Размышления Константина Коханова на «Заимке Кулика» в 2008 году, накануне 100-летия падения и взрыва «Тунгусского космического тела (ТКТ)» в 1908 году, о «выбранном», для своего эксперимента Николой Тесла, месте, по каким-то, только ему известным тогда, «точным картам».

Тунгусский метео-орит,
Что этот термин говорит,
Что неизвестна тела этого природа.
Его исчезло вещество,
Лишь есть тридцатое число,
В июне Тыща Девятьсот Восьмого года.

И кроме этого числа,
Молва лишь только чушь несла,
Взошли гипотезы, на том научном вздоре.
Но чья верна? – полвека спор,
Воображения простор
И глупый вид, всегда, в серьёзном разговоре.

В одном из трёх известных мест,
Кулик нанёс на карте крест,
Заимку там себе, как памятник поставил.
Одно из карстовых озёр, он осушил на свой позор,
Но Ванавару, как Венецию, прославил.

В те заповедные места,
Начать, чтоб с чистого листа,
Пойти не каждый, кто захочет, соберётся.
Но про Николу Тесла врать,
Что мог он целый мир взорвать,
С десяток, сразу, «академиков» найдётся.

Сказал когда-то Архимед, -
Дай мне рычаг среди планет,
И шар земной, переверну, одной рукою.
Теперь же Тесла говорят,
Что испытал свой агрегат,
И взрыв, как ядерный, раздался над тайгою.

И нет проблемы никакой,
Нарушил кто, тайги покой,
Отбросил Тесла от планеты «Астероид».
Потом сломал свой агрегат,
Теперь он там же говорят,
Где также Гарина, хранят, «Гиперболоид».

Тунгусский метео-орит,
Что этот термин говорит,
Что неизвестна тела этого природа.
Его исчезло вещество,
Лишь есть тридцатое число,
В июне, Тыща Девятьсот Восьмого года.

Заимка Кулика, 2008 год

Авторское исполнение песни в 2009 году

ПРОСЛУШАТЬ:23.10.2024.22-05.Тунгусский метео-орит, что этот термин говорит

Для справки:Константин Коханов организатор 22-х рекогносцировочных экспедиций в Красноярском крае, а также в Иркутской и Челябинской областях, связанных с поиском вероятных мест падения осколков Тунгусского и Челябинского метеоритов в 1970-2017 годах.

Кстати несколько замечаний о причастности Николы Теслы к «Проблеме Тунгусского Метеорита»:

1. Самое интересное, что нашлись господа, которые считают, что взрыв Тунгусского метеорита связан с опытами Николы Теслы, который специально для этого умудрился где-то приобрести точные карты сибирских губерний, которых не было, даже спустя двадцать лет после падения Тунгусского метеорита.

2. Можно даже гипотетически допустить, что Тесла имел отношение к мощному взрыву, которой произошёл в районе реки Подкаменная Тунгуска в 1908 году, поскольку на месте взрыва не нашли ни метеорита, ни кратера, и поверить слухам, пущенным в обиход Андрием Пухаричем и подхваченных Тедом Уайзом в его романе о том, что он действительно мог использовать башню в Уорденклиффе для создания мощного электрического заряда. Но, когда господа учёные и писатели выдвигали эту гипотезу, то хотя бы могли поинтересоваться, насколько она правдоподобна, потому что башня Николы Теслы не функционировала с 1903 года.

3. Правда такие мелочи, совсем не интересует, некоторых академиков из РАЕН, ничем не прославившихся, кроме популяризации всякой околонаучной галиматьи.

Редактирование фото-видео материалов, без правки ранее опубликованного текста песни, 22 октября 2024 года

Тунгусский «метео-орит», что этот термин говорит, -
Что неизвестна тела этого природа.
Его исчезло вещество, лишь есть тридцатое число,
В июне тыща девятьсот восьмого года.

И кроме этого числа, молва лишь только чушь несла,
Взошли гипотезы на том научном вздоре,
Но чья верна? – полвека спор, воображения простор
И глупый вид всегда в серьёзном разговоре.

В одном из трёх известных мест, Кулик нанёс на карте крест,
Заимку там себе, как памятник поставил.
Одно из карстовых озёр, он осушил на свой позор,
Но Ванавару, как Венецию, прославил.

В те заповедные места, начать, чтоб с чистого листа,
Пойти не каждый, кто захочет, соберётся,
Но про Николу Тесла врать, что мог он целый мир взорвать,
С десяток сразу академиков найдётся.

Сказал когда-то Архимед, – дай мне рычаг среди планет,
И шар земной переверну, одной рукою.
Теперь же Тесла говорят, что испытал свой агрегат,
И взрыв, как ядерный, раздался над тайгою.

И нет проблемы никакой, нарушил кто, тайги покой,
Отбросил Тесла от планеты астероид.
Потом сломал свой агрегат, теперь он там же говорят,
Где также Гарина, хранят гиперболоид.

Тунгусский «метео-орит», что этот термин говорит, -
Что неизвестна, тела этого, природа.
Его исчезло вещество, лишь есть тридцатое число,
В июне тыща девятьсот восьмого года.

Заимка Кулика, 2008

Константин Коханов: Если отказаться от «священной коровы», привязки куликовского радиального вывала тайги к падению или взрыву Тунгусского метеорита, и рассчитать траекторию его полёта исключительно по заслуживающим доверия показаниям очевидцев, то и вероятность нахождения его крупных осколков, не только возрастёт, но и станет реальным делом.

Знакомясь с рассказами «ванаварских» очевидцев, просто удивляешься, как их наблюдения можно было связать с полётом «Тунгусского метеорита». Всё в их рассказах больше напоминало впечатления от пережитой ими «страшной бури» и прохождения над ними или рядом с ними одного или нескольких смерчей. Иван Аксёнов, первоначально в своих показаниях Виктору Коненкину говорил, что вдруг, над его головой, небо стало красным, потом какая-то сила отбросила от него лося, и стало темно.

Когда он очнулся, валились или уже были повалены деревья, собаки не было. И вот тогда Аксёнов увидел летящего к нему или на него «дьявола», «длинного, как таймень, серого с круглыми, как окошки, глазами». Аксёнов от страха упал на землю, лицом вниз, стал молиться, и только это считает он, тогда его и спасло.
«Дьявол» покружился над ним и улетел.

Если бы все эти показания «ванаварских» очевидцев, прочитал бы в какой-нибудь летописи любой метеоролог, он, не раздумывая, мог бы сразу сказать, что это был обыкновенный смерч и вызванная им сильная буря.

При этом за основу для составления (графического изображения) новых схематических карт, возможных траекторий полёта Тунгусского метеорита, можно взять, схематическую карту А. В. Вознесенского, опубликованную Е. Л. Криновым в его монографии «Тунгусский метеорит» на стр.20, но только без заштрихованной местности, вероятного падения метеорита.

Для справки: Константин Коханов с 1970 по 2017 год совершил 20 рекогносцировочных экспедиций с целью поиска вероятного падения Тунгусского метеорита и две экспедиции в Челябинскую область в 2013 и 2016 году для изучения последствий падения Челябинского метеорита с целью определения насколько были достоверны показания очевидцев, через три месяца после падения метеорита и через три года.

В результате двух рекогносцировочных экспедиций в Челябинскую область Константином Кохановым были найдены убедительные доказательства, на основании опубликованной в газете «Саткинский рабочий» фотографии полёта Челябинского метеорита над городом Саткой, что село Кежма в Красноярском крае также находилось под траекторией полёта Тунгусского метеорита.

30 июня 2024 года

Падение на Землю крупного метеорита, событие довольно редкое и никогда не обходится без пристального внимания не столько учёных, сколько падкой на сенсации прессы и с больным воображением граждан, которые подобные события всегда связывают с грозными предзнаменованиями Страшного Суда.

Но ввиду малонаселённости территории Восточной Сибири сам полёт Тунгусского метеорита мало кто непосредственно видел, связанные с его полётом звуковые явления, отметило больше людей, но само его падение или заключительный воздушный взрыв, не видел никто.

По сути, в 1908 году, дальше описания и обсуждения этого события в местной прессе, о нём в России больше нигде не сообщалось, так что даже в Енисейской губернии, о нём вскоре уже никто не вспоминал.

А начало изучения падения Тунгусского метеорита, началось с простого листочка отрывного календаря, с небольшой заметки на его обратной стороне:

«Перед отъездом Леонида Кулика в метеоритную экспедицию в сентябре 1921 года, редактор журнала «Мироведение» Д. О. Святский, передал Кулику листок отрывного календаря Отто Кирхнера за 1910 год. На обороте листка сообщалось о падении 17(30) июня 1908 года близ города Канска, около разъезда Филимоново, гигантского метеорита, которое наблюдали пассажиры проходящего поезда».

1.

Единственное, что тогда Леонид Кулик выяснил, что этот метеорит падал, но не у разъезда Филимоново, а значительно дальше от этого места, но никто не знал, где точно, и последним местом, где полёт Тунгусского метеорита действительно наблюдался, было ангарское село Кежма.

К тому же эти наблюдения были действительно достоверно датированы, два из них 1908 годом (в рапорте уездного исправника Солонины Енисейскому губернатору и в статье газеты «Красноярец»), а также подтверждались в письме самого очевидца, опубликованном в журнале «Мироведение» в 1941 году.

В архивах А. В. Вознесенского, директора Иркутской обсерватории, сохранилась копия рапорта Енисейского уездного исправника:

«Господину Енисейскому Губернатору. От 19 июня 1908г. за №2979. 17-го минувшего июня, в 7 часов утра над селом Кежемским (На Ангаре) с юга по направлению к северу, при ясной погоде, высоко в небесном пространстве пролетел громадных размеров аэролит, который разрядившись, произвел ряд звуков, подобных выстрелам из орудий, а затем исчез. Об этом доношу Вашему Превосходительству. Уездный исправник Солонина. Верно: Делопроизводитель (подпись)».

Что конкретно было указано в рапорте енисейского исправника:

Дата, время суток, погода, высота полёта метеорита, его размер, который произвёл ряд звуков, подобных выстрелам из орудий и потом просто исчез.

Копия этого рапорта делопроизводителем губернатора была направлена Красноярскому подотделу Восточно-Сибирского отделения Русского географического общества для сведения.Оттуда она была переслана в Иркутскую обсерваторию, а последней…, вместе с другими наблюдениями была передана, после обработки, в Метеоритный отдел Академии Наук
(Е. Л. Кринов «Тунгусский метеорит», М.Л., 1949, стр.51).

Дополняет это сообщение, опубликованная в газете «Красноярец» в №153 от 13 июля 1908 года, в разделе «По губернии» (стр.1-2) статья собственного корреспондента П-хова:

«С. Кежемское. 17-го, в здешнем районе замечено было необычайное атмосферическое явление. В 7 час. 43 мин. утра пронесся шум как бы от сильного ветра. Непосредственно за этим раздался страшный удар, сопровождаемый подземным толчком, от которого буквально сотряслись здания, причем получилось впечатление, как будто бы по зданию был сделан
сильный удар каким-нибудь огромным- бревном или тяжелым камнем.

За первым ударом последовал второй, такой же силы и третий. Затем – промежуток времени между первым и третьим ударами сопровождался необыкновенным подземным гулом, похожим на звук от рельс, по которым будто бы проходил единовременно десяток поездов.

А потом в течение 5-6 минут происходила точь-в-точь артиллерийская стрельба: последовало около 50-60 ударов через короткие и почти одинаковые промежутки времени. Постепенно удары становились к концу слабее.

Через 1,5-2-минутный перерыв после окончания сплошной «пальбы» раздалось еще один за другим шесть ударов наподобие отдаленных пушечных выстрелов, но все же отчетливо слышных и ощущаемых сотрясением земли.

Небо на первый взгляд было совершенно чисто. Ни ветра, ни облаков не было. Но при внимательном наблюдении, на севере, т.е. там, где, казалось, раздавались удары, – на горизонте ясно замечалось нечто, похожее, на облако пепельного вида, которое, постепенно уменьшаясь, делалось более прозрачным и к 2 – 3 часам дня совершенно исчезло.

Это же явление, по полученным сведениям, наблюдалось и в окрестных селениях Ангары на расстоянии 300 верст (вниз и вверх) с одинаковой силой. Были случаи, что от сотрясения домов разбивались стекла в створчатых рамах. Насколько были сильны первые удары, можно судить по тому, что в некоторых случаях падали с ног лошади и люди.

Как рассказывают очевидцы, перед тем как начали раздаваться первые удары, небо прорезало с юга на север со склонностью к северо-востоку какое-то небесное тело огненного вида, но за быстротою (а главное – неожиданностью) полета ни величину, ни форму его усмотреть не могли.

Но зато многие в разных селениях отлично видели, что с прикосновением летевшего предмета к горизонту, в том месте, где впоследствии было замечено указываемое выше, своеобразное облако, но гораздо ниже расположения последнего – на уровне лесных вершин как бы вспыхнуло огромное пламя, раздвоившее собою небо.

Сияние было так сильно, что отражалось в комнатах, окна которых обращены к северу, что и наблюдали, между прочим, сторожа волостного правления. Сияние продолжалось, по-видимому, не менее минуты, так как его заметили многие бывшие на пашнях крестьяне. Как только «пламя» исчезло, сейчас же раздались удары.

При зловещей тишине в воздухе чувствовалось, что в природе происходит какое-то необычайное явление. На расположенном против села острове лошади и коровы начали кричать и бегать из края в край.

Получилось впечатление, что вот-вот земля разверзнется и все провалится в бездну. Раздавались откуда-то страшные удары, сотрясая воздух, и невидимость источника внушала какой-то суеверный страх. Буквально брала оторопь. Не обошлось и без курьёзов.

Два крестьянина были на мельнице в 22 верстах от села и в момент первого удара несли мешки с мукою и оба упали. Когда же поднялись и, охая и ахая, прослушали всю «канонаду», то решили, что «Кежму разбил японец».

«Ну, пойдём, паря по «матёрой» (противоположный берег реки от села) и «буче» (если) встретим, как японец на пароходе побежит, то убежим в лес, а не встретим – то с «матёрой» поглядим: «буче» церква цела, то пойдём в деревню, а развончана – так воротимся и упловём на заимку», – так докладывал один из крестьян.

А вот второй случай: крестьянин сидит в избе и со страхом слушает неведомые ему звуки («то ли гром, то ли стреляют»). Выбежал из соседней избы брат и кричит в окно сидевшему: «Ванька, что сидишь?! Слышишь, что японцы деревню разбивают!» Сидевший вскакивает и начинает метаться по избе, как ужаленный, а затем кричит бабе: «лезь в подполье, там, где-то есть десятка» – а то достанется японцам».

Вообще везде при первых ударах вспомнился всем японец: очевидно, дорого он достался матушке Руси и Сибири – в особенности».

В заключении, напуганные старушки обошли село, собрали «малую толику» и попросили батюшку отслужить молебен».

Е. Л. Кринов в своей монографии «Тунгусский метеорит» (М-Л., 1949, стр.9-11) опускает, как не заслуживающие внимания, рассказы крестьян, хотя в них содержится не менее важная информация, чем та, с которой он посчитал нужном, поделиться с читателями:

Что-что, а крестьяне слышали артиллерийские выстрелы, и перепутать их просто с какими-то сильными ударами или обычным землетрясением никак не могли. Выражение «то ли гром, то ли стреляют» и когда несли мешки с мукой и оба «при первом ударе упали», не следует воспринимать, что от страха, а отнести к резкому содроганию после «взрыва» земли.

Статья Т. Н. Науменко «Наблюдение полёта Тунгусского метеорита», опубликованная в журнале «Метеоритика» (1941, выпуск 2, стр.119-120):

«29 мая 1907 г. В г. Чернигове выездной сессией киевской судебной палаты автор был приговорён к бессрочной ссылке в Сибирь за участие в революционном движении 1905-1906 гг., и 24 января 1908 г. Прибыл в село Кежму на Ангаре, бывш. Енисейской губ. (ныне Красноярского края).

В том же 1908 г. В Кежме сельское общество начало строить хлебозапасный магазин; автор и ещё один товарищ по ссылке, Франц Грабовский, нанялись на эту работу в помощь плотникам.

Так как по-настоящему плотничьей работы мы ещё не знали, то нам давали, главным образом, строгать доски и пр.

И вот, автор точно не помнит, 17 или 18 июня 1908 г., около 8 час. утра (Примечание редактора: удар метеорита наблюдался 17 июня [ст. ст.] 1908 г., около 7 час. утра), – он с тов. Грабовским строгал «двуручником» доски; день был на редкость солнечный, ясный, настолько ясный, что мы не заметили ни одного облачка на горизонте, ветер не шевелился, была полнейшая тишина.

Наложили мы с тов. Грабовским штук десять досок одна на другую и, севши на них верхом (автор сидел спиной к Ангаре, к югу, а Грабовский – лицом к нему), строгаем себе и снимаем доски одну за другой. И вот, около 8 часов утра (смотри выше примечание редактора) [солнце поднялось уже довольно высоко в направлении на юго-восток от нас], вдруг послышался отдаленнейший, еле слышный звук грома; это заставило нас невольно оглянуться во все стороны; звук послышался, как будто из-за р. Ангары, так что автору пришлось круто развернуться в эту сторону, но так как до самого горизонта на небе нигде не было видно ни одной тучки, то мы полагая, что гроза где-то ещё далеко, снова принялись строгать доски; но звук грома начал так быстро усиливаться, что мы не успели строгнуть больше трёх, возможно четырёх, раз, – пришлось бросить свой рубанок и встать с досок.

Так как звук грома нам казался уже чем-то необыкновенным, поскольку никаких туч на горизонте не было видно; при этом в тот момент, когда автор под быстро усиливающийся звук грома поднимался с досок, раздался первый, сравнительно небольшой удар; это заставило быстро повернуться полуоборотом направо, т. е. к юго-востоку и поднять глаза несколько вверх в направлении послышавшегося удара грома, на солнце; это несколько мешало наблюдать явление, ставшее видимым для глаза уже тотчас же после первого удара грома, а именно: когда автор повернулся в направлении удара, он увидел, что лучи солнца, пересекались широкой огненно-белой полосой с правой стороны лучей; с левой же, по направлению к северу (или, если взять от Ангары, – за Кежемское поле), в тайгу летела неправильной формы ещё более огненно-белая (бледнее солнца, но почти одинаковая с лучами солнца) несколько продолговатая масса в виде облачка («комка»), диаметром гораздо больше луны и без правильных очертаний краев.

При этом следует сказать, что после первого несильного удара, примерно через две-три секунды, а то и больше (часов у нас не было, но интервал был порядочный), раздался второй, довольно сильный удар грома; если сравнивать его с ударом грома, то это был самый сильный, какие бывают во время грозы.

После второго удара «комка» уже не стало видно, но хвост, вернее полоска, уже вся очутилась с левой стороны лучей солнца, перерезав их, и стала во много раз шире, чем была с правой стороны от него; и тут же через более короткий промежуток времени, чем было между первым и вторым ударами, последовал третий удар грома, и такой сильный (как будто бы еще с несколькими, внутри него слившимися ударами, даже с треском), что вся земля задрожала и по тайге разнеслось такое эхо (какой-то оглушительный сплошной гул), что казалось, что гул охватил всю тайгу необъятной Сибири.

Нужно отметить, что плотники, работавшие на постройке указанного амбара, после первого и второго ударов в полном недоумении крестились; их было человек шесть-семь, все – местные крестьяне (почти уже все тогда стариками были); а когда раздался третий удар, так плотники попадали с постройки на щепки навзничь (было невысоко, метра полтора) и некоторые были так ошеломлены и совсем перепуганы, что автору вместе с Грабовским приходилось приводить их в чувство и успокаивать, говоря, что всё уже прошло; а они ожидали ещё продолжения и говорили, что вот уже наверное пришёл конец свету и будет «страшный суд» и т. д. Наших успокоений они и слушать не хотели – побросали работу; мы, нужно признаться, были тоже в полном недоумении и вместе с ними пошли в село (это было за селом, на отлёте, около полукилометра); в селе ещё было около 30 политических ссыльных; среди них были люди с высшим образованием; поэтому мы считали, что от них мы получим исчерпывающее объяснение данного явления.

Когда мы пришли в село, то увидели на улицах целые толпы местных жителей, с ужасом говоривших об этом явлении, а также – и наших товарищей ссыльных; последние в момент полёта метеорита находились в помещениях, а некоторые даже ещё спали, и их разбудили эти необыкновенной силы удары грома, от которых звенели стекла, а в некоторых домах даже треснули печки и попадала с полок кухонная посуда.

Наши товарищи в своих объяснениях строили предположение о падении на землю редкого и необыкновенного по величине метеорита; они определяли эту величину по необыкновенной силе ударов грома, ибо обычно, особенно, при наблюдении таких полётов вечером или ночью, нам виден только огненный блеск головки и довольно длинного от неё, сравнительно узкого хвоста, в данном случае хвост был, по сравнению с обычной шириной, чрезмерно широким. И благодаря такой ширине, он казался значительно короче, чем это приходилось нам видеть в ночное время; а возможно – это объясняется ярким солнечным светом того дня и моментом самого полёта, что и укорачивало отсвечивание позади хвоста метеорита».

Нужно также отметить, что село Кежма было большим, с населением больше 1000 человек, хотя точное количество, сколько в 1908 году проживало там человек, Константину Коханову установить не удалось, но во всяком случае, в другие годы кое-какие данные, оказались в наличии и некоторые даже ему удалось перепроверить по ссылкам и дополнить:

Численность населения села Кежма (Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, СПб, 1895, том 28, стр.891): При устье реки, на правом берегу р. Верхней Тунгуски, расположено по обеим сторонам р. К. (реки Кежма) село Кежемское с 175 домами и 900 жителями, сельская школа, запасный хлебный магазин.
Всесоюзная перепись населения 1939 года: в Кежме проживало 2921 человек.
По другим источникам без достоверных ссылок на документы (Википедия): В 1878 году в Кежме был 151 двор, православная церковь, часовня, волостное правление, хлебозавод-магазин, две лавки, пороховой подвал, анатомическая изба, два оптовых винных склада, путейный дом. К 1884 году в Кежме уже было 1119 жителей, из них 55 грамотных.

Последним местом, где наблюдались сильные звуковые удары, а также тряслась земля и была отмечена яркая вспышка на северной стороне неба, связанным с полётом Тунгусского метеорита, без наблюдения самого его полёта, была фактория Ванавара.

Ванавара в 1908 году:

«…В 1899 году купцы («тунгусники») ангарских деревень Аксёново, Мозговая и других провели вторую дорогу на Подкаменную от Мозговой к устью реки Тэтэрэ, где Харлампиевы (Сизых) из деревни Селенгино основали факторию Тетеря.

В начале ХХ века фактория Тетеря состояла из двух практически одинакового типа изб, одна из которых принадлежала Ивану Харлампиевичу Сизых, а вторая – компаньонам И.В. Колмакову и Семёну Ивановичу Привалихину.

Мозговские и, главным образом, кежемские («тунгусники») Привалихин, Косолапов и другие в 1899 году спустились по реке Подкаменной на 23-25 вёрст и с версту ниже устья реки Ванаварки основали факторию Ванавара – «в 23 приблизительно верстах вниз по течению от Тетери и, стало быть, в 183 верстах от деревни Верхне-Кежемской, откуда в скором времени стали наезжать туда жители этой деревни Капит. Анд. Брюханов, Павел Андр. Брюханов, Роман (?) Бор. Семёнов и два-три других».

В 1907-1909 годах на р. Подкаменную Тунгуску был командирован податный инспектор 1 участка Енисейского уезда Иван Покровский, который застал на фактории Ванавара (Анавар, Анаварь, Вано-вара, Ванавары) уже 7 избушек.

Они принадлежали: «две – Ром. (?) Борис. Семёнову, по одной – Павлу Андр. Брюханову, Пав. Еф. Косолапову, Еф. Еф. Косолапову, Афиногену Ив. Кокорину и Ив. Акинф. Шарыпову…».

Источник: Т.А. Власенко «История появления первых поселений на реке Подкаменная Тунгуска» (имена и отчества местных жителей нуждаются в проверке – Коханов К.П.) (http://site.krasarh.ru/articles/stati_arhivistov/451)

Участник экспедиции Леонида Кулика в 1929-1930 годах Е. Л. Кринов, автор монографии «Тунгусский метеорит» (М.-Л., 1949) решил рассматривать, в отличии от Константина Коханова, траекторию полёта Тунгусского метеорита, от места его падения, как уже о точно установленном им месте, только, в отличии от Леонида Кулика, в другом болоте:

«…Наиболее удалённым пунктом, где отмечены звуковые явления, сравнимые со стрельбой из пушек, является Ачаевский улус, расположенный на расстоянии около 1200 км от места падения метеорита. Крайним пунктом, где были отмечены световые явления, является Знаменское б. Иркутской губернии, расположенное на расстоянии около 710 км от места падения метеорита к юго-юго-востоку.

Перейдём к детальному критическому рассмотрению отдельных, наиболее интересных, сообщений очевидцев падения, главным образом тех, в которых отмечены световые явления. Многие из описаний настолько интересны для характеристики масштабов явления, что мы приводим их здесь полностью. В противоположность предыдущему целесообразнее рассмотреть описания в обратном направлении, а именно – следуя по пунктам наблюдений в направлении от места падения метеорита.

Ближайшим пунктом наблюдения, не считая кочевий эвенков, является фактория Ванавара. Здесь падение метеорита из опрошенных очевидцев наблюдали трое. Наиболее важные сведения дал С. Б. Семенов. Его опрашивал Кулик в 1927 г., и автор (Кринов) – в 1930 г. Здесь мы приводим показания, полученные автором (Криновым), которые, впрочем, ничем существенно не отличаются от предыдущих его показаний.

Семёнов рассказал следующее:

С. Б. Семенов: «Точно год не помню, но больше двадцати лет назад, во время пахоты паров, в завтрак я сидел на крыльце дома на фактории Ванаваре и лицом был обращен на север. Только я замахнулся топором, чтобы набить обруч на кадушку, как вдруг на севере, над тунгусской дорогой Василия Ильича Онкоуль (зимняя дорога Метеоритной экспедиции, – Е. Кринов) небо раздвоилось и в нём широко и высоко над лесом (как показывал Семёнов, на высоте около 50°, – отмечает Е. Кринов) появился огонь, который охватил всю северную часть неба. В этот момент мне стало так горячо, что словно на мне загорелась рубашка, причем жар шёл с северной стороны. Я хотел разорвать и сбросить с себя рубашку, но в этот момент небо захлопнулось и раздался сильный удар. Меня же сбросило с крыльца сажени на три. В первый момент я лишился чувств, но выбежавшая из избы моя жена ввела меня в избу. После же удара пошел такой стук, словно с неба падали камни или стреляли из пушек, земля дрожала, и когда я лежал на земле, то прижимал голову, опасаясь, чтобы камни не проломили голову. В тот момент, когда раскрылось небо, с севера пронесся мимо изб горячий ветер, как из пушки, который оставил на земле следы в виде дорожек и повредил росший лук. Потом оказалось, что многие стёкла в окнах были выбиты, а у амбара переломило железную накладку для замка у двери. В тот момент, когда появился огонь, я увидел, что работавший около окна избы II. П. Косолапов присел к земле, схватился обеими руками за голову и убежал в избу.

Дочь Семенова, А. С. Косолапова, опрошенная автором (Криновым) в 1930 г., уже в возрасте 41 года, сообщила следующее:

А. С. Косолапова: «Мне было 19 лет, и во время падения метеорита я была на фактории Ванаваре. Мы с Марфой Брюхановой пришли на ключ (за баней фактории) по воду. Марфа стала черпать воду, а я стояла подле нее, лицом к северу. Вдруг я увидела перед собой на севере, что небо раскрылось до самой земли и пыхнул огонь. Мы испугались, но небо снова закрылось и вслед за этим раздались удары, похожие на выстрелы. Мы подумали, что с неба надают камни и в испуге бросились бежать, оставив у ключа свой ушат. Я бежала, пригнувшись и прикрыв голову, боясь, как бы на голову не упали камни. Марфа бежала позади меня. Подбежав к дому, мы увидели моего отца, С. Б. Семенова, лежавшего у амбара 6eз чувств напротив крыльца дома. Марфа и я ввели его в избу. Было ли во время появления огня жарко, я не помню. В то время мы сильно испугались. Огонь был ярче солнца. Во время звуков земля и избы сильно дрожали, а в избах с потолков сыпалась земля. Звуки сначала были очень сильные и слышались прямо над головой, а потом постепенно стали все тише и тише».

Упоминавшийся Семеновым третий очевидец с Ванавары, П. П. Косолапов, опрошенный Л. А. Куликом в 1927 г. [12], сообщил следующее:

П. П. Косолапов: «В июне 1908 г., часов в 8 утра я собирался на фактории Ванаваре на сенокос и мне понадобился гвоздь. Не найдя его в избе, я вышел во двор и стал вытаскивать гвоздь щипцами из наличника окна. Вдруг мне что-то как бы сильно обожгло уши. Схватившись за них и думая, что горит крыша, я поднял голову и спросил сидевшего у своего дома на крыльце С. Б. Семенова: «Вы что, видели что-нибудь?» – «Как не видать, отвечал тот, мне тоже показалось, что меня как бы жаром охватило. После этого я сразу же пошел в избу, но только что я вошел в неё и хотел сесть на пол за работу, как раздался удар, посыпалась с потолка земля, вылетела из русской печи на стоявшую против печи кровать заслонка от печи и было вышиблено в избу одно стекло из окна. После этого раздался звук, наподобие раскатов грома, удалявшихся к северу. Когда стало потом потише, то я выскочил на двор, но больше ничего уже не заметил».

Теперь рассмотрим показания очевидцев С. Б. Семенова и П. П. Косолапова, которые приводит Л. А. Кулик в статье «К вопросу о месте падения тунгусского метеорита 1908 года» (Доклады Академии Наук СССР 1927, №23, стр.399-402):

«…К изложенному необходимо добавить, что продолженный мною сбор показаний местных очевидцев падения дал ряд интересных сведений, из которых привожу следующие.

Крестьянин С. Б. Семёнов сообщил мне в письменной форме:

«Дело было в 1908 г. в июне месяце, часов в 8 утра; я в это время жил на Подкаменной Тунгуске, на фактории Ановара (Вановара – Л.К.) и занимался работой у своей избы. Сидел на крыльце по направлению лицом на север и в это время на северо-западе образовалось, в момент, огненное воспламенение, от которого получился такой жар, что невозможно было сидеть, – чуть-чуть не загорелась на мне рубашка. И такое раскаленное чудо, я заметил, что оно занимало пространство не менее 2-х верст. Но зато такое воспламенение существовало очень мало; я успел только кинуть глаза и посмотреть, в каком размере, и моментально закрылось… После сего закрытия сделалось темно, и в то же время получился взрыв, которым меня бросило с крыльца так, приблизительно, на сажень или больше, но я остался без сознания не очень большое время, я пришел в себя и такой получается звук, что все дома тряслись и как будто двигались с места. Ломало стекла и рамы в домах и посредине площади у изб вырвало полосу земли и в то же время у амбара на двери переломило так называемую железную спицу, а замок уцелел».

Другой крестьянин, П. П. Косолапов, лично рассказал мне 30 марта 1927 г., что в июне 1908 г., часов в 8 утра, он собирался на той же фактории на сенокос («покос»); ему понадобился гвоздь; не найдя его в комнатах, он вышел во двор и стал вытаскивать щипцами гвоздь из наличника окна:

Вдруг ему что-то как бы сильно обожгло уши. Схватившись за них и думая, что горит крыша, он поднял голову и спросил сидящего у своего дома на крылечке С. Б. Семенова: «Вы что, видели что-нибудь?» – «Как не видать», отвечал тот, «мне тоже показалось, что меня как бы жаром охватило». П. П. Косолапов тут же пошел в дом, но только что вошел в комнату и хотел сесть на пол к работе, как раздался удар, посыпалась с потолка земля, вылетела из русской печи на стоящую против печи койку заслонка от печи и было вышиблено в комнату одно стекло из окна. После этого раздался звук наподобие раскатов грома, удаляющихся к северу. Когда стало потом потише, то П. П. Косолапов выскочил на двор, но больше ничего уже не заметил.

Если заглянуть в «ПОКАЗАНИЯ ОЧЕВИДЦЕВ ТУНГУССКОГО ПАДЕНИЯ» (ВАСИЛЬЕВ Н. В., КОВАЛЕВСКИЙ А. Ф., РАЗИН С. А., ЭПИКТЕТОВА Л. Е., ТОМСК – 1981), то о показаниях С. Б. Семёнова там написано следующее:

Очень важны показания крестьянина. С.Б. Семенова, которые сообщил Л. А. Кулику брат (?) С. Б. Семенова, Афанасий Семёнов. В своём письме Л.А. Кулику в Ванавару от 26 марта 1927 года он писал:

«Спешу сообщить Вам показания Семёна Борисовича. Дело было в 1908 году в июне месяце, часов в 8 утра, я в это время жил на Подкаменной Тунгуске, на фактории Ановара и занимался работой у своей избы. Сидел на крыльце по направлению лицом на север и в это время на северо-западе образовалось, в момент, огненное воспламенение, от которого получился такой жар, что невозможно было сидеть, чуть-чуть не загорелась на мне рубашка. И такое раскаленное чудо, я заметил, что оно занимало пространство не менее 2-х верст. Но зато таковое воспламенение существовало очень мало; я успел только кинуть глаза и посмотреть, в каком размере, и моментально закрылось. После сего закрытия сделалось темно, и в тоже время получился взрыв, которым меня бросило с крыльца, так, приблизительно, на сажень или больше, но я остался без сознания не очень большое время, я пришел в себя и такой получается звук, что все дома тряслись и как будто двигались с места. Ломало стекла в домах и посередине площади у изб вырвало полосу земли и в то же время у амбара на двери переломило так называемую железную сницу, а замок уцелел». /Архив КМЕТ, р. 43/.

Как мы видим показания очевидцев падения Тунгусского метеорита в 1908 году в Ванаваре опубликованы в трёх источниках: на них ссылается Л. А. Кулик в своей статье в 1927 году, их приводит в своей монографии Е. Л. Кринов в 1949 году, и они перечислены в Томском сборнике показаний очевидцев в 1981 году.

Интересны эти показания не тем, что они совпадают в главном, а в том, что, когда они брались повторно Е. Л. Криновым, они существенно отличались в «мелочах».

В своих статьях (очерках) к 110-ти и 111-ти годам падения Тунгусского метеорита, Константин Коханов, если и рассматривал показания вышеприведённых очевидцев, то только совместно с показаниями эвенков, которые в 1908 году, якобы на реке Чамбе «пострадали» от вызванной падением Тунгусского метеорита бури. При этом им были приведены достаточно убедительные доказательства того, что эта «буря» никакого отношения к Тунгусскому метеориту не имела и, вообще, могла быть даже не в 1908 году, как и обнаруженный Леонидом Куликом ветровал в ста километрах северо-западнее Ванавары.

И главное у него не возникает никаких сомнений в том, что чум с Акулиной был поднят вверх смерчем, который пролетел, даже покружился, над эвенком Иваном Ивановичем Аксёновым, «и посмотрел на него», пролетая над Чамбой, с севера на юг, в противоположным от полёта метеорита направлении. И то, что Аксёнов видел именно «Чёрта» (или «Дьявола»), он отметил в первых своих показаниях, но при последующих, неоднократных, бестактных, издевательских опросах, больше о Чёрте не упоминал, а потом, вообще, стал уклоняться от контактов с томскими исследователями проблемы Тунгусского метеорита.

В 1972 году Константин Коханов узнал при разговоре с руководителем КСЭ Николаем Васильевым, что Аксёнов находится в больнице и только от одной русской речи его самочувствие резко ухудшается. Ему хотелось сказать будущему академику, – «ну, вот довели человека своими опросами до больницы», – но он тогда всё-таки промолчал.

На что следует обратить внимание при опросах ванаварских очевидцев Леонидом Куликом, так на указанное направление, где они видели вспышку от «взрыва» метеорита: Семён Семёнов в письме к Кулику якобы, с его слов, указывает, что наблюдал вспышку на севере-западе, там, где Куликом был обнаружен «радиальный» вывал тайги.

Дословно те же показания, повторяются в «Томском сборнике показаний очевидцев падения Тунгусского метеорита». Единственно, там уточняется, что письмо написал не сам Семён Семёнов, а его брат (?) Афанасий Семёнов (всё то, что ему было Семёном рассказано) и главное, что «дело было в 1908 году в июне месяце, часов в 8 утра». Тут следует обратить внимание, что год и месяц падения Тунгусского метеорита указан точно, в отличии от опроса Семёна Семёнова, который сделал, спустя три года Евгений Кринов: «Точно год не помню, но больше двадцати лет назад…».

К тому же он ещё ТРИЖДЫ сказал (повторил) в каком направлении появился огонь:

«…Только я замахнулся топором, чтобы набить обруч на кадушку, как вдруг на севере (1), над тунгусской дорогой Василия Ильича Онкоуль (зимняя дорога Метеоритной экспедиции, – Е. Кринов) небо раздвоилось и в нём широко и высоко над лесом (как показывал Семёнов, на высоте около 50°, – отмечает Е. Кринов) появился огонь, который охватил всю северную часть неба (2). В этот момент мне стало так горячо, что словно на мне загорелась рубашка, причем жар шёл с северной стороны (3).

Очевидца П. П. Косолапова Е. Л. Кринов не «перерасспрашивал», (приводит результаты его опроса, сделанные Леонидом Куликом, но зато он опросил дочь Семёна Семёнова А. С. Косолапову, которая ДВАЖДЫ указала в каком направлении «пыхнул огонь»:

«…Мы с Марфой Брюхановой пришли на ключ (за баней фактории) по воду. Марфа стала черпать воду, а я стояла подле нее, лицом к северу (1). Вдруг я увидела перед собой на севере (2), что небо раскрылось до самой земли и пыхнул огонь…».

Может показаться странным, по каким причинам Е. Л. Кринов не стал снова расспрашивать П. П. Косолапова, но легко догадаться, что указанное им направление раскатов грома, удалявшихся к СЕВЕРУ, не противоречило, сделанным Е. Л. Кринову показаниям, Семёна Семёнова и его дочери А. С. Косолаповой:

«…После этого (как только П. П. Косолапову обожгло уши и разговора с Семёном Семёновым) я сразу же пошёл в избу, но только что я вошел в неё и хотел сесть на пол за работу, как раздался удар, посыпалась с потолка земля, вылетела из русской печи на стоявшую против печи кровать заслонка от печи и было вышиблено в избу одно стекло из окна. После этого раздался звук, наподобие раскатов грома, удалявшихся к северу. Когда стало потом потише, то я выскочил на двор, но больше ничего уже не заметил».

Скорее всего Леонид Кулик сознательно внёс исправления в полученные им показания ванаварских очевидцев Семёна Семёнова и П. П. Косолапова в части направления звуковых и световых явлений, связанных с полётом Тунгусского метеорита и воздействия на местность и домашние предметы его сверхзвуковой волны, для «убедительного доказательства», что обнаруженный им «радиальный ветровал» на севере-западе от Ванавары, имеет прямое отношение к падению там Тунгусского метеорита.

Константин Коханов на сто процентов уверен, если при воздействии ударной волны из печи вылетела заслонка на кровать, то одно из стёкол окна вылетело не в избу, а наружу.

Тунгусский метеорит, судя даже по рассказам очевидцев, которые сначала видели полёт Тунгусского метеорита, а только за ним следом слышали издававшиеся им звуки или взрывы с сотрясением земли, летел с гиперзвуковой скоростью, дробясь в нижних слоях атмосферы, сначала на крупные части, потом на более мелкие, которые перед падением на землю всё равно могли сохранять сверхзвуковую скорость. Отсюда и рассказы очевидцев, что полёт Тунгусского метеорита сопровождался огненными вспышками, ярче солнца, тремя сильными взрывами, десятками пушечных выстрелов и длительной пулемётной стрельбой.

2.

Комментарий Константина Коханова к коллажу о гиперзвуковой и сверхзвуковой скорости падающих на землю болидов:

Торможение летящего на гиперзвуковой скорости болида (метеороида) выглядит, как растянутый во времени «удар» космического тела об атмосферу Земли. Большие метеороиды, как правило разрушаются «с громоподобными взрывами» в верхних слоях атмосферы, образуя рой быстро тормозящихся на сверхзвуковых скоростях крупных фрагментов, а в более плотных нижних слоях, до образования не дробящихся осколков, которые выпадают на Землю в виде метеоритов.

При этом образуются ударные волны достигающие поверхности Земли от «торможения и разрушения метеороида и его крупных фрагментов, а также от движения больших осколков этих фрагментов на сверхзвуковых скоростях.

Например, сверхзвуковой самолет создает ударную волну не только в момент преодоления скорости звука, а постоянно. Расходясь конусом, эта волна достигает наблюдателя на земле.

Перед движущимся самолетом всегда возникает область повышенного давления. На относительно небольших скоростях это давление порождает только звуковые волны, расходящиеся в стороны.

Но когда скорость самолета достигает скорости звука, акустические волны не успевают удаляться от него. Их скопление ведет к резкому росту давления перед самолетом. Возникает тонкий слой сильно сжатого воздуха – ударная волна, расходящаяся конусом.

Эта волна надвигается бесшумно, но когда она проходит через наблюдателя, то давление воздуха рядом с ним скачкообразно повышается. И это воспринимается человеком, как громкий хлопок.

При обследовании Константином Кохановым последствий воздействия взрывных ударных волн от взрыва и полёта на сверхзвуковой скорости, первоначально раздробившегося на крупные фрагменты Челябинского метеорита, под траекторией его полета на местность в населённых пунктах Березняки и Депутатский (в советское время, переименованный в посёлок Сталино), ему в посёлке Березняки на улице Лесной, показали дом, где ударной волной было выдавлена наружу вся оконная рама, а в посёлке Депутатский, разбитые стёкла в местном магазине с сохранившимися ещё частично на улице мелкими осколками стекла.

3.

На среднем снимке нижней части коллажа показано, где осколок Челябинского метеорита пробил шиферную крышу сарая Андрея Бирюкова, когда тот уже пролетел 15 февраля 2013 года над домом соседа и ниже его белого следа опускался по направлению к Земле чёрный след, где потом в основном находили и другие осколки метеорита.

Константин Коханов попросил Андрея Бирюкова встать там, где он находился во время полёта Челябинского метеорита на Береговой улице, но он постеснялся и попросил, в указанном им месте, встать свою дочь Настю, и немаловажно, сам при этом уточнил, что Челябинский метеорит пролетел

В своих шести очерках «Челябинский метеорит или что-то иное» (четыре в 2013 году и два в 2016 году) Константин Коханов опубликовал фотографии последствий от действия «взрыва Челябинского метеорита в этих населённых пунктах и в городе Челябинске», а также написал о попытках найти какие-либо убедительные доказательств образования осколком этого метеорита восьмиметровой проруби («воронки») во льду озера Чебаркуль.

В 2016 году главным для Константина Коханова, в Челябинской области, было познакомиться с публикациями о Челябинском метеорите в местной прессе (в городах Златоуст и Сатка) и, заодно, пообщаться с главным «очевидцем» его падения в озеро Чебаркуль, камера видеонаблюдения которого, запечатлела «это историческое событие».

Для Константина Коханова было полной неожиданностью, что интерес в самой Челябинской области, среди населения, к полёту над ней Челябинского метеорита в 2016 году, полностью угас. В этом он смог убедиться, когда посетил редакции газет «Златоустовский Рабочий» и «Саткинский Рабочий», а также городские библиотеки городов Златоуста и Сатки.

Посещение Константином Кохановым редакций местных газет, было отмечено на их сайтах, но подшивки газет за прошедшие годы были только в редакции «Саткинский Рабочий».

Но зато, опубликованная в 2013 году в февральском номере газеты «Саткинский Рабочий» статья с фотографией полёта Челябинского метеорита в районе города Сатки, которую очевидец сделал под траекторией его полёта, позволила Константину Коханову определить, наконец для себя точно, направление траектории полёта Тунгусского метеорита, после повторного рассмотрения показаний очевидцев полёта метеорита в 1908 году над селом Кежма, с юга на север, с учётом воздействия его взрыва и вспышки на жителей фактории Ванавара, с той же северной стороны.

4.

На коллаже сверху фотография Полёта Челябинского метеорита в районе города Сатка Челябинской области, и фотография из газеты «Саткинский Рабочий» с комментарием «Глазами очевидца»:

«Житель Казахстана Владимир Годованюк, бывший проездом в нашем районе, примерно в половине десятого утра курил возле придорожного кафе. – Меня резко ослепила вспышка – гораздо ярче, чем свет фар или прожектора, – рассказал он. – На пару секунд растерялся, а затем выхватил телефон и начал снимать. Успел запечатлеть облако дыма и тёмный шлейф. Ни звука, не вибрации не последовало – всё происходило в тишине. Такого раньше никогда не видел! Думаю, что если и упали какие-то части того, то это было далеко отсюда, может, где-то в лесу, поэтому найти маловероятно».
Фотография слева, полёта Челябинского метеорита, взята с сайта https://www.meteorites.ru/menu/press/yuzhnouralsky2013.php?active=chelphotoes, фотография подшивки газет «Саткинский Рабочий», раскрытая на номере от 19 февраля 2013 года, сделана Кохановым К.П.

Почти весь полёт Челябинского метеорита можно проследить по записи с видеорегистраторов. Полёт Тунгусского метеорита описал ссыльный Науменко, который посмотрел в направлении удара грома и «увидел, что лучи солнца, пересекались широкой огненно-белой полосой с правой стороны лучей (солнца); с левой же, по направлению к северу (или, если взять от Ангары, – за Кежемское поле), в тайгу летела неправильной формы ещё более огненно-белая (бледнее солнца, но почти одинаковая с лучами солнца) несколько продолговатая масса в виде облачка («комка»), диаметром гораздо больше луны и без правильных очертаний краев…».

5.

Короче говоря, в Кежме почти все очевидцы видели, что Тунгусский метеорит летел на СЕВЕР, и лишь некоторые с небольшим склонением к востоку. А на фактории Ванавара сам полёт метеорита никто не видел, но зато очевидцы почувствовали землетрясение, а также все слышали и видели именно на СЕВЕРЕ, гром и вспышку.

Следует отметить, что по сравнению с показаниями очевидцев Кежмы и Ванавары, намного подробнее излагается в сообщении о падении Тунгусского метеорита, опубликованном в газете «Красноярец» в №153 от 13 июля 1908 года, которое уже было полностью приведено выше:

«…Небо на первый взгляд было совершенно чисто. Ни ветра, ни облаков не было. Но при внимательном наблюдении, на СЕВЕРЕ, т.е. там, где, казалось, раздавались удары, – на горизонте ясно замечалось нечто, похожее, на облако пепельного вида, которое, постепенно уменьшаясь, делалось более прозрачным и к 2 – 3 часам дня совершенно исчезло…

…Но зато многие в разных селениях отлично видели, что с прикосновением летевшего предмета к горизонту, в том месте, где впоследствии было замечено указываемое выше, своеобразное облако, но гораздо ниже расположения последнего – на уровне лесных вершин как бы вспыхнуло огромное пламя, раздвоившее собою небо.

Сияние было так сильно, что отражалось в комнатах, окна которых обращены к СЕВЕРУ, что и наблюдали, между прочим, сторожа волостного правления. Сияние продолжалось, по-видимому, не менее минуты, так как его заметили многие бывшие на пашнях крестьяне. Как только «пламя» исчезло, сейчас же раздались удары…».

6.

На коллаже, помещённым выше, показано письмо ссыльного Т. М. Науменко, опубликованное в журнале «Мироведение» с его рисунком «облачка в виде комка», которое в увеличенном виде показано под его письмом. В правой части коллажа фотография Кежемской Спасской церкви, ниже которой осветлённая Константином Кохановым картина из триптиха «Пролёт над Ангарой» Тунгусского метеорита художника Николая Фёдорова (участника экспедиции Леонида Кулика 1939 года). Село Кежемское, Енисейской губернии, 17 июня [старого стиля] 1908 года, около 7 часов утра:

«…Когда (политический ссыльный) Т. М. Науменко повернулся в направлении удара (грома), он увидел, что лучи солнца, пересекались широкой огненно-белой полосой с правой стороны лучей; с левой же, по направлению к северу (или, если взять от Ангары, – за Кежемское поле), в тайгу летела неправильной формы ещё более огненно-белая (бледнее солнца, но почти одинаковая с лучами солнца) несколько продолговатая масса в виде облачка («комка»), диаметром гораздо больше луны и без правильных очертаний краев».

Почти тоже самое увидел очевидец полёта Челябинского метеорита, после того как его ослепила, словно прожектором вспышка, которая заставила обернуться и снять камерой телефона, удалявшийся от него след метеорита, тоже, практически в виде облачка («комка») … и без правильных очертаний краёв.

Одно можно сказать совершенно точно, что политический ссыльный в Кежме Т. М. Науменко и очевидец житель Казахстана Владимир Годованюк в Сатке, оба находились под траекториями полётов метеоритов – первый под траекторией Тунгусского метеорита, а второй под траекторией Челябинского метеорита.

Учитывая и другие показания очевидцев в Кежме (кроме ссыльного Т. М. Науменко), в том числе главного из них уездного исправника Солонины, написавшему рапорт енисейскому губернатору о пролёте разрядившегося пушечными выстрелами над Кежмой аэролитом, Константин Коханов считает, что траектория полёта Тунгусского метеорита была направлена с юга на север, не исключено, что с небольшим склонением на северо-северо-восток, но только не с юго-востока на северо-запад или юго-юго-востока на северо-северо-запад, на основании показаний очевидцев, в основном сделанных в 1960-х годах, и по оси симметрии «бабочки вывала тайги», который больше напоминает картину обыкновенного ветровала, вызванного ураганами, хотя, скорее всего, смерчем:

7.

На коллаже (выше по тексту) показана приблизительная траектория полёта (выделена красным цветом), взрыва и разлёта осколков Тунгусского метеорита указана по результатам изучения вероятных мест падения и взрыва Тунгусского Космического Тела (природного и техногенного характера) рекогносцировочными экспедициями Константина Коханова с 1970 по 2017 год.

Траектория полёта Тунгусского метеорита Константина Коханова показана на схематической карте места падения Тунгусского метеорита и области распространения явлений, сопровождавших его падение, опубликованных бывшим директором Иркутской магнитной и метеорологической обсерватории А. В. Вознесенским в журнале «Мироведение» (том XIV, №1, стр.34) в 1925 году, ещё до первой экспедиции Леонида Кулика в 1927 году.

Траектория полёта Тунгусского метеорита А. В. Вознесенского выделена жёлтым цветом, как и эпицентр его падения (или взрыва), а синим цветом выделен эпицентр падения Тунгусского метеорита в месте указанном геологом С. В. Обручевым в результате опросов эвенков в Ванаваре в 1924 году.

На схематической карте падения Тунгусского метеорита А. В. Вознесенский не замкнул свою траекторию на указанном им эпицентре его взрыва, а продлил траекторию на 200 км дальше, так же и Константин Коханов, после изучения траектории полёта Челябинского метеорита, решил продлить и свою, с юга на север, предполагая, что кроме воронки в русле реки Виви, могут быть и другие воронки, рядом с его траекторией.

Константин Коханов не сомневается, что траектория полёта Тунгусского метеорита была направлена с юга на север, хотя и не исключено, что могла быть и с небольшим склонением на северо-северо-восток, но только не с юго-востока на северо-запад или с юго-юго востока на северо-северо-восток, как в этом уверены почти все известные исследовали Проблемы Тунгусского метеорита, после А. В. Вознесенского, основывая свои заключения на показаниях очевидцев в 1960-х годах или ссылаясь на ось симметрии вывала тайги, из-за отклонений в направлении стволов поваленных деревьев, имеющий вид «бабочки».

Казалось бы, Константину Коханову на этом можно было и закончить свою «неюбилейную статью», как говорят подвести под ней не простую, а даже жирную черту, но ему всё-таки захотелось до конца разобраться, каким образом Леониду Кулику удалось завести в глухой тупик Проблему Тунгусского метеорита, и кто ему в этом деле помогал или способствовал, чтобы поиски метеорита ограничились границами ветровала между реками Чамба и Кимчу и не перекинулись в места традиционного кочевания эвенков. вблизи факторий заготовителей пушнины на реке Чуня и даже во всём междуречье Подкаменной и Нижней Тунгусок.

Первые опросы на фактории Ванавара, связанные с падением Тунгусского метеорита о вероятном месте его взрыва или падения, провёл геолог С. В. Обручев, правда только среди одних эвенков в 1924 году во время своей экспедиции на Подкаменную Тунгуску.

Рассмотрим некоторые подробности, связанные с маршрутом экспедиции С. В. Обручева до Подкаменной Тунгуски и её спуск по ней до фактории Ванавара, имеющие отношение к траектории полёта Тунгусского метеорита, к его падению или взрыву.

С. В. Обручев в Ванаваре в 1924 году (из книги С. В. Обручев «В неизведанные края», Молодая гвардия, 1954, стр.227-229):

«…В 160 километрах от Верхних Контор, ниже устья реки Ванавары, мы добрались до следующей фактории. Почти все фактории на Подкаменной Тунгуске были недавно отстроены, новые избы белели на берегу среди темной тайги. Обычно это были две или три избы: дом заведующего, склад и дома других сотрудников фактории.

Наш приезд представлял для жителей фактории большое событие: илимки с грузом снизу уже давно прошли, и больше гостей в этом году летом не ожидали, разве только проплывут вниз пустые лодки. Заведующий факторией принимал нас с по четом и угощал, чем только мог: на столе появлялись соленая рыба, икра, соленые грибы, белые булочки или шаньги, иногда сметана, а по осени варенье из голубики – основной ягоды на берегах Подкаменной Тунгуски:

В Ванаваре мне предстояло заняться одним интересным делом: перед моим отъездом из Москвы А. В. Вознесенский, известный климатолог и сейсмолог, долгое время заведовавший Иркутской метеорологической обсерваторией, обратил моё внимание на то, что к северу от Подкаменной Тунгуски, в бассейне Ванавары должно находиться место падения большого Тунгусского (или, как его тогда называли, Хатангского) метеорита, пролетевшего с юга через Средне-Сибирское плоскогорье 30 июня 1908 года.

Тогда ещё не было никаких точных данных о месте его падения, но А. В. Вознесенский, сопоставив все сведения, полученные Иркутской обсерваторией от её корреспондентов о направлении полёта метеорита, пришел к выводу, что он упал к северу от Подкаменной Тунгуски, приблизительно в бассейне Ванавары.

В 1921 году Л. Кулик, собиравший в Западной Сибири сведения о падении метеоритов, получил сообщение, что метеорит 1908 года упал в районе реки Ванавары. Метеорит этот был совершенно исключителен по интенсивности световых, звуковых и сейсмических явлений, которые его сопровождали, и поэтому очень важно было установить место его падения.

Уже при расспросах на Ангаре я выяснил, что гул от взрыва или падения метеорита был слышен во всех деревнях от Дворца до Пановского. С северной стороны домов дрожали стекла, падали с полок вещи; в одном случае лошадь, на которой ехали, упала. В фактории Тэтэрэ видели на севере огненные столбы.

В фактории Ванавара во время нашего приезда было несколько эвенков, которых я и стал расспрашивать о метеорите. Но все опрошенные мною не видели лично, как и где упал метеорит.

Они знали только, что в этот день был повален лес на пространстве примерно в 680 квадратных километров, имеющем форму круга. Площадь эта находилась не на реке Ванаваре, а на реке Чамбе, впадающей справа в Подкаменную Тунгуску в 30 километрах ниже.

Эвенки нарисовали мне карту этого участка – область поваленного леса лежала на правом берегу реки Чамбе и захватывала её притоки Хусму (Хушмо), Илюму и Макетту.

Я долго расспрашивал эвенков, и мне казалось, что они скрывают место падения метеорита, считая его священным. Про одного из эвенков заведующий факторией рассказывал, что тот видел яму, пробитую метеоритом, но этот эвенк сказал мне при опросе, что он такой ямы не видел, а говорит со слов других эвенков, кочующих по Чамбе.

Только эвенк Илья Потапович, живший в фактории Тэтэрэ, дал более определенные сведения. Он рассказал, что его брат жил во время падения метеорита как раз на этом участке, и его чум «взлетел на воздух, как птица», олени частью разбежались, а частью были убиты падающими деревьями, а брат от испуга лишился языка на несколько лет. На том месте, где упал камень, есть яма, а из нее течет ручей в Чамбе.

Как сообщали эвенки, место падения метеорита отстояло от устья Чамбе на четыре дня пути на берестянке, то есть приблизительно на 100 километров. Зимой можно было проехать на оленях без дороги по прямому направлению за три дня. Эвенки соглашались показать мне площадь с поваленным лесом. Для этого надо было поехать с одним из них на берестянке сначала вниз по Подкаменной Тунгуске, потом вверх по Чамбе и дальше пешком, в верховья Хушмо, где был центр захваченной бурело мом площади.

Сначала я хотел поехать к месту падения метеорита, но потом рассчитал, что путь туда и обратно займет не меньше десяти дней. Нам предстояло изучить Подкаменную Тунгуску на протяжении еще 1300 километров. На этот большой маршрут требовалось много времени, а осень уже не за горами.

Между тем кратковременное посещение места падения метеорита не могло дать серьёзных научных результатов: я увидал бы только лес, поваленный в разные стороны; поиски в тайге на такой большой площади обломков метеорита или ям от его падении (которых эвенки не могли указать) требовали много времени и участия многих сотрудников. Поэтому с большим огорчением пришлось отказаться от поездки на Чамбе и продолжать свои геологические исследования.

Будущее показало, что я был прав в этом решении. Несколько специальных экспедиций Л. Кулика, снаряженных для поисков Тунгусского метеорита, работавших в бассейне Чамбе несколько лет – в 1927, 1928, 1929-1930, 1937-1938 и 1939 годах, не смогли найти ни кусков метеорита, ни впадин от его падения. Даже аэросъемка 1937-1938 годов могла обнаружить лишь поваленный взрывом метеорита лес, и только ориентировка стволов, лежащих по радиусам, исходящим из одного центра, указывала на возможное место падения…». http://rgo-sib.ru/book/geo/7.htm

В книге «В неизведанные края», в главе «Ближняя Катанга, была приведена «Схематическая карта маршрутов С. В. Обручева по Енисею и его правым притокам».

Константином Кохановым на карту этих маршрутов экспедиции С. В. Обручёва 1924 года, был внесён город Канск и разъезды Лялька и Филимоново. Красным цветом выделены населённые пункты, где видели и слышали полёт Тунгусского метеорита, а синим цветом, где отмечена только слышимость звуков из монографии Е. Л. Кринова «Тунгусский метеорит» (М.- Л., 1949, фиг.5).

8.

В Ванаваре С. В. Обручев встретил несколько эвенков, которые лично не видели, где и как упал метеорит и лишь указали ему, где находится на Чамбе большой ветровал. Зато он при расспросах на Ангаре выяснил, что гул от взрыва и падения метеорита слышали во всех деревнях от Дворца до Пановского. С северной стороны дрожали стёкла, падали с полок вещи и в одном случае лошадь. В фактории Тэтэрэ видели на севере огненные столбы.

При этом, отмечая, что «гул от взрыва и падения был слышен во всех деревнях от Дворца до Пановского» и что только «в фактории Тэтэрэ видели на СЕВЕРЕ огненные столбы», С. В. Обручев ничего не говорит, про очевидцев в Кежме, что они там видели, а не только слышали, когда «сменив ямщиков добрались до села Кежмы» и оставшиеся «от Кежмы до Пановского 50 километров… прошли их легко и быстро».

И, вообще, описанная в книге С. В. Обручевым его экспедиция на Подкаменную Тунгуску в части информации о её научном характере, вызывает больше вопросов, чем приводит факты, каким образом и когда были сделаны им там, «выдающиеся открытия». Вся эта его экспедиция в книге, судя по её описанию, напоминает обычный экстремальный туристических поход, причём основанный на одних воспоминаниях, а не на основе записей в путевом дневнике или хотя бы сделанного после неё научного отчёта.

Рассказывая о своей экспедиции на Подкаменную Тунгуску в 1924 году, геолог С. В. Обручев «умудрился» не указать в книге «В неизведанные края» ни одной конкретной даты: нам известно только, что он её начал «летом» с Тайшета (стр.221) и закончил «поздней осенью в устье Подкаменной Тунгуски в одноимённом селении», где потом ещё ждал больше недели, чтобы отплыть оттуда, пароход (стр.235).

И всё-таки рассказ С. В. Обручева представляет собой определённый интерес «пикантными подробностями» его «похода» на Подкаменную Тунгуску.

От Тайшета «по колёсным и вьючным дорогам» на лошадях С. В. Обручев добрался до села Неванского на реке Чуна, но дальше на «неванском тракте» оказались разрушены мосты и везти груз на телегах было нельзя, поэтому им было принято предложение местных крестьян, по сплаву на плоту его с двумя студентами и грузом экспедиции вниз, по реке Чана до деревни Выдриной

Деревня Неванская располагалась в 50 верстах вверх по течению реки Чуна от д. Выдрино. На этом пространстве река имеет два больших порога. В начале 20 столетия переселенческое управление планировало освоить таёжные земли и построило дорогу на берегу реки Чуна. Дорога соединила этот населённый пункт с г. Нижнеудинском, с. Шиткино и д. Дворцом на Ангаре. https://davaiknam.ru/text/derevnya-nevanka-istoriya-lyudi-sudebi.

В Выдрино С. В. Обручев не без труда договорился с местными ямщиками (чтобы на лошадях, запряженных в павозки) перевезти его «экспедицию с грузом» до села Дворец.

От села Дворец С. В. Обручеву предстояло подняться вверх по Ангаре до села Пановского и пройти «несколько шивер и серьёзный порог Аплинский».

А там «Ангарские крестьяне уже в течение столетий до революции справляли «ямщину» – гужевую повинность (не на лошадях), а на лодках: на колесах ездили лишь вблизи деревень.

Нам, – как отмечает в своей книге С. В. Обручев, – в селении Дворец также предоставили большую лодку с ямщиками: одним мужчиной в качестве кормщика и несколькими женщинами – гребцами и бурлаками. Женщины на Ангаре справляются с лодками не хуже мужчин…

…Первые препятствия – Косой Бык и шиверы Медвежью и Ковинскую – мы прошли довольно легко. У Ковнской шиверы сменились ямщики, но опять почти весь экипаж был женский.

Гороховая шивера была также легко преодолена, но самое главное препятствие – Аплинский порог – было еще впереди. В этом пороге нам пришлось всем выйти из лодки и помогать женщинам тянуть бечеву…

За Аплинским порогом мы вошли в пределы главного поля Тунгусского бассейна, горы стали ниже, шиверы незначительны. Сменив ещё раз ямщиков, мы добрались до села Кежмы, крупнейшего на этом участке Ангары.

От Кежмы до Пановского 50 километров, и мы прошли их легко и быстро (но не указывает, кто на этот раз у него были «ямщиками и бурлаками»).

С некоторым трудом удалось мне собрать в Пановском необходимое число людей и лошадей, чтобы перебросить наш груз на Подкаменную Тунгуску. Ещё труднее было найти лоцмана, без которого пускаться в плавание по порогам невозможно.

Наконец нам указали старика Ивана Парфеновича, жившего в одной из островных деревень близ Пановского. Ивану Парфеновичу было в то время семьдесят пять лет, и дома он уже не принимал участия в тяжелых работах. Перспектива поехать на Подкаменную Тунгуску его соблазняла: он хотел потом навестить свою замужнюю дочь, которая жила в Красноярске. Правда, старик несколько страшился порогов Подкаменной Тунгуски: он проходил их один лишь раз…, но, в конце концов, удалось уговорить старика, и через день мы пустились в путь.

От Пановского до Верхних Контор около 125 километров. Тропа идет по ровному плоскогорью, возвышающемуся всего метров на 100 над Ангарой. Местами его прорезают плоские долинки, и только долина Чадобца – большого правого при тока Ангары – врезана более глубоко…

…Тропа крепкая, широко «рассечена»: по ней ездят уже много лет и зимой, и летом…

…Лошади идут быстро; но вот мы входим в долину маленькой речки, и начинаются болота. Это не бесконечные болота Якутии, по которым бредешь день за днем – они шириной всего в несколько десятков или в сотню метров, но зато гораздо опаснее: вечная мерзлота лежит здесь глубоко, и лошадь может провалиться по грудь.

Долго задержал нас приток Ангары Чадобец: в верховьях это была настоящая лесная река, текущая в обрывистых берегах, без галечников, в густых зарослях. Дно илистое, везде коряги – брод, очень опасный для лошадей. Пришлось соорудить мост из деревьев, перекинув их в узком месте через реку, и перетащить по нему весь груз. Лошадей прогнали порожняком.

На четвертый день мы спустились с этого однообразного плоскогорья в долину Подкаменной Тунгуски. На правом берегу открылись постройки Верхних Контор: несколько изб на террасе; кругом на небольшой полянке остатки пней, а дальше до горизонта безбрежная тайга. На реке видно несколько больших лодок, – может быть, одна из них станет нашей!

И действительно, заведующий факторией согласился дать нам одну илимку, так как ему надо было перегнать её к устью Подкаменной Тунгуски, чтобы будущей весной снова повести с грузом вверх по реке. Илимка – это узкая длинная лодка с острым длинным носом и тупой, срезанной кормой. Илимки строили раньше на Илиме, отсюда их название. Грузоподъемность илимки, в зависимости от размеров, — от трех до двадцати тонн. Их строят обычно крытыми, с большой крытой каютой. Наша илимка была еще без каюты, и мы решили сделать на ней удобное помещение, чтобы сократить время стоянок и создать хорошие условия для работы.

В ожидании, пока Иван Парфенович с помощью местного плотника построит из выданных факторией досок каюту, я решил подняться насколько возможно вверх по реке. Фактория дала нам небольшую лодку, и мы весело отправились в неизвестную страну.

Для моих студентов это была первая проба сил. Им пришлось теперь работать не только гребцами, но и тащить лодку бечевой. Так же как в прошлом году, я мог взять только одного рабочего, поэтому на студентов-коллекторов ложилась как научная, так и физическая работа.

Я сам сидел на корме, потому что подъём лодки по шиверам и порогам нельзя было доверить новичкам. Да и на спокойном плесе быстрый и легкий ход лодки, которую тащат бечевой, во многом зависит от кормщика: надо уметь вести лодку так, чтобы она не рыскала в реку, а шла ровно, параллельно берегу; надо все время уравновешивать тягу бечевы легким давлением кормового весла…

… Из-за недостатка времени мы поднялись только на 100 километров и не дошли до знаменитых Кеульских непроходимых порогов.

… Через пять дней мы вернулись в факторию. Илимка была заново проконопачена и осмолена, на ней белела каюта, занимавшая более половины длины лодки. Не хватало лишь крыши, которую для легкости решили сделать из брезента. Под брезентом, вдоль конька крыши, была проложена доска, по которой можно было ходить с носа на корму (дверь у каюты сделали только одну – спереди).

… Потянулись однообразные дни напряженной геологической работы…

… Утренний завтрак, поспешные сборы, и начинается плавание – лоцман и два гребца на илимке, а я с одним из студентов (чередующихся каждый день) в берестянке, чтобы иметь возможность осматривать береговые утесы, не останавливая лодки.

…Но спать в лодке (из-за комаров) было невозможно. Первый месяц нам приходилось каждый вечер ставить для ночлега палатку на берегу, низ её засыпать снаружи землей и вход завешивать большим полотнищем. Когда утром вылезешь из палатки, то обычно видишь, что на стенках илимки почти сплошным слоем сидят комары, привлеченные запахом человека. В 160 километрах от Верхних Контор, ниже устья реки Ванавары, мы добрались до следующей фактории (Ванавара).

Напротив фактории Ванавара мы изучали небольшое месторождение угля, интересное по влиянию на его состав жилы траппа, и при этом едва не искупались. Наша берестянка стала расползаться по швам; оттого ли, что мы ее слишком перегибали, вытаскивая на берег; или оттого, что смоляная заварка была слишком стара, но при переправе через реку она вдруг стала наполняться водой. Едва-едва успели мы догрести до берега и вылезли из лодки совершенно мокрые. Ванаварские эвенки пришли к нам на помощь и согласились дать взамен маленькую, двухместную берестянку. С этой лодкой мы обращались уже очень осторожно, и она прослужила нам до осени.

Ниже Ванавары находится первый из семи больших порогов Подкаменной Тунгуски – Чамбенский…

…Чамбенский порог имеет очень крутой уступ. Илимка и её лоцман блестяще выдержали это первое испытание, но Иван Парфенович сильно волновался. В особенности стал он беспокоиться перед порогами нижнего течения, которые знал плохо, и иногда мы с ним ходили по берегу вперед, чтобы посмотреть, как идёт слив воды. Иван Парфенович в порогах становился на коленях на кормовой конец каюты, чтобы лучше видеть камни, а я, сидя на носовом конце каюты, передавал его приказания студентам, которые гребли двумя тяжёлыми веслами.

На 1235-м километре от устья находится опасный порог Панолик. Летом на нём мало воды, и во многих местах выступают камни. При сплаве наша илимка несколько раз стукнулась дном о камни, но мощное течение пронесло лодку благополучно…» (стр.230).

Сколько времени (дней) потратил С. В. Обручев, чтобы приплыть (достигнуть) Ванавары, преодолев 160 км, об этом он не считает нужным говорить, так же и о том сколько дней провёл в самой Ванаваре, изучая её окрестности и опрашивая эвенков о местонахождении большого бурелома на Чамбе, образовавшего якобы после «взрыва или падения» Тунгусского метеорита, не говоря уже о том за сколько дней он, в конце концов, доплыл с лоцманом и студентами от Ванавары до Енисея.

Здесь можно только гадать или учесть опыт Леонида Кулика, который возвратившись после своей «Первой экспедиции 1927 года» в Ванавару, «купил шитик – лодку с высокими бортами и на ней с двумя спутниками, помощником Гюлихом и одним из ангарцев – спустился вниз до Енисея, проплыв за три недели неустанной гребли 1300 км по бурной и порожистой Катанге (Б. И. Вронский «Тропой Кулика», «Мысль», М., 1968, стр.22).

Всё-таки следует особенно отметить, что начало поиска места падения Тунгусского метеорита, непосредственно северо-западнее фактории Ванавара, которые предпринял Леонид Кулик в 1927 году, неразрывно связано с Иннокентием Михайловичем Сусловым:

Ещё в годы гимназической юности И. М. Суслов услышал первые сообщения о Тунгусской катастрофе от очевидцев этого явления: ангарских крестьян и рыбаков, рабочих, старателей и арендаторов золотых приисков, находившихся к северо-востоку от Енисейска, в тайге за 250-300 км.

С помощью преподавателя гимназии Р. А. Френкеля он пытался определить приблизительное географическое положение центра падения (или взрыва) метеорита и выявить возможные пути проникновения в этот район, но в 1912 году он окончил гимназию и уехал из Енисейска.

Сбор показаний очевидцев пришлось прекратить. И только в 1924-1925 г. И. М. Суслов возобновил эту работу в селах по берегам реки Ангары и частично на факториях Подкаменной Тунгуски [2].

И. М. Суслов не имел возможности заниматься специально исследованиями места падения метеорита, эти работы велись попутно с основными должностными обязанностями. С октября 1924 года по июнь 1929 год он был бессменным председателем Красноярского комитета Севера при Президиуме ВЦИК…

Е. Л. Кринов, астроном, участник экспедиции Леонида Кулика 1929 года, автор книги «Тунгусский метеорит», отмечал: «И. М. Суслов, будучи в марте 1926 года на факториях Ванаваре и Тетере, на р. Подкаменной Тунгуске, и (в фактории) Стрелке на р. Чуня, путем опроса эвенков собрал новые сведения о падении метеорита. Нужно сказать, что материалы, собранные Куликом, Вознесенским, Обручевым, не были известны Суслову, и поэтому он проводил опрос независимо от имевшихся уже сведений о метеорите» [5].

Используя суглан (съезд), который проходил с 1 по 4 июня 1926 года на фактории Стрелка, И. М. Суслов опросил 60 эвенков, которые дали ценные сведения о падении Тунгусского метеорита. Рассказы очевидцев: Лючеткана, Акулины, Василия Охчена, Андрея Онкоуля, Чучанчи и Чекарена были подтверждены делегатами.

По разрозненным сведениям и схематичным планам мест, где охотники встречали следы Тунгусского явления, И. М. Суслов составил первую опросную карту и довольно точно обозначил место падения метеорита…» (из монографии Е. Л. Кринова «Тунгусский метеорит», М-Л., 1949, стр.22-23)

17-го ноября 1926 года И. М. Суслов написал статью «К розыску большого метеорита 1908 г.», которая была опубликована в первом номере журнала «Мироведение» в 1927 г. Именно, данная статья легла в основу первой серии ежегодных экспедиций АН СССР под руководством минералога Л. А. Кулика в район катастрофы. А карта-схема явилась правдивым первоисточником для составления рабочей программы рекогносцировочных исследований, а затем и поисков самого космического тела:

«В марте 1926 г. мною была предпринята командировка на р, Чуню (правый приток Подкаменной Тунгуски) по заданиям Комитета Содействия Народам Севера. Попутно мною была взята на себя инициатива по проведению целого ряда научно-исследовательских работ на р. Чуне, которая в верхнем течении до сих пор была совершенно не исследована.

Маршрут экспедиции был следующий: от станции Тайшет санным путем до села Кежмы, от Кежмы на р. Подкаменную Тунгуску к устью речки Тэтэрэ, и далее по Подкаменной Тунгуске к устью р. Анавар и, наконец, от р. Анавар по проделанной в 1925 г. дороге на Стрелку (к фактории, рядом с местом слияния рек Северной и Южной Чуни) р. Чуни, куда экспедиция прибыла 11 апреля (1926 г.).

При поездках за последние годы на Ангару мне неоднократно приходилось слышать от крестьян о падении метеорита за Подкаменной Тунгуской, и эти рассказы, часто переполненные неправдоподобными легендами, всё же проливали некоторый свет на возможность поисков упавшего метеорита. Наиболее подробные сведения сообщил И. И. Покровский, который бывал в 1908 и 1909 г.г. на Подкаменной Тунгуске для статистических работ.

К сожалению, статьи А. В. Вознесенского и С. В. Обручева об этом метеорите, помещенные в №1 журнала «Мироведение за август 1925 г. (стр. 25), стали мне известны лишь за несколько дней до написания настоящей статьи. Таким образом, я не имел возможности воспользоваться теми обширными, изложенными в этих материалах, данными, которые оказали бы мне большую помощь в поисках метеорита во время поездки.

Прочитав статью А. В. Вознесенского, я (И. М. Суслов) узнал в ней тот же смысл всех тех рассказов, которые ходят на Ангаре в районе Богучаны-Кежма. Это обстоятельство определённо подтверждает правдивость показаний крестьянами на звон стекол в окнах, сильные удары, похожие на гром, на светлую полосу на небе и т.д.

На устье р. Анавар я встретил чум того самого тунгуса Ильи Потапова (он же Лючеткан), которого расспрашивал С. В. Обручев в 1924 году на р. Тэтэрэ. В семье Лючеткана живёт вдова его брата Акулина, которая вместе со своим покойным мужем пострадала от падения метеорита. Про это событие она рассказывает так:

- Утром, когда все в чуму ещё спали, чум взлетел на воздух, с ним – и люди. Упав на землю, вся семья получила лишь незначительные ушибы, Акулина же и Иван потеряли сознание и от сильного испуга долго не могли понять, что случилось с ними. Когда же сознание к ним вернулось, они увидели горящий кругом лес. Много лесу было повалено. Кругом слышался какой-то шум.

Встреченный мною на Стрелке р. Чуни старик-тунгус, Василий Охчен, живший в момент падения метеорита в чуме Ивана и Акулины, и опрошенный через две недели после Акулины, рассказал то же, что и она. Разница только в том, что Василий проснулся в тот момент, когда сорвало чум и его сильным толчком отбросило в сторону. Сознание он не потерял.

Он рассказывает, что был невероятно сильный продолжительный гром, и земля тряслась, деревья падали, кругом все было застлано дымом и мглой. Вскоре гром стих, ветер прекратился, но лес продолжал гореть. Все отправились на поиски оленей, которые в момент катастрофы разбежались. Многих оленей из стада не оказалось, найти их не смогли.

Чум Акулины, в момент падения метеорита, находился на устье речки Дилюшмы, при впадении в р. Хушму (впадает на самом деле в Чамбу). Лючеткан же в момент катастрофы жил на р. Тэтэрэ и слышал лишь продолжительный гром и сотрясение земли.

Впоследствии, при поисках осенью белки, Лючеткан и Акулина обнаружили на северо-восточном склоне хребта Лакура, вблизи истока речки Макитта, «сухую речку» – глубокую борозду, которая оканчивается большой ямой, заваленной землею. В настоящее время, по их словам, и борозда и яма поросли молодым леском.

На среднем течении р. Аваркитта в момент катастрофы стоял чум детей умершего тунгуса Подыги: Чекарена, Чучанчи и Налеги. Встреченные на Стрелке р. Чуни Чекарен и Чучанча рассказывали, что они были разбужены сильным грохотом. Повсюду слышались удары, сотрясение земли, сильный треск и шум. Страшная буря, от которой трудно было удержаться на ногах, вблизи их чума валила лес. Вдали, по направлению на север, было видно какое-то облако; после они убедились, что это был дым.

Тунгус Андрей Онкоуль, живущий ныне в вершине р. Таймуры, рассказывал, что к северу от хребта Лакура, между реками Кимчу и Хушма, приблизительно на половине, он видел глубокую яму больших размеров, о которой раньше тунгусы ничего не знали. Эта яма также поросла молодым леском.

Целая группа тунгусов сообщила, что в долине р. Чамбе, немного пониже устья р. Хушмы, неожиданно налетевшим откуда-то огнём – спалило сразу 200 оленей у тунгуса из рода Куркагырь Степана Ильича Онкоуль. У него же повалило и совершенно уничтожило лабаз, наполненный турсуками с мукой и домашним скарбом.

Рассказы тунгусов о каком-либо событии вообще требуют всегда большой проверки, а тем более о чем-то сверхъестественном, а в данном случае даже о катастрофе, когда многие из них лишались сознания и были контужены сильным сотрясением воздуха.

Поэтому, пользуясь, случаем сбора на съезде 60 тунгусов, происходившем с 1 по 4 июня 1926 года на Стрелке р. Чуни, мною был произведён официальный опрос всех присутствующих. Этот опрос и даёт чрезвычайно ценные сведения.

Слышались заявления: «палил лес»; «кончал лабазы»; «кончал оленей»; «портил людей» (контузия); «кончал собак»; «валил тайгу»; «лес падал вершинами Нербогачён-ду» (т.е. к Ербогачёну, на северо-восток); «одна большая яма была обнаружена далеко от речки Дилюшмы к северо-востоку, не доходя до вершины южной Чуни, если идти от Дилюшмы»; «принёс с собою болезнь на оленей, особенно царапку (чесотку), чего до появления огня не было».

Рассказы Лючеткана, Акулины, Василия Охчена, Андрея Онкоуля, Чучанчи и Чекарена были подтверждены всеми.

Любопытно отметить, что все они охотно отвечали на вопросы и сами рассказывали о всех подробностях постигшего их несчастья и вместе с тем выразили готовность показать любое место, связанное с падением метеорита. На просьбу начертить карту района катастрофы, они согласились охотно.

Чертил кроки Лючеткан (на съезде) цветными карандашами, а целая группа тунгусов тут же вносила свои коррективы.

Суммируя все рассказы тунгусов о падении метеорита и, сопоставляя их с рельефом местности, по которой мне пришлось проехать через хребты от Подкаменной Тунгуски до р. Чуни (стрелка) и, наконец, по самой Чуне вниз до устья, можно вывести некоторые предположения о направлении падения (см. прилагаемую схематическую карту, перечерченную с тунгусских схем).

9.

Лес повален по направлению на северо-восток, начиная от северо-восточного склона хребта Лакура, затем по долине р. Чамбе и, наконец, захвачено нижнее течение притоков ее: Хушмы, Укогиткона и Дилюшмы.

На вершине хребта Лакура, ближе к северо-восточному склону, находится глубокая борозда («сухая речка») и в конце её яма. Если принять во внимание две других ямы, о которых говорят тунгусы, то напрашивается такое предположение.

Метеорит летел под незначительным углом по отношению к поверхности земли. Ударившись о вершину хребта Лакура, он сделал глубокую борозду и разорвался на части, одна из которых упала в вершине речки Макитта, другая – к северу от хребта Лакура и третья между р. Дилюшма и вершиной южной Чуни.

Если остановиться на этом предположении, то участок поваленного леса можно объяснить сильным инертным движением воздуха, получившимся от внезапной остановки на хребте Лакура громадного летевшего тела…

На коллаже выше по тексту Константином Кохановым размещены рисунки области поваленного леса северо-западнее фактории Ванавара. Первый рисунок для С. В. Обручева сделал один эвенк на фактории Ванавара (рисунок слева) и второй рисунок для И. М. Суслова сделан Лючетканом на съезде эвенков на фактории Стрелка Чуни, при участии почти всех эвенков, с учётом всех ими сделанных уточнений.

Вспомним уже рассказанное Константином Кохановым выше, что сказал о рисунке со схемой области поваленного леса С. В. Обручев:

На прилагаемом плане (слева), нарисованном тунгусом в 1924 году, нанесена граница этой области: на востоке она доходит до р. Чамбы, захватывает её притоки: Илюму, значительную часть р. Хушмы и верхнее течение Макикты; на западе достигает левого берега р. Кимчу, притока Чуни. Форма площади на плане искажена; по расспросам – она круглая. Лес повален весь на северо-восток. Сейчас вся площадь покрыта уже молодым, пятнадцатилетним лесом.

И если сравнивать рисунок со схемой местности области поваленного леса С. В. Обручева с рисунком И. М. Суслова, то убеждаемся, что у Суслова, при всех его возможностях при наличии властных полномочий, всё-таки схема области поваленного леса оказалась менее точной, хотя содержала, казалось бы более подробные сведения, правда основанные больше на плодах воображения, слухах и хвастовства, кто больше всего пострадал от падения Тунгусского метеорита и потерял сколько тысяч оленей, хотя никогда не имел их больше двух сотен.

И неудивительно, что И. М. Суслов, «проезжая по дороге, помеченной на схеме, через р. Дилюшма и Укогиткон, я поваленного леса не видел; по-видимому, до этого места инертное движение воздуха не дошло.

Что же касается двух других ям, находящихся вдали от Лакуры, то можно предположить, что при разрыве метеорита эти две части вследствие сильного толчка взвились вверх и, описав крутую траекторию, упали один к северу от (хребта) Лакура между р.р. Кимчу и Хушма, а второй – между р.р. Дилюшма и Южная Чуня. Поваленного леса вблизи этих частей тунгусы не замечали.

Если сопоставить эти предположения с выводами А. В. Вознесенского («Мироведение», №1, август 1925 г., стр.34), наметившего сейсмографический толчок, происшедший от падения метеорита 17 июня (ст. стиль) 1908 года, с центром сотрясения в широте 60°16′ и долготе 103°06′, т.е. вблизи истоков Северной и Южной Чуни, то предположения, основанные на показаниях тунгусов, весьма незначительно расходятся с этими выводами.

Астрономических пунктов на Чуне не было, что даёт основание сомневаться в правильности на карте всей вершины Чуни. Маршрутная съёмка всей Чуни, сделанная мною летом 1926 года, показала расстояние от слияния Северной и Южной Чуни (стрелка) до устья Чуни, равное 697 км. Северная же и Южная Чуни, по которым были сделаны заезды, непохожи на тот рисунок, которым они представлены на стовёрстной карте.

Таким образом, вполне возможно, что центр сотрясения в широте 60°16′ и долготе 103°06′ совпадает с вершиной хребта Лакура, находящейся приблизительно в 60-70 км от устья р. Анавар по направлению на ССЗ.

Проверить рассказы тунгусов на месте не удалось, так как границы поваленного леса и места нахождения ям выяснились лишь 1 – 4 июня, когда проезд на оленях, которых было очень мало, оказался бы очень затруднительным, к тому же нужно было спешить спускаться по Чуне, пользуясь высоким горизонтом воды.

(Почти таким же образом рассуждал и С. В. Обручев, когда принял решение не посещать указанную ему эвенками на схеме «область поваленного леса – лето кончалось, а плыть нужно было до устья Подкаменной Тунгуски и потратить десять дней на посещение бурелома, для него была непозволительная роскошь).

Не вдаваясь в оценку этого интересного метеорита, ибо это достаточно сделано упомянутыми авторами, следует отметить, что с поисками его надо поспешить, так как тунгусы-очевидцы происшедшей у них катастрофы иногда откочёвывают окончательно в другие районы; некоторые из них уже умерли; лес, выросший на месте пожарища и на ямах, с каждым годом будет усложнять поиски.

Материалов же для розысков этого метеорита есть достаточно. Организация экспедиции трудностей представлять не будет, так как зимняя дорога от Кежмы до р. Анавар хорошая:

- от р. Анавар до Стрелки Чуни в 1925 году Госторгом сделана также хорошая дорога с постройкой на ней четырех избушек (зимовьев).

- на Стрелке р. Чуни находится фактория Госторга, где экспедиция может всегда получить помещение и в достаточном количестве продукты.

- на устье р. Анавар также есть фактория.

- небольшое количество оленей можно получить на р. Чуне через тунгусские родовые Советы, их там два.

- факторией «Стрелка» управляет А. К. Кокорин, который в течение 25 лет заведовал метеорологическими станциями в Каменке и Кежме. Через него всегда, без особых препятствий, возможно, получить проводников из тунгусов.
17 ноября 1926 года г. Красноярск (Опубликовано: журнал «Мироведение», том 16, №1-4, стр.13-18, М.-Л., 1927).

Конечно такая статья И. М. Суслова, можно сказать с гарантией, что «организация экспедиции трудностей представлять не будет» и то, что «с поисками метеорита надо поспешить», сыграла решающую роль, и Президиум Академии Наук СССР разрешает проведение экспедиции, выделяя для неё необходимые средства.

Первая Тунгусская экспедиция под руководством Л.А. Кулика была разрешена Президиумом Академии наук СССР, и в феврале 1927 г. Л.А. Кулик со своим помощником Гюлихом выехал из Ленинграда.

По дороге к месту работ Л. А. Кулик сделал остановку в Красноярске для встречи с И. М. Сусловым и получил полную информацию по целому ряду вопросов, связанных с предстоящей экспедицией: о подходах к месту падения, расстоянии между населенными пунктами по намеченному пути, стоимости проезда, снабжения продовольствием в пути и на месте работ.

В порядке действенной помощи Л. А. Кулику И. М. Сусловым были даны рекомендательные письма, адресованные местным родовым Советам, заведующему Ванаварской конторой Госторга, а также переводчику Лючеткану.

В дополнение к рекомендательным письмам, И. М. Суслов в письменном виде, дал ещё (для памяти) Л. К. Кулику «Дружеских советы» из 16 пунктов в том числе и такие:

- Если Вам и Гюлиху придется двигаться пешком в центр бурелома, то закажите Лючеткану срочно изготовить две пары тунгусских (широких) лыж и две лёгких нарточки для багажа. Срок такой работы – пять дней;

- не забудьте аптечку. Рассчитывайте, что немало лекарств придется истратить на тунгусов. Они обязательно будут просить Вас лечить их. И Вы пожалеете, что, будучи сыном врача, Вы не стали врачом. Лечение (фельдшерского уровня) и, конечно бесплатно, создаст молву о Вас, как о друге тунгусов;

- обязательно сделайте в Кежме запас мяса, как свежего, так и особенно вяленного, последнее для лета. На дичь в буреломе не рассчитывайте. После лесного пожара 1908 г. там не появился еще корм для тетеревов, рябчиков и глухарей. Дикий олень и сохатый могут встретиться, но надежды на это мало;

- купите на Ангаре сети из конского волоса для горных речек. Они лучше нитяных, и всегда сухие, что удобно при кочевании, особенно вьючном.

12 февраля 1927 года Кулик прибыл на станцию Тайшет, пополнил здесь и упаковал снаряжение и 14 марта 1927 года выехал конным транспортом (ещё по снегу) по тракту на село Дворец, на реке Ангаре, и далее по Ангаре до села Кежмы, куда и прибыл 19 марта 1927 года.

В Кежме он снова пополнил своё снаряжение и запасы продовольствия, получил более точные и подробные сведения о фактории Вановаре и 22 марта 1927 года на трёх подводах выехал из Кежмы.

Вскоре таёжная дорога перешла в наезженную тропу, по которой было трудно передвигаться на санях.

25 марта 1927 года Кулик достиг фактории Вановары, находящейся приблизительно в 200 км к северу от Кежмы и расположенной на правом высоком берегу Подкаменной Тунгуски. Здесь была создана база экспедиции, и Кулик стал готовиться к походу в глубь тайги, в область поваленного леса.

Фактория Вановара представляла в то время маленький посёлок из нескольких жилых домов и подсобных построек. Здесь помещались два приёмочных пункта пушнины от охотников-эвенков, принадлежавшие Госторгу и акционерному обществу «Сырье».

Всё население фактории Ванавара состояло из семей двух заведующих пунктами, семьи рабочего и полуосёдлого эвенка… Лючеткана.

Кулик заключил с Лючетканом соглашение об участии его в экспедиции в качестве проводника…

В своём очерке «За Тунгусским дивом» Л. А. Кулик подробно рассказывает о своих трёх попытках достигнуть области поваленного леса:

«…Немедленно… по приезде была сделана попытка проникнуть в район бурелома верхом на лошадях. Проводником должен был быть тунгус; лошадей я взял у ангарских ямщиков, доставивших фактории казенный груз из Кежмы. Весь расчет был основан на заверении проводника о существовании оленьей тропы, по которой могли пройти наши лошади.

Но первый же десяток километров показал, что эта тропа существовала лишь в начале зимы, а потом была погребена в 60-ти сантиметровой толще снегового покрова; кони по грудь тонули в сыпучем снегу, вьюки сбивались на бок и рвались о сучья и кору деревьев надвинувшейся со всех сторон тайги, караван вяз в частоколе таежных зарослей, ибо не всюду может пройти лошадь там, где скользит легкий олень.

После бесконечных перевьючиваний громоздких мешков с фуражем, измученные, с выбившимися из сил в глубоком снегу лошадьми, вернулись мы на факторию, чтобы искать новых путей и иных средств передвижения.

Был на исходе месяц март. Стояла бодрая, морозная погода, но капли в полдень на карнизах крыш грозили близкой смертью не только умирающей красавице зиме, но и моим надеждам на легкий зимний путь. Приходилось торопиться. Факторцам удалось уговорить нашего прежнего проводника идти опять с нами, а перевезти багаж и довести меня до центра бурелома был договорен ими местный оседлый тунгус, владелец десяти оленей.

В путь тронулись в первых числах апреля. Шли на лыжах, делая 5-7 километров в сутки. Тревожить себя больше тунгус оленевод не пожелал. Он выступил в поход со своей младшей женой, грудным младенцем, старшей дочерью и племянником. Вставали в 10 часов утра, долго пили чай и еще дольше искали оленей; после полудня выступали, а в 3-З1/2 часа дня, и редко позже, становились на ночлег, устраивали юрту и долго-долго пили чай. И так тянулось все это бесконечную неделю.

На третий или четвертый день тропа исчезла, и тунгусам пришлось прорубать её в таежной поросли. Начались стоны и сетования, притворные болезни и требования лечить… «самогоном». Отказ ухудшил взаимоотношения, ибо тунгусы не верили, чтоб русаки ходили в тайгу без этого универсального медикамента.

А между тем мы незаметно вступили в зону бурелома и шли уже по мелкой поросли. Весь крупный лес в горах был повален на землю плотными рядами, в долинах же торчали кверху не только корни выворотков, но и стволы переломанных, в вершине или на средине, как тростник, вековых богатырей тайги.

Вершины сваленных деревьев были обращены к нам: мы шли на север навстречу пронесшемуся здесь два десятка лет тому назад сверх урагану. Прошло еще дня два-три, и тунгусы забастовали: оленевод заявил мне, что путь мой кончен, и что он дальше меня, вернее мой багаж, не повезет.

Дипломатические переговоры привели лишь к тому, что лагерь наш был передвинут еще на один переход вперед и разбит у известной мне по своему географическому положению речушки; этим я устанавливал свою связь с внешним миром на случай бегства тунгусов…».

По отрывку из очерка Кулика «За тунгусским дивом» ничего конкретного о маршруте его экспедиции сказать нельзя, поэтому приходиться довольствоваться, его описанием, сделанным в монографии Е. Л. Кринова «Тунгусский метеорит»:

Кулик снова заключил соглашение, но в этот раз с эвенком Охченом, проживавшим около устья реки Чамбэ, впадающей в Подкаменную Тунгуску:

- Охчен обязался доставить экспедицию всем её снаряжением на оленях с реки Чамбэ на хребет Лакуру;

- Затем уйти на охотничий промысел, а в конце мая снова прийти на оленях за экспедицией и доставить её на реку Чамбэ, к своей избе;

- Отсюда экспедиция должна была самостоятельно выбраться на факторию.
Таков был план, разработанный Куликом.

8 апреля 1927 года экспедиция в составе Кулика, Гюлиха, Лючеткана с одним возчиком на лошадях выехали из фактории по берегу реки Подкаменной Тунгуски к избе эвенка Охчена, расположенной в 30-35 км от фактории, куда и прибыла к ночи того же дня.

На следующий день (9 апреля), навьючив все снаряжение на оленей, экспедиция по оленьей тропе вышла в тайгу. Через два дня тропа кончилась, впереди предстала непроходимая девственная тайга, пришлось прорубать путь.

В десятке с небольшим километров от избы эвенка Охчена, – писал в своем дневнике Кулик,- вдали, на северо-востоке показался хребет Буркан, расположенный вдоль левого берега реки Чамбэ, при впадении в неё реки Макирты. Направление пути экспедиции все время изменялось с северного на северо-западное.

13 апреля 1927 года экспедиция пересекла реку Макирту и здесь встретила начало сплошного вывала леса. Поваленные деревья лежали вершинами, обращенными к югу, т. е. навстречу пути экспедиции. Кулик записал в своем дневнике: «Северные берега реки Макирты оживлены сопками «чувалами», живописно выделяющимися на фоне неба и тайги своими почти безлесными белоснежными шапками, оголенными метеоритным вихрем 1908 г.»

Отсюда экспедиция направилась на северо-запад, вдоль русла реки Макирты. встречая повсюду на холмах поваленный лес. Вскоре вдали показалась гора с двумя остроконечными вершинами – Шакрама, как ее зовут эвенки, что означает по-русски «сахарная голова».

К этому времени у проводника, эвенка Охчена, появилось стремление повернуть обратно, отказавшись от своего первоначального обязательства доставить экспедицию на хребет Лакуру и сопровождать её по отдельным местам поваленного леса. Он ссылался на недостаток продуктов, на невозможность пополнить свои запасы и на разные другие причины.

После переговоров с эвенком Кулику все же удалось удержать его от возвращения, по крайней мере в течение ближайших нескольких дней, причем Кулику пришлось выделить часть запасов продовольствия для снабжения эвенка с его женой и братом, которые также сопровождали экспедицию.

15 апреля 1927 года Кулик поднялся на гору Шакрама и осмотрел окрестности. Отсюда он совершил экскурсию на хребет Хладного, расположенный к востоку от горы Шакрама и названный так Куликом.

Здесь им была обнаружена южная граница распространения ожога, вызванного взрывом при падении метеорита. С хребта Хладного можно охватить взором значительную территорию во всех направлениях.

Южнее реки Макирты голые места от поваленного леса видны были лишь по склонам отдельных вершин и горок; в долинах же и вообще в защищенных местах лес уцелел.

К западу, на вершинах хребта Лакура, поваленный лес виден отдельными пятнами. Такие же пятна замечались и на хребте Буркан, к юго-востоку, причем в направлении на восток пятна уходили по крайней мере на 20-25 км.

Так как в тайге еще лежал мощный снежный покров, то места с поваленным лесом резко выделялись белоснежными пятнами на общем сером фоне тайги.

Таким образом, вся местность к западу, югу и востоку от хребта Хладного характеризуется вывалом леса на открытых местах, причем поваленные деревья лежат вершинами к югу или юго-востоку. Здесь встречается и молодая поросль леса, в возрасте 20-30 лет. К северу от хребта Хладного, по глазомерной оценке километров на 10-12, почти весь горизонт занят группой белоснежных, оголённых от леса гор.

Этот участок гор, как это можно было различить с хребта Хладного, рассекается руслом ручья Чургима, текущего с севера и впадающего в реку Хушмо.

Находившийся с Куликом эвенок Лючеткан говорил ему, что именно этот район, т. е. за горами на севере, занимал в 1908 г. его родственник, эвенок Василий Ильич Илыошонок (Онкоуль). В этом районе находились и его лабазы, разрушенные падением метеорита, а также паслись олени.

Итак, Кулик достиг той области, о которой стали слагаться чуть ли не легенды, – области поваленного леса, где упал знаменитый Тунгусский метеорит.

Теперь Кулик стремился проникнуть к северу, за те белоснежные горы (от сплошного вывала леса), которые открылись перед ним с хребта Хладного. Первоначальный план проникновения на хребет Лакуру он уже оставил.

Однако эвенки Охчен и Лючеткан наотрез отказались сопровождать экспедицию. Создалось критическое положение. Идти на риск, т. е. остаться вдвоем в тайге за сотню километров от фактории, перед наступлением весеннего половодья и без каких-либо средств к передвижению и перевозке экспедиционного снаряжения, Кулик не мог.

Поэтому для него не было другого выхода, как только вернуться с эвенками на факторию Вановару, а после этого попытаться в сопровождении новых проводников, местных охотников, снова пробраться в область поваленного леса.

Однако в этот свой второй (на самом деле в третий) поход он решил использовать плот для продвижения по разлившимся рекам Чамбэ и Хушмо.

Задержавшись в районе хребта Хладного ещё на несколько дней для засечки приметных пунктов и вершин гор при помощи горного компаса, 19 апреля 1927 года экспедиция повернула обратно к фактории Вановаре, куда и прибыла благополучно 22 апреля 1927 года.

В своем письме, посланном с фактории академику В. И. Вернадскому, Кулик писал:

«…Мы проникли в глубь тайги верст на 100 от фактории Вановары, сплошным буреломом (ни одного взрослого дерева!) прошли верст 20 в направлении с юга на север. Впечатление от этого бурелома исключительное: на всем этом пространстве взрослый лес сметен начисто и параллельно уложен вершинами в общем к югу (эвенки всех заверяли: «вершинами к северо-востоку»)».

Как пишет в своём очерке Леонид Кулик «За тунгусским дивом», вынуждено возвращаясь в Ванавару, «особенной нужды в такой крайней мере… не усматривал», считая, что он «не был ещё прижат к стене: лежал ещё повсюду, хотя уже и мокрый, но всё же снег, до ледохода, хотя речушки уже покрылись водой, оставалось все же ещё недели три. И новый план роился в голове: вернуться в Вановару, сменить свой «экипаж» на новый, русский, закинуть на санях продукты чунским «трактом» к северу и речками с востока проникнуть в заповедный кряж».

… 30 апреля 1927 года, ещё по снегу первая партия экспедиции в составе Кулика и трёх рабочих покинула Вановару и на четырех санях направилась на реку Чамбэ, по дороге из фактории Вановары на факторию Стрелка, т. е. на север. Вслед за первой партией на реку Чамбэ перебралась, и остальная партия с помощником Кулика Гюлихом…

…3 мая 1927 года экспедиция достигла реки Чамбэ и здесь остановилась во временном лагере. Расчет был такой: построить плоты и по вскрывшейся реке Чамбэ отправиться вниз по течению на запад, до реки Хушмо, впадающей в Чамбэ. Затем по реке Хушмо также на плотах проникнуть в область поваленного леса.

… 9 мая 1927 года плоты были готовы, и экспедиция отправилась по реке Чамбэ на двух плотах по намеченному маршруту. Сначала плоты шли без препятствий, но после четвертого километра путь плотам преградило нагромождение льдов. Используя всякий раз освобождавшиеся от льда участки реки, экспедиция мало-помалу продвигалась вперед…

… Наконец, 13 мая 1927 года экспедиция добралась до устья реки Хушмо, пройдя по реке Чамбэ в общей сложности около 40 километров. Река Хушмо оказалась уже свободной от льда. Оставив здесь один плот для сплава по реке Чамбэ при обратном пути, экспедиция построила новый плот и снова на двух плотах отправилась по реке Хушмо, но уже вверх по течению. Плоты пришлось тянуть бечевой, используя для этого имевшуюся лошадь.

20 мая 1927 года около устья реки Укогиткона, впадающей в Хушмо, был встречен первый участок вываленного на вершине холма леса. Поваленные деревья лежали вершинами на юго-восток. Следующий холм также был покрыт поваленным лесом с вершинами, направленными к юго-востоку.

22 мая 1927 года экспедиция подошла к устью реки Ухагитты. Здесь был встречен уже сплошной вывал леса на значительной территории, но вершины деревьев по-прежнему лежали на юго-восток. Поваленные деревья часто преграждали путь, и местами приходилось прорубаться через сплошной валежник, загромождавший реку и ее берега.

25 мая 1927 года Кулик отметил в своем дневнике: «Весь день шли мимо голых гор. Бурелом обожжен. С вершин холмов производились засечки появившихся на горизонте вершин отдельных гор. По поваленному и обожженному здесь лесу поднимается редкая поросль. Направление поваленного леса по-прежнему ориентировано вершинами на юго-восток».

30 мая 1927 года экспедиция достигла устья ручья Чургима, глубокую долину которого наблюдал Кулик с хребта Хладного еще в первый свой выход. Здесь был устроен лагерь № 13, и отсюда Кулик начал обследование северных окрестностей. Совершая ежедневные экскурсии, он прежде всего установил, что к северу от лагеря расположена котловина, окруженная амфитеатром гор. Сюда и был перенесен лагерь экспедиции.

Обходя вершины этих гор, Кулик производил с помощью горного компаса засечки их вершин и других приметных пунктов, а также измерял направление поваленных деревьев. И вот в это время, совсем неожиданно для себя, он установил радиальный характер вывала леса. На какую бы вершину горы вокруг котловины он ни пришел, всюду он встречал деревья лежащими вершинами наружу, а корнями – к котловине.

И в добавление к своему открытию, Леонид Кулик, ещё отмечает, что «…в котловине, наконец, у северо-восточного её участка, обнаружил десятки плоских кратеров-воронок, до нельзя схожих с лунными. Их легче всего было заметить в тундре, обожженной и не успевшей еще восстановить как следует весь свой растительный покров.

Воронки имели самый разнообразный поперечник, но чаще – от 10 до 50 метров; их глубина не превышала в общем 4 метров, а дно было уже затянуто болотным моховым покровом.

Как глубоко ушли метеориты в тундру и горные породы, сказать я не могу: не в силах был я ни обойти всю местность, вспаханную ими, ни приступить к рытью: речь шла уже о том, чтобы благополучно выбраться оттуда. Продуктов оставалось у нас дня на 3-4, а путь лежал не близкий и далеко не триумфальный…».

…Кулик был полон уверенности в том, что он проник на самое место падения метеорита, которое определялось, прежде всего, направлением радиального вывала леса. Более того, он был убежден, что метеорит роями отдельных масс выпал в северо-восточной и северо-западной частях котловины, где и образовал серии воронок…

…Вместе с тем хребет Лакура с его ямами и «сухой речкой», о которых рассказывали эвенки, а также дальние окрестности котловины к северу, северо-востоку и во всей западной стороне остались необследованными. Характер и дальность распространения в этих направлениях вываленного леса остались неизвестными. Обследованной (бегло, вдоль маршрутов экспедиции) оказалась только южная и юго-восточная, а также частично восточная часть области от котловины до самой её границы…

… Вернувшись 24 июня 1927 года на факторию Вановару и построив здесь большую лодку «перевозню», на которую было погружено все снаряжение, экспедиция 30 июня 1927 года покинула факторию и направилась (отплыла) вниз по реке Подкаменной Тунгуске. На реке Енисее экспедиция погрузилась на пароход и направилась в Красноярск, откуда поездом в сентябре 1927 г. вернулась в Ленинград.
В качестве источника: Материалы из монографии Е. Л. Кринова «Тунгусский метеорит» (М.-Л., 1949, «Первая экспедиция 1927 г., выборочно со стр.93-105); http://www.rgo-sib.ru/book/kniga/32.htm.

Читая в интерпретации Евгения Кринова «отчёт Леонида Кулика о его маршрутах до Хребта Хладного и затем по рекам Чамбе и Хушме до ручья Чургима и по нему до «великой котловины», где он обнаружил радиальный вывал тайги и «десятки плоских кратеров-воронок, до нельзя схожих с лунными», то по сделанному им описанию, почти невозможно понять, даже мне (Константину Коханову), ходившему там неоднократно, каким был точно, проделанный Леонидом Куликом, в его героическом одиночном походе, тогда весь путь, потому что, по каким-то непонятным причинам, он часто забывает упомянуть своего помощника Александра Гюлиха.

К счастью для читателей, Е. Л. Кринов в своей монографии «Тунгусский метеорит» (М.-Л., 1949) на фиг.22 привёл «Схематическую визуально-маршрутную карту района падения Тунгусского метеорита»:

10.

Правда, Константину Коханову пришлось визуально-маршрутную карту Е. Л. Кринова, растянуть по горизонтали для лучшего восприятия района падения Тунгусского метеорита, так как Леонид Кулик сам написал о том, что работал там, где карты настолько условны. Что весь район можно было обозначить сплошным белым пятном.

Если, как пишет геолог Борис Вронский в своей книге «Тропой Кулика» (М., 1968) Леонид Кулик плыл в лодке до Енисея три недели, то значит он туда приплыл примерно 21 июля 1927 года и если к себе в Ленинград вернулся только в сентябре, то явно с возвращением туда, он особенно не торопился…

В своём очерке «За тунгусским дивом», в принципе, что это было действительно так, Кулик пишет в его самом начале:

«Не успел я покинуть чистенькой каюты пришедшего из Енисейска в Красноярск красавца «Коссиора», как добрые и просто знакомые и даже совершенно незнакомые мне сюда засыпали меня ворохом вопросов: «Ну что, как? нашли его? Где, какой он? – большой?» и т. д. и т. п.

Всё это является характернейшим показателем того повышенного интереса, какой красноярцы проявляют к нашумевшему падению крупного метеорита в Тунгуссии, в июне 1908 г.

А потом пришли ко мне «собственные корреспонденты» и просто корреспонденты. А потом т. редактор отрезал мне уже всякие пути к отступлению: «В ближайшие дни Л. А. Кулик поместит в нашей газете ряд очерков, рисующих работу экспедиции и её достижения».

И вот, пришлось взяться за перо… и писать очерк «За тунгусским дивом» до 19 августа 1927 года.

Очерк «За тунгусским дивом» был написан Куликом для красноярских читателей, поэтому он не слишком преувеличивал, обнаруженные им масштабы последствий падения Тунгусского метеорита и даже, можно сказать, точно предсказал, какой популярностью будет в будущем пользоваться открытое им место, с многочисленными большими воронками от его крупных осколков:

«Эта поездка была сплошной поэзией, и я уверен, что наступит время, когда спортивные прогулки туда станут такими же излюбленными, как и на пресловутые (Красноярские) «Столбы» (да простят мне «столбисты» эту дерзость!) Но об этом – в другом месте…

(В СССР к этому всё и шло, но в современной России, интерес к Тунгусскому метеориту в основном сохраняется стараниями уфологов, пока только их фантазиям на тему «Тунгусское НЛО» всегда находится почётное место на многочисленных сайтах Интернета).

…Что же касается до падения нашего метеорита, то в заключение ещё раз могу сказать, что площадь бурелома действительно определяется тысячами квадратных километров; кроме того, её центральная часть однообразно обожжена окружавшим метеорит облаком раскалённых (до тысячи градусов) газов. Сам же метеорит представлял собой рой мелких и крупных тел, из которых те, которые образовали упомянутые выше крупные воронки, должны были иметь вес свыше 130 тонн каждое…».

Возвратившись в 3 сентября 1927 года в Ленинград, Леонид Кулик пишет следующий очерк о своей экспедиции «Где упал Тунгусский метеорит» и публикует его в журнале «Наука и техника», №39, издания «Красной Газеты» 23 сентября 1927 года.

11.

На коллаже со статьями Леонида Кулика и с заметкой о нём, сделан комментарий, в котором рассказано, с чего, по сути, рядовой сотрудник Академии Наук СССР, занимавший в Комитете по метеоритам скромную должность, стал превращаться в известного всем учёного, которому ещё из жалости, за совокупность статей о метеоритах, ещё даже не присвоили звания кандидата наук.

Типография газеты «Красноярский Рабочий» выпускает брошюру со статьёй Леонида Кулика «За тунгусским дивом», которую он написал, как только приплыл на пароходе в Красноярск 19 августа 1927 года.

Вдохновляясь этой статьёй, красноярская газета «Власть труда» от 6 сентября 1927 года, сообщая о прибытии экспедиции Л. Кулика 3 сентября в Ленинград, в заметке «СЛЕДЫ ОГНЕННОГО ГОСТЯ», по сути, публикует её результаты и уточнённые масштабы разрушений, вызванные падением Тунгусского метеорита:

«Падение метеорита было видно на площади радиусом свыше 800 километров. Предполагается, что метеорит имел в поперечнике несколько сот метров. В городах Киренске и Илимске, отстоящих от места падения на 400 километров, был слышен ряд громовых ударов и было видно, как на горизонте поднялся столб огня и громадные клубы дыма. Перед местом падения тайга на протяжении 600 километров была повалена, очевидно, воздушным вихрем. Место падения метеорита занимает площадь в несколько километров и усеяно множеством громадных воронок».

Как тут было Леониду Кулику самому удержаться и не приумножить масштабы разрушений, и он пишет в статье «ТАМ, ГДЕ УПАЛ ТУНГУССКИЙ МЕТЕОРИТ», в ленинградском журнале» «НАУКА И ТЕХНИКА», №39, от 23 сентября 1927 года, что «аэрофотосъёмка даст нам намечающуюся уже с высоты окрестных гор поразительную картину не то вулканических флегрейских полей под Неаполем, не то лунной поверхности при большом увеличении. Мне кажется, что эта аэрофотосъемка даст нам материал и ключ к истолкованию целого ряда особенностей лунного ландшафта».

Ленинград не Красноярск и масштабы последствий падения Тунгусского метеорита, соответственно, в очерке Леонида Кулика «Где упал Тунгусский метеорит», возрастают многократно и поэтому нуждаются в дальнейшей их полной оценке:

«…Работа моей экспедиции внесла существенные и весьма ценные поправки и обогатила метеоритную литературу новым фактическим материалом.

Тем не менее эта работа носила лишь рекогносцировочный характер: бедная средствами и силами экспедиция не могла произвести ни раскопок, ни детального осмотра всей площади падения и полной съемки ее, ни определения астрономических пунктов; а между тем работать приходилось в таком краю, где все элементы наших географических карт являются настолько условными, что правильнее было бы, пожалуй, весь этот район обозначать пока сплошным белым полем.

Достаточно сказать, например, что для всей р. Чуни и верхнего течения Подкаменной Тунгуски имеется всего лишь один астрономический пункт (фактория Таимба), и едва ли тысячеверстные, уже заснятые маршрутной съемкой, хвосты этих рек весьма произвольно болтаются в пространстве; понятен поэтому вопрос одного красноярского картографа, обращенный ко мне, как к эксперту, побывавшему на местах: как поступить ему, при составлении 20-ти и 80-ти верстной карты, хотя бы с той же рекою Чуней, – «маленько растянуть ее или же сжать гармоникой». Итак, определение здесь астрономических пунктов является вопиющей необходимостью не только для моей экспедиции, желающей к чему-нибудь привязать произведенную ею съёмку.

Необходима здесь и другая вещь. Воронки рассеяны на площади во много километров в поперечнике. Обойти их все, заснять на план и выяснить закономерности падения, равно как зафиксировать и общую картину грандиознейшего, не имеющего себе равных, бурелома и следы интерференции воздушных волн, – экспедиции на этот раз не удалось, вследствие исключительной трудности передвижения в заваленной мертвым лесом гористой местности, пересеченной тундрой и болотами.

Детальная топографическая съемка здесь является делом и трудным, долгим и дорогим. С другой стороны, наиболее отвечающей требованиям производящегося исследования и предстоящих раскопок, да и вообще наиболее рациональной в данном случае является фотографическая съемка с гидроаэроплана; с последнего — потому, что единственными доступными для посадки местами в этих краях являются достаточно широкие здесь реки и озера.

И ещё: аэрофотосъемка даст нам намечающуюся уже с высоты окрестных гор поразительную картину не то вулканических флегрейских полей под Неаполем, не то лунной поверхности при большом увеличении. Мне кажется, что эта аэрофотосъемка даст нам материал и ключ к истолкованию целого ряда особенностей лунного ландшафта…».

Хотя Леонид Кулик в 1927 году отказался от первоначального плана проникновения на хребет Лакура для поиска «Сухой речки» и сосредоточился в последующих своих экспедициях только на районе обнаруженного им радиального вывала и обнаруженных там воронках, одну из которых (Сусловскую) он даже осушил, и не смотря, что нашёл на её дне пень, продолжил в ней буровые работы, другие исследователи мест, связанных в показаниях очевидцев с падением Тунгусского метеорита о «сухой речке» помнили всегда и даже предпринимали попытки её обнаружить.

Из статьи В. М. Кувшинникова «Обследование депрессий в районе Чавидокона и верховьев Макикты» (http://www.rgo-sib.ru/book/articles/2.htm), можно узнать даже некоторые подробности, связанные с поисками «Сухой речки»:

«Образование, получившее наименование «Сухая речка», интересовало исследователей Тунгусского метеорита как место возможного падения его обломков. Действительно, по описаниям эвенков (Суслов, 1927), это длинная борозда на склоне хребта Лакура, вроде русла высохшей речки или ручья, заканчивающаяся большой ямой, где земля перемешана с деревьями так, что у иных засыпаны вершины и торчат из земли корни.

В упомянутой статье Суслова указывалось, что здесь метеорит ударился о землю и раскололся. Один обломок остался на месте, другой рикошетом отлетел в район г. Стойкович, а третий – на Южную Чуню.

Ввиду большой неопределенности в указаниях на местонахождение «Сухой речки» неоднократные попытки обнаружить этот объект успеха не имели. Возвышенность в 15 км к западу от г. Шахормы, которую, как оказалось впоследствии, имели в виду эвенки (а не географический Лакурский хребет), две наши группы обследовали в 1960 г., но объекта не обнаружили (Кувшинников, Колобкова, 1963). Рикошет метеорита от Лакурского хребта с разлетом его частей на десятки километров абсурден с физической точки зрения, а потому интерес к поискам «Сухой речки» со временем почти исчез…».

В 1972 году Константин Коханов, тоже предпринял попытку обнаружить «Сухую речку» на хребте Лакура, или хотя бы большую яму, сравнимую с Аризонским кратером», но видимо пересёк Лакурский хребет не в том месте. А вот коллеги В. М. Кувшинникова в тот год даже Лакурский хребет не нашли. Поэтому руководитель КСЭ (тогда ещё не академик) Николай Васильев на Заимке Кулика, во время итоговой «конференции», предложил даже создать «комиссию» с председателем Кохановым с целью выяснения, где находится этот хребет.

12.

Комментарий к коллажу с рекогносцировочной экспедицией Константина Коханова на Лакурский хребет:

Рекогносцировочная экспедиция Константина Коханова 1972 года, была продолжением экспедиции 1971 года, когда он лично приступил к проверке опросных данных о местах вероятного падения Тунгусского метеорита, полученных И. М. Сусловым от эвенков в 1926 году в фактории Стрелка Чуни.

В 1971 году Константин Коханов прошёл от устья Чамбы только до Заимки Кулика и ничего там близко относящегося к Тунгусскому метеориту не заметил, но зато встретил там экспедицию КСЭ во главе с Дмитрием Дёминым.

В 1972 году он уже забросил на заимку Кулика часть своих продуктов и привёл, к прилетевшему туда на вертолёте Джону Анфиногенову с женой, группу из трёх томских студентов. Затем вернулся на Подкаменную Тунгуску, дошёл от Ванавары до устья Верхней Лакуры, поднялся по правому берегу до её верховья, пересёк Хребет Лакура, и вышел берегами рек Сераныль и Чавидакон к Хушме, и по ней к ручью Чургим и к Заимки Кулика, и только верховьев Южной Чуни он достиг, в лодке с мотором, с проводником из Стрелки Чуни, Валерием Зарубиным, в 2013 году, хотя уже знал, что и там ничего для него интересного нет.

Мне могут задать вопрос, – почему я ограничился только рассмотрением одной экспедиции Леонида Кулика 1927 года? Отвечу, – что исключительно только потому, чтобы показать, как инструментально (приборами), теоретически и практически определялось место взрыва или падения Тунгусского метеорита и по показаниям очевидцев корректировали траекторию его полёта.

Поэтому, если читатель обратил внимание, на то, что С. В. Обручев, И. М. Суслов и Л. А. Кулик, попадая в село Кежма, во время своих экспедиций или поездок, ни разу не упомянули, что Тунгусский метеорит пролетел над этим селом и только, как И. М. Суслов может быть интересовались, но только в каком направлении и откуда очевидцы там видели белый, серо-дымный, огненный или другой раскраски и расцветки след от пролетавшего Тунгусского метеорита.

О чём это говорит? Только о том, что пролетевший над Кежмой Тунгусский метеорит, уводил их в сторону от места его взрыва или падения, уже установленного А. В. Вознесенским по результатам обработки ему известных показаний очевидцев и полученных С. В. Обручевым сведениям от эвенков, со сделанным для него рисунком со схемой, где находится большая область поваленного леса между реками Чамба и Кимчу. К тому же им помог убедиться в правильности определения района падения Тунгусского метеорита своим опросом эвенков, на их съезде на фактории Стрелка Чуни, Председатель комитета содействия народам Севера И. М. Суслов, также получивших от эвенков рисунок со схемой большой области поваленного, которая перекрывала тот же самый район, как на рисунке со схемой, полученным С. В. Обручевым.

С такими «надёжными» источниками информации, Леонид Кулик мог и сам и без помощи проводников-эвенков, найти эту большую область поваленного леса, но на всякий случай решил не рисковать, но рискнуть всё-таки пришлось, так как от проводников-эвенков оказалось мало толку и только было много потеряно впустую времени и выделенных на экспедицию Академией Наук, денежных средств.

В статье Н.В. Васильева «Проблема Тунгусского метеорита на рубеже столетий» всё-таки, как мне показалось наметилось среди исследователей Проблемы Тунгусского метеорита, в их головах, некоторое просветление, что «траектория Тунгусского метеорита» на основании показаний очевидцев на Ангаре плохо согласуется с траекторией, определяемой на основании анализа векторной структуры леса, в так называемом эпицентре взрыва «Тунгусского космического тела ТКТ)», так сейчас в основном стараются подчеркнуть, что «оно» может быть вовсе и не метеорит:

«…Опубликование в 1981 г. каталога показаний очевидцев Тунгусского метеорита [Васильев с соавторами, 1981] создало условия для оценки ситуации в целом. В результате выяснилось, что траектория, определенная на основании показаний очевидцев на Ангаре и соответствующая, скорее всего, варианту, предложенному Е.Л. Криновым, плохо согласуется с траекторией, определяемой на основании анализа векторной структуры повала леса и тем более поля лучистого ожога.

В поисках выхода из этих противоречий использовались различные подходы. Нередко, отдавая приоритет прямым физическим доказательствам, исследователи, в сущности, игнорировали показания очевидцев, как малонадежный материал.

С этим можно было бы согласиться, если бы речь шла о единичных свидетельствах, а не о массивах из сотен независимых наблюдений, при обработке которых в действие вступают те же законы статистики, что и при анализе любой другой совокупности случайных событий.

Другие исследователи предпринимали попытки совместить ангарские показания, нижнетунгусские свидетельства и геометрию зон разрушений.

Немалые усилия предпринимались, например, И.Т. Зоткиным и А.Н. Чигориным [1980, 1991]. Полученные при этом результаты гораздо расплывчатее, а допуски больше, чем те, которые имеет место при раздельном анализе показаний обеих групп очевидцев [Кринов, 1949; Эпиктетова, 1976,1990; Коненкин, 1967].

Второй вариант: Ф.Ю. Зигель [1983] высказал предположение о маневре, допуская, что Тунгусское космическое тело двигалось первоначально по траектории, близкой к рассчитанной Е.Л. Криновым. Затем, описав дугу, вышло на междуречье Нижней и Подкаменной Тунгуски на восточную траекторию, по которой и следовало вплоть до момента «взрыва» [Журавлев, Зигель, 1994].
Источник: https://природаэвенкии.рф/content/проблема-тунгусского-метеорита-на-рубеже-столетий

13.

Комментарий на коллаже по поводу «манёвра Тунгусского метеорита или Тунгусского космического тела» с указанием на картах 20-ти рекогносцировочных экспедиций Константина Коханова с 1970 по 1986 год и с 2008 по 2017 год в Красноярском крае и в Иркутской области:

Можно ли серьезно обсуждать с «научными работниками» то, что они сами плохо себе представляют, но с умным видом стараются всем доказать.

Вероятно, Феликс Зигель от рассказов очевидцев полёта Тунгусского метеорита и распитого с их детьми ящика портвейна, просветлел, и увидел не Зелёных Чертей, а как «Тунгусский метеорит» за Кежмой совершил манёвр к селу Преображенка и оттуда полетел к фактории Ванавара.

Даже Константин Коханов, в тайге от спирта, так не бредил! Но по западной, южной и восточной траектории, вероятного полёта Тунгусского метеорита, всё-таки ходил и даже с одним очевидцем падения Тунгусского метеорита в селе Ерёма на Нижней Тунгуске разговаривал.

Причём не я нашёл очевидца падения Тунгусского метеорита Василия Семёновича Фаркова, а он меня в 1973 году, когда я вернулся с устья реки Алтыб (левой приток реки Большая Ерёма) в село Ерёму. Оказывается, его уже дважды опрашивали участники томской Комплексной Самодеятельной Экспедиции (КСЭ), а я, как исследователь Проблемы Тунгусского метеорита, из Москвы, даже не смог подумать, что в этом селе кто-то есть, кто сам видел полёт Тунгусского метеорита.

Когда пролетал Тунгусский метеорит, Василию Фаркову было 10 лет, он стоял с дядей на берегу Нижней Тунгуски, а метеорит пролетел над рекой от него с правой стороны и высоко в небе.

На мой вопрос, – а не может ли он показать мне то место, где в 1908 году, стоял на берегу реки? – его ответ меня не только удивил, но даже обескуражил. Оказывается, тогда село Ерёма находилось за «хребтиком из двух горок», которые 50 лет назад были смыты рекой во время весеннего паводка, и вместо горок, под обрывистом берегом, образовался песочный пляж.

Река явно выпрямила своё русло и где стоял Василий Фарков, он уже точно не знал, как и то, каким образом тогда река огибала эти горки.

Я не стал уточнять подробности из того, что было интересного в тот день, когда он видел полёт Тунгусского метеорита, лишь попросил его, если он что-то вспомнит из событий того дня, написать мне в письме в Москву. И я действительно получил о Василия Фаркова даже два письма, первое – с «историей ерёминского края» на шести листах, и второе – с просьбой прислать ему гитару или балалайку, чтобы радовать по праздникам, игрой на этих инструментах, своих детей и внуков.

Гитару в начале 1970-х годов в Москве купить было можно, но сложно, зато балалайку можно было купить легко, а вот упаковать её и обшить материей ящик было намного сложнее, так как отправить балалайку в Ерёму можно было только авиапочтой, и на почте могли принять посылку, только обшитую тканью.

Из статьи Константин Коханова: «Где нужно было искать Тунгусский метеорит?»
Марсианская бомбардировка:

Как уже отмечалось Константином Кохановым в статье («Где нужно было искать Тунгусский метеорит?»), он после ознакомления со статьёй «Следы космической бомбардировки», об упавшем на Марс метеорите в журнале ВПВ («Вселенная, Пространство, Время» №4/59, 2009), внёс в свою, запланированную на 2009 год «очередную» рекогносцировочную экспедицию в верховья реки Южной Чуни, существенные изменения.

Во-первых, потому что, как в статье отмечалось, «траектория упавшего на Марс метеорита исходно была направлена с юго-востока на северо-запад и наклонена к поверхности планеты под сравнительно небольшим углом, чем-то, напоминая одну из расчётных траекторий Тунгусского метеорита».

Во-вторых, также в статье отмечалось, что «метеорит размером около 200 метров распался в марсианской атмосфере на сотни обломков разных размеров» и на опубликованной в статье фотографии было видно, что «самые крупные обломки метеорита образовали три, идущие следом друг за другом, больших кратера, при этом один из них имел диаметр около километра. А около сотни мелких обломков, которые достигли поверхности раньше крупных, образовали цепочки из множества небольших кратеров».

14.

Комментарий к коллажу о следах «космической бомбардировки» марсианской поверхности:

«Траектория упавшего на Марс метеорита была направлена с юго-востока на северо-запад и наклонена к его поверхности планеты под сравнительно небольшим углом, чем-то, напоминая одну из расчётных траекторий Тунгусского метеорита».

Экспедицию 2009 года на Южную Чуню, Константин Коханов назвал «мечтой уфолога», когда на озере Восточный Амут, включил навигатор «Магеллан», и сразу «вызвал» на озере шторм, который чуть не опрокинул его лодку.

Оказалось, что в этом не было ничего сверхъестественного, просто его проводник Валерий Зарубин забыл предупредить Константина Коханова, что после 10-ти часов утра, в этих местах, весной начинает «дуть» ветер. В результате измерение глубины озера, в контрольных точках, Константину Коханову, пришлось перенести на вечер.

А на озере «Амут», невдалеке от озера была обнаружена странная мутация осины и в самом озере не было кроме щук никакой другой рыбы. Поэтому щуки весом до двух-трёх килограмм имели головы, со слов проводника Валерия Зарубина, почти в два раза больше туловища.

Константину Коханову хотелось увидеть такую щуку, но в сеть попалась щука весом более трёх килограмм, нормального вида, правда внутри у неё оказались водоросли и еще не переваренный щурёнок, который был с описанной выше непропорциональной головой.

Ещё в 1925 году А.В. Вознесенский считал, что на месте падения метеорита должен быть кратер, наподобие Аризонского и вокруг него, на таких же расстояниях, т. е. до 2 – 3 км в окружности, масса обломков, отделившихся от главного ядра ещё до падения или при самом падении.

Поэтому на описание наблюдений за полётом Тунгусского метеорита очевидцами, опубликованных в газете «Красноярец» в №153 от 13 июля 1908года, в разделе «По губернии» (стр.1-2) в статье собственного корреспондента П-хова, Константин Коханов посмотрел несколько иначе и сравнил их с описанием последствий «марсианской метеоритной бомбардировки»:

«С. Кежемское. 17-го, в здешнем районе замечено было необычайное атмосферическое явление.
В 7 час. 43 мин. утра пронесся шум как бы от сильного ветра. Непосредственно за этим раздался страшный удар, сопровождаемый подземным толчком, от которого буквально сотряслись здания, причем получилось впечатление, как будто бы по зданию был сделан сильный удар каким-нибудь огромным- бревном или тяжелым камнем.

За первым ударом последовал второй, такой же силы и третий. Затем – промежуток времени между первым и третьим ударами сопровождался необыкновенным подземным гулом, похожим на звук от рельс, по которым будто бы проходил единовременно десяток поездов.

А потом в течение 5-6 минут происходила точь-в-точь артиллерийская стрельба: последовало около 50-60 ударов через короткие и почти одинаковые промежутки времени. Постепенно удары становились к концу слабее.

Через 1,5-2-минутный перерыв после окончания сплошной «пальбы» раздалось еще один за другим шесть ударов наподобие отдаленных пушечных выстрелов, но все же отчетливо слышных и ощущаемых сотрясением земли…».

Описание «марсианской метеоритной бомбардировки», практически ничем не отличалось от того, что, хотя не видели очевидцы, но прекрасно слышали и почувствовали сами:

«…Самые крупные обломки метеорита образовали три, идущие следом друг за другом, больших кратера, при этом один из них имел диаметр около километра. А около сотни мелких обломков, которые достигли поверхности раньше крупных, образовали цепочки из множества небольших кратеров».

Поэтому Константин Коханов сделал предположение, что возможно тоже самое произошло и при падении Тунгусского метеорита на Землю, с той лишь разницей, что Тунгусский метеорит, мог быть по размерам в два-три раза больше марсианского, и разрушения его ядра стало происходить, естественно, на большей высоте и последующие друг за другом три «страшных» удара с сильным сотрясением земли, могли быть результатом падения на землю его трёх крупных обломков, артиллерийская стрельба, могла быть результатом падения на Землю сравнительно «небольших обломков», размером от 5 до 10 метров, а непрерывный гул между сильными ударами, «похожий на звук от рельс, по котором будто проходил десяток поездов» – был результатом на падения на Землю «мелких обломков», размером менее одного метра.

Шесть «отдалённых пушечных выстрелов», после 1,5-2 – минутного окончания, Константин Коханов, тогда объяснить не мог, но после падения Челябинского метеорита и двух его экспедиций (2013 и 2016 года) под траекторией полёта этого космического тела, навели его на мысль, что после взрыва или разрушения Тунгусского метеорита, в атмосфере земли, часть его осколков, могли сохранить, если не первоначальную скорость, но значительно большую, чем его крупные осколки и соответственно упасть на землю позднее его крупных частей.

Константину Коханову только оставалось определить по топографическим картам и снимкам из космоса земной поверхности, эти самые метеоритные кратеры, которые могли стать озёрами диаметром около километра, а может быть и больше, расположенные на одной линии по широте, долготе или по какому-то азимуту предполагаемой траектории полёта Тунгусского метеорита.

А так как запланированная им экспедиция было в верховья Южной Чуни, то и особое внимание он уделил именно бассейну этой реки. Внимание Константина Коханова привлекли два озёра Амут и Восточный Амут, но третьего озера на одной линии с ними, он, на том же расстоянии в западном и в восточном направлении от них, не обнаружил.

Правда в западном направлении на спутниковой карте он нашёл «подозрительное место», напоминающее чем-то метеоритный кратер, «нужного ему диаметра», и поэтому особенно не расстроился отсутствием третьего озера.

В 2009 году с проводником из Стрелки Чуни Петровым Альбертом Константиновичем, Константин Коханов смог только выйти к озеру Амут. Озеро Амут, диаметром около 1,3 км, Константин Коханов обошёл вокруг без проводника. Радиоактивный фон в окрестностях озера оказался в норме, но на одном из прилегающих к нему участков, была обнаружена им необычная мутация осины. Какого-либо стока воды из озера он тогда не обнаружил.

Посетить в 2009 году озеро Восточный Амут ему не удалось. Впадающий недалёко от устья реки Амут, его левый приток вброд перейти было нельзя, вплавь не хотелось ещё потому, что идти до озера нужно было около 8 километров.

Проводник Альберт Петров в этих местах не охотился, поэтому рассчитывать на его помощь он не мог. Вернувшись в стрелку Чуни, Константин Коханов познакомился с охотником Валерием Николаевичем Зарубиным, охотничьи угодья которого, включали в себя интересующие его озёра.

В 2010 году уже в качестве проводника, Валерий Зарубин, довёл Константина Коханова до озера Восточный Амут, а затем посетил с ним также озеро Амут.

Озеро Восточный Амут имело диаметр почти в два раза меньший, около 0,7 км, но было интереснее озера Амут тем, что имело воронкообразную форму, хотя в тот год и меньшую глубину, немногим более 18 метров. Измеренная Кохановым глубина озера Амут в том году, была примерно 25 метров.

Почему Константин Коханов называет приблизительные цифры глубин этих озёр? Это не потому, что у его эхолота была большая погрешность измерений, а потому что измерения приходилось проводить сидя в одноместной резиновой лодке, при ветреной погоде.

Лодка качалось, её сносило ветром, приходилось по несколько раз корректировать точки измерений, по навигатору «Магеллан», и делать в разных точках поверхности озёр по несколько измерений его глубины.

После сделанных измерений глубины озера Восточный Амут, обхода в одиночку его вокруг и изучения, обнаруженных рядом с этим озером, напоминающих метеоритные воронки, мелких озёр, проводник Коханова, обратил внимание, что он очень долго что-то ищет на топографических и спутниковых картах, и поинтересовался у него, что он на этих картах так долго не может найти.

Узнав, что Коханов ищет третье озеро на одной линии с озерами Амут и Восточный Амут, Валерий Зарубин сказал, что такое озеро есть, но только восточнее Восточного Амута километров на двадцать. Константин Коханов сразу же нашёл это озеро, носившее название Чачо.

Оставалось только посетить это последнее озеро в бассейне реки Северная Чуня. Договорившись в Стрелке Чуни с охотником, на чьих охотничьих угодьях было озеро Чачо, Константин Коханов решил посетить это озеро с ним в 2011 году. За месяц до начала экспедиции Коханова его новый проводник отказался его сопровождать на озеро Чачо, сославшись на семейные обстоятельства…

…Поэтому Константин Коханов договорился с охотником Владимиром Медведевым (Чимирканом) о путешествии на озеро Чачо в 2012 году, но прилетев в Ванавару, он отыскал там охотников, из тех, кто был на озере Чачо и узнал от них, что озеро мелководное, глубиной около 3 – 5 метров, но несмотря на это, отменять своей экспедиции туда не стал.

…Это была уже 15-я рекогносцировочная экспедиция Константина Коханова, и ему очень не хотелось, чтобы она опять окончилась без конкретных результатов, хотя бы потому, что возраст у него уже был таким, что с рюкзаком под тридцать килограмм пройти за день по тайге и болотам 45-50 километров, было просто нереально. Возможности своего изрядно потрёпанного «в боях и походах» организма, он смог оценить ещё в 2010 году….

… 16 мая 2012 года Константин Коханов вылетел на вертолёте в Стрелку Чуни, где неожиданно узнал, что в его распоряжении только два часа, чтобы собраться и отправиться в верховья Северной Чуни.

Оказывается, его новый проводник Владимир Медведев, с которым Валерий Зарубин оговорил условия участия в моей экспедиции, должен ещё попутно забросить в те же места своего тестя Ивана Карнаухова, который прилетел вместе с ним в Стрелку Чуни на вертолёте. Чувствовалось, что Константин Коханов нарушил планы Ивана Карнаухова больше, чем он его…

… 18 мая 2012 года Коханов с Медведевым поплыл вниз по реке к геологическому профилю. Там он, при помощи навигатора «Магеллан» определил его координаты, а затем уточнил и его направление на карте. В общей сложности прошёл он с Володей Медведевым по профилю около километра, уточняя его координаты, ещё в нескольких контрольных точках. Завтра решили идти по нему до «креста» – пересечения двух профилей и уже по второму профилю до озера Чачо.

Смущало только то, что расстояние по всем прикидкам до озера Чачо, было более 30 километров, и то, что идти придётся с полной нагрузкой. Когда вернулись, то во время обеда разговорились о поисках «Тунгусского метеорита».

Слушая рассказ Константина Коханова о том, как, веря местным жителям, что они знают, где лежат явно «небесные камни», члены многих экспедиций, кто хотел проверить их происхождение, не только не находили этих камней, но даже места, где их якобы кто-то видел.

Володя Медведев в конце рассказа Константина Коханова, вдруг оживился и неожиданно сказал:

«Кстати у меня недалеко отсюда, в бору, рядом с моей «буранкой» лежит какой-то странный белый камень».

Константин Коханов сразу прервал свой рассказ и поинтересовался, – а как выглядит этот камень? Сколько он примерно весит и какой он величины?

Володя показал руками приблизительный размер камня (0,5 х 0,4 метра) и сделал некоторые уточнения:

Первое, что он сказал, это то, что камень неправильной формы с преобладанием белого цвета и второе, что он со своим товарищем, с трудом отколол от него небольшой кусок, который долгое время лежал у него в зимовье. В то же время, когда он захотел перевернуть камень, то тот оказался таким тяжёлым, что он смог справиться с ним только с помощью своего товарища. Вес камня был, явно, не менее 80 килограмм.

- И далеко находится от этого зимовья, твой камень? – спросил Константин Коханов Володю Медведева, ожидая, что расстояние до него окажется, как до «Чёрта на куличиках». Ответ был для него неожиданным – всего 17-18 километров от устья реки Килюрингна, в верховьях одного из её притоков.

После того, как Константин Коханов узнал, что Володин камень находится так близко, у него сразу пропал интерес идти на озеро Чачо, особенно, при сложившихся обстоятельствах идти к нему с практически предельным для себя весом рюкзака.

Поэтому он предложил Володе перенести поход на озеро Чачо на 2013 год, притом не пешком, а на моей или на его лодке, поднявшись к озеру Чачо по реке Чачокан.

Видимо предложение Константина Коханова идти к его камню, больше устроило Володю, чем перспектива идти к озеру Чачо по проложенным геологами в его направлении и в его сторону профилям.

В верховья Килюрингны они решили отправиться утром, на следующий день, 19 мая 2012 года. Для этого вечером спустились вниз по реке 12,5 км до зимовья, расположенном на левом берегу Северной Чуни в 2,5 километрах от устья её правого притока реки Килюрингны и переночевали в этом зимовье.

… 19 мая 2012 года, утром поплыли к устью Килюрингны. Причалили рядом с «тропой–буранкой» (дорогой для снегохода «Буран»). Далее шли вдоль левого берега Кюлирингны, периодически записывая координаты мест остановок и пройденное расстояние…

…20.05.2012 года. До камня 3,3 км шли большей частью по болоту, по воде, которая была выше колена, проложив в болотной растительности, что-то похожее на дорогу или канал.

За болотом был бор большей частью с подстилкой из ягеля. Камень лежал на такой же подстилке из ягеля, и было видно, что камень здесь никогда не падал, и было ясно, что его сюда просто кто-то и зачем-то привёз.

Но кому нужно было «тащить» этот большой белый булыжник, весом более 80 килограмм сюда и для каких целей?

И теперь глядя на этот найденный Володей камень, Константин Коханов ощупывал его поверхность, с помощью Володи перевернул его на другой бок, сфотографировал со всех сторон, даже оставленное место скола, сделанного Володей, постарался отдельно сфотографировать.

Найдя потом на камне выступ, с еле заметными признаками трещины, он вставил туда зубило и стал бить по нему обухом охотничьего топора. Острые мелкие осколки камня полетели ему в лицо, но камень начал поддаваться только после не менее десяти ударов, а потом от него отвалились два больших куска породы.

Константин Коханов положил эти два куска породы сверху на камень и ещё раз сфотографировал их уже на камне, и само образовавшееся на камне углубление. Далее было произведено несколько снимков местности и самих участников экспедиции у этого камня.

Камень затем Коханов с Медведевым прислонили к стволу молодой лиственницы, и пошли назад…

…Обратный путь тоже нельзя бы назвать более лёгким, – хаикта (в основном берёзовый кустарник), болота, ручьи, переправы через речки, Константина Коханова просто добили окончательно. Когда до Северной Чуни оставалось около 6 километров, он сказал проводнику Володе Медведеву, чтобы он шёл дальше вперёд один, переночевал в своём зимовье, и утром приехал к устью Килюрингны, чтобы забрать его оттуда и отвезти на свою охотничью базу, а он сам не будет строить из себя героя и переночует в тайге в своей палатке…

15.

Комментарии к коллажу о рекогносцировочных экспедициях Константина Коханова

Константин Коханов (2012 год) в верховьях реки Кирилюнги, правом притоке Северной Чуни:

«Всё-таки я дошёл с проводником Володей Медведевым (Чимирканом) до его «Тунгусского метеорита», правда всего два дня назад, после 10 км пути, когда мы подошли к устью широко разлившегося ручья, за которым было его старое зимовьё, он мне сказал, – «вот наш поход и закончился, потому что ручей в этом месте, как я могу сам убедиться, перейти вброд нельзя».

Началось, – подумал я, вспомнив и Леонида Кулика, и Виктора Коненкина, которых водили за нос эвенки, показывая, где нужно искать или где можно найти Тунгусский метеорит, – чем ближе была цель, тем больше было причин, чтобы отказаться идти до конца к указанной ими же цели.

Но Константин Коханов был к подобным ситуациям был готов и поэтому просто сказал проводнику Владимиру Медведеву, что действительно перейти этот ручей в брод, в его устье или рядом с ним, сейчас нельзя, но если пройти по его берегу 1 – 2 километра, то там уже перейти реку вброд будет наверняка можно. Что тут ещё сказать, ручей вброд они тогда перешли, пройдя по его берегу всего метров триста-четыреста.

Константин Коханов (2011 год) на Южной Чуни в 20 км ниже устья реки Ирикты и базы проводника Валерия Зарубина:

«Наконец в эвенкийской тайге я нашёл подтверждение того, что радиальный вывал Леонида Кулика в заповеднике «Тунгусский», не имеет никакого отношения к Тунгусскому метеориту и был результатом прохождения в тех местах одного или нескольких смерчей.

Проводник Валерий Зарубин сказал, что в 2010 году образовался тогда не только этот «радиальный» вывал тайги на Южной Чуне, а также и второй, в верховьях речки Киниген, где проходит его путик (прорубленная для езды на «буране» тропа, вдоль которой охотники ставят свои капканы).

Но там вывал тайги, значительно больше, но на какой площади, он точно не знает, хотя насколько ветровал большой, можно было судить потому, что свой путик от поваленных деревьев Зарубин расчищал, пройдя по нему не менее двух километров.

А что этот «радиальный» вывал тайги (диаметром около 200 метров) на Южной Чуне был образован смерчем, указывало направление его вращения, которое по обеим берегам реки, мной было легко установлено по направлению стволов, поваленных и переломленных местами пополам, но оставшихся стоять, деревьев».

30 июня 2022 года.

Проблемой Тунгусского метеорита я, Константин Коханов, заинтересовался, находясь в армии в 1968 году, и после окончания службы, на следующий год в 1970 году, решил поехать посмотреть предполагаемое место его взрыва в атмосфере, и возможно не метеорита, а по версии писателя-фантаста Александра Казанцева, марсианского атомного космического корабля.

К тому же подробно, как добраться до Заимки Леонида Кулика (первый «учёный», который занимался поиском Тунгусского метеорита с 1927 по 1939 год), написал в своей книге «Тропой Кулика» (М., 1968) геолог Борис Вронский.

Этой книгой, как «путеводителем» и пользовался Константин Коханов в 1970 году, и продолжил пользоваться им в 1971 году, пока не подошёл к описанному геологом небольшому озеру, которое он перешёл вброд, а Константин Коханов не смог нащупать в нём дна, и с тех пор к этой книге больше никогда не относился серьёзно.

Что было точно указано в книге у Бориса Вронского, это только место, где «Тропа Кулика» пересекала русло реки Чамбы. В 1970 году Константину Коханову пришлось до минимума сократить туристическое снаряжение, так как рюкзак со всем, что было необходимо весил почти 40 килограмм, и пришлось отказаться не только от палатки, но даже от топора.

Куски клеёнки, полиэтиленовой плёнки и марли заменили палатку, но спальный мешок всё-таки, он не брать, не рискнул. Перетряхивая дома туристическое снаряжение, вплоть до карманов одежды, в итоге Константин Коханов вытащил из куртки паспорт и забыл его дома. О паспорте он вспомнил, когда подъезжал на поезде к Красноярску и хорошо, что ещё тогда авиабилеты продавали без предъявления паспорта, но его отсутствие могло создать проблемы, в самой Ванаваре, если бы он стал расспрашивать местных жителей, где у села начинается «Тропа Кулика», и кто-нибудь из них сообщил бы в милицию, чтобы там узнали, о целях его пребывания в этих глухих, но ещё в то время не заповедных, местах.

Поэтому Константину Коханову пришлось идти берегами рек Подкаменной Тунгуски и Чамбы около 70 км до описанной Борисом Вронским в его книге «переправы» через Чамбу, чтобы уже точно выйти на «Тропу Кулика».

Нужно сказать, что Константин Коханов не только переоценил свои физические возможности, но даже не подумал, что в начале июня перейти реку вброд будет нельзя, а переплывать реку с рюкзаком было просто глупо, потому что продуктов оставалось всего на три дня, а для того, чтобы только посмотреть на «мемориальное дерево КСЭ» и на гроб шамана, который был установлен на столбах из спиленных на высоте около трёх метров лиственниц, надо было быть полным идиотом.

На этом «Тунгусско-Чамбинская Экспедиция (ТЧЭ-1), как Константин Коханов, громко назвал свой неудачный туристический поход и закончилась, и, если бы тем же путём оттуда вернулся в Ванавару, то, скорее всего, в эти места, он никогда бы больше в жизни не поехал.

Вероятно, только для того, чтобы «увековечить» свой «подвиг», Константин Коханов, вырезал, на оставшейся стоять вертикально части ствола лиственницы, переломленной и расщеплённой молнией, свою фамилию, название экспедиции, город Москву, откуда приехал и дату своего там пребывания – 17 июня 1970 года.

Но Константин Коханов, всё-таки решил, хотя бы раз в жизни действительно пойти на риск и вернуться в Ванавару напрямую, через тайгу, хотя там «Тропа Кулика» ещё не имела явно выраженного характера и на некоторых участках была под снегом, на котором лишь проглядывались следы от зимника (от зимней охотничьей дороги).
Шёл по тайге целый день и решил идти дальше, в сумерках, пока окончательно не стемнеет, но к большому удивлению Константина Коханова, ночь так и не наступила и начался рассвет. Но, что это была белая ночь, он всё-таки догадался, и теперь уже мог идти дальше и ориентироваться по затёсам.

Ближе к Ванаваре стали попадаться вырубки и тропа уже начала выглядеть, как настоящая дорога со следами автомобильных шин. Когда Константин Коханов пришёл в Ванавару, он уже знал, что обязательно в 1971 году вернётся на Чамбу, но только не в начале, а в конце лета…

До 1972 года Константин Коханов для поиска вероятного места падения Тунгусского метеорита, прилетал в Ванавару, но в тот год, после окончания предпринятой им экспедиции в верховья Верхней Лакуры, один «товарищ» из Иркутска, уговорил его спуститься с ним в лодке по реке Большая Ерёма, от её верховий до Нижней Тунгуски («Угрюм-реки»).

Договариваться с пожарниками, чтобы его «с товарищем из Иркутска», забросили на вертолёте на Большую Ерёму пришлось, тогда самому Константину Коханову, который поверил «майору авиации предпенсионного возраста», что он хорошо изучил предстоящий маршрут, представлял его длительность и сколько нужно взять с собой продуктов, поверив ему на слово, что он хорошо подготовился, и лишь только одному ему плыть тогда было страшновато.

Как оказалось, потом, плыть ему одному было «не страшновато» последние 80 километров, а Константину Коханову, который в бывшем и нежилом посёлке Усть-Чайка, откуда они должны были улететь на АН2 в Киренск «по планам товарища из Иркутска», после разговора по душам, вышел к селу Ерёма на Угрюм-реке, только на четвёртые сутки, разбив в кровь ноги, в сапогах 45-го размера, которые он использовал в качестве сменной обуви, для своих туристических ботинок 41-го размера, забытых им на одной из стоянок.

С 1973 года до 1986 года все остальные экспедиции Константина Коханова начинались в селе Ерёма Иркутской области, сначала на вёслах против течения вверх по большой Ерёма до устья реки Алтыб, а с 1982 года по 1986 год, на моторной лодке «Романтика-2» с подвесным мотором «Ветерок-8» от города Усть-Кут, по пяти рекам (Лене, с перевозкой лодки на машине до Нижней Тунгуски, затем по ней до Большой Ерёмы и дальше по Алтыбу, и в конце пути уже по Левому Алтыбу).

После перестройки и развала Советского Союза, достигнув пенсионного возраста, Константин Коханов возобновил свои экспедиции только в 2008 году, после сотой годовщины, со дня падения Тунгусского метеорита, и снова с Ванавары, правда в основном уже на реке Чуне (в верховьях рек Северная и Южная Чуня и на их притоках).

В 2010 году у Константина Коханова была 13-я экспедиция, когда он уже внёс существенные коррективы в поиске предполагаемых мест падения Тунгусского метеорита, к которому его подтолкнула статья в журнале «Вселенная, Пространство, Время» (№4/59, 2009, стр.16), где была опубликована статья «Следы космической бомбардировки» марсианской поверхности».

Самое интересное было в том, что траектория упавшего на Марс метеорита была с юго-востока на северо-запад и наклонена к поверхности под сравнительно небольшим углом и оказалась похожей на одну из расчётных траекторий падения Тунгусского метеорита.

На фотографии опубликованной в журнале было видно, как происходило падение метеорита, диаметром приблизительно 200 метров, после того как он распался на множество обломков в марсианской атмосфере и что самые крупные обломки метеорита образовали три больших кратера, один из которых имел диаметр около километра.

При этом около сотни мелких обломков, которые достигли поверхности Марса раньше крупных, образовали цепочки из множества небольших кратеров.

В показаниях очевидцев падения Тунгусского метеорита было отмечено, что было три мощных взрыва, с содроганием почвы, как при землетрясении, не говоря уже о нескольких десятков более слабых взрывов, как после артиллерийской стрельбы.

Вот тогда, на космических снимках в начале 2009 года, привлекли его внимание, озёра Амут и Восточный Амут, но третьего озера, напоминающего воронку, он, «поблизости» от них, тогда ни на карте, ни на космических снимках, не обнаружил.

Было, правда было, какое-то неясное природное образование восточнее Восточного Амута, но детально изучить его тогда так и не удалось. Пришлось довольствоваться двумя озерами Амут и Восточный Амут, а там уж и определиться с третьим местом, возможно связанного с падением Тунгусского метеорита.

Но в 2009 году Константину Коханову удалось обследовать только окрестности озеро Амут (обошёл вокруг), а посещение озера Восточный Амут пришлось перенести на 2010 год. Сказывался возраст, и потеря навыков ориентироваться в пространстве при помощи компаса. К сожалению, и проводник плохо знал те заповедные места, и ему приходилось полагаться только на собственные силы.

С другой стороны, это был тот неоценимый опыт, который позволил ему в 2010 году совершить одиночное путешествие из Ванавары на Чамбу, по тому, во что превратилась на этом участке «Тропа Кулика» и продолжить изучение Восточного Амута, без его поисков по компасу, как в 2009 году озера Амут, а уже купив спутниковый навигатор «Магеллан-500» и американский эхолот, для измерения глубины озёр.

Учитывая, что в 2008 и 2009 году дирекция заповедника «Тунгусский» (был образован в предполагаемом месте падения «Тунгусского метеорита»), не препятствовала «экспедициям» Константина Коханова и даже помогала, предоставляя проводников, но к его удивлению в 2010 году, наотрез отказалась пойти ему навстречу, в просьбе произвести измерение глубины озера Чеко (измерялось и советскими исследователями ещё в 1960-х годах и даже итальянскими учёными, считавшими это озеро, глубиной более 50 метров, местом падения Тунгусского метеорита), сославшись на отсутствие свободных проводников.

Разумеется, и одного его туда, хотя он просил, не пустили, и Константин Коханов, у которого больше недели оставалось до полёта на вертолёте в посёлок «Стрелка Чуни», решил проверить, как работает спутниковый навигатор «Магеллан-500» на «Тропе Кулика» на участке от Ванавары до кордона «Выезд», на месте бывшей переправы (или брода) на перекате через Чамбу.

О том, как проходил этот «поход на Чамбу», причём в два этапа, ввиду того, что с первого раза, 21 мая 2010 года, когда ночью выпал снег и погода напоминала зиму, он так на «Тропу Кулика» и не вышел, потому что её уже не было, но зато вместо неё на Чамбу была проложена дорога, о чём Константин Коханов не сразу догадался, а когда понял, то тогда просто переночевал в тайге и вернулся в Ванавару.

Учитывая, что всё снаряжение его экспедиции находилось в упакованном виде ещё в Москве в аэропорту Домодедово, тогда в камере хранения Ванаварского аэропорта, Константин Коханов купил перед первым походом на Чамбу, дешёвую китайскую палатку, а перед вторым походом отдал хозяину дома, в котором остановился для проживания, купленную для первого похода тушёнку, в которой вместо мяса, была его имитация из сои, и купил вместо неё настоявшую тушёнку и на всякий случай, дополнительно к ней ещё один туристический костюм, в качестве сменной одежды и четыре баллончика с сжиженным газом, для походной горелки.

Рюкзак при этом стал тяжелее, под тридцать килограмм, и несмотря на то, что идти через два дня к Чамбе Константину Коханову пришлось по дороге, рюкзак пришлось нести в сильно согнутом состоянии, и сравнивать себя с Сизифом, который каждый день катал камень в гору, а он, в отличии от него, когда спотыкался, постоянно падал, и пришёл к Чамбе только на четвёртый день.

Но самое интересное было в том, в принципе, совсем не нужном ему походе на Чамбу, лишь обнаруженная там Константином Кохановым, чудом сохранившаяся на стволе засохшей от удара молнии лиственницы надпись, вырезанная им в 1970 году. Действительно прав был Михаил Булгаков, когда сказал, что «рукописи не говорят», даже сделанные на сухом дереве, где ещё сохранились следы, от бывших там таёжных пожаров.

А теперь Константин Коханов расскажет подробнее, как всё было на самом деле, причём в стихотворном виде:

Год две тысячи десятый,
Не дают проводника,
Ждёт лишь «Мишка Косолапый»,
Что сваляю дурака.

И один попрусь я к Чамбе,
Тридцать восемь не был лет,
Ну, а тут ещё ночами,
Себя не чем обогреть.

Как ни как, впервые в мае,
Начинаю свой поход,
Где тропа не понимаю,
Через мари и в обход:

Только вырубки повсюду,
Пни от прежней той тайги,
Разве думал, что забуду,
Всех, кто мне не помогли,

Кто завидовал мне сдуру,
Не как все, что я один,
Не в ту сторону, что «дую»,
Как советский гражданин.

И теперь, как не российский,
Рассуждаю диссидент,
Что в тайге не больше риска,
Как и в городе везде.

Шанс попасть есть под машину,
Даже рухнуть может дом,
Нож воткнут в подъезде в спину,
И накроет с крыши льдом…

Я же в жизни не обидчив,
«Посылаем» был не раз,
И «послал» всех, как обычно,
В Сочи в жопу, на Кавказ.

Снег с утра сегодня выпал,
Зимний был вокруг пейзаж,
Не поел, чай с Жорой выпил,
Его слушал «инструктаж».

Жора сам на Чамбе не был,
В те места он не ходил
И в тайге всегда шёл следом,
Он за кем-то позади.

Знал одно с тайгой не шутят,
Карабин всегда берут,
Без него ни дня в маршруте,
Но патроны берегут:

Для медведя или волка,
Мне же с ними, что делить,
Их пугать зачем двустволка,
Только может навредить.

Удивляются медведи,
Волки тоже не поймут,
Кто по их шагает следу,
В никуда и почему?

Знал в тринадцатом походе,
Что-то может помешать,
Правда там, где люди ходят,
Лишь когда им разрешат.

Мне сказали егерь занят,
Тот, которого я знал,
Кто медведя лишь завалит,
Обойдёт любой завал.

Я же был уже на Чеко,
Даже мимо проплывал,
Но меня за человека,
Вновь никто не принимал:

Есть инструкция сказали,
Исключений никаких,
Мы тебя сюда не звали,
И в Москву свою катись.

В жизни всякое бывало,
Только я не отступал,
И теченья против плавал,
И ему не уступал.

Переворачивалась лодка,
Налетев на валуны,
На порогах при проводке,
Где три метра глубины,

Где кипят водовороты.
И затягивают вглубь,
Тех, кто там теченья против,
Вздумал плыть или «нырнуть».

Только я сижу не в лодке,
А пешком к реке плетусь,
На какой не знаю ходке,
Упаду или загнусь.

С каждой ходкой путь короче,
Время отдыха длинней,
Но по-прежнему не хочешь,
Лишь сочувствия людей.

Добирался раньше за день,
Ночевать, чтоб у реки,
Не как те, за мной, кто сзади,
Шли, как ходят старики.

Как те томские студенты,
Словно в семьдесят втором,
Их не знали, куда деть там,
Дали мне, шли вчетвером:

Парня два, одна девица,
Та, что ходят налегке,
Сесть на шею не боится,
Всё в чужом есть рюкзаке:

Что ей взято на Заимку,
Парни, сдуру понесли,
Стали падать из-за «Зинки»,
И пришлось мне их спасти.

Почти все понёс их вещи,
Страшно вспомнить, как донёс,
Был спокоен только внешне,
Но в пути, оброс, как ёж:

Чтобы так росла щетина,
Как такую вызвать злость?
Чтоб от женщины мужчине,
Только плакать не пришлось.

Передал студентов Джону,
Он туда сам прилетел,
Думал он послал их в жопу,
Ну, а может лишь хотел.

Свои выгрузил продукты,
Положил к нему в лабаз,
До реки дошёл за сутки.
Не за двое в этот раз.

От реки шёл тоже сутки,
А не двое до села,
Там, кто я? – ответил шуткой,
У меня, что здесь дела,

Что московский, я начальник,
Моя «партия» в пути,
И в тайге был не случайно,
Место встать, где ей найти.

Что я был, как «бич» небритый,
Измождённый, даже злой,
И безбожно, врал открыто,
Не смеялись надо мной.

Был воспринят я серьёзно,
Как и «партия» моя,
Признаваться было поздно,
Что никто по сути я…

Что идти мне до Лакуры,
Предстояло, я молчал,
И по ней и дальше сдуру,
Вновь туда, где ночевал…

Было всё тогда, как в прошлом,
Сам себя я наказал,
Что всё было, было тошно,
Даже то, что будет знал.

Мой рюкзак был неподъёмным,
Лёжа в лямки должен лезть,
На колени встать и помнить,
Чтобы встать, как нужно сесть,

На что после опереться,
И согнувшись пополам,
В день четвёртый припереться,
Не к реке, а к избам там.

Что охотников там база,
Не рассчитывал, что есть,
И к реке пошёл не сразу,
Отдохнуть сел под навес.

Обошёл потом строенья,
В избу главную вошёл,
Но, где люди объясненья,
Только сразу не нашёл.

Было ясно, что не с неба,
В сенцах брошено на стол,
Три буханки белых хлеба,
Банок пять тушёнки, соль,

Сахар, чай и банка кофе
Масло, кетчуп, майонез,
И отдельно был картофель,
Не проросший ещё весь.

Шмель в стекло в окошке бился,
Стало жаль, решил помочь,
Я за банкой наклонился,
Резко встал и «рухнул в ночь».

Сколько я лежал не знаю,
Но очнулся на полу,
Шмель от страха видно замер,
Сам где был я не пойму.

Шмель опять стал биться в раме,
Банку взял, где я упал,
И накрыл его, чтоб прямо,
Шмель, взлетев в неё попал.

Залетел шмель в банку вскоре,
Я отнёс её за дверь,
Чуть встряхнул и шмель на воле,
И забыл меня теперь.

Сам же я, взглянул на небо,
Видно всё же, есть Господь,
У Него сегодня не был,
Но себя смог побороть.

Сделал что-то бескорыстно,
Пусть смешно, шмелю помог,
Умереть мог атеистом,
Тем, кому не нужен Бог.

Лишь увидел, всё как будет,
Просто, вдруг и ничего,
Нет тебя, никто не судит,
Не светло и ни черно.

Слава Богу, дал подумать,
Каждый в жизни, миг ценить,
Не казаться самым умным,
И себя сам исцелить.

Мысли путались и меркли,
Прояснилось небо вдруг,
Жизнь, как будто после смерти,
Вся такая же вокруг.

Рядом молнии сверкали,
Правда редко били вниз.
Больше по горизонтали,
Там, где тучи разбрелись.

Что-то вдруг меня кольнуло,
Я почувствовал спиной,
Как направленное дуло
Карабина, взгляд немой.

Я охотника увидел,
Жался пёс к его ноге,
Будто я возник, как идол,
После молнии в огне.

Посмотрел на них с улыбкой,
Знать бы им, что я воскрес,
И весь путь, к ним был попыткой.
Прикоснуться до небес.

Я спросил его, – когда же,
Он сюда и с кем приплыл?
Он ответил, – утром, даже,
Чай с друзьями, здесь не пил:

Сразу стали, ставить сети,
И поставив, проверять,
Что поймали на рассвете,
Посолив, заготовлять.

Прямо в лодках, там на Чамбе,
Ещё двое рыбаков,
Чистят рыбу, солят в чанах,
Щук, кульбанов и сигов.

Что смотреть, как рыбу чистят?
К ним пошёл «смотреть» улов,
Узнавать, в какие числа,
Плыть назад, кто был готов:

На пять дней – один приехал,
На два дня – рыбак второй:
И дурак, не стал бы «пехом»,
Возвращаться, как «герой».

Быстро мы договорились,
Что меня он подвезёт,
А два дня мне пригодились,
До кордона на поход.

В прошлый год, на том кордоне,
Ночевал с проводником,
Расспросил его о доме,
Он не знал, построил кто.

Он и дерева не видел,
Там в отметках КСЭ,
И не знал, когда срубили,
И сейчас не помнят все.

Сорок лет прошло с той даты,
Когда был здесь в первый раз,
Там, где в брод на перекате,
Я полез, как водолаз.

Сделал шаг, вода по плечи,
Шаг второй, в ней с головой,
Переплыть, не стало б легче,
Дважды, чтоб пойти «домой».

Рядом дерево стояло,
Одинокое лишь там,
В него молния попала
Разломила пополам,

Место слома, расщепило…
Из кармана вынул нож,
И терпения хватило,
Вырезать, что невтерпёж:

Дату, сам кто, и откуда,
Из какого-то ТЧЭ,
Чтоб сказать, ещё здесь буду
Неизвестно лишь зачем.

Я на память сделал фото,
Пригодится, может, знал…
Что та надпись для кого-то,
Тот, кто видел, мне сказал:

«Мало ли, в тайге, кто ходит,
Отмечая свой приход…»,
Но никто не отмечает,
Где закончился поход.

Для себя я надпись сделал,
Честно всё же признаюсь,
Не таким ещё был смелым,
Чтоб сказать, чего боюсь.

Путь назад не знал, как выбрать,
Берегами снова рек,
По тайге, где троп не видно,
И блуждает человек?

По тайге был путь короче,
Раза в два, но риск велик,
Думал день, ещё полночи,
И себя смог вдохновить…

По тайге я шёл впервые,
По тропе и зимнику,
Где три линии кривые,
Ещё были на снегу.

От саней и ног звериных,
Где затёсов даже нет,
Лишь рюкзак стучал мне в спину,
А не лапою медведь.

Когда вышел к Ванаваре,
Уже знал, что я вернусь,
И что хуже не бывает,
И тайги, я не боюсь…

И теперь я шёл к кордону,
Правый берег осмотреть,
Сделать фото того дома,
Где тропа пока что есть.

Постоял я, не без грусти,
Там, где был, тот перекат,
Но у брода было пусто,
Вроде также, но не так,

Где здесь дерево стояло? -
Не осталось даже пня,
Там, где жизнь пошла сначала,
Будто не было меня.

И тайга, как будто дальше,
Молодых деревьях ряд,
А за ними ствол постарше,
Будто спрятать норовят.

Подошёл к деревьям ближе,
И сухой ствол осмотрел,
Начал с верха, а пониже,
Свою надпись разглядел.

Моя надпись почернела,
Разве «рукопись» сгорит,
Воланд прав, его ведь дело,
Нам лишь правду говорить.

Сколько было здесь народа,
Кто прославится хотел?
В прошлый век, с восьмого года,
Смерч, где только пролетел.

Кто-то «Дьявола» в нём видел,
И попал соринкой в глаз…
«Воланд» это, всё предвидел,
И шутил со мной не раз.

Сдвинул речку даже вправо,
И пожар не допустил:
«Дежавю!», – Булгаков, браво,
Видно Бог тебя простил.

К рыбакам шесть километров,
Предстояло мне идти,
Я их просто не заметил,
Путь мой «Воланд» сократил.

Утром, день, предвидя жаркий,
К перекату вновь пошёл,
Взял с собою йодный маркер,
Сделать надпись там ещё.

Мог бы вырезать, конечно,
Но зачем смешить людей,
Есть одна уже навечно,
А другой отмечу день.

Снимок сделан был на память,
Показать, что я не вру,
Чтоб мне памятник не ставить,
Где-нибудь, когда умру.

На стволе зачистил место,
И о прошлом не грустя,
Написал там с датой честно,
Только «Сорок лет спустя».

Шёл назад, довольно долго,
Всю дорогу вспоминал,
С кем расстался добровольно,
И меня, кто предавал.

Просто, где-то воздержавшись,
Не поднявши руку «За»,
Или водкой обожравшись,
Врал, и хуже был козла.

Так два дня, там пролетело,
Я все новости узнал,
За три года, кто, что делал,
Кто, как пил и завязал.

С рыбаком плыл в Ванавару,
Слушал исповедь его,
До села довёз он даром,
Непонятно отчего.

Я достал тогда пять тысяч,
Меньше я не предлагал,
Всем, кто нагло мне не «тычил»,
И там чем-то помогал.

Взять рыбак, хотел купюру,
Даже руку протянул:
Ну, подвёз, пусть платит сдуру, -
Лишь подумал и вернул…

Полетел потом на Стрелку,
Был на Чуню вертолёт,
Лишь на груз свой, помню, сел как,
А не сам туда полёт.

Вертолёт был перегружен,
Думал даже не взлетит,
Ждали там, и я был нужен,
Мог все знали, заплатить…

Год две тысячи десятый,
Я наверно, просто спятил,
Повторяя жизнь свою,
Не во сне, а наяву,
Хотя это – «Дежавю»,
Всё, что в памяти не спрятал.

05.05.2021

Практически о жизни этих «героев» в мирное («застойное») время, мы не знаем ничего. Самое главное в настоящее время к подобной литературе у молодёжи отрицательное отношение и этим пользуются такие толкователи истории и жизни в СССР, как имеющее тройное гражданство «Владимиры Познеры», для которых патриотизм – последнее прибежище негодяев, конечно, всегда с трусливой ссылкой на Льва Толстого, который переврал суть автора этого выражения Сэмюэля Джонсона. Автор этого выражения английский поэт, критик, историк литературы и лексикограф Сэмюэль Джонсон (1709-1784), на самом деле этой фразой хотел подчеркнуть благородство патриотизма. И даже слово «патриот» он писал не иначе как с большой буквы. Авторский смысл данного высказывания: не все пропало даже для самого отъявленного негодяя, если в нём ещё живо чувство патриотизма, подчиняясь которому он может совершить благое дело, благородный поступок на войне или в мирной жизни. То есть патриотизм для такого человека – последний шанс морально возродиться, оправдать свою жизнь.
Ниже публикуются страницы биографии разных «героев» застойного периода истории Советского государства, на которые можно посмотреть теперь уже, сняв розовые очки, или хотя бы их тщательно протерев, чтобы разглядеть хотя бы некоторые подробности их действительно настоящей жизни.

1. «Герой Советского Союза полковник И.М.Березуцкий».

Этот герой Советского Союза отличился также «в бескровном подавлении банного бунта московских новобранцев» в карантине Саваслейского гарнизона в январе 1967 года:

…Лицо начальника карантина побагровело, и только он захотел что-то сказать, как в казарму вошёл Герой Советского Союза лётчик-истребитель полковник Иван Михайлович Березуцкий (13.11.1918-23.02.2000).
Начальник карантина крикнул, – смирно! – и уже хотел сделать, как положено рапорт, но полковник скомандовал, – вольно! – и попросил всех собраться в учебном классе.
Сначала герой-полковник повёл разговор также «с устава», с того, что «солдат должен…», но его кто-то из солдат перебил репликой под смех остальных новобранцев, – «и поэтому смотреть на баню через дорогу и до самого дембеля не мыться».
Полковник посмотрел на начальника карантина, дожидаясь от него ответа, но тот стоял у стены, не осмеливаясь даже присесть вместе с солдатами, растерянный и бледный, словно приговорённый военным трибуналом к расстрелу, а точнее, как перед командой, – пли!
Судя по затянувшейся паузе в разговоре и выражению лица заслуженного военного аса, сбившего 18 самолётов противника, он тоже не знал, почему нельзя было сводить солдат в баню после отбоя (после 22 часов), продлив время работы бани, мотивируя это «серьёзным» нарушением Устава гарнизонной службы.
Поэтому на этот раз принять решение, что в такой ситуации делать, ему было намного сложнее, чем в воздушном бою 14 мая 1943 года, вблизи города Демянска Новгородской области направить свой истребитель Ла-5 на таран немецкого бомбардировщика и потом произвести посадку на повреждённом самолёте…

Подробнее о неизвестных страницах биографии полковника Ивана Березуцкого можно прочитать на сайте: http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=4870

2. «Пророк Вольф Мессинг – плод российского невежества и еврейских амбиций»

Как Вольф Мессинг, «заурядный фокусник», ничего из себя особенного не представлявший, даже в качестве артиста, со своими «психологическими опытами», мог превратиться в современной России в «Великого пророка»?
Ответ на этот вопрос, лежит на поверхности и связан исключительно с невежеством российского народа и его лени, проверить хотя бы в любом энциклопедическом справочнике то, что ему стараются внушить, с умным видом, неизвестные миру учёные, постоянные пропагандисты аномальных явлений в «ящике для идиота», в который трансформировался, стоящий в квартирах телевизор.
Начнём с того, что о Вольфе Мессинге, не сохранилось ни одного открытого достоверного документа. Постоянно во всех публикациях о нём, подчёркивается, что личное дело Мессинга хранится в архивах ФСБ под грифом «секретно» и вряд ли когда-нибудь будет рассекречено. Для его одураченных современников и их доверчивым потомкам, остались лишь газеты с рецензиями на его выступления, несколько сотен фотографий, немногочисленные рассказы ближайших друзей и автобиографическая повесть Вольфа Мессинга «Я – телепат» (опубликована отдельной книгой в 1990 году) в литературной обработке руководителя отдела науки газеты «Комсомольская Правда» М.В.Хвастунова. Однако всё опубликованное о жизни Вольфа Мессинга в печати и снятые по этому бреду фильмы, свидетельствует лишь о том, что такой человек действительно жил и «работал» в Советском Союзе. И не более того, хотя младший брат известного поэта Сергея Михалкова, Михаил Михалков, в своих воспоминаниях о Вольфе Мессинге, признался, что по линии КГБ «пас» известного в СССР экстрасенса и даже использовал его во время допросов подозреваемых в государственной измене лиц. Скорее всего, эти «экстрасенсорные способности» принесли Вольфу Мессингу и деньги, и славу, и сделали его одним из «пророков» прошлого века. По тому же уже проторенному пути пошло и болгарское КГБ, сделав «слепую» Вангу, также «великой пророчицей». А с помощью КГБ пророческими способностями в то время можно было наделить любого, готового служить, даже Чёрту, проходимца…

Подробнее о том, что не говорится в опубликованных биографиях Вольфа Мессинга можно прочитать на сайте: http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=4225

3. «Герой» БАМа» – обобщающий портрет большинства отмеченных правительственными наградами «ударников коммунистического труда» из всех настоящих героев-строителей Байкало-амурской магистрали

Странная история была у этой песни. Константин Коханов встречался во время своих путешествий по Восточной Сибири со многими строителями БАМа. Разные были люди и их судьбы. Много было «героев», о которых лучше было бы не вспоминать, но Константин Коханов решил обессмертить подвиги именно таких «героев» в своей песне. Никогда он не мог подумать, что у этой, по сути, вымышленной истории, был реальный прототип, песенного рассказчика, этой истории…

Всю историю этого «героя» можно прочитать на сайте: http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=1472

4. «Белые пятна в биографии Леонида Кулика»

Отмечая 30 июня 2018 году 110-летие со дня падения Тунгусского метеорита, как-то совсем упустили из вида, что после этой знаменательной даты 1 сентября 2018 года исполнилось 135 лет со дня рождения Леонида Алексеевича Кулика, благодаря кому теперь отмечается международный праздник «День Астероида». Международный день астероида (Asteroid Day) провозглашен в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН № 71/90 от 6 декабря 2016 года, в «целях повышения информированности общественности об опасности столкновения Земли с астероидами». Новый космический праздник тогда было принято решение отмечать ежегодно на международном уровне 30 июня – в годовщину «Тунгусского феномена над Сибирью».
Несмотря на то, что о Леониде Кулике опубликовано много биографических статей и очерков, но начало его научной деятельности и её трагический конец остались в его биографии до сих пор белыми пятнами, хотя и тщательно заретушированными несущественными подробностями его научной деятельности в эти периоды его жизни. Огромным белым пятном в биографии Леонида Кулика сияет его переезд во время Гражданской войны в Томск…

Некоторые малоизвестные страницы биографии Леонида Кулика можно прочитать на сайте: http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=4912

Отмечая 30 июня 2018 году 110-летие со дня падения Тунгусского метеорита, как-то совсем упустили из вида, что после этой знаменательной даты 1сентября 2018 года исполнилось 135 лет со дня рождения Леонида Алексеевича Кулика, благодаря кому теперь отмечается международный праздник «День Астероида». Международный день астероида (Asteroid Day) провозглашен в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН № 71/90 от 6 декабря 2016 года, в «целях повышения информированности общественности об опасности столкновения Земли с астероидами». Новый космический праздник тогда было принято решение отмечать ежегодно на международном уровне 30 июня – в годовщину «Тунгусского феномена над Сибирью».
Несмотря на то, что о Леониде Кулике опубликовано много биографических статей и очерков, но начало его научной деятельности и её трагический конец остались в его биографии до сих пор белыми пятнами, хотя и тщательно заретушированными несущественными подробностями его научной деятельности в эти периоды его жизни. Огромным белым пятном в биографии Леонида Кулика сияет его переезд во время Гражданской войны в Томск. Трудно разобраться действительно его пригласили туда на работу или он сам изъявил желание там отсидеться до лучших времён, в качестве ассистента при кафедре минералогии томского университета. Во всяком случае, существует две версии от самого Леонида Кулика, как всё было на самом деле. Об этом в своей статье «Жизнь и судьба Леонида Алексеевича Кулика» рассказывает Ю. Л. Кандыба, цитируя материалы из документов, хранящихся в Комитете по метеоритам АН СССР:

«В 1918 г. он с профессором С. М. Курбатовым отправляется на Урал для изучения месторождений охр и других красочных глин. Воспользовавшись этим случаем, Кулик вывозит свою семью из голодного Петрограда в Миньяр, а сам с Курбатовым направляется через Екатеринбург (где успевает прочитать доклад Уральскому обществу естествоиспытателей) в район предстоящей работы, уже полыхающий огнем гражданской войны. Когда экспедиция покидала Екатеринбург, навстречу уже шли наступавшие на столицу Урала белогвардейские войска. Кулика спасло знание местности. Обстановка вынуждает экспедицию с потоком беженцев двигаться на восток. Поездом до станции Юрга, оттуда на санях в Томск… «На Урале, – пишет он Ферсману, – я был захвачен событиями и отрезан с собранными мной материалами от России. Обработку материалов удалось поставить в Томском университете, в котором с января 1919 г. я занял место преподавателя кафедры минералогии». В другом документе Кулик сообщает, как развивались события: «В конце марта 1919 г. в Томске я был опознан белыми и предан военно-полевому суду за уклонение от явки по мобилизации и передан… в запасный (кадровый) полк, где дело удалось затянуть до эвакуации белых из Томска. В пути, в конце декабря 1919 г., перебежал в ряды Красной Армии… Служил при штабе 2 бригады 30 стрелковой дивизии 5 армии Восточного фронта (главком Тухачевский). …26 февраля 1920 г. приказом Реввоенсовета армии я был возвращен в Томский университет для продолжения работы по специальности. Весь 1920 г. я продолжал обработку материалов, преподавательскую деятельность и выполнял командировку университета».

Леонид Кулик во время Первой мирой войны 1914 года

То, что было на самом деле в жизни Леонида Кулика в 1919 году, установить точно уже невозможно, так как накануне намечавшихся репрессий после убийства Кирова, все документы, имеющие отношения к сотрудникам Академии Наук, относящиеся к периоду Гражданской войны, по приказу академика В.И.Вернадского были уничтожены.

Что сейчас, с долей некоторой объективности, можно сказать о Леониде Кулике. Леонид Алексеевич Кулик (1883-1942), как специалист по метеоритам, и как учёный получил известность, только в связи с его неудачными поисками Тунгусского метеорита (30 июня 1908 года) и в немалой степени, благодаря писателю-фантасту Александру Казанцеву. Писатель выдвинул гипотезу, что над местом обнаруженного Леонидом Куликом грандиозного радиального вывала тайги, произошёл взрыв в атмосфере марсианского космического корабля с атомным двигателем, и только это фантастическое предположение в основном и поддерживает до сих пор интерес к проблеме Тунгусского метеорита. Вопрос о том, что обнаруженный Куликом ветровал и карстовые воронки на болотах, в 80 км северо-западнее фактории Ванавара не имеют никакого отношения к месту падения Тунгусского метеорита, конечно, рассматривался и обсуждался в научных кругах, но речи о прекращении экспедиций Кулика не было. О том, что Кулик вводит научную общественность в заблуждение, и неправильно определил место падения Тунгусского метеорита, писал в партийные органы не только рабочий его экспедиции Сергей Темников, но на это указывали лично Кулику даже его помощники во 2-ой (1928) и в 3-ей экспедициях (1929/30) Виктор Сытин и Евгений Кринов. Виктор Сытин во время «спасательной» экспедиции 1928 года, когда часть пути преодолевал на самолёте, увидел сверху немало болот и метеоритных кратеров, ни чем не отличавшихся по виду от тех, что были на болотах рядом с Метеоритной Заимкой. В тоже время Евгений Кринов, во время отсутствия Кулика, в нарушение запрета своего начальника, обследовал сопки на всей восточной половине Великой котловины, осмотрев там площадь около 40 кв. км, и о своих личных впечатлениях, написал следующее:

«Вывал леса действительно внушал представление о происшедшей в данной местности грандиозной катастрофе. Наоборот, не говоря уже о торфяниках, которые мы исключаем, как места падения метеорита, само Южное Болото казалось обыкновенным образованием ландшафта. Более того, при самом тщательном осмотре ближайших к нему участков, вплоть до края болота и, особенно, в западной его части, т.е. в непосредственной близости от места взрыва, всё оказалось самым обычным и естественным…» (Е.Л.Кринов «Тунгусский метеорит», М-Л, 1949, стр. 176). Реакция Леонида Кулика, на предположения его помощников, что метеорит, возможно, упал в другом месте, была одинаковой – с Виктором Сытиным, после своего «спасения», он вообще прекратил общаться, а Евгения Кринова отстранил от работ и просто уволил. Поэтому не трудно догадаться, что в биографии одного из самых известных российских «учёных», не сделавших ни одного серьёзного открытия, много белых пятен. Следует отметить, что во всех биографиях Леонида Кулика делается основной упор на его активное участие в революционных выступлениях в рядах РСДРП в 1905 году. Далее, правда, отдельными эпизодами, его связь с большевиками отмечена в начале 1906 года, в августе 1907 года, в мае 1910 года и, наконец, в начале 1911 года, когда он вместе с братом Алексеем отбыл трехнедельное заключение в Троицкой крепости. Этого оказалось достаточным, чтобы Леонид Кулик отошёл, видимо, навсегда от активного сотрудничества с большевиками. Далее в биографиях Кулика отмечается его героизм во время 1-й Мировой войны, но как-то вскользь упоминается его служба у Колчака, и также туманно в Красной Армии. Этому не стоит удивляться, потому что по распоряжению академика В.И. Вернадского, накануне партийных чисток, были уничтожены (сожжены) все документальные свидетельства «сотрудничества» работников Академии Наук, как с красными, так и с белыми, имевшими место во время их арестов, в годы гражданской войны. В дневнике академика В.И.Вернадского об этом имеется следующая запись: «Недавно умер (некролог в «Известиях» от 9.08.1928 года) Михаил Андреевич Рейснер (1868-1928), историк, правовед, публицист, принимавший участие в составлении первой Конституции РСФСР… Я вспоминаю его в связи с коммунистическим переворотом. Он приходил несколько раз ко мне, не желая возвращаться к месту службы, и хотел попасть, если не ошибаюсь, в Саратов или Петербург… Я хотел ознакомиться со всем делом, которое было мне передано – с ним я знакомился накануне переворота, и оно осталось у меня на столе в Министерстве народного просвещения. Из него выяснилось, что он, когда Министерство народного просвещения подняло против него дело по поводу его лекции студентам в Томске, как «антиправительственной», записанной одним из агентов, (он) от всего отказался и в одной из бумаг…, доказывал свою «благонадежность» царскому правительству. Помню, что вся эта переписка производила удручающее впечатление. Вспоминаю так- же аналогичный случай. В ближайшие дни входа Красной Армии в Симферополь, в 1921 году ко мне, как к ректору обратился с просьбой известный физик Яков Ильич Френкель (1894-1952), с 1929 года, член-корреспондент Академии наук СССР). С просьбой, заключавшейся в том, чтобы позволить ему взять из его дела унизительно-оправдывающееся заявление, которое он подал при приходе Врангеля, и благодаря которому он пережил этот «неприятный» момент. «Не такой я дурак, – сказал он, – чтобы не подписать в таких обстоятельствах что угодно». Френкель – порядочный человек, но так же цинично поступал Елистратов, клеврет Кассо, прислужник, а может быть теперь член партии коммунистов…. Я выдал Френкелю его бумагу, ничего ему не сказав. Я взял в это время определённый путь – не разбирая красных и белых помогать всем: массу (людей) принял, не разбирая, по старым студенческим билетам – и красных (из армии) и белых (оставшихся). Принял после прихода Красной Армии в первые 3 дня до 700 человек – никто не пострадал – ни из тех, ни из других». Эту дневниковую запись В.И.Вернадского дополняет комментарий к его дневникам за 1929 год, по так называемому «делу историков», сфабрикованному ОГПУ и приведшему к разгрому многих ветвей гуманитарной науки. В качестве предлога для репрессий стала провокация с «обнаружением» незарегистрированных политически важных документов новейшей истории в подразделениях Академии подотчётных непременному секретарю академику С.Ф.Ольденбургу… Об этом эпизоде жена С.Ф.Ольденбурга Елена Григорьевна написала в своём дневнике от 6.XI. 1929:

«Был Владимир Иванович Вернадский. Сергей сказал ему, что я чуть не плачу, когда жгут бумаги, т.к. здесь много ценного в историческом отношении. Владимир Иванович напал на меня с упрёками, что надо обязательно жечь…. Если обыск будет у нас, могут пострадать многие люди, бывшие кадеты…. Таскали целые корзины… Горит, горит…» (B.C.Каганович, «Начало трагедии», Звезда, 1994. № 12, стр. 124-144). Как мы видим, что если в 1921 году изымались из дел компрометирующие документы, а в 1929 году их жгли целыми корзинами, то в 1934 году, после убийства Кирова, скорее всего, сожгли даже все поздравительные открытки от тех лиц, которые подвергались репрессиям. Академик В.И.Вернадский познакомился с Л.А.Куликом в 1912 году во время экспедиции в Ильменских горах на Урале, где тот работал в лесничестве. По рекомендации В.И. Вернадского тогда Л.А.Кулик был зачислен штатным сотрудником Минералогического музея Российской Академии Наук. Это случайное знакомство с академиком положило начало научной карьеры Леонида Кулика, которая могла бы и не закончиться смертью в плену у немцев, если бы не одно обстоятельство, отмеченное в дневнике В.И.Вернадского в записи от 11 мая 1941 года:

«…Был в своей комнате в Лаборатории – говорил с Куликом о витринах для выставки. Шмидт (вице-президент АН СССР) правильно дал ему нагоняй, что он недостаточно внимательно отнёсся к болиду под Москвой, наблюдавшемуся «членами правительства». Кулик был вынужден ехать сам. При реальных наших условиях – диктатуры «правительства» – это неизбежно». Поиски Л.А.Куликом метеоритов в Подмосковье также оказались безрезультатными. Достойный выход из создавшегося «положения» ему подсказала война – вступить «добровольцем» в ряды народного ополчения. Пребывание Леонида Кулика в плену у немцев, тоже вызывает много вопросов.

Леонид Кулик во время начала Великой Отечественной Войны в 1941 году

В книге И.Б.Евгеньева и Л.И.Кузнецовой (под редакцией помощника Л.И.Кулика в его третьей экспедиции Е.Л.Кринова) «За огненным камнем», описанное там пребывание Кулика в немецком плену, выглядит слишком неправдоподобно. Как будто не его взяли в плен, раненного в бою, а он сам, не оказывая сопротивления, сдался или перебежал на сторону врага. Особенно подозрительно выглядит то, как быстро Кулик находил у немцев в плену для себя работу санитаром в «лазаретах для раненных красноармейцев», о которых почему-то до этой книги, ещё нигде не упоминали». Можно допустить, что такие лазареты были, но чтобы, работавшие там санитарами пленные красноармейцы спокойно покидали лазарет и «разгуливали» в населённых пунктах – это трудно даже представить. Тем более то, что пленные красноармейцы, как Леонид Кулик могли не возвращаться до утра в лазарет, и имели возможность оставаться на ночлег у вдов красноармейцев. Так это, вообще, назвать даже пошлостью не поворачивается язык, насколько это похоже на бред, не видевших немецкой оккупации авторов книги и их научного редактора, учёного секретаря комитета по метеоритам АН СССР Е.Л.Кринова.

Возможно, когда-нибудь будет написана подлинная биография Леонида Кулика, без белых пятен, хотя бы на основании уже опубликованных материалов, и тех, которые находятся в архивах КМЕТа, а также в материалах следственных органов в архивах ФСБ (КГБ), которые за давностью лет, теперь уже не представляют никакой государственной тайны.

Знакомясь с рассказами очевидцев, просто удивляешься, как их наблюдения можно было связать с полётом «Тунгусского метеорита». Всё в их рассказах больше напоминало впечатления от пережитой ими «страшной бури» и прохождения над ними или рядом с ними одного или нескольких смерчей. В показаниях трёх основных очевидцев, находившихся на относительно небольшом расстоянии друг от друга, ясно указывается, что страшная буря была вызвана не взрывной волной от упавшего метеорита. Конечно, взрывная волна могла бы повалить на большой площади тайгу, как и поднять в воздух чум и разметать по тайге людей и оленей, снести часть горы и образовать в результате завалов в руслах рек и ручьёв новые озёра, но вот только действие «такой космической бури» носило бы кратковременный характер.

А что, собственно говоря, можно почерпнуть из рассказов очевидцев, если, непредвзято, снова просмотреть (прочитать) их показания. Акулина, её муж Иван и Василий Охчен спали, когда утром, чум вместе с ними, налетевшим вихрем был поднят над землёй и затем упал на землю. Акулина и Иван потеряли сознание и, когда сознание к ним вернулось, они увидели горящий вокруг лес. Много лесу было повалено, но кругом слышался какой-то шум. Василий проснулся в тот момент, когда сорвало чум и его сильным толчком отбросило в сторону. Сознание он не терял и поэтому слышал невероятно сильный продолжительный гром, чувствовал, как тряслась земля, и видел, как падали деревья. При этом, он также отмечает, что всё вокруг было застлано дымом и мглой. Вскоре, когда гром стих, ветер прекратился, но лес продолжал гореть. Дети эвенка Подыги Чекарен и Чучанча были разбужены сильным грохотом. Повсюду слышались удары, сотрясение земли, сильный треск и шум. Страшная буря, от которой трудно было удержаться на ногах, вблизи их чума валила лес. Вдали, по направлению на север, было видно какое-то облако; после они убедились, что это был дым.И, наконец, Иван Аксёнов, первоначально в своих показаниях Виктору Коненкину говорил, что вдруг, над его головой, небо стало красным, потом какая-то сила отбросила от него лося, и стало темно. Когда он очнулся, валились или уже были повалены деревья, собаки не было. И вот тогда Аксёнов увидел летящего к нему или на него «дьявола», «длинного, как таймень, серого с круглыми, как окошки, глазами». Аксёнов от страха упал на землю, лицом вниз, стал молиться, и только это считает он, тогда его и спасло. «Дьявол» покружился над ним и улетел. А вот, что говорят о пожаре Акулина, Василий Охчен и Иван Аксёнов: «После бури лес продолжал гореть. И только Аксёнов и Павел Даонов пошли тушить пожар. Если на его стойбище, по его словам эвенки очухались только к вечеру, становится понятно, что пошли тушить тайгу не сразу, и вторично рассказывая, как всё было на самом деле, Иван Аксёнов уточняет, что лишь «на другой день» в той стороне, где он видел огонь, стала гореть тайга. Складывается впечатление, что тайга загорелась оттого, что разметала у чумов костры, и это мало походило на пожар, а больше было похоже на горение сухой травы, ягеля и мха, а также только некоторых сухих, стоящих или поваленных ветром рядом с чумом деревьев. Если бы это был настоящий таёжный пожар, то эвенкам впору было думать не о тушении огня, а только о том, как бы самим выбраться живыми, из охваченных огнём мест.

Если бы все эти показания очевидцев прочитал в какой-нибудь летописи любой метеоролог, он, не раздумывая, мог бы сразу сказать, что это был обыкновенный смерч и вызванная им сильная буря. В связи с этим учёным следовало бы придать больше значения, не только рассказам этих трёх очевидцев, а вообще показаниях всех опрошенных лиц, особенно в части указанного ими времени полёта Тунгусского метеорита или наблюдавшихся ими атмосферных световых и акустических явлений в течение времени суток – утром, в обеденное время или после обеда. И уже потом судить о форме и цвете наблюдаемого объекта, с целью уточнения траектории его полёта.

Самое интересное заключается в том, что Леонид Кулик не смог убедить всех учёных в Академии наук, что найденный им «радиальный вывал тайги в окрестностях Ванавара имеет отношение к падению Тунгусского метеорита, не смотря на предоставленные им фотографии.

Со слов академика Е.Л Кринова (помощника Л.А.Кулика в его третьей экспедиции 1929-1930 года), «мы знаем, что основной характерной особенностью, установленной Л. А. Куликом ещё в первую его экспедицию в 1927 г. для предполагаемого места падения метеорита, является вывал леса. Местами (этот вывал леса) переходит в сплошной (вывал), с радиальным расположением поваленных деревьев, ориентированных корнями на котловину, а вершинами наружу. Этот вывал леса и был принят за главный и несомненный признак падения здесь метеорита, а котловина, вокруг которой проявляется радиальность вывала леса,— за место падения метеорита».

Леонид Кулик и Евгений Кринов, фотографии из книги Бориса Вронского «Тропой Кулика» (М., Мысль, 1968, вкладка после стр.192)

Правда, Е.Л.Кринов делает в своей монографии «Тунгусский метеорит» (М-Л, 1949) оговорку, что «радиальный характер вывала леса был установлен Куликом в пределах лишь ближайших окрестностей котловины, когда он обследовал вершины и гребни окружающих ее сопок, в радиусе не более 5 – 8 км, считая от центра котловины…

Тем не менее, сам Е.Л.Кринов, хотя обследовал далеко не всё место «тунгусской катастрофы» и то в нарушении запрета своего начальника этого не делать, осмотрел лично около 40 кв. км, и о своих личных впечатлениях, написал следующее:

1. «Вывал леса действительно внушал представление о происшедшей в данной местности грандиозной катастрофе. Наоборот, не говоря уже о торфяниках, которые мы исключаем, как места падения метеорита, само Южное Болото казалось обыкновенным образованием ландшафта. Более того, при самом тщательном осмотре ближайших к нему участков, вплоть до края болота и, особенно, в западной его части, т.е. в непосредственной близости от места взрыва, всё оказалось самым обычным и естественным…»

2. «С вершин северных сопок автор хорошо видел синеющую тайгу, расположенную сразу же за Лебединым озером (Чеко) и уходящую к северу от него. Насколько можно было определить во время наблюдений, с расстояния около 6 – 8 км, этот участок уцелевшей тайги расположен на возвышенном, ничем не защищенном месте. Поэтому сохранность леса от действия взрывной волны в указанном месте совершенно непонятна…»

3. При просмотре аэрофотоснимков северо-западного, западного и юго-западного участков, расположенных на расстоянии 2 – 4 км от Южного Болота, т. е. на внутренних, очень пологих склонах котловины, обнаружены места с очень мощным вывалом леса, ориентированным на Южное болото. Однако в этом участке была обнаружена полоса почти сплошного вывала леса, ориентированная на северо-западный торфяник котловины… По-видимому, этот вывал леса полосой, не согласный с общим радиальным вывалом, был образован обычным сильным ураганом, уже после падения метеорита…»

4. «Далее на указанных участках бросалась в глаза неравномерность вывала леса – «выхватывание». В некоторых местах можно было видеть отдельные поляны, где лес был повален начисто. Но тут же рядом наблюдались участки с сохранившимся на корню растущим лесом. Контуры площадок с вывалом леса неправильные и какой-либо ориентировки их по отношению к Южному Болоту не усматривается…»

5. «Следует отметить ещё одну интересную особенность действия взрывной волны. Во многих местах, как внутри котловины, так и вне её, но в зоне распространения ожога, неоднократно встречались уцелевшие на корню одиночные старые лиственницы, совершенно лишенные боковых ветвей. Очевидно, последние были сорваны воздушной волной, однако самые стволы деревьев (хлысты) уцелели и даже не были обожжены. В результате за прошедший после падения метеорита промежуток времени они обросли густыми молодыми побегами и приобрели теперь совершенно необычную форму, напоминающую форму пирамидальных тополей или кипарисов…».

Из выделенных Константином Кохановым пяти личных впечатлений Евгения Кринова от вида «радиального вывала тайги», приведённых в его монографии «Тунгусский метеорит», особого внимание заслуживает, отмеченное под №4, о «неравномерности вывала леса – выхватывание». Можно было видеть, что рядом с полянами, где весь лес был повален начисто, находились участки с сохранившимися на корню и растущими деревьями.
Удивительно, почему Евгений Кринов не придал значения сохранившимся на корню участкам тайги рядом со сплошным вывалом деревьев, видимо, не знал, хотя в это трудно поверить, что одной из особенностей движения смерчей является их прыгание. Пройдя какое-то расстояние по земле, смерч может подняться в воздух и не касаться земли, а затем снова опуститься и, соприкасаясь с поверхностью земли, снова продолжая вызывать большие разрушения.

Например, чудовищной, невероятной силой обладал смерч, который зародился 8 июля 1984 года на северо-западе Москвы и прошёл почти до Вологды (до 300 км), по счастливой случайности минуя крупные города и села. Ширина полосы разрушений достигала 300-500 м. Сопровождалось это выпадением крупного града. Ужасающими были последствия другого смерча этого семейства, получившего название «Ивановское чудище». Он возник в 15 км южнее Иванова и прошёл зигзагообразно около 100 км через леса, поля, пригороды г. Иваново, далее вышел к Волге, уничтожил турбазу «Лунево» и затих в лесах близ Костромы. Только в Ивановской области существенно пострадали 680 жилых домов, 200 объектов промышленного и сельского хозяйства, 20 школ, детские сады. Без крова остались 416 семей, разрушено 500 садово-дачных строений. Более 20 человек погибли (http://www.grandars.ru/shkola/bezopasnost-zhiznedeyatelnosti/uragany-i-buri.html).

У торнадо 31 мая 2013 года в штате Оклахома, скорость ветра в районе города Эль-Рино (El Reno) достигала 475 километров в час, что соответствовало максимальной измеряемой категории F5 по расширенной шкале Фудзиты. Этот торнадо стал самым широким в истории. По данным НОАА, диаметр атмосферной воронки достигал 4,16 км и оставил на земле след протяженностью 25,9 км.
Предыдущий рекорд ширины составлял 4 км и принадлежал торнадо категории F4, который 22 мая 2004 года обрушился на Уилбер-Халлам, штат Небраска.
Вертикальный ворот, ударивший по Эль-Рино, был в 2 раза шире, чем шторм, разрушивший город Мур, в штате Оклахома, 20 мая 2013 года, последствия которого метеорологи США сравнили со взрывом атомной бомбы. При этом специалисты считают, что смерч разрушивший город Мур по силе в 8 раз превзошел бомбу, сброшенную на Хиросиму. (https://piter.tv/event/Tornado_v_Oklahome_bil_v/).
Таким образом, менее чем за две недели Центральная Оклахома подверглась удару сразу двух суперторнадо (F5). Для сравнения, на всей территории США за весь рад наблюдений, с 1950 года, таких явлений было «всего» 60. Шкала Фудзиты разработана для классификации торнадо и содержит 13 категорий, от F0 до F12. При этом категории от F6 до F12 являются чисто теоретическими, поскольку скорость ветра в них превышает 512 км/ч, а ее просто невозможно измерить, так как не уцелеет ни один прибор. Такие торнадо называют «апокалипсическими». Вне зависимости от скорости ветра максимальная категория таких торнадо всё равно всегда будет F5. (https://www.gismeteo.ru/news/stihiynye-yavleniya/tornado-nablyudavshiysya-v-oklahome-31-maya-ustanovil-rekord-shiriny/).

В повести Константина Коханова «Поиск Тунгусского метеорита. Малоизвестные герои драмы ХХ века. Виктор Григорьевич Коненкин. Часть 1 – Часть 4», автором подробно рассматривались попытки Леонида Кулика, как и после его Евгения Кринова, не говоря уже о сменивших их последователях от Кирилла Флоренского (КМЕТ) до Николая Васильева (КСЭ), доказать, что обнаруженный Леонидом Куликом вывал тайги, действительно является эпицентром взрыва Тунгусского метеорита.

При этом автора этой повести всегда удивляло, что при описаниях радиального вывала тайги и самой местности, ни кем из исследователей «Тунгусского феномена» никогда не заострялось внимание на то, что «радиальный вывал тайги» находится в зоне вечной мерзлоты. Её ледяная граница, в зависимости от прогреваемости почвы даже летом, находится на глубине в основном 15 – 50 см, и поэтому сама тайга в тех местах, представляет собой, как бы единый живой организм с переплетёнными, доходящими до этой глубины корнями. Поэтому для того, чтобы повалить почти сплошь все деревья на значительной площади в тех местах, хватило бы силы средней мощности ураганного ветра, который в европейской части России, на такой же площади, повалил бы только отдельные деревья. В «Части 4» (http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=101) этой повести, Константин Коханов подробно рассмотрел разрушительное действие смерчей (торнадо), которые обрушились на штаты Канзас и Миссури в США 29 и 30 мая 1879 года. Для этого он воспользовался «детальным и полным освещением этих 9 смерчей, которое сделал американский метеоролог Джон Финлей («Report of the Tornadoes of May 29 and 30, 1879», Вашингтон, 1881). Из девяти обрушившихся в те дни, в основном на штат Канзас смерчей, Джон Финлей выделил нанёсшие наибольшие разрушения два идущих друг за другом смерча Ирвинг, два смерча Дельфос и смерч Ли.

Действительно тому, кто интересуется проблемой Тунгусского метеорита и тем более занимается изучением обстоятельств его падения, а может быть даже поиском этого космического тела, было бы полезно ознакомиться сделанным Джоном Финлеем описанием прохождения этих смерчей на американскими штатами. Это нужно сделать, хотя бы только потому, что в описании содержатся ответы на некоторые вопросы, связанные с радиальным вывалом тайги, чем вызвано скручивание некоторых стволов деревьев и чем вызван их «специфический» ожог, который объясняемым сейчас тепловым воздействием на них воздушного взрыва космического гостя:

«Ирвингский смерч начался с того, что 30 мая 1879 года к югу от небольшого местечка Ирвинг, на севере Канзаса, над высокой степью в 4 часа после полудня появились два необыкновенных облака, чёрных и плотных, нависших над землей.
Встретившись, они слились в одно облако, в котором начались бешеные вращательные движения; отдельные обрывки облаков с молниеносной быстротой устремлялись вверх.
Начался дождь и крупный град, а минут через пятнадцать на нижней поверхности облака возникла воронка. Быстро удлиняясь, она приняла форму огромного хобота и достигла земли. Немедленно начались разрушения, которые продолжались 3 часа, в течение всего 150-километрового пути смерча.
Второй смерч прошёл над Ирвингом на несколько десятков минут позже первого и значительно отличался от него по форме.

Четко ограниченная воронка отсутствовала, но разрушительная сила его была ещё больше. Вероятно, это был низкий, широкий смерч с расплывчатыми очертаниями. Вблизи он напоминал чёрное облако, сильную бурю, двигавшуюся прямолинейно, но следы вращения были очевидны. Его путь был северо-восточного направления и шириной от 100 до 300 метров Разрушения были ужасны. Местами путь расширялся до 1500-2000 метров.

Вот тут-то и случилось самое удивительное. Перейдя Большую Голубую реку, воронка упёрлась в высокий и крутой обрывистый берег, не смогла преодолеть его и загнула к западу. При этом сила её резко увеличилась, и когда она встретила на пути новый железный арочный мост, то подняла его и сбросила в воду. Далее воронка пошла вдоль обрыва до первого оврага, свернула в него и пошла по старому северо-восточному направлению. Оставим её на время и вернемся к мосту.
Мост был новый, железный, длиной 75 метров и стоял как раз поперёк движения смерча. Воронка, коснувшись его, подняла стальную громадину, и подняла так быстро, что каменные быки, на которых лежал мост, почти не пострадали: у одного быка даже уцелел цемент сверху, а у другого сорвало всего два камня.
Подняв громадное стальное сооружение, воронка в воздухе изогнула и закрутила его с невероятной, совершенно исключительной силой. Вся структура моста превратилась в плотный свёрток стальных планок и канатов, порванных и изогнутых самым фантастическим образом.
Свёрток был настолько компактным и такого небольшого диаметра, что полностью исчез в воде, хотя глубина реки была 1.5-2 метра.
Мост летел с быков до воды всего несколько секунд, и за эти секунды сложное, красивое и прочное сооружение было превращено в длинный свёрток. Такова была сила вращения в стенах воронки, скорость которой, несомненно, превышала сверхзвуковую.

Этим удивительным событием ирвингский смерч закончил свою разрушительную деятельность, поднялся в воздух и исчез в темноте.
Его материнское смерчевое, грозовое облако продолжало ползти дальше на северо-восток. Сопровождавшие его шквальные ветры в ряде пунктов вызвали разрушения, но это уже был не смерч.

Эпопея ирвингского смерча, его длительный путь со сплошными разрушениями, сотни уничтоженных зданий, десятки убитых людей, корова и мальчик, благополучно летавшие над лесом, громадный железный мост через реку, поднятый, скрученный и брошенный в воду, живые голые цыплята, бегающие по степи, все это поразительные, но для большого смерча обычные явления.

Дельфосский смерч, названный по имени местечка Дельфос в Канзасе, относился к той же группе смерчей 29 и 30 мая 1879 года, что и ирвингский смерч. Вероятно, он был связан с тем же громадным и высоким грозовым облаком, которое дало начало ирвингскому смерчу и восьми другим, убившим 42 человека и сопровождавшимся ужасными разрушениями.
Это облако появилось над Канзасом после полудня; первая воронка из него образовалась около 2 часов дня, последние – около 6 час.

Дельфосская воронка возникла в 3 часа дня и исчезла в 4 ч. 25 м. За это время она прошла около 70 км со скоростью 50 км/ч. Она отличалась своей свирепостью. Проходя через реку Салин, она сорвала верхушки деревьев, но бурелома после себя не оставила, снова опустилась и двинулась почти по прямой линии к речке Солт Крик.

Самые страшные разрушения начались у реки Соломон и непрерывно продолжались, пока смерч проходил рядом с местечком Дельфос. Само местечко осталось совершенно нетронутым.

Перейдя реку, путь смерча расширился до 2.5 км и вошёл в лес. Здесь ужасная сила воронки проявила себя полностью. Громадные старые деревья ломались, как прутики, а молодые скручивались в верёвку. У многих деревьев были содраны все листья и ветки, остались одни голые стволы.

Масса бурелома перегородила все русло реки, образовав небольшое озерко.
Многие видели, что, когда воронка пересекала реку, дно ее обнажилось на всём пути, так же как у Москвы-реки во время смерча 1904 году.
Высосав воду и ил со дна реки, хобот смерча превратился в ужасную массу воздуха, воды и ила, вращающуюся с безумной скоростью. Его разрушительная сила была чрезвычайной.
Когда смерч подходил к Дельфосу, один наблюдательный горожанин по фамилии Макларен находился на возвышении, с которого было видно очень далеко, и спокойно наблюдал за смерчем.
Как рассказывал Макларен, сначала надвинулось чёрное, низкое, плотное облако и пошёл дождь с необыкновенно крупным градом. Затем на нижней поверхности облака, почти горизонтальной, в разных местах начались какие-то странные движения. Скоро они приняли спиралевидную форму и из спиралей начали отвисать многочисленные тонкие воронки. Они непрерывно изменяли свою, форму, то появляясь, то снова исчезая в облаке, грациозно качаясь и изгибаясь, они напоминали «танцующих фей».

Через некоторое время они исчезли, сменившись громадным, тёмным хоботом высотой около 150 м, почти, но не совсем достигшим земли. Через несколько минут хобот ударился о землю, навстречу ему поднялся конический каскад пыли. Слившись вместе, они приняли форму песочных часов. В таком виде смерч и двинулся дальше, уничтожая всё на своем пути.
Когда он переходил через небольшую речку, то засосал вверх массу воды и ила. Они повисли вокруг главной воронки в виде футляра. Смерч получил редкую форму, напоминающую бокал. Скоро вода и грязь упали на землю, и в своей обычной форме смерч двинулся дальше. Большая часть этой воды и ила обрушилась на ферму Крона, принеся незабываемое им несчастье.

Услышав отдалённый грохот, как от сотни поездов, Крон вышел из дома. На расстоянии около 3 км он увидел гигантскую чёрную воронку, с резкими очертаниями, ползущую по земле и наполненную обломками. Она то утолщалась, то утончалась, непрерывно изгибаясь.

Он бросился обратно в дом с криком: «Торнадо, торнадо, уходите из дома скорее!». В доме было около двадцати человек. Все бросились бежать, но было поздно.
Гигантский хобот схватил хозяина, бросил его на землю, снова поднял его, снова бросил и покатил по земле. Сам Крон жестоко пострадал, но остался жив.
С другими было хуже: его дочь, бежавшая рядом с отцом, была подхвачена в воздух, пронесена 200 метров и брошена на изгородь из колючей проволоки. Вся одежда с неё была сорвана, а тело и волосы пропитаны грязью. Она была моментально убита.
Столбы, на которых держалась проволока, были вытащены из земли, проволока сорвана с них и закручена в громадный бесформенный ком.
Сын Крона в одно мгновение перенесен в поле, весь окатан в грязи и убит. У другой дочери нога была проткнута доской, которая оставила зияющую рану около 15 см длиной; рана была наполнена гвоздями, грязью и щепками.
Остальные члены семьи все были более или менее серьёзно ранены. Особенно пострадали женщины, с которых неизменно сдиралась одежда, а волосы настолько пропитывались грязью, что их приходилось срезать у самой головы, – иначе удалить грязь с головы было невозможно.
Двое мужчин, прибежавших в дом искать убежище, трагически пострадали. Один заполз в амбар, но вместе с ним был поднят, затем брошен на землю, снова поднят, снова брошен, и потом его волочило по земле, как тюк зерна. Он был изуродован и убит. Другой спрятался в стог соломы, но стог взлетел, распался на соломинки, и мужчина полетел с ними. Как высоко он летел, он не знает. В воздухе он схватил за гриву летящую рядом лошадь, но лошадь вырвало из рук и его опустило на землю со шляпой в одной руке и пучком конских волос в другой. Его ранило, но он остался жив.
В это время Крон лежал на земле и видел, как над ним летели телега и лошадь. Потом оказалось, что телега, запряженная двумя лошадьми, стояла у амбара. И телегу, и лошадей подняло в воздух и понесло. Тут-то мужчина, летевший рядом, и схватил одну лошадь за гриву, но не удержал. От телеги не нашли и следов. Одна лошадь пропала, а другая была убита.
Огромный, прочный и высокий амбар был разнесен в щепки. В нём находилось шесть лошадей, восемнадцать жирных свиней, куры и кошка. Две лошади были убиты сразу, остальных пришлось застрелить, – так жестоко они были ранены летевшими обломками. Все свиньи были уничтожены. Одна из них, весившая 120 кг, была проткнута балкой длиной 2 м и 15 см в поперечнике, другая – доской от забора; третью насквозь проткнул заостренный столб от забора; четвёртую свинью унесло в поле на 300 м и убило. У всех кур были ободраны, высосаны перья, а одну унесло по пути смерча на 5 км. Но тяжелее всех пострадала кошка: её унесло на километр и бросило о землю с такой силой, что она буквально была размозжена.
Что делалось с машинами и другим инвентарем, бывшими в амбаре, трудно и представить. Стальная ось одной повозки была изогнута воздухом в петлю. Громадные балки летели по воздуху, как перья. Живая изгородь вокруг фермы была наполнена обломками, обрывками одежды, кусками мебели.
Большой, прочный дом в несколько секунд бесследно исчез; не осталось ничего даже от фундамента – одна голая земляная площадка.
По полноте разрушения и ужасам, которые его сопровождали, дом Крона стоит на одном из первых мест, даже в злосчастном Канзасе.
Рядом стоял дом дочери Крона. И от этого дома не осталось и следа. Здесь смерч достиг максимума своей силы. Следующий дом, несмотря на то, что стоял в стороне от центра пути, вместе с конюшней и складом тоже превратился в тучу обломков, летящих по воздуху.
Еще далее воронка прошла через группу из трёх домов, новых и солидных. От них ничего не осталось. Полнота уничтожения поражает. Хозяин одного дома пытался спастись бегством, но был убит летящими обломками. Другие семьи спаслись в погребах, но трудно представить их переживания, когда они вышли из погребов и увидели пустое место там, где были их дома и все хозяйство.
Немного пройдя по степи, воронка обрушилась на дом священника, стоявший в 2 км от Дельфоса. Большое здание в одно мгновение было снесено, и обломки его исчезли в воздухе. Здесь произошел трагикомический случай.
Священник с семьей спрятался в углу большого погреба, тянувшегося под всем домом. Погреб был заполнен старой мебелью, вещами и запасами пищи. Когда надвинулась воронка, наступила полная темнота; ужасный рев и грохот от подходящего смерча не поддавался описанию; над головами семьи что-то страшно зашумело и затрещало, пыль и мусор посыпались на их головы, рядом что-то тяжело упало.
Через минуту все ушло, стало светло, и семья с удивлением увидела рядом с собой двух свиней, с удовольствием пожиравших запасы каких-то сладостей. От пола дома – крыши погреба – ничего не осталось, а свиней смерч принес и благополучно опустил в погреб.
Две лошади священника также совершили интересное путешествие. Каждая из них весила 480 кг; обе взлетели в воздух и полетели по кругу. Одна пролетела 1.5 км над ручьем и рощицей; когда она вернулась к дому, шла она нетвердо, качаясь, как будто от головокружения: после полета. Она почти не пострадала. Другая лошадь пролетела километр и тоже осталась цела.
Соседние три дома были несколько в стороне от пути смерча и мало пострадали. Только у одного были полностью разрушены амбар и конюшня. Лошадь была поднята в воздух и брошена о землю с такой; силой, что все ноги и ребра у нее были буквально раздроблены.
Городок Дельфос остался в стороне, в 2 км от пути смерча. Перепуганные жители с ужасом смотрели, куда пойдёт воронка, но она прошла по равнине, уничтожая фермы. В самом городке не чувствовалось даже ветра. За десять минут до смерча пошел дождь, а затем град, сначала обильный и мелкий, затем редкий, с громадными градинами, до 35 см в окружности; угловатые градины были с кулак величиной.

Воронка смерча даже издали произвела на жителей Дельфоса страшное впечатление. Гигантский чёрный хобот все время изгибался и вращался с непостижимой скоростью. Его силе ничто не могло противостоять. Всё, что было на его пути, поднималось вверх мощным вихрем и разбрасывалось в стороны. Сама воронка довольно быстро двигалась почти по прямой линии на северо-восток. Её основание в облаке было несколько светлее, но тоже вращалось с огромной скоростью.

Пройдя мимо Дельфоса, смерч за домом священника встретил другой дом. Этот дом и пристройка разлетелись в разные стороны. Большая и тяжелая балка пролетела 800 м. Тяжёлая плита с очага в кухне весом 20 кг пронеслась 400 метров.
Следующая ферма в 500 м дальше испытала такую же судьбу. Сила смерча все еще была ужасна. Сначала разлетелись конюшня и амбар их обломки пролетели над домом. Затем дом был буквально разорван на куски; обломки его тоже описали дугу. У амбара на колу, вбитом в землю, был привязан на длинной веревке телёнок. Его подняло в воздух и начало крутить вокруг кола. Ему почти оторвало голову, но и он, и кол остались на месте. Но самое удивительное случилось с тремя жеребятами. Они паслись на лужайке, окруженной живой изгородью. Смерч их поднял, пронёс через изгородь на пшеничное поле рядом, где они опустились на землю. Несколько раз их перевернуло на земле, затем снова подняло в воздух, где они описали полный круг. Когда их нашли, они были сплошь покрыты грязью.
Следующая ферма, стоящая в километре далее по пути смерча, тоже была полностью разрушена, и весь инвентарь уничтожен.
Через полтора километра находился большой, прочный, каменный двухэтажный дом Острандера. К этому времени смерч явно ослабел и уничтожить дом не смог. Он сорвал крышу, разнеся её на три стороны, и почти разрушил стены верхнего этажа. У стены дома стоял наёмный рабочий. Его подняло в воздух и бросило в ручей, это спасло его. Он был весь в синяках, ужасно вымазан илом, залепившим ему рот, глаза, уши и волосы, но остался жив.
У следующего дома тоже была только сорвана крыша. В самом конце пути стояла небольшая хижина. Хозяин её с ужасом ждал конца, но перед самой хижиной воронка поднялась и пролетела над ней, не затронув её.

За хижиной смерч прошел по открытой, ненаселенной равнине еще 6 км, постепенно слабея и уменьшая ширину пути. На этом отрезке пути из воронки непрерывно падали обломки, обрывки и мусор самого разно­образного состава. В конце смерч утончился, разорвался и ушёл в облако, закончив своё почти семидесятикилометровое странствование.

Книга Джона Финлея содержит описания и других разрушений, произведённых группой смерчей 29 и 30 мая 1879 года в Канзасе. Они все более или менее похожи, но одно выделяется своей жестокостью и силой. Оно произведено смерчем «Вершина Ли» в конце его пути.
Дом фермера Гарриса стоял в ложбине, недалеко от небольшого ручья, среди довольно значительного сливового сада. Дом размером 5X5 м имел мезонин и пристройку с кухней. Воронка ударила дом в угол, повернула его и полностью разрушила. Все обломки были унесены вихрем на расстояние до 1 км. Место, где стоял дом, было выметено ветром так чисто, как будто метлой. От одежды и мебели не осталось и следа. Только здесь и там, на деревьях или изгороди виднелись небольшие обрывки и обломки.

Жестоко пострадал и сад. Деревья в его восточной части были согнуты, сломаны и лишены листьев и веток. Та сторона их, которая подверглась давлению ветра, выглядела, как обожженная и высушенная.

Соседи Гарриса долго рассматривали деревья, но так и не могли решить, что с ними произошло. Группа деревьев к востоку от дома осталась нетронутой. Это подчеркивает резкое ограничение воронки.

Жестоко пострадала и сама семья. В её судьбе было много общего с судьбой семьи фермера Крона, уничтоженной дельфосским смерчем.
При приближении смерча вся семья бросилась из дома спасаться в саду, но вместо того, чтобы бежать от пути воронки, завернула к нему. Воронка настигла их, подняла в воздух и понесла.
Отец с грудным ребенком на руках были унесены в поле за 150 м, брошены на землю и покрыты грязью; их нашли в предсмертной агонии. Мать пролетела всего 75 метров, но её бросило о дерево, буквально закрутило вокруг него и разбило череп. Тело было совершенно голое и чёрное от грязи. Восьмилетняя девочка была найдена на расстоянии 50 м от дома разбитой о землю, голой и мертвой. Другая девочка пролетела дальше в середине пути воронки – 80 метров, но осталась жива. Спасся и мальчик, которого бросило о стог сена.

Когда тела убитых были отмыты от грязи, то оказалось, что та сторона тела, которая подверглась первому удару ветра, почернела так же, как и почернели стволы деревьев. Врачи, осматривавшие тела, установили, что эта чернота является сплошным синяком, как от очень сильного удара.

(Материалы со значительными сокращениями текста о смерчах в Канзасе взяты из книги Д.В.Наливкина «Ураганы, бури и смерчи», отредактированы автором статьи, в том числе с изменением фамилии американского метеоролога с Файнли на Финлей, как она значится в справочных изданиях, включая энциклопедию Брокгауза и Эфрона).

Но вернёмся снова к «куликовскому радиальному вывалу тайги» и к трудно объяснимым попыткам поиска Леонидом Куликом осколков Тунгусского метеорита в болотах, а не на возвышенных местах:

Учитывая, что монография Е.Л.Кринова «Тунгусский метеорит» была написана только спустя 10 лет, но даже то, что относится к нему лично, вероятно было написано в основном, полагаясь на память, а не на дневниковые записи. Поэтому трудно понять, почему Л.А.Кулик не обращал внимания на, казалось бы, очевидные факты, занимаясь поиском метеорита исключительно в болоте. Скорее всего, и выводы о предполагаемом месте падения Тунгусского метеорита были сделаны Е.Л.Криновым тоже спустя много лет, после описанных им в монографии (М., 1949, стр.173) событий:

«…исследования сначала нескольких небольших воронок, а затем воронки Суслова не привели не только к обнаружению в них метеоритов, но даже к установлению характерных и несомненных признаков того, что эти воронки были образованы падением отдельных метеоритов. Наблюдавшиеся некоторые следы деформаций и, по-видимому, нарушений нормальных процессов в них не могут быть признаны доказательством метеоритной природы этих образований.
С другой стороны, тот факт, что все воронки и депрессии располагаются в нескольких (трёх) низинных местах, в точности следуя контурам этих низин, и совершенно не обнаружены на склонах сопок и на других возвышенных местах между этими низинами, занимающих в общей сложности значительно большую площадь, чем низины, убедительно говорит против метеоритной природы этих образований».

Может показаться странным, какая была реакция Леонида Кулика, на предположения его помощников Сытина и Кринова, что метеорит упал, может быть в другом месте. И почему она была такой бескомпромиссной и, по сути, одинаковой: с Виктором Сытиным, после своего «спасения», он, вообще, прекратил общаться, а Евгения Кринова отстранил от работ и просто уволил.

Но странным такое поведение Леонида Кулика может показаться только тем, кто плохо разбирается в повседневной жизни страны во время его экспедиций. Академик Владимир Иванович Вернадский хорошо понимал, что представляет собой его «предприимчивый» подчинённый и даже отметил его «лучшие качества» в своём дневнике:

26 января 1941 года (утро, Москва):
…Утром вчера был у меня В.Г.Фесенков (его деда переселили в Донскую область). Я знал его по его диссертации о Юпитере, а затем (мы) встретились в Москве, когда он служил в Наркомпросе и затем ушёл в Академию. Ему одно время пришлось в Академии трудно, мне кажется, когда пострадали астрономы.
Я уже работаю с ним несколько лет и чем больше узнаю и слежу за его научной работой, тем больше ценю. Организатор и учёный.
С ним говорил о Кулике и Кринове: их прошлое для астрономов неизвестно. Оба – self made (сделавшие себя сами) люди, оба вошли в академический горизонт через меня.
Кулик с 1900 годов был, как помощник лесничего приглашён мною для составления монографии копей Ильменских гор – (он) там заинтересовался минералогией и метеоритами.
В голодное время он организовал «метеоритную экспедицию» – не что иное, как форма промышления пищи в голодное время.
Напечатанный им в Академии в «Известиях» отчёт («Кашинский метеорит»,Известия РАН, том. 12, №11, 1918, стр. 1089-1108) – как все работы Кулика – неточный, но есть и интересное.
От его успеха с Тунгусским метеоритом – у него закружилась голова. Он очень высокого мнения о себе, но без жены Лидии Ивановны, он бы пропал.
Как секретарь Комиссии (по метеоритам) он плохой – но весь преданный делу.
Получил всемирную известность. Работник – формалист. Знает много – но больше любитель. Страшный трус – подделывается к власти, выступает, как безбожник. Из мелких землевладельцев Оренбургской губернии – выходец из Украины. Брат его – геолог – гораздо выше.
Кринов – сын священника из-под Моршанска, работал у Морозова в Лесгафтовском институте, а затем был впервые послан мною на поиски Борискинского метеорита. Как сын священника, в то время не мог окончить (получить) ни высшего, ни среднего образования. Овладел и языками, и математикой, и астрономией. Более одарённый, чем Кулик и более основательный.

То же самое, можно сказать и о последователях Леонида Кулика, из числа «энтузиастов» после 1962 года. Они, как и он, нашли удобную форму, но только не «промышления пиши», а для получения научных званий, особенно не утруждая себя конкретными результатами, лишь занимаясь математическим моделированием процессов, которые не имели места в природе или теоретически могли быть на основании собранного статистического материала из сомнительных источников. Даже, если бы и таких источников не было, то их можно было просто высосать из пальца под впечатлением от прочитанных в детстве фантастических рассказов. Поэтому не удивительно, что на фоне «успехов» первых новоиспечённых кандидатов физико-математических наук, произошёл всплеск интереса к изучению вещества Тунгусской кометы, которого ещё никто не обнаружил. Не смотря на это, тогда у многих возникло очень большое желание всех убедить, что найденные в торфе магнетитовые шарики, ни чем не отличающиеся по составу от вещества обыкновенной промышленной пыли, имеют непосредственное отношение к космическому гостю, или гостье.
В 1972 году, малоприметную со стороны лавочку в СО АН СССР по финансированию работ этих «энтузиастов», решил прикрыть академик М.А.Лаврентьев, написав в своей разгромной статье, что «в науке много денег тратится на всякую ерунду, такую, как Тунгусский метеорит. И что даже, если установят, что это было за явление – пользы от этого никому не будет».
Глубоко ошибался академик, в том же году появились две аспирантки, у которых были темы по изучению вещества Тунгусского тела (то есть космической пыли, извлечённой из торфа Тунгусских болот). Насчёт финансирования, автор статьи ничего сказать не может, но как он убедился лично в 1972 году, число «энтузиастов» явно поубавилось, в части «активного» мужского контингента. После распада СССР и развития рыночных отношений, остались заниматься проблемой Тунгусского метеорита действительно только одни «энтузиасты», но с каждым годом, ввиду достижения преклонного возраста, их список постоянно сокращается, и надежд на значительное пополнение своих рядов, у них уже нет.

Теперь становится понятным, почему Леонид Кулик, не хотел расширять район поиска Тунгусского метеорита, потому что прекрасно понимал, что ему никто не позволит длительное время это делать в других местах. Оставалось только кормить всех обещаниями, что метеорит будет найден только в районе обнаруженного им «радиального вывала тайги». Как ни странно, нет сколько-нибудь убедительных фотографий самого «радиального вывала тайги», даже недавно опубликованные стереофотографии из архива КМЕТа, выглядят крайне неубедительно и не соответствуют словесным описаниям местности, сделанных ни самим Леонидом Куликом, ни его помощником Евгением Криновым.

Крайне осторожно нужно относиться и к воспоминаниям (1975 года) помощника Кулика в его второй экспедиции 1928 года, Виктора Сытина, которая напоминает больше детективную историю спасения «погибающего в тайге» начальника экспедиции, где сам поиск «гостя из космоса», является лишь «театральной декорацией», подчёркивающей героизм «советского учёного». Опубликованные им воспоминания «Тропа Кулика» сначала в журнале «Вокруг света» (№9, стр.39-45, 1975), затем в сборнике очерков «Пути и встречи» (М.,1976, стр. 57-58), через 47 лет, содержат подробное описание его размолвки с Леонидом Куликом. Но об этой размолвке с Куликом он не упоминает в своих воспоминаниях (впечатлениях участника экспедиции за метеоритом Л.А.Кулика), в своей книге «В тунгусской тайге» (Издательство Сойкин, Ленинград, 1929). За столь длительный промежуток времени у многих возникает соблазн, скорректировать своё прошлое таким образом, чтобы быть в числе тех, кто якобы никогда не менял своё мнение, и делал правильные предположения, что в далёком прошлом соответствовало тогда действительности. Поэтому стоит ознакомиться с этими «скорректированные воспоминания Виктора Сытина», а потом уже сделать окончательные выводы. Во время полёта над тайгой в душу В.А.Сытина закрались сомнения, – а там ли они ищут метеорит? Как будто с некоторых пор засела в ней заноза:

«Собственно не с некоторых пор, а точно первого октября (1928 года), немного более месяца назад. В тот день я влез в кабину старенького самолёта «Юнкерс-13» на поплавках. Александр Степанович Демченко покрутил ручное магнето, каким в то время заводили мотор, и, дав прогреться двигателю, повёл машину на взлёт по широкому плёсу Ангары. Внизу открылась панорама Иркутска, затем раскинулась до края неба необъятная тайга. Она была похожа на чёрно-зелёный ковер, украшенный затейливой вязью ярко-жёлтого рисунка. Лиственницы уже окрасились в цвет осени. В девственной тайге нет открытых, безлесных пространств. «Поляны» там – это либо «гольцы», вершины высоких сопок, либо пожарища или болота. Уже в районе Братска, когда сверкающая лента Ангары у горизонта вспенилась бурунами знаменитого Падуна, крупнейшего порога на этой реке, слева, в распадке, между грядами и покрытых чащобой холмов, я увидел обширное, продолговато-овальное болото. Поверхность его была буро-рыжая и волнистая – совсем как Большое Болото в «стране мёртвого леса» А в одной его части совершенно чётко выступали пятнышки, очень похожие на «кратеры» от падения осколков метеорита. Поспешность выводов, как известно, характерная черта молодости, недостаточности знаний…

- Здесь тоже упал метеорит, – подумал я сначала. Затем мысль моя повернулась, как говорят, на все сто восемьдесят градусов:

- Нет…, наверное, Кулик ошибается. Наверное, он принял обычные для таёжных болот ямы, выжженные в торфе подсохшего болота, вокруг пней, за «кратеры» – воронки от падения осколков метеорита. А лесоповал вокруг – следствие вихря, торнадо, подвергшего уже мёртвые, обожжённые большим таёжным пожаром деревья. Ведь таких пожарищ немало в тайге.

- Стало быть, – пришёл я к выводу, – Тунгусский метеорит упал не в том месте, где его ищем мы. Он, может быть, пролетел дальше. И где-нибудь лежит себе в бескрайних просторах на севере, у Хатанги.

Этот вывод и был той «занозой»…. А тут ещё новые «доводы» в пользу еретической мысли.

Добравшись до Заимки у Большого Болота, все мы участники «спасательной» экспедиции, и в том числе корреспонденты, почти две недели с утра дотемна рыли по указаниям Леонида Алексеевича траншеи и шурфы в «кратерах» и… ничего не обнаружили. Ни малейших осколков метеорита не было найдено и на каменистых склонах гор вокруг. А там ведь они не могли «зарыться» в породу! Ничего не дали и магнитометрические наблюдения. В одной из больших воронок, «кратере Суслова», сам Иннокентий Михайлович (в честь кого и назван был этот «кратер») пролежал немало часов, опустив голову над котелком магнитометра. Ничего не сказала ему стрелка прибора…

И я выдернул «занозу»:

- Леонид Алексеевич, – сказал я тихо, – Леонид Алексеевич…. А может быть, метеорит упал не тут, а пролетел дальше? Я видел болота…

Продолжать мне не пришлось. Кулик резко отодвинул, вернее – оттолкнул меня. Отклоняясь к противоположной стенке лабаза, я задел рукой за свечу, она упала и погасла. И в полной темноте я услышал чужой, жёсткий голос:

- Предатель…. Как я мог вам верить, старый дурак! Я должен был предвидеть, что академики вас убедят…, не верить мне! Уходите… (Виктор Сытин, «Пути и встречи», М.,1976, стр. 57-58)».

Как мы видим, что Тунгусский метеорит упал не там, где искал его Леонид Кулик, сделал предположение ещё Виктор Сытин в 1928 году, правда написал об этом только в 1975 году, хотя ещё в 1971 году один из руководителей КСЭ Дмитрий Дёмин уже острил в присутствии Константина Коханова, что слово «не там», в Третьем издании Большой Советской энциклопедии буде обозначать (толковаться), как место падения Тунгусского метеорита.

Интересно другое в этих воспоминаниях Виктора Сытина, что сам «радиальный вывал тайги» является воздействием на неё после пожаров, вихря или торнадо, и не имеет никакого отношения к взрыву метеорита или кометы

Но наиболее странным выглядит всё-же мнение Евгения Кринова, где всё-таки следует искать Тунгусский метеорит, словно забывая, что он говорил в свой монографии «Тунгусский метеорит» об этом месте раньше:

«Вывал леса действительно внушал представление о происшедшей в данной местности грандиозной катастрофе. Наоборот, не говоря уже о торфяниках, которые мы исключаем, как места падения метеорита, само Южное Болото казалось обыкновенным образованием ландшафта. Более того, при самом тщательном осмотре ближайших к нему участков, вплоть до края болота и, особенно, в западной его части, т.е. в непосредственной близости от места взрыва, всё оказалось самым обычным и естественным…» (Е.Л.Кринов «Тунгусский метеорит», М-Л, 1949, стр. 176).
«…Итак, хотя в Южном болоте и не обнаруживается явных признаков падения метеорита, тем не менее, оно является наиболее вероятным местом падения метеорита… (Е.Л.Кринов «Тунгусский метеорит»», М-Л, 1949, стр. 177).

Откровенно говоря, Евгений Кринов мало чем отличался от Леонида Кулика в своей уверенности, что эпицентр взрыва метеорита и падения его осколков Тунгусского метеорита определён правильно и только искать его нужно «в Южном болоте», которое не было включено Куликом в объект исследования. Правда, он всё-таки допускал, в отличие от Кулика, что часть Тунгусского метеорита могла упасть и в другом месте:

«…Можно поэтому допустить, что в районе хребта Лакуры действительно упала часть метеорита. Во всяком случае, следует проверить сообщения эвенков и тщательно обследовать хребет, также как и всю область поваленного леса. Последнее, однако, имеет значение для изучения условий падения метеорита, но не в отношении поисков нового места его падения. Судя по тому, что со стороны эвенков, кочующих повсюду на огромной территории вокруг области поваленного леса, никаких указаний на другие «подозрительные» места не было получено, можно считать, что западная часть Южного Болота и является местом падения Тунгусского метеорита.
Следует отметить, что совпадение координат данной области (по определениям С. Я. Белых) с координатами эпицентра землетрясения, полученными Вознесенским, а также с приближенными данными о расположении места падения метеорита, получающимися в результате обработки наблюдательного материала, также убедительно подтверждает правильность определения места падения метеорита и пределах области радиального вывала леса. Никакие непроверенные сведения об обнаружении в других, далеко расположенных местах в тайге поваленного леса, подобно бурелому в бассейне реки Кети, о котором писал П. Л. Драверт, или в ином месте, не должны отвлечь нашего внимания от данной области» (Е.Л.Кринов «Тунгусский метеорит»», М-Л, 1949, стр. 179).

Таким образом, уже более 90 лет, обнаруженный Куликом «радиальный вывал тайги» считается эпицентром взрыва Тунгусского метеорита, и даже поиски других мест, связанных с его возможным падением, были ориентированы на похожие ему таёжные вывалы у болот с карстовыми озёрами (которые также воспринимали, как метеоритные воронки).

То, что причиной образования «радиальных» вывалов тайги могут быть смерчи, об этом стараются не говорить, даже обнаружив их признаки, приписывая этим вывалам техногенный характер, как например «поисковики» Чёртового Кладбища, случайно наткнувшиеся на сайт Константина Коханова, который мог, по их мнению, оказаться рядом с местом, предполагаемого ими «Шишковского вывала тайги». Для них Константин Коханов был интересен, как источник дополнительный информации, а не тем, что после падения Челябинского метеорита, совершив в места падения его осколков, настоящих и мнимых, две экспедиции (в 2013 и 2016 годах), по завершении в эти годы своих эвенкийских путешествий, понял, почему не был найден Тунгусский метеорит. Потому что, хотя и делались предположения, что метеорит мог быть каменным, искали всё-таки железоникелевый метеорит и на то у Кулика были веские причины – стране нужен был никель. А после войны, когда в космическом никеле потребности уже не было, с лёгкой руки писателя-фантаста Александра Казанцева, сделавшего предположение, если в месте падения Тунгусского метеорита ничего не было найдено, то значит, он взорвался в воздухе и это был не просто взрыв, а взрыв марсианского корабля с атомным двигателем. Следом за ним писатель Борис Ляпунов, известный своими популярными книгами о перспективах развития космонавтики, опубликовал научно-фантастический рассказ, в котором Тунгусское космическое тело превратилось в звездолёт. В послевоенных экспедициях КМЕТа (1953, 1958, 1961 и 1962 годах) под управлением Кирилла Флоренского, гипотеза писателя Александра Казанцева была частично подтверждена, учёные пришли к заключению, что взрыв Тунгусского метеорита действительно произошёл в воздухе, но взорвался не марсианский космический корабль, а маленькая комета с ледяным ядром.
Таки образом, послевоенные экспедиции Академии Наук СССР под руководством К.П.Флоренского в 1953, 1958, 1961 и 1962 годах по поиску вещества Тунгусского метеорита, тоже в основном ограничились районом, изучавшимся Леонидом Куликом, но уже для подтверждения версии его кометной природы.
Что же касается многочисленных самодеятельных экспедиций (большей частью КСЭ – комплексных самодеятельных экспедиций в основном из научных работников сибирских научно-исследовательских институтов и томского государственного университета с привлечением студентов) в те же места, начиная с 1959 года, то они подходили к объяснению природы Тунгусского метеорита, уже с широким спектром мнений. Первый руководитель КСЭ Геннадий Плеханов, например, был сторонником техногенной природы Тунгусского метеорита, сменивший его Николай Васильев – сторонником кометной теории, но и не отрицал полностью и иной его природы. В этом Константин Коханов смог убедиться лично, когда его в шутку пригласили 7 ноября 1971 года на конференцию по проблеме Тунгусского метеорита в Томский университет. Но, когда Константин Коханов приехал в Томск, сибирские учёные, подумали всерьёз, что уже их разыгрывает «товарищ из Москвы», прикидываясь простым рабочим, что было правдой, а не является на самом деле, как в песне Владимира Высоцкого «засекреченным ракетчиком».
Знакомство Константина Коханова с КСЭ произошло во время его второй экспедиции в 1971 году. Тогда его на Заимке Кулика приняли за марсианина, так как он пришёл туда с реки Хушмы налегке, с обычной плетёной авоськой, в которой были поллитровка с лимонадом, изготовленным из последнего лимона и полиэтиленовый пакет с ломаными сушками. На вопрос Дмитрия Дёмина, откуда он пришёл, Константин Коханов ответил, что из Ванавары. А на дополнительный вопрос, – зачем? – ответил, – чтобы посмотреть, чем они тут занимаются. После приглашения остановиться на Заимке Кулика, Константин Коханов вернулся на Хушму за рюкзаком и провёл на Заимке Кулика несколько дней. К тому же, не только отдыхал, но даже оказал томской экспедиции помощь, сходив на Южное болото, в составе одной из групп, за торфяными пробами на цезий.
В 1972 году, после пешего похода к хребту Лакура, (с целью обнаружить «сухую» речку), по берегам реки Верхней Лакуры от её устья на Подкаменной Тунгуске до верхового болота и через него до хребта, Константин Коханов второй раз оказал помощь КСЭ, на этот раз непосредственно Джону Анфиногенову. Этот в КСЭ «свободный поисковик» в то время нашёл на вершине горы Стойковича валун, который принял за Тунгусский метеорит. Среди его коллег, эта находка тогда ничего, кроме смеха, не вызывала. Константин Коханов отнёсся к находке Джона Анфиногенова серьёзно и предложил ему свою помощь.

Константин Коханов у камня Джона Анфиногенова, где он сравнивает свой валун с фотогрфией камня Константина Янковского (рабочего из экспедиции Леонида Кулика), которую ему дал автор статьи, вырвав с этой фотографией лист из книги Бориса Вронского «Тропой Кулика»:

Но вместо того, что помогать Джону Анфиногенову откапывать его валун (весом не менее 10 тонн), Константин Коханов предложил провести раскопки вокруг валуна, с целью поиска его осколков, потому что их должно было быть достаточно много перед падением на землю, на траектории его полёта. Так оно и оказалось – Константин Коханов откопал осколок валуна, который словно лежал на выжженной им поверхности грунта.

Камень Джона, фотография 1972 года

То, что Джон Анфиногенов нашёл действительно Тунгусский метеорит, вскоре, кроме Константина Коханова, стали верить все, и те, кто в то время находился на Заимке Кулика и те, кто, тогда возвращались из маршрутов за торфяными пробами. А так как все знали, что Джон Анфиногенов, обещал пожарникам, которые доставили его с женой на вертолёте на Заимку Кулика, если он найдёт метеорит, то выложит им из стволов поваленных берёз, звезду на ближайшем болоте. Поэтому звезду на болоте из поваленных берёз выкладывали на болоте, почти все мужчины, кто в то время находился на Заимке. Константин Коханов даже сфотографировался с Джоном Анфиногеновым внутри выложенной березовой звезды на память, но память у людей короткая, о Константине Коханове в КСЭ вскоре стало некому вспоминать и он думал, что фотографии того памятного дня ни у кого не сохранились. И вот в дни празднования 110-летия падения Тунгусского метеорита, одна из таких фотографий, отвратительного качества, появилась в одной из статей, напечатанных на сайте газеты «Комсомольская Правда». Нужно отметить, что пожарники с вертолёта, эту звезду увидели и приземлились, чтобы поздравить Джона Анфиногенова с находкой Тунгусского метеорита. На это торжественное мероприятие, завхоз экспедиции КСЭ даже не пожалела бутылки вина.

Джон Анфиногенов рядом с человеком, похожим на Константина Коханова. Заимка Кулика. 1972 год (https://www.krsk.kp.ru/daily/26846/3888528/).

Валун на вершине горы Стойковича, который мгновенно превратился в метеорит, в это даже сам Константин Коханов верил (правда всего в течение трёх дней, а мог ведь верить и до сих пор), вскоре стал для него темой неприятного разговора с Джоном Анфиногеновым. У Джона Анфиногенова вдруг сдали нервы, от предчувствия, что ему придётся делить Нобелевскую премию, с каким-то «старателем» Костей. Свидетелями этого неприятного разговора, оказались московские геоморфологи из МГУ. Они в тот день пришли в гости к Константину Коханову, который пригласил их ещё в Ванаваре, попутно, (при сплаве на плотах по реке Кимчу), посетить Заимку Кулика. С ними Константин Коханов и продолжил своё путешествие, послав Джона Анфиногенова на три всем известные буквы. Во время сплава по Кимчус геоморфологами, Константин Коханов, понял природу выжженного грунта, под найденным им осколком валуна – такой же грунт был под каждой берёзой, где он копал до мерзлоты ямки, чтобы положить в них сливочное масло. Путешествие с геоморфологами, правда, Константину Коханову пришлось прервать, примерно после 30 км сплава по реке. У них закончились листы топографических карт дальнейшего маршрута, радиосвязь с начальством в течение двух дней установить не удалось, и Константин Коханов решил возвращаться в Ванавару. Перед уходом от геоморфологов, он оставил им почти все консервы и заодно пообещал передать от них письмо их ванаварскому начальству. Попрощавшись с московскими геоморфологами, Константин Коханов пешком по берегу реки Кимчу вернулся на озеро Чеко, где в то время находилась лаборатория КСЭ, и руководитель экспедиции Николай Васильев. Вместе с ним и его студентами, Константин Коханов снова вернулся на Заимку Кулика. Задержавшись там, только на время подведения итогов экспедиции КСЭ 1972 года, Константин Коханов в тот же день с двумя студентами отправился в Ванавару. В Ванаваре Константин Коханов передал письмо геоморфологов их начальству, купил билет на самолёт до Красноярска, но поддавшись на уговоры, одного из добровольных участников в работе КСЭ «товарища», майора ВВС, предпенсионного возраста, решил составить ему компанию по спуску на купленной им лодке по реке Большая Ерёма до посёлка Усть-Чайка. Билет пришлось сдать в кассу и по просьбе одного из научных работников КСЭ Антонова-старшего, пообещать ему взять попутно несколько земляных проб. Как и оказанная помощь, Джону Анфиногенову, так и согласие быть попутчиком, майору авиации, по спуску на вёслах по реке Большой Ерёме, вышли для Константина Коханова боком. Посёлок Усть-Чайка оказался не жилым, характер майора авиации оказался, мягко говоря, на любителя терпеть оскорбления. Но отказ Константина Коханова продолжать путь в туман через пороги, до того времени, пока он не рассеется, вообще, привёл его в такое скотское состояние, что Константину Коханову, пришлось послать его, как и Джона Анфиногенова на те же, всем хорошо известные, три буквы. Майор поплыл дальше один, а Константин Коханов, оставшиеся 80 км до Нижней Тунгуски, прошёл по левому берегу Большой Ерёмы пешком. И как бы ему не было тяжело идти, он всё-таки, взятые им там, земляные пробы, тогда не выбросил. Эти земляные пробы, с указанием на самодельной карте, где они были взяты, он вручил потом Антонову-старшему на перроне Красноярского железнодорожного вокзала, во время остановки его поезда, на котором он возвращался в Москву. На этом «сотрудничество» Константина Коханова с КСЭ закончилось навсегда. Около двух лет продолжалась его переписка с некоторыми студентами, не с теми, которых он привёл к Джону Анфиногенову, когда был вынужден отнести на Заимку Кулика, часть продуктов, потому что никто из идущих туда членов КСЭ не соглашался помочь ему их туда отнести. Зато они навязали ему двух студентов и студентку, явно не носивших в тайге рюкзаки, даже со своими вещами, большую часть которых пришлось тогда нести за них Константину Коханову, причём вместо двух, почти четыре дня.

Константин Коханов со студентами, которых привёл к Джону Анфиногенову на Заимку Кулика в 1972 году. Слева на фотографиях жена Джона Анфиногенова. Снял этот «исторический момент» фотоаппаратом автора статьи сам Джон Анфиногенов:

Возвращался он после своих путешествий к хребту Лакура и сплава с геоморфологами по Кимчу, с другими двумя студентами, один из которых до сих пор имеет отношение к КСЭ и даже имеет отношение к её сайту, хотя сам был участником только одной метеоритной экспедиции 1972 года.

Вид на хребет Лакура с края отмеченного на карте непроходимого болота из которого берут начало несколько рек в том числе Верхняя Лакура. 1972 год

Насколько автору этой статьи (Константину Коханову) стало не так давно известно, изучением проблемы Тунгусского метеорита и его поиском, длительное время, как он (с 1970 года по 2017 год), никто за свой счёт не занимался. К тому же никто, как он не охватывал своими рекогносцировочными экспедициями, большую часть территории Иркутской области и Красноярского края на протяжении предполагаемой траектории полёта Тунгусского метеорита от села Ерёма на Нижней Тунгуске, до посёлка Муторай на реке Чуне. Причём свои экспедиции, первые девять из десяти (с 1970 года по 1986 год) он совершал в одиночку без проводников и огнестрельного оружия, так же без проводника и огнестрельного оружия, он совершил и свою, пока ещё последнюю двадцатую экспедицию 2017 года. Как и в годы своей молодости, ему пришлось послать, напившегося перед отплытием в верховья реки Муторайки, проводника, на те же всем известные три буквы. И после плыть в одиночку, но уже не на его лодке, а на своей «Романтике-2» от посёлка Муторай на реке Чуне до посёлка Байкит на реке Подкаменной Тунгуске.

Экспедиции Коханова К.П. с 1970 по 1986 год:

Рекогносцировочные экспедиции Константина Коханова в Иркутской области и в Красноярском крае с 1970 года по 2017 год:

Даже во время этого последнего путешествия Константин Коханов проплыл несколько мест на берегах реки Чуни с явно поваленными смерчем деревьями. Конечно, эти буреломы не шли ни в какое сравнение с «куликовским радиальным вывалом тайги», но это не имеет принципиального значения.

Вывалы тайги на левом берегу Чуни приблизительно в 200-х км от посёлка Муторай, ниже устья реки Янгото:

Хотя, до сих пор косвенным доказательством для определения эпицентра взрыва Тунгусской кометы считается, только обнаруженный Леонидом Куликом радиальный вывал тайги, даже он, за долгие годы уточнения его конфигурации трансформировался из окружности (вытянутого эллипса) во что-то напоминающее бабочку.
В связи с этим, поиск места падения Тунгусского метеорита был расширен, в соответствии с показаниями «очевидцев», которых с каждым годом становилось всё больше. Но опять же, почти все сходились в главном, что эпицентр падения (или взрыва) метеорита (кометы, космического корабля и прочих внеземных объектов) всё-таки связан с местом обнаруженного Леонидом Куликом, гигантского радиального вывала тайги и все попытки объяснить этот вывал тайги обычным ветровалом, всерьёз никогда не воспринимались.
Кстати о «бабочках». Константин Коханов никогда бы не додумался до такого, чтобы конфигурацию куликовского вывала тайги, прикладывать на спутниковую карту и искать на ней, похожие на этот вывал, места. От советских учёных можно было ожидать чего угодно, Чёрт знает каких, гипотез, хотя бы как-то аргументированных и не похожих на откровенную чушь. Профессор Александр Исаакович Китайгородский, ссылаясь на А.П.Чехова, называл такой бред сивой кобылы – «рениксой» по-русски, или по-латински («renyxa») – «чепухой». В отличие от них, от «российских учёных» на РЕН-ТВ, ждать нечего, у них философия художников-абстракционистов, плевать на то, что вы не понимаете, о чём они говорят, – только они верят в то, что Земля плоская, американцев не было на Луне, а Юрия Гагарина забрали к себе инопланетяне.

Примечание ко второй части дневника Константина Коханова о его сплаве по реке Чуне до 26.05.2017 года:

После падения и взрыва Челябинского метеорита, говорить о Тунгусском метеорите, что он имел техногенную природу своего происхождения, или более понятным языком – был звездолётом с какой-то планетной системы, одной из ближайших к Солнцу звезд, просто несерьёзно. Хотя, если продолжать досконально изучать таёжные буреломы и многочисленные карстовые образования, в радиусе 500-1000 км от Заимки Кулика в окрестностях села Ванавара, то при математической обработке полученных результатов, можно сделать ещё много «ошеломляющих открытий». Разговоров о том, что Тунгусский метеорит «ищут не там», было много, возможно даже раньше 1971 года, когда и мне такая мысль пришла в голову, а ещё раньше одному из «командоров КСЭ» Дмитрию Дёмину. Научный руководитель совместной экспедиции «Комсомольской правды», РГО и Первого канала ТВ, по местам предполагаемого падения Тунгусского метеорита (которая ограничилась только сплавом по рекам Кимчу и Чуни), Владимир Коваль, особенно не утруждал себя изучением исторических материалов, предпринятых после Леонида Кулика и до него самого, поисков Тунгусского метеорита, но сделал громогласное заявление, где нужно искать Тунгусский метеорит. Экспедиция сняла фильм о своём путешествии, опубликовала, что-то вроде дневников, без дат и фамилий её участников и, разумеется, не привлекла внимания читателей газеты «Комсомольская правда», а также не дождалась восторженных комментариев на сайте этой газеты, на сделанной этой экспедицией вклад в российскую науку. Развёрнутые комментарии сделал только Константин Коханов, но их часть не была опубликована. Части комментария, не опубликованные на сайте «КП», Константину Коханову пришлось, опубликовать на сайте «Телепрограммы» (teleprogramma.pro). На этом сайте публикация из газеты «Комсомольская Правда», была продублирована, перед показом снятого экспедицией «Комсомольской правды» документального фильма «Где же Тунгусский наш метеорит?» Пару комментариев с уточнением публикаций Константина Коханова на этих сайтах, сделал Андрей Строганов (тоже занимающийся поисками, но не метеорита, а «Тунгусского космического тела», надо полагать, скорее всего, разбившегося инопланетного космического корабля). Поблагодарила «за подробную информацию» Константина Коханова, только Ольга из Томска, судя по всему, с вероятностью 99,9%, это Ольга Чаркина (КСЭ-1971). Ну, кого ещё могут интересовать в Томске публикации Константина Коханова, даже его книг «о поисках Тунгусского метеорита» в библиотеке Томского университета и в Центральной библиотеке города, там никто ещё не читал.
Вряд ли, кто будет отрицать очевидные факты, относительно того, что местность в районе предполагаемого взрыва Тунгусского метеорита, в 70-ти километрах северо-западнее села Ванавара, представляет собой низину, с неравномерным вывалом тайги. При этом в некоторых местах, наряду с отдельными площадями, где все деревья повалены сплошь, непосредственно рядом с ними сохранился не поваленный «воздушным взрывом», растущий до настоящего времени лес. Ещё при жизни Леонида Кулика, некоторые учёные, ознакомившись с результатами его первых трёх экспедиций, указывали на то, что вывал тайги полосой, не согласуется с его «общим радиальным вывалом», и скорее всего, связан с сильным ураганом, к тому же не до, не во время, а после падения Тунгусского метеорита. Тогда же было отмечено, что все обнаруженные Леонидом Куликом воронки и депрессии располагаются в трёх низинных местах, в точности повторяя контуры этих низин, и их совсем нет, ни на склонах сопок, ни на других возвышенностях между этими низинами. И даже указание на то, что возвышенности над низинами, занимают в районе радиального вывала тайги несравнимо большую площадь, отрицая тем самым их метеоритную природу, Леонид Кулик не усомнился в метеоритной природе обнаруженных им там обыкновенных карстовых озёр. Даже обнаруженный им на дне «сусловской» воронки пень, не остановил его от поисков осколков Тунгусского метеорита именно в болотах, а не на возвышенных местах. Мало того, он как будто зомбировал большинство учёных и энтузиастов, непременно искать осколки Тунгусского метеорита в этих болотах или в окрестностях обнаруженного им «радиального вывала тайги». Не был исключением и Константин Коханов, хотя он уже ориентировался и на другие обнаруженные в тайге вывалы, на предполагаемых траекториях полета Тунгусского космического тела.
Получилось так, что во время поиска новых мест падения, самое интересное, имеющее прямое отношение к падению Тунгусского метеорита, Константину Коханову удалось обнаружить в 2011 году, непосредственно на реке Южная Чуня. В тот год, когда он плыл к охотничьей базе напротив устья реки Ирикты, Константин Коханов узнал, что после его отлёта в 2010 году из Стрелки Чуни в Москву (через Ванавару и Красноярск), его проводник Валерий Зарубин снова поплыл на эту охотничью базу, и ничего необычного, по пути туда, не заметил. А вот, когда возвращался обратно в Стрелку Чуни в 20 км ниже своей базы, он увидел, что на расстоянии более двухсот метров по обоим берегам реки, поваленную тайгу. Когда лодка с Кохановым и Зарубиным достигла этого места, то выйдя из лодки на берег, Коханов, кроме обычного ветровала, ничего другого не отметил. Сделав несколько фотографий берегов реки, он, может быть, и оставил бы это место без дальнейшего его обследования, если бы тогда, от них там не убежали собаки. Звать и ждать их там, было бесполезное занятие, поэтому выбросив на берег, пустой бак от горючего, Зарубин и Коханов решили с утра на следующий день наведаться на это место снова – Коханов ещё раз посмотреть на ветровал, а Валерий Зарубин, чтобы забрать своих собак. На охотничьей базе, когда они вечером снова разговорились об этом вывале, Валерий Зарубин сказал, что в тот год образовался вывал тайги не только на Южной Чуне, а также и в верховьях речки Киниген, где проходит его путик (прорубленная для езды на «буране» тропа, на которой охотники ставят свои капканы). Но там вывал тайги, значительно больше, но на какой площади, он точно определить не смог, хотя насколько он большой, можно было судить потому, что свой путик от поваленных деревьев Валерий Зарубин расчищал, пройдя по нему не менее двух километров. После таких уточнений о площади и силе ветровала тайги 2010 года в бассейне Южной Чуни, интерес Константина Коханова к нему значительно возрос. Мало того, он на следующий день, кроме навигатора и компаса, взял с собой, на всякий случай и металлодетектор, который, правда, ничего, имеющего отношения к метеоритному веществу, там не определил. Зато стало понятно, что вывал тайги был образован смерчем, причём направление его вращения легко было установить по направлению стволов переломленных, но не поваленных деревьев. Таким образом, образование куликовского таёжного радиального вывала, нашло ещё одно убедительное подтверждение, его естественного природного происхождения. Подробнее об этом можно прочитать в статье «Поиск Тунгусского метеорита. Малоизвестные герои драмы ХХ века. Виктор Григорьевич Коненкин. Часть 3 (http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=114).

Однако стоит отметить, что природное происхождение куликовского вывала, какие бы доказательства не приводились, никогда не переубедят тех, кто был «запрограммирован» А. П. Казанцевым, а затем Б. В. Ляпуновым, на доказательство техногенной природы «Тунгусского космического тела», на основании написанных ими фантастических рассказов. Наибольшего успеха на этом поприще добился А.В. Золотов, защитивший даже кандидатскую диссертацию, о природе взрыва Тунгусского космического тела за счёт его внутренней энергии, да так, что всем было понятно, что согласно математическим выкладкам в его кандидатской диссертации, речь идёт о ядерном взрыве инопланетного космического корабля. Много приложил усердия, чтобы, навязать всем, кто проявлял интерес к «Тунгусскому феномену 1908 года» гипотезу ядерного (термоядерного) взрыва Тунгусского метеорита Феликс Зигель. Он даже не нашёл ничего более умного, чтобы на основании разноречивых рассказов очевидцев падения Тунгусского метеорита, заявить, что перед взрывом Тунгусское космическое тело совершило манёвр над селом Кежма на реке Ангаре в сторону села Преображенка на Нижней Тунгуске и оттуда обратно в сторону фактории Ванавара на реке Подкаменная Тунгуска.
Он также опубликовал несколько статей по итогам исследований А.В. Золотова, на которые XII метеоритная конференция отреагировала заявлением компетентных по этим вопросам лиц, что «результаты изучения радиоактивности и другие исследования не дают оснований для предположения о ядерном характере Тунгусского взрыва». При этом конференция признала недопустимость популяризации различных фантастических гипотез. Казалось бы, отмеченное в «эпицентре взрыва Тунгусского метеорита», повышение суммарной радиоактивности более чем в 1,5 раза, по сравнению с естественным атмосферным фоном, объяснить случайным совпадением было нельзя, но кому-то пришло в голову проверить на наличие радиоактивности грунта под Избами Кулика, построенными задолго до первых испытаний ядерного оружия. К большому разочарованию сторонников ядерного взрыва, в том грунте никаких следов повышенного уровня радиоактивности обнаружено не было. Казалось бы, вопрос с ядерным взрывом Тунгусского метеорита можно было бы закрыть навсегда, но спустя «какие-то 50 лет», по астрономическим меркам, что-то около одной миллиардной части от поддающегося измерению мгновения, находится очередной «энтузиаст», которому лень сходить в библиотеку и начинает снова говорить о ядерном взрыве Тунгусского метеорита. Тоже можно сказать и о техногенной природе Тунгусского метеорита. Казалось бы, после падения и взрыва Челябинского метеорита, 105 лет спустя, говорить о том, что Тунгусский метеорит, был инопланетным космическим кораблём, также несерьёзно, но всё равно, для тех, кто не воспринимает никаких доводов и доказательств его астероидного происхождения, это стало ещё одним поводом выдавать свой бред за «евангельскую истину». С одной стороны хорошо, что прошли те времена, когда любые не официальные точки зрения на различные проблемы, мягко говоря, не поощрялись и не имели шансов на широкое ознакомление с ними научной общественности, не говоря уже об ознакомлении с альтернативными точками зрения, просто интересующихся научными проблемами, обычных людей. Но с другой стороны, отсутствие критических публикаций, приводит к тому, что любая чушь, начинает выдаться чуть ли не истиной в последней инстанции. Теперь можно выйти и прочитать любую лекцию, о чём угодно и где угодно. Неважно, какому количеству слушателей, даже только своему отражению в зеркале, снять своё выступление на видеокамеру и выложить его в Интернете, где гарантировано несколько сотен просмотров, может не всей лекции, а хотя бы её скучного начала в основном течение не более 30 секунд. Слушая одну их таких лекций о техногенной природе Тунгусского метеорита, Константин Коханов невольно задумался, что она ему напоминает и не сразу догадался, что это всего лишь сеанс любительского гипноза (https://www.youtube.com/watch?time_continue=47&v=qBKJ7_I-7Sw). Участником таких любительских сеансов гипноза, он и сам был неоднократно в молодости и даже писал гипнотизирующие людей тексты, читаемые монотонным голосом или под стук метронома. Для большего эффекта, можно было держать в руке стеклянный шар, или какой-нибудь блестящий предмет, но теперь с успехом можно применять для этих целей жестикуляцию в сторону большого монитора или проектируемого на экран изображения.

«Сеанс Гипноза» члена РГО Андрея Строганова по внушению версии техногенной природы Тунгусской катастрофы посетителям клуба Искатель в Клубе Алые Паруса

По поводу сеанса гипноза Константин Коханов получил ответ от самого «гипнотизёра» Андрея Строганова, (март 06, 2018, вторник, 15:57):

Здравствуй Парфирич.
Почему-то твоё письмо попало в спам. Твой характер знаю. Так и думал, что ты обрушишься. Спасибо за похвалу про гипноз. Среди Тунгусников, я наверно первый гипнотизёр. Среди твоих доводов есть ошибки по недомыслию в сложных вопросах. Но я хочу попросить исправить не их, а только одну. В заголовке, где речь идет, что я делал доклад перед членами РГО. Потому что на докладе был только я из числа членов РГО. Лучше написать, что это перед посетителями клуба Искатель в Клубе Алые Паруса. Про РГО ты взял из своей головы. И это некоторыми будет воспринято, как не небрежная работа с источниками информации. Лучше, чтоб этого не было…

На ответ Александра Строганова по существу изложенной Константином Кохановым причины образования «куликовского радиального вывала», в одной строке достойной афоризма Кузьмы Пруткова: «Среди твоих доводов есть ошибки по недомыслию в сложных вопросах», он решил пока не заострять внимания, просто перевёл взгляд от монитора компьютера на книжные полки с книгами авторов, которые хорошо разбирались в «сложных вопросах» от Александра Казанцева до Вадима Черноброва.

Теперь, используя, ставшие доступными для всех в Интернете космические снимки земной поверхности, можно, разглядеть на них не только предполагаемые места падения или взрыва Тунгусского метеорита и оставленные его осколками воронки, но, оказывается, даже обнаружить место жесткой посадки звездолёта. Полвека назад это было невозможно, но и тогда М.А. Цикулин и И.Т. Зоткин поставили серию интересных экспериментов по воздействию ударных волн (баллистической и взрывной) на деревья, чтобы дать «научное» объяснение образования обнаруженного Леонидом Куликом радиального вывала тайги. Для этого они натягивали под некоторым углом детонирующий шнур, а на нижнем его конце, на некоторой высоте над поверхностью, изображавшей Землю, укрепляли заряд взрывчатого вещества. Деревья моделировались спичками и проволочками, установленными вертикально. Шнур поджигался, по нему шла волна детонации, в воздухе расходилась баллистическая волна, имевшая коническую форму. Наконец, взрывался концевой заряд и часть «деревьев» валилась. Все эксперименты проводились в специальной герметически закрытой камере. При изменении угла наклона шнура и мощности заряда, спички, имитирующие деревья, после некоторых взрывов падали, в виде «бабочки», похожей на вывал тайги в «эпицентре взрыва Тунгусского метеорита». Лучшие результаты получились при угле наклона детонирующего шнура в пределах 20-30°.

Если бы эти экспериментаторы догадались ещё сделать действующую модель космического аппарата Дмитрия Дёмина, то управляя его соплами, они могли бы получить более «достоверную картину», обнаруженного Леонидом Куликом радиального вывала тайги.

Что можно было бы сказать не поддавшемуся гипнозу слушателю лекции Андрея Строганова, только то, что «лектор» на самом деле обнаружил и изучал следы смерчей или торнадо в том месте, где теперь их больше не увидишь, так как они теперь затерялись на дне Богучанского водохранилища. Хотя «лектор» привёл фотографию последствий воздействия на лесной массив, одного из торнадо, подчеркнув хаотичность направления стволов поваленных деревьев, он не уточнил местность и тем более не показал фотографию самого торнадо, что не может служить каким-либо доказательством того, что все торнадо будут оставлять в лесных массивах только хаотично поваленные деревья. Откуда такая уверенность, что воронка смерча не будет укладывать деревья радиально по краям окружности вращения. Смерч (или торнадо) – атмосферный вихрь, возникающий в кучево-дождевом (грозовом) облаке и распространяющийся вниз, часто достигает поверхности земли, в виде облачного рукава или хобота диаметром в десятки и сотни метров. В последние годы Россию стали регулярно «навещать» торнадо, а в 2017 году их разрушительные последствия ощутили на себе жители одновременно и её европейской, и азиатской частей. Хотя наиболее наглядно, в полной мере, оценить сокрушительную силу торнадо (смерча), его последствия, в виде ветровалов в лесных массивах, удалось с помощью фотосъёмки этих ветровалов с беспилотника в Пермском крае, летом 2015 года. Вряд ли кто, из тех специалистов лесного хозяйства, кто публиковал эти фотоснимки с беспилотника и обрабатывал фотографии этих ветровалов, сделанные из космоса, мог подумать, что они смогут поставить окончательную точку, в продолжавшихся более 90 лет спорах о том, отчего образовался радиальный вывал тайги в предполагаемом месте взрыва Тунгусского метеорита. О том, что это ветровал, говорили некоторые учёные сразу же после Первой экспедиции Леонида Кулика 1927 года, ознакомившись со сделанными тогда первыми фотографиями, обнаруженного им, «радиального вывала тайги». В этом никогда не сомневался и Константин Коханов, которого никогда не гипнотизировал вывал тайги, напоминающий «бабочку» и вбитые в « неё» столбы, указывающие эпицентр взрыва Тунгусского метеорита, такими известными «куликоведами», как Вильгельм Фаст, Алексей Золотов и Джон Анфиногенов. Константин Коханов даже упомянул о их подвигах в своей песне, в одном из её куплетов:

«…Тех лет там сняли торфа пласт, Искали, что могло упасть, И словно соревнуясь, Сказать не прав, что был фантаст, Стоят три «ЭПИ-», «-Джон» и «-Фаст» На «-Золотова» дуясь…».

Вспомнил о «бабочке таёжного вывала» на Заимке Кулика и «лектор» Андрей Строганов и даже совместил её контуры с очертаниями звездолёта, который совершая «жёсткую аварийную посадку» недалеко от реки Ангары, в месте, где сейчас находится Богучанское водохранилище. Там стометровый космически корабль, оказывается, пробил насыщенный водой пласт земли и, пройдя под землёй почти полкилометра, «вылетел» наружу, и надо думать не взорвался, а «оказавшись» за пределами земной атмосферы, навсегда затерялся в бесконечных просторах Вселенной. Правда, после себя, он оставил, наверно на память землянам, такой же след «бабочки», как от вывала тайги у Заимки Кулика. Когда человеку вешают на уши лапшу, пусть даже в виде «бабочек», ему ничего не остаётся другого, как самому не подкинуть очередную «бабочку» для тех, кто ничего другого не хочет, не видеть и, тем более, знать. К тому же Константину Коханову, даже подобную «бабочку» не пришлось искать на месте таёжных буреломов, так как его промоина на левом берегу Чуни, тоже напоминала «бабочку», к тому же с её дна, им был поднят «очередной Тунгусский метеорит».

Если перестать иронизировать над «открытиями» энтузиастов, изучающих «Чёртовы Поляны» и «Места вынужденных жёстких посадок звездолётов», и вернуться к таёжным ветровалам в лесных массивах, образованных смерчами или торнадо, то следует обратить внимание на торнадо, которое прошло над Пермским краем 16 июня 2015 года. Именно оно наглядно показывает, как произошло образование «куликовского радиального вывала» в предполагаемом месте взрыва Тунгусского метеорита. В своей статье о смерчах Константин Коханов, разбирал известные исторические факты поведения торнадо, когда его хобот (основание рукава) натыкался на какое-нибудь препятствие, например на высокий и крутой берег реки и при этом изменял направление своего движения (огибая это препятствие по его контуру). Таким образом, в зависимости от рельефа местности торнадо может образовывать различные картины вывала деревьев, в том числе и в виде «бабочки».

Бури над Камой, 10 июля 2015, 14:00, http://www.npo-diar.ru/news/2082/25883/

Свалившиеся в начале июня 2015 года на Пермский край смерчи, ураганы и торнадо причинили немало вреда. В конце июня жители Перми наблюдали даже смерч, подходивший к городу вместе с грозовой тучей. К счастью, он распался, не дойдя до краевого центра.
И в конце июня в Пермь пожаловал ураган с юго-запада. Результат ужасающий. Реликтовый Патринский бор в устье Яйвы почти полностью был уничтожен в течение нескольких минут. Особенно шквал разгулялся там, где Яйва впадает в Каму. На речных просторах ветер набрал силу и просто снёс все сосны на берегу. Несколько рыбаков, ночевавших там, попали в итоге в больницу – на их палатки рухнули толстенные сосны, сломанные шквалом. Местечко, прозванное местными Ситовкой, просто перестало существовать. Метеорологи признали этот ураган сильнейшим в июне. Однако парадокс в том, что метеостанции его не зафиксировали. Специалисты связывают учащение резких изменений погоды с общим потеплением климата. Воздух становится теплее и к тому же он до предела насыщен влагой. А это питательная среда для возникновения смерчей, ураганов, шквалов и торнадо. По данным метеорологов, если раньше подобные происшествия случались раз в несколько лет, то сейчас они происходят ежегодно и по несколько раз в сезон. В том, что стихийные бедствия будут происходить все чаще и чаще, учёные уверены. Климат меняется, и когда-то суровая погода Западного Урала постепенно смягчается. Но потепление, как сейчас выяснилось, имеет не только плюсы, но и значительные минусы. В итоге и смерчи, и ураганы, и невиданные ранее грозы становятся в Пермском крае нормой.

Березниковское лесничество сняло последствия разрушительного шквала с беспилотника, 03 августа 2015, 09:56, https://www.business-class.su/news/2015/08/03/bereznikovskoe-lesnichestvo-snyalo-posledstviya-razrushitelnogo-shkvala-s-bespilotnika

ГКУ «Березниковское лесничество» опубликовало новые снимки последствий сильного шквала, прошедшего 16 июня южнее Березников. По информации центра геоинформационных систем ПГНИУ, в результате шквала, имевшего западное направление, был частично уничтожен сосновый бор западнее устья реки Яйва, а также лесной массив в районе строящегося Усть-Яйвинского рудника. Всего было повалено или сильно повреждено около 350 га леса, ширина полосы разрушений от шквала составила около двух километров. На берегу Камского водохранилища шквал уничтожил практически все деревья. Для оценки последствий стихии Березниковское лесничество провело съемку территории с беспилотного летательного аппарата.
То в жар, то в холод, 30 декабря 2015, 10:01, https://www.business-class.su/news/2015/12/30/to-v-zhar-to-v-holod

Фотографии, сделанные с беспилотников, ветроповалов деревьев в лесах Пермского края, после прохождения над ними смерчей, намного убедительнее того, о чём уже не первый год говорит Константин Коханов по поводу Куликовского радиального вывала тайги северо-западнее села Ванавары:

Самым сильным за все лето был шквал, прошедший во второй половине дня 16 июня южнее г. Березники, в районе пос. Легино (Яйвинский рейд). Шквал повалил 350 га сосновых лесов по берегам Яйвинского залива. Ширина полосы разрушений составила 2-3 км, длина около 20 км. Метеостанция Березники шквал не зафиксировала.
Хотя площадь куликовский вывала оценивается 2150 квадратных километров, а вся суммарная площадь сплошных вывалов в Пермском крае только от смерча 16 июня 2015 года составляет 3.5 квадратных километра, что кажется на первый взгляд несоизмеримыми величинами. Но с учётом рельефа местности в районе предполагаемого взрыва Тунгусского метеорита и в Пермском крае в районе Яйвинского залива, а также того, что в районе падения Тунгусского метеорита лес (тайга) растёт в условиях вечной мерзлоты, то и устойчивость деревьев к сильным ветрам, бурям и ураганам, тоже несоизмерима. И она делает эвенкийскую тайгу намного неустойчивей лесов в Пермском крае. Твердая поверхность верхнего горизонта вечной мерзлоты в Эвенкии, а также низкие температуры оттаявшего грунта и вод ограничивает возможность проникновения корней деревьев глубоко в почву, и они вынуждены распространяться во все стороны горизонтально, лишь в верхних, лучше прогреваемых слоях почвы на расстояния до 12 м от их стволов. Поверхностная корневая система деревьев эвенкийской тайги, делает их неустойчивыми даже против там частых и сильных ветров, не говоря уже об ураганах и смерчах, которые там не такое уж редкое явление. Только ввиду малой заселённости местности, разрушительные смерчи в тайге ещё никто не наблюдал. А мини смерчи, которые на Севере Иркутской области, имеют название «вихорь», явление достаточно частое, даже Константин Коханов наблюдал их зарождение дважды практически рядом со своей лодкой и один наиболее сильный, находясь на берегу, посередине реки Нижняя Тунгуска, около двух километров выше села Ерёма. Тогда раздался, словно пушечный выстрел и над поверхностью реки поднялся большой водяной купол. При этом никакого рукава или хобота опустившего на реку смерча не было видно. Интересна была реакция на это явление, стоявшего с ним рядом местного жителя. На вопрос Константина Коханова, что это было, тот ответил, – ничего особенного, просто «вихорь». Остальные, сидевшие на берегу рыбаки, даже не обернулись, чтобы посмотреть, что это так громыхнуло на реке.

Контуры ветровалов, выделенные на спутниковом снимке в районе Яйвинского залива в Пермском крае

Рельеф местности в районе Яйвинского залива в Пермском крае

Спутниковая карта окрестностей Заимки Кулика

Рельеф местности в районе Заимки Кулика

Фотографии местности предполагаемого падения Тунгусского метеорита, сделанные при работе экспедиций Леонида Кулика в 1928-1930 годах (из архива КМЕТа – отредактировал снимки Коханов К.П.)

Следует отметить что ранее (в период с 2001 по 2012 гг.) на территории Пермского края и в сопредельных районах Республики Коми выявлено 16 участков массовых ветровалов на общей площади более 11,5 тыс. га (115 квадратных километров).. Из них 5 участков связаны с сильным шквалом 18 июля 2012 года, и 6 – со смерчами и шквалами 7 июня 2009 года. Пространственное распределение участков массовых ветровалов показано на рисунке ниже… Большинство участков массовых сплошных ветровалов расположены в северных районах Пермского края, где сохранились значительные площади спелых и перестойных хвойных лесов, подверженных вывалу при сильных ветрах. Значительный интерес представляет определение даты, когда наблюдались сильные шквалы и смерчи, приведшие к образованию ветровалов. Однако в ряде случаев определить дату опасного явления не представляется возможным по причине локального характера шквалов и смерчей и низкой плотности населения. С использованием космических снимков LANDSAT TM/ETM+ для каждого случая ветровала был установлен временной диапазон его появления (с точностью от нескольких дней до нескольких месяцев). Был выполнен анализ данных наземных метеорологических наблюдений, сведений об ОЯ и нанесенном ими ущербе, данных МРЛ за определенные периоды времени. По результатам анализа были установлены даты большинства ветровалов, а также подтверждены факты прохождения смерчей в Пермском крае 30.08.2008 года и 07.06.2009 года (http://gis-lab.info/qa/windfalls-perm.html).

Если оценить площадь распространения ветровалов от шквалов и смерчей на Севере Пермского края, то они с севера на юг распространяются приблизительно на 240 км, а с запада на восток приблизительно на 315 км. При этом площадь охваченная ветровалами в разные годы (на протяжении 10 лет) охватывает суммарную площадь приблизительно 75600 квадратных километров, что превышает площадь тайги в Красноярском крае изученный на месте и вокруг «куликовского радиального вывала» (2150 квадратных километров) примерно в 35 раз.

Если выделить только образованные шквалами и смерчами ветровалы 2005-2012 годов севернее населённого пункта Гайны (Западная часть Севера Пермского края), то даже тогда суммарная площадь ветровалов только этой западной части, будет приблизительно 12800 квадратных километров, что превысит суммарную площадь изученного «куликовского вывала» в Эвенкии в 6 раз. Поэтому если локально рассматривать вывалы деревьев от шквальных ветров и смерчей севернее населенного пункта Гайны, то можно найти участки с «радиальным вывалом леса» наподобие «куликовского радиального вывала тайги» северо-западнее села Ванавара в Красноярском крае на соизмеримой с ним площади 2150 квадратных километров.

А если вообще анализировать ветровалы деревьев на территории севера Пермского края и Кировской области, а также в южных и восточных районах Республики Коми, то 35 из них образованы прохождением смерчей в период с 2003 по 2014 год. В Пермском крае подобное явление наблюдалось днем 7 июня 2009 года. Тогда торнадо, один из самых сильных смерчей в России в те годы, прошёл через Юрлинский и Гайнский районы Пермского края и Усть-Куломский район Республики Коми. Длина пути смерча составила почти 200 км. Ширина полосы разрушений достигала местами полукилометра. Поскольку смерч практически не задел населенных пунктов, за исключением д. Кебраты и Шордын Гайнского района, то и пострадавших от него не было. Ущерб для лесного хозяйства оказался более значительным – на своем пути только этот один смерч уничтожил 2,5 тыс. га (25 квадратных километров) леса (http://accident.perm.ru/index.php/monitoring/otchety-ob-opasnykh-yavleniyakh-pogody/541-2014-08-29-tornado).

Пролетая на лёгкомоторном самолёте над Карельским перешейком в начале октября 2011 года, фотограф Фёдор Борисов, увидев сверху вывал леса после страшного урагана в конце июля 2010 года, был поражён настолько, что сказал, что в этих местах можно было бы снимать кино про Тунгусский метеорит. Вот насколько до сих пор в головах людей сохраняется убежденность, внушённая им Леонидом Куликом, что подобные, грандиозные лесоповалы, могут вызвать, только падающие на землю, или взрываясь над ней, «тунгусские» метеориты:

А теперь проанализируем, что пишет Е.Л. Кринов («Тунгусский метеорит», издательство Москва-Ленинград, АН СССР, 1949) об области поваленного леса на предполагаемом месте падения Тунгусского метеорита.
…Основной характерной особенностью, установленной Л. А. Куликом еще в первую его экспедицию в 1927 г. для предполагаемого места падения метеорита, является вывал леса, местами переходящий в сплошной, с радиальным расположением поваленных деревьев, ориентированных корнями на котловину, а вершинами наружу. Этот вывал леса и был принят за главный и несомненный признак падения здесь метеорита, а котловина, вокруг которой проявляется радиальность вывала леса, – за место падения метеорита. Вывал леса оказался настолько мощным, а радиальный характер его настолько необычным, что мы имеем все основания объяснить эти явления взрывом, последовавшим при падении метеорита… (стр.157).

Правда, не всё укладывалась в картину «идеального радиального вывала тайги», некоторые участки противоречили направлению стволов поваленных деревьев и даже напоминали обычные таёжные ветровалы, поэтому Е.Л. Кринову постоянно приходится делать всем этим участкам правдоподобные объяснения:

«…Иногда рядом с участками растущего леса на ровных площадках наблюдается сплошной валежник, ориентированный на котловину, расположенную на расстоянии 5-8 км к северо-востоку. Создается представление, что взрывная волна действовала далеко неравномерно вокруг места падения метеорита, и что не один только рельеф местности оказывал защитное влияние. Можно было заключить о том, что взрывная волна имела «лучистый» характер и как бы «выхватывала» отдельные участки леса, где и производила сплошной вывал его или другие разрушения. Такое «выхватывание» отдельных участков особенно хорошо наблюдалось при рассматривании аэрофотоснимков, относящихся к местности, расположенной на расстоянии 2- 3 км к западу от места падения метеорита (стр.160-161)».

«…При просмотре аэрофотоснимков северо-западного, западного и юго-западного участков, расположенных на расстоянии 2-4 км от Южного Болота, т. е. на внутренних, очень пологих склонах котловины, обнаружены места с очень мощным вывалом леса, ориентированным на Южное болото. Однако в этом участке была обнаружена полоса почти сплошного вывала леса, ориентированная на северо-западный торфяник котловины. …По-видимому, этот вывал леса полосой, не согласный с общим радиальным вывалом, был образован обычным сильным ураганом, уже после падения метеорита.
Далее на указанных участках бросалась в глаза неравномерность вывала леса — «выхватывание». В некоторых местах можно было видеть отдельные поляны, где лес был повален начисто. Но тут же рядом наблюдались участки с сохранившимся на корню растущим лесом.
Контуры площадок с вывалом леса неправильные и какой-либо ориентировки их по отношению к Южному Болоту не усматривается (стр.167-168)»
Наглядность «лучистого характера взрывной волны» или неравномерность вывала леса, его «выхватывание», которое не мог объяснить Е.Л.Кринов, легко понять, если посмотреть на фотографии с разрушительными последствиями смерча, который пронёсся над Пермским краем 16 июня 2015 года.

Фотографии с поваленными деревьями, сделанные при работе экспедиций Леонида Кулика в 1928-1930 годах (из архива КМЕТ – снимки отредактировал Коханов К.П.)

Общая панорама местности:

Фотографии с поваленными деревьями (из архива КМЕТ и из документального фильма «В тайгу за метеоритом)

Водопад Чургим и долина ручья Чургим в районе реки Хушмы

Если внимательно посмотреть на характер вывала деревьев в долине ручья Чургим, то нетрудно заметить, что это скорее последствия прохождения смерча, с явно выраженными следами вращения его воронки, чем действие взрывной волны от высотного взрыва Тунгусского метеорита или, как официально до сих пор считается, небольшой ледяной кометы.

Астроном Владимир Коваль: Тунгусский метеорит все эти годы искали не там.

Но что тогда упало на землю?
Владимир Коваль и другие ученые считают, что это точно не был ядерный взрыв, потому что до сих пор не найдено ни одного следа повышенной радиации, зато обнаружено множество уцелевших деревьев, которые по всем параметрам должны были превратиться в золу в эпицентре.
Не могло это быть и исполинским ледяным шаром – все расчеты были проведены еще на первых советских ЭВМ и показали, что для взрыва как у мощнейшей водородной бомбы лед должен быть прочнее титана. И даже если бы – гипотетически – и взорвалось ледяное ядро кометы, все равно бесследно испариться не могло – внеземных следов на земле оказалось бы достаточно.
Но что тогда упало на землю?
- По всем параметрам, это был редчайший, огромный по массе и необычный по траектории каменный метеорит! – отвечает Коваль. – По моим расчетам, он вошел в атмосферу Земли под углом 15 градусов. От столкновения с воздухом произошло резкое высвобождение энергии, что приняли за взрыв. Что-то вроде того, что мы наблюдали в Челябинске, но во много раз сильнее. Ударная волна повалила деревья на огромной территории. Но далее метеорит, грубо говоря, отскочил от тропосферы на высоте 15-20 километров, как камень от воды (все же забавлялись в детстве игрой в «блинчики») и упал в 100 – 150 километрах северо-западнее от эпицентра взрыва. Опять же приведу в пример Челябинский болид — взорвался над городом, а упал в озеро более чем в сотне километров.
Получается – все 90 лет со дня первой экспедиции Кулика Тунгусское диво искали не там.
- Все попадали под гипноз вывала, – усмехается астроном. – Если взрыв был здесь, значит и искать надо здесь. Хотя достаточно элементарно установить азимут полета по упавшим деревьям, высоту взрыва по уцелевшим и обожженным стволам, угол наклона по первым свидетельствам и т.д. Но для этого нужно было работать всем вместе, вместе искать истину. Но слишком у многих были другие цели — не найти Тунгусский метеорит, а заработать на нем — деньги, славу, ученые звания… По моим подсчетам, Тунгусское космическое тело упало в районе впадения речки Кимчу в Чуню. Там и надо искать. Но это дело очень большой и весьма хорошо оснащенной экспедиции. И — не одной.
Кроме того, что прочесать придется десятки квадратных километров дикой тайги, есть и еще одна сложность.
- За 109 лет осколки Тунгусского метеорита, рассеянные по тайге и берегам рек, стали неотличимы от земных камней. Понять их неземное происхождение можно только с помощью специальных анализов. Но, в принципе, и сейчас метеорит найти можно. Было бы желание раскрыть одну из главных тайн ХХ, да уже и ХХI века. Кто знает, может быть, найдется новый Кулик?

https://www.kp.ru/daily/26699.7/3722845/

Комментарии:

3 апреля (2018) 12:24, Владимир Брагинский
Господин Коваль перевалил на восьмой десяток. Он признанный авторитет в исследовании Тунгусского метеорита. Так, что упреки в том, что он шел не пешком, а летел на вертолете, не убедительны.
Москва, Россия

10 февраля (2018), 18:13, Тамара Каплинская
Я участвовала в экспедиции на Тунгуску с 1963 –го года. Так вот, атмосфера была неизменно доброжелательная. Принимали всех желающих охотно, приветливо. Естественно, возникали споры, несовпадения мнений, взглядов, отношений к проблеме. Но никогда не переходили на личности. Работа начиналась с ТРОПЫ КУЛИКА -90 с лишним километров – и не все по твёрдой земле, а больше по болотистой зыбкой поверхности – мы одолевали с тяжёлыми рюкзаками на спине. Работу, которой занимались, захватывающей вряд ли назовёшь: кропотливая, требующая внимания к массе мелочей. К тому же каждый добирался до Тунгуски за свой счёт. Я, к примеру, начиная со второй поездки, добиралась туда из Ташкента. Те, кто профессионально занимался проблемами взрыва, изучая его следы, из года в год оплачивали свои поездки из своего кармана. И этим учёным Владимира Коваль приписывает мошенничества, подтасовки фактов в корыстных интересах?! Приписывает бездоказательно, огульно! На каком основании? Покойный Вильгельм Фаст занимался вывалом деревьев. Математик, он вычислил его параметры. Он обошёл весь многокилометровый вывал собственными ногами, обследовал собственными руками. Знал его, как говорится, и на взгляд и на ощупь. И вот теперь этих учёных пытаются уличить в обмане ради продвижения в карьере. При этом никаких фактов, никакой конкретики. А ведь многих обвиняемых уже нет с нами. Где же уважение к памяти ушедших из жизни?! Ну, пренебрежительный, свысока тон Владимира Коваля можно объяснить. Ведь участники КСЭ добирались до центра и в рабочие маршруты пешим ходом, а господин Коваль – на вертолёте. На чём основаны его обвинения? Пожалуй, вполне можно предположить, других нет. В народе это называется – Мерить на свой аршин.
Иерусалим, Израиль

4 июля 2017, 13:40, Константин Коханов
Ну, что же? Будем ждать экспедицию с новой памятной доской от РГО, «КП» и Первого канала ТВ в 2018 году на 110-летие падения Тунгусского метеорита и рассказа о ещё какой-нибудь новой траектории, уточнённой каким-нибудь, никому неизвестным «астрономом». А сплав по реке Чуне и Подкаменной Тунгуске до Байкита, лучше всего совершить в первой половине мая, чтобы навсегда отпала охота совмещать рыбалку с наукой, в тех действительно удивительно красивых местах. К сожалению, чтобы оценить их по достоинству, нужно пролететь (покружить над ними) на вертолёте, т.к. с лодки или с плота виден только первый (нижний ярус) этих живописных отвесных скал и причудливых, отдельно стоящих от них, столбов.
Москва, Россия

https://www.vladimir.kp.ru/daily/26699.7/3722845/

Примечание к комментариям:

Прочитав бред Владимира Коваля по поводу того, где нужно было бы всем вместе искать Тунгусский метеорит, Константин Коханов, даже побрезговал его комментировать и ограничился только пожеланиями Владимиру Ковалю и его спонсорам из «Комсомольской Правды», установить ещё одну памятную доску уже в честь 110-ой годовщины со дня падения Тунгусского метеорита. Работая над этой статьёй, Константин Коханов, заглянул снова на страницу сайта, где Владимиром Ковалем было указано точное место падения Тунгусского космического тела – в районе впадения речки Кимчу в Чуню. Никто, как он считает, конечно, не мог даже предположить, не то, что проверить эту «ещё ни кем не озвученную гипотезу». Удивительно, как изучив всю литературу о Тунгусском метеорите, он пропустил шутливое стихотворение первого руководителя КСЭ Геннадия Плеханова, который не меньше его размышлял, где нужно искать Тунгусский метеорит:

«Пойдём искать Метеорит по средней траектории – А вдруг он где-нибудь лежит, у Муторай-фактории?»

Вникая в рассуждения Владимира Коваля о том, что для того, чтобы найти Тунгусский метеорит, «нужно было работать всем вместе, вместе искать истину. А то у слишком многих были другие цели – не найти Тунгусский метеорит, а заработать на нём – деньги, славу, учёные звания…», невольно, задаёшь себе вопрос, – а где в это время он был сам? Об этом «астрономе» в последнее время, очень много говорят, но почему-то не приводят ни одной его научной работы, и даже нет ссылок на результаты его более 20-ти экспедиций, в предполагаемые им районы падения Тунгусского метеорита. Хотя Константина Коханова в последнее время не раз спрашивали в Эвенкии, знает ли он Владимира Коваля, он всегда говорил, что нет, но интересовался, чем он там занимался, кроме фотографирования достопримечательностей, но вот только об этом, никто, ничего определённого, ему сказать не смог.

В персоналиях участников КСЭ на букву «К» перечислены 144 фамилии, (с перечнем лет, когда они в них работали), где отмеченные в комментариях лица, там присутствуют под следующими номерами:

21. Каплинская Тамара Моисеевна (1963, 1964, 1965)
54. Коваль Владимир Иванович (1988, 1999)
84. Коненкин Виктор Григорьевич (1967)
104. Коханов Константин (1972)

http://tunguska.tsc.ru/ru/cae/perso/3/12/

Коваль Владимир Иванович – (1945 г.) московский астроном, исследователь метеоритных кратеров, фотохудожник. Руководитель 20-ти самостоятельных экспедиций (данные В.Ромейко на 2008 год в книге-сборнике статей «100 лет тунгуской проблеме», М.»Бином», 2008, стр.439) начиная с 1978 г. Автор научных работ по природе Тунгусского взрыва. Активный участник московского коллектива исследователей Тунгусской проблемы. В тезисах к своему 10-минутному докладу «К вопросу о поисках фрагментов Тунгусского метеорита» на Конференция «95 лет ТУНГУССКОЙ ПРОБЛЕМЕ» ( 23-24 июня 2003 г., Москва, ГАИШ) перечислил вероятно все свои научные статьи:

Коваль В.И, Бижанов А.А. Тунгусский Сборник. Москва 2000, стр.76, 71;
Коваль В.И. Техника Молодёжи. №4. 1979 «Приморские чудеса»;
Коваль В.И. Астрономический Циркуляр. №927. «О происхождении комет…»;
Коваль В.И. Техника Молодёжи. №9. 1978. «Откуда приходят кометы»;
Коваль В.И. Земля и Вселенная. №5. 1989. «По следам Тунгусского Дива»;
Коваль В.И. Техника Молодёжи. №6. 1981. «Памятник на Тысячелетия».

Каплинская Тамара Моисеевна – (1934 г.) родилась в Курске, после эвакуации семья переехала в Самарканд. Закончила там школу с золотой медалью, затем филологический факультет Самаркандского университета. Работала в газете на Узбекской целине, «Молодежь Алтая», «Правда Востока» (Ташкент). Участница трёх экспедиций КСЭ (1963, 1964, 1965) к местам падения Тунгусского метеорита. С 1998 г. живёт в Израиле (http://питание.рф/764-6-drugajaekologija.html?pv=Y).

Упрекая всех, кто искал Тунгусский метеорит в том, что они не хотели скоординировать свои цели для общего дела, поиска Тунгусского метеорита, причём в том в месте, которое он якобы определил сам, Владимир Коваль, не указывает это место конкретно, хотя бы в радиусе 50 км.

А что он делает, чертит на спутниковой карте несколько окружностей циркулём или на экране компьютера «мышкой» в «фотошопе», вместо того чтобы начертить одну окружность радиусом в 250 км и говорит, – вот куда нужно отправлять экспедицию по поиску Тунгусского метеорита, а может быть не одну.

Вот, что нужно было сделать давно, а то, как считает Владимир Коваль, никто, кроме него, на самом деле, не хотел, как он, искать метеорит. Все только думали о славе, о том, как получить, прикрываясь поиском метеорита, учёные звания, и соответственно, на этом, ещё неплохо заработать. Соблазн, конечно, был у кого-то, войти «в большую науку», с чёрного входа, только больших успехов, почему-то не видно ни у кого. По сути, тех, кто занимался поиском Тунгусского метеорита, было не так уж много, а главное не было ни одной самодеятельной экспедиции, по уровню близкой к КСЭ. А руководитель КСЭ Николай Васильев всегда был готов объединять свои усилия по поиску Тунгусского метеорита, с кем угодно, даже с Константином Кохановым, который на три из пяти своих первых рекогносцировочных экспедиций (в 1972-1974 годах), потратил почти все свои три годовые зарплаты.

Конечно, спорить с Владимиром Ковалем, всем, кто занимался поиском Тунгусского метеорита, теперь совершенно бесполезно. Вздрогнул весь русскоязычный Интернет: «Русский ученый раскрыл загадку Тунгусского метеорита», «Астроном Владимир Коваль разобрался в тайне «тунгусского дива»», – оказывается он сделал выдающееся открытие, достойное нобелевской премии – доказал, что все 90 лет со дня первой экспедиции Кулика Тунгусское диво искали не там.
Чтобы сделать это открытие ему пришлось немало потрудиться, и сколько сил им лично было отдано Тунгуске:

«Более 1100 дней в Эвенкийской тайге, тысячи часов в библиотеке, сотни за компьютером – почему и зачем? Вкус расследования тайны, научный «альпинизм». Романтики и прагматики. Астероидная опасность и только? Уроки Каали, Содома и Гомморры /небесная кара – как сдерживающий фактор олигархического «беспредела». Необходимость управляемой фантазии. Альтернатива классическому сценарию. Гипотеза тунгусской инъекции, по принципу «космопедагогики». Гармония восприятия. От проблем метеоритики к проблемам сохранения прекрасного. Эвенкийский фотоальбом. АРМАГЕДДОН!» http://tunguska.tsc.ru/ru/science/conf/2003/p1/koval/

Но такой завышенной самооценки его персоны – могут позавидовать только «учёные» из состава редакции газеты «Комсомольская Правда». После 2003 года Владимир Коваль, видимо, забыл дорогу в библиотеку, думая, что о поисках Тунгусского метеорита, кроме него, больше никто не напишет.

Но вот для таких «учёных», как «астроном Владимир Коваль», Константин Коханов написал книгу «Тунгусский метеорит – история поисков. 1908-1962 год». В этой книге, он подробно рассказал о тех людях, кто искал Тунгусский метеорит. А главное о взаимоотношениях членов экспедиций, используя их воспоминания, не каждое в отдельности, а синхронизируя эти воспоминания с воспоминаниями других лиц, с которыми их пути пересекались. При этом он лишь делает краткие комментарии о некоторых неточностях от забывчивости «летописцев» за давностью лет, а также иногда указывает на откровенное враньё. Книгу он планировал написать в двух томах, и на период с 1963 до 2008 года, собрал много интересных воспоминаний. Правда, к сожалению, по этическим соображениям, наиболее интересные воспоминания, он опубликовать не мог (были ещё живы некоторые участники тех событий, и ему не хотелось тем, к кому он сам относился с явной симпатией, сыпать соль на раны). Первый том «сочинений» Константина Коханова был издан в одном экземпляре, специально для РГБ, а последующие двадцать аналогичных «сочинений», для удобства чтения, в двух книгах.

Стоит отметить то, что в последние годы интерес к проблеме Тунгусского метеорита в России, можно сказать, почти совсем угас, дальше «празднования» юбилеев его падения (через каждые пять лет) на очередных «международных» конференциях, дела не доходит. Серьёзных многочисленных комплексных экспедиций, скорее всего, в предполагаемых местах его падения уже больше не будет, поэтому одна надежда на итальянцев, может, хотя бы они, возобновят свои экспедиции и не будут ограничиваться только одним озером Чеко. Во всяком случае итальянец Анри Бруно (на фотографии ниже), не поленился сходить в РГБ, чтобы ознакомиться с монографией Константина Коханова, чтобы узнать из неё, как происходили поиски места падения Тунгусского метеорита, с момента его падения в 1908 году до 1962 года:

Первый том, Константина Коханова «Тунгусский метеорит – история поисков. 1908-1962 год», в двух книгах:

Теперь о самом главном, что имеет отношение к 110-ой годовщине падения Тунгусского метеорита.

Нужно отметить, что на 100-летие падения Тунгусского метеорита, некоторыми «учёными» делались прогнозы, что к 110-ой годовщине Тунгусский метеорит либо будет найден, либо точно установлено, чем всё-таки было это «Космическое Тело». И вот падение Челябинского метеорита 15 февраля 2013 года, избавило «учёных» дальше фантазировать на эту тему, хотя и с падением этого метеорита, было немало спекуляций на тему его техногенного происхождения, а кто-то, сравнивая его с Тунгусским метеоритом, поспешил уверить общественность, что теперь уж «тайна» Тунгусского метеорита будет, наконец, разгадана. Наверно кому-то очень хотелось, вопреки здравому смыслу доказать, что дважды два равно пяти. Теперь мы знаем, что наибольшего успеха на этом пути добилась совместная экспедиция газеты «Комсомольская Правда», РГО и Первого канала ТВ. Эта она сделало то, что не смогли сделать за 90 лет все искавшие Тунгусский метеорит со времён первых экспедиций Леонида Кулика, все последующие экспедиции – «раскрыла тайну Тунгусского метеорита». Успеха не смоги добиться, ни экспедиции Кирилла Флоренского (КМЕТ АН СССР), ни многочисленные самодеятельные экспедиции Геннадия Плеханова и Николая Васильева (КСЭ), ни даже менее многочисленные, но хорошо известные, как например, экспедиции Алексея Золотова, «доказавшие», что над Тунгусской тайгой, в 1908 году, произошёл ядерный взрыв.
Куда им было тягаться с экспедициями газеты «Комсомольской Правды», для которых нет ничего недостижимого или невозможного, ведь её члены, под руководством Дмитрия Шпаро даже впервые в мире, 31 мая 1979 года, только «на одних лыжах с рюкзаками», достигли Северного полюса.

«Комсомольская правда» раскрыла тайну Тунгусского метеорита
(публикация на сайте газеты «ЕВГЕНИЙ САЗОНОВ» от 18.11.17; 01:17)

Официальная наука ищет эти следы ровно 90 лет – ведь именно в 1927 году на берегу речки Хушма высадился первый российский исследователь метеоритов Леонид Кулик. Впоследствии сотни экспедиций прошли по его следам. Искали и космическое тело колоссальных размеров, и следы ледяной кометы, и даже обломки НЛО с ядерным двигателем. Удача никому так и не улыбнулась. Пока летом этого года на место не прибыла совместная экспедиция «Комсомольской правды», Русского географического общества, Первого канала и Министерства культуры. Благодаря научному руководителю отряда Владимиру Ковалю, который занимается тайной тунгусского феномена почти полвека, удалось установить, почему все эти годы метеорит не могли найти. Просто искали не там!

А вот чтобы определить реальное место падения космического гостя и установить, из чего же он состоял, экспедиции пришлось сойти с тропы Кулика и отправиться гораздо дальше – преодолеть почти 700 километров по диким рекам и тайге, где комфортно себя чувствуют исключительно медведи.

Фильм, снятый журналистами «Комсомолки», который вы увидите в это воскресенье на Первом канале, подробно расскажет о приключениях экспедиции и приподнимет завесу одной из самых интересных тайн ХХ века. Расскажет он и о трагической судьбе Леонида Кулика, в честь которого наш отряд установил памятную доску от РГО и «КП» на месте высадки первой научной группы.

Первый канал. «Где же Тунгусский наш метеорит?». Воскресенье, 9.10.

https://www.kp.ru/daily/26759.7/3789395/

Комментарии:

20 декабря 2017 08:40, Андрей (Строганов)
Уточняя комментарий Парфирьевича, хочу добавить, что есть данные, что в 38г отсняли аэрофотосъёмкой только центральную часть вывала рядом с эпицентром. Потом много позже доснимали значительно большую территорию. На этом основании Джон Анфиногенов построил карту вывала, которая практически совпала по форме с бабочкой вывала Фаста.
Московская область, Россия
ОТВЕТИТЬ

21 ноября 2017, 15:55; Парфирич
Константин Коханов: Хотелось бы отметить основные неточности, высказанные авторами документального фильма с подачи их «научного консультанта» Владимира Коваля о том, что «официальная наука ищет эти следы Тунгусского метеорита ровно 90 лет». Официальная наука прекратила поиски Тунгусского метеорита ещё в 1962 году и ограничилась признанием кометной природы «Тунгусского метеорита. С 1963 года изучением проблемы Тунгусского метеорита занимались только любители-энтузиасты при финансовой поддержке организаций, в которых они работали (академий, НИИ и университетов). Двое из этих энтузиастов Г.Ф. Плеханов и Н.В. Васильев, в разное время руководившие «комплексными самодеятельными экспедициями» в районе «куликовского бурелома», даже стали академиками, хотя и не по изучению, найденного ими космического вещества, в золе изучаемого ими торфа. При этом следует отметить, что с 1963 года изучением последствий падения и поиском Тунгусского метеорита занимались действительно одни «энтузиасты», к тому же, в основной своей массе, бескорыстно, и только потом на основании собранного материала, у некоторых «организаторов самодеятельного научного сообщества» появилось желание на этом «сомнительном научном материале» защитить кандидатские диссертации… (см продолжение ниже)
Москва, Россия
ОТВЕТИТЬ

21 ноября 2017, 16:14; Парфирич
Константин Коханов: (продолжение). Правда, успели это сделать только двое – Вильгельм Фаст в 1966 году (по теме «Статистическая структура полей разрушений, вызванных ударной волной Тунгусского метеорита ») и Алексей Золотов в 1969 году (по теме «Экспериментальная физика»). В отличие от Вильгельма Фаста, Алексей Золотов в диссертации научно обосновал выводы из своей монографии «Проблема Тунгусской катастрофы 1908 года» (Минск, 1969). Он просто убедил учёный совет, что «Обобщение имеющихся материалов показывает, что Тунгусская катастрофа – это новое, грандиозное, чрезвычайно редкое и исключительно интересное, но ещё не изученное уникальное явление природы, которое гораздо сложнее, чем падение обычного метеорита или ледяной кометы», причиной которой вполне мог быть ядерный взрыв, что подтверждалось его математическими расчётами. В 1972 году, малоприметную со стороны лавочку в СО АН СССР по финансированию работ этих «предприимчивых энтузиастов», решил прикрыть академик М.А. Лаврентьев, написав в своей разгромной статье, что «в науке много денег тратится на всякую ерунду, такую, как Тунгусский метеорит. И что даже, если установят, что это было за явление – пользы от этого никому не будет»… (см продолжение ниже)
Москва, Россия

21 ноября 2017, 16:22, Парфирич
Константин Коханов: (продолжение) Глубоко ошибался академик, в том же году появились две аспирантки, у которых были темы по изучению вещества Тунгусского тела (то есть космической пыли, извлечённой из торфа Тунгусских болот). Насчёт «источников» финансирования работ по поиску вещества Тунгусского метеорита, автор этого комментария, ничего сказать не может, но как он убедился лично в 1972 году, число «энтузиастов» явно поубавилось, в части «активного» мужского контингента. После распада СССР и развития рыночных отношений, остались заниматься проблемой Тунгусского метеорита действительно только одни «энтузиасты», но с каждым годом, ввиду достижения преклонного возраста, их список постоянно сокращается, и надежд на значительное пополнение своих рядов, у них уже нет. В конце фильма говорится, где нужно искать теперь Тунгусский метеорит, но почему-то не делается предложение, что этим должно заняться официальная наука, представители которой наверно сразу вспомнят, что говорил об изучении Тунгусского метеорита академик М.А. Лаврентьев. Кстати изучать за свой счёт Тунгусский метеорит, никогда никому не запрещали, так же, как собирать почтовые марки, заниматься туризмом и водными видами спорта. Неприятно прозвучала слова в фильме, что все кто искали Тунгусский метеорит, не объединяли свои усилия, а каждый хотел только прославиться. И с кем, кто должен объединять свои усилия: Золотов и Коханов с Васильевым и Анфиногеновым? …(см продолжение ниже)
Москва, Россия

21 ноября 2017, 17:08; Парфирич
Константин Коханов: (продолжение). К сожалению, со времён Леонида Кулика в основном упор делался на изучение именно бурелома, а не на поиск метеорита, который на официальном уровне стали считать взорвавшейся в воздухе кометой. Леонид Кулик полагал, что только аэрофотосъёмка даст ответ, где следует искать Тунгусский метеорит и возлагал на неё все свои надежды, особенно не утруждая себя изучением прилегающей к его Метеоритной Заимке территории. Наконец, аэрофотосъёмка была произведена в 1938 году на площади 250 км² и долгие годы она служила основным источником для уточнения конфигурации вывала, и подтверждения различных гипотез о природе взрыва Тунгусского Космического Тела (ТКТ), от кометы до инопланетного космического корабля. В Комплексных Самодеятельных Экспедициях (КСЭ) со слов одного из их руководителей академика Г.Ф. Плеханова, приняло участие более 1000 человек. Как сказал академик, – обо всех не напишешь. Константин Коханов частично этот пробел устранил, правда, пока ограничился экспедициями вплоть до 1962 года в своей монографии «Тунгусский метеорит – история поисков» (М., 2009-1077 стр, [60] л. ил., карт .) В центральных библиотеках Москвы (РГБ), Петербурга (РНБ), Томска и Томского университета, Красноярска, не считая ряда других библиотек – она находится в свободном доступе.
Москва, Россия

27 ноября 2017, 20:09; Ольга
Большое Вам спасибо за подробную информацию!
Томск, Россия

20 ноября 2017, 22:12; Виктор
Я родом из Карелии и мне от мамы достался прозрачный шарик с завернутой по спирали сине-белой массой ,на «экваторе»широкая а к полюсам узкие На мой вопрос» Это что»? Она сказала » что находили в тайге эти шарики , с неба упали». диаметр 2,3 см. мне по спине катала ладонью когда простужался.. Она от бабушки знала и меня учила кровь останавливать, грыжи лечить,ячмень на глазах заговаривать… Может до нас в Кенозеро прилетали дожди метеоритные???
Московская область, Россия
ОТВЕТИТЬ

19 ноября 2017, 15:22; Парфирич
Константин Коханов: После просмотра фильма у меня возникло несколько вопросов. Судя по анонсу «экспедиции КП пришлось пройти более 700 километров по диким местам и по тайге». Что-то в тайге действительно было показано, что-то из путешествия по реке Чуня тоже, но опять же не более половины маршрута и непонятно достигла ли экспедиция КП вплавь на лодке посёлка Байкит? Почему-то в фильме нет участка реки между притоками рек Верхняя и Нижняя Чунку, где скалы и столбы не менее экзотичны, чем показанные в документальном фильме. Зато показан самолёт АН2, и не на нём ли экспедиция КП закончила своё путешествие до аэропорта Байкита? Хотелось бы получить ответ. Почему-то никто из моих знакомых в Байките, присутствие членов экспедиции КП там не заметил. Зато, якобы кто-то им говорил, что видел её членов в аэропорте Байкит. Вообще-то я ждал от этого фильма больше интересных видеокадров и фотографий, а не пустопорожних размышлений о природе Тунгусского метеорита и мест, где его нужно искать.
Москва, Россия
ОТВЕТИТЬ

18 ноября 2017, 18:37; Парфирич
Константин Коханов: Ещё в 1971 году члены КСЭ (Томской комплексной экспедиции) в моём присутствии шутили о том, где упал Тунгусский метеорит. Даже тогда их начальник Дмитрий Дёмин, хлопая меня по плечу говорил: «Знаешь Константин, что в третьем издании Большой Советской Энциклопедии словосочетании «не там», будет толковаться, как место падения Тунгусского метеорита. Экспедиция КП, РГО и Первого канала спускалась по Чуне в 2017 году за мной следом, причём отплыла она от Муторая, когда я уже был на устье Чуни и плыл по Подкаменной Тунгуске в сторону Байкита. По пути туда я обнаружил много следов оставленных там туристами, из одежды и утопленного ими снаряжения, особенно на порогах. Своё пребывание там я отметил в нескольких зимовьях, на видных местах, в виде памятных значков своей экспедиции «Тунгусский метеорит». Если экспедиция КП их не увидела, то можно с уверенностью сказать, что господин Коваль никогда не найдёт место падения Тунгусского метеорита там, где задолго до него и до меня, его искали с десяток метеоритных экспедиций, без лишнего шума и громких заявлений, что они там что-то нашли.
Москва, Россия
ОТВЕТИТЬ

18 ноября 2017, 17:42; Сема
Тунгусский метеорит-опыт Теслы по передаче энергии на расстояние.
Россия, Республика Карелия, Петрозаводск
ОТВЕТИТЬ

18 ноября 2017, 05:47; Евгений Сазонов?
«Бурный поток»?
Амстердам, Нидерланды
ОТВЕТИТЬ

https://www.kp.ru/daily/26759.7/3789395/

«Где же Тунгусский наш метеорит?»
(публикация на сайте издания «ДАРЬЯ МИХЕЕВА», от 17 ноября 2017)

СЕТЕВОЕ ИЗДАНИЕ TELEPROGRAMMA УЧРЕДИТЕЛЬ И РЕДАКЦИЯ АО «ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ «КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА».
ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР: СУНГОРКИН ВЛАДИМИР НИКОЛАЕВИЧ.
ИЗДАТЕЛЬ: ГЕМСТ ВЛАДИСЛАВ АЛЕКСАНДРОВИЧ
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР САДКОВ ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ
Первый канал покажет фильм, созданный журналистами «Комсомольской правды».
Есть такие лихо закрученные тайны, что не дают покоя на протяжении веков. Одной из них является загадка Тунгусского метеорита, нагло ворвавшегося в атмосферу Земли 30 июня 1908 года…

«Где же Тунгусский наш метеорит?»
19 ноября 2017; 9.10, Первый канал ТВ.
Текст: Евгений Сазонов
Продюсер фильма: Владимир Сунгоркин.
Режиссер и автор сценария: Евгений Сазонов.

https://teleprogramma.pro/cinema-stop/295576/

Комментарии:

Парфирич, 2017.11.21; 19:01
Константин Коханов: Неприятно прозвучали слова в фильме, что все кто искали Тунгусский метеорит, не объединяли свои усилия, а каждый хотел только прославиться. И с кем, кто должен объединять свои усилия: Золотов и Коханов с Васильевым и Анфиногеновым? Не знаю, как Золотов, но Коханов попробовал «объединить усилия с Николаем Васильевым в 1971 году, как во время своей «второй экспедиции» так и на конференции в том же году по Тунгусскому метеориту в Томске. и даже во время своей «третьей экспедиции 1972 года», помог Джону Анфиногенову «доказать, что найденным им валун, на горе Стойковича «действительно является Тунгусским метеоритом». Самое главное Константин Коханов верил в это целых три дня, а Джон Анфиногенов верит в это до сих пор. Но, как только Джон Анфиногенов «убедился», что он «нашёл» Тунгусский метеорит, то сразу испугался, что ему придётся с Кохановым разделить «Нобелевскую премию» и стал его сравнивать с Коненкиным, который мог бы много принести пользы, таким, как он и Николай Васильев, но решил искать метеорит самостоятельно. И к чему это привело? – задал сам себе вопрос Анфиногенов, и сам же на него ответил, – в итоге он спился и был убит в Байките. Во время 20-й экспедиции в мае-июне 2017 года Константин Коханов. приплыл в Байкит, и одной из его целей там было узнать, в каком точно году Виктора Коненкина убили в Байките…(см продолжение ниже)
Ответить

Андрей Строганов> Парфиричу, 2017.11.25; 15:01
Полагаю, что вся компания по поиску была заорганизована как всё в СССР. И огромные толпы искателей мотались по просторам по заданным в каком-то центре направлениям. Конечно при такой организации возможны пропуски очень перспективных мест. Могут ли такие места быть обнаружены через 110 лет? Да могут. На базе новых методов спутниковой съёмки и глобальному скоростному обмену информации через интернет.
Ответить

Парфирич> Парфиричу, 2017.11.21; 19:06
Константин Коханов: (продолжение). Константин Коханов хотел в архиве Байкитского суда найти уголовное дело по факту убийства и по нему установить годы жизни этого давно забытого в Эвенкии человека. В копиях уголовных дел в Байкитском суде о Коненкине им ничего не было найдено, архив суда сгорел во время пожара, да и о самом Викторе Коненкине в Байките уже никто не помнил. У Константина Коханова вызывают даже не смех, а только улыбку воспоминания «родственников очевидцев» падения Тунгусского метеорита, особенно услышанные от их «дедушек и бабушек», которые во время его первой экспедиции в июне 1970 года, бегали по Ванаваре с октябрятскими значками, а кто постарше, с пионерскими галстуками.
После первой экспедиции Леонида Кулика в 1927 году учёными только допускалась возможность падения Тунгусского метеорита именно в том месте, которое было обследовано Куликом. А насчёт двух крайних суждений о буреломе «ничего необычного» и «его своеобразия», была принята расплывчатая формулировка «необычности бурелома» и поставлена основная задача не его изучения, а обнаружение метеорита… (Остальные части этого комментария на сайте газеты «Комсомольская правда»)
Ответить

Парфирич, 2017.11.19; 15:17
Константин Коханов: После просмотра фильма у меня возникло несколько вопросов.
Судя по анонсу «экспедиции КП пришлось пройти более 700 километров по диким местам и по тайге». Что-то в тайге действительно было показано, что-то из путешествия по реке Чуня тоже, но опять же не более половины маршрута и непонятно достигла ли экспедиция КП вплавь посёлка Байкит? Почему-то в фильме нет участка реки между притоками рек Верхняя и Нижняя Чунку, где скалы и столбы не менее экзотичны, чем показанные в документальном фильме. Зато показан самолёт АН2, и не на нём ли экспедиция КП закончила своё путешествие до аэропорта Байкита? Хотелось бы получить ответ. Почему-то никто из моих знакомых в Байките, присутствие членов экспедиции КП там не заметил. Зато, якобы кто-то им говорил, что видел её членов в аэропорте Байкит. Вообще-то я ждал от этого фильма больше интересных видеокадров и фотографий, а не пустопорожних размышлений о природе Тунгусского метеорита и мест, где его нужно искать.
Ответить

Андрей Строганов> Парфиричу, 2017.11.25; 15:12
Если они проплыли часть пути, то и надо было бы так и заявить. Но это снизит коммерческий успех от показа. А причины свернуть экспедицию могут возникнуть само-собой. Наиболее безобидная – разрядились или утопились аккумуляторы видеокамер. Раз участвовала РГО, то ставилась задача расшевелить интерес в народе к географии.
Ответить

Парфирич, 2017.11.18; 18:45
Константин Коханов: Ещё в 1971 году члены КСЭ (Томской комплексной экспедиции) в моём присутствии шутили о том, где упал Тунгусский метеорит. Даже тогда их начальник Дмитрий Дёмин, хлопая меня по плечу, говорил: «Знаешь Константин, что в третьем издании Большой Советской Энциклопедии словосочетание «не там», будет толковаться, как место падения Тунгусского метеорита. Экспедиция КП, РГО и Первого канала спускалась по Чуне в 2017 году за мной следом, причём отплыла она от Муторая, когда я уже был на устье Чуни и плыл по Подкаменной Тунгуске в сторону Байкита. По пути туда я обнаружил много следов оставленных там туристами, из одежды и утопленного ими снаряжения, особенно на порогах. Своё пребывание там я отметил в нескольких зимовьях, на видных местах, в виде памятных значков своей экспедиции «Тунгусский метеорит». Если экспедиция КП их не увидела, то можно с уверенностью сказать, что господин Коваль никогда не найдёт место падения Тунгусского метеорита там, где задолго до него и до меня, его искали с десяток метеоритных экспедиций, без лишнего шума и громких заявлений, что они там что-то нашли.
Ответить

https://teleprogramma.pro/cinema-stop/295576/

Несколько нескромных замечаний к вопросу о направлении полёта Тунгусского метеорита, особенно к её южной траектории.

Опросом очевидцев полёта Тунгусского метеорита Константин Коханов лично не занимался, но, как ни странно, к нему в 1973 году, один из очевидцев, когда он после своей Третьей экспедиции к реке Алтыб, возвратился в село Ерёма, пришёл сам. Фаркова Василия Семёновича члены экспедиции КСЭ опрашивали дважды, и его очень удивило, почему член ещё одной экспедиции, не проявил к его особе никакого интереса. Автор статьи, когда к нему пришёл в Ерёме В.С. Фарков, не стал расспрашивать его, что он видел, а сразу спросил, где он и с кем ещё из жителей села, тогда находился. В.С. Фаркову в то время было 10 лет, и он вспомнил, что тогда стоял на берегу реки Нижней Тунгуски вместе со своим дядей. Единственно, что он мог сказать уверенно, что метеорит пролетел, высоко в небе над Нижней Тунгуской от них с правой стороны. Но точно, где В.С. Фарков тогда с дядей стоял на берегу реки, он указать места не смог, потому что места уже такого не существовало, как и двух горок, за которыми тогда было расположено его село Ерёма. Обе горки были смыты окончательно большим паводком 50 лет назад, то есть где-то в 1922 году. Разве мог автор этой статьи подумать, что на месте песчаного пляжа, за круто обрывающимся размытым правым берегом, когда-то были две горки, за которыми стояло село Ерёма? По крайней мере, тогда Константин Коханов, убедился, что Тунгусский метеорит действительно перелетел Нижнюю Тунгуску в окрестностях села Ерёмы, которая была выше (севернее) села Преображенка, по прямой километров на пятьдесят, (а по воде, почти на 80 км).

Как всем хорошо известно, траектория (точнее вероятные траектории) полёта Тунгусского метеорита в основном определялась на основании показания очевидцев и уточнялась по конфигурации Куликовского вывала тайги. Насколько это несерьёзно, даже трудно себе представить, хотя нужно отдать должное тем, кто скрупулезно, на протяжении десятков лет изучал обнаруженный Леонидом Куликом таёжный ветровал, и фиксировал приборами координаты и направление поваленных, якобы взрывной волной стволов, даже отдельных деревьев. В связи с этим имеет смысл ознакомиться с рассказом лётчика-испытателя Бориса Антоновича Орлова на его впечатлениях от полёта на МИГ-25У над Северным Ледовитым океаном на высоте 10000 метров (Б.А. Орлов «Записки лётчика-испытателя», М., Авико-пресс, 1994):

«…Мы летали строго на север, на Новую Землю, и возвращались обратно, чуть отклонившись к западу. Никогда я не мог представить себе, что бывает такой прозрачный воздух: после взлёта и набора десяти километров высоты я видел конечный пункт нашего маршрута почти за 400 км!
Невероятно, но это так. Я видел, как Новая Земля скрывается за выпуклым горизонтом, и воочию тогда убедился, что Земля круглая…
Красота кругом была необычайная: синее море с кое-где поблескивающими точечками льдин, сверкающие грани причудливых вершин Новой Земли, яркое голубое небо и простор – дух захватывает!..».

Если б полёту Челябинского метеорита, его взрыву и падению его осколков, было уделено больше внимания теми, кто по своему служебному положению, должен профессионально заниматься изучением и поиском упавших на территории России метеоритов, то и к поиску осколков Тунгусского метеорита, можно было бы подойти иначе. При этом не зацикливаясь на Куликовском радиальном вывале тайги, а сосредоточившись на уточнении траектории его полёта, без спекуляций о совершённых «Тунгусским Космическим Телом» манёврах или о его техногенном происхождении.

Падение Тунгусского метеорита, как нам известно, по показаниям очевидцев «наблюдалось при безоблачном небе на огромной территории Восточной Сибири, начиная с берегов Енисея на западе и кончая населёнными пунктами вдоль рек Витима и Мухтуя на востоке, т.е. на пространстве около 1500 км в поперечнике. Очевидцы наблюдали полёт ослепительно яркого болида, затмившего собой солнечный свет. Болид пронёсся в течение нескольких секунд в направление с юго-востока на северо-запад (по Кринову). По пути движения болида оставался очень мощный пылевой след, наблюдавшийся в пунктах расположенных вдоль проекции траектории в виде гигантского столба; над местом падения метеорита наблюдалось пламя и облако дыма, отмечавшееся очевидцами из ближайших к месту падения пунктов. После падения раздались оглушительные взрывы, которые были слышны на расстояние свыше 1000 км от места падения. Затем раздался грохот, треск и гул. На огромной территории, почти достигавшей области видимости световых явлений, отмечалась сотрясение почвы, дрожание построек, раскол оконных стёкол, падение различных предметов и домашней утвари, качание висячих предметов. Многие очевидцы даже были свалены с ног воздушной волной, распространившейся с места падения».

В этом нет ничего удивительного, потому что Тунгусский метеорит летел на большой высоте и к тому же, как и Челябинский метеорит с гиперзвуковой скоростью. Если лётчик Б.А. Орлов с высоты 10 км видел конец своего маршрута за 400 км, то допустим, если бы на его борту взорвалась атомная бомба, эквивалентная хотя бы сброшенной на Хиросиму, то её вспышку тоже увидели бы на земле с такого же расстояния. Возможно, вспышку от взрыва бомбы на его самолёте, на такой высоте, смогли бы увидеть и за пятьсот километров, даже вне зоны видимости самого самолёта, а звук от взрыва бомбы, услышали бы ещё дальше и ощутили бы на себе действие её взрывной волны.
Наблюдали же полёт и взрыв Челябинского метеорита в районе села Просвет в 750 км юго-западнее города Челябинска. И удивляться тут нечего, потому что сейчас считается, что взрыв Челябинского метеорита произошёл на высоте от 25 до 30 км.

В сообщении о падении Тунгусского метеорита в газете «Красноярец» от 13 июля 1908 года, следует обратить особое внимание в показаниях очевидцев, на указанное ими направление его полёта и последовательность наблюдаемых ими световых явлений, и уже затем после их прекращения, на услышанные ими первые взрывы:

«…Как рассказывают очевидцы, перед тем, как начали раздаваться первые взрывы (удары), небо прорезало с юга на север со склонностью к северо-востоку какое-то небесное тело огненного вида, но за быстротою (а главное – неожиданностью) полета ни величину, ни форму его усмотреть не могли. Но зато многие в разных селениях отлично видели, что с прикосновением летевшего предмета к горизонту, в том месте, где впоследствии было замечено указанное выше своеобразное облако, но гораздо ниже расположения последнего – на уровне лесных вершин как бы вспыхнуло огромное пламя, раздвоившее небо. Сияние было так сильно, что отражалось в комнатах, окна которых обращены к северу, что и наблюдали, между прочим, сторожа волостного правления. Сияние продолжалось, по-видимому, не меньше минуты, так как его заметили многие бывшие на пашнях крестьяне. Как только «пламя» исчезло, сейчас же раздались удары…».

Евгений Кринов, в своей монографии «Тунгусский метеорит» подчёркивает то, что в первую очередь при изучении траектории падения метеорита следует учесть, что «ближайшим из населенных пунктов, откуда поступили сведении с описанием падения метеорита, опубликованные в газетах, является село Кежма. Однако оно удалено от места падения метеорита по прямому направлению приблизительно на 200 км» Далее он предлагает сравнить описания очевидцев падения Тунгусского метеорита, с наблюдавшимися явлениями при падении 12 февраля 1947 года Сихотэ-Алинского метеорита. Тогда «граница видимости его световых явлений проходила на расстоянии 300 км от места падения, а значительно более мощные явления с сотрясением земли и падением различных предметов наблюдались лишь в пределах нескольких десятков километров». И делает по этому поводу заключение, которое трудно оспорить: «то мы можем представить себе все грандиозные масштабы падения Тунгусского метеорита …». А вот его сетование о состоянии царской науки в то время, ничего кроме улыбки сейчас вызвать не может, на фоне её современного состояния: «приходится удивляться той инертности, с которой отнеслась наука царской России к этому небывалому явлению природы». А как российская наука отнеслась к такому же грандиозному событию, через 105 лет, что предприняла и что сделала для того, чтобы по горячим следам, в зоне рассеивания упавших осколков Челябинского метеорита, уточнить траекторию его полёта, высоту взрыва и даже место падения его последних осколков. Только благодаря наличию огромного количества видео регистраторов у российских автовладельцев, была компенсирована инертность научных кругов сразу после падения Челябинского метеорита. Ничего практически не было сделано, при благоприятных погодных условиях для поиска осколков Челябинского метеорита, но зато было сделано всё возможное, не только, чтобы «затоптать» зону падения осколков Челябинского метеорита», но даже её «проутюжить» Боевыми Машинами Десантных войск, на участке от Челябинского аэродрома Шагол до Чебаркульского военного полигона. Обо всём этом Константин Коханов написал в своих шести очерках под общим названием «Челябинский метеорит или что-то иное?!», обобщив в них работу двух своих рекогносцировочных экспедиций (2013 и 2016 года) в Челябинской области.

В дополнении к сказанному выше о траектории полёта Тунгусского метеорита, Константин Коханов, считает нужном, обратить внимание, на направление его полёта указанное очевидцами в Кежме – «с юга на север со склонностью к северо-востоку». Если бы очевидцами было бы отмечено направление полёта метеорита «с юга на север, со склонностью к северо-западу», то тогда можно было бы говорить о его южной траектории. А так как наблюдавшийся ими, практически на горизонте взрыв метеорита (его вспышка»), указывает, скорее всего, что он произошёл северо-северо-восточнее Кежмы, а сам метеорит перед этим летел на северо-северо-запад.

«Главным следом, оставленным Тунгусским метеоритом на поверхности земли, до сих пор считается астроблема без кратера».

По мнению академика Николая Владимировича Васильева (1930-2001), многолетнего бессменного руководителя и координатора исследований «в районе Тунгусской катастрофы», «единственным и бесспорным «специфическим» следом Тунгусского метеорита на поверхности земли, является вывал леса, открытый в 1927 году Л.А.Куликом.

И это мнение академика редко кем оспаривалось, по крайне мере, в серьёзных научных трудах не опровергалось. Никто, хотя бы как-то аргументировано, не оспаривал мнение Н.В.Васильева, что «именно район катастрофы представляет собой нерасшифрованный до конца «черный ящик», содержащий решающую информацию о последних секундах существования Тунгусского космического тела, о его природе, а возможно, и о дальнейшей его судьбе…».

Н.В.Васильев в своей монографии «Тунгусский метеорит: космический феномен лета 1908 г.», опубликованной после его смерти в 2004 году, пишет, что «картирование вывала леса было начато в 1958 г. экспедицией КМЕТ АН СССР (начальник- К.П.Флоренский), основной же объём работ был выполнен в 1960-1979 гг. экспедициями АН СССР (руководитель работ – И.Т.Зоткин) и КСЭ (В.Г.Фаст). Проведение этих уникальных исследований было бы абсолютно невозможно, если бы не самоотверженность и энтузиазм более чем ста участников экспедиций, непосредственных исполнителей полевой части работ. За двадцать лет ими было заложено свыше тысячи пробных площадей, причем на каждой пробе измерялись азимуты в среднем пятидесяти (на некоторых площадях – до четырехсот и более) поваленных деревьев, определялись их диаметры, число мертвых стоящих деревьев, а на пятистах с лишним площадях – также число переживших катастрофу живых деревьев. Проводя эту съёмку, маршрутные группы, состоявшие, как правило, из двух человек (оператор и документалист), уходили от базы экспедиции на расстояние до сорока пяти километров и более, причём продолжительность таких автономных маршрутов составляла нередко десять, двенадцать и более дней».

Не вдаваясь в подробности выполненных работ, на общей площади 2150 ± 25 кв. км (Фаст В.Г., 1967), в том числе сплошного лесоповала около 600 кв.км (Анфиногенов Д.Ф. и др., 1998) разрушенного лесного массива», по форме напоминающего «гигантскую бабочку (без головы), распластанную на Земле и ориентированную одним крылом на северо-восток, а другим – на юго-восток». По мнению Н.В.Васильева, «векторная структура вывала в целом радиальна, что подтверждает открытие радиального вывала тайги, сделанноё Л.А.Куликом ещё в 1927 году. Оставим без внимания рассуждения Н.В.Васильева о разных «осях симметрии бабочки вывала», а сразу перейдём к их сопричастности траектории полёта Тунгусского метеорита, по сути, к сделанному по этим вопросам академиком, резюме (точнее к неутешительному выводу):

«Добавим (ко всему), что в последнее время высказано мнение (Злобин А.Е., 1996) о том, что отождествление оси симметрии района взрыва с проекцией траектории метеорита представляет собой глубокое заблуждение, сыгравшее в истории изучения Тунгусского феномена драматическую роль. Полагая, что на подлёте к эпицентру Тунгусское космическое тело двигалось по траектории, близкой к южной (2-ой вариант траектории по И.С.Астаповичу), А.Е.Злобин считает, что непосредственным свидетельством этому является характерная «подковка» в структуре изоклин области вывала, представляющая собой след удара баллистической волны. В пользу «южного» варианта склоняются также М.Н.Цынбал и В.Э.Шнитке (1988).

Какая же из осей симметрии области вывала сопричастна траектории?

«…Мнение В.Г.Фаста (высказанное им в 1976 году, а затем опубликованное в работе с соавторами в том же году), по этому вопросу однозначно. Во внутренней структуре поле средних направлений повала деревьев имеет четко выраженную симметрию около прямой, проходящей через особую точку поля вывала в направлении 99° к востоку от географического меридиана. Эту симметрию следует связывать с симметрией ударной волны Тунгусского метеорита около траектории его движения. Но если это так, то парадокс, касающийся траектории Тунгусского космического тела, предельно обостряется: траектория в этом случае приобретает почти восточное направление, трудно совместимое с ключевыми показаниями очевидцев на Ангаре…».

Не будем вдаваться в умозаключения академика по поводу этого «парадокса». А сразу же перейдём к главному, с чего конечно надо было Николаю Васильеву начать, если бы он, перед тем, как писать свою монографию, ознакомился со статьёй В.И.Коваля, опубликованной в юбилейном выпуске Тунгусского сборника (под редакцией В.А.Ромейко М., 2000). Поэтому ему пришлось, несмотря на то, что раздел его монографии: «Главный след (Тунгусского метеорита) – астроблема без кратера» (из книги Н.В.Васильева «Тунгусский метеорит: космический феномен лета 1908 г.», М., Русская панорама, 2004, стр.93-115), снова вернуться «к рассмотрению круга затронутых им вопросов». А всё дело было, что вышедший в то время, юбилейный выпуск Тунгусского сборника под редакцией В.А.Ромейко (Москва, 2000) собрал тогда «отличную подборку свежих научных статей по проблеме Тунгусского метеорита и содержал, в ряде случаев, новую принципиально важную информацию:

«…В числе авторов сборника (особо отмечает Н.В.Васильев) присутствовал астроном-профессионал В. И. Коваль, по собственной программе осуществляющий разносторонние полевые и камеральные работы, связанные с проблемой Тунгусского события, и занимающий в спектре исследователей Метеорита свою собственную «экологическую нишу». Являясь сторонником ультракосмического направления, он на протяжении многих лет последовательно собирает материалы в пользу того, что Тунгусский метеорит был обычным астероидом. При этом исследователь не проявляет особой активности в публикации полученных (им) результатов. И вот сейчас «лед молчания» оказался сломанным, – данное обстоятельство ещё раз напоминает о необходимости серьёзного разговора на тему о вывале. Раздел проблемы Тунгусского метеорита, посвященный разрушениям, вызванным взрывной волной Тунгусского метеорита – сбор, каталогизирование и первичная обработка исходной информации – в большой мере был сформирован в 1960-1970-е годах. Итоги этого грандиозного труда запечатлены в двух коллективных работах (Фаст В.Г. и др., 1967; 1976), представляющих образец информационной классики. Наличие этих трудов способствовало формированию иллюзии, что все основное в сфере изучения вызванного Тунгусским взрывом вывала леса сделано, и что отныне мы вступаем в некую пору благоговейного созерцания достигнутого, внимая, так сказать, «Музыке сфер». Такие периоды приятного самопогружения в нирвану имеют место в истории развития, наверное, любой научной проблемы, – и Тунгусский материал в этом плане не является исключением. Но каждый, кто знаком с этим не понаслышке, знает, как и чем такие периоды заканчиваются: рано или поздно в хрустальных чертогах с треском рушится разбитый «стеклянный» свод, и в комнату влетает ловко запущенный кем-то с улицы кирпич. А дальше разворачивается действие, когда благоговейная гармония сменяется скандалом и начинается, в представлении одних – безобразие, а, по мнению других – научная революция. Именно это несколько эмоциональное сравнение приходит в голову при прочтении статьи В. И.Коваля (2000), посвященной итогам его исследований вывала леса, вызванного взрывом Тунгусского метеорита. Основные позиции, выносимые на обсуждение В.И.Ковалем, – причём в обычно присущей ему достаточно эмоциональной форме, – сводятся к следующим моментам:

- контур «бабочки» вывала определен в работах В.Г. Фаста на основании трудноверифицируемых субъективных критериев;

- при проведении подобного рода работ предпочтение следует отдавать измерению азимутов не вывороченных деревьев, а сломов, используя с этой целью теодолит.

Проведенные В.И.Ковалем, с учётом этих соображений замеры, свидетельствуют о том, что граница вывала, по крайней мере, в ряде мест, (была) проведена весьма произвольно, с большими ошибками. А направление траектории полета Тунгусского метеорита (на самом деле) составляет 126 ± 2°. Все это достаточно серьезно, чтобы от сказанного (им) можно было отмахнуться, сделав вид, что ничего (серьёзного) не произошло.
Совершенно очевидно, что нечто произошло, и это нечто породило ситуацию, требующую анализа и включающую в себя обсуждение ряда пунктов – отчасти тесно связанных, отчасти в известной мере независимых. Для этого нам с читателем придется, видимо, вернуться в экспедиционный архей, к кострам экспедиций начала 1960-х годов, когда в горячих спорах оттачивалась методика полевых работ. Дело в том, что разработчикам данного вопроса предстояло совместить два, мало совместимых момента. С одной стороны, съёмка должна была быть площадной и охватить территорию в несколько тысяч квадратных километров. А дело это очень трудоемкое. С другой (стороны), в каждой данной точке нужно было получить статистически устойчивую информацию, характеризующую не только направление поваленных деревьев, но и ряд других скалярных и векторных параметров (характер повреждений леса, процент уцелевших деревьев, состав пород, экспозицию склона, тип почв и т. д.).

С учётом сказанного, программа планируемых исследований в каждой данной точке района то сужалась, то, напротив, расширялась. Вердикт на согласованный проект методики съемки вывала деревьев был получен лишь после нескольких дискуссий на Заимке, в которых помимо К.П.Флоренского и В.Г.Фаста участвовали также И.Т.Зоткин, В.К.Журавлев, Г.Ф.Плеханов, Д.В.Демин, К.А.Любарский, Ю.М.Емельянов и ряд других специалистов. За основу была принята именно методика В.Г.Фаста, и именно она почти в неизменном виде использовалась в дальнейшем вплоть до завершения картирования вывала в конце 1970-х годов, (хотя и допускалась возможность использования и более подробных методик).

Именно с её помощью были получены все основные оценки в дальнейшем, и в силу этого она нуждается, естественно, в повторном обсуждении – коль скоро, как мы видим, соответствующие вопросы, безусловно, назрели. Прежде всего, начнем с вопроса о границах района. Поскольку действие взрывной волны на лес – это типичный затухающий процесс, очевидно, что говорить о границах района, подвергшегося его воздействию, можно лишь весьма условно. Тем не менее, они реально существуют, и об этом свидетельствует документ – карта с большим (площадью более 2 000 кв.км) и весьма компактным участком сравнительно молодого леса (с преобладанием древостоев менее чем столетнего возраста), – которая при ближайшем рассмотрении оказывается не чем иным, как «бабочкой вывала» . Конечно, это еще не значит, что формирование указанного пятна произошло только в результате действия ударной волны, без участия разрушительного действия, например, пожара и других факторов катастрофы 1908 года, – но то, что вклад в эту общую сумму именно взрывной волны является определяющим, – это вряд ли может быть взято под сомнение.
Тем более что взаимоотношения вывала и пожара 1908 года многократно служили предметом специальных исследований (Цынбал М.Н., Шнитке В.Э., 1986, 1988).

«Бабочку» Фаста, разумеется, не следует фетишизировать и рассматривать как некий аналог фамильного герба «автора»Тунгусской проблемы. Но было бы не меньшей ошибкой, – как это, похоже, собирается делать В. И. Коваль, – дисквалифицировать её до ранга надоевшей ванаварской мухи.

Что же касается неточностей, то они, конечно же, есть, вероятнее всего, их достаточно много, но вряд ли этот вопрос играет в данном частном случае принципиальную роль. Говоря о выборе в качестве объекта замера между сломом и вывороченным деревом, по-видимому, оптимальным было бы сочетать оба метода. Но это не поздно сделать и сегодня, так как каталоги замеров В.Г.Фаста целы и опубликованы, а замеры В.И.Коваля, надо полагать, также со временем увидят свет и будут всем доступны.

Сопоставить же результаты тех и других замеров, используя современную вычислительную технику, вполне реально. Вопрос о возможной искажающей роли местных локальных магнитных аномалий в формировании векторной картины поля вывала всегда беспокоил исследователей проблемы, и к нему возвращались неоднократно. В середине 1970-х гг. эта работа была специально проведена астрономо-геодезической группой А.В.Кардаша (1984), которая пришла к заключению, что на территории вывала имеются довольно многочисленные локальные магнитные аномалии, какой-либо объективной значимой закономерной картины они не создают и могут, скорее, затушевывать истинные эффекты, чем формировать ложные. Отметим, однако, что твёрдой уверенности в этом всё же нет.

Определённый В.И.Ковалем азимут траектории (126 ± 2°) гораздо ближе к оценкам Е.Л.Кринова (1949) и Н.Н.Сытинской (1955). Он представляется нам более реалистичным, прежде всего, по той причине, что не находится в столь явном противоречии с более ранними оценками траектории, сделанными на основании показаний очевидцев с Ангары.

Вместе с тем, однако, правомерен вопрос: если мы снова теперь уже в исполнении В.И.Коваля – возвращаемся к симметрии» фигуры вывала (на сей раз – определенной по сломам), то, сколько же, наконец, у этой фигуры осей симметрии, и какая из них является той самой, настоящей?

И хотя В.И.Коваль очень не любит слово «парадоксы», – полагая, видимо, что некто изобрел его специально к огорчению сторонников астероидальной версии, – тем не менее, факт остаётся фактом: налицо ещё один парадокс, разбираться с которым, по-видимому, придется уже самому его автору (В.И.Ковалю).

Итак, в целом: в благородном семействе состоялся скандал. С положением дел по проблеме вывала (теперь) необходим и тайм-аут, и соответствующая экспертиза. Д.В.Демин был глубоко прав, полагая, что основные события на этом поле ещё впереди. Не исключено, что в чем-то недалек от истины А. Е .Злобин (1996), считающий, что физику Тунгусского явления придется ещё в будущем переписывать едва ли не с «чистого листа» .

Впрочем, не будем загадывать. Наше дело – прежде всего, собирать и анализировать факты. Что же касается времени для выводов, – то оно, надо думать, придёт само собой. И, возможно, быстрее, чем это нам кажется. Итак, изучение «следа» № 1 – вывала леса – не только не снимает трудности, возникающие при анализе показаний очевидцев, но и усугубляет их наметившееся впечатление о нелинейном характере полета Тунгусского космического тела в атмосфере Земли. Таковы, в первом приближении, данные, полученные в ходе натурного изучения вывала леса, вызванного взрывной волной Тунгусского метеорита (Н.В.Васильев «Тунгусский метеорит: космический феномен лета 1908 г.», М., Русская панорама, 2004, стр.93, 95, 110-115).

Если ничего определённого нельзя сказать о форме и яркости, летящего высоко в небе, светящегося огненного шара, то об отмеченном некоторыми очевидцами оглушительном звуковом сопровождении его полёта, чего-то необъяснимого, в настоящее время нет.

Никого ведь теперь не удивляет звук пролетающего высоко над нами, на сверхзвуковой скорости, самолёта, что издаваемый им звук, доходит до наших ушей, уже после того, как он пролетел над нами, а не во время его приближения к нам, или когда он, пролетает над нами.

После падения Челябинского метеорита 15 февраля 2013 года, автор этой статьи до конца марта 2013 года, подбирал все опубликованные материалы и просматривал новые научные публикации о движении аппаратов на гиперзвуковых скоростях. Его интересовало больше всего в этом вопросе распространении ударных волн в атмосфере и их воздействии на земную поверхность, в том числе при высотных ядерных взрывах, не смотря на то, что он уже много лет интересовался этими вопросами, занимаясь поиском Тунгусского метеорита.
При знакомстве с опубликованных статьями о распространении сверхзвуковых волн, не трудно было прийти к заключению, что ударная волна, рождённая в условиях сверхзвукового движения тела, характеризуется фронтом разной формы исходя из геометрии объекта. Так, движение тела с головной частью округлой формы сопровождается формированием волны, обладающей кривой параболической поверхностью. Такая волна движется, несколько опережая объект. Однако совсем иначе выглядит процесс формирования волны объектом, имеющим заострённую головную частью. Здесь фронт ударной волны приобретает конусообразную форму, а верхняя точка конуса контактирует с объектом. В любом случае, сверхзвуковое движение тела порождает образование зон воздуха, резко отличающихся друг от друга по уровню плотности.

Изображение распространения сверхзвуковых волн, можно посмотреть даже в Википедии, в статье «Звуковой барьер»:

Жёлтая линия – след ударной волны на земле. Снаружи конуса ударной волны (а на земле – перед жёлтой линией) самолёт не слышен.

Но наиболее интересную иллюстрацию, распространения ударной волны при высотных взрывах, но с понятными любому обозначениями этого явления, можно посмотреть на форуме http://forum.atominfo.ru/lofiversion/index.php/t776-50.html

В комментарии к этому рисунке на форуме сказано, что «ударная волна имеет форму сферы и распространяется симметрично во все стороны. Отразившись от поверхности земли, она превращается в отражённую ударную волну. За фронтом падающей ударной волны, во-первых, создаётся разрежение, во-вторых, падающая ударная волна нагревает воздух, поэтому отражённая ударная волна движется с большей скоростью, чем падающая ударная волна. На некоторой высоте падающая и отражённая ударная волны сливаются и образуют головную ударную волну. В результате слияния на фронте головной ударной волны создаётся давление, примерно вдвое большее, чем на фронте падающей ударной волны. По этой причине считается, что головная ударная волна в зоне иррегулярного отражения, как бы создана зарядом удвоенного веса. Этим, скорее всего, объясняется наличие довольно сильных разрушений, например, как рухнувшая крыша и стена одного из цехов Цинкового завода в Челябинске. Хотя судить о силе, конкретно, этой ударной волны нельзя, так как разрушения произошли только из-за явно некачественного ремонта кровли, в чём смог убедиться автор этой статьи, на основании знакомства с фотоматериалами и рассматривая ещё не убранные обломки стены этого цеха, спустя три месяца после падения Челябинского метеорита.

Возможно, Константин Коханов что-то мог не знать о тонкостях движения космических тел в атмосфере земли на сверхзвуковых (гиперзвуковых) скоростях, но, что описано выше соответствовало действительности. В этом автор статьи смог убедиться лично в посёлках Депутатский и Березняки в Челябинской области, сравнивая с тем, что рассказывали очевидцы почти сразу после падения Челябинского метеорита:

На траектории полёта Челябинского метеорита, после его взрыва, в посёлке Березняки, Челябинской области, в доме на Лесной улице, слившиеся ударные волны, падающая и отраженная, выдавили наружу оконную раму:

Приблизительно через три километра от дома в посёлке Депутатский, ударной волной были разбиты стёкла в магазине, а на улице Береговой, в доме Андрея Владимирович Бирюкова, шиферную крышу сарая пробило осколком Челябинского метеорита:

Показывающий на разбитые стёкла магазина, проживающий в Депутатском Нестеров Ю.А., 1952 года рождения, во время взрыва Челябинского метеорита был рядом с магазином и от неожиданности, как он сказал Константину Коханову присел, думая что произошёл взрыв проходящего рядом с посёлком (невдалеке от магазина), магистрального газопровода.

И нечто похожее, произошло на озере Чебаркуль 15 февраля 2013 года, о чём совсем, не фантазируя, можно сказать, сославшись на интервью рыбака, которое он дал сотрудникам МВД и запечатлённого на видеозаписи, которую вероятно сделали, после оформления официального протокола:

Из рассказа рыбака:

«Вот, ребята сказали… (было), как после фугаса, бомбы. Лёд метров (на) сто взлетел, если не выше. И что поразительно вертикальное падение было, не под углом, а вертикальное…. А осколки разлетались, и наверно на излёте всё было, не то что с космической скоростью…. А вот именно после взрыва…».

Не правда ли, как это похоже на действие слившихся падающей и отражённой ударных волн?

Все признаки налицо: взлетел вверх лёд, около прорубленный чернобыльскими рыбаками лунок и у большой проруби на поверхности озера, затем рухнул вертикально вниз. Так что и на видеозаписях Николая Мельникова, в конце концов, может быть определят, если вообще что-то сумеют на них разглядеть, не пары газов после взрыва, а поднятый вверх, слившимися ударными волнами, снег и куски льда.

Если отказаться от «священной коровы», привязки куликовского радиального вывала к падению или взрыву Тунгусского метеорита, и рассчитать его траекторию исключительно по заслуживающим доверия показаниям очевидцев, то и вероятность нахождения его крупных осколков, не только возрастёт, но и станет реальным делом.

Е.Л.Кринов в своей монографии Тунгусский метеорит (М-Л, 1949. стр. 27) отмечает, что «Кулик, Вознесенский, а затем Суслов пытались определить (по показаниям очевидцев) направление движения болида и установили, что болид летел с юга на север (Кулик) или с юго-юго-запада на северо-северо-восток (Вознесенский и Суслов). Строгую научную обработку наблюдательного материала для получения траектории метеорного тела выполнил И. С. Астапович [10]. Он также получил направление траектории с юго-юго-запада на северо-северо-восток [10 и 11]. Тем не менее, автор счел необходимым заново пересмотреть весь наблюдательный материал, пополненный новыми сообщениями, которые не были в свое время использованы Астаповичем. Как мы потом увидим, полученное автором направление траектории оказалось несколько отличающимся от направления, полученного Астаповичем. По полученным автором данным, болид летел с юго-востока на северо-запад.

Автор этой статьи (Константин Коханов) считает, что все имеющиеся в наличии исследователей материалы, связанные с показаниями очевидцев, наблюдавшими полёт Тунгусского метеорита, нужно в обязательном порядке пересмотреть, исключительно в оригиналах, датированных до начала 1927 года, а не их сокращённые копии в монографиях учёных, изданных после экспедиций Леонида Кулика, даже таких авторитетных, как Евгений Кринов и Николай Васильев. Константин Коханов отмечает этих двух учёных, только в качестве примера, не перечисляя всех других и все их научные труды. При этом за основу для составления (графического изображения) новых схематических карт, возможных траекторий полёта Тунгусского метеорита, можно взять, схематическую карту А.В.Вознесенского, опубликованную Е.Л.Криновым в его монографии «Тунгусский метеорит» на стр.20, но только без заштрихованной местности, вероятного падения метеорита:

Конечно, это процесс очень трудоёмкий, но сейчас во многих библиотеках разрешают читателям делать фотографии, а в таких, как РГБ в Москве, почти со всех печатных изданий можно снять ксерокопии. Хотя это и дорого, но значительно дешевле, чем ехать изучать места падения Тунгусского метеорита, указанные такими всем всемирно известными астрономами, как Виталий Ромейко или Владимир Коваль, точнее других определивших траекторию полёта Тунгусского метеорита в компании с «мальчиками» из московских «дворцов пионеров», чередуя измерения самыми точными приборами азимутов поваленных в тайге деревьев с рыбалкой и охотой.

В начале 1970-х годов Константину Коханову приходилось в Ленинской библиотеке (теперь РГБ) от руки переписывать рассказы очевидцев падения Тунгусского метеорита, опубликованные в сибирских газетах в 1908 году. В статье «Перспективы поиска мест падения Тунгусского метеорита», опубликованной в Интернете в 2009 году и перенесённой на некоторые сайты без фамилии автора, Константин Коханов, приводит сокращённый Е.Л.Криновым источник информации, наблюдения полёта Тунгусского метеорита в Кежме, а затем дополняет его из оригинала, опубликованного в газете «Красноярец» и далее комментирует эту часть:

«Е.Л.Кринов в своей монографии «Тунгусский метеорит» (М-Л., 1949, стр.9-11) опускает, как не заслуживающие внимания, рассказы крестьян, хотя в них содержится заслуживающая внимания не менее важная информация. Что-что, а крестьяне слышали артиллерийские выстрелы, и перепутать их просто с какими-то сильными ударами или с обычным землетрясением (они) никак не могли. Выражение «то ли гром, то ли стреляют» и когда несли мешки с мукой и оба «при первом ударе упали», не следует воспринимать, что от страха, а отнести к резкому содроганию после «взрыва» земли».

Вроде бы несущественные детали опущены, но в них ничего не указано о том, как в некоторых источниках, что взрывом Тунгусского метеорита в Кежме было сметено часть почвы. И не отметить такого факта корреспондент газеты «Красноярец», конечно бы не смог, раз описал такие, несущественные для Е.Л.Кринова детали с падением крестьян, и как они комментировали то, что слышали после «падения метеорита».

Тоже можно сказать о сокращении оригиналов статей (источников информации) и в монографии Н.В.Васильева «Тунгусский метеорит: космический феномен лета 1908 Г».

Как считал академик Н.В.Васильев, «в общей сумме показаний очевидцев Тунгусской катастрофы приоритет принадлежит, безусловно, показаниям, собранным до 1941 г. и в особенности до 1930 г., т. е. по сравнительно свежим следам. Что же касается сообщений относительно поздних, то их следует подвергать тщательной фильтрации. В то же время «вес» любых показаний может существенно увеличиваться в случае, если они независимо подтверждаются какими-либо объективными данными, например, структурой разрушений, вызванных взрывной волной…» (стр72).
Например, по его мнению, для южной группы очевидцев, «в качестве эталонного показания» может рассматриваться свидетельство политического ссыльного Т.Н.Науменко, наблюдавшего Тунгусский болид в селе Кежемское: «… Около 8 часов утра день был на редкость ясный, и не было заметно ни одного облачка, ветер не шевелился, была полнейшая тишина. Вдруг послышался отдаленнейший, еле слышный звук грома; это заставило нас невольно оглянуться во все стороны; звук послышался, как будто из-за реки Ангары… звук грома начал быстро усиливаться, он казался уже чем-то необыкновенным, поскольку никаких туч на горизонте не было видно; при этом раздался первый, сравнительно небольшой удар, когда я быстро повернулся в направлении удара, то увидел, что лучи солнца, пересекались широкой огненно-белой полосой с правой стороны лучей; с левой же, по направлению к северу… в тайгу летела неправильной формы еще более огненно-белая (бледнее солнца, но почти одинаковая с лучами солнца) несколько продолговатая масса в виде облачка («комка»), диаметром гораздо больше луны и без правильных очертаний краев. После первого несильного удара, примерно через две-три секунды, а то и больше, раздался второй, довольно сильный удар грома, самый сильный, какие бывают во время грозы. После второго удара «комка» уже не стало видно, но хвост, вернее полоска, уже вс.я очутилась с левой стороны лучей солнца, перерезав их, и стала во много раз шире, чем была с правой стороны от него; и тут же через более короткий промежуток времени, чем было между первым и вторым ударами, последовал третий удар грома, и такой сильный (как будто бы еще с несколькими, внутри него слившимися ударами, даже с треском), что вся земля задрожала и по тайге разнеслось такое эхо (какой-то оглушительный сплошной гул), что казалось, что гул охватил всю тайгу необъятной Сибири… Плотники… после первого и второго ударов в полном недоумении крестились… а когда раздался третий удар, так плотники попадали с постройки на щепки навзничь… некоторые были так ошеломлены и совсем перепуганы, что мне приходилось приводить их в чувство и успокаивать… все мы побросали работу и пошли в село. Там увидели на улицах целые толпы местных жителей, с ужасом говоривших об этом .явлении. Некоторые еще спали, и их разбудили эти необыкновенной силы удары грома, от которых звенели стекла, а в некоторых домах даже треснули печки и попадала с полок кухонная посуда». Показания Т.Н.Науменко гармонируют с другими сообщениями очевидцев с Ангары, в частности, с подробным изложением наблюдений в Кежме, приведённым в газете «Красноярец» от 13 июля 1908 г.» (стр.74-75).

При этом Н.В.Васильев пользуется не оригиналом статьи из этой газеты, а той её частью, которая была опубликована в монографии Е.Л.Кринова «Тунгусский метеорит», делая тоже «несущественное сокращение», даже этой части.
Ну, а само «эталонное показание Т.Н.Науменко», он сократил настолько, что даже не привёл вид, изображённого им «комка» – продолговатой массы в виде облачка.

Поэтому Константин Коханов, считает уместным привести в своей статье копию статьи Т.Н.Науменко «Наблюдение полёта Тунгусского метеорита», опубликованную в журнале «Метеоритика» (1941, выпуск 2, стр.119-120):

Место падения Тунгусского метеорита (его осколков), по мнению Владимира Коваля, должно быть не на месте его взрыва:

«По всем параметрам, это был редчайший, огромный по массе и необычный по траектории каменный метеорит! – (говорит) Владимир Коваль. – По (его) расчетам, он вошел в атмосферу Земли под углом 15 градусов. От столкновения с воздухом произошло резкое высвобождение энергии, что приняли за взрыв. Что-то вроде того, (он говорит) мы наблюдали в Челябинске, но во много раз сильнее. Ударная волна повалила деревья на огромной территории. Но далее метеорит, (по его расчётам), грубо говоря, отскочил от тропосферы на высоте 15-20 километров, как камень от воды (все же забавлялись в детстве игрой в «блинчики») и упал в 100 – 150 километрах северо-западнее от эпицентра взрыва. Опять же (он приводит) в пример Челябинский болид — взорвался над городом, а упал в озеро более чем в сотне километров».

Всё о чём говорит Владимир Коваль, судя по сказанному выше, говорит только о его некомпетенции по поводу падения Челябинского метеорита. Вся его осведомлённость о падении Челябинского метеорита основывается на бреде Челябинских учёных, о том, что Челябинский метеорит упал в озеро Чебаркуль. Насколько они серьёзно отнеслись к падению Челябинского метеорит, говорит то, что к изучению мест падения его осколков, они приступили, когда в Челябинскую область, на третий день после взрыва метеорита, приехали из Москвы научные сотрудники КМЕТа академии наук РФ. Нужно быть благодарным только научным сотрудникам из Екатеринбургского Уральского федерального университета (УрФУ) и лично профессору, члену Комитета по метеоритам РАН Виктору Гроховскому, который, не ожидая указаний сверху, сразу же их послал в Челябинскую область искать упавшие осколки метеорита и затем определившему химический состав Челябинского метеорита:

«Чебаркульский метеорит» оказался обычным хондритом

ГОЛОС РОССИИ 18 февраля 2013 года
В воскресенье (17февраля 2013 года) экспедиция ученых Уральского федерального университета (УрФУ) обнаружила в районе озера Чебаркуль в Челябинской области около 50 фрагментов метеорита. Они были доставлены в лабораторию УрФУ в Екатеринбурге, где ими занимаются исследователи. На данный момент точно известно, что метеорит относится к классу обыкновенных хондритов. Это каменный фрагмент с содержанием железа около 10%. Интересно отметить, что и эта поездка к озеру Чебаркуль не была официальной. «Это была наша самодеятельность, я просто как член комитета не мог остаться в стороне, послал туда ребят», – рассказал Виктор Гроховский.

https://news.rambler.ru/science/17682819-chebarkulskiy-meteorit-okazalsya-obychnym-hondritom/

Виктор Иосифович Гроховский:

Во время своей Первой экспедиции в Челябинскую область, через три месяца после падения Челябинского метеорита (после окончания своей 16-ой экспедиции по поиску Тунгусского метеорита), Константин Коханов в районе эпицентра взрыва Челябинского метеорита, прошёл (проехал на дорожном велосипеде), под траекторией полёта Челябинского метеорита, несколько раз, от березовых рощ на окраинах посёлка Березняки до ближайших берёзовых рощ за посёлком Депутатский, определяя координаты, найденных там осколков метеорита и уточняя наблюдения полёта самого метеорита над этими посёлками у местных жителей. Несколько дней он также уделил на самостоятельный поиск осколков метеорита. Часть из собранных при помощи поискового магнита образцов, отправил в КМЕТ, который не подтвердил их метеоритного происхождения (но, оставшуюся, большую часть, собранных образцов, он решил отправить в КМЕТ, только тогда, когда там сменится его руководство).

О траектории полёта Челябинского метеорита и падении его осколков, Константин Коханов узнал, действительно и такое, о чём ещё тогда ещё не упоминалось в прессе:

Во-первых, что от белого инверсионного слоя, отделился черный след, который «шёл» по направлению к поверхности земли. Именно под этим чёрным (тёмным) следом Челябинского метеорита было собрано местными жителями большинства его упавших там осколков.

Во-вторых, осколок, который пробил крышу сарая Бирюкова, имел направление полёта противоположное полёта метеорита, что говорило о том, что после взрыва Челябинского метеорита, его осколки разлетались в разные стороны и падали, как в эпицентре его взрыва, так и за летевшими вперёд, как минимум двумя крупными, оставшимися частями.

На фотографии ниже, показан дом Андрея Бирюкова на Береговой улице и стоящеая, посередине её, дочь Бирюкова Настя. Со слов Андрея Бирюкова, если ориентироваться по облакам в небе, то чёрный, снижающейся след метеорита проходил над ребром крыши дома (маленькие облачка над ним, а белый след проходил справа от его дочери (большое облако, но значительно выше). Под чёрным следом от метеорита, местными жителями, было найдено большинство осколков Челябинского метеорита найденных в посёлке Депутатский и в его окрестностях:

Константин Коханов надеялся, что «уральские учёные», серьёзно отнесутся к установлению точной траектории полёта Челябинского метеорита, но оказалось, что они «действительно все такие же крупные учёные», как высокопоставленные чиновники, принятые в Академию наук РФ, в научных заслугах которых усомнился даже Президент РФ Владимир Путин. Он прямо спросил у Президента РАН Владимира Фортова, действительно ли это так? Ответ Владимира Фортова на этот вопрос, был на уровне обыкновенного дебила, что приём в Академию Наук решал не он сам, но это было понятно и так любому дураку, а Президенту РФ было важно его личное мнение:

«На Владимире Фортове не было лица. «Все они сказали, что получили разрешение…» – растерянно пробормотал он.
- Вопрос не в этом, – перебил ВВП, – Они действительно такие крупные ученые, что должны быть членкорами и академиками?
- Они прошли весь конкурс без изъятий и исключений…
- Вы не отвечаете на мой вопрос, – опять перебил президент и продолжил свой иезуитский допрос:
- Так, значит, они крупные ученые?
Положение Владимира Фортова выглядело абсолютно безвыходным. Он как будто одновременно получил шах и мат. Признать чиновников крупными учеными уровня Капицы или Жореса Алферова ему не позволяла совесть. Сказать, что они таковыми не являются, – честь. Ведь в таком случае получалось, что Академия наук, раздавала высокие научные звания, просто кому попало.
- Они достойны того, что их избрали, – наконец, чуть слышно прошептал президент РАН.
Путин кровожадно улыбнулся.
- Значит, они крупные ученые? – опять переспросил он.
- Получается, что так, – не мог больше сопротивляться Фортов».

http://www.mk.ru/politics/2016/11/23/putin-ustroil-zhutkiy-raznos-glave-ran-za-chinovnikov-stavshikh-akademikami.html

Получилось так, что даже учёные из Екатеринбургского УрФУ ограничились изучением эллипса рассеивания упавших осколков Челябинского метеорита от Челябинска (Коркино) до озера Чебаркуль, совершенно игнорируя очевидные факты, что часть осколков Челябинского метеорита упала значительно дальше города Сатки.

Поэтому в 2016 году, свернув работу своей рекогносцировочной экспедиции на реке Муторайке, ввиду многочисленных пожаров в Эвенкии (в том числе в окрестностях села Ванавара и посёлка Муторай), Константин Коханов, отправился в свою, уже вторую экспедицию в Челябинскую область. Учитывая, что неизрасходованных им средств на этот раз было достаточно, он не стал мелочиться и «принял» в состав своей экспедиции таксиста, жителя города Златоуст Сосновского Андрея Алеклавовича, 1967 года рождения и владельца резиновой лодки с мотором, жителя города Чебаркуль Бухарина Сергея Васильевича, 1963 года рождения. Использование Константином Кохановым личного автомобиля Сосновского и личной моторной лодки Бухарина, сэкономило ему много времени и позволило ознакомиться со значительной территорией Челябинской области, над которой пролетел Челябинский метеорит, а также, практически со всем озером Чебаркуль, при измерении эхолотом его глубины в предполагаемых точках падения в это озеро осколка Челябинского метеорита. Попутно, Константин Коханов посетил две редакции газет, «Златоустовский рабочий» и «Саткитский рабочий». В «Златоустовском рабочим» подшивок вышедших номеров в 2013 году, не оказалось (просмотрел их в Центральной городской библиотеке), а в «Саткинском рабочем, не только была подшивка газет за 2013 год, но даже их электронные копии. Редакции газет, на своих сайтах, отметили появления в них «активного московского блоггера», а главный редактор «Златоустовского рабочего», даже сфотографировался с ним на память:

Номер газеты «Саткинскй рабочий» от 19 февраля 2013 года, с фотографией следа Челябинского метеорита, пролетевшего над этим городом: