесят лет,
Мише семьдесят пять вскоре,
Тоже праздник ведь устроит,
Соберутся братьев трое,
На торжественный обед.

А пока что, праздник Саши,
Будет кто? – Одни лишь наши,
Да ещё какой-то гость,
То ли с Сашей он учился,
То ли вместе с ним лечился.
То ли в клубе подружился,
Одно точно, не прохвост.

Казалось, все уже собрались,
И приглашать пора к столу,
Родные к окнам все прижались,
И только гость стоял в углу.

Ему всё это было ново,
И Михаила Михалкова,
Решил гость всё же расспросить,
Сказав, – прошу меня простить,
Кого мы ждём, коль всё готово?

- Приехать должен патриарх.
- Алексий, что ли? Олигарх?
- Нет только брат, всего лишь, старший,
В семье он в сане «патриаршем».

Ждать «патриарха», час пришлось,
Пришёл, за стол сел, не смущаясь,
И юбиляр сидел, как гость,
«Подобострастно» с ним общаясь.

За тостом тост, чтоб девяносто,
Всем братьям весело справлять
И чтоб Сергей позвал их в гости,
К себе на восемьдесят пять.

Восемьдесят четыре года,
Ему никто не может дать,
Опять на грани он развода,
Всего ведь можно ожидать.

Не ожидали только братья,
Достигнув в жизни тех же лет,
Что смерть раскроет им объятья,
На тот, спроваживая, свет.

Но гость, в семье их посторонний,
И Александра только друг,
Немецкий, зная превосходно,
Дать попросил автограф вдруг.

На фотографии трёх братьев,
Их всех, с обратной стороны,
Кто он? Сергей был без понятья,
Какой разведчиком страны.

Сменил вальяжную осанку,
И чтобы братьев не срамить
Он орденов, поправив планку,
Стал по-немецки говорить.

И Александр включился в диспут,
Лишь Михаил не мог понять,
Хоть на войне, «учил» фашистов,
Что братья гостю говорят.

Гость к Михаилу обратился,
А тот по-русски объяснил,
Что он так в жизни опустился,
Почти немецкий весь забыл.

Хотя в тылу у немцев «шпрехал»,
Им даже песню сочинил,
И с ротой так пропел с успехом,
Что штурмбанфюрер похвалил,

Чем Михалков Сергей был занят,
Он толком всем не объяснил,
Прощался, словно на вокзале,
Служебный ждал у дома ЗИЛ.

От сел в служебную машину,
Почти, как барин в экипаж,
Надменно голову откинув,
Сказал шофёру, – дуй в пассаж!..

Купить, чтоб Тане побрякушки,
А то, наверно, заждалась,
До лет его, дожил бы Пушкин,
Наталья с ним бы развелась.

Представим, что Дантес убит был,
А Пушкин, к ней бы охладел,
И клятву верности забыл бы,
И соблазнять стал юных дев.

Представить трудно, нам, всё это,
Но Михалков Сергей, не он,
Жена не муза для поэта,
Коль есть любовниц батальон.

Двух жён моложе лет на сорок,
Имел, Наталью, схоронив,
И даже траур был не долог,
В объятьях с первою из них.

О братских чувствах, что сказать,
Сергея Михалкова что-то,
Брат Александр, с него, что взять,
Никто и скромная работа.

Брат Михаил, тот хоть поэт,
О чём-то пишет, но не классик,
Оставить может только след,
В говне Пегаса на Парнасе.

Александр женат был трижды,
Михаил, как будто раз,
Затерялись в мире книжном,
Не мозолят наших глаз.

Наводил Коханов справки,
Даже к близким их звонил,
Но не сделал автор правки,
В том, что здесь наговорил…

После смерти Александра Михалкова в 2001 году, Борис Михайлович продолжал поддерживать дружеские отношения и с его третьей женой, и с его младшим братом Михаилом Михалковым. Михаил Михалков даже подарил ему книгу своих воспоминаний «В лабиринте смертельного риска», которую тот издал под псевдонимом Андронов. Борис Михайлович по просьбе Константина Парфирьевича, принёс ему эту достаточно редкую тогда книгу, из которой он узнал, что в СССР был ещё один «легендарный разведчик, на уровне Николая Кузнецова, младший брат нашего гимнописца.

По правде говоря, и Борис Михайлович скептически относился к «подвигам» Михаила Михалкова и не мог понять, как это он мог преподавать в танковой школе дивизии СС, очень плохо владея немецким языком. В этом он лично убедился на 80-летии Александра Михалкова, когда он задал вопрос Сергею Михалкову на немецком языке. Сергей Михалков ответил, потом Александр дополнил ответ брата на немецком языке, а когда Борис Михайлович обратился к Михаилу Михалкову, что он по этому поводу думает, тот не понял, что от него он хочет узнать и переспросил на русском языке, что так заинтересовало Бориса Михайловича. Затем уже наедине Михаил Михалков сказал Борису Михайловичу, что немецким языком никогда не владел в совершенстве, а теперь к старости, вообще, плохо понимает то, о чём в его присутствии говорят на немецком языке иногда братья.
Константин Коханов, по поводу того, что Михаил Михалков преподавал в танковой школе дивизии СС, совсем не сомневался. И даже объяснил Борису Михайловичу, что у немцев были не только дивизии СС, а также вспомогательные дивизии войск СС.
В отличие от элитных дивизий СС, в дивизиях войск СС, служил всякий многонациональный сброд, перешедший на сторону немцев, и вот этому контингенту из дезертиров и предателей родины, и преподавал Михаил Михалков, только непонятно что, имея смутное представление по навыкам управления боевой техникой.

Но самое интересное заключалось в том, что Михаил Михалков написал брошюру о Вольфе Мессинге, в которой ничего нового не было, но зато раскрывалось то, что он делал сам, сопровождая Мессинга в места, где он проводил свои «психологические опыты» или выполнял специальные операции по линии МГБ-КГБ.

Когда Константин Коханов говорит о клубе московских коллекционеров, может показаться, что он там больше ни с кем, кроме Бориса Михайловича не общался. Это далеко не так. Соседом справа от Бориса Михайловича был Василий Петрович Егоров. Борис Михайлович вместе с ним занимался в клубе хозяйственными вопросами, хотя по всему было видно, что основную работу выполнял Василий Петрович. Именно около него в основном с утра крутились не только члены клуба, но также иногородние гости, и коллекционеры из Содружества Независимых Государств (СНГ). И Василий Петрович оперативно решал вопросы их размещения в клубе, и давал разрешение на установку дополнительных столов для выкладки на них своего коллекционного материала, подлежащего обмену или продаже.
Сначала Василий Петрович изредка вклинивался в разговор Коханова с Молчановым, а спустя какое-то время уже мог даже повлиять и на смену темы их разговора. Неудивительно, что вскоре у Константина Коханова установились и с Василием Петровичем дружеские доверительные отношения, хотя, казалось бы, у них ничего не могло быть общего по отношению к сталинизму, к маршалу Георгию Жукову, репрессиям и тем более к правлению Михаила Горбачёва и Бориса Ельцина. Константин Коханов не спорил с Василием Петровичем, не старался его в чём-то переубедить, а просто приносил ему книги и стенографические отчёты заседаний на судебных процессах, над врагами народа, во второй половины тридцатых годов. Василий Петрович хотел купить у него некоторые книги, но Константин Коханов разрешал ему держать их у себя, сколько ему на то понадобится времени. Нужно отметить, что Борис Михайлович постоянно возвращался к разговору о Льве Толстом, и Константину Коханову не трудно было догадаться, что это было вызвано его неподдельным интересом, к написанным Константином Парфирьевичем книгам о великом русском писателе. Поэтому накануне 85-летия Бориса Михайловича, Константин Коханов напечатал в типографии три экземпляра одной из своих книг «Сергей Николаевич Толстой» и когда вручал её в качестве подарка, то пообещал каждую последующую пятилетку его жизни, дарить ему ещё по одной книге о Льве Толстом. При этом он, не скрывал меркантильности своих подарков в будущем, и говорил ему, что он надеется сам прожить хотя бы ещё пять лет, чтобы обязательно сдержать своё обещание. Второй экземпляр этой книги в твёрдом переплёте Константин Коханов отправил в РГБ (в бывшую Ленинскую библиотеку), а третий экземпляр поставил на свою книжную полку.

Если Борис Михайлович, работая в закрытом НИИ, сам занимался непосредственно разработкой новой авиационной и космической техники, то Константин Коханов после службы в Советской Армии, в подобном же НИИ (в простонародии называвшимся «почтовым ящиком»), занимая должность техника с окладом 90 рублей в месяц, был только простым исполнителем. И как все другие молодые специалисты из институтов, в должности инженеров с окладом 100 рублей, он был в числе тех многочисленных работников НИИ, которые там были необходимы только для оказания шефской помощи колхозам по уборке урожая овощей осенью с последующей их сортировкой на плодоовощных базах весной. Заинтересовавшись случайно, во время службы в армии, проблемой Тунгусского метеорита, Константин Коханов задался целью посетить предполагаемое место его падения. Понимая, что 18 дней отпуска, ему явно будет недостаточно для поездки в эти глухие таёжные места, Константин Коханов, проработав с начала июня 1969 года до конца мая 1970 года в НИИ, решил просто уволиться. К тому же он прекрасно понимал, что после тайги, устроиться на работу с тем же окладом в Москве, на любой «почтовый ящик», точно не составит никакого труда. Там всегда была потребность в таких, как он специалистах, для сельхозработ в Московской области и на городских плодоовощных базах. Вроде бы всё тогда Константин Коханов предусмотрел, но, только, подъезжая на поезде к Красноярску, обнаружил, что забыл свой паспорт в Москве. Хорошо, что в те годы ещё не угоняли в СССР самолёты и, приобретая билеты на самолёт, не нужно было показывать паспорт. Он был нужен, если по какой-то причине, приходилось сдавать билет, чтобы затем купить новый билет на другое число или на другой рейс. Поэтому Константин Коханов, чтобы не привлекать к себе внимания милиции, прилетев в Ванавару с пересадкой в Кежме с Ил-14 на АН-2, решил не уточнять у местных жителей, как выйти из посёлка на Тропу Кулика. Никого, не расспрашивая, он просто пошёл к месту выхода Тропы Кулика на берег реки Чамбы, к так называемой «переправе», то есть к броду через эту реку. Идти пришлось по правому берегу Нижней Тунгуски 30 километров до устья Чамбы, а потом подниматься по её левому берегу ещё свыше 40 км до этой «переправы». В итоге он дошёл только до брода, но вода в реке в июне была достаточно высокая после весеннего паводка, и переходить реку вброд, Константин Коханов не решился. Идти после брода нужно было ещё до Заимки Кулика свыше 50 километров, а если обратно в Ванавару берегами рек то 70 километров, а по тайге около 35 километров. Но обратный путь по тайге, хотя был в два раза короче, но в тоже время был и самым опасным, учитывая, что Константин Коханов, на такие расстояния не ходил в туристические походы даже в ближайших к Москве областях, тем более в одиночку. Идти пришлось большей частью по затёсам по еле заметной тропе, пересекающей зимник, а местами, где тропа терялась, то и по этому зимнику (по зимней дороге, точнее по еле заметным следам от саней). Весь поход занял десять дней, и обошёлся Константину Коханову всего лишь в 120 рублей – 100 рублей дорога туда и обратно и 20 рублей были потрачены на продукты в Москве и Ванаваре. Самое главное им был сделан первый шаг пусть не к звёздам в небе, а к звезде упавшей на землю в 1908 году. В 1971 году, в конце августа он всё-таки дошёл до Заимки Кулика, познакомился там с участниками комплексной самодеятельной экспедиции (КСЭ), члены которой приняли его за марсианина, несмотря на его вполне земной вид. В том же году, накануне 7 ноября, он принял приглашение от студентов и летал к ним в Томск на «конференцию» в основном по поводу, где искать Тунгусский метеорит. В 1972 году он даже оказал КСЭ посильную помощь. Участвуя в раскопках в радиусе 10 метров от камня Джона Анфиногенова, Константин Коханов даже нашёл большой камень такой же структуры, причём на одной из предполагаемых траекторий полёта Тунгусского метеорита. Под камнем был грунт жёлто-белого цвета, который посчитали тогда, что он образовался от термического воздействия упавшего раскалённого осколка метеорита на землю. Не удивительно, что раскопанный Джоном Анфиногеновым валун, в результате этого получил полное право называться Тунгусским метеоритом. В этом уверен до сегодняшнего дня сам Джон Анфиногенов и в это верил, правда, только в течение трёх дней и Константин Коханов. Почему так скоро Константин Коханов перестал считать найденный Джоном Анфиногеновым валун, Тунгусским метеоритом, была «заслуга» самого Джона Анфиногенова. В Ванаваре Константин Коханов познакомился с геоморфологами из МГУ, маршрут которых проходил по реке Кимчу. Они должны были спускаться на плотах с верховьев этой реки до её притока Кимчукана. Когда они показывали на карте Константину Коханову свой маршрут, он обратил их внимание на то, что они будут проплывать мимо озера Чеко, от которого до Заимки Кулика было всего 12 километров. Поэтому Константин Коханов посоветовал им посетить эти известные учёным всего мира места, где, чем Чёрт не шутит, они с ним, может быть, снова встретятся. Вероятность встречи было небольшой, потому что сам Коханов, должен был прийти на Заимку Кулика, поднимаясь пешком вверх по левому берегу реки Верхняя Лакура до её верховий. А затем через верховое болото, откуда эта река вытекала, пройти через водораздел, которым служил Хребет Лакура до реки Хушмы. И уже по её правому берегу до «Пристани на Хушме» (к бывшему лагерю Леонида Кулика), который находился в девяти километрах от его Заимки у подножия горы Стойковича. Насколько сложным был этот маршрут Константина Коханова, говорит то, что его до сих пор никто не повторил, и над этими местами сейчас только пролетают на вертолётах пожарники и работники Государственного природного заповедника «Тунгусский».
Удивительно, как Константин Коханов не свернул себе там шею или не утонул в «непроходимом болоте» (так оно было отмечено на карте), наверно известно только его Небесному Покровителю. Во всяком случае, обстоятельства сложились, таким образом, когда на третий день Джон Анфиногенов с женой, с двумя студентами и с Константином Кохановым, уже отпраздновал находку Тунгусского метеорита, появились на Заимке Кулика московские геоморфологи. И вот тогда у Джона Анфиногенова, в предчувствии мировой славы, закружилась голова, точнее было бы сказать, моча ударила в голову. Он понял, что поделиться славой придётся с каким-то Константином Кохановым, не имеющим к КСЭ никакого отношения. После того, как он в присутствии Джона Анфиногенова рассказал московским геоморфологам, как тот нашёл и производил раскопки валуна на вершине горы Стойковича и в результате чего появились основания считать этот валун Тунгусским метеоритом, Джон заметно занервничал. Он даже не захотел спускаться с горы, чтобы, как было всегда, пообедать в этот день на Заимке. Когда геоморфологи с разрешения Джона Анфиногенова пошли брать земляные пробы в окрестностях валуна, Константин Коханов поинтересовался у Джона Анфиногенова, что так испортило ему настроение, – присутствие здесь московских геоморфологов или то, что он им рассказал о его находке Тунгусского метеорита. Константин Коханов был готов к любому ответу, но только не к неожиданному встречному вопросу: «Ты, что хочешь получить Нобелевскую премию? Мы, столько лет, потратили на поиски Тунгусского метеорита, и тут появляешься ты, по сути, обыкновенный старатель и теперь претендуешь наравне со всеми на мировую известность». Такого мнения о себе, Константин Коханов от Джона Анфиногенова ни как не ожидал услышать и потому просто послал его вместе с положенной ему Нобелевской премией, на три всем известные буквы. Спустившись с горы вниз к Заимке Кулика, Константин Коханов собрал вещи, и, дождавшись геологов, сказал им, что возвращается в Ванавару. Узнав о причине его неожиданного для них возвращения в Ванавару, геологи предложили ему спускаться с ними на плотах до Кимчукана, а Тунгусский метеорит пообещали ему «запускать» каждый вечер из ракетницы.
Не останавливаться подробно на дальнейших приключениях Константина Коханова, в тот год в тайге, нужно отметить главное. На следующий день при сплаве на двух плотах по реке Кимчу, на первой же стоянке, геологи перед тем, как отправиться промывать пробы на байдарке к ближайшим ручьям, попросили его выкопать в тени под берёзами до мерзлоты ямку и положить в неё сливочное масло. Под первой же берёзой Константин Коханов сразу же обнаружил такой же грунт, как под найденным им камнем на горе Стойковича и понял, что он никакого отношения не имеет к найденному им там «осколку Тунгусского метеорита». Под другими берёзами или вблизи их, также был такой же грунт, так что, это, скорее всего, был продукт жизнедеятельности, или точнее продукт длительного разложения каких-то растений или мха. Одно только стало понятно Константину Коханову, еле тогда сдерживающему смех, что Джон Анфиногенов явно поторопился получить Нобелевскую премию. К слову сказать, он её не получил до сих пор. В тот же год Константин Коханов, когда вернулся в Ванавару, поддался на уговоры одного иркутского военного «лётчика», спуститься с ним на деревянной лодке вниз по реке Большая Ерёма до населённого пункта «Усть-Чайка» в Иркутской области и умудрился ещё по пути туда взять земляные пробы по просьбе одного из «учёных» КСЭ. Знай тогда Константин Коханов, что «лётчик» купил лодку за три рубля, а также совершенно не знал, что собой в то время представлял населённый пункт Усть-Чайка, то он не стал бы договариваться с пожарниками, чтобы они их взяли с собой, и попутно высадили в верховьях Большой Ерёмы. В итоге, в конце пути, он окончательно поругался с «лётчиком». В посёлке Усть-Чайка, к которому они плыли две недели, не было не только аэропорта, но даже ни одного жилого дома. Один нежилой дом и два, по сути, сарая, за полуразрушенными хозяйственными постройками использовались, как зимовья. В доме в то время жил с малолетним сыном, доставленный туда на вертолёте из села Преображенка, на Нижней Тунгуске, находящейся в отпуске мужчина. За ним со дня на день должен был прилететь вертолёт, но интервал времени «со дня на день» мог с большой вероятностью растянуться на неделю. «Лётчик», (майор, военный технарь, которому год оставался до пенсии) не хотел опаздывать на службу и начал на следующий день, не смотря на сильный утренний туман (видимость на реке была несколько метров) торопить Константина Коханова продолжить путь. Его даже не насторожило то, что живший в Усть-Чайке мужчина предупредил его, что ниже в восьми километрах, есть небольшой порог, вроде бы с виду, как безобидный перекат. Поэтому он посоветовал часа два переждать, и только, когда туман рассеется, плыть дальше, но, достигнув порога, лучше провести лодку на бечеве вдоль правого берега, чтобы налетев на подводные камни там не перевернуться. «Лётчик» ждать два часа не хотел. Произошёл неприятный разговор, в итоге которого «лётчик» решил плыть дальше один, а Константин Коханов, когда туман рассеялся, прошёл, оставшиеся 80 километров, до Нижней Тунгуски, пешком. И можно сказать, самыми неприятными для Константина Коханова были, не все испытанные им трудности во время путешествия, а то, что он полностью разочаровался в людях, которые мнили себя настоящими пассионариями. И поэтому, после завершения путешествия в 1972 году, он пришёл к выводу, что его присутствие в Эвенкии, под Ванаварой, в районе работы КСЭ, стало раздражать некоторых руководителей этой самодеятельной экспедиции. И он, чтобы «не крутиться (не путаться) у них под ногами», все свои последующие экспедиции, в 1973-1986 годах, перенёс в Иркутскую область. После 1986 года, когда он уже построил (срубил) свою перевалочную базу на реке Левый Алтыб, километром выше озера Эскэкун, Константин Коханов планировал пересечь границу Иркутской области с Эвенкией во время своих очередных экспедиций в 1988-1990 годах. Но приближалось время развала СССР и уже в те годы, купить необходимое снаряжение, стало делом почти невыполнимым. Лодку «Романтику-2» ему ещё случайно удалось купить, а вот подвесной мотор «Ветерок-8» уже в Москве нигде не продавался. А к 1990 году всё насколько подорожало, что Константин Коханов оставил всякую надежду купить подвесной мотор. Но всё-таки самое худшее было в том, что никто не мог ему дать гарантии, что он, вообще, сможет добраться до тех до сих пор заповедных мест. В основном это было связано с трудностями приобретения у местных жителей бензина для подвесного лодочного мотора. И это не смотря на то, что в 1973 году Константин Коханов в последний раз уволился перед своими экспедициями с работы, и прекратил устраиваться на работу на предприятия, имеющие отношение к военному ведомству. Получилось так, что он надолго связал свою жизнь с работой на гражданских предприятиях, можно сказать на одном, но в разных управлениях объединения «Мослифт». Устроившись туда на работу инженером-наладчиком, сначала по электроизмерительным работам, он затем продолжил работу инженером-наладчиком непосредственно пассажирских лифтов. Серьёзно не относясь к этой работе, он всё-таки сделал немало для повышения надёжности и безопасности лифтовых установок и даже стал соавтором книги «Наладка лифтов», основной её части, связанной именно с наладкой лифтов, а не с описанием работы автоматики их принципиальных схем. К моменту знакомства с Борисом Михайловичем Константин Коханов был уже «Заслуженным работником», а написанная им глава книги не потеряла своей актуальности и через 25 лет после выхода первого издания в 1990 году и второго – в 1992 году. Всё это время Константин Коханов серьёзно относился только к поиску места падения Тунгусского метеорита и все деньги, полученные в качестве вознаграждения за свои рационализаторские предложения, он тратил исключительно на решение этой научной проблемы. Последние свои экспедиции с 1982 по 1986 год, он совершал через год, чередуя длительность своего ежегодного отпуска с14-ти до 42-х дней, разумеется, с согласия его непосредственного начальства. И вот, когда, казалось бы, жизнь его наладилась, все его дальнейшие планы по поискам места падения Тунгусского метеорита, окончательно рухнули в 1991 году.
Следует отметить, что Константин Коханов, постоянно делился с Борисом Михайловичем своими походными впечатлениями, как и он с ним, своими, во время его туристических поездок в разные районы Советского Союза. Более того, сам Борис Михайлович способствовал этим разговорам, так как его туристические маршруты невольно пересекались с маршрутами Константина Коханова и проходили через одни и те же сибирские города и вели к берегам таких рек, как Ангара или Лена. Правда на восток Константин Коханов дальше Иркутска не ездил на поезде и на самолётах не летал, а Борис Михайлович побывал даже на Командорских островах и достиг пролива Лаперуза.
Но, делясь впечатлениями с Борисом Михайловичем о своих приключениях в тайге, Константин Коханов совсем не думал о возобновлении своих экспедиций. Хотя, нужно сказать, что, купленная им в 1987 году алюминиевая разборная лодка «Романтика-2» по-прежнему стояла в шкафу на лоджии в его доме и на все предложения продать её, он всегда отвечал категорическим отказом. Лодка для Константина Коханова была, как в песне бронепоезд, который стоял на запасном пути. Показывая однажды у себя дома Константину Коханову фотографии, связанные с его туристическими поездками, Борис Михайлович, попросил обратить внимание на одну из них с портретом мужчины. На вопрос Константина Коханова,- кто это? – он тогда ответил, что этот тип, был «начальником» одного из лагерей в Гулаге. Хотя, – уточнил Борис Михайлович, – возможно, он преувеличивал свою должность, но, как он издевался над заключёнными, его рассказу можно было поверить. Знакомство Бориса Михайловича с начальником лагеря, произошло, когда он в составе туристической группы посещал какой-то заброшенный прииск, где этот мужчина был у них в качестве «экскурсовода». Что заставило этого мужчину разоткровенничаться и перейти к разговору о врагах народа, и в частности к тому, как он лично ставил эту гнилую интеллигенцию, на подобающее ей место, Борис Михайлович уже не помнил, в отличие от приведённого начальником лагеря одного из примеров его работы: «Помню одному профессору, в очках с бородкой, я приказал вычистить лагерный туалет. Профессор попросил меня дать ему ведро, лопату или хотя бы совок. Какая лопата, какое ведро? – заорал я на него, – черпай ладонями говно и таскай, куда я тебе скажу. И что же, профессор так и перетаскал всё говно в ладонях. Он весь вымазался в говне, и смог убедиться, что и сам, в своей новой сущности, теперь стал таким же говном». Зачем Борис Михайлович хранил у себя фотографию этого подонка, Константин Коханов не стал его спрашивать, и только посмотрев, как он дрожащими руками сунул её обратно в альбом, сразу же перевёл разговор на другую тему.
Накануне встречи с Борисом Михайлович у него дома, Константин Коханов совершенно случайно узнал, что у нас, оказывается, был лётчик, который за время войны сбил 134 самолёта – Иван Евграфович Фёдоров. Что Вы, поэтому поводу можете сказать? – спросил он у Бориса Михайловича и к своему удивлению узнал, что тот не раз с ним встречался, когда приезжал к нему в часть на испытания, разработанных в его НИИ, авиационных приборов и даже летал вместе с ним на военно-транспортном самолёте. Что я могу сказать о нём, – ответил Борис Михайлович, – приврать с три короба, он был большой любитель. К тому же лётчик-испытатель Фёдоров всегда плевал на метеоусловия, когда ему нужно было куда-то срочно лететь. Так было и во время моего полёта с ним. Поставив самолёт на автопилот, он тогда сказал мне, – ты всё равно Михалыч не любишь играть в карты, так подержи хотя бы штурвал. А сам пошёл в грузовой «салон» самолёта, вместе со вторым пилотом, радистом и бортинженером и, усевшись с ними на ящиках, вокруг такого же ящика в качестве стола, почти до конца полёта играл в карты. Сколько на самом деле сбил самолётов во время войны, командовавший лётчиками-штрафниками Иван Евграфович Фёдоров, Борис Михайлович, конечно, не знал. Хотя в книге, заслуживающей доверия, Томаса Полака и Кристофера Шоурза «Сталинские соколы, 1918-1953» (М., ЭКСМО, 2006) сказано, что в трёх войнах (в Испании, с Германией и в Корее) им было сбито 49 самолётов лично и 47 в группе.
Накануне 85-летия Бориса Михайловича, Константин Коханов поздравил его в стихотворной форме с Наступающим Новым 2005 годом, а также и с предстоящим юбилеем. Правда, в стихотворение пришлось вносить поправки, из-за неточности с указанием города, в котором Борис Михайлович не был:

Борису Михайловичу Молчанову

I.

Первые впечатления о человеке, который в рамках организованного туризма, увидел все интересные места Советского Союза. Мало того, он также объехал почти все страны Европы и во время круиза посетил некоторые государства Южной Америки.

Мы так
привыкли
Жить «Потом»,
Что чуда ждём
С открытым ртом.

Борис Михалыч был в Габоне
В Париже, Риме, Лиссабоне,
На Командорских островах
До Франц-Иосифа добрался,
А я, как только не старался,
Иркутска дальше не бывал
И Ванавары не совался.

Борис Михалыч был в круизе
На океанском корабле,
А я в купейном место снизу
Лишь мог бронировать себе.

Борис Михалыч пил текилу,
Где производится и ром,
А я все примеси к этилу,
В сибирском спирте питьевом.

Ту гнали в Киренске сивуху,
Борис Михалыч разве знал,
Не всем хватало выпить духу
Тот стопроцентный коленвал.

Меня берёт, конечно, зависть,
Борис Михалыч всё познал,
Его не тронула и старость,
Во мне же детство…, где б сказал…,

Но не порадую цензуру,
И так я думаю, поймут,
А то допишут что-то сдуру,
Потом потомки осмеют.

Борис Михалыч с Новым годом!
Потом и с русским Рождеством!
У нас потом всё происходит,
У всех Потоп, у нас потом…

Но мы, что русские, гордимся,
У нас всё в жизни набекрень,
И крестят нас, ни как родимся,
А как? – кому, когда не лень.

А многих даже после смерти,
И почитают, как святых,
И не нарадуются Черти,
Что четверть русских верит в них!

Еремей Алтыбский, к которому присоединяется Константин Коханов
25 декабря 2004 года

II.

В 2006 году Константин Коханов подарил Борису Михайловичу сборник своих избранных поэтических произведений «Таёжный дневник и Другие песни», в котором внёс в стихотворение посвящённого ему исправление, заменив город Лиссабон на Барселону, так как в Лиссабоне, он, на самом деле, не был. Стихотворение было отредактировано, поздравление с Новым годом из текста было исключено, как и упоминание о поэте Еремее Алтыбском:

Борис Михалыч был в Габоне,
В Париже, Риме, Барселоне,
На Командорских островах,
До Франц-Иосифа добрался,
А я, как только не старался,
Иркутска дальше не бывал,
И Ванавары не совался.

Борис Михалыч был в круизе,
На океанском корабле,
А я в плацкартном место снизу,
Лишь мог бронировать себе.

Борис Михалыч пил текилу,
Где производится и ром,
А я все примеси к этилу,
В сибирском спирте питьевом.

Борис Михалыч всё в Союзе,
И в Европе повидал,
Он в проливе Лаперуза,
В море камешки кидал.

И кидал я камни тоже,
Но тогда я был моложе,
Относился к себе строже…
Время камни собирать,
И выкладывать на полки,
Моей памяти осколки,
Прекратить, чтоб кривотолки,
Когда буду умирать…

2006

Нужно отметить, что где-то с 2005 года всё чаще и чаще стали появляться в прессе и на сайтах периодических изданий центральных и местных газет статьи о Тунгусском метеорите, в связи с предстоящей 2008 году столетней годовщиной его падения на землю. А с января 2006 года начался интенсивный обмен мнениями между научными работниками Москвы, Новосибирска, Томска, Красноярска «о мероприятиях, которыми следовало бы ознаменовать 100-летие уникального космического феномена, вошедшего как яркое событие в историю отечественной науки». В итоге все участвовавшие в дискуссиях о мероприятиях связанных с юбилейной датой падения Тунгусского метеорита активисты сочли, что лучшим местом для проведения по этому поводу международной конференции следует считать Красноярск.
Планы проведения конференции, также нужно отметить, были грандиозными. Образовались оргкомитеты в Красноярске, Новосибирске, Томске и в Москве по разработке этих планов, которые затем согласовывались между этими оргкомитетами и включали в себя мероприятия, в том числе с привлечением бюджетных и спонсорских средств на 2006 – 2008 годы общей суммой 8110000 рублей. Часть этих средств должна была пойти на реставрацию и ремонт изб базы Кулика до начала юбилейных мероприятий. Предлагалось даже установить размер денежного взноса участников конференции. Для иностранных участников предлагали размер взноса в пределах от 1400 до 300 долларов, для участников из городов России и СНГ –500 рублей. Кроме того участники конференции должны были представить в оргкомитеты тезисы своих докладов и выступлений. Так например, Красноярский оргкомитет предложил для обсуждения следующую программу юбилейных мероприятий. Сроки их были уточнены с учетом мнения Новосибирской делегации, и требовалось только согласие Томского и Московского оргкомитетов.

Проект программы юбилейной конференции 2008 года

28- 29 июня 2008 г. Заезд, размещение участников, регистрация, культурно-ознакомительная программа;
30 июня 2008 г. Пленарное заседание. Приветствия, заказные доклады, инициативные доклады. Стендовые доклады. Культурно-ознакомительная программа. Работа круглых столов;
1 июля 2008 г. Доклады на секциях. Стендовые доклады. Дискуссии на секциях. Работа круглых столов;
2 июля 2008 г. Заказные обобщающие доклады. Стендовые доклады. Отчет оргкомитета. Обсуждение и утверждение документов конференции. Торжественное закрытие конференции.
Юбилейный банкет;
3 июля 2008 г. Экскурсионные программы. Вылет комплексной экспедиции в Ванавару. Вылет экскурсий в ГПЗ Тунгусский, встречи с администрацией заповедника ГПЗ «Тунгусский».

С чем все оргкомитеты были полностью согласны, это с тем, что «в рамках Международной научной конференции в июле 2008 года необходимо провести квалифицированные научные экскурсии специалистов и гостей юбилейной конференции на территории Государственного природного заповедника «Тунгусский». Планировалось также организовать хорошо подготовленную комплексную научную экспедицию в районе, охваченном воздействием космического объекта в 1908 году. Поэтому разработка программы и сметы такой экспедиции к середине 2007 года являлось важнейшей задачей экспертных советов конференции. Оставался только сущий пустяк, «убедить Администрацию Красноярского края в важности обеспечения научной экспедиции самолётными и вертолётными рейсами». Но что больше всего возмутило в этих публикациях Константина Коханово, так пренебрежительное отношение всех оргкомитетов к рядовым участникам томских комплексных экспедиций, по поиску Тунгусского метеорита, которых, со слов, одного из руководителей КСЭ академика Геннадия Плеханова, было более 1000 человек. Как он в одной из своих публикаций выразился, – «обо всех не напишешь» – но, по крайней мере, всех оставшихся к этому времени в живых участников этих экспедиций пригласить было можно приехать в Ванавару за собственный счёт. Вряд ли число желающих, приехать на юбилейные торжества превысило бы число более 20-ти человек (слишком дорогое удовольствие), но как подумал Константин Коханов, даже тем, кто бы тогда не приехал, было бы приятно услышать, что их помнят и хотели бы там увидеть.
И вот, как-то читая на сайтах Интернета очередные публикации о Тунгусском метеорите и предстоящих «торжествах» в связи со 100-летием его падения на землю, Константин Коханов, после долгого раздумья, решил спустя 36 лет, снова посетить Ванавару. Принять это решение ему помог Еремей Алтыбский, его второе Я, или поэтическая сущность его души, иногда выходящая наружу и заставляющая его совершать не свойственные нормальным людям поступки. Усевшись за стол 1 ноября 2007 года, напротив Константина Коханова, Еремей Алтыбский взял лист бумаги и за несколько минут написал то, о чём в это время думал его «двойник».

Еремей Алтыбский: «Взгляд со стороны на решение Коханова К.П. вернуться в 2008 году на Подкаменную Тунгуску»:

Ему поверить не могу,
Маршрут на карте метит,
Чтоб на Тунгуски берегу
Синильгу снова встретить.

Жена ревнует, как же так,
Опять одни волнения,
Не перебесится никак,
Его всё поколение.

Ну, ладно бы, была корысть,
Награды или почести,
А то подъём сыграл горнист,
Мечты – Её Высочества!

И уговаривать, не сметь
И поперёк ложиться!
Лишь остаётся вслед смотреть
И за него молиться…

Так как Константина Коханова никто не приглашал на конференцию, посвящённую 100-летию со дня падения на землю Тунгусского метеорита, то он решил присвоить себе сам звание академика РАЕН (Российской Академии Естественных Наук, имеющей к Российской науке такое же отношение, как атомная энергетика к весенне-полевым работам в сельской местности). Он даже начал писать биографию этого академика с перечнем его заслуг и сделанных им открытий, но из-за нехватки времени при подготовке к своей 11-ой рекогносцировочной экспедиции ограничился его биографией, написанной в стихотворном виде:

Обобщающий портрет академиков Российской Академии Естественных Наук

Василий Петрович Вернатский,
Острог представлял себе Братский,
В Коломенском был тот острог.
Он был из Сибири этапом,
Доставлен туда экспонатом,
И многим идейно-пархатым,
Борцам за свободу помог.

Василий Петрович Вернатский,
Не «тайный» советник, а «статский»¹,
Уэллса РАССЕЯвал МГЛУ.
Он жил тогда в Ленино-Дачном,
В доме с фасадом невзрачным,
Построенным, правда, удачно,
С проходом в метро на углу.

В вагоне московской подземки,
Прижатый то к двери, то к стенке,
С народом он был заодно:
Дышал перегаром и потом,
Поддакивал пошлым остротам,
И выглядел там патриотом,
Но это так было давно…

Теперь он известен и важен,
Хотя откровенно не скажем,
Он где и прославился чем.
Божится, что он православный,
И в трёх академиях главный,
И выглядит, как полноправный,
Действительно поднятый член!

Это стихотворение было написано в 2008 году, накануне 100-летия падения Тунгусского метеорита. В связи с тем, что такие академики РАЕН, как Геннадий Плеханов пренебрежительно высказались о тех, кто занимался поисками этого небесного тела после 1961 года: «Проблемой Тунгусского метеорита занималось более 1000 человек – обо всех не напишешь». И на юбилейные торжества пригласили только избранных товарищей и таких свадебных генералов, как космонавт Георгий Гречко. Ждали, что на торжества приедет Владимир Путин, на худой конец Сергей Шойгу или хотя бы губернатор Красноярского края, но за 15 дней до юбилейных торжеств, приехал Коханов Константин Парфирьевич и занялся тем, чем он там занимался 36 лет назад. Правда академиком РАЕН В.П. Вернатским, Константин Коханов там так и не представился, хотя имел на это полное право, после того, как его товарищу, не имеющего высшего образования, предложили стать членкором Красноярского филиала РАЕН. Перед поездкой в Ванавару, Константин Коханов потренировался, выступив в прениях в Московском отделении Русского географического общества, и вполне мог бы выступить перед «ветеранами метеоритного фронта», но они имели жалкий вид, после того, как он вернулся с Заимки Кулика и хотел взять интервью у академика АМН и РАЕН Плеханова Г.Ф. Поэтому от своей затеи подискутировать с академиками РАЕН он отказался, но возобновил свои экспедиции, где ему уже никто не мешал.
Но обо всём этом более подробно будет рассказано ниже, а пока вернёмся к имевшей место хронологической последовательности событий, связанных с подготовкой Константина Коханова к поездке в Ванавару.
Рассказав Борису Михайловичу о своих планах поехать в Ванавару в 2008 году, Константин Коханов, как и ожидал, не встретил с его стороны одобрения этого мероприятия. Борис Михайлович даже сделал попытку отговорить его от этого, по его мнению, опасного путешествия, но потом начал проявлять неподдельный интерес, к тому, как его «юный друг» начал к нему готовиться.
Мало того, он однажды принёс в «клуб» календарный план московского отделения Русского географического общества на декабрь месяц 2007 года, где на 13 декабря 2007 года была анонсирована лекция Виталия Ромейко о его «Экспедиции к месту Тунгусской катастрофы летом 2007 года». Поговорив о том, что за учёный Виталий Ромейко, Константин Коханов предложил Борису Михайловичу Молчанову сходить на эту лекцию. Договорились встретиться на выходе из метро. Борис Михайлович пришёл в беретке и был очень похож на кинематографического академика из фильмов про учёных конца 1940-х или начала 1950-х годов. На лекцию Виталия Ромейко пришло человек двадцать пять, причём все они были почтенного возраста, кроме лектора и Константина Коханова, которые не так давно сами разменяли шестой десяток. Перед лекцией Константин Коханов даже подписал своей вымышленной фамилией Вернатский «адрес» к 80-летию бывшего заведующего базой Ванаварской геологической экспедиции в шестидесятых годах прошлого века В.А.Цветкова. Владимир Цветков очень красочно прокомментировал фильм, показанный В.А.Ромейко после его лекции, что несколько смазало весь пафос выступления последнего о его личном вкладе в решение проблемы Тунгусского метеорита.

После лекции, Вернатский, попросил В.А.Ромейко подписать, принесённую им его книгу «Огненная слеза Фаэтона» для Константина Коханова, сказав, что «старик» очень обрадуется, получив его автограф, заодно показав книгу этого путешественника, которую он якобы попросил Вернатского просмотреть и если будет время отредактировать. Не получив в подарок книгу К.П.Коханова, В.А.Ромейко сразу потерял к В.П.Вернадскому интерес, ещё не зная, что перед ним «академик». Эту книгу В.А.Ромейко Константин Коханов подарил Ванаварской детской библиотеке с кратким описанием истории получения этого автографа, которая была сделана им на развороте этой книги.

Борис Михайлович, наблюдавший за разговором Коханова с Ромейко из зала, сказал, когда Константин Парфирьевич вернулся на своё место: «Какой некультурный человек этот Ромейко, повернулся к Вам спиной, даже ещё не закончив разговора с Вами. Судя по тому, как много народа было на этой лекции, – ответил ему Константин Парфирьевич, – вероятно столько же учёных приедет отмечать 100-летия Тунгусского метеорита в Ванавару, после их конференции в Красноярске. Забегая вперёд, можно сказать, что непосредственно тех, кто занимался поисками Тунгусского метеорита, оказалось в Ванаваре значительно меньше, чем журналистов центральных российских телеканалов и их зарубежных коллег.
Прилетев в Ванавару в пятницу тринадцатого июня 2008 года, в тринадцать часов с чем-то минут, и, увидев на площади аэропорта такси с надписью «работает круглосуточно», Константин Коханов, понял, что в посёлок значительно разросся. И если аэропорт 36 лет назад располагался за посёлком, к которому приходилось идти по грунтовой дороге, можно сказать по тайге, то теперь дома уже стояли сразу за площадью, примыкающей к аэропорту.
Такси тем временем, захватив кого-то, из прибывших вместе с Константином Кохановым на самолёте пассажиров, уехало и ему пришлось воспользоваться услугами частника, который отвёз его вместе с 77 килограммами груза (столько весило снаряжение экспедиции) на берег Подкаменной Тунгуски, в который, можно сказать, упиралась улица имени Леонида Кулика. Нужно отметить, что эта улица вблизи реки мало изменилась с начала 1970-х годов.
К сожалению, надувной каяк, с которым были тесно связаны планы Константина Коханова, «как академика», не оправдал надежд, и после километрового плавания по Подкаменной Тунгуске, он пристал к берегу в метрах двухстах за нефтебазой. Поставил палатку, и, перетащив к ней свой каяк, переночевал там и утром, сняв с себя мантию академика Вернатского, снова стал самим собой, как и 36 лет назад, по сути, просто туристом. Затем, оставив на берегу всё своё снаряжение, он вернулся пешком в Ванавару. И вскоре там, наткнувшись, рядом с пустой площадью на новый забор, за которым виднелись свежеструганные постройки эвенкийской таёжной архитектуры, он подумал, что это и есть ГПЗ «Тунгусский. Калитка в заборе была открыта, и Константин Коханов, не раздумывая, вошёл внутрь огороженного пространства. У одного из сновавших там мужчин, он на всякий случай поинтересовался, – что это за заведение. Оказывается, это был почти уже готовый открыться после реставрации ванаварский музей, проводившейся по плану мероприятий благоустройства Ванавары, связанных со 100-летием падения Тунгусского метеорита. Директор музея оказалась на месте и его сразу же ей представили, вернее, представился он сам, как только его к ней привели. В музее уже почти была готова экспозиция с историей изучения Тунгусского метеорита, и он оказался первым посетителем, который ознакомился с представленными для общего обозрения экспонатами. С лёгкой руки директора музея Риммы Пироговой, которой он подарил свою первую книгу «Таёжный дневник», одну из 20-ти книг, с этим названием, взятых им с собой и отправленных до востребования им самим на почту Ванавары, он сразу стал московским писателем. А после вопроса одной из женщин Ванаварской администрации, – кто он такой? – перед заселением после возращения с Заимки Кулика в «гостиницу», и усвоившей из его ответа, как любая деловая женщина только первое слово, – «независимый» исследователь, – и сказавшей потом, – понятно из «Независимой газеты» – нужен компрометирующий материал, – он превратился, заодно, и в журналиста.
Это дало ему возможность пообщаться с московскими «коллегами», как говорится, на их поле и при этом особо не испачкаться в грязи, несмотря на то, что журналист Александр Рогаткин из «Вестей России», выставил его на всеобщее обозрение, мягко говоря, полным идиотом. Хорошо, что съёмка велась одновременно и на его видеокамеру, так что есть возможность сравнить, что и в каком контексте было сказано, а не практически одно и то же, о чём на другом телеканале, говорил в шутку космонавт Георгий Гречко.
Но это было потом, после возвращения Константина Коханова с Заимки Кулика, а первым делом, чем поинтересовалась директор музея, было то, где я остановился. Узнав, что он оставил всё своё снаряжение на берегу, она проявила беспокойство, что его могут там украсть, и посоветовала мне перевезти его временно к ней в музей.
Она также сказала, что вскоре на Заимку Кулика должен лететь вертолёт со стройматериалами для реставрации этого исторического места и Константину Коханову можно будет договориться с директором ГПЗ «Тунгусский» Людмилой Логуновой, чтобы он захватил туда и его.
И что было для Константина Коханова полной неожиданностью, она на своей машине отвезла его в дирекцию ГПЗ «Тунгусский», где до прихода директора заповедника, он познакомился с туристами из Новосибирска, которых она, как своих земляков, там временно приютила, после их водного путешествия по Подкаменной Тунгуске. Пообщавшись с директором заповедника, и в принципе договорившись, что его на вертолёте доставят на Заимку, он с двумя туристами из Новосибирска отправился на такси к месту своей стоянки на берегу Подкаменной Тунгуски. По пути туда он заехал в магазин, где я купил simm-карту местной сотовой связи. Погрузив всё своё снаряжение, которое очень хотелось посмотреть новосибирским туристам, в такси, они быстро доехали до музея, где после того, как было выгружено снаряжение Константина Коханова, он попросил таксиста отвезти туристов обратно в ГПЗ «Тунгусский», договорившись с ними, обязательно снова встретимся в самое ближайшее время.
Свой надувной каяк Константин Коханов подарил ванаварскому музею, чтобы сотрудники музея, если возникнет необходимость, могли использовать его для своих этнографических экспедиций. С туристами из Новосибирска он встречался перед отлётом на Заимку Кулика ещё два раза. Первый раз в помещении ГПЗ «Тунгусский», и во второй раз в музее, когда его попросили остаться там, в качестве ночного сторожа. Поэтому там, уже в качестве экскурсовода, ближе к полуночи, он смог показать им экспозицию музея, задолго до его официального открытия.
16 июня 2008 года Константин Коханов вылетел на Заимку Кулика, где в то время заканчивались реставрационные работы и там кроме двух инспекторов, двух Андреев – Аксёнова и Ворушило, осуществлявших охрану заповедника, ударно трудились последние двое рабочих, которые представились ему, как шабашники – Пётр Юрков и Алексей Шаталов. Им оставалось только достроить два туалета для VIP-персон и что-то поправить на вертолётной площадке.
Нужно отметить, что на Заимке Кулика пребывание Константина Коханова с самого начала находилось, как бы в подвешенном состоянии. Всё время приходилось помнить, что директор ГПЗ «Тунгусский» Людмила Логунова предоставила ему возможность побывать там, только на время нахождения там последних «реставраторов», занятых возведением этих двух VIP-туалетов, в дополнение к двум уже существующим. Возводились они поближе не к избам Кулика, а первый – к вертолётной площадке и второй – к началу троп к «камню Джона» и к Пристани на Хушме или точнее в конце тропы с Пристани на Заимку. В этом была своя логика, так как респектабельных туристов и VIP-персон могло «прохватить» в конце любого из мероприятий от перелёта и выгрузки на болоте или пешего маршрута на вершины Стойковича или Фаррингтона, под конвоем двух инспекторов, охраняющих этот «заповедник», явно не рассчитанный для посещения только ради праздного любопытства.
К тому времени ямы под туалетами были выкопаны, скорее, продолблены в мерзлоте и Константин Коханов попросил Алексея показать ему все камни, которые, как он выразился, они с Петром достали из этих «шурфов», наподобие шурфов, сделанных в этих местах научными работниками. Передолбив обухом охотничьего топора, все вынутые там камни, и ничего интересного в составе их не обнаружив, Константин Коханов оставил плоды своего труда на прежнем месте, для более детального анализа этих образцов членами очередной КСЭ из Томска или из его окрестностей вплоть до Красноярска и Новосибирска.
До 19 июня 2008 года Константин Коханов ходил с инспекторами Андреем Аксёновым, Андреем Ворушило и Алексеем Шаталовым на кордон «Пристань на Хушме». Тогда, Константину Коханову его новые товарищи предложили ему пойти с ними в баню. Константин Коханов совместил это приятное мероприятие с полезным. На обратном пути он с Алексеем Шаталовым вёл непрерывную видеосъёмку достопримечательностей. Из них самым интересным был водопад Чургим. А также трижды поднимался на гору Стойковича к «камню Джона», вокруг которого он производил раскопки в 1972 году вокруг него и нашёл там камень такой же структуры, что дало повод считать почти всем «Камень Джона» Тунгусским метеоритом. В третий раз он поднимался на гору Стойковича вместе с инспектором Андреем Аксёновым. Благодаря этому обстоятельству у него появилась возможность сфотографироваться на «камне Джона. Константину Коханову было известно, что камень Джона с тех пор сильно почернел, но он не думал, что настолько и поэтому ссылка некоторых товарищей на то, что таких «камней» поблизости нет, у него вызвало большое сомнение, потому что, на камни подобного цвета здесь никто никогда не обращал никакого внимания.
Константин Коханов подумал, что Джон Анфиногенов сделал глупость, ведя раскопки вокруг камня, а, не изучал снятый с него мох, который довёл его камень до «метеоритной кондиции». Цвет этого камня был запечатлён на цветной фотографии, приведённой в книге, Константина Коханова «Таёжный дневник», двадцать экземпляров которой им были привезены и отправлены почтой в Ванавару.
19 июня 2008 года, после долгого ожидания на вертолётной площадке, наконец, улетели в Ванавару Пётр и Алексей. А на следующий день на Заимке Кулика, по пути в Туру, высадились первые московские гости (из числа депутатов городской Думы) в сопровождении красноярского начальства и директора заповедника Людмилы Логуновой. Разочарованные отсутствием кратера, образованного взрывом Тунгусского метеорита и примитивностью таёжного деревянного зодчества, московские гости поспешили покинуть эти заповедные места для более приятного времяпровождения в столице Эвенкии.
От предложения Людмилы Логуновой покинуть Заимку, вместе с этими товарищами Константин Коханов отказался, и она, слава Богу, пошла ему навстречу.
Инспектора, которые прожили в палатке на Заимке Кулика почти месяц, перед отлётом Людмилы Логуновой, попросили у неё два дня отдыха в человеческих условиях на кордоне «Пристань на Хушме». Таким образом, Константин Коханов снова оказался там, и смог снова полюбовался по пути туда и обратно водопадом Чургим, а самое главное получил возможность провести хотя бы какие-то «научные изыскания».
Собственно говоря, поиском фрагментов «Тунгусского метеорита» или «инопланетного космического корабля» Константин Коханов занимался только 21-22 июня 2008 года на небольшом пространстве по обе стороны от кордона «Пристань на Хушме» по обоим берегам в это время обмелевшей реки. И надо же, получилось так, что самые интересные находки были сделаны непосредственно на каменистом берегу реки Хушмы, прямо под обрывом, над которым располагались деревянные постройки этого кордона.
Считаю, что после 1971 года, Константину Коханову так с находками больше не везло, и пусть это были не «метеориты», а камни местной породы, но зато на них можно было с интересом посмотреть и даже научно пофантазировать. Инспектора охраны заповедника разрешили Константину ходить, куда он захочет, но только при условии, чтобы он брал всегда с собой один из их карабинов.
После возвращения 23 июня 2008 года на Заимку Кулика, Константин Коханов вечером того же дня отправился с инспектором Алексеем Аксёновым на озеро Чеко, которое итальянские «учёные» считают затопленным кратером образованным после падения Тунгусского метеорита и даже намеревались там, на глубине более 50-ти метров, провести буровые работы. Хорошо ещё, что они не собирались осушить это озеро, как Леонид Кулик, в своё время, Клюквенную воронку.
Старший инспектор Андрей Ворушило, предлагал для похода на озеро Чеко, воспользоваться новой тропой, которая всего на два километра длиннее старой, но зато идёт в обход болот, не как старая по ним более 6-ти из 12-ти километров, но Константин Коханов отдал предпочтение старой тропе, по которой ходил в 1972 году. Хотелось почувствовать снова, как всё было в 1972 году, потому что тогда в дневнике, он никак не отразил о ней своего впечатления. Вероятно оттого, что, когда шёл по ней с московскими геоморфологами до их лагеря выше озера Чеко, и когда возвращался на Заимку с озера Чеко в обществе Николая Васильева и его коллег из КСЭ, она не представляла особой сложности, и поэтому ничто там его не смогло заинтересовать. Теперь же, после имевших здесь место больших пожаров, охвативших пространство от озера Чеко почти до самой Заимки Кулика, местность сильно заболотилась и заросла выше роста человека молодой берёзовой и лиственничной порослью, в которой старая тропа практически затерялась. Поэтому пригодился большой опыт Андрея Аксёнова, скорее его интуиция, чтобы, постоянно сбиваясь с пути, снова на неё возвращаться.
Путь до Чеко, налегке, только с небольшим рюкзаком за своей спиною туда, который, уже полегчавший, за счёт отсутствия в нём продуктов, потом нёс обратно инспектор Андрей Аксёнов, потому что Константин Коханов занимался фотосъёмкой, занял у них в каждый конец, примерно, одинаковое время, около четырёх часов. Теряли тропу раз двадцать, особенно среди завалов, образованных упавшими деревьями, но интуиция Андрея Аксёнова, не зря же он эвенк, подсказывала ему по каким-то непонятным Константину Коханову признакам, почти всегда верный путь. И только в двух случаях интуиция Константина Коханова, скорее умение ориентироваться на местности, оказалась более точной, и Аксёнову приходилось считаться с его мнением. Одно можно было точно сказать, что по этой тропе до озера Чеко, Константин Коханов без Андрея Аксёнова шёл бы в два раза дольше, постоянно натыкаясь и обходя болота, продираясь через сплошные заросли березняка, а, не обходя их, как он тогда делал вместе со своим проводником.
Переночевав на озере Чеко и сделав рано утром видеосъёмку достопримечательностей, насколько это было возможно, потому что солнце поднималось над озёром, и было мало надежды, на качество снимков, они сразу же, после завтрака, пошли назад на Заимку. Спешка была связана с тем, что туда в любое время мог прилететь вертолёт с начальством для приёмки реставрационных работ.
Начальство в этот день не прилетело, и мы с Андреем Аксёновым сняли фильм, о событиях 1971 года, в котором Константин Коханов сыграл самого себя и даже спел несколько своих песен. Думали на следующий день снять дубль, но эти планы так и не осуществились.
25 июня 2008 года Константин Коханов проснулся около четырёх часов утра. Спать не хотелось. Над болотами стелился туман и он, захватив с собой карабин и фотоаппарат, пошёл к Фаррингтону. Видео камеру брать не стал, так как её аккумулятор ещё явно не зарядился от солнечной батареи. Судя по протоптанности тропы после развилки её в сторону озера Чеко (той самой новой тропы), было заметно, что экскурсии на вершину Фаррингтона совершаются теперь не часто. Метров за сто до самой вершины её вообще почти не было видно, возможно потому, что каждый идёт там к ней, как ему кажется удобней и быстрее.
Панорама вокруг геодезического знака была не полной. Часть её скрывали на вершине деревья, внизу туман, а вдали восходящее, но ещё не слепящее глаза, солнце. Немного ниже вершины, под пирамидку из камней, на память о себе, Константин Коханов положил записку: «Фаррингтон, я к тебе ещё вернусь», но он не мог даже представить, что вернётся к нему так скоро. Возвратившись на Заимку, он понял, что забыл на геодезическом знаке, повешенный там, на время фотосъёмки, компас. Пришлось возвращаться. На этот раз он взял с собой видеокамеру, так как аккумулятор фотоаппарата полностью разрядился. Но снять на неё всё равно ничего не удалось, так как ёмкости аккумулятора хватило только на одну секунду видеосъёмки. Когда он вернулся на Заимку, инспектора ещё спали в своей палатке. Он тоже решил последовать их примеру и, подключив аккумулятор видеокамеры обратно к солнечной батарее, пошёл досыпать к своей палатке. Проснулся от шума, подлетавшего к Заимке вертолёта. Быстро оделся и пошёл встречать гостей, ещё не зная, что на этом вертолёте, мне придётся возвращаться в Ванавару.
Таким образом, пребывание Константина Коханова на Заимке Кулика и в её окрестностях продлилось только до 25 июля 2008 года, потому что туда должно было нагрянуть местное начальство, и Людмила Логунова посчитала, что там, в это время, не должно быть посторонних лиц. Правда, себя как-то во множественном числе Константин Коханов ещё ни разу не представлял, даже находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, но уговаривать её, оставить его там, ещё дня на три до 27-28 июля, было бесполезно. Она сказала ему, чтобы он быстро собирался, но процесс установки памятного знака на Заимке, который привезли туда на этом вертолёте, затянулся, так что успел зарядиться аккумулятор видеокамеры, и ему удалось даже снять начало его установки. Константину Коханову также удалось сфотографироваться рядом с этим произведением искусства, правда не при помощи своего фотоаппарата, а, попросив это сделать туриста из Красноярска, который помогал там устанавливать памятный знак, и тоже что-то снимал своим фотоаппаратом на память. После того, как турист из Красноярска сфотографировал Константина Коханова, он, с разрешения туриста, перенёс сделанные им фотоснимки в свой фотобанк. Перед самым отлётом, частично зарядив аккумулятор своего фотоаппарата от солнечной батареи, Константин Коханов сделал пару снимков установленного памятного знака на Заимке Кулика и ещё несколько десятков снимков местности с вертолёта, через приоткрытую дверь, когда тот взлетал и летел в сторону Ванавары.
Константин Коханов не мог подумать, что слова его песни, посвящённой командору КСЭ Николаю Васильеву, окажутся не просто условным сравнением его великих дел, а воплотятся в памятник: «…В пирамиде из проб, только воткнутый столб, с указателем здесь был Кулик!»
Сам памятный знак, по сути, напоминает так раз этот столб из песни, а нос птицы действительно выглядел, как указатель на памятную доску в честь Кулика на его избе.
Получилось так, что первые две ночи, 25 и 26 июня 2008 года, после возвращения с Заимки Кулика с разрешения Риммы Пироговой Константин Коханов ночевал в ангарской избе, на территории ванаварского музея. Экспозиция музея уже была почти полностью готова, а ангарская изба только ещё наполнялась экспонатами. Константин Коханов тоже пополнил коллекцию музея спилом бревна с избы Кулика, снятого во время реставрации, причём предложил Римме Пироговой взять любой из привезённых мной экземпляров, какой ей больше всего понравится.
Там же (по недоразумению, так как неправильно понял Пирогову, которая сказала, что прибыло её начальство и, думая, что это из Туры музейные работники), Константин Коханов поинтересовался у них «какой ванаварский мудак, решил заказать зеркальный памятный знак на Заимке Кулика»? Затем популярно объяснил этим господам, почему этот памятный знак будет снесён первым же медведем, который увидит в нём своё отражение. В 2009 году Константин Коханов узнал от инспектора охраны заповедника Андрея Аксёнова, что после торжественных мероприятий посвящённых 100-летию падения Тунгусского на Заимку Кулика наведалась медведица с медвежонком, которая увидев своё отражение на зеркальной поверхности памятного знака, ударила по своему отражению лапой, оставив на поверхности памятного знака, её грязный отпечаток. После чего она потеряла к памятному знаку интерес и побежала догонять своего не менее любопытного медвежонка. Пришёл бы тогда медведь, не обременённый семейными обязательствами, и увидел бы своё отражение на памятном знаке, то от него остались бы на память только одни фотографии.
Мужчина небольшого роста, который представился Главой села Ванавара, не стал оправдываться, а также популярно объяснил мне, что руководство Ванавары к этому знаку не имеет ни малейшего отношения. Решали без них, а потом на них же всё и взвалили, выделив средства на все мероприятия в Ванаваре, посвященные 100-летиюТунгусского метеорита, только в мае 2008 года.
От него Константин Коханов узнал вообще то, что он никогда не смог бы предположить и тем более в то поверить, но ещё раз подтвердило известную русскую поговорку, что «дураки в России никогда не переведутся».
Кто-то из высокого Красноярского начальства, решил, что избы Кулика будет лучше всего перевезти из тайги в Ванавару и стоило большого труда администрации Ванавары и возмущённой общественности, заставить руководство Эвенкии отказаться от этой идиотской затеи.
Дальнейший разговор с Мансуром Фазылзяновым и главой администрации Ванавары Галиной Обуховой он продолжал в ангарской избе, подарив им по своей книге и сохранив от этой и всех последующих с ними встреч, приятное впечатление.
Мало того Мансур Фазылзянович пообещал найти ему место в гостинице, и не только сдержал своё слово, но даже помог Константину Коханову туда, через день, переселиться, лично перетащив часть моих вещей к своему автомобилю.
Следует отметить и то, самое главное, чем Константину Коханову пришлось заняться в Ванаваре. Когда 25 июня 2008 года он туда вернулся, то застал там в самом разгаре отделку памятника Тунгусскому метеориту. С каким качеством велась эта отделка, его это несколько удивило, и он выразил своё недоумение так, что отделочники чуть не разбежались, когда Константин Коханов стал снимать ход работ на видеокамеру. Пришлось их успокаивать, говоря, что он снимает не компромат, а только, как истинный ценитель исторических памятников, к которым он причислил возводимое ими сооружение, исключительно себе на память. Далее приравняв их к строителям египетских пирамид, он сказал, что о первых строителях египетских пирамид нам практически ничего неизвестно, и только в последние время, появились свидетельства, что их строили не рабы, а свободные и всеми уважаемые в Египте люди. Поэтому, – сказал Константин Коханов им далее, – видеть настоящих строителей пирамиды (т.к. памятник действительно напоминал маленькую пирамиду) для него большая удача. – И ему хотелось бы, чтобы они не относились к этой работе, как к обычной халтуре на шабашке, а чтобы потом, когда осознают, что они сделали, с гордостью сказать своим близким и друзьям, – это мы её возвели в 2008 году и нам не стыдно за свою работу.
Там же у памятника Тунгусскому метеориту Константина Коханова произошла встреча с корреспондентом российского телеканала Александром Рогаткиным. Константин Коханов рассказал ему о своём посещении Заимки Кулика в этом году и о своих экспедициях в этих местах в начале 1970-х годов. Из всего им рассказанного в свой репортаж из Ванавары Александр Рогаткин включил только одну вырванную из контекста фразу, о том, как шутили о поисках метеорита те, кто принимал в них активное участие. Когда Константин Коханов посмотрел его репортаж в Москве, понял что ничего нельзя повторять из сказанного ранее по просьбе любого журналиста, чтобы потом не выглядеть идиотом.
Место в гостинице оказалось комнатой в одном из жилых домов на улице Шишкова, в которой уже расположился Егор Галков, сотрудник ГТРК «Красноярск», прибывший в качестве оператора для съёмки праздничных мероприятий. Ему Константин Коханов также, как и Александру Рогаткину, подарил свою книгу «Таёжный дневник» и попросил выслать ему в Москву, если он не забудет сразу же о нём в Красноярске, видеоматериалы, которые он снимет на Заимке Кулика 30 июня 2008 года.
Егор Галков напомнил о себе только в августе 2011 года и в своём письме спросил, – интересуют ли Константина Коханова снятые им на Заимке Кулика материалы? Если да, то он готов их ему выслать. Константин Коханов ответил ему, «если Вы их мне вышлете, буду Вам очень признателен». Письмо Константина Коханова, отправленное по электронной почте
2011-08-27, 22:38, интересно своим кратким изложением его последующих экспедиций, к которым имел, как не может показаться странным Борис Михайлович Молчанов, хотя он в этом письме не упоминался:

Письмо Константина Коханова Егору Галкову от 27 августа 2011 года:

«Егор Станиславович! Я был приятно удивлён, что Вы меня ещё помните. В 2008 году я не думал ещё, что возобновлю свои экспедиции, т.е. продолжу в том же направлении, но только с другой стороны. Шёл (плыл) к верховьям Южной Чуни с 1973 по 1986 год из Иркутской
области, теперь с 2009 года, иду (плыву) из Красноярского края (от Стрелки Чуни) в сторону Иркутской области. В этом году я плавал одновременно по двум рекам, и по Южной, и по Северной Чуне. За эти годы, попутно изучал интересные места, как озёра Амут, Восточный Амут, теперь на 2012 год, планирую попасть на озеро Чачо. К сожалению, в этом году быстро падала вода и толком ничего сделать не удалось, за исключением измерения глубины озера Амут (максимальная глубина – 23 метра), и изучения последствий смерча 2010 года на Южной Чуни, что в принципе, ещё раз подтвердило моё мнение (и некоторых членов КСЭ, как Дмитрия Дёмина в 1971 году), что вывал под Ванаварой никакого отношения к падению Тунгусского метеорита не имеет (сделал несколько сотен снимков этого природного катаклизма, примерно в 20 км ниже притока Южной Чуни реки Ирикты). Сейчас планирую отправить в «Эвенкийскую жизнь» и администрации «Эвенкийского муниципального района» письма, в которых попрошу сделать всё возможное, чтобы сохранить геологический
посёлок «Железная гора», где добывался исландский шпат. Проживающий там Николай Мальцев сказал мне, что ему придётся зимой уничтожить все хозяйственные постройки, так как он не в состоянии платить за них налог 72000 рублей. Рядом с посёлком на берегу
Южной Чуни пробурена геологической экспедицией «Шпат» скважина, из которой бьёт под напором на высоту около метра вода. Я взял пробу воды на анализ. Эту воду в лаборатории Центрального центра проверки питьевой воды в Москве, проверили по 30-ти параметрам –
и по всем, она оказалась абсолютно чистой. Этот официальный акт проверки воды из геологического посёлка «Железная гора», в 4 км выше посёлка Стрелка Чуни, я обязательно приложу к своим письмам. На месте бывшего геологического посёлка вполне можно было бы
организовать летний спортивно-оздоровительный санаторий. Хотя бы той причине, что в самой Туре, вашей столице, в части питьевой воды, дела обстоят неважно, что приводят к тому, как я недавно узнал, даже к продаже зимой льда, который пилят на Нижней Тунгуске.
Что касается материалов юбилейной съёмки, празднования 100-летия Тунгусского метеорита, если Вы их мне вышлете, буду Вам очень признателен. Если Вашу ООО ЭСН «Хэглэн» – Эвенкийскую службу новостей, заинтересуют мои рекогносцировочные экспедиции, как цели, так и результаты, то могу для Вас подготовить небольшую статью, «о том, как искали и где бы, следовало искать Тунгусский метеорит» и почему именно там».
Сейчас я занят редактированием большой статьи, имеющей отношение к Владимиру Высоцкому, как ответ на критику моих трёх предыдущих статей, причём во многом справедливую, так как нельзя, не учитывать, ту болезненную реакцию его фанатических
поклонников, для которых он святее папы римского. А я, – хотя меня, в последнее время, с Владимиром Высоцким, начали непонятно почему, скорее просто сдуру сравнивать, – для них никто. На этом я заканчиваю своё письмо, надеюсь, что и Вы мне теперь ответите, на этот раз, не через три года. С уважением, Константин Коханов».

Можно сказать, что Константин Коханов правильно особенно не надеялся получить ответ на своё письмо от Егора Галкова сразу. Он не получил от него ответ и через три года, и через шесть лет.

Но вернёмся в 2008 год. Снимая в Ванаваре интервью, которое дал для его телеканала академик Геннадий Плеханов, Егор Галков после съёмки, показал ему книгу Константина Коханова «Таёжный дневник» и академик даже попросил его передать автору книги, чтобы он зашёл к нему поговорить. Ворошить старое не хотелось, и тогда Константин Коханов от этой встречи уклонился.
Вместо этого, проведя последний инструктаж «строителей пирамиды» 28 июня 2008 года, он в четыре часа утра 29 июня 2008 года отправился берегом Подкаменной Тунгуски к устью Чамбы.
Первые пять-шесть километров идти по берегу Подкаменной Тунгуски было легко, как по хорошо накатанной машинами вдоль берега дороге. Небольшие речки, он преодолевал тоже без особого труда, правда, теряя время на поиск перекинутого через них поваленного дерева или деревьев, которые использовал для перехода с берега на берег.
Остановился на отдых в зимовье в десяти километрах от устья Чамбы, (хотя он думал сначала, что в пяти, так как считал, что до устья от Ванавары 25 километров). Отдохнув там, проспав после обеда часа два, он снова продолжил путь, но уже без рюкзака и снаряжения, которое оставил в зимовье. К концу дня показалось устье Чамбы и когда до него оставалось метров двести, его заметил со своего кордона «Чамба» инспектор Владимир Сопин. Видя, что его моторная лодка идёт по направлению ко мне, Константин Коханов остановился, присел на валун и стал ждать его прибытия. Когда Сопин причалил к берегу, Константин Коханов спросил его ради шутки, – почему он один и нарушает инструкцию по технике безопасности. Сопин, начал оправдываться, нет, чтобы самому спросить, – какого хрена он здесь сам, да ещё с «сучкой», которая привязалась ко мне по пути к Чамбе и выражала явное неудовольствие своим лаем, когда он не обращал внимания, на вспугнутую ею, на его пути, дичь. Правда Сопин быстро догадался, что Константин Коханов просто его разыгрывает и, спросив, наконец, – зачем он пришёл сюда, – отвёз его к устью Чамбы, где он сделал серию снимков, ради чего и проделал 30 км, а затем напоил меня чаем у себя на кордоне. Мало того он ещё потом подбросил его на своей моторке на 5 км назад на полпути к зимовью, где он остановился и, видимо, остался доволен, что он как-то смог разнообразить его жизнь в этот праздничный для всех ванаварцев день.
Когда до зимовья оставалось около километра, сначала заморосил, а потом пошёл дождь. Пришлось в зимовье затопить печь и развесить для просушки одежду. Правда, от жары в зимовье он долго не мог уснуть.
Утро, юбилейной даты, 30 июня 2008 года было наполнено густым туманом. Ничего не было видно даже в нескольких метрах от зимовья и поэтому Константину Коханову пришлось ждать, когда он окончательно рассеется, чтобы отправиться обратно в Ванавару.
С Геннадием Плехановым Константин Коханов имел возможность перекинуться несколькими фразами в аэропорту Ванавары, когда провожал Егора Галкова в Туру. Он и указал ему идущего с лётного поля академика. Странно, но почему-то даже Геннадия Плеханова не оставили на Заимке вместе с его командой из КСЭ, для продолжения там научных работ и вывезли обратно в Ванавару.
В связи с тем, что Константин Коханов не был в числе приглашённых на празднование 100-летия падения Тунгусского метеорита, и по причине того, что искал «тунгусский метеорит» не там, где «коллегиально» установили место взрыва теперь уже «кометы», то ни на одном из мероприятий посвящённых этой дате, он не присутствовал. Во-первых, как уже говорилось выше, потому, чтобы ни себе, ни кому-то не испортить праздничного настроения, и, главное, во-вторых, чтобы самому окончательно не разочароваться в тех, с кем когда-то встречался и даже переписывался.
Следует отметить, что он поговорил с Геннадием Плехановым, минуты полторы, ровно столько же времени, как и на конференции в Томске в 1971 году. Вспомнить было нечего, да и сказать что-то друг другу тоже. Даже «пары слов без протокола», он от него не услышал, для «своей родной Москвы». Геннадий Плеханов задумался, чтобы ему такое сказать для его современников и потомкам, но успел из себя выдавить только слово «Так…», перед тем как его отвлекли, каким неотложным делом, прибывшие с ним с Заимки Кулика его коллеги. Ждать Константину Коханову конца их разговора не хотелось, поэтому он отошел в сторону и расстался с академиком без традиционного в таких случаях рукопожатия.
Впрочем, и сказать, Геннадию Плеханову было, в сущности, нечего, как и в 1971 году, когда Константина Коханова сдуру или шутки ради, пригласили в Томск на конференцию, а он взял и приехал. Выражение лица Плеханова при нашей встрече в Ванаваре было такое же, как в Томске, которое полностью вписывается в рамку выражения – «зачем на бал пришёл медведь!»
Можно было бы остановиться на том, как встречали и провожали прибывавших на праздничные мероприятия в Ванаваре и на Заимку Кулика гостей и журналистов, но эта «тема» настолько несерьёзна, что достойна только юмористического рассказа, в том числе и по отношению к Константину Коханову.
Одно только понял Константин Коханов, что продолжить поиски Тунгусского метеорита у него ещё есть возможность. Главное, что достигнуть верховьев Южной Чуни он понял, что можно не только со стороны Иркутской области от села Ерёма, но и со стороны Эвенкии от посёлка Стрелка Чуни.
До того, как Глава Ванавары Мансур Фазылзянов, не подыскал Константину Коханову место в «гостинице», никто не предлагал ему ни одного места, куда бы он мог перебраться из музея. Сразу, как он только стал собираться в «гостиницу», ему стали предлагать и другие места. Константин Коханов не знал, что один из оформителей территории ванаварского музея, Георгий Грешилов, которого он застал там за ответственной работой, вырезания на древесном столбе изображения бога Агды, также разыскивал его после возвращения с Заимки Кулика. Если бы он сумел его найти, то конечно, «приключений» в этом селе, у Константина Коханова было бы значительно меньше. Перед отлётом на Заимку Кулика, Константин Коханов попросил Георгия Ивановича, вырезать ему на память из дерева или на небольшой доске, любую местную достопримечательность. Георгий Иванович пообещал и дал ему свой адрес. Поэтому, после того, как Константин Коханов разместился в «гостинице» (приспособленную под неё одну из квартир в частном секторе), то сразу же на такси поехал к нему в гости.
Константин Коханов даже не мог подумать, что Георгий Грешилов так обрадуется встрече, потому, что он уже не думал, что сможет увидеться с ним снова. Его жена Людмила Адольфовна предложила Константину Коханову у них пообедать, а после того, как ему показали, какая у них баня, он не отказался испытать все прелести от её воздействия на свой организм, изрядно измотанный после дальней дороги к устью реки Чамба. Шестьдесят километров за два дня, после 22-летнего перерыва участия в подобных походах – не каждый на такое решится, особенно в пенсионном возрасте. Ко всему прочему Георгий Грешилов и его супруга стали приглашать Константина Коханова приехать к ним в гости на следующий год. Вот именно тогда впервые у него мелькнула мысль продолжить свои рекогносцировочные экспедиции, прерванные им в 1986 году. Вернувшись в Москву, Константин Коханов трезво оценил свои возможности и в письме к Георгию Грешилову, спросил у него, – не знает ли он кого-нибудь из охотников в посёлке Стрелка Чуни, кто бы согласился с ним подняться на моторной лодке в верховья реки Южная Чуня. Георгий Грешилов в ответном письме сказал, что в Стрелке Чуни живёт его тесть Петров Альберт Константинович, который может с ним отправиться в это путешествие. Во время телефонного разговора Георгия Грешилова с ним, Альберт Петров только просил точно сказать ему, когда Константин Коханов прилетит в Стрелку Чуни, чтобы он к этому времени вернулся из тайги в посёлок.
Все свои приключения в окрестностях Ванавары в 2008 году, Константин Коханов описал в очерке «Ванавара XXXVI лет спустя» (http://parfirich.kohanov.com/vanavara.php?1), который он включил в дополнительный тираж книги «Таёжный дневник». Также он напечатал этот очерк отдельной брошюрой и отправил их жителям Ванавары, которым уже подарил эту книгу и в Ванаварскую детскую библиотеку. Четыре книги «Таёжный дневник», из дополнительного тиража, были напечатаны в твёрдом переплёте. Одну из этих четырёх книг Константин Коханов подарил в 2009 году библиотеке посёлка Стрелка Чуни.
В первое же воскресенье после возвращения в Москву, Константин Коханов, приведя свою бороду в парикмахерской в «приличный вид», отправился в «клуб московских коллекционеров» в кинотеатре «Улан-Батор», где Борис Михайлович Молчанов и его товарищ Василий Петрович Егоров не отказали себе в удовольствии сфотографироваться с ним на память. В свою очередь Борис Михайлович сфотографировал его с Михаилом Селивановым, в компании с одним из их общих знакомых коллекционеров.



В тот день и ещё несколько воскресений подряд Константин Коханов делился с Борисом Молчановым своими впечатлениями от поездки в Ванавару и своими планами на 2009 год. Борис Михайлович отрицательно отнёсся к планам Константина Коханова возобновить свои рекогносцировочные экспедиции, но в последующие месяцы уже сам начал периодически интересоваться, как идёт у него подготовка к «экспедиции» на следующий год.
В запланированное на 2009 год путешествие по Южной Чуне пришлось внести существенные изменения. За два месяца до его начала, когда практически со всеми, кто имел к нему отношение, были оговорены все детали, Борис Михайлович Молчанов, которому в мае месяце 2009 года должно было исполниться 89 лет, принёс Константину Коханову очередной номер журнала ВПВ («Вселенная, Пространство, Время», №4/59, 2009).

В этом журнале была, снабжённая фотографией марсианской поверхности, небольшая статья «Следы космической бомбардировки», об упавшем на Марс метеорите.

Интерес вызвало то, что траектория упавшего на Марс метеорита исходно была направлена с юго-востока на северо-запад и наклонена к поверхности планеты под сравнительно небольшим углом, чем-то, напоминая траекторию Тунгусского метеорита.
Как отмечалось в статье «метеорит размером около 200 метров распался в марсианской атмосфере на сотни обломков разных размеров. Самый крупный кратер имел диаметр около километра. А самые мелкие обломки метеорита, потерявшие горизонтальную скорость, достигли поверхности раньше крупных, образовав цепочки из множества небольших кратеров, более тёмных, чем окружающая равнина.
А так как Константин Коханов тщательно изучал космические снимки и карты местности, где протекает река Южная Чуня, то не мог обратить внимания на два озера, расположенных в отдалении от её правого берега, имевших названия Амут и Восточный Амут. Амут имел близкую к кругу форму и диаметр в наиболее широком месте около 1,3 километра, а Восточный Амут имел диаметр почти в два раза меньше (около 700 метров). Оба озера располагались как бы на одной прямой и если искать аналогию на фотографии поверхности Марса, приведённой в статье, то можно было бы с ними соотнести два кратера расположенные в её нижней части, а также и в середине снимка.
Конечно, доказать, что эти два Амута являются кратерами осколков Тунгусского метеорита, вероятность была близка к нулю, как и попытка итальянских учёных, убедить научную общественность, что озеро Чеко является кратером Тунгусского метеорита.
Несмотря на эту малую вероятность, Константин Коханов всё-таки решил поближе познакомиться с этими озёрами, на этот раз не в одиночку или с кем-то из своих знакомых, а впервые организовать «рекогносцировочный отряд», в составе из двух человек. В отличие от Кулика Константин Коханов не стал подбирать себе помощника в Москве или в Ванаваре, а с целью экономии средств решил это сделать непосредственно в посёлке Стрелка Чуни.
Таким образом Борис Михайлович Молчанов, сам того не подозревая внёс свой вклад в изучение проблемы Тунгусского метеорита. Константин Коханов, благодаря показанной им публикации в журнале о падении метеорита на Марс, провёл свои четыре экспедиции в 2009-2012 года с целью проверки возможности подобного развития событий (падения осколков Тунгусского метеорита) и в 1908 году. При этом он исходил из предположения, что три сильных амплитуды землетрясения были именно последствием падения на землю его крупных осколков, так как о падении более мелких осколков, сравнимых по мощности взрывам артиллерийских снарядов и пулемётной стрельбой, очевидцы полёта Тунгусского метеорита, рассказывали ещё в год его падения на землю. Несмотря на то, что им были исследованы два озера Амут и Восточный Амут, Константин Коханов, отказался от своей затеи изучить также третье озеро Чачо, на предполагаемой им траектории падения осколков Тунгусского метеорита. На это озеро ему указал второй его проводник Валерий Зарубин, с которым он совершал путешествия в верховья Южной и Северной Чуни, а также по реке Чуне до посёлка Муторай, и по притоку реки Чуни, реке Кимчу, до озера Чеко в 2010-2014 годах. Поговорив с охотниками, кто был и рыбачил на озере Чачо и, узнав, что его глубина летом не превышает трёх метров, он, хотя и предпринял попытку достичь этого озера в 2012 году, в итоге отказался от этой затеи.
Борис Михайлович Молчанов, сначала скептически относившийся, к «гипотезе Константина Коханова», за четыре года (2009-2012), общения с ним, тоже стал допускать возможность того, что падение Тунгусского метеорита также могло происходить по марсианскому сценарию. Хотя бы потому, что опубликованная в журнале «Вселенная, Пространство, Время» (№4(59), 2009, стр.16), статья Следы «космической бомбардировки» марсианской поверхности перекликалась с рапортом Енисейского уездного исправника Солонины от 19 июня 1908 года на имя Енисейского губернатора. К тому же о том же говорила статья опубликованная в газете «Красноярец» в №153 от 13 июля 1908 года. В статье Следы «космической бомбардировки» говорилось, что траектория упавшего на Марс метеорита была с юго-востока на северо-запад и наклонена к поверхности под сравнительно небольшим углом. Таким образом, траектория упавшего на Марс метеорита, была похожа на одну из расчётных траекторий падения Тунгусского метеорита. Также на представленной в статье фотографии, была впервые представлена наглядная картина, как происходило падение метеорита, диаметром приблизительно 200 метров, после того как он распался на множество обломков в марсианской атмосфере. На фотографии видно, что самые крупные обломки метеорита образовали три больших кратера, один из которых имел диаметр около километра. А около сотни мелких обломков, которые достигли поверхности раньше крупных, образовали цепочки из множества небольших кратеров.
Что касается падения Тунгусского метеорита, то непосредственно сообщений из ближайших мест, пусть даже связанных с его взрывом, как считается кое-кем сейчас, в окрестностях села Ванавара, датируемых 1908 годом нет, как и не было тогда и самого села Ванавара, вместо которого была небольшая фактория с постоянным проживанием там нескольких человек.
В наличии, есть только единственное сообщение о падении «метеорита», полученное из ближайшего к Ванаваре села Кежмы в 1908 году. Енисейский уездный исправник Солонина в своём рапорте от 19 июня 1908 года за № 2979 на имя Енисейского губернатора тогда доносил:
«17-го минувшего июня, в 7 ч. Утра над селом Кежемским (на Ангаре) с юга по направлению к северу, при ясной погоде, высоко в небесном пространстве пролетел громадных размеров аэролит, который, разрядившись, произвёл ряд звуков, подобных выстрелам из орудий, а затем исчез».
Копия этого рапорта делопроизводителем губернатора была направлена Красноярскому подотделу Восточно-Сибирского отделения Русского географического общества для сведения. Оттуда она была переслана в Иркутскую обсерваторию, а последней…, вместе с другими наблюдениями была передана, после обработки, в Метеоритный отдел Академии Наук (Е.Л.Кринов «Тунгусский метеорит», М.Л., 1949, стр.51).
Дополняло это сообщение, опубликованная в газете «Красноярец» в №153 от 13 июля 1908 года, в разделе «По губернии» (стр.1-2) статья собственного корреспондента П-хова:
«С. Кежемское. 17-го, в здешнем районе замечено было необычайное атмосферическое явление. В 7 час. 43 мин. утра пронесся шум как бы от сильного ветра. Непосредственно за этим раздался страшный удар, сопровождаемый подземным толчком, от которого буквально сотряслись здания, причем получилось впечатление, как будто бы по зданию был сделан сильный удар каким-нибудь огромным- бревном или тяжелым камнем. За первым ударом последовал второй, такой же силы и третий. Затем – промежуток времени между первым и третьим ударами сопровождался необыкновенным подземным гулом, похожим на звук от рельс, по которым будто бы проходил единовременно десяток поездов. А потом в течение 5-6 минут происходила точь в точь артиллерийская стрельба: последовало около 50-60 ударов через короткие и почти одинаковые промежутки времени. Постепенно удары становились к концу слабее. Через 1,5-2-минутный перерыв после окончания сплошной «пальбы» раздалось еще один за другим шесть ударов наподобие отдаленных пушечных выстрелов, но все же отчетливо слышных и ощущаемых сотрясением земли. Небо на первый взгляд было совершенно чисто. Ни ветра, ни облаков не было. Но при внимательном наблюдении, на севере, т.е. там, где, казалось, раздавались удары, – на горизонте ясно замечалось нечто, похожее, на облако пепельного вида, которое, постепенно уменьшаясь, делалось более прозрачным и к 2- 3 часам дня совершенно исчезло.
Это же явление по полученным сведениям наблюдалось и в окрестных селениях Ангары на
расстоянии 300 верст (вниз и вверх) с одинаковой силой. Были случаи, что от сотрясения домов разбивались стекла в створчатых рамах. Насколько были сильны первые удары, можно судить по тому, что в некоторых случаях падали с ног лошади и люди.
Как рассказывают очевидцы, перед тем, как начали раздаваться первые удары, небо прорезало с юга на север со склонностью к северо-востоку какое-то небесное тело огненного вида, но за быстротою (а главное – неожиданностью) полёта ни величину, ни форму его усмотреть не могли. Но зато многие в разных селениях отлично видели, что с прикосновением летевшего предмета к горизонту, в том месте, где впоследствии было замечено указываемое выше, своеобразное облако, но гораздо ниже расположения последнего – на уровне лесных вершин как бы вспыхнуло огромное пламя, раздвоившее собою небо. Сияние было так сильно, что отражалось в комнатах, окна которых обращены к северу, что и наблюдали, между прочим, сторожа волостного правления. Сияние продолжалось, по-видимому, не менее минуты, так как его заметили многие бывшие на пашнях крестьяне. Как только «пламя» исчезло, сейчас же раздались удары.
При зловещей тишине в воздухе чувствовалось, что в природе происходит какое-то необычайное явление. На расположенном против села острове лошади и коровы начали кричать и бегать из края в край. Получилось впечатление, что вот-вот земля разверзнется и все провалится в бездну. Раздавались откуда-то страшные удары, сотрясая воздух, и невидимость источника внушала какой-то суеверный страх. Буквально брала оторопь. Не обошлось и без курьёзов.
Два крестьянина были на мельнице в 22 верстах от села и в момент первого удара несли мешки с мукою и оба упали. Когда же поднялись и, охая и ахая, прослушали всю «канонаду», то решили, что «Кежму разбил японец». «Ну, пойдём, паря по «матёрой» (противоположный берег реки от села) и «буче» (если) встретим, как японец на пароходе побежит, то убежим в лес, а не встретим – то с «матёрой» поглядим: «буче» церква цела, то пойдём в деревню, а развончана – так воротимся и упловём на заимку», – так докладывал один из крестьян.
А вот второй случай: крестьянин сидит в избе и со страхом слушает неведомые ему звуки («то ли гром, то ли стреляют»). Выбежал из соседней избы брат и кричит в окно сидевшему: «Ванька, что сидишь?! Слышишь, что японцы деревню разбивают!» Сидевший вскакивает и начинает метаться по избе, как ужаленный, а затем кричит бабе: «лезь в подполье, там где-то есть десятка» – а то достанется японцам».
Вообще везде при первых ударах вспомнился всем японец: очевидно, дорого он достался матушке Руси и Сибири – в особенности».
В заключении, напуганные старушки обошли село, собрали «малую толику» и попросили батюшку отслужить молебен».
Е.Л.Кринов в своей монографии «Тунгусский метеорит» (М-Л., 1949, стр.9-11) опускает, как не заслуживающие внимания, описанные в этой статье, рассказы крестьян, хотя в них содержится заслуживающая внимания не менее важная информация. Что-что, а крестьяне слышали артиллерийские выстрелы, и перепутать их просто с какими-то сильными ударами или обычным землетрясением никак не могли. Выражение «то ли гром, то ли стреляют» и когда несли мешки с мукой и оба «при первом ударе упали», не следует воспринимать, что от страха, а отнести к резкому содроганию после «взрыва» земли.
Глядя на фотографию «бомбардировки марсианской поверхности», можно было понять, к каким последствиям мог привести «раздавшийся страшный удар, сопровождавшийся сильным толчком, от которого падали люди и лошади – это самый крупный кратер диаметром около километра. Ещё расположенные (на одной линии) рядом два кратера – это последствия такой же силы второго и третьего ударов.
Заполненный промежуток времени между первым и третьем ударами необыкновенный гул – это падение множества «мелких» обломков метеорита.
Последующие затем 50-60 ударов, как артиллерийская стрельба, через короткие и почти равные промежутки времени – результат падения обломков «средней величины» в зоне разрушения метеорита в земной атмосфере, которая намного плотнее, чем марсианская, поэтому и разлёт обломков метеорита мог происходить во все стороны, на большой площади и на большие расстояния. Этим можно объяснить и 1½ минутный перерыв после «сплошной пальбы» и последние шесть ударов, наподобие «отдалённых пушечных выстрелов», «отчётливо слышных и ощущаемых сотрясением земли».
В 2013 году падение Челябинского метеорита (15 февраля), ответило на много вопросов связанных и с падением Тунгусского метеорита. Практически был получен ответ на вопрос, почему не было найдено вещество (осколки) Тунгусского метеорита. С подачи Леонида Кулика искали только осколки железоникелевого метеорита, причём массой не менее нескольких тонн, хотя уже тогда были предположения, что метеорит мог быть каменным. Первые предположения после взрыва Челябинского метеорита, тоже были, как и предположения о взрыве Тунгусского метеорита, что его вещество полностью сгорело в атмосфере Земли и искать его осколки бесполезно. Местные жители, пока в прессе шли рассуждения о природе и химическом составе Челябинского метеорита, самостоятельно приступили к поиску упавших осколков метеорита. К тому же на снежном покрове искать их было не так уж трудно. После взрыва метеорита его раскалённые осколки, падая, расплавляли снег, и образовавшаяся при этом вода, когда застывала, превращалась в сосульку. Внутри сосулек или на их нижних концах местные жители и находили осколки метеорита. Нужно только было найти отверстие в снежном покрове и аккуратно разгрести вокруг этого отверстия снег. Трудно было понять, почему Академия наук РФ отправила своих представителей из Комитета по метеоритам в места падения его осколков только на третий день после его падения на Землю, когда уже найденные осколки Челябинского метеорита местные жители уже начали продавать всем желающим их приобрести. Константин Коханов в тот год не стал менять своих планов, подняться на максимальное расстояние вверх по реке Южная Чуня, но отказался от подобной же попытки подниматься вверх по реке Северная Чуня. Вместо этого, спустя три месяца после падения и взрыва Челябинского метеорита, он отправился в места, где находили его осколки. Ажиотаж с поисками осколков метеорита в то время закончился, как и значительно поредели ряды желающих купить найденные местными жителями осколки метеорита. Правда, ещё можно было поговорить с очевидцами падения и взрыва Челябинского метеорита, в основном с теми, кто сам полёта и взрыва метеорита не видел, а если видел, то в лучшем случае только оставленный им в небе инверсионный след. Правда, Константину Коханову удалось поговорить с хозяином дома в посёлке «Депутатский» Андреем Бирюковым, шиферную крышу сарая которого пробил осколок Челябинского метеорита и с жителями посёлка «Березняки», кто видел полёт метеорита и собирал его осколки. О своих впечатлениях пребывании в Челябинской области, и предпринятых им поискам его осколков, в том числе и с Андреем Бирюковым, Константин Коханов написал очерк «Челябинский метеорит или что-то иное?»
В Челябинске Константин Коханов купил стоимостью по 250 рублей в одном из магазинов на улице Кирова, две открытки с изображёнными на них осколками Челябинского метеорита. К открыткам степлером были прикреплены полиэтиленовые пакетики с настоящими осколками Челябинского метеорита. Одну из этих открыток, Константин Коханов подарил Борису Михайловичу Молчанову, сразу же после его возвращения в Москву.

16 июня 2014 года Константин Коханов пришёл к Борису Михайловичу специально, чтобы не только поговорить с ним, но и посмотреть его коллекцию монет и памятных медалей, связанных с покорением человечеством космического пространства. Он даже взял с собой фотоаппарат, что сфотографировать наиболее интересные экземпляры его коллекции, но сделав несколько десятков снимков, отложил фотоаппарат в сторону, потому что, то о чём рассказывал при этом Борис Михайлович, было намного интереснее, чем вся его уникальная коллекция.