«…После того, как я за Большим Чунским порогом проводил Сергея Першина с женой Татьяной с двумя их собаками в Байкит, оттолкнув их лодку подальше от левого берега Чуни, занялся переноской к лодке, оставшихся выше порога, своих вещей. Хотя уже наступили сумерки, я всё-таки попутно продолжил фотографировать два последних каскада порога, прекрасно понимая, что качественных снимков всё равно не получится, но полного впечатления о пороге без фотографий, как не описывай его потом, лучше некачественных фотографий, не смог бы сделать даже Лев Толстой в соавторстве с Иваном Тургеневым…».

8 июня 2017 года (продолжение описания событий конца дня, сделанные только по памяти)

Далее в дневнике Константина Коханова до 10 июня 2017 года никаких записей нет и ему приходиться полагаться только на воспоминания о событиях в конце дня 8 июня 2017 года и затем на протяжении последующих двух дней, потому что впечатления от них остались у него в памяти навсегда и что-то в них перепутать или забыть какие-то в них существенные подробности просто невозможно:

Когда я перетаскал все свои вещи и всё туристическое снаряжение к лодке «Романтика-2», то особенно не старался загружая секции лодки, оптимально распределить его по весу на всей лодке, потому что предполагал проплыть на ней незначительное расстояние, до ближайшего подходящего относительно ровного места, на любом из берегов реки, где мне можно было бы установить палатку и переночевать.

Оттолкнувшись веслом от берега, я стал отгребать лодку поближе к сливу порога, но не к самым его ещё большим, образующим пенистые гребни волнам, которые могли скрывать под собой большие камни и даже крупные валуны. Эта была моя самая большая ошибка, потому что русло реки делало поворот, но при этом левый берег не имел плавного очертания и состоял из небольших бухточек, образованных каменными осыпями, куда сразу же течением реки стало прижимать лодку.

Несмотря на то, что я интенсивно стоя на одном колене, двумя руками, налегая на одно весло, старался увеличить расстояние лодки от берега, это мало помогало и лодку несло течением почти у самого берега, где уже можно было легко разглядеть выступающие из воды, очертания, крупных камней. Но, когда мне, наконец, удалось немного развернуть лодку в сторону основного слива, её почти сразу занесло на скрытую водой поверхность крупного валуна. Лодку на валуне развернуло почти поперёк течения и в кормовую секцию, через щель между ней и фальшбортом, стала поступать вода, и чем выше задирался нос лодки, тем сильнее.

Я попробовал веслом сдвинуть лодку с валуна, но она даже не пошевелилась, насколько крепко села днищем на его поверхность и поэтому мной была сделаны попытка, откачивать воду из кормовой секции, при помощи самодельного ковша из полиэтиленовой бутылки, но вода прибывала быстрее, чем я успевал от неё избавляться.

После того, как кормовую секцию почти всю затопило, я не раздумывая прыгнул из лодки в воду и толкая её в транец, стал сталкивать с поверхности валуна. К моему удивлению, усилий много не потребовалось, и лодка быстро «сошла» с валуна и мне пришлось только держась за транец и при помощи ног в болотных сапогах, выравнивая её движение, искать подходящее место, чтобы причалить к берегу, где было бы поменьше крупных камней и было бы какое-либо подобие бухточки, без течения или с противотоком воды.

Первым делом, когда я вплавь приткнул лодку к левому берегу и, вылезая из воды, прижал её к нему правым бортом, сразу же, постарался там же и надёжно закрепить, в удобном и даже в сравнительно устойчивом положении, при помощи причального и кормового фалов. И только, когда мне удалось это сделать, на заваленном камнями берегу, обмотав фалами два крупных валуна, я приступил к полной разгрузке лодки.

Разгрузку лодки, разумеется начал с кормовой секции, к этому времени, больше чем на половину затопленной водой. Сначала вытащил на берег лежащие в ней большие водонепроницаемые гермомешки и лодочный мотор, с лежащими вместе с ними двумя сумками. И только затеи разгрузил и остальные секции лодки, вытащив на берег все китайские сумки с вещами, продуктами и походным снаряжением, но не сделал самого главного, даже не вспомнил о лодочных вёслах, где они могли тогда быть или куда их могло отнести течением реки, чтобы сразу же, ещё до разгрузки лодки, приступить к их поискам.

После разгрузки лодки пошёл искать пригодное для установки палатки место, что оказалось сделать нелегко. Пройдя метров двести, я ни одного хорошего или хотя бы относительно ровного места так и нашёл, поэтому решил ставить палатку примерно в 50 метрах от лодки, почти вплотную к скале, частично завалив все рытвины на каменной осыпи по направлению большей частью к реке, обрубив ветки с нескольких пробивавшихся там сквозь камни небольших, практически стелящихся по ним кустов, чтобы они не мешали натянуть тент моей палатки. Устанавливая палатку, вход в неё, я сориентировал в направлении Большого порога, точнее говоря в сторону, стоящей у берега реки, моей лодки «Романтика-2».

Перетаскивая к установленной палатке сумки с вещами и походным снаряжением, я обратил внимание, что мне не холодно, даже тепло, хотя, когда я вылез из реки, с температурой воды не многим выше + 10°C, не переодевался в сухую одежду и лишь опустил ботфорты сапог, чтобы из них вылилась вода, а потом не снимая сапог, просто сел на валун и поднял вверх ноги, и дождался, когда из сапог уже окончательно, она вытечет на землю. И только тогда я смог оценить преимущество надетого на голое тело термобелья по сравнению с обычным хлопчатобумажным, или даже с шерстяным спортивным костюмом.

1.

Первыми принёс к палатке сумки с вещами, которые меньше всего пострадали от воды, попавшей в лодку. Переоделся в сухую одежду и сменил болотные сапоги на обычные. Затем принёс сумки с газовыми баллончиками и с посудой, где вместе с ней всегда был сахар и чай, а также портативную газовую плитку. Сходил к реке и наполнил чайник водой. После на ровном месте рядом с палаткой установил газовую плитку, включил и поставил на неё чайник с водой.

Потом из куртки достал паспорт, который хотя был якобы в специальной водонепроницаемой упаковке, но промок также, как и куртка, не говоря уже о денежных купюрах, которые были без водонепроницаемой упаковки и рассованы по внутренним карманам куртки и по дополнительным, ниже основных, закрытых матерчатыми клапанами, карманам брюк.

Когда я положил паспорт, раскрытый на странице с фотографий, на покрытый плитками утеплителя пол палатки, и стал выкладывать с ним рядом денежные купюры, его остальные листы почти сразу начали сами раскрываться наподобие гармошки.

Заниматься сушкой паспорта и денежных купюр было некогда, и я, на случай дождя, стал заносить в палатку, из принесённых к ней китайских сумок, сухие вещи и расстелил в ней, вытащив из компрессионного мешка, спальный мешок.

9 июня 2017 года.

Сумка, в которой лежал фотоаппарат, дозиметр, эхолот, фонарь, компасы, карты, путевой дневник и литиевые батарейки, мне показалась сухой и поэтому я не стал её открывать, хотя, проверить в каком состоянии находится её содержимое, конечно, нужно было в первую очередь.

Вымокшие вещи разложил сушиться на камнях вокруг палатки, лодочный мотор на берегу рядом с лодкой накрыл клеёнкой, а сумки с продуктами с оставшимися вещами и туристическим снаряжением, в том числе со вторым спальником и гермомешком с четырёхместной палаткой и двумя шезлонгами, накрыл складным раскрытым туристическим столом.

2.

Когда я проснулся утром, через ткань палатки просвечивало солнце. Неожиданно по ткани, перед входом в палатку, промелькнула черная тень и раздался сильный грохот. Я сразу расстегнул молнию на входе в палатку и высунул голову наружу, но ничего, кроме чистого солнечного и голубого неба не увидел, а также, и на берегу, чего-то подозрительного, тоже. Застегнул на молнию вход в палатку и только я снова захотел влезть в спальный мешок, как снова промелькнула по ткани палатки перед её входом чёрная тень и снова раздался сильный грохот.

Пришлось снова расстегнуть молнию и теперь уже выйти из палатки наружу. Вход палатки был с видом изнутри на Большой Чунский порог, и я теперь, уже снаружи палатки, более внимательно осмотрел левый берег реки перед ним, но всё равно ничего на нём подозрительного не заметил. И это показалось мне очень странным, потому что я сам видел тень чего-то, что там с гротом, всё-таки падало, причём два раза подряд. Поэтому я, даже не завязывая шнурки на ботинках, решил сходить посмотреть, что там могло быть и заодно проверить состояние своей лодки.

И вот, когда я стоял около лодки, то услышал за спиной, как сверху, свалилось несколько маленьких камешков и только тогда догадался, что развалился один из возвышавшихся над берегом реки останцов или рухнули его части. Внимательно осмотрев камни на берегу, я легко обнаружил две свежие каменные осыпи, причём одну из них почти рядом с моей лодкой.

И только тогда я не понял, куда делась вся моя эйфория от увиденной мной красоты каменных обнажений, причудливых столбов, и многочисленных останцов, и всего увиденного мной каменного сказочного леса, особенно после того, как я вернулся к палатке и посмотрел, что над ней находится наверху. И мне уже стало не до того, чтобы сравнивать, на что похоже беспорядочное нагромождение выветренных на верхушках столбов горных пород, а впору задуматься, как бы ненароком сильно не чихнуть под ними и не оказаться погребённым под этими камнями, если они на меня рухнут.

Когда я возвращался от лодки к палатке, где-то на полпути к ней, у самого берега, заметил какой-то синий предмет, но подходить к нему не стал, но переобувшись в палатке, сменив ботинки на утеплённые сапоги, всё-таки решил посмотреть, что это такое. Оказывается, это было одно из моих вёсел прибило водой к берегу. И тут сразу в моей голове возник вопрос, а где тогда может быть моё второе весло.

Самое главное, я совсем не помнил, выбрасывал ли я из лодки вёсла на берег, а может, вообще, не думал этого делать, и они сразу после того, как я прыгнул вводу, сами следом за мной упали в воду, и поплыли, за мной и моей лодкой, вниз по реке. Поэтому снова вернулся к лодке и от неё пошёл пешком по левому берегу, почти у самой кромки воды, вниз по течению реки, но, пройдя около километра, весло так и не нашёл.

Поиски весла решил прекратить и проверить содержимое всех подмоченных водой сумок. Первой проверил сумку с приборами и фотоаппаратом, в которой сверху также лежал дневник моего путешествия по реке Чуня.

Хотя сумка казалось почти сухой, но всё в ней оказалось сильно подмоченным, особенно дневник, а фотоаппарат при включении с трудом выдвигал из корпуса объектив. После нескольких попыток включения и выключения фотоаппарата с удалением при этом с корпуса объектива влаги, фотоаппарат, просто перестал функционировать и его пришлось поставить на ближайший камень на просушку под солнечными лучами. Тоже самое пришлось сделать с дневником, у которого все страницы оказались влажными, а большая часть незаполненных текстом страниц, вообще, слиплось в единое целое.

После того, как я позавтракал, занялся просушкой паспорта, поочередно всех его страниц и денежных купюр, из них номиналом 5 тысяч рублей было на сумму 80 000 рублей и ещё мелочью, в основном купюрами по 100 рублей и по нескольку штук по 500 рублей, 50 рублей и 10 рублей, на общую сумму немногим больше 10000 рублей.

День был солнечный и тёплый, ничего не предвещало дождя и поэтому я, вытащил из палатки все вещи наружу и на полу палатки, устеленным соединёнными друг с другом плитками утеплителя «Тёплый пол», разложил аккуратно, все пятитысячные купюры, а всю денежную «мелочь» рассовал под тентом палатки, почти по всему её периметру.

Было, конечно, не плохо бы, сфотографировать, в таком виде пол палатки, но фотоаппарат не работал и образовавшееся на берегу реки Чуня «логово фальшивомонетчика», к сожалению, на память, запечатлеть не удалось.

Как в последствии выяснилось из всех приборов, которыми я пользовался, после попадания в них воды, в рабочем состоянии до конца моего сплава по реке Чуня, остались только навигатор, водонепроницаемые часы и ручной эхолот (который при работе с ним итак требовалось погружать в воду).

После того, как я перевернул для дальнейшей сушки, разложенные ещё вчера на камнях все намокшие вещи, я пошёл к Большому Чунского порогу, а затем, к тому месту пред ним, где вчера видел несколько валявшихся шестов. Затем выбрал по длине, диаметру и весу, как мне показалось, наиболее удобный для управления моей лодкой сосновый шест.

Вернувшись затем к палатке, обмотал виниловой изоляционной лентой конец этого шеста, имевший меньший диаметр, для того, чтобы не натирать руки об неровности ствола сосны, который уже использовался рыбаками, как шест при подъёме лодок вверх по главному сливу Большого Чунского порога.

Но всё-таки я ещё не потерял надежды найти второе весло и решил снова пройтись по левому берегу реки, но уже в два три раза дальше, чем в первый раз. К сожалению, ни паспорт, ни дневник и даже пятитысячные купюры ещё не просохли, и чтобы не искушать видом денег, каких-нибудь рыбаков или туристов, которые в моё отсутствие, могли спуститься с порога, мне пришлось денежные купюры засунуть между плитками утеплителя, положив их друг на друга и прикрыть сверху спальным мешком, под который я также засунул паспорт и свой дневник-еженедельник.

После этого я застегнул на молнию вход в палатку и, «вооружённый до зубов» двумя газовыми аэрозольными пистолетами и топором, пошёл вниз по течению реки Чуня искать своё второе весло.
Прошёл более трёх километров, но вместо весла увидел только на противоположном правом берегу реки рыбака, который над чем-то там суетился и ему было некогда смотреть на реку и тем более на противоположный берег, где можно было скорее увидеть медведя, чем человека без оружия и собак.

Пришлось снова, не найдя весла, возвращаться назад к своей палатке. Когда пришёл, расстегнул молнию на входе в палатку, достал из-под спальника этажерку из плиток утеплителя, с пятитысячными купюрами между ними, паспорт и свой дневник. Плитки утеплителя перевернул купюрами наружу, паспорт раскрыл на другой странице, а дневник вынес из палатки наружу, раскрытым почти на середине, и положил сушиться на ближайшем камне, непосредственно под солнечными лучами. Следует отметить что хуже всего просыхали страницы дневника, которые приходилось отделять аккуратно, по одной, друг от друга, чтобы они не порвались, особенно те, которые были заполнены рукописным текстом.

Высохшие вещи, сортируя по полным комплектам одежды, я стал постепенно укладывать в пластиковые магазинные продуктовые пакеты и затем размещать их в разных больших, плетёных, клетчатых, китайских, «челночных» сумках из полипропилена.

К вечеру паспорт и денежные купюры просохли, как и первые и последние страницы дневника, но были ещё малопригодны для записей впечатлений от событий последних двух дней.

Вернулся к записям в дневнике только утром 10 июня 2017 года и первым делам закончил описывать свои впечатления после того, как искупался в реке 8 июня 2017 года. Следует отметить, что записи в дневнике приходилось делать там, где бумага окончательно высохла, а не там, где я заканчивал писать накануне, и нередко приходилось делать короткие заметки поверх страниц, с записями, сделанными даже неделю назад.

Отплыл от вынужденной стоянки ниже Большого Чунского порога, с двумя ночёвками 8 и 9 июня 2017 года, только в 20-22 КВ 10 июня 2017 года. Трудно в это поверить, но погрузка моей лодки перед отплытием, заняла больше 4-х часов. В 16-10 МВ появилась из-за поворота реки моторная лодка, но сидевшие в ней рыбаки, как только увидели меня, сразу повернули назад. Подобному поведению рыбаков с 1984 года, на реках Восточной Сибири, я уже не удивлялся.

В 20-54 КВ по правому берегу, не обращая на меня внимания, «пасся» медведь. В 21-25, но уже на левом берегу «пасся» второй медведь, который сначала, увидев меня, побежал по кустам вдоль берега, а затем «рванул» в тайгу.

В 21-38 КВ прошёл порог.

Дальше ничего интересного не отметил, даже не заметил, как день 10 июня 2017 года, плавно перешёл в другой день – 11 июня 2017 года.

Правда, проплывал я мимо не менее красивых мест со скальными образованиями, как и перед Большим Чунским порогом, но уже запечатлеть их не было возможности, так как фотоаппарат не работал, поэтому всю ночь грёб, к сожалению, только одним веслом, как будто плыл не в лодке, а на байдарке, но все же плыл быстрее, чем ранее на двух вёслах, даже на широких плёсах, потому что ночью не было встречного ветра. А на шиверах скорость лодки даже заметно увеличивалась, так как там мне помогало там, уже быстрое течение самой реки.

Я знал, что в устьях рек Верхняя Чунку и Нижняя Чунку, есть зимовья и разумеется пристал бы там к берегу, но с реки этих зимовий не заметил, к тому же, именно там, и течение было заметно быстрее, и приходилось больше смотреть на реку, чтобы снова не налететь на скрытый под водой валун, чем на то, что находится на берегах.

По крайней мере, я надеялся, что зимовьё около устья реки Нижняя Чунка, я точно увижу, так как в верховьях этой реки, правда далеко, в 210 км, выше устья, на её левом притоке, реке Суринде, находится большой эвенкийский посёлок «Суринда», в котором, в 2017 году проживало 412 человек, в то время, как в двух посёлках на самой реке Чуня – в Стрелке Чуне и в Муторае, соответственно проживало 183 и 92 человека или всего 275 человек.

3.

Моя палатка за Большим Чунским порогом была примерна в 124 км от Подкаменной Тунгуски (или от устья реки Чуня), устье Верхней Чунку было в 113 км (от устья Чуни), а устье Нижней Чунку в 82 км (от устья Чуни), но 42 км до устья Нижняя Чунку от большого порога, я проплыл, всё-таки достаточно быстро.

11 июня 2017 года.

Только, совсем некстати, вскоре начался дождь.

Решил плыть под дождём до первого зимовья, но через два часа так стемнело, что разглядывать зимовья на берегах реки стало невозможно. А дождь не только не хотел заканчиваться, но даже кратковременно превращался в ливень и продолжался до самого рассвета.

Когда же дождь закончился и через облака пробилось солнце, поднялся сильный встречный ветер и реку сразу же заштормило, начали подниматься большие волны, как на средних порогах, с пенящимися над ними гребнями.

Течение уже не помогало лодке плыть вперёд, а словно остановилось совсем и мало того, лодку вскоре стало относить ветром назад, заставляя плыть её против течения или прижимать к берегу. И то, что я интенсивно работал одним веслом, управляя лодкой, как байдаркой, это мало помогало, и создавалось впечатление, что со стороны это всё выглядит, только, как бесполезная трата, приложенных на борьбу с ветром сил, доведённых почти до полного истощения, от нахождения длительное время, на пределе, всех моих возможностей.

В 3-00 КВ проплыл мимо двух моторных лодок со стороны правого берега. Зимовья с реки не разглядел. Хотел причалить к берегу, но из тайги выбежали две собаки, хотя, увидев мою лодку, при этом, не залаяли. Люди, скорее всего, ещё спали, решил их не будить и поплыл дальше.

Когда же я на правом берегу увидел лодку, а её выше большую пластиковую бочку, на крышку которой лилась, точнее, как водопад, падала вода из ручья, то сразу понял, что выше, на горе, находится зимовьё и поэтому решил к нему подняться, поговорить с рыбаками, о дальнейшем своём маршруте.

До зимовья пришлось идти метров сто в гору. Правда зимовьё, стоящее в окружение гари, больше походило на жилой дом, даже с наличниками на окнах. Зная, что в зимовье находятся люди, я сначала постучался в дверь, и потом только её открыл.

В зимовье было шесть человек, подвое человек спали на нарах, а двое на полу. Для разговора с пола поднялся только один человек. Чтобы не будить остальных, предложил ему. Поговорить снаружи, за дверью зимовья. Сначала я поинтересовался у рыбака, все ли так зимовья до Байкита также спрятаны в тайги, что их с реки совсем нельзя разглядеть?

Рыбак сказал, что, например, два зимовья в 5 км и в 10 км отсюда, даже хорошо видны по обеим сторонам реки, но я не стал уточнять, какое из них находится на каком точно берегу, потому что понял, что даже до ближайшего из них, при таком встречном ветре, я сегодня вряд ли уже доплыву и мне всё равно придётся где-нибудь, для отдыха, поставить палатку.

Подарив парню свою визитку на память, я вернулся к своей лодке. Впереди был прямой, штормящий до поворота участок реки, причём встречный ветер с такой силой давил на байдарочную лопасть весла, что его рукоятка прокручивалось в моих ладонях, превращая лопату весла в парус, который начинал гнать лодку не вперёд, а назад.

Когда я проплыл всё-таки метров пятьсот, меня догнала лодка с двумя парнями и женщиной, которые предложили меня отбуксировать на середину реки, но я отказался, потому что прекрасно понимал, что уж там мне точно не справиться со встречным ветром.

Но, чтобы не обижать своим отказом плыть на середину реки парней, я сказал им, что хочу, как красноармеец Сухов, лучше помучиться при помощи весла с шестом у берега, а не сразу загнуться, надорвавшись от гребли, при встречном ветре, на середине реки.

Учитывая, что парни никак не отреагировали на мою шутку из фильма «Белое солнце пустыни», я понял, что этот фильм они просто не смотрели, хотя может быть им просто стало скучно досматривать этот фильм до конца.

После разговора с парнями в лодке, меня начало прижимать ветром к правому берегу и управлять лодкой теперь приходилось только с помощью шеста. Промучившись так ещё с полчаса, я, наконец, почти у самого поворота реки, пристал к правому берегу, за устьем небольшой речки, где решил поставить палатку и, уже не в зимовье, а в ней, как следует отдохнуть.

Лодку завёл в устье речки и начал сдуру разгружать её, не выходя из лодки, причём две маленькие сумки поставил у кромки берега, на не совсем ровное место, в результате одна из сумок свалилась с берега в реку и как назло та, в которой находился мой многострадальный дневник, фотоаппарат, телефон, дозиметр, тонометр и фонарь со встроенным генератором для зарядки его батареи. Они к тому времени итак толком не просохли, но теперь мне уже стало понятно, что после второго купания в реке, вообще, электроника в них больше работать не будет, так, впрочем, и оказалось на самом деле.

Выбранное для палатки место, оказалось очень удачным, с одной стороны от ветра её защищала размытая, как стена, часть крутого берега, а со стороны реки большой густой куст, правда для того, чтобы натянуть тент, пришлось отрубить от него несколько веток.

Определил по навигатору «Магеллан» координаты своей палатки: 61,66725°; 97,23631° справа от устья реки Амуннакан, на правом берегу реки Чуня. До устья реки Чуня, со стороны правого берега Подкаменной Тунгуски мне оставалось плыть около 60 км.

Сплав по реке Чуня от Муторая до Байкита на участке от Большого Чунского порога до реки Амнуннакан 10-го и 11-го июня, без ночёвки в пути, с местами установки моей палатки, 8 июня и 11 июня 2017 года:

4.

Для справки:

«С 11 июня по 13 июня 2017 года я пережидал дожди и отдыхал в палатке рядом с устьем реки Амуннакан, примерно в 60 км от устья реки Чуня на правом берегу реки Подкаменная Тунгуска. Река Амуннакан интересна тем, что в том месте, если посмотреть на топографическую карту, она протекает по «белому пятну», но это всего лишь обозначения редколесья, сухостоя и горелой тайги»:

5.

Затем пришлось быстро забрасывать вещи в палатку, потому что погода явно стала настраиваться на дождь, который уже начинал моросить. Особо есть не хотелось. На газовой плитке вскипятил в чайнике воду и в нём же заварил чай. Выпил кружку чая с галетами, положив между ними кусочки голландского плавленого сыра ассорти «Президент».

Сначала просто решил прилечь отдохнуть, но как-то сразу задремал и крепко заснул. Проснулся от голосов за палаткой: «Здравствуйте, С Вами можно поговорить?»

Вылез из палатки и увидел перед входом в неё двух мужчин в полукоммуфляжном одеянии, на одном их которых была надета шапка с оттопыренными в разные стороны «ушами».

«Какой у Вас экзотический вид», – сделал я комплимент мужчинам и получил такой же доброжелательный ответ, – «Да и у Вас тоже, не хуже.

Один из мужчин, работал в пожарной части, в той самой «ПЧ-2», где был её «пост» пост напротив устья реки Янгото.

Мужчины поинтересовались, не видел ли я здесь поблизости поставленных сетей, или рыбаков, которые здесь ставили сети. Оказывается, у них ночью кто-то украл (снял) пару сетей. На заданные мне вопросы, я ничего существенного сказать им не мог, лишь только отметил, что до меня здесь не на продолжительное время останавливались двое парней и женщина, которые затем поплыли вниз по реке на своей моторной лодке, но только никаких сетей не ставили и сетей не проверяли, а скорее всего снимали какаю-то поставленную ими снасть, донку или перемёт, а что именно, понять издали было невозможно.

Потом пожарник поинтересовался, – видел ли я, проплывая по реке, две лодки, стоящие у берега. Я сказал, что видел не только две лодки, но и выбежавших к ним из тайги двух собак. Да ещё после этих лодок, видел ещё одну лодку на этом же правом берегу и бочку, вероятно с рыбой, на которую сверху текла с горы вода из ручья, даже причалил там и сходил к зимовью, поговорить с рыбаками, чтобы уточнить, все ли здесь байкитские зимовья «спрятаны» в тайге?

Это там, где четверо рыбаков? – уточнил пожарник, но я ответил, что в зимовье было на самом деле шесть мужчин. Товарищ пожарника во время моего рассказа о зимовьях, при этом отметил, что почти напротив этого места, на противоположном берегу, есть зимовьё, правда с реки его тоже не видно. Неудивительно, что и я его тоже не заметил.

Пожарник поинтересовался, есть ли у меня знакомые в Байките, и, узнав, что у меня в селе их нет, предложил оставить мою лодку у него, добавив, что у него большой двор и места для лодки хватит.

Я тоже поинтересовался у него, – слышал ли он что-нибудь о Викторе Григорьевиче Коненкине, убитым, приблизительно в 1967 году, в Байките.

Пожарник о нём ничего не слышал. Пришлось «вкратце», минут за десять-пятнадцать, рассказать и о нём, и о себе, и о Тунгусском метеорите. Затем подарил на память мужчинам свои визитки, а пожарнику ещё значок «Космические Юра и Нюра ищут Тунгусский метеорит», а также показал ему фотографию дочери Иры, стоящей между американским астронавтом Фишером и российским космонавтом Юрчихиным, со специально изготовленными (кукольником Н. А. Охливанкиной) персонажами мультфильма, которые моя дочь придумала (создала, как художник их образы, приняла участие в их анимации и в озвучке) для детей дошкольного возраста, снятого телестудией «Роскосмоса.

6.

Теперь мультяшные персонажи моей дочери, – попробовал я объяснить пожарнику, который явно из моего рассказа ничего не понял, – как индикаторы невесомости, находятся в космосе, а, изображённые на значках, путешествуют со мной в лодке по реке Чуня и, как написано на значке: «Юра и Нюра ищут Тунгусский метеорит» …

Имеет смысл сделать небольшую справку о причинах побудивших Константина Коханова осуществить «Сплав по реке Чуня от Муторая до Байкита в мае-июне 2017 года»:

Главное, что нужно отметить по поводу этого мероприятия в 2017 году, это то, что оно Константином Кохановым, вообще, не планировалось. Его главной целью было закончить рекогносцировочные экспедиции по поиску мест предполагаемого падения Тунгусского метеорита, в междуречье реки Кимчу и реки Муторай, а конкретно, связанную с пешим выходом с реки Муторай на левый приток реки Кимчу реку Кимчукан с возвращением тем же путём обратно на реку Муторай и в одноимённый посёлок. По независящим от Константина Коханова причинам от этого плана пришлось отказаться, ввиду отсутствия в Муторае, никого из желающих, даже просто отбуксировать его с лодкой до выбранного им места начала этой рекогносцировочной экспедиции. 23 мая 2017 года, уже сплавляясь по реке Чуня, Константин Коханов определил координаты одного из зимовий, в котором решил переночевать (61,73180; 100,01298) и затем, перебирая содержимое репортёрского трансформера (сумки-рюкзака), он достал из пакета, взятые им сувениры для жителей Ванавары и Муторая – памятные значки его рекогносцировочной экспедиции «Тунгусский метеорит» и, поставив их в ряд на подоконнике зимовья, сфотографировал на память. Главным из всех сувениров был значок «Космические Юра и Нюра ищут Тунгусский метеорит»:

7.

Правда, говоря о том, что пожарник мог меня не понять, я и в отношении себя, не смог понять пожарника, когда он сказал, что меня думали, что встретят в Байките 16 июня 2017 года, тогда, кто и зачем? Если он имел ввиду себя, то должен был бы сказать в единственном числе, что это он меня думает встретить в Байките, но тогда, почему так поздно, как будто я иду до Байкита пешком.

К тому же он поинтересовался сколько дней я плыл от Большого порога до устья Амуннакана, и когда узнал, что один день, если не считать ночь, то удивился, как и теперь пришлось удивиться мне, – почему путь в лодке по реке, равный около 65 км до Байкита у меня займёт целых 4 дня. Думая, что я просто ослышался, поэтому переспрашивать пожарника не стал.

Пожарник, Крючков Алексей Петрович, перед отплытием с другом в Байкит, оставил мне номера своих байкитских телефонов – домашний и местный служебный в пожарной части «ПЧ-134».

После отплытия рыбаков из Байкита, немного разобрал вещи в палатке, вынул из телефона SIM-карту и аккумулятор. Внутри палатки постелил утеплитель «тёплый пол», по площади такой же, какой уже был под дном палатки. Залез в спальный мешок и только задремал, как пошёл, (скорее начал лить, как из ведра), дождь. Дождь, кажется шёл всю ночь и видимо не зря я хорошо натянул тент палатки, и она меня не подвела, всё-таки её производителем был сам Трамп, который стал теперь Президентом США.

12 июня 2017 года

Проснулся в 7-00 Кв. Температура в палатке +12°C. Принял лекарства от для понижения давления. Ночью снился сериал с сюжетом мелодрамы, в котором, судя по своему положению в палатке, явно принимал очень активное участие, потому что, если ложился спать ногами к выходу из палатки, то проснулся поперёк выхода. От этого, похожим на современную жизнь сновидения о том, чем заканчивается эта сама жизнь и как люди ведут себя в её конце и уходят из неё без сожаления, даже с некоторым юмором, скорее похожим на человеческую грусть, когда проснулся, осталось ощущение, что жизнь всё-таки прошла хорошо и рядом был кто-то, кто тебя по-настоящему любил…

Когда описывал в дневнике, впечатления от сна, в 7-54 КВ заморосил дождь и шёл он с небольшими перерывами в течение всего дня, я только иногда отмечал в дневнике время и температуру воздуха: в 11-41 «опять пошёл дождь», 17-20 КВ «снова дождь», в 18-15 КВ «в палатке +15° C, то идёт, а то просто моросит дождь», напрягаю память вспоминаю и записываю в дневник свои старые песни, В 19-10 и в 19-40 КВ проглядывала сквозь дыры в свинцовых тучах солнце, но освещало, к сожалению, лишь левый берег реки, а не мою палатку, стоящую на правом берегу.

В 21-40 КВ, по крайней мере, точно определился, где я сейчас нахожусь по навигатору «Магеллан» и по 10 км карте Красноярского края, даже нашёл речку, около устье которой, стоит моя палатка. Даже прикинул расстояния – до левого большого притока Чуни реки Тычаны – 20-25 км, до Байкита, как и предполагал, около 70 км и приблизительно в 22-00 – лёг спать.

13 июня 2017 года.

Проснулся в 3-00 КВ. В палатке +6,5° C. Расстегнул молнию на спальном мешке и, откинув его в сторону, сразу почувствовал прохладу и дискомфорт. Пришлось надевать куртку и только после сделать эту запись.

В 3-17 КВ вышел из палатки. Снаружи был сильный туман. Видимость в сторону реки Чуни 20 метров, в сторону долины речки (Амуннакан) – 40 метров. В сторону реки Чуня видимость оценил по течению воды в шивере, визуально, по хорошо заметной на ней ряби.

Когда влезал обратно в палатку, сделал глубокий выдох и увидел шедший изо рта пар.

В 3-35 КВ подогрел на газовой плитке заваренный в чайнике чай и выпил целую кружку с галетами.

После выпитого чая, в 3-40 КВ, снова забрался в спальный мешок, хотя подумал, что уже вряд ли усну – 5 часов сна в палатке вполне достаточно для полноценного отдыха.

Всё-таки заснул. Проснулся в 5-20 КВ. Температура в палатке +9,5° C. Выглянул из палатки наружу – туман ещё не рассеялся. Вспомнил, что сквозь сон слышал, как начался и кратковременно прошёл дождь.

Опять забрался в спальный мешок. Поудобнее лёг и опять заснул. Проснулся в 9-30 КВ. Температура в палатке +19° C. Даже через тент палатки было видно, что светило солнце. Вылез из палатки наружу.

В 9-40 КВ со стороны левого берега (вдоль его) прошла моторная лодка. В 11-00 КВ ходил к реке с чайником за водой и убедился, что вода в реке Чуня, после дождя, поднялась на 20-25 см.

Когда позавчера, я причалил в лодке к берегу в этом месте, там, почти у самой кромки воды, был вбит в землю кол, к которому явно привязывали какую-то рыболовную снасть – перемёт или сеть. Высота этого кола над землёй была 15-20 см, а теперь он был от берега на расстоянии более метра и над ним был слой воды высотой не менее 5 см.

Когда я разобрал палатку и все принесённые в неё вещи погрузил в лодку, в 13-30 вверх по Чуне прошла вдоль левого берега, вторая за этот день, моторная лодка. К моему отплытию в 14-50 КВ от устья реки (Амуннакан), вода в реке Чуня поднялась ещё не менее чем на 5 см, это было заметно по узлу фала на кусте, к которому была привязана моя лодка, к этому времени уже, оказавшемся под водой.

В 15-20КВ меня обогнала моторная лодка с рыбаком в красной куртке, в 15-25 КВ со стороны правого берега увидел ледники с двумя шумными ручьями на расстоянии друг от друга где-то около 100 метров.

В 15-35 КВ прошёл плёс с разводами, напоминающими большие водовороты и с множеством маленьких водоворотиков.

Там, где были большие водовороты, я в двух местах направлял в них лодку, и при помощи эхолота измерил глубину реки и перед водоворотами (6,7 метра и 6,4 метра), и в середине самых сильных водоворотов (3,5 метра и 3,7 метра), определив, что перепад глубин в измеренных мной «точках», отличался почти в два раза. Поэтому не трудно было догадаться, что рельеф дна, скрытый под водой шивер (с большими скальными образованиями, а также с валунами и камнями, которые к концу лета будут торчать из воды) и был причиной образования этих водоворотов, как и больших пузырей после устья реки Панонгна, в каньоне со «сказочным каменным лесом».

В 17-30 КВ проплыл мимо нежилого посёлка «Тычаны» и устье одноимённой реки. В самих «Тычанах» я смог разглядеть с реки только сарай и вдали от него, стоящее вроде бы там зимовьё. На то, что там оно есть указывала, стоящая в 100-150 метрах от устья реки Тычаны, пустая моторная лодка.

В 19-40 КВ проплыл устье реки Чуняткан и после него шиверу, затем, в 20-15 КВ прошёл и вторую, но на этот раз, бурную шиверу. В 23-40 я причалил лодку на левом берегу, так как уже стемнело и ориентироваться на реке стало затруднительно, решил там сделать остановку до рассвета и поужинать. Координаты стоянки на Чуне приблизительно в 30 км от Байкита: 61,61351°, 96,66982°.

14 июня 2017 года.

На берегу на газовой плитке вскипятил воду в чайнике. Кипятком залил «Доширак», предварительно положив сверху открытого лотка с лапшой, полбанки говяжьей тушёнки. (Тоже самое я делал выкладывая на сковороду рис или гречку, даже если на в банках с кашами, было указано, что они с мясом).

Пока приготавливался «Доширак», долил воды в чайник, снова поставил его на газовую плитку, и когда вода в чайнике закипела, заварил в нём чай.

Во время чаепития понемногу стало рассветать и над серединой реки, на высоте около 2-х метров начал стелиться туман, а противоположный правый берег, у кромки воды оказался к этому времени полностью размытым уже этим же, опустившимся на него, туманом.

В 3-00 КВ температура воздуха +5° C. В 4-10 КВ диск солнца показался над тайгой со стороны правого берега.

В 5-00 КВ наблюдал интересное явление. Утром выше по течению реки с гор (сопок) спускался туман. К тому времени туман над рекой полностью рассеялся, а стена «горного» тумана остановилась примерно в 100 мерах от моей лодки.

За переднем фронтом тумана видимость была «0» и на солнце сквозь этот туман можно было смотреть не щурясь. Туман даже не белый, а какого-то бело-серого, грязноватого цвета. Солнечный диск уже, как Луна, постепенно скрывается в толще тумана.

Я поднялся по крутому берегу вверх примерно на 25 метров, посмотреть скроет ли туман при такой высокой плотности, стоящую у берега мою лодку, но в 5-40 КВ стена тумана начала рассеиваться.

В 5-47 КВ сквозь туман пробилось солнце и стало можно рассмотреть очертания противоположного берега, а всего лишь через минуту, в 5-48 КВ, на нём уже можно было разглядеть крупные детали (валуны и поваленные деревья). Вниз по течению реки туман стал перемещаться в сторону правого берега, а вверх по течению реки, на расстоянии от меня около двухсот метров, он ещё скрывал всё русло реки, хотя солнце было уже выше тумана, который и там тоже распространялся в сторону правого берега.

Но невдалеке, ниже по течению, где туман полностью рассеялся, на высоте 20-25 метров повисло над рекой самое настоящее облако, выше которого было чистое синее небо, а ниже, залитое солнечными лучами, протекала река. Мне даже показалось, что моя стоящая у левого берега реки лодка, разорвала это облако на две части.

В 6-13 КВ туман снова начал надвигаться на лодку, поэтому, чтобы не плыть в тумане, пришлось быстро отчаливать и проплыть под висевшим над рекой облаком.

В 6-24 КВ облако было уже за спиной и, судя по деревьям по берегам реки, висело над рекой на высоте около 30-ти метров и там же над серединой реки разорвалось на две части, одна из которых стала надвигаться на левый берег, а другая часть поплыла в сторону правого берега и между частями разорванного облака, образовался большой просвет.

Некоторые подробности необычного явления природы:

«14 июня 2017 года, в 5 часов утра красноярского времени, я наблюдал интересное явление. Утром выше по течению реки с гор (сопок) спускался туман. К тому времени туман над рекой полностью рассеялся, а стена «горного» тумана остановилась примерно в 100 мерах от моей лодки. Но невдалеке, ниже по течению, где туман полностью рассеялся, на высоте 20-25 метров, повисло над рекой самое настоящее облако, выше которого было чистое синее небо, а ниже, залитое солнечными лучами, протекала река…». (Коллаж по памяти выполнен Константином Кохановым с использованием фотографий Интернета).

8.

В 7-47 КВ доплыл до устья реки Чуня на правом берегу реки Подкаменная Тунгуска. Больше часа грёб вдоль правого берега Подкаменной Тунгуски до Байкита, и уже там не сразу понял, где находится лодочная станция, так как в нескольких местах были причалены у берега небольшие грузовые суда и баржи. Так как рядом с ними моторных лодок не было, я проплыл мимо стоянок этих судов и приблизительно в 9-00, наконец, доплыл до ещё не оборудованной, но уже охраняемой лодочной стоянки на окраине Байкита и причалил рядом с лодками, приблизительно в 20 метрах от сарая или балка, в котором находился сторож.

Закрепив лодку на берегу, пошёл договариваться со сторожем о стоянке у него моей «Романтики-2». Никаких с этим проблем у меня не было – нужно было только заплатить за охрану лодки 150 рублей в сутки. Заплатил за двое суток 300 рублей.

9.

Потом при помощи знакомого сторожа вызвал на лодочную стоянки такси. Таксистом оказалась женщина, с которой я поделился своими планами – сначала съездить в ближайший магазин, где можно было бы купить сотовый телефон и второе доехать потом до гостиницы, и как я узнал от неё, их в селе было две – частная и социальная. Поэтому женщину-водителя такси, попросил после магазина, отвезти меня в гостиницу, которая была в Байките получше, разумеется частная, к тому же с баней.

Сотовый телефон купил в магазине «Искра», а вот гостиница, которая была частной и якобы получше социальной, оказалась закрытой.

10.

Пришлось ехать в социальную гостиницу, где я сразу оплатил проживание в двухместном номере за двое суток. Потом хотел поехать в аэропорт покупать билеты на самолёт, но в гостинице мне сказали, что билетная касса есть в селе, недалеко от гостиницы, к тому же там можно купить билет не только до Красноярска, но даже до Новосибирска, на рейс, который бывает по пятницам.

11.

В билетной кассе сказали, что в Новосибирск есть только билеты на следующую пятницу. Ближайшем рейсом оказался только рейс на Красноярск и то только на понедельник 19.06.2017 года. Пришлось брать билет на Красноярск на эту дату и задекларировать дополнительный груз на 50 кг (больше груза на одного человека брать было нельзя).

В уме прикинул, что если выкинуть некоторые камни и что-то ещё взятое из Муторая, из привезённых туда из Стрелки Чуни и Ванавары предметов, в том числе печатных материалов, газет, книг и выброшенных из снесённых домов на месте месторождения по добыче исландского шпата «Железная гора» проектов разработки месторождений экспедиции «Шпат», как там, так и в других местах, то, скорее всего, подумал уложусь в норму задекларированного мной груза.

Проблемы начались только с новым телефоном, в который я вставил две SIM-карты из моего московского телефона, который у меня перестал функционировать, после того, как в него попала вода. Так как на одной из сим-карт оказался долг 290 рублей, хотя на другой ещё оставалось 860 рублей, я получал только сообщения о невозможности соединения, сразу по двум номерам.

Пришлось снова идти в магазин «Искра» и купить SIM-карту сотового оператора МТС. И уже только тогда я дозвонился до Москвы и поговорил с женой, от которой выслушал немало упрёков в свой адрес и узнал, что она с дочерью настолько переволновались, что стали меня разыскивать, сначала дозвонившись до Муторая, где им просто нагрубили, а потом до байкитского МЧС.

Только после разговора с женой, я понял, кто меня ждал в Байките и пожарник, с которым я говорил на устье реки Амуннакан, об этом знал и даже назвал дату, когда там меня сотрудники МЧС ожидали увидеть.

Закончив разговаривать по телефону с женой, я пошёл на лодочную станцию, чтобы забрать из лодки в гостиницу, оставшиеся у меня в ней продукты. А осталось их не так уж и мало: 6 банок тушёнки, 15 банок гречневой и рисовой каши, 1 банка сайры, круглая коробка с треугольными, завёрнутыми в фольгу, кусочками плавленого голландского сыра «Президент», два лотка лапши «Доширак», 3 пластмассовых стаканчика картофельного «Ролтона», пачка чая, пачка сахара, около килограмма галет и даже плитка казахстанского пористого горького шоколада.

Когда я перекладывал на лодочной стоянке в две небольшие китайские сумки продукты и кое-что из одежды, появился пожарник Алексей Крючков. Оказывается, он уже видел мою лодку, но что я нахожусь от неё поблизости, он об этом даже не подумал.

Проблема с лодкой и с моим грузом, который я собирался взять с собой в Москву, таким образом решилась сама собой – все мои вещи с лодки погрузили, частично внутрь машины, а большую часть, на багажник на её крыше.

Сумки с продуктами и некоторыми вещами, а также с найденными интересными камнями, гермомешки с четырёхместной палаткой и шезлонгами, с металлодетектором и солнечной батареей, а также и с разными печатными материалами, я с Алексеем Крючковым, отвёз в гостиницу.

Всё остальное походное снаряжение, включая двухместную американскую палатку, японский лодочный мотор, два американских спальника и газовую плитку с газовыми баллончиками, верхнюю и нижнюю одежду, куртки и обувь, отвезли с ним в гараж Алексея Крючкова, где, после того, как его закрыли, он мне дал ключ от замка, чтобы я в любое время мог оттуда забрать всё, что мне, из моих вещей, может понадобиться в Байките.

Затем, уже без меня, Алексей Крючков, перевёз на прицепе к своему гаражу и мою лодку «Романтика-2».

Моё пребывание в Байките: посещение байкитского районного суда, знакомство с некоторыми достопримечательностями села, в гостях у новых знакомых, сортировка привезённых в гостиницу вещей и образцов горных пород и печатных материалов, сушка четырёхместной американской палатки и двух шезлонгов из «непромокаемого гермомешка»:

14 июня 2017 года.

Приступил к проверке походного снаряжения и вещей сначала в одной из принесённой в гостиницу больших сумок с куртками и верхней одеждой. Несмотря на то, что я уже сушил лежавшую там зимнюю куртку, туристические импортные и отечественные костюмы, спортивную обувь и тренировочную шерстяную, трикотажную и хлопчатобумажную одежду, она ещё сохраняла в себе сырость. Поэтому пришлось всю одежду и обувь из сумки, выносить из гостиницы и укладывать для окончательной просушки, на трубу теплотрассы, которая была проложена между деревянной гостиницей и стоящим с ней рядом деревянным общежитием, практически одинакового с ней, барачного типа.

Разумеется, это сразу привлекло внимание, к моей особе некоторых постояльцев гостиницы и общежития. Пришлось одному из самых любопытных постояльцев гостиницы представиться «начальником московской экспедиции», связанной с поисками мест падения Тунгусского метеорита.

Я думал тем самым удовлетворил любопытство людей, но людям непременно захотелось узнать, причём здесь Байкит, если Тунгусский метеорит взорвался над тайгой рядом с селом Ванавара. В итоге разговор с постояльцами гостиницы закончился моей небольшой лекцией о состоянии решения проблему Тунгусского метеорита, с 30 июня 1908 года до дня моего прибытия в село Байкит 14 июня 2017 года.

Но, как только любопытные постояльцы гостиницы разошлись, из окна общежития, ко мне обратился мужчина за разрешением, задать мне ещё несколько вопросов или ещё лучше поговорить, и о Тунгусском метеорите, и о моём сплаве по реке Чуня от посёлка Муторай до села Байкит.

Я сказал, что не возражаю ответить на все вопросы мужчины и лишь поинтересовался, – есть ли у него фотоаппарат? Мне захотелось сфотографировать мой номер в гостинице с принёнными в него моими вещами, ещё в закрытых сумках и в гермомешке.

Мужчина вышел из общежития с фотоаппаратом, и я с ним сразу познакомился. Евгений Щербаков сам был из Байкита, но проживал 10 лет в другом месте (в городе Бородино, Красноярского края), и хотя селе Байкит живёт его брат, вернувшись в село, ему пришлось жить в общежитии.

После знакомства с Щербаковым, который оказался к тому же фотохудожником, мы зашли с ним в мой двухместный номер в гостинице, где он сделал несколько фотоснимков, в том числе и меня с одним из найденных мной «метеоритов».

Некоторые подробности моего заселения и пребывания в гостинице:

Сумки с продуктами и некоторыми вещами, а также с найденными интересными камнями, гермомешки с четырёхместной американской палаткой и шезлонгами, с металлодетектором и солнечной батареей, а также с разными печатными материалами, я с Алексеем Крючковым, отвёз в социальную гостиницу. В гостинице разместился в двухместном номере, куда попросил, никого ко мне не подселять. В тот же день, 14 июня 2017 года познакомился, с жившим напротив гостиницы в общежитии фотохудожником Евгением Щербаковым, вернувшимся через десять лет в Байкит и не имеющим ещё в селе квартиры, который там, по моей просьбе, фотографировал меня в гостинице, перед ней и на фоне некоторых местных достопримечательностей с 14.06.2017 года по 19.06.2017 года.

12.

В гостинице 14 июня 2017 года пришлось оценить заново все найденные на реке Чуня «интересные» камни и часть камней оставить в Байките:

13.

Договорившись с Евгением Викторовичем Щербаковым завтра (15 июня 2017 года) поснимать достопримечательности села Байкит, я решил затем проверить состояние всех предметов, которые
были упакованы в «водонепроницаемом гермомешке» –четырёхместной американской палатки, шезлонгов, металлодетектора и солнечной батареи.

Как гермомешок мной был вскрыт, я был неприятно удивлён тем, что палатка и шезлонги в нём промокли, а так как, лежавшие в нём металлодетектор, и солнечная батарея были в пластиковых пакетах, то они пострадали меньше, чем в таких же пакетах печатные материалы (газеты и проекты разработки месторождений исландского шпата) и все книги.

Пришлось на вторую кровать в гостиничном номере, сразу же после заселения накрытую мной полиэтиленовой плёнкой, выкладывать на неё все распакованные печатные издания. Палатку пришлось сразу же вынести из номера гостиницы наружу и развернуть её для сушки на солнце, непосредственно, на трубе теплотрассы между деревянными зданиями гостиницы и общежития, практически на всю длину этих зданий.

15 июня 2017 года.

Ходил в байкитский суд, поискать там в архиве уголовное дело, связанное с убийством Виктора Григорьевича Коненкина.

Ввиду того, что в мой фотоаппарат попала вода, в Байките я сам ничего не фотографировал. По моей просьбе достопримечательности и меня фотографировал байкитский фотохудожник Евгений Щербаков. Думал найду в Интернете фотографии всех мест, которые я посетил Байките, но зря надеялся. Две фотографии слева – конец мая 2012 года, справа байкитский суд – тоже не вид 2017 года.

14.

15.

Некоторые подробности проживания Константина Коханова в социальной гостинице села Байкит:

В селе «Байкит» я поселился в социальной гостинице (на снимке №15 здание на фотографии слева). Окно моего двухместного номера было с видом на общежитие. Главной целью моего пребывания в Байките было посещение байкитского суда и знакомство в архиве с уголовными делами за 1966-1967 год, связанными с убийствами на бытовой почве. Судья не горел желанием копаться со мной в архивных документах, но я напомнил, что он, три года назад, давал по телефону обещание (я звонил ему из Ванавары), посмотреть есть ли в архиве суда дело, связанное убийством Виктора Коненкина. Пролистали с судьёй архив даже за 1965-1967 годы, но «дела с убийством Коненкина», мы там, так и не нашли:

16.

Общежитие рядом с социальной гостиницей (на снимке №16 первое здание справа).

Когда я посещал районный суд Байкита, после моего возвращения, служащая гостиницы сказала, что ко мне приходил Иван Иванович Шаламов, но кто он такой, не уточнила, но после её слов, что он снова придёт вечером, я и сам уточнять, кто он такой, тоже не стал.

Вечером, когда он пришёл и представился, я сразу понял, что это и есть тот сотрудник МЧС, с которым разговаривала по телефону моя дочь, занимаясь моими поисками.

Как он занялся «поисками» меня на реке Чуне, он мне не без юмора рассказал, после того, как подробно расспросил мою дочь, кто её отец и сколько раз и где путешествовал по Эвенкии. А когда узнал, что в Сибири я уже в двадцатый раз, и по реке Чуня, уже плавал неоднократно, причём и с проводниками и один, то расспросил по телефону рыбаков из Муторая и Ванавары, кто в это время рыбачил или охотился на реке Чуня.

После этого он составил две служебные записки для своего начальства, когда узнал от рыбаков из Ванавары, с которыми я встретился на реке в 200 км от посёлка Муторай, что это расстояние я проплыл за 10 дней, то значит буду в Байките не раньше 15 июня 2017 года.

Что же ты так меня подвёл перед начальством, – смеясь закончил свой рассказ Иван Шаламов, – взял и приплыл на день раньше, даже этой, указанной мной, приблизительной даты.

Нужно нам обязательно ещё раз встретиться, – на прощанье предложил мне Иван Шаламов, – я сегодня только вернулся из тайги, где провёл три дня и за это время убил 4-х медведей.

Иван Шаламов наверно думал меня удивить, а я вместо выражения удивления, только спросил, – а зачем? Объяснив ему, что, когда я начал путешествовать по северу Иркутской области с 1972 года, на реке Большая Ерёма были охотничьи угодья ангарских охотников, которые на своих участках медведей, если они не безобразничали, не убивали, потому, что они друг другу не были конкурентами. Когда охотник зимой промышлял, медведь спал в берлоге, а летом медведь сам охранял свою «помеченную им» территорию, и заодно охотничьи угодья, и других медведей, на свой «медвежий участок», никогда не пускал. Нужно только было не «прикармливать» медведя и держать свой участок в «чистоте от пищевых отходов», после обработки пушнины, засолки рыбы и заготовки мяса дичи и зверя.

А теперь и там, как и у Вас, стараются убить, как можно больше медведей, но чем Вы больше убиваете медведей, тем больше их становится на Ваших охотничьих участках, потому что, «после убийства медведя-хозяина, на его освободившийся участок, сразу приходят медведи со стороны». Поэтому и стоят у Вас зимовья теперь в тайге, почти везде без окон и с распахнутыми дверями. Иван Шаламов видно не знал, чем мне можно возразить, на было ясно, что об этом он никогда не задумывался.

Следует всё-таки отметить, что о медведях, у меня это был уже не первый разговор с охотником на реке Чуня. С 2010-го по 2015-й год моим проводником по тайге пешком и по рекам Южная Чуня и Северная Чуня на своей лодке, был охотник из посёлка Стрелка Чуня Валерий Николаевич Зарубин. На Южной Чуне в двух километрах от озера Амут, в старице реки Чуня, у него было зимовьё, имеющее от частых посещений его медведем, просто жалкий вид.

Поэтому им, примерно в 100 метрах от этого зимовья, всегда устанавливалась настороженная петля на медведя. Не знаю сколько он убил там медведей, расспрашивать его об этом, мне совсем не хотелось, к тому же, зная повадки этого зверя, я сам никогда не брал в тайгу огнестрельного оружия, в основном стараясь путешествовать по тайге в одиночку и без собаки. Медведь зверь сильный, смелый, но очень осторожный и зная, что его присутствие я всегда чувствовал, также старался меня «не замечать», во всяком случае не попадаться мне на глаза.

С медведем непосредственно я встречался дважды. Первый раз в Эвенкии в 1970 году, около устья реки Чамба, когда он переплыл Подкаменную Тунгуску, и так встряхнул на берегу свою шкуру, что казалось исчез под фонтаном брызг. Как медведь переплывал реку я не видел, и только, когда рядом со мной ловивший рыбу ванаварский подросток запричитал от страха, – «медведь, медведь…» – повернул голову в ту же сторону, куда смотрел этот испуганный мальчик.

А медведь, стряхнув воду со своей шкуры, повернул голову в нашу сторону, явно раздумывал, чтобы ему такое предпринять, и мне ничего оставалось делать, так это только бросить удочку, подбежать к рюкзаку, выхватить из него фотоаппарат «Зенит-3М» им щёлкая затвором побежать в сторону медведя. Реакция человека, встретившегося с медведем, для него, предсказуема, а самого медведя на бегущего к нему человека, явно оказывается за пределами его интуиции, но инстинкт, что кто-то сейчас на него может напасть, когда он этого совсем не ожидал, может породить у него только страх.

И медведь бросился от меня бежать в тайгу. Разумеется, я его не догнал и только на одном из фотоснимков, всё-таки потом, когда проявил в Москве плёнку, разглядел задницу медведя, перед тем, как он, с разбега, как мне тогда показалось, подпрыгнув спортсменом, «нырнул» в тайгу.

Второй раз непосредственная встреча с медведем у меня произошла в Иркутской области в 1979 году, на реке Алтыб, левом притоке реки Большая Ерёма в двухстах километрах от её устья со стороны левого берега Нижней Тунгуски или Угрюм-реки.

Когда я, закончив очередную рекогносцированную экспедицию возвращался в лодке назад, в село Ерёма, на Нижней Тунгуске, то на одном из перекатов, со стороны левого берега, увидел высунувшего из прибрежных кустов голову медвежонка, как мне показалось, похожего на «олимпийского мишку», и очень пожалел, что в это время мой фотоаппарат не был готов для фотосъёмки. А медвежонок, посмотрев на меня сразу же скрылся в кустах.

Приподнявшись в лодке с фотоаппаратом, ругая себя, я даже несколько раз крикнул, – «мишка, ку-ку, мишка, ку-ку…», – но «олимпийский мишка», видимо не хотел со мной общаться, и я снова сел в свою алюминиевую лодку и продолжил греблю на ней, байдарочным веслом.

И вдруг, в конце переката, у поворота реки влево, у самой воды, я снова увидел медвежонка и, бросив грести, стал приподниматься в лодке, чтобы его сфотографировать, но в это время увидел мать медвежонка, поднявшуюся на задних лапах в свой полный, почти трёхметровый, рост. Я даже не успел оценить всего ужаса сложившейся ситуации, как медведица бросилась на задних лапах на меня, и остановилась, оказавшись в реке, всего лишь в полуметре от моей лодки.

Просто упав мешком на сиденье лодки, я схватил байдарочное весло, и так интенсивно стал им грести, что в то время, наверно, установил мировой рекорд, потому что начал соображать, что со мной произошло только через 40 км, когда оказался у большого порога. Хотя, откровенно говоря, вспоминая, как я звал медвежонка, меня периодически тогда разбирал смех, но в тоже время выступавший от смеха, на заднице холодной пот, возвращал меня к оценке реальных опасностей таёжных приключений. К этому стоит добавить ещё то, что в 1982, 1984 и 1986 годах, проплывая мимо того места, где хотел сфотографировать медвежонка, на «Романтике-2» с подвесным мотором «Ветерок-8», мне всё равно казалось, что я на вёслах преодолел расстояние до большого порога быстрее, чем в те годы на моторной лодке.

Но вернёмся к зимовью в старице на реке Южная Чуня охотника Валерия Зарубина. Поговорив с ним, как в 2017 году с Иваном Шаламовым о медведях, что нет смысла их истреблять, потому что их от этого меньше не станет, так как на реках Южная и Северная Чуня, медведей всё равно в десятки раз больше, чем охотников в их охотничьих угодьях. Но Валерий Зарубин сразу же мне возразил, что медведей стало в Эвенкии больше только оттого, что они от сильных пожаров в Иркутской области просто к ним перебежали, и проблема только в этом.

Спорить с Валерием Зарубиным я не стал, но только в этом споре, меня через год поддержали, пожары в Красноярском крае, которые оказались намного территориально больше, чем в Иркутской области, и теория о медведях Валерия Зарубина, рухнула с треском горящей в Эвенкии тайги. После этих сильных пожаров медведей в Эвенкии стало больше, чем даже до пожаров, но о том стоит или не стоит убивать медведей, я больше с Валерием Зарубиным не говорил.

Через год после этих пожаров, когда я снова один ходил на озеро Амут, чтобы отнести туда резиновую лодку и возвращался потом назад, то обратил внимание, что петля на медведя в 100 метрах от зимовья была не насторожена и поинтересовался у Валерия Зарубина, – почему?
= Понимаешь, Константин,- ответил он, – медведь вроде бы не хулиганит, и я решил его не трогать!

Ещё через год эта история имела продолжение. На этот раз сам Валерий Зарубин, решил со мной посоветоваться:

«Не зная, что делать с моим медведем, – сказал он мне, и на мой вопрос, – неужели стал вредничать? – ответил, – ну, как бы, точнее сказать, ничего не трогает и даже из зимовья продукты не ворует, но ему почему-то не нравится в зимовье мой ватный матрац, и он его выбрасывает наружу».

А тебе не кажется странным, почему он выбрасывая твой матрац наружу, просто его не порвал? – поинтересовался всё-таки я, и в шутку сделал сам предположение, – что может у тебя Валерий Николаевич моченедержание, и медведю просто не нравится, как он пахнет.

«Мне просто не нравится, что когда я хочу переночевать в зимовье, мой матрац всегда, как назло, попадает под дождь и не разу ещё не оставался сухим», – обиженно закруглил свою жалобу на медведя охотник, как будто он был моим самым близким родственником.

Валерий Николаевич, мне просто удивительно, что ты не догадался, что выбрасывая из зимовья ватный матрац наружу, медведь просто напоминает тебе, что он здесь хозяин, а ты у него просто квартиросъёмщик и по совместительству охранник его территории, когда он зимой спит в берлоге.

Конечно, ты можешь убить его, но придут на его место несколько медведей, начнут делить, незанятую пока ни кем из них медвежью территорию, и заодно снесут зимовьё и ненароком даже смогут тебя убить или покалечить, – только и сказал я тогда охотнику Валерию Зарубину, а как он в дальнейшем поступил, теперь не знаю, так как в 2015 году на своей лодке «Романтика-2» с японским подвесным мотором, уплыл от него в Муторай, где так и не смог найти ему замены, такого же хорошего, но главное надёжного, речного и таёжного, на реке Чуня, эвенкийского проводника…

16 июня 2017 года.

Ходил с Евгением Щербаковым по Байкиту, изучал достопримечательности, просил Евгения Щербакова на их фоне меня сфотографировать – на лодочной стоянке, у церкви, на устье реки Большой Байкитик, у гаража Алексея Крючкова, рядом с моей лодкой «Романтика-2», и в пожарном депо вместе с Иваном Шаламовым.

17.

18.

19.

20.

21.

«В Байките после посещения лодочной стоянки, когда шёл обратно с фотохудожником Евгением Щербаковым в гостиницу, обратил внимание на дом с наличниками на окнах и попросил его сделать несколько снимков этого дома. Как в селе Ванавара, фотографировать наличники в селе Байкит, я не мог – не было ни времени, ни фотоаппарата».
(«Наличники Ванавары»: http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=397)

22.

15 июня 2017 года я почтил память всех погибших на войне жителей Эвенкии и на мемориале сфотографировался у ещё не зажженного вечного огня и у памятника Героя Великой Отечественной войны Иннокентия Петровича Увачана, но Вечный огонь в Байките зажгли только в День Победы 2020 года:

«В 10 часов утра 9 Мая 2020 года на Центральной площади с. Байкит у мемориала боевой и трудовой Славы был зажжен вечный огонь. Глава села И. О. Скребцова, председатель Совета ветеранов села Байкит Г. Д. Попов, главный специалист ОДО УД Администрации ЭМР Н. Н. Тимофеев, депутат А.Г. Костоусов и почетный житель В.И. Музыкантов возложили живые цветы к стеле Победы и к бюсту Героя Советского Союза Иннокентия Петровича Увачана.

В 12.30 от здания администрации с. Байкит в небо были запущены воздушные шары цветов российского триколора. Эту акцию поддержали многие жители села и небо над Байкитом на несколько минут раскрасилось в разноцветную радугу (хотелось бы в это поверить).

Несмотря на то, что все массовые мероприятия в честь 9 Мая были отменены, в 22.00 с Центральной площади по традиции прогремел праздничный фейерверк. Салют длился несколько минут и был виден практически во всех районах Байкита…» (http://www.baykit-evenkya.ru/news/969.html).

23.

15 июня 2017 года, фотографируясь у звезды для вечного огня, я не думал, что так его будет зажигать Глава села Байкит И. О. Скребцова с лучшими людьми села, в составе 5 человек 9 Мая 2020 года, положив рядом 4 букета.

24.

Сплав Константина Коханова на вёслах и шесте по реке Чуня от Муторая до Байкита в мае-июне 2017 года. «Два романтика» или Константин Коханов в роли «Дон Кихота», правда, за его спиной в селе Байкит, не им поверженные мельницы.

25.

26.

27.

28.

17 июня 2017 года.

Ходил в гости домой к Ивану Шаламову, помылся у него в бане, посидели-поговорили после за столом, выпили бутылку коньяка за благополучное окончание моего путешествия.

29.

Попросил Ивана Шаламова сделать мне копию его служебной записки, после звонка моей дочери в МЧС, ввиду отсутствия от меня вестей и какой-либо информации, где я нахожусь в Муторае. К тому же при разговоре по телефону с кем-то, в Муторае, по одному из телефонов, которые я оставил жене в Москве, моей дочери, там ещё, и нахамили.

Первая служебная записка И. И. Шаламова:

Начальнику МУ «Управление по делам ГО и ЧС» по ЭМР
Тронько В. Ф.

Довожу до Вашего сведения по факту пропавшего гр. Коханова К.П., мною была проведена разъяснительная работа с рыбинспектором с. Байкит Ларченко А. о том, чтобы он информировал рыбаков, которые отправляются на рыбалку по реке Чуня о пропаже данного человека. Результат не заставил себя ждать. Вчера на мой мобильный телефон поступил звонок из Москвы от дочери Кохановой И. К.
Она сообщила, что папу встретили байкитские рыбаки и сказали, что его уже ищут, они дали ему спутниковый телефон, и он позвонил домой. Находится Коханов выше большого порога, 60 км на устье реки Сунтапчи.
Самочувствие его удовлетворительное, продукты в наличии есть, продолжает сплав в с. Байкит.

Специалист отдела организации
пожаротушения по Байкитской
группе поселений
МУ «Управление ГО и ЧС» ЭМР подпись И. И. Шаламов (служебная записка без даты)

Вторая служебная записка И. И. Шаламова:

Начальнику МУ «Управление по делам ГО и ЧС» по ЭМР
Тронько В. Ф.

Довожу до Вашего сведения о том, что 1.06.2017 в 18 ч 30 мин на мой служебный телефон поступило сообщение от гражданки Кохановой Ирины Константиновны, проживающий в г. Москве, о том, что её отец Коханов Константин Поркиереевич, 1946 года рождения 10 октября, проживающий в городе Москва (указан адрес), в мае месяце текущего года вылетел в Красноярский край с. Ванавара для того, чтобы из с. Муторай сплавиться по реке Чуня по маршруту «Муторай-Байкит». При себе имел карты Эвенкии, навигатор и т.д.
- «13 мая мой отец из с. Муторай связался с нами и сообщил, что у него всё хорошо и в этот день он отплывает по реке Чуня в направлении Байкит».
Протяжённость маршрута более 500 км, по пути следования по реке Чуня четыре порога – «Паямбинский», «Аганский», «Чунский замок», «Чунский большой порог» – в большую воду они не проходимы. В настоящее время гражданин Коханов К.П. в с. Байкит не появлялся, билет маршрутом Красноярск-Москва им не приобретался. Мною установлено, что в 7 часов 30 минут 28 мая 2017 года Коханова К.П. видел житель из с. Ванавара Карелин В., находясь в данный момент на рыбалке на устье Янгото, которое впадает в р. Чуня. Он с Кохановым К. П. разговаривал и предупредил его, что на такой лодке «дюральке» типа «Ромашка» пороги пройти невозможно, тем более, что мотор у него не работал, он плыл на вёслах по течению вниз.
Мною были заданы вопросы Карелину В.: «Был ли он одет в спасательный жилет?» – на что получил ответ: «На нём я жилета не видел. Может в лодке лежал? Огнестрельного оружия у Коханова К.П. не было, я его предупредил о медведях».
Мною проанализировано следующее, что Коханов К. П. за 10 дней на вёслах прошёл по реке 200 км, так как это расстояние по карте от с. Муторай до устья Янгото составляет примерно 200 км. Расстояние от устья Янгото до с. Байкит составляет 310 км, следовательно, в с. Байкит он должен появиться не раньше 15 июня.

И эта, вторая служебная записка Ивана Шаламова, которая была даже им не подписана и тоже без даты.

Некоторые подробности застольного разговора Константина Кохановым с Иваном Шаламовым:

«17 июня 2017 года. Ходил в гости домой к Ивану Шаламову, помылся у него в бане, посидел-поговорил с ним после за столом и с пришедшим после Алексеем Крючковым, выпили на троих бутылку коньяка за благополучное окончание моего путешествия.

Перед застольем я подарил на память Алексею Крючкову и Ивану Шаламову свои два аэрозольных газовых пистолета, разного калибра, причём Крючкову предложил взять себе на выбор любой, и он предпочёл пистолет большего калибра. Следует отметить, что при стрельбе из них, разницы не было никакой, если не стрелять против ветра, чтобы самому не испытать, поражающего слизистую оболочку глаз, воздействия, ослепляющего их, распылённого в воздухе, аэрозольного вещества.

Во время разговора, я, наконец-то, узнал, что на самом деле «ПЧ-2», прямого отношения к МЧС не имеет – это оказалось просто зимовьё самого Ивана Шаламова. Когда место его работы переименовали, остались ненужными, доски старого наименования «пожарной части». Выбрасывать их было жалко, вот он и прибил их на своём зимовье. А я, когда зашёл в его зимовьё и увидел рядом с входной дверью «средства пожаротушения», вышел наружу, чтобы снова прочитать, куда я попал на самом деле. Даже на селфи заметно, что я тогда находился, почти в состоянии прострации».

30.

18 июня 2017 года.

Был в гостях у Алексея Крючкова. Пообедал с пивом с его женой и сыном. Он интересовался, знаю ли я Владимира Коваля. Оказывается, Коваль останавливался приезжая в Байкит у Крючкова в доме, и жил у него даже со своей женой.

Некоторые подробности о разговоре в гостях после возвращения в гостиницу от Алексея Крючкова и разговора там с Евгением Щербаковым:

Из дневника: «В Байките 18 июня 2017 года был в гостях у Алексея Крючкова. Пообедал у него с пивом с его женой Екатериной и сыном Николаем. Алексей поинтересовался, знаю ли я Владимира Коваля.

Оказывается, Коваль, приезжая в Байкит с женой, останавливался у него в доме. Рассказав Евгению Щербакову о том, что меня часто спрашивают, – знаю ли я Коваля, – и отвечая, – что не знаю и знать не хочу, – и от него, к своему удивлению узнал, что на почте продаётся фотоальбом этого «учёного и фотохудожника», уже уценённый до 500 рублей, который он, пролистав там, думает даже купить, но пока на это у него нет денег.

Я достал из кармана 500 рублей и попросил Евгения Щербакова купить эвенкийский фотоальбом Владимира Коваля. Захотелось пролистать фотоальбом Владимира Коваля, с его восприятием Эвенкии, и потом подарить его, на память обо мне, Евгению Щербакову»:

31.

19 июня 2017 года.

С Евгением Щербаковым снова фотографировали достопримечательности Байкита. Вылет из Байкита в Красноярск. Провожали меня Щербаков, Крючков и Шаламов.

32.

33.

В Байките намечались торжества, связанные с 90-летием села, которые были запланированы на 23-25 июня 2017 года. В магазинах появилась сувенирная продукция. В одном из них я купил две кружки «Байкит-Эвенкия». А байкитский фотохудожник Евгений Щербаков подарил мне пять своих виниловых магнитов с эвенкийской тематикой и ещё его три магнита, я купил на «ресепшене» в социальной гостинице.

Перед отъездом в аэропорт, оставшиеся у меня консервы отдал Евгению Щербакову, оставил себе только на всякий случай две банки тушёнки. Провожали меня в Красноярск Иван Шаламов, Алексей Крючков и Евгений Щербаков. Там же в последний раз и сфотографировались на память:

34.

35.

10 июня 2017 года в аэропорте села Байкит был пожар. На двух верхних фотографиях коллажа показан вид аэровокзала с двух сторон (со стороны взлётной полосы и со стороны села. Когда меня провожали в Красноярск, деревянной пристройки на втором этаже уже не было и, когда точно аэровокзал села Байкит приобрёл вид, как на нижней фотографии коллажа, я не знаю.

Но всё-таки стоит рассказать о пожаре в аэропорте села Байкит, немного подробнее, хотя о его действительных причинах до сих пор ничего неизвестно:

«10 июня 2017 года в 15.55 по местному времени произошло возгорание в здании аэровокзала ГП КК «КрасАвиа». На момент прибытия первого пожарного подразделения обнаружено сильное задымление, открытое горение по всей площади кровли здания аэропорта и надстройки. В 17.30 пожар был локализован, в 18.00 – ликвидирован. В тушении были задействованы 25 человек и 6 единиц техники: ПСЧ-134, СПАСОП, МП ЭМР «Байкитэнерго», полиции. В результате пожара полностью сгорели – деревянная надстройка на площади 156 м² и кровля здания площадью 696 м², частично повреждены – стены и оборудование на втором этаже. Во время тушения пожара была проведена частичная эвакуация имущества. Предварительная причина пожара – короткое замыкание: в этот день в селе Байкит был сильный ветер – 18-20 метров в секунду. Порывом ветра сорвало антенну, которая повредила рядом с ней проложенные кабели, возникла искра и произошло возгорание: https://wiki2.net/Байкит_(аэропорт)».

Причина пожара так и осталось на уровне предположений, и даже фотографий 25-ти человек на пожаротушении нет. Я нашёл в Интернете лишь две фотографии, четырёх пожарников в аэропорте села Байкит, как они поливают из шлангов горящее здание, но только не мне по ним судить, тушат ли они пожар или спасают от огня только его 2-й этаж»:

36.

Прилетев в аэропорт Красноярска «Емельяново» 21-15 КВ, я с двумя попутчиками поехал на частном автомобиле на Красноярский железнодорожный вокзал и купил билет на московский поезд (фирменный поезд «Россия») на 08-29 КВ (04-29 МВ) 20 июня 2017 года, потому что лететь до Москвы из Красноярска на самолёте, с имевшимся у меня грузом (50 кг) и сверхнормативным багажом (25 кг), нужно было быть полным идиотом.

37.

21 июня 2017 года, в 12-30 МВ до меня в поезде «Владивосток-Москва» дозвонился Иван Шаламов и при разговоре со мной в частности сказал:

- «Я очень рад, что познакомился с таким мужественным человеком, как Вы».
- «И я тоже люблю таких, как Вы людей», – так ответил тогда я, на это его мнение обо мне, и до сих пор, продолжаю любить и уважать таких людей, как Иван Шаламов.

В конце разговора, Иван Шаламов попросил меня, по приезде в Москву, ему обязательно позвонить.

22 июня 2017 года в 14-13 МВ поезд «Россия» (Владивосток-Москва») приехал на московский Ярославский вокзал Москвы. Так закончился незапланированный мной заранее «Сплав на вёслах на лодке «Романтика-2» (с японским исправным подвесным мотором, лежащим в кормовой секции) по реке Чуня от Муторая до Байкита».

Приложение к дневнику и воспоминаниям о сплаве на вёслах на лодке «Романтика-2» по реке Чуня в мае-июне 2017 года:

Перед тем, как редактировать и размещать на коллажах свои фотографии о сплаве по реке Чуня и фотографии Евгения Щербакова, сделанные по моей просьбе, в интересующих меня местах села Байкит, я всегда просматривал фотографии этих мест в Интернете, где жил и куда ходил в селе Байкит в 2017 году, в последующие, после этого путешествия, годы, иногда с трудом узнавая те места, где я тогда решил сфотографироваться. А всё потому, что рядом с социальной гостиницей, 16 октября 2018 году, сгорело общежитие и, судя по столбу, с электрическими проводами рядом с ней, который покосился в 2012 году или ещё раньше, сразу понял то, что и её ожидает та же участь.
А на фотографии, где я стою у Свято-Тихоновского храма, за моей спиной, не знаю, когда точно, уже снесли двухэтажный деревянный дом.

Также мне неизвестно, когда отремонтировали крышу аэровокзала села Байкит, и к тому же я не нашёл в Интернете, фотографий, как выглядел аэровокзал сразу после пожара 10 июня 2017 года, хотя с трудом, но всё-таки нашёл фотографии, как его тогда тушили.

38.

39.

40.

Следующий большой пожар в селе Байкит, о котором было упомянуто, не только в Красноярской прессе, но также и в центральных средствах массовой информации, произошёл 15 декабря 2019 года. И даже было отмечено, что тогда «На севере Красноярского края из горящего дома спасены 25 человек»:

16.12.2019, 11:28 На севере Красноярского края из горящего дома спасены 25 человек. Пожар произошел поздним вечером в минувшее воскресенье, 15 декабря, в двухэтажном жилом доме в поселке Байкит Эвенкийского муниципального района. Как выяснилось, горела квартира на 2 этаже. Позднее огонь распространился на соседние квартиры через кровлю, площадь пожара составила 200 квадратных метров.

Все 25 проживающих жильцов, в числе которых 5 детей, были спасены. Для них были подготовлены 2 пункта временного размещения на базе социальной гостиницы, однако люди разместились у родственников.

К тушению привлекались 22 человека и 7 единиц техники, в том числе, от МЧС 15 человек и 3 единицы техники.

По информации краевого ГУ МЧС, причиной пожара стало короткое замыкание электропроводки.

Фото: https://24.mchs.gov.ru/

https://zapad24.ru/news/territory/69997-na-severe-krasnoyarskogo-kraya-iz-goryaschego-doma-spaseny-25-chelovek.html

15 декабря 2019 года, около 23:20 в Красноярском крае в посёлке Байкит по адресу, улица Чистякова, 23, сгорел двухэтажный деревянный дом на 12 квартир, постройки 1968 год. (https://www.gornovosti.ru/news/novosti/item/v-krasnoyarskom-krae-sgorel-dom-na-12-kvartir/) Пожарные, которые прибыли в 23:27 обнаружили, что горит квартира на втором этаже, а также кровля дома. Общая площадь возгорания составила 200 квадратных метров. К тушению пожара привлекались 22 человека и 7 единиц техники, от МЧС 15 человек личного состава и 3 единицы техники. Пожар был ликвидирован в 6:14 утра 16 декабря 2019 года, но дом при тушении пожара, сгорел полностью, так что пожарникам, можно было сказать спасибо, хотя бы за то, что не сгорели рядом с ним соседние дома. По данным синоптиков, температура воздуха ночью в Байките тогда была минус 30 градусов, поэтому сразу «определили», что причиной пожара стало замыкание электропроводки, и в МЧС лишь дали рекомендации жителям села Байкит, как избежать подобных случаев:

- Не оставлять включенные приборы без присмотра; следить за тем, чтобы горючие предметы интерьера (шторы, ковры, пластмассовые плафоны, деревянные детали мебели и прочее) не касались нагретых поверхностей электроприборов;
- При включении обогревателей, по возможности, стараться не использовать удлинители. Если вы всё же ими пользуетесь, убедитесь, что расчетная мощность удлинителя не меньше мощности электроприбора;
- Не закреплять провода на газовых и водопроводных трубах, на батареях отопительной системы;
- Следить за исправностью электропроводки, электрических приборов и аппаратуры, а также за целостностью и исправностью розеток, вилок и электрошнуров;
- Не эксплуатировать электропроводку с нарушенной изоляцией, не завязывать провода в узлы, не соединять их скруткой, не заклеивать обоями и не закрывать элементами сгораемой отделки;
- Не включать одновременно в электросеть несколько потребителей тока, так как возможна перегрузка электропроводки и замыкание;
- Пользоваться только сертифицированной электрофурнитурой.

https://ngs24.ru/text/incidents/2019/12/16/66401080/

И ни одного слова о том, когда в доме постройки 1968 года, пожарная инспекция проверяла состояние электропроводки этого дома, или ей это просто не приходило в голову. А температура воздуха в ту ночь 15 декабря 2019 года в Байките была минус 30°C и дураку было понятно, что проще списать пожар на состояние электропроводки, потому что электрообогревательные приборы были включены во всех квартирах, а не на то, что кто-то нажравшись водки заснул в постели с дымящейся в руке сигаретой. Можно, конечно, сделать много предположений из-за чего возник пожар, если ничего не говорить о жителях квартиры, где был очаг пожара или промолчать, кто находился в служебном помещении аэровокзала, когда ветром якобы сорвало антенну и возникла искра, тоже можно сказать о пожаре в общежитии рядом с социальной гостиницей, где тоже причиной пожара предположительно была неисправная электропроводка.

Я как-то не придал значения в 2017 году в разговоре с пассажиром самолёта, с которым летел из Байкита в Красноярск, тому, что виновником пожара в аэропорте был не сильный ветер, который сорвал с фасада аэровокзала антенну, повредившую электрических кабель, а то, что кабель давно болтался на фасаде аэровокзала и постоянно там искрил, но никто не обращал на это внимания, пока на фасаде не загорелась его облицовка или утеплитель.

Когда же по причине якобы неисправности электропроводки, сгорело общежитие рядом с социальной гостиницей, я посмотрев внимательно на фотографию гостиницы после пожара общежития, сделанную в 2019 году, и на покосившийся электрический столб рядом с входной дверью, и почти сразу нашёл в Интернете, ещё одну фотографию 2012 года с тем же покосившимся электрическом столбом, так что не трудно догадаться, что и он может стать причиной пожара, виновником которого признают также сильный ветер, если он этот столб когда-нибудь всё-таки повалит. Так что социальная гостиница, вполне может разделить участь общежития, и войти в летопись пожаров села Байкит.

41.

В Байките работникам районного суда, Алексею Крючкову, Ивану Шаламову и сторожу лодочной стоянки Сергею Машарову, при знакомстве или при разговоре с ними, я («всё-таки русский писатель») обещал выслать свои книги. Сергею Машарову я отправил в Байкит книгу «Последняя точка в творчестве Владимира Высоцкого». Не знаю, кто из перечисленных мной лиц, получив мои книги их прочитал, кроме Сергея Машарова, который действительно, скорее всего, прочитал до конца мою книгу о творчестве Владимира Высоцкого, если при разговоре со мной по телефону, он сказал, что хочет на руке набить наколку «Трезвей космонавта». Опубликованные в книгах стихи, мало кто читает, а если и читает, то мало кто понимает для чего их автор включил в свои книги, причём не чужие, а свои. А так как фраза «Трезвей космонавта» была взята из моего стихотворения (в песенном варианте), это говорило о том, что Сергей Машаров, стихотворную часть книги, прочитал, и даже что-то запомнил.

Несколько слов об этой книге Константина Коханова «Последняя точка в творчестве Владимира Высоцкого:

Хотя эта книга доступна любому читателю в Интернете, 31 августа 2016 года, я получил письмо: «Здравствуйте, Константин Парфирьевич! Я много лет занимаюсь библиографией творчества Высоцкого. Напишите, пожалуйста, где можно приобрести Вашу книгу «Последняя точка в творчестве Владимира Высоцкого». С уважением, Вадим Анатольевич Дузь-Крятченко». Я ответил Дузь-Крятченко, что моя книга не продаётся, а только дарится. Отправляя книгу издателю сочинений Владимира Высоцкого, напомнил ему, что в ней, только моё личное отношение к барду, в разные годы не его, а моей жизни, хотя сам Высоцкий себя «бардом» не считал, и всё время подчёркивал, что он только автор-исполнитель, своих песен

То, что отношение к Владимиру Высоцкому у Константина Коханова менялось, он никогда не скрывал, но за написанную в 1972 году песню о Высоцком, которая была спета неоднократно им, похожим на его, «хрипатым» голосом, – «Ну, как его, не посчитать за короля, Его попробуй, в песнях перепойка, Он – капитан, но мостик корабля, Самая обычная помойка…», – ему совершенно не стыдно, потому что эта песня касалась не так самого Владимира Высоцкого, как его «лучших друзей», которыми он и был, в конце концов, безжалостно убит.

В книге Коханова о Высоцком, есть больше десятка других песен и стихотворений о нём, в которых он отдаёт должное его таланту, но и отводит место, детальному разбору его песен в сравнении с песнями Галича, Окуджавы, Анчарова, Визбора, Кукина и других знаменитых бардов.

42.

Константин Коханов, через несколько недель, после возвращения в Москву, во время телефонного разговора с Сергеем Машаровым, узнал, что его лодочная сторожка сгорела. Виноват в этом, он был сам. Пожалел бомжа, разрешив ему переночевать в сторожке, а тот, как бездомный кобель, расслабился ночью в тепле, поленился выйти справить малую нужду снаружи и облил мочой пол сторожки. Увидев такую «плату» за гостеприимство, Сергей Машаров сразу же выгнал бомжа из сторожки, а тот, за это к нему негуманное отношение, нашёл простой способ ему отомстить. Он украл из лодки, рядом с лодочной стоянкой, бачок с остатками горючего, облил им дверь сторожки, и поджёг. Результата этого пожара на лодочной стоянке, на фотографиях Байкита в Интернете, Константин Коханов, не обнаружил и как теперь выглядит там сторожка, не знает. В новостях Байкита за 2017-2022 год об этом пожаре на лодочной стоянке, вообще, ни слова.

43.

29.06.2014 года Константином Кохановым на его сайте «Парфирич» в Интернете был опубликован цикл из трёх рассказов под общим названием «Возвращение домой», где во вступительной части этих воспоминаний было сказано:

Как правило, путешественники мало уделяют внимания в своих дневниках, в устных и опубликованных рассказах тому, какие они испытывали приключения, когда возвращались домой. Сборы в дорогу, и сам путь, настолько заслоняли своими впечатлениями все испытанные ими неудобства, связанные с возвращением, хотя бы потому, что они настолько ещё у нас обычны, что просто не могли вызвать особого интереса, так как редко кто не испытывал подобных неприятностей, даже после проведения отпуска на самом престижном курорте.

http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=1174

После знакомства Константина Коханова с пожарником Алексеем Крючковым, первое чем поинтересовался он, – не продам ли я ему что-нибудь из своего туристического снаряжения? Я сказал, – что продавать ему ничего не буду, а могу почти всё снаряжение, включая лодку, японский мотор, палатку, спальники, – ему просто подарить. А, если он за этот подарок (почти на 2000 долларов), пришлёт мне посылку хорошей, холодного копчения рыбы, я ему ещё скажу спасибо. Говоря о хорошей рыбе, я на всякий случай подчеркнул, просто какую лишь рыбу, кое-как приготовленную, чтобы он лучше не присылал совсем, но Алексей, видимо, судя по первой посылке, содержимое которой мной было отправлено в мусоропровод, понял меня неправильно.

Благодарить за эту рыбу Алексея Крючкова, я разумеется не стал и думал, что на этом моё общение с ним закончилось. Но я ошибся, так он прислал, через свою сестру в Красноярске, вторую посылку, причём наложенным платежом на сумму в 500 рублей. Я думал в этой посылке не просто рыба, а «царь-рыба», золотые осетры или таймени, реки Чуня или Подкаменная Тунгуска, но и её также пришлось отправить «нереститься» в мусоропровод.

Думал, что на этом, моё желание поесть хорошей копчёной рыбки, в 2017 году, останется несбыточной мечтой, но, к моему удивлению, от Алексея Крючкова, пришла третья посылка, на этот раз без наложенного платежа, хотя и лучше присылаемой раньше, но не настолько, чтобы ей восхищаться. Рыбу, кроме меня, никто из мох близких, кто её попробовал, есть не стал и её также пришлось выкинуть.

Если вы думаете, что я обиделся на Алексея Крючкова, то глубоко ошибаетесь, потому что в Эвенкии и на Севере Иркутской области, не так уж много рыбаков, кто умеет хорошо приготовить рыбу холодного копчения.

Первый раз меня угостили, хорошо приготовленной щукой холодного копчения геологи на реке Большая Ерёма в Иркутской области в 1973 году. Самое интересное, что пойманная щука была весом 30 кг, которую поймал рабочий экспедиции самодельной удочкой на блесну, привязанную к ней леской длиной не больше 2-х метров. Он просто шёл по берегу и водил блесной почти у самого берега, когда её схватила, фактически заглотила, эта щука. Рыбака, который держал удочку двумя руками и упиравшегося двумя ногами в берег реки, щука проволокла почти два километра, до первого переката, где рабочему экспедиции удалось, наконец, выволочить эту щуку из воды на пологий берег. Самое смешное было в том, что рост рабочего экспедиции был 160 см, а длина щуки оказалась 170 см, поэтому, когда он нёс щуку в лагерь геологов, её хвост волочился по земле. Ширина подаренного мне куска щуки холодного копчения была не меньше чем полметра, а длины его была больше, почти, где-то на треть. Но главное, что кусок щуки был жёлто-золотистого цвета и что немаловажно важно, очень вкусным.

Константину Коханову неоднократно приходилось в разговоре с рыбаками в Иркутской области, шутливо упрекать их в том, что они буквально сидят на хорошей рыбе, но при этом, не умеют хорошо приготовить её холодного копчения, хотя и горячим копчением не могут похвастаться, да и просто как следует завялить-засушить, не всякий может.

В селе Ерёма, на Нижней Тунгуски, разговор, о копчении и вяление-сушке рыбы со мной в 1979 году, видно сильно задел душу председателя сельсовета Виктора Фёдоровича Васильева, и он сказал, что он обязательно пришлёт мне в Москву хорошо приготовленную рыбу, но только не раньше поздней осени или зимой, когда там у них начинается лов подо льдом, нагулявших жирок ельцов.

И действительно он мне прислал хорошо приготовленную рыбу. Во-первых, её было легко очистить от чешуи, во-вторых, сразу после очистки рыба вся покрывалась очень мелкими капельками жира, и как говорят настоящие гурманы, просто «таяла» во рту.

Но вкусовые ощущения, трудно передать в словесной форме, притом у каждого свои критерии, судить, что вкусно, а что годится в плохо пережёванном виде, в качестве солёной закуски, только после третьей кружки пива. Поэтому и решать должен, у кого из рыбаков рыба вкуснее, может только авторитетный эксперт.

Таким экспертом в управлении, где я тогда работал, была секретарь начальника, которую все самые заядлые рыбаки-любители, из прорабов и начальников участков, всегда угощали ими лично пойманной и завяленной рыбой.

Угостил эту даму, вяленными зимой ельцами с Нижней Тунгуски, и я. Моя рыба, только с виду, как у городничего Николая Гоголя мадера, была неказиста, но слона с ног повалить могла, так и секретарша, через несколько дней, резко встав из-за стола, чуть не упала, схватив меня за руку почти у самых дверей кабинета начальника управления:

- Константин, я много всякой рыбы ела и пробовала, но такую, поверь мне, только первый раз в жизни!

В 2012 году, сигов холодного копчения, меня попросила передать в Красноярске сыну Людмила Адольфовна Моховикова из Ванавары. При этом она мне дала две бумажные упаковки с рыбой и сказала, что одна упаковка для сына, а вторая для меня. Не знаю, сама ли она коптила эту рыбу или кто-то из её знакомых, но рыба была очень вкусной.

В посёлок Муторай с тех пор я больше не звонил, как и мне уже никто не мог позвонить сам оттуда, потому что, я от сотового оператора Мегафон, перешёл, оказавшись с ним без связи с Москвой в Байките, к сотовому оператору МТС, а потом к нему же и в Москве.

Поэтому, после моего возвращения в Москву, продолжал общаться по телефону только с моей дочерью, сын Степана Дмитриевича Копылова, у которого на хранение в Муторае, я оставлял свою лодку «Романтику-2», подвесной мотор и канистры с 2015 по 2017 год.

Сын Степана Копылова отобрал мой фотоаппарат у Александра Зарубина и затем отправил его посылкой моей дочери, хотя я сказал дочери, передать ему, чтобы он мне мой фотоаппарат не присылал, и оставил бы его себе, хотя обо мне, на память.

Осталось только рассказать, что мне стало известно, после пребывания в селе Байкит, о Викторе Григорьевиче Коненкине:

24 января 2019 года, в 14-37, по электронной почте, я получил письмо от Фазлиева Александра Зариповича, с которым я познакомился в 1972 году на Заимке Кулика и по инициативе которого в 2009 году был создан сайт «Тунгусский феномен»:

Здравствуйте, Константин Парфирьевич! Меня нашла дочь В. Г. Коненкина. Ему 27 января исполняется 100 лет. Она живёт в Москве. Я переслал ей ваши статьи о её отце. Она попросила позвонить ей. Её телефон 8-916-989-ХХХХ. Фазлиев А. З.

Разумеется, я сразу же позвонил дочери В. Г. Коненкина – Людмиле Викторовне Березовской – и во время этого первого разговора, неожиданно для себя узнал, что она ещё в 2001 году в журнале «Наука и религия», в №6 за июнь месяц, опубликовала статью В. Г. Коненкина «Где лежит Тунгусский метеорит?» с написанным, в соавторстве с профессором МГУ Дмитрием Рукиным, научным комментарием, где были описаны обстоятельства, связанные со смертью её отца. Она мне предложила встретиться, но только не у неё дома, а именно, когда и где, сказала, что через день-два, сама позвонит, и мы тогда решим.

Утром 25 января 2019 года я отправился в РГБ, чтобы ознакомиться в журнале «Наука и религия» (№6, июнь, 2001, стр.8) с «научным комментарием» к статье «Виктора Коненкина», которую я со своими комментариями, ещё 2010 году, опубликовал в своей книге «Тунгусский метеорит – история поисков»», используя оригинал этой статьи, находящейся в открытом доступе на сайте «Тунгусский феномен».

И в тот же день (25 января 2019, 13-11) я получил второе электронное письмо Александра Фазлиева, где в частности было упоминание о дочери В. Г. Коненкина:

Здравствуйте, Константин Парфирьевич!
…Вас не смыло волной воспоминаний Людмилы Викторовны? Уговорить её написать об отце, мне не удалось. Однако она пишет статью в журнал МГУ об отце.
Всего хорошего. Фазлиев А.З.

Выдержка из ответа Константина Коханова Александру Фазлиеву от 25января 2019, 19-00:

Здравствуйте Александр Зарипович! Спасибо за телефон от дочери Коненкина. Позвонил ей. Поговорить толком не удалось, но возникла масса вопросов. Дал ей свой городской телефон. Для меня полной неожиданностью было то, что она родилась в Преображенке. Я был уверен, что она родилась в Ванаваре. На это у меня были основания. Во-первых, Виктор Коненкин преподавал по всем источникам в средней Ванаварской школе. Во-вторых, жена моего проводника в Стрелке-Чуни, якобы рожала свою дочь в одном родильном отделении с гражданской женой Виктора Коненкина. Я даже навёл справки, оказывается, это действительно было так, и отчество родившейся дочери была Викторовна. Со слов же дочери Коненкина, телефон, который Вы мне прислали, в Ванаваре проживал тогда полный тёзка Коненкина – Виктор Григорьевич Коненкин. Внимательно проверил по датам – и понял свою ошибку. Жена Валерия Зарубина родилась 6 февраля 1963 года, и когда погиб именно тот Коненкин В.Г., который имел отношение к Тунгусскому метеориту, ей было 5 или 6 лет (так как точную дату смерти Коненкина В.Г., я до сих пор не знаю). Благодаря Вам, узнал хотя бы дату его рождения, (произвёл не сложные расчёты) – 27 января 1918 года.

Константин Коханов о разговоре по телефону с дочерью В. Г. Коненкина:

Людмила Березовская позвонила 26 января 2019 года и предложила мне, в соавторстве с ней, написать книгу об отце, как о великом учёном, но я не согласился, потому, что это не соответствовало действительности, а моё предложение написать книгу о нём, как об известном многим, представляющим для них интерес, человеке, сочла за оскорбление.

Но об этом я не сразу догадался, хотя она сразу дала мне понять, что писать об отце, где учился, работал, как женился и о его музыкальных способностях, не хочет и считает, что в книге должно быть главным, это только его научные открытия.

Но зато я узнал массу противоречащих реальной жизни и даже его смерти всяких подробностей о взаимоотношениях В. Г. Коненкина с разными людьми, как на работе в разных экспедициях, так и с близкими родственниками. Говоря, конкретно, об отношении семьи к увлечению отца семейства проблемой Тунгусского метеорита, она, раздражённая моим вопросом по этому поводу, всё-таки выразило об этом, своё личное мнение:

«Тунгусский метеорит принёс семье одно горе, потому что, все заработанные деньги Виктор Григорьевич Коненкин тратил только на поиск Тунгусского метеорита».

В тоже время она перечислила все заслуги отца, но на вопрос,- «почему он заинтересовался Тунгусским метеоритом только в 1962 году, когда уже были две экспедиции КМЕТ АН СССР в эпицентр взрыва Тунгусского метеорита в 1958 и в 1961 году, а также три экспедиции КСЭ, в 1959-1961 годах?» – Людмила Березовская, отвечать мне не стала, даже после наводящего вопроса, – «не потому ли, что он только проявил к Тунгусскому метеориту интерес, получив в 1961 году письмо из Преображенки от Милитины Ивановны Коненкиной, в котором его родственница указала траекторию полёта метеорита в противоположном направлении, от уже признанной в научных кругах, на основании опроса очевидцев и конфигурации, обнаруженного Леонидом Куликом радиального вывала тайги северо-восточнее села Ванавара.

Зато Людмила Березовская себе внушила, что настолько её отец стал мешать советским властям, скрывать всю правду о взрыве Тунгусского метеорита, что на него было совершено несколько покушений и даже на улице его чуть не сбила машина. И удивляться тут нечему, потому что, как она считает все карты В. Г. Коненкина засекречены до сих пор.

Она отметала все причины и обстоятельства убийства её отца, но даже откровенную чушь из воспоминаний одного из участников тунгусских экспедиций начала 1960-х годов, Попова Леонида Иннокентьевича, как оно «на самом деле произошло», хотя его убийство и так можно было себе представить, но не обратила внимания, что местом убийства отца, упоминался «район Ванавары», а не посёлок Куюмба, где оно действительно произошло. В воспоминаниях Л. И. Попова это выглядело так:

- Весной 1964 года В. Г. Коненкин погиб (уточнение А. Ольховатова – Коненкин погиб в 1969 году, Л.И. Попов согласился в этим уточнением). Началось с того, что из Москвы прибыл начальник геологической экспедиции, которая в районе Ванавары добывала исландский шпат.

- За водкой Коненкин, как обычно, «покатил бочку» на науку. Геолог пыжился, выслушивая ругательства, схватил кухонный нож и пырнул собутыльника. Ушёл в комнату и уснул мгновенно. Утром его разбудил сотрудник по экспедиции: «Вставай, Коненкин мёртвый за столом»!
- Геолог немедленно протрезвел, увидел зарезанного Коненкина и принял последнее решение. Пистолет всегда был при нём. Покончил с собою выстрелом в лоб (http://olkhov.narod.ru/popov-tunguska.htm)

На самом деле, – как считает Людмила Березовская, – геолог застрелился не из пистолета, а из охотничьего ружья, и всю «версию Попова о гибели отца», перевернула на свой лад и окутала мистикой:

«Около посёлка Куюмба стояли геологи – 8 человек, которые потом неизвестно куда исчезли, но потом в тайге, якобы нашли их скальпы… Виктор Коненкин похоронен не на кладбище посёлка Куюмба, а на ближайшей горе, где над его могилой был поставлен деревянный крест… С мая 1969 года Людмила Березовская в Куюмбу больше не ездила, хотя её знакомые в Голливуде предлагали даже снять там фильм о Викторе Коненкине… Она уверяла, или хотела в это верить, что эвенки помнят её отца и хранят о нём память…».

О том, что в Эвенкии давно никто не помнит (по крайней мере из местных властей и работников библиотек) не только её отца, но даже его ванаварского однофамильца с тем же именем и отчеством, несколько раз переспрашивая меня, она не хотела в это верить и в итоге убедившись, что «у Коханова К. П. по Тунгусскому метеориту, знания очень поверхностные», зачем-то вылила ведро помоев на своего соавтора по научному комментарию статьи Виктора Коненкина «Где лежит Тунгусский метеорит», опубликованной в журнале «Наука и религия» (№6, июнь 2001 года, стр.8):

«Михаил Рукин, мой соавтор «научного комментария статьи отца», в своей книге «Тайны Тунгуски и планеты Земля, Загадки Вселенной», изданной в Германии, тиражом 500 экземпляров (Издательство: Saarbrücken [город Саарбрю́ккен], Palmarium Academic Publishing, 2016) переврал несколько предложений. Из-за этого я с ним несколько лет не разговаривала, потому что он хотел примазаться к славе отца»:

Мистика открытий
Людмила Березовская, Михаил Рукин:
Научный комментарий к статье В. Коненкина «Где лежит Тунгусский метеорит?»

Тунгусский метеорит (или «Тунгусское тело», как его нередко именуют, отчаявшись постичь истинную природу огненной мистерии, свершившейся над Сибирской рекой Тунгуской 30 июня 1908 года): что же это всё-таки было? Столкнувшаяся с Землёй комета; гигантская шаровая молния; огненная плазма, истекшая из земных недр; гибнущий инопланетный корабль – гипотезам не числа. И все они неплохо аргументированы! Кто же ближе всех подошёл к правильному решению? Мы не берём на себя смелость ответить на этот вопрос. Однако стоит напомнить. Что в истории науки нередко бывает так: мало, кому известный при жизни исследователь, впоследствии становится «знаковой фигурой» для всей эпохи.

Сегодня мы открываем имя учёного, о котором пока не знают даже многие специалисты по Тунгусской проблеме. Виктор Григорьевич Коненкин работал простым учителем математики в средней школе, в глухой сибирской тайге, в том самом посёлке Ванавара Красноярского края, который находится в районе падения «Тунгусского тела» и упоминается во всех публикациях об этом событии. И похоже многолетняя работа над проблемой, так сказать, «на месте действия» оказалась плодотворной…

Рано утром 17 мая 1969 года дочери В.Г.Коненкина в Иркутск пришла телеграмма, посланная с фактории Куюмба Байкитского района Красноярского края: «Ура! Тайна Тунгусского метеорита открыта. Вылетаю. Встречай. Отец». В тот же день вечером дочь получила ещё одну телеграмму, от незнакомых ей тогда людей: «Срочно вылетайте. Ваш отец в тяжёлом состоянии. Администрация фактории Куюмба». Девять суток дочь добиралась к отцу. И только на месте узнала, что на самом деле он погиб 18 мая 1969 года от рук убийцы – длинным кинжалом его пронзили со спины в самое сердце…
Поработать с архивом В.Г.Коненкина, посвятившего свою жизнь раскрытию тайны ХХ века и, очевидно, вплотную приблизившегося к разгадке этого феномена, стремились многие исследователи, в том числе такие известные, как А. Казанцев и Н. Васильев. Но по решению семьи, архив в полном объёме может стать достоянием общественности лишь к столетию Тунгусской разгадки. Однако уже сейчас вам впервые в авторской редакции) научная статья В.Г.Коненкина, написанная в марте 1962 года и по разным причинам до сего времени неопубликованная. Автор смело вступает в дискуссию с ведущими авторитетами по изучению самого загадочного метеорита в истории Земли.
Людмила Березовская,
Михаил Рукин

Что же такого, принципиально важного в жизни Виктора Коненкина, переврал в своей книге профессор МГУ Михаил Дмитриевич Рукин, то оказывается, если мы обратим на это внимание, он написал, что Виктор Коненкин отправил многообещающую телеграмму детям (а не только одной дочери Людмиле Березовской) в Иркутск со словами, – «Ура! Тайна Тунгуски открыта! – далее написал «Приезжайте! Встречаю! Отец!..», и после этого сообщения «трагически и таинственно погиб».

А нужно было Михаилу Рукину, как и «в научном комментарии, приведённом полностью выше», написать: «Ура! Тайна Тунгусского метеорита открыта. Вылетаю. Встречай. Отец» и то, что в тот же день вечером, дочь получила ещё одну телеграмму, от незнакомых ей тогда людей: «Срочно вылетайте. Ваш отец в тяжёлом состоянии. Администрация фактории Куюмба».

Если анализировать просьбу Виктора Коненкина в двух вариантах его телеграмм – детям и одной дочери, в них нельзя найти какого-либо сходства: в одном из вариантов телеграммы отец просит детей его встретить в Иркутске, в другом варианте, наоборот приглашает их прилететь к нему в Куюмбу. Вероятней всего, таких телеграмм Виктор Коненкин членам своей семьи в Иркутск не отправлял, но, конечно, во всяком случае, могла быть телеграмма семье Виктора Коненкина от администрации посёлка Куюмба о его «тяжёлом состоянии».

44.

Константин Коханов о разговоре по телефону с дочерью В. Г. Коненкина:

Людмила Березовская 26 января 2019 года предложила мне написать с ней книгу об отце, как о великом учёном, но писать книгу о нём, как об известном многим человеке, сочла за оскорбление.

Наверно Бог меня уберёг, не связываться с дочерью Виктора Коненкина и не списать с ней в соавторстве книгу о её отце, а то бы она и меня, как профессора Михаила Рукина, обвинила, что я тоже решил «примазаться к отцовской славе».

А вот какое отношение сам Михаил Рукин имел к «Проблеме «Тунгусского метеорита, я всё-таки поинтересовался, ознакомившись с его книгой «Тайны Тунгуски и планеты Земля, Загадки Вселенной», изданной в Германии, тиражом 500 экземпляров (Издательство: Saarbrücken [город Саарбрю́ккен], Palmarium Academic Publishing, 2016).

И о чём я даже не мог даже подумать, это оказалась не просто книга профессора МГУ Михаила Рукина о «Тайнах Тунгуски, планеты Земля и о загадках Вселенный, а целый «пилотный проект, задуманный автором, который охватывает раскрытые и нераскрытые пока проблемы Тунгусского
Аномального явления. Проблемы происхождения Вселенной и тайн воды, проблемы многих других аномальных событий, который сможет объединить и вывести через радио и ТВ всех заинтересованных исследователей в мир новых чудес и загадок этого и других аномальных чудес, в таинственный мир непознанного…

Масштабы замысла Михаила Рукина, – были таковы, как считал он, -что не могут не затронуть умы, не всколыхнуть сознание всех, кто так или иначе знаком с этими феноменами или причастен к другими событиям, а многих заставит глубже увидеть и понять развернувшиеся в течение прошедшего после 30 июня 1908 года столетия драматические явления, совершенно по новому взглянуть на окружающий мир, практически заново оценить эту и другие загадки и тайны природы и попытаться связать их все с будущим России.

Речь пойдёт о научной романтике, о мистике и фантастике, о реальных событиях до и после 30 июня 1908 года, рождённых неопознанным до конца Тунгусским аномальным явлением и Великим Космосом. Это и рассказ об энтузиастах-поисковиках Тунгусского феномена, проложивших и пролагающих свои тропы к разгадке космических и земных тайн Природы и нашего Бытия.

Именно на примере Тунгусского аномального явления в начале XIX столетия Космос ещё раз продемонстрировал Земной цивилизации свою сокрушительную силу и грозную мощь, непознаваемость предложенных людям Земли Тунгусской и других загадок.

Эти загадки заключаются и в том, что космос направил своих посланцев к Земле в самое безлюдное для человечество место, Находящееся в сердце России: дремучую, неприступную, непроходимую сибирскую тайгу.

Три произошедших в начале века взрыва в районе рек Подкаменной и Нижней Тунгуски с тротиловым эквивалентом в десятки мегатонн, явились грозным предостережением человечеству, предупреждением об опасности встречи Земли с космическими посланцами…».

Свою книгу Михаил Рукин посвятил «светлой памяти Виктора Григорьевича Коненкина, трагически погибшего в Сибири, и Евдокии Степановне Коненкиной, его неизменной спутницы жизни.

В частности, им были подготовлены материалы и карты, собранные Виктором Коненкиным, учителем математики и физики из сибирского посёлка Ванавары, более 17 лет своей жизни посвятившему исследованию Тунгусских событий в районе Подкаменной Тунгуски (которые почему-то хранились не у него, а у дочери В. Г. Коненкина).

Также в своей книге Михаил Рукин целую «Главу 5» посвятил В. Г. Коненкину и его семье, озаглавив её «Легенда о тайне Тунгусского феномена»:

М. Д. Рукин «Тайны Тунгуски и планеты Земля, Загадки Вселенной», Глава 5. «Авторская легенда о тайне Тунгусского метеорита».

Краткое содержание бреда профессора МГУ Михаила Рукина о сыне инопланетян Викторе Коненкине:

На планете Гиза, в одной из удалённых Галактик Вселенной, неожиданно вспыхивает кровавая война, в которую оказалось втянуто всё население планеты.

Победившее в этой нечеловеческой бойне население, решает покинуть разорённую и сожжённую планету и отправляется в «космическую одиссею» на поиск обитаемой планеты в одной из удалённых от единого управляющего Центра Вселенной Галактик, где после уничтожения коренного местного населения, возможно будет создать собственное самоуправляемое государство, не подчинённое Разуму Единого Центра Вселённой.

В составе этой экспедиции оказалась «удивительной, божественной красоты» беременная женщина Елена и её яростный враг, погубивший её мужа и страстно желавший смерти её будущего ребёнка.

В космическом полёте накануне нового 1908 года (по земному летоисчислению) уже при подлёте к Земле (по горькому стечению обстоятельств, этой планетой именно наша Земля) на космическом инопланетном корабле у прекрасной Елены, рождается чудный голубоглазый малыш, названный земным именем Виктор, что в переводе трактуется, как «Победитель».

И тогда вспыхивает яростная борьба между Еленой и её раскрывшимся злейшим врагом, в орбиту которой оказываются втянутыми все члены «космической одиссеи». В результате этой борьбы, Елена и её злейший враг гибнут, когда при подлёте к Земле происходит разгерметизация «космического лайнера», но в образовавшуюся в нём трещину, люлька с малышом «выпадает» на Землю.

Устройство люльки, напоминающее земной парашют, спасло жизнь малышу. Люлька с малышом благополучно приземлилась в сибирской тайге, недалеко от оленеводческого посёлка.

В этот момент корабль, изменив траекторию почти на 90, резко взмыл вверх, поднявшись на высоту свыше 10-ти км. «Через несколько дней», а точнее, 30 июня 1908 года, ранним утром, когда ещё продолжалась яростная схватка инопланетян – жителей «космической Одиссеи», втянутых в орбиту этой массовой бойни, конфликт завершается неожиданной трагической развязкой: раздалось три, один за другим следующих взрыва (помните о лазерных лучах, посланных из единого управляемого Центра Вселенной вдогонку взбунтовавшейся инопланетной цивилизации, вспыхнул и практически на мелкие осколки разорвался межгалактический корабль-разведчик, а ударные волны от этих взрывов развалили глухую тайгу на 10-ки километров, образовав в земле глубокую воронку, которую позднее люди назовут Гнилым болотом.

А что же произошло с выпавшей люлькой, в которой безмятежно спал малыш с голубыми, как чистое небо, глазами?

А в это время пожилая эвенкийка из местного оленеводческого посёлка Ванавара. Собирала в тайге болотные ягоды и лесные грибы…

…Именно она и стала одной из первых невольной свидетельницей спускающегося к Земле, сверкающего в лучах солнца, невиданного никогда ранее, огромного сигарообразного аппарата, который при приближении к Земле неожиданно трансформировался в огромную, как показалось бабушке, овальной формы и очень большого диаметра, летающую тарелку…

…С удивлением и страхом смотрела пожилая эвенкийка, укрывшись за деревьями, за этими необычными событиями. Корабль уже почти приземлился, и в этот момент что-то выпало из него и медленно, словно на парашюте, стало опускаться на траву. В это самый момент аппарат внезапно изменил направление полёта почти под прямым углом, резко взмыл вверх и вскоре пропал из поля зрения плохо видевшей эвенкийки…

…Она вдруг явственно услышала детский смех. Раздвинув густые кусты, на небольшой полянке она увидела необыкновенной красоты люльку, а когда заглянула внутрь – была потрясена, поражена и в тоже время очарована открывшейся перед её взором поистине сказочной картиной: в люльке, подняв улыбающееся личико к небу, лежал чудесный малыш примерно двухнедельного возраста с голубыми, голубыми, даже чуточку ярко синими улыбающимися глазками. Увидев наклонившуюся над ним эвенкийку, малыш вдруг радостно рассмеялся и протянул к ней ручонки, издавая какие-то укающие звуки. Какое сердце, какая мать устоит перед таким порывом…

…Ни на минуту не засомневавшись, не думая, чем это может закончиться, к каким последствиям привести, она приносит найденную люльку с малышом к себе домой и единолично принимает решение – стать ему приёмной матерью. В первый момент даже мысли не возникает в её голове: «А что подумает и скажет по возвращению с охоты её муж…

…И с той поры цепь неожиданных, удивительных и необъяснимых событий стало происходить в этом и близ расположенных стойбищах оленеводов, в том числе, необычайно и удивительно сложилась и дальнейшая жизнь найденного инопланетянина, о чём никто даже не догадывался, маленького Виктора… (хотя вы, наверно, сами догадались, что это был Виктор Коненкин).

Дальше в написанной Михаилом Рукиным легенде, шло приукрашенное и припудренное описание жизни настоящего Виктора Коненкина, о его увлечении разгадкой тайны Тунгусского катастрофы, о его счастливой семейной жизни, и о его окружённой таинственностью и мистикой, смерти.

Но самое интересное, что связано с легендой написанной Михаилом Рукиным, это то, что он разрешил её литературно обработать дочери В. Г. Коненкина Людмиле Викторовне Березовской, которая явно не без удовольствия её почти всю обработала и даже опубликовала в виде двух фантастических рассказов в журнале «Наука и религия» с комментариями автора легенды.

45.

В прошлом (№6) вы прочитали статью В. Г. Коненкина о Тунгусском метеорите. Этот учёный вроде бы разгадал тайну одного из «чудес ХХ века» …но погиб при загадочных обстоятельствах. Статью предоставили журналу Л. В. Березовская и М. Д. Рукин. Сейчас (№7) мы начинаем публикацию научно-фантастической повести Л. В. Березовской – хранительницы наследия своего отца В. Г. Коненкина. На первый взгляд повесть (она пишется при научной консультации М. Д. Рукина) никак не связана с реальной историей поисков Тунгусского метеорита. Однако автор обещает читателю открытия совершенно неожиданные – и именно о знаменитом загадочном метеорите.

P.S. Как Константин Коханов «отказался» от нобелевской премии, уступив дорогу к ней Джону Анфиногенову:

В 1972 году я отнёс на Заимку Кулика часть продуктов и заодно привёл туда трёх томских студентов, двух парней и девушку, в помощь Джону Анфиногенова, которого туда с женой на вертолёте «забросили» ванаварские пожарники. После этого вернулся в Ванавару, где случайно познакомился с московскими геоморфологами из МГУ, у которых несколько дней копировал на кальку цветными фломастерами секретные карты-километровки с местами моей предстоящей рекогносцировочной экспедиции в верховья реки Верхняя Лакура.

Дальше мне предстояло, через верховое болото, отмеченное на карте, как непроходимое, дойти до Хребта Лакура и преодолев его, выйти к реке Хушма и уже по её берегу, вниз по течению, достигнуть ручья Чургим, и по его долине, вернуться на Заимку Кулика. Короче говоря, если продукты на Заимку Кулика я занёс с восточной стороны, то снова вернуться на Заимку Кулика, должен был, можно условно сказать, с западной стороны.

На Заимке Кулика я узнал, что во время моего отсутствия, Джон Анфиногенов, нашёл на вершине горы Стойковича, большой валун, который принял за осколок Тунгусского метеорита и вёл вокруг него раскопки. На Заимке Кулика, кроме смеха у коллег из Томской Самодеятельной Экспедиции (КСЭ), его находка тогда ничего другого не вызывала, но я всё-таки решил подняться на гору Стойковича. Предполагая, что может быть Джон Анфиногенов нашёл, наконец-то, камень Константина Янковского:

«…В один из своих походов по тайге, в верховьях ручья Чургим Янковский, рабочий из экспедиции Леонида Кулика, обнаружил редкий, необычный камень: длиной 2 м, шириной 1 м и высотой 80-90 см. Камень бросался в глаза своей необычайной пористой структурой и был как бы покрыт светло-желтой глазурью. Охотник сфотографировал свою находку, но путь к ней не пометил, потому что ему показалось, что он хорошо запомнил это место. Вскоре после этого открытия Янковского укусила гадюка. Он долго пролежал в забытьи, выздоравливал несколько месяцев, и ему даже пришлось выехать из тайги. А когда он вернулся, то долго бродил, пытаясь отыскать тот странный камень, но безуспешно. Искали его камень, несколько раз, в разные годы, и десятки других исследователей, но найти его так никто и не смог. Многие ученые даже засомневались в том, что камень существовал в реальности, но единственная фотография, сделанная Янковским, и тогда ещё неоднократно приводила к спорам…», какое он имеет отношение к Тунгусскому метеориту (для справки о Константине Янковском: http://baik-info.ru/kopeika/2005/15/010001.html).

Геолог Борис Вронский, написавший книгу «Тропой Кулика» (М., Мысль, 1968), которую я использовал в своих экспедициях 1970-1972 года в качестве «путеводителя» писал в ней, что «в подлинности фотоснимка сомневаться не приходится. Странный вид деревьев – просто результат ретуши, неумело проделанной Валей Петровым на уникальном снимке».

«Мне лично кажется, – далее отмечал он, – что камень этот найден не будет. Янковский уверен, что он видел камень в долине Чургима, широкой заболоченной низине. Болота же в районах с вечной мерзлотой имеют свои характерные особенности. Так, мочажины и повышенные участки на их поверхности постепенно перемещаются. Следы этого перемещения можно видеть во многих местах. Например, если идти от заимки к Сусловской воронке, то бросается в глаза сооруженный еще Куликом бревенчатый мостик-настил, находящийся почему-то на сухом, возвышенном месте.

Оказывается, мочажина, через которую он был когда-то перекинут, сместилась на несколько метров ближе к заимке. На Кобаевом острове исчезли захваченные болотом остатки лабаза Джонкоуля. То же самое могло произойти и с камнем Янковского, который, вероятно, скрыт сейчас под моховым покровом какой-нибудь мочажины…» (Б.Вронский, «Тропа Кулика» (М., Мысль, 1968, стр.163-164)).

Поэтому я достал из рюкзака книгу Бориса Вронского «Тропой Кулика» и вырвал из вкладки в ней с фотографиями, лист с фотографией «Камня Янковского», чтобы показать его Джону Анфиногенову.

После того, как я обошёл вокруг, место с откопанным валуном и присел на корточки перед траншеей, из которой Джон Анфиногенов выбрасывал лопатой грунт, решил всё-таки спросить его, – зачем он продолжает копать дальше, а не делает шурфы вокруг валуна, особенно по предполагаемой траектории полёта Тунгусского метеорита. И не кажется ли ему, что может быть он нашёл камень Константина Янковского и протянул ему листок с фотографией этого камня.

Только после этого Джон прекратил работу, взял у меня листок с фотографией камня Янковского, и стал её сравнивать со своим, почти им полностью откопанным, валуном.

46.

Понимая, что Джон, видимо, решил не отвечать на мой праздный вопрос о том, как следовало бы проводить в окрестностях его валуна раскопки, решил сам, предложить ему свою помощь, и для начала предварительно прокапать вокруг его валуна траншею глубиной в штык лопаты радиусом в пять метров.

Стоит отметить, что откопанный Джоном валун производил впечатление действительно своего внеземного происхождения, даже не формой, а своим отдающим голубизной цветом, который на фоне чёрных, слагающих гору Стойковича каменных глыб, мог показаться отражением небосвода в вырытой вокруг этого камня глубокой траншее.

Я попросил одного из студентов, которого он привёл к Джону в качестве помощников, сделать снимок его с Джоном у этого камня. В фотоаппарате в то время была заряжена цветная плёнка и теперь есть возможность судить о цвете откопанного Джоном Анфиногеновым валуна, сравнивая его с тем чёрным цветом, который приобрёл этот валун в настоящее время…
… Джон задумался над моим предложением и согласился на проведение раскопок вокруг своего валуна, но только радиусом не менее 10-ти метров. Я не стал ему возражать по поводу возросшего объёма работ потому, что Джон сам предложил мне в помощь двух своих студентов…

…Чтобы ускорить продвижение раскопок, я решил прорубить всю размеченную мной окружность вокруг валуна топором, чтобы затем прорубленный с двух сторон грунт затем было легче приподнимать совковой лопатой.

В одном месте, почти в центре размеченного участка окружности, лопата провалилась в песок. Вывернув в этом месте дёрн и переворошив его, я стал устанавливать направление залегания этого песка.

Участок оказался очень узким, и я решил установить его границы. После того как кое-что прояснилось, решил позвать Джона. Но Джон с Сашей в это время были заняты извлечением какого-то очень интересного обломка, так что автору статьи пришлось начать послойно снимать грунт одному.

В это время пришёл Валера и стал помогать ворошить торф. Джон тем временем освободился и с нетерпением ждал результата, а потом, взяв у автора статьи лопату и…, показался сразу же большой со сферической поверхностью обломок, за ним другой. А потом, в торфе, уже вывороченном перед этим нами, Владик нашёл третий обломок.

Видя, с каким нетерпением ребята набросились на мой участок, я остановил Джона, предложив продолжать раскопки утром. Джон согласился, так как хорошо понимал, что в спешке можно наделать немало глупостей.

Настроение у всех поднялось. Было очевидно, что этот осколок явился причиной образования этого «песка». А это уже что-то значило. Всем после этой находки стало понятно, что валун («Камень Джона Анфиногенова») стал приобретать очевидные признаки Тунгусского метеорита.

Во время падения «метеорита», раскалённый осколок мог выжечь грунт, и нахождение этого выжженного осколками валуна участка, на траектории его полёта, было уже крупным (серьёзным) доказательством неземной природы «камня Джона Анфиногенова» …

…25 июля 1972 года, после завтрака, Джон сказал, что нужно выложить берёзовую звёздочку на болоте. Оказывается, она предназначалась для пожарников, которым Джон был многим обязан. В этом году они доставили его с женой на Заимку, так как после перенесённой несколько месяцев назад операции, она ещё чувствовала себя не совсем уверенно.
- Вот, если найду метеорит, первым делом выложу звёздочку на болоте, специально для Вас, – пообещал, он тогда, прощаясь с ними.

Звёздочку выкладывали почти все, кто был на Заимке. Когда она была выложена, было решено сфотографироваться в ней. Вовнутрь звёздочки вошли мы с Джоном, его жена и зачем-то Вика (студентка, которую автор статьи привёл на Заимку Кулика), не имевшая к находке метеорита отношения и находилась на Заимке неизвестно зачем…

47.

…И вот все опять на горе Стойковича. Весь упор сделан на мою на площадку. Джон делал её дальнейший обкоп и обмер, в то время, как я, в нескольких метрах от него, искал новые осколки…

…Через несколько часов работы пришла завхоз экспедиции Мося и сказала, что ко мне, с Кимчу, пришли москвичи, геоморфологи из МГУ, которые спускались на плотах по реке Кимчу. Вскоре они появились сами. В руках одного из московских ребят была кинокамера, и поэтому я спросил Джона, – можно ли ребятам поснимать на кинокамеру места раскопок? Джон не возражал, хотя явно было видно, что он чем-то сразу стал недоволен…

…Правда, я не сразу придал значение, к неожиданной перемене настроения Джона, думая, что тот просто переутомился и решил немного отдохнуть. Поэтому, расспрашивая геологов о планах на будущее, я пригласил ребят остаться на Заимке Кулика хотя бы до конца дня и вместе поужинать. Но геологов очень заинтересовала на горе Стойковича галька, и они попросили у Джона разрешение на копку шурфа.

Джон не возражал и даже предложил копать его у самого камня. Коля с Таней сразу же приступили к делу, а Володя попросил меня показать ему свой шурф, который я выкопал в 40 метрах от камня Джона, где и продолжил копать его дальше.

Когда время подошло к ужину, Джон сказал, что все могут идти на Заимку, а он ещё немного поработает. Я посмотрел на Джона не без удивления и тоже выразил готовность остаться.

– Ладно, пойдём все вместе, – сказал Джон и стал звать геологов.

Геологи были заняты работой, как они выразились, «которой осталось на двадцать минут». Все студенты и Мося начали спускаться вниз, а Джон сел на бревно и стал смотреть в сторону геологов.
Мне стало как-то не по себе, и я уселся рядом. Помолчали несколько минут, а затем Джон, встал и предложил идти дальше.

Но теперь, уже при спуске с горы Стойковича, Джон стал допытываться у меня, зачем мне всё это нужно – поиск метеорита и все эти приключения в тайге. И неожиданно озадачил меня вопросом, на который сам же постарался дать ответ:

- Что ты знаешь, Костя о Коненкине, учителе из Преображенки, который хотел найти метеорит с единственной целью, чтобы получить Нобелевскую премию?

Я был ошарашен этим неожиданным вопросом, но ответил, – «что, во всяком случае, это мне нужно, не из-за Нобелевской премии».

Настроение у меня, окончательно испортилось, и подошедшие вскоре ко мне геологи, сразу это почувствовали. Разумеется, стали интересоваться, в чём дело.

Лгать мне не хотелось. Объяснил положение вещей. Ужин прошёл вяло. У Джона почему-то тоже пропал аппетит, и он опять зачем-то решил пойти к своему камню.

Когда Джон ушёл, геологи стали приглашать меня к себе на Кимчу:

– Да пошли ты его куда подальше, поплывёшь с нами, – шутили они, – а метеорит мы тебе будем запускать каждый вечер из ракетницы.

Я колебался с принятием решения, уйти или остаться, но когда пошёл провожать геологов, принял решение покинуть Заимку. На болоте я с ними расстался, но уже ненадолго. Поднявшись затем на гору Стойковича, пришлось там сказать Джону, – что ему будет лучше работаться, если я перестану маячить перед его глазами.

Джона, крайне удивило моё решение уйти, но отговаривать он меня не стал и к счастью даже не стал задавать больше никаких вопросов. Просто оба, молча, спустились с горы вниз к Заимке Кулика. Джон слазил в лабаз и достал оттуда принесённые мной из Ванавары продукты.

На прощанье автор статьи подарил ему книгу Б. И. Вронского «Тропой Кулика», а Джон в свою очередь подарил ему, один из осколков своей каменной глыбы.

С хорошим настроением, что в пору было только плакать, я быстро собрал рюкзак и пошёл тропой, ведущей в сторону озера Чеко. По дороге к озеру я быстро догнал Серёжу с Таней, которые шли к реке Кимчу, успев к тому времени, попутно, обследовать Южное болото.

Когда я шёл с геологами к месту их лагеря на реке Кимчу, мужские и женские голоса, вперемежку с ружейными выстрелами и глухими ударами топоров, наполняли своим шумом тайгу так, что у меня терялось ощущение того, что я на нахожусь в дремучем и заповедном месте. Как-то это всё смахивало на Подмосковье и кульминацией, этого праздника жизни, была взвившаяся над тайгой зелёная ракета…

Подробнее о всех таёжных приключениях Константина Коханова в 1972 года в статье:
«27 января 2019 года исполняется 100 лет со дня рождения Виктора Григорьевича Коненкина»
(http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=4581).

Правда всё-таки скажу тем, кто не любит, что-то уточнять или узнавать больше о чём-то по предложенным в книгах и статьях ссылкам, даже то что касалось возможности получить Нобелевскую премию за найденный Тунгусский метеорит, приведу выдержку из записей в дневнике своей рекогносцировочной экспедиции 1972 года:

27 июля 1972 года (это было в то время, когда я уже плыл на плотах с московскими геоморфологами по реке Кимчу от озера Чеко до устья, её левого притока, реки Кимчукан):

«Место для стоянки представляло собой сильно вытянутый мыс, который с одной стороны окаймляла старица, а с другой собственно сама река. Здесь мы простояли целый день.

Ребята уплыли (брать и промывать в старательских лотках пробы) к устьям ближайших ручьёв, а я, (когда) приготовил обед и дождался одну из групп, сделал вылазку в один из подозрительных ближайших районов, где даже провёл кое-какие раскопки «лисьей норы». Но об этом я узнал только благодаря Серёже, которого я попросил мне помочь, и который обнаружил рядом с ней ещё несколько подобных «метеоритных воронок».

Самое главное же в этот день было то, что перед тем, как отправится за пробами, Коля (начальник группы геоморфологов из МГУ), попросил меня, вырыть в тени «холодильничек» (ямку до мерзлоты) и положить туда, успевшее подтаять, сливочное масло.

Как только ребята уплыли, я взял лопату и отправился к одной из больших берёз и начал копать яму. Но, только откинув дёрн, сразу же наткнулся на тот же самый белый «песок», который я обнаружил на горе Стойковича и который воспринял, как продукт воздействия на грунт, упавшего там, раскалённого космического тела.

Как истинный исследователь, которого уже начинал разбирать смех, я подошёл к другой березе, стоявшей в нескольких метрах от первой и начал копать там. Вскоре я наткнулся на такой же «песок».

У третьей берёзы было то же самое. Никогда я ещё так не смеялся над собой, и когда ребята вернулись, то своё хорошее настроение, объяснил тем, что принял за метеоритную воронку «лисью нору» и только благодаря Серёже, не продолжаю её раскапывать до сих пор.

То, что Джону Анфиногенову теперь придётся очень долго доказывать, что его «камень» является Тунгусским метеоритом», я уже не сомневался, но своей «радостью» с московскими геоморфологами решил всё-таки не делиться, и сохранить это «открытие» в тайне…»

Кстати:

Было бы неправильно, после того, как я охарактеризовал Джона Анфиногенова, совсем не как учёного, а с одной стороны, как «социолога», а с другой стороны просто, как человека, с которым я больше не испытывал желания встречаться, не дать ему самому высказаться о себе, как учёному и рассказать какой вклад он внёс в советскую и российскую науку. В статье в газете «Комсомольская Правда», посвящённой 110-летию падению «Тунгусского метеорита», ему была предоставлена возможность рассказать всё о себе самому, за язык его никто не тянул, и вклад его в науку, никто не оспаривал:

Евгений САЗОНОВ, Надежда ИЛЬЧЕНКО» «Заставил вздрогнуть всю Землю и исчез: исполняется 110 лет со дня падения Тунгусского метеорита»
Источник: https://kp.ru, 5 июля 2018, 15:38

«Комсомолка» пытается раскрыть тайны самого загадочного космического происшествия в истории человечества

Читайте на WWW.KRSK.KP.RU: https://www.krsk.kp.ru/daily/26846/3888528/
Перепечатка текста этой статьи: https://salik.biz/articles/45893-zastavil-vzdrognut-vsyu-zemlyu-i-ischez-ispolnjaetsja-110-let-so-dnja-padenija-tungusskogo-met.html

(из статьи взята только информация о Джоне Анфиногенове и 2 комментария Константина Коханова)

«Камень Джона»

Спустя 42 года после экспедиции Кулика, 19 июля 1972 года, томский исследователь Джон Анфиногенов вместе с группой соратников обнаружил в районе падения метеорита странный камень. Поросшая мхом и лишайником глыба вошла в историю изучения «Тунгусского метеорита», как камень-олень, или камень Джона.
- Камень я обнаружил в очередном маршруте, – рассказывает томский исследователь, в то время заместитель заведующего социологической лабораторией ТГУ Джон Анфиногенов. – В те дни в районе катастрофы работали опытные красноярские геологи. В один из дней мы вместе с начальником геологической партии Николаем Сапроновым делали радиальный выход по плоской вершине горы Стойкович, у подножья которой находится заимка Кулика. Сапронов вместе с товарищами вернулся на базу на реке Хушма, а я решил еще раз пробежаться по горе. И на обратном пути обнаружил камень-олень.

48.
Камень-олень или камень Джона весит порядка 10 тонн. Фото: личный архив Джона Анфиногенова.

Гигант в 10 тонн весом, покрытый мхом и лишайником, пропоров в земле огромную борозду, которая к тому моменту уже основательно заросла, лежал на самой поверхности. Какая-то неведомая сила разломила его, потому что неподалеку, метрах в 15, исследователи обнаружили «нос» камня, весом еще в полторы тонны.
- Он выскочил очень полого из-под земли, вероятнее всего, в момент падения космического тела. При этом направление борозды совпало с направлением движения космического объекта, – загадка камня до сих пор не дает покоя Джону Федоровичу, и он уверен, несмотря на утверждения о земном происхождении камня, это гость из космоса.
- Необычный по составу, он является для тех мест экзотической породой. На 98 процентов он состоит из окиси кремния. Думаю, с высокой вероятностью можно утверждать, что он все-таки прилетел с неба.

49.
Место, где обнаружился гигантский камень, ученые пометили звездой. Фото: личный архив Джона Анфиногенова.

На такую мысль Джона Анфиногенова наталкивает то, что порода камня относится к той, что есть в составе планет земной группы, скажем, на Марсе.
- Самый крупный вулкан в Солнечной системе, известный человечеству, – Олимп расположен как раз на Марсе, – поясняет свою гипотезу исследователь. – Его подошва – 500 километров, высота – 27 километров. Вулканические трубки у него, как гигантские орудия. И если по коре Марса, скажем, ударил астероид, могла сработать его внутренняя энергия, и случился мощнейший выброс. То есть, возможно, наш космический пришелец – гость с Марса, хотя известно, что марсианский метеорит – довольно редкий тип.
Вообще, Джон Анфиногенов – человек уникальный и в хорошем смысле слова одержимый метеоритом. Может быть, поэтому ему вместе с другими участниками группы свободного поиска удалось значительно продвинуть науку в решении загадки метеорита.
- Я проблемой занялся в конце 1963 года, спустя пару лет впервые поехал в экспедицию. Таких экспедиций у меня было больше 20, – вспоминает исследователь.
А началось увлечение Джона Анфиногенова со случайности: к нему в руки попали результаты аэрофотосъемки (которую сделал в 1938 году Кулик). Поскольку в армии Джон Федорович занимался дешифровкой таких снимков, очень заинтересовался. И, как говорится, – понеслось!
- Когда я начал заниматься дешифровкой аэрофотосъемки 1949 года, установил площадь и конфигурацию сплошного вывала леса. Этот показатель важен для расчета силы ударной волны, — рассказывает Джон Анфиногенов. – Вообще, считаю, что на начальном этапе исследований мало внимания уделялось показаниям коренных жителей
по разрушениям на местности, а говорили они очень интересные вещи. Например, что вода из-под земли била фонтаном несколько суток, образовав кипящее озеро. И несколько таких озер мне удалось обнаружить.
Когда Анфиногенов построил картину вывала леса, оказалось, что по форме она сильно отличается от того, на что опирались ученые ранее (наземная съемка). Они думали, что был центр взрыва, от которого образовался радиальный повал.
- Я пришел к выводу, что повреждения нанесены ударной волной, похожей на веретено. Это еще в 70-х подтвердили результаты лабораторного моделирования, — говорит Джон Анфиногенов.
В районе Тунгусской катастрофы было взято большое количество проб торфа.
- В слое, включающем 1908 год (а торф откладывается ежегодно), были найдены в том числе силикатные шарики, содержащие, как и камень Джона, кремний, – рассказывает Джон Анфиногенов. – Пока научного ответа о происхождении шариков не найдено, но я убежден, что они связаны с Тунгусским феноменом.

Читайте оригинал статьи полностью на WWW.KRSK.KP.RU: https://www.krsk.kp.ru/daily/26846/3888528/

В конце статьи редакция газеты «Комсомольская Правда» обратилась к читателям с просьбой:

Дорогие читатели! Вполне возможно, у вас тоже есть уникальные данные, сведения, документы, свидетельства, касающиеся Тунгусского феномена. Мы, журналисты, просим вас с нами этим поделиться. Звоните в редакцию «Комсомольской правды» по номеру (391) 206-96-52 или пишите нам в социальных сетях.

Константин Коханов решил указать на некоторые неточности в самой статье и поделился своими мыслями о «тунгусском феномене». Не смотря, что на одной из опубликованных в статье фотографий он стоит в звезде из берёз на болоте с Джоном Анфиногеновым, его комментарий был проигнорирован, так как не соответствовал убеждению работников редакции газеты, где нужно искать Тунгусский метеорит.

Константин Коханов случайно обнаружил перепечатку текста этой статьи с сайта WWW.KRSK.KP.RU: https://www.krsk.kp.ru/daily/26846/3888528/ на сайте https://salik.biz/articles/45893-zastavil-vzdrognut-vsyu-zemlyu-i-ischez-ispolnjaetsja-110-let-so-dnja-padenija-tungusskogo-met.html и вторично опубликовал свои комментарии:

Konst.Koxanov
30.06.2018 15:39
# ↓
Константин Коханов:
Уже много «учёных» раскрыло тайну Тунгусского метеорита, как Семёнов и не меньше тех, кто знает, как Коваль, где Тунгусский метеорит искать. Но, если отказаться от «священной коровы», привязки куликовского радиального вывала к падению или взрыву Тунгусского метеорита, и рассчитать траекторию его полёта исключительно по заслуживающим доверия показаниям очевидцев, то и вероятность нахождения его крупных осколков, не только возрастёт, но и станет реальным делом.
Знакомясь с рассказами «ванаварских» очевидцев, просто удивляешься, как их наблюдения можно было связать с полётом «Тунгусского метеорита». Всё в их рассказах больше напоминало впечатления от пережитой ими «страшной бури» и прохождения над ними или рядом с ними одного или нескольких смерчей.
Иван Аксёнов, первоначально в своих показаниях Виктору Коненкину говорил, что вдруг, над его головой, небо стало красным, потом какая-то сила отбросила от него лося, и стало темно. Когда он очнулся, валились или уже были повалены деревья, собаки не было. И вот тогда Аксёнов увидел летящего к нему или на него «дьявола», «длинного, как таймень, серого с круглыми, как окошки, глазами».
Аксёнов от страха упал на землю, лицом вниз, стал молиться, и только это считает он, тогда его и спасло. «Дьявол» покружился над ним и улетел. Если бы все эти показания «ванаварских» очевидцев, прочитал бы в какой-нибудь летописи любой метеоролог, он, не раздумывая, мог бы сразу сказать, что это был обыкновенный смерч и вызванная им сильная буря.
Подробнее в моей статье: parfirich.kohanov.com/blog/
Ответить
Konst.Koxanov
07.07.2018 23:03
# ↓
Константин Коханов:
Несколько слов к части приведённой здесь статьи с сайта газеты «Комсомольская Правда», озаглавленной: «Камень Джона» и об одной там фотографии с пояснительной записью: «Место, где обнаружился гигантский камень, ученые пометили звездой».
Интересны такие учёные, как Джон Анфиногенов, лишь тем, что только своё мнение считают единственно правильным. А кто я такой, чтобы так говорить, вы можете увидеть на этой фотографии, стоящим рядом с Джоном Анфиногеновым внутри звезды сложенный из берёзовых стволов. Это был знак Джона для пожарников, делавших там облёты местности на вертолёте, о том, что он нашёл Тунгусский метеорит. А человек стоящий с ним рядом тогда сделал убедительную находку, осколка раскопанного им валуна на траектории полета Тунгусского метеорита, причем даже со следами его термического воздействия на лежащий под ним грунт. Но эта старая история и подробно о ней можно прочитать на нескольких сайтах в Интернете. Особо отмечу, только то, что рассказывал корреспондентам газеты Джон Анфиногенов о «Куликовском радиальном вывале тайги»:
«Когда Анфиногенов построил картину вывала леса, оказалось, что по форме она сильно отличается от того, на что опирались ученые ранее (наземная съемка). Они думали, что был центр взрыва, от которого образовался радиальный повал.
- Я пришел к выводу, что повреждения нанесены ударной волной, похожей на веретено. Это еще в 70-х подтвердили результаты лабораторного моделирования, — говорит Джон Анфиногенов».
А человек стоящий рядом с Джоном на фотографии (Константин Коханов), уже доказывает несколько лет, что «Куликовский радиальный вывал» не имеет никого отношения к Тунгусскому метеориту, а лесоповал образован там смерчами, сравнимыми с разрушительными торнадо в США. Но корреспонденты Комсомольской Правды, наверно ничего не слышали о смерчах, но зато хорошо представляют, как крутится «веретено».
Ответить
Источник: https://salik.biz/articles/45893-zastavil-vzdrognut-vsyu-zemlyu-i-ischez-ispolnjaetsja-110-let-so-dnja-padenija-tungusskogo-met.html

Март, 2022

После прилёта в Муторай 16 мая 2017 года, Константину Коханову, пришлось, ввиду отсутствия других вариантов, воспользоваться предложением бывшего мэра поселения Александра Владимировича Зарубина, остановиться для проживания в его доме. Привезённые Константином Кохановым вещи от вертолётной площадки подвезли к дому Зарубина на грузовой машине, вместе с вещами других прилетевших в Муторай пассажиров вертолёта. После того как сумки Константина Коханова были перевезены в дом Зарубина, он сразу же начал их переупаковывать уже окончательно решая, что из них брать с собой в тайгу, а что оставить до следующего года в Муторае или отвезти обратно в Ванавару. Во время этого затянувшегося процесса сортировки вещей и снаряжения, пришёл Степан Копылов, у которого Константин Коханов оставил свою лодку «Романитку-2» и в доме матери жены которого, он думал, как и в прошлом году остановиться для проживания, но этот дом теперь оказался занят сыном Степана, прилетевшим с ванаварским другом на рыбалку. Сын привёз Степану Копылову щенка, который как только спрыгнул с вертолёта, сразу же побежал в посёлок, и теперь Степану пришлось его искать, обходя дом за домом, так что его появление в доме Александра Зарубина, не имело никакого отношения к приезду Константина Коханова. Перед приходом Степана Копылова Константин Коханов уже оговорил с Александром Зарубиным маршрут путешествия по реке Муторайке, причём Александр, предложил продолжить путешествие после возвращения с Муторайки, но уже по реке Кимчу, до озера Чеко.
Константин Коханов путешествия по реке Кимчу не планировал, но так как после путешествия по Муторайке всё равно нужно было возвращаться в Муторай за горячим для подвесного мотора, то уже тогда можно было бы принять окончательное решение, плыть или не плыть ему до озера Чеко. Александр Зарубин был настроен оптимистически и заверил Константина Коханова, что для реализации путешествий по этим двум рекам, главное сразу оговорить «цену вопроса». Зачем ему в такой замысловато-философской форме было оценивать оплату за свои услуги, понять было трудно, и поэтому Константин Коханов спросил его прямо, сколько он ему должен заплатить. После непродолжительного, по местным меркам, раздумья, произведя в голове сложные математические вычисления, Александр Зарубин оценил своё участие в путешествии Константина Коханова, в качестве проводника и «капитана» личной моторной лодки, в 50000 рублей. Константин Коханов согласился, не торгуясь, но при одном условии, что рассчитается с ним на 50% только после окончания первой части путешествия по реке Муторайке. Что касается оплаты горючего, то на первую часть путешествия Константин Коханов сразу дал Александру Зарубину 10000 рублей. В то же время оплату горючего на вторую часть путешествия по реке Кимчу, Александр Зарубин обещал произвести сам, возмещая тем самым прошлогодний долг в 5000 рублей, то есть те деньги, которые он тогда взял у Константина Коханова для тех же целей. Поэтому боясь повторения прошлогоднего запоя, когда Александр Зарубин, оплатил его частью данного ему авансом «гонорара» за несостоявшееся путешествие, затянув время его начала до критического обмеления, для плавания на моторной лодке, реки Муторайки, Константин Коханов принял некоторые меры предосторожности, связанные с оплатой ещё не оказанных ему услуг.
А чтобы к нему со стороны Александра Зарубина не было никаких претензий, Константин Коханов сразу же его предупредил, что если он и теперь вздумает напиться с радости или обмыть с кем-то в Муторае предстоящее путешествие по Муторайке, то эта поездка с ним, будет отменена.
– Да, что Вы, Константин Парфирьевич, я завязал, теперь не пью, и что было в прошлом году, больше не повторится! – обнадёжил его Александр Зарубин. Степан Копылов, судя по улыбке на его лице, явно не разделял оптимизма Александра Зарубина, но предложил перевезти оставленные у него в прошлом году вещи, в дом Александра. Перед тем как пойти со Степаном Копыловым к нему домой, Константин Коханов поинтересовался у Александра Зарубина, есть ли у него кроме пластмассовых бочек канистры для горючего, так как канистры будет легче перетаскивать через пороги, если понадобится, чтобы преодолеть их, разгружать лодку. На предложение Константина Коханова, взять его четыре канистры, Александр Зарубин не отреагировал, но зато сказал, что неплохо бы взять его 3,5-сильный подвесной мотор, на всякий случай в качестве запасного. Константин Коханов не возражал взять на Муторайку свой подвесной мотор, но и канистры, также решил захватить с собой на всякий случай. Чувствовалось, что Александру Зарубину не хотелось идти домой к Степану Копылову, но Константин Коханов настоял забрать свои вещи, мотор и канистры именно сейчас, а не откладывать это нужное дело на завтра. К тому же на следующий день Степан Копылов с сыном и его товарищем, собирался отплыть на рыбалку на своё зимовьё в 60 км от Муторая, вниз по реке Чуне.
Так что Александру Зарубину всё-таки пришлось идти с Константином Кохановым вместе со Степаном Копыловым к нему домой. Не заходя в дом Степана, они сразу же пошли к сараю в конце двора, к стене которого была привязана «Романтика-2» и Константин Коханов сам вынес из него подвесной мотор и канистры. Пока Константин Коханов и Степан Копылов искали в сарае редукторное масло, Александр Зарубин, ничего им не сказав, отнёс подвесной мотор к себе домой. Редукторное масло так и не нашли, было только то, которое Константин Коханов отправил в Муторай в прошлом году, для приготовления топливной смеси. Оставленные Константином Кохановым у Степана Копылова китайские сумки с вещами, тушёнкой и газовыми баллончиками, были погружены в «коляску» мотоцикла «Урал» и Степан Копылов отвёз их к дому Александра Зарубина. Константин Коханов нет, чтобы пройти пешком двести метров до дома Александра Зарубина, сам того не желая, решил испытать острые ощущения от н поездки на мотоцикле. Он наверно сам не понял, почему не отказался от предложения Степана Копылова, сесть сзади его на мотоцикл, и ехать, вцепившись двумя руками в сиденье, рискуя свалиться с мотоцикла, когда он подпрыгивал на кочках или натыкался на рытвины то ли «улицы», то ли муторайского «шоссе».
Выгруженные из «коляски» мотоцикла вещи, Константин Коханов, как только перенёс их в дом Александра Зарубина сразу начал сортировать, укладывая в китайские сумки теперь уже окончательно, деля их теперь, почти на три равные части. В сумки для первой части вещей, укладывалось то, что необходимо было взять для путешествия по Муторайке. В сумки для второй части вещей, укладывались вещи и часть продуктов, которые затем моги пригодиться во время путешествия по реке Кимчу. И, наконец, в сумки для третьей части вещей, вместе с ними, укладывалось всё то, во что нужно будет переодеться в конце путешествий по двум рекам и та часть снаряжения экспедиции, которую нужно будет взять с собой при возращении назад Ванавару и затем из Ванавары в Москву.
В наличии было 12 китайских сумок, шесть больших и средних, и шесть маленьких, которые можно было по две укладывать в большие сумки. Кроме этого были ещё две большие спортивные сумки, одна из которых герметичная предназначенная для сплава по горным рекам. Были кроме этого, ещё два небольших рюкзака и репортёрская сумка. К счастью в доме Александра Зарубина было минимальное количество мебели, скорее не мебели, а того, что принято только считать мебелью, но ей не пользоваться и пространства для сортировки вещей было достаточно. Самого Александра Зарубина дома не было, подвесной мотор лежал на деревянном настиле перед самой входной дверью, явно для того чтобы не забыть залить в него редукторное масло. Хотя привезённые в Муторай вещи были частично отсортированы и упакованы в полиэтиленовые пакеты и сумки ещё в Ванаваре, пришлось вскрывать упаковку и внимательно просматривать, что лежало в этих пакетах и сумках, и дополнять их теми вещами, которые оставались в Муторае. Таким образом, каждый комплект одежды, упакованный для герметичности в несколько вложенных один в другой полиэтиленовых пакетов или сумок, включал в себя одинаковый набор верхней туристической одежды и нижнего белья. А именно, в каждом наборе одежды был шерстяной или хлопчатобумажный костюм, свитер, рубашка, майка, трусы, носки (х/б и шерстяные), стельки для резиновых сапог и головные уборы (летний – кепка и зимний – шапка).
Когда вещи были почти все отсортированы, появился Александр Зарубин, и сказал, что купил бензин, и осталось только развести его маслом и отвезти к реке. Единственно, что насторожило Константина Коханова, это его радость, что удалось купить бензин подешевле и сэкономить на этом «косарь». Радовало только то, что Александр Зарубин был трезв и строил планы, с кем из своих знакомых договориться, чтобы тот, кто из них поедет рыбачить на Муторайку, взял с собой часть предназначенного для их путешествия горючего и выгрузил его в 50-70 км от устья этой реки. Закончив сортировку вещей, Константин Коханов собрал на пружинном основании зарубинской металлической кровати коврик из пазлов «детского тёплого пола». Затем положив на коврик спальный мешок, и под его изголовье зимнюю куртку, он влез в него и сразу заснул, не обращая внимания на работающий за перегородкой комнаты телевизор. По телевизору в то время шла трансляция хоккейного матча сборных по хоккею России и Соединенных Штатов Америки. Александр Зарубин, как истинный болельщик досмотрел хоккейный матч до конца, а затем просто заснул и в каком часу он выключил и или отключился сам телевизор, Константин Коханов утром не стал уточнять, как и результат проигранного сборной России хоккейного матча.
Утром 17 мая 2017 года Константин Коханов три китайские сумки с вещами, предназначенными для путешествия по реке Кимчу, поставил около пружинной кровати, а те которые, решил обратно отвезти в Ванавару, поставил друг на друга у окна. А предназначенные для путешествия по реке Муторайке все сумки с вещами, продуктами и снаряжением экспедиции он вынес в сенцы. Александр Зарубин, когда проснулся, сказал, что сейчас отвезёт горючее к реке, подготовит лодку и подвесной мотор. Не забудь залить масло в редуктор моего подвесного мотора, – напомнил ему Константин Коханов и в очередной раз предупредил, – и не вздумай напиться, чтобы, (он потряс перед ним конвертом с деньгами), чтобы 50 000 тысяч рублей, не остались в твоей памяти, только звуком от шелеста денежных купюр. Деньги я оставляю Виктории Ивановне и скажу ей, чтобы она их подержала у себя до конца нашего путешествия. Александр Зарубин кивнул головой, но попросил не говорить Виктории Ивановне, сколько Константин Коханов ему заплатит за обещанные им услуги.
После этого короткого разговора с Александром Зарубиным, похожего на инструктаж по технике безопасности, Константин Коханов, положив в репортёрскую сумку документы, деньги и полный комплект одежды с туристическими ботинками, предназначенный для возвращения в Москву, пошёл к Виктории Ивановне Горбоуль. От неё он узнал, что её муж Степан с сыном и его другом уже отправились на рыбалку до 30 мая 2017 года. Потом, проявив чисто женское любопытство, она поинтересовалась, – А как там Александр Зарубин, не напился ещё? Нет, – ответил Константин Коханов, – вроде держится, хотя про себя подумал, что чем Чёрт не шутит, неизвестно в каком состоянии он вернётся с речки. После чаепития, Константин Коханов, поинтересовался, где можно купить в Муторае подсолнечное масло. Виктория Ивановна задумалась и сказала, что покупать масло не обязательно, так как одну бутылку она ему может и сама дать. Оставив репортёрскую сумку у Виктории Ивановне, Константин Коханов вернулся в дом Александра Зарубина. Хозяин явно с речки домой не возвращался, судя потому, что у лодочного мотора, лежащего у входной двери, отвёртка с наконечником на ручке под гаечный ключ и сам ключ лежали там же, где их утром положил Константин Коханов.
Минут через сорок появился Александр Зарубин, явно в приподнятом настроении, но только не для работы, потому что, пройдя мимо Константина Коханова, вошёл в дом, с явным намерением лечь спать. Нечто подобное Константин Коханов уже видел в прошлом году, но на этот раз решил изменить сценарий этой, уже ставшей надоедать ему, пьесы. Стараясь не повышать голоса, он опять ему напомнил то, о чём они говорили ещё утром: «Мы, кажется, с тобой договорились, что ты не прикоснёшься к спиртному до конца нашего путешествия, и что же я вижу, опять всё то же, как и в прошлом году, одно желание тянуть время и пить, пока есть что и с кем. Александр Зарубин стал доказывать, что он в полном порядке только ему понятным языком: «А что такого, – можем плыть хоть сейчас». И что, уже лодка готова и в редуктор моего подвесного мотора залито масло? – стараясь опустить его облаков на землю, решил уточнить Константин Коханов, прекрасно понимая, что наступил, как в прошлом году на одни и те же грабли. А, зачем заливать масло в редуктор? – уже явно прикидываясь полным идиотом, снисходительно глядя на Константина Коханова, и делая вид, что не понимает, что от не него он хочет, переспросил его Александр Зарубин. Потому что масло слили в прошлом году и сейчас редуктор пустой, – уже начиная терять терпение, и ещё не повышая голоса, постарался объяснить ему Константин Коханов, зачем нужно залить масло в редуктор подвесного мотора. Ну, и что? – лишь смог ответить Александр Зарубин, стараясь добиться умного выражения лица, и тем самым показать, что он всё равно не понимает, зачем нужно масло в редукторе. Константин Коханов почувствовал, что уже начинает терять терпение, но, сдерживая себя, всё-таки решил окончательно поставить точку в своём ответе Александру Зарубину, «зачем нужно заливать масло в редуктор: «Чтобы не запороть мотор или ты этого не понимаешь?».
«А…, сейчас залью», – пробормотал Александр Зарубин, словно, до него, наконец, дошло, что от него хочет Константин Коханов. И показывая пальцем в сторону сарая, добавил: «Вон там, около сарая, стоит бутылка с редукторным маслом, принеси её. Константин Коханов подошёл к сараю с открытой дверью, внутри которого стоял полуразобранный «снегоход», производства непонятно какой фирмы. На земле рядом с сараем валялось несколько пластиковых бутылок, правда только одна из них была с какой-то жидкостью. Эта? – спросил Константин Коханов. Да! – ответил Александр Зарубин, полусонное лицо которого при этом выражало, явное нежелание, что-либо делать. Константин Коханов передал масло Александру Зарубину, который прилёг рядом с подвесным мотором, как в постели рядом с заснувшей бабой, не дождавшейся от него интимной близости, и поинтересовался, есть ли у него какая-нибудь воронка, шприц или хотя бы тонкая трубка, через которую можно было бы залить масло в редуктор. А зачем? – ответил Александр Зарубин, – я и так налью. Константин Коханов не стал спорить, но, чтобы ускорить процесс, сам выкрутил винты из отверстий заливания и слива масла в редуктор и из редуктора подвесного мотора.
Александр Зарубин начал прямо из бутылки заливать масло в редуктор. Масло было вязким и больше его стекало на корпус подвесного мотора, чем попадало в заливное отверстие редуктора. Александр Зарубин пальцем направлял стекавшее масло обратно в заливное отверстие редуктора, но это было явно бестолковое занятие, к тому же настолько, что даже до него дошло, что это «мартышкин труд». Когда не менее трети бутылки масла, стекло с корпуса подвесного мотора на землю, Константин Коханов выразил свою озабоченность его бессмысленным расходом, в результате которого его может не хватить для заполнения редуктора подвесного мотора. Александр Зарубин, словно не расслышал, что ему сказал Константин Коханов, и ему пришлось снова повторить, что при таком способе заполнении редуктора маслом, его просто может не хватить. Конечно, Константин Коханов всё мог ожидать от Александра Зарубина, но только не ответа, что масла в редукторе уже достаточно. Тут уже терпение у Константина лопнуло окончательно и он подняв с земли отвёртку и показывая пальцем на сливное отверстие редуктора, сказал Александру Зарубину, что он не видел, чтобы масло из него вытекало. Ну и что, – невозмутимо ответил Александр Зарубин и, покрутив рукой гребной винт, и закончил фразу, почти как Галилей или Джордано Бруно, хотя этого не говорили не тот и не другой – «Видишь, она вертится!». Винт и без масла в редукторе вертелся, – не скрывая своего раздражения, – ответил ему Константин Коханов, наживил винты в отверстиях редуктора и закрутил их отвёрткой, а потом, уже не срывая злость на Александре Зарубине, сам охарактеризовал себя далеко не с лучшей стороны: «Какой же я в сущности мудак – два раза наступил на одни и те же грабли». И только после этой самооценки, он, уже не повышая голоса, спокойно сказал Александру Зарубину то, что он, конечно, не мог ожидать:
«Ну, всё Саша, я тебя предупреждал и ты сделал всё возможное, чтобы наша с тобой путешествие по Муторайке не состоялось и теперь оно отменяется и не состоится уже никогда». И тут только началось настоящее представление, а не конец, как думал Константин Коханов, любительской муторайской пьесы. И хорошо, что эта «драма разыгралась в посёлке Муторай, а не на реке Муторайке, где Александр Зарубин мог встретиться со своими однопосельчанами, и потребовать от них продолжение банкета. Могло показаться, что Александр Зарубин сразу протрезвел и всё решил переложить со своей больной головы на не совсем здоровую Константину Коханова, проясняя сложившуюся ситуацию: «Ну, что пожалел 50 тысяч рублей и договорился с кем-то ещё? Да, – ответил Константин Коханов, даже нашёл человека готового отвезти меня бесплатно. Наверно это Степан? – зло, усмехнувшись, сказал Зарубин. Какой Степан, – возразил ему Коханов, – он с сыном уже уехал на рыбалку. Тогда я точно знаю с кем? – не унимался Зарубин установить имя своего «конкурента», но не успел сделать очередное предположение до того, как Коханов, опередил его, избавляя от этого и последующих предположений: «Ни хрена ты не знаешь, потому что тот человек с которым поплывёт Константин Коханов – он сам. И поплывёт он не по Муторайке, а вниз по Чуне до Байкита. Честно говоря, Константин Коханов, говоря это, не совсем был уверен, что это будет действительно так, хотя и допускал, что это действительно так будет. После этого, по сути разрыва всяких дальнейших отношений, Константин Коханов стал выносить вещи из дома Александра Зарубина, и перетаскивать их к террасе дома №13 на Таёжной улице. Благо, что дом матери Виктории Ивановны Горбоуль находился рядом, менее чем в пятидесяти метрах от дома Зарубина, если идти к нему напрямую, не выходя на улицу, мимо рядом стоящего дома по неогороженным между этими домами участкам ещё «неокультуренной» тайги.
Но когда Коханов перетащил пару сумок с подвесным мотором и вернулся к дому Зарубина, то обнаружил, что дверь в дом закрыта изнутри. «Ты, что Александр, совсем потерял человеческий облик и начинаешь мелко мстить?» – начал, повышая голос, чтобы он услышал, говорить ему сквозь щель в двери Константин Коханов, при этом увеличивая силу удара по ней ногой так, что за дверью подпрыгивал стул, который Зарубин использовал в качестве дверного засова. Наконец, Зарубин соизволил ответить, что дверь сейчас откроет, но перед этим сфотографирует вещи, которые Коханов оставил в его доме и как он в его доме насорил. Особенно Коханову понравилось в ответе Зарубина то, что он, оказывается, намусорил в его доме, хотя перед тем как переупаковывать вещи в сумках, он сам подмёл в доме пол, и, судя по количеству выметенной грязи, метла его перед этим, не касалась больше месяца. Правда, дверь Зарубин всё-таки открыл, после этого обмена «любезностями, сразу. На этот раз Константин Коханов сначала все вещи вынес из дома Зарубина наружу и только после этого стал перетаскивать вещи к террасе дома Виктории Горбоуль. А тем временем, Александр Зарубин, захватив с собой фотоаппарат Коханова, пошёл фотографировать окрестности противопожарной полосы и всякий вдоль неё мусор. Бегать за Александром Зарубиным по примыкающей к посёлку тайге Константин Коханов не стал, а перетаскав все сумки, пошёл за ключом от дома №13 к Виктории Горбоуль. По пути к дому Виктории, Константин Коханов, неожиданно повстречался с Александром Зарубиным, который шёл к своему дому почему-то без обуви, но при этом, не сняв носки. Забыл наверно обуться в доме матери, – подумал Коханов, но уточнять не стал, а только попросил вернуть фотоаппарат. Он где-то в доме, – ответил Зарубин. Спорить с ним было бесполезно после того, как Коханов сказал ему, что видел, когда перетаскивал вещи, как он фотографировал достопримечательности Муторая, начиная с противопожарной полосы.
Да, фотографировал, но потом бросил фотоаппарат где-то там, в тайге – можешь его поискать. Спасибо, – ответил ему Константин Коханов, – что обул меня ещё на 10 тысяч рублей. Больше говорить с тобой не о чем, и я надеюсь, что это наш последний разговор. Ты, что умирать собрался? – съехидничал Зарубин. Нет, – ответил Коханов, – просто даже в твою сторону больше смотреть не буду, не то, что с тобой разговаривать! Больше злясь на самого себя, чем на Александра Зарубина, Константин Коханов вошёл в дом Виктории Горбоуль, но и она, к его удивлению и разочарованию, была тоже «навеселе». И вскоре Константин Коханов был уже не рад, что рассказал ей о том, что Зарубин не только напился, но и после того, как понял, что поездка с ним по Муторайке отменяется, взяв его фотоаппарат, пошёл с ним фотографировать достопримечательности Муторая. Тут уж, как и следовало ожидать Виктория Ивановна «полезла в бочку»: «Да, я сейчас пойду к Зарубину, да я у него сейчас заберу фотоаппарат, да я скажу ему всё, что я о нём думаю…». Да и зачем тебе плыть с Зарубиным, когда можно сплавать с Юрой, причём бесплатно. Последние слова насторожили Константина Коханова, и он решил уточнить, с какой это стати, незнакомый ему человек готов на такой бескорыстный поступок. Оказалось, что это не совсем бесплатная услуга, а только в случае, если он подарит Юре свою лодку и подвесной мотор. В прошлом году Константин Коханов предлагал подарить свою лодку и мотор любому, кто отбуксирует его лодку вместе с ним в верховья Муторайки. Тогда желающих не нашлось, даже Александр Зарубин отказался. Напрасно Константин Коханов старался её успокоить и отговорить от желания пойти с кем-то выяснять отношения, а вместо этого лучше дать ему ключ от дома её матери. Ключ она ему дала, при условии, чтобы он освободил дом 30 мая 2017 года, до возвращения её мужа с сыном с рыбалки, но и от затеи сходить к матери Александра Зарубина не отказалась, попросила только обязательно дождаться её возвращения. Ждать пришлось долго, но и результат её визита к матери Александра Зарубина, был действительно впечатляющим. Она не только не принесла от неё фотоаппарат Константина Коханова, но и от лица всего Муторая довела до его сведения, что теперь с ним никто, кроме Александра Зарубина не поплывёт по Муторайке, даже теперь Юра за 20 тысяч рублей. Правда за те же 20 тысяч рублей его может отбуксировать на 200 км вниз по Чуне Владимир Соколов. Чувствовалось, что обсуждало путешествие Константина Коханова по Муторайке, по крайней мере, половина Муторая, но был ли там Владимир Соколов, или других желающих плыть вниз по Чуне 200 км, в этой компании не было, и его просто «сосватали» заочно. Судя потому, как заплетался язык у Виктории Ивановны, «поднесли» ей немало. Константин Коханов еле нашёл повод, чтобы вежливо откланяться и, понимая, что настроение ему в этот день испортили окончательно, начал успокаиваться только после того, как затащил сумки и подвесной мотор с открытой террасы, в дом матери Виктории Горбоуль.

Лишь после того, как была затомлена печь и в электрочайнике закипела вода, настроение улучшилось настолько, что уже за чаем с печеньем захотелось описать впечатления всего этого дня. Так как искать дневник в одной из сумок не хотелось, под рукой оказался пластиковый пакет с космическими снимками реки Муторай и междуречья между этой рекой и Кимчуканом, левым притоком реки Кимчу. Снимки были напечатаны на бумаге форматом А4 с одной стороны. На обратной чистой стороне этих космических снимков и были записаны выше приведённые впечатления от одного дня в Муторае 17 мая 2017 года. Перечитывая на следующий день запись на семи листах, Константин Коханов обратил внимание, что временная последовательность событий была приведена в ней местами не совсем точно, но в то же время практически достоверно выглядели в ней приведённые диалоги, и поэтому из-за таких несущественных мелочей, он отказался тогда от правки первоначального текста.
Рано утром 18 мая 2017 года частично пересортировав вещи в сумках, Константин Коханов сходил к реке Чуне, чтобы выбрать место для стоянки своей лодки «Романтика-2», которая была привязана к стене сарая во дворе дома Степана Копылова и Виктории Горбоуль. Возвращаясь назад с реки он встретил Владимира Соколова и договорился с ним, что он поможет ему перевезти «Романтику-2» от дома Степана Копылова на своём мотоблоке с прицепом на берег Чуни. Сначала он хотел посмотреть лодку, но узнав, что она весит всего 60 кг, пошёл домой за мотоблоком, а Коханов пошёл отвязывать лодку. Во дворе дома Степана собаки, привязанные у забора, сначала залаяли, а потом перестали, когда Константин Коханов отвязав от сарая лодку, поволок её по земле со двора на улицу. Виктория Горбоуль видно спала после вчерашней «вечеринки» настолько крепко, что не услышала ни лая собак, ни шума от протаскиваемой мимо крыльца её дома лодки. Когда Соколов с мотоблоком пришёл к дому Степана, «Романтика-2» была уже готова к погрузке на прицеп. Поставив лодку поперёк на прицепе мотоблока, Соколов и Коханов, придерживая её с двух сторон, повезли к реке и выгрузили невдалеке от того места, которое Константин наметил для её стоянки, за двумя лодками местных жителей. Место было выбрано с таким расчётом, чтобы лодку не было видно со стороны посёлка и тем более с берега, где был сосредоточен почти весь муторайский «флот». Меры предосторожности были не лишними, так как поведение Александра Зарубина было непредсказуемым и что ему придёт в голову сделать с лодкой, если он вздумает опохмелиться, не смог бы предсказать ни один экстрасенс с телевизионного канала «РЕН-ТВ». Не спуская лодку в воду, Константин Коханов пошёл следом за мотоблоком, которым управлял Владимир Соколов напрямую от берега к дому, где он переночевал, за вещами. Перевезли на берег Чуни почти все сумки с вещами и туристическим снаряжением. Остались в доме только подвесной мотор, раскладной стол и две сумки с приборами и посудой, а также с продуктами на два дня, с двумя запасными газовыми баллончиками и с одним комплектом сменной одежды. Как правило, за первые два дня путешествия, всё снаряжение экспедиции пересортируется таким образом, что всё необходимое на каждый день в обычных условиях путешествия, всегда находится под рукой и поисками, что бывает необходимо из продуктов и вещей, искать долго не приходится. Перед тем, как перенести к реке оставшиеся вещи и вернуть ключи от дома Виктории Ивановне, Константин Коханов решил позавтракать. Не успел Константин Коханов усесться за стол, как пришёл в гости Владимир Соколов с предложением отбуксировать его на 200 км вниз по Чуне до ПЧ-2, потому что при встречном ветре спускаться без мотора вниз по реке, по его опыту только мучиться. Как не греби вёслами, лодку начинает кружить на одном месте, даже ветром гнать против течения или относить к берегу. Он уже неоднократно возил туда туристов. И в этом году 13 июня 2017 года в Муторай должен «приехать» к нему, также изучающий проблему Тунгусского метеорита, Владимир Коваль с журналистами из газеты «Комсомольская Правда», чтобы спуститься по реке до Байкита. Будет ли участвовать в этом мероприятии сам Владимир Соколов, Константин Коханов даже тогда не поинтересовался. Он только поблагодарил Владимира Соколова за предложенную помощь, а во сколько она обойдётся ему, он уже узнал вчера от Виктории Ивановны. Честно говоря, ему не жалко было 20 тысяч рублей, но его цель была не поскорее добраться до Байкита, а всё-таки ему хотелось обнаружить хотя бы какие-то следы от падения Тунгусского метеорита. А следы от падения Тунгусского метеорита можно было найти, именно на том участке реки Чуни, мимо которого хотел протащить лодку Константина Коханова «Романтику-2» на буксире за своей лодкой Владимир Соколов. И чтобы не обидеть своим отказом от помощи Владимира Соколова, он сказал ему, что романтика молодости у нормального человека, должна оставаться до глубокой старости, до которой ему ещё очень далеко, как и его другу, которому всего-то 95 лет. Затем просто уговорил его взять за оказанную ему помощь в транспортировке лодки к реке, хотя бы плитку горького казахстанского шоколада, сказав, что лучше шоколада сейчас в Москве не найти. Проводив Владимира Соколова и закончив завтракать, Константин Коханов, перетаскал оставшиеся вещи к реке. Затем он спустил лодку в воду и провёл её вдоль берега за две лодки, причаленные к берегу в метрах ста от места, где были выгружены его вещи и снаряжение. Воткнув штырь кирки с привязанным к нему буксировочным фалом лодки в берег, так, чтобы лодку было удобно загружать вещами и снаряжением, Константин Коханов перетаскал сумки, мотор, раскладной стол и газовую плитку сначала к ней, а потом уже стал, все принесённые вещи и снаряжение размещать непосредственно в лодке. Оставалось только сходить к Виктории Горбоуль, чтобы забрать у неё куртку и репортёрскую сумку-рюкзак с документами и деньгами. Когда пришёл к ней первым делом позвонил жене, но её не оказалось дома. До дочери тоже не дозвонился, Позвонил сыну и сказал ему, что мой маршрут изменился, потому что плыву не вверх по реке Муторайке, а вниз по реке Чуня до Байкита. Также попросил предупредить мать, что ввиду удлинения маршрута, позвоню ей минимум через 10-11 дней, а может ещё позднее, так, что не стоит раньше этого срока беспокоиться. Поэтому и говорить, что плыву один, сыну не стал. Как не отказывался Константин Коханов, Виктория Ивановна накормила его картофельным супом с фрикадельками и яичницей. Видимо она плохо помнила, что было на «банкете» у Зарубиных, и даже удивилась, что дала ему ключ от дома своей матери. Вероятно, что в то время, когда Константин Коханов и Владимир Соколов перевозили лодку и вещи к реке, к ней заходил тот самый Юра, который готов был бесплатно (только за лодку и мотор) отвезти его в верховья реки Муторайки, но вчера, пропустив не менее двух стаканов разбавленного спирта у Зарубина, передумал. Проспавшись, Юра понял, что погорячился со своим отказом. И утром снова был готов оказать, но только уже не «бесплатную услугу», но уже в дополнение к ней за те же 20 тысяч рублей, как и Владимир Соколов, с которым Константин Коханов даже не обсуждал финансовую сторону его предложения, помочь ему спуститься 200 км вниз по реке Чуне. Разве кому-нибудь понять, какие чувства испытывал, слушая, что ему говорит Виктория Ивановна, Константин Коханов, понимая, что теперь все жители Муторая, воспринимают его, как московского мудака. Видя, что человек попал в безвыходную ситуацию, даже Виктория Ивановна, видимо за оказанную помощь, как лучше потратить Константину Коханову деньги в Муторае, напомнила ему, что 21 июня ей исполняется 55 лет, а мужу Степану в августе 65 лет. И она хочет получить от него, в качестве подарка, в металлической коробке чай, причём в коробке, наподобие той, за две тысячи рублей, которую привёз ей Константин Коханов этом году. Но когда до Виктории Ивановны дошло, что в услугах ни Юры и никого другого Константин Коханов больше не нуждается, то попросила его, при встрече с её мужем в зимовье на Чуне, в 60 км ниже Муторая, не рассказывать ему, как она вчера сильно напилась у Зарубиных. Константин Коханов обещал, и сдержал своё слово, хотя ему и было противно врать, зная, что её муж Степан, ему всё равно не поверит.
От Виктории Горбоуль, Константин Коханов пошёл сразу к реке, к месту, где стояла его лодка. За время, которое он провёл у неё, сильно похолодало, стало ветряно и на реке от встречного ветра образовались волны и начали раскачивать лодку. Пришлось её подтянуть ближе к берегу и не только поднять капюшон куртки, на даже затянуть его, завязав тесёмки почти у самого подбородка.

О чём предупреждал Владимир Соколов, Константин Коханов, убедился наглядно и подумал, может всё-таки стоит установить на лодке подвесной мотор и плыть с его помощью при сильном встречном ветре. Вещей было много, и разместить хотя бы ещё две канистры с горючим, казалось было негде, но если переложить снова вещи в лодке, то место для них, конечно бы, нашлось. Но сначала нужно было посмотреть, а есть ли на берегу эти канистры, ведь одно, что сказал ему Александр Зарубин, что он их отвёз на берег реки, и совсем другое – если он тогда только собирался это сделать. Лодка «Казанка» Александра Зарубина лежала перевёрнутой на берегу, подвесного мотора рядом с ней не было, но зато канистры и бочки с горючим стояли невдалеке. Константин Коханов сфотографировал свои канистры, так, чтобы на них была видна их продажная цена. Канистры он решил не брать, всё хорошо взвесив, не только, как их поставить в лодке, но и как заправлять, используя их, подвесной мотор со встроенным в него бензобаком, через каждый час, после начала его работы. Потом подумал, а неплохо заработал Александр Зарубин в этом году, за один день: 10 тысяч – бензин, 10 тысяч – фотоаппарат, 5 тысяч – 4 канистры, всего, если округлить в меньшую сторону – 25 тысяч рублей. Хорошо ещё 50 тысяч рублей, наученный прошлогодним опытом, он ему не заплатил сразу, за ещё не оказанные услуги.

Возвратившись к лодке, Константин Коханов снова переложил все сумки в лодке, затем оттолкнул лодку от берега и в 16:00 отплыл от Муторая. Никто его не провожал, только, когда он перекладывал вещи лодке один из отплывавших на рыбалку местных жителей, поинтересовался у него, почему отправляясь плыть вниз по реке, он не берёт с собой собачку. Собачки мне ещё не хватало, – подумал Константин Коханов, но, чтобы рыбак на него не обижался, ответил, – взял бы, но посадить её некуда.
Встречный ветер, волны, и, кажется, что просто лодку медленно несёт по течению, а от гребли двумя вёслами, нет никакого толка. Без конца приходится выравнивать лодку, когда она словно кружится на одном месте или её то левым, то правым бортом, несёт ветром к берегу. Замёрзли руки, хорошо, что варежки не пришлось долго искать, так как их перед отплытием положил сверху в ближайшую сумку.

В 19:00 КВ (красноярского времени) приплыл к зимовью на левом берегу Чуни.
Лодку причалил вплотную к берегу, не думая, что вода за ночь может упасть и лодка может оказаться на берегу.
Зимовьё, имевшее странный вид, оказалось с неостеклённой верандой, с забитыми железом окнами и без входной двери. Дверь Константин Коханов нашёл под нарами и смог её повесить только на верхнюю петлю, но как ни старался, на нижнюю петлю, её повесить не смог. После того, как дверь в зимовье оказалась закрытой, Константин Коханов нарубил своим топором дров и затопил печь. Затем снял всё, что было на нарах, и покрыл их квадратными пластинками утеплителя – напольным покрытием-пазлами для детских комнат. Потом развернул спальный мешок и положил в изголовье одну из трёх своих зимних курток.

Ужин он приготовил на столе веранды на портативной газовой плитке, разогрев на сковороде содержимое двух банок – гречневой каши с мясом и говяжьей тушёнки. Перед сном принёс воды в чайнике и в полуторалитровой кастрюле, которые оставил на столе веранды. Утром (в 4:50 КВ) вода в кастрюле замёрзла.

На уличном термометре было минус пять. Лодка, покрытая вся инеем, оказалась полностью на берегу, причём днище примёрзло к земле. Константин Коханов даже не попробовал её сдвинуть, а разгружать лодку у него не было никакого желания. За зимовьём, было большое болото, возможно летом частично пересыхающее и проходимое в болотных сапогах.

Приготовил завтрак, к 7:00 КВ температура на террасе была уже +5 градусов С. Координаты зимовья (61,44844; 100,48467). Собрал вещи, снял дверь с входа в зимовьё и снова засунул под нары в том же положении, в котором они там лежали. Перекантовал лодку в реку, не разгружая. Погрузил в лодку взятые в зимовье вещи и кухонные принадлежности – газовую плиту и посуду. Когда отплывал от зимовья, настолько устал, что даже забыл посмотреть на часы, чтобы отметить время, продолжения путешествия.

19 мая 2017 года.

Остановился перед обнажением на правом берегу, у выхода к реке хорошо расчищенного для поездки зимой на снегоходе путика – охотничьей тропы, где ставятся охотниками капканы для ловли соболя. Думая, что выше по тропе может быть зимовьё, поднялся по ней вверх в гору, пройдя не более ста метров. Хотя был налегке, даже без рюкзака, но быстро устал и от затеи дойти до зимовья или хотя бы подняться на гребень обнажения отказался. Про себя подумал, – а собирался с рюкзаком пройти не менее шести километров от реки Муторайки до реки Кимчукан, левого притока реки Кимчу. Вернулся к лодке, прошёлся по берегу в сторону обнажения. На берегу обнаружил много шарообразных и сросшихся камней. Разбил несколько штук, ничего интересного в них для себя не обнаружил. Вернулся к лодке и поплыл дальше. Сразу за обнажением увидел зимовьё. Вышел на берег, чтобы посмотреть, что оно из себя представляет. Зимовьё оказалось сдвоенным – соединённая общим навесом баня и жилое помещение. Думал пообедать в нём, но потом, когда обошёл зимовье вокруг, передумал и решил всё-таки плыть дальше. Оставаться на ночлег в этом зимовье, даже после его генеральной уборки, насколько оно было захламлено, скорее всего всё равно желания бы не возникло. Координаты зимовья: 61,51234; 100,640017. На карте навигатора «Магеллан» в русле реки, прямо по курсу, прорисовывалось S-образное озеро, скорее всего слитное изображение острова и двух рукавов реки. В 20:30 КВ, на правом берегу перед обнажением показалось зимовьё, Закат окрасил примыкающую к зимовью тайгу и всю береговую линию до обнажения в какой-то неестественный яркий красноватый цвет. Вчера даже в варежках было холодно, руки замерзали, а сегодня и без варежек было тепло. Координаты зимовья 61,59527; 100,54996.

20.05.2017 года.

Проснулся в 4:50 КВ. Температура в зимовье + 10,5 градусов С, снаружи на термометре у двери зимовья:
- 5ОС. Прикинул, где нахожусь – зимовьё ниже притока Верхний Гербелёк. Вода в реке опять сильно упала и «Романтика-2» снова оказалась полностью на берегу. В 8:00 КВ пошёл снег, и завалил собой берега реки. Видимость вверх и вниз по реке стала метров сто, даже левый берег напротив зимовья еле просматривался. Температура снаружи поднялась до +2,5 градусов С, причём на этот раз Константин Коханов измерил её по шкале эхолота. Затем эхолот он повесил рядом с термометром у дверей в зимовьё. В 12:00 повалил настоящий снег, крупными хлопьями – Константин Коханов уже подумал остаться на ночлег в этом зимовье, но снегопад, как быстро начался, так и кончился быстро, максимум минут через двадцать.

К двум часам дня погода разгулялась, лодку, частично разгрузив, Константин Коханов перекантовал с берега в реку. Продолжил путешествие в 14:20 КВ. Ради интереса Константин Коханов измерил эхолотом глубину реки, оказалось, примерно на середине, 4,7 метра, при этом температура воды была +12,5 градусов С.

В 16:00 поднялся сильный встречный ветер и от гребли двумя веслами спиной по ходу лодки, не было никакого толка. Если лодку относило к берегу, Константин Коханов грёб к середине реки. Правда в этот день лодку уже меньше кружило на одном месте, как в первый день, но всё равно лодка, можно было сказать, была плохо управляема и, скорее всего, продолжала плыть сама по себе, и только течение реки, всё-таки пересиливало встречный ветер. Единственно чему научился Константин Коханов в этот день – это выравнивать лодку, не спрямляя её путь своей бессмысленной греблей. Когда лодка, попадая в водоворот, начинала разворачиваться, Константин Коханов налегал на вёсла, интенсивно гребя ими, вырывался из этого водоворота и до очередного водоворота, которые следовали один за другим, только выравнивал лодку и плыл по течению реки. При этом он ориентировался по пене на воде, которая словно разметка на дороге указывала явное заметное течение реки, а не подпруженную часть её русла. Константин Коханов предположил, что причиной водоворотов на реке, почти на всю её ширину, был переменный сильный встречный и боковой ветер. Он пришёл к этому выводу, прежде всего потому, что, когда русло реки делало на своём сравнительно узком по ширине извилистом участке резкие повороты влево или вправо и ветер дул в лицо, так как Константин Коханов грёб спиной по направлению движения лодки, то водоворотов и волн практически не было. Самое главное он тогда визуально убеждался, по выбранным ориентирам по берегам реки, что лодка заметно, почти в два раза, увеличивала свою скорость.
В 19:30 КВ Константин Коханов приплыл к зимовью Степана Копылова, (от Муторая, как ему говорили, до него было 60 километров). И уже там, разгружая лодку, он понял, что на предыдущей стоянке забыл свою сковородку, после того как её тщательно вымыл, перед погрузкой в лодку, на берегу реки.

У зимовья встретился со Степаном Копыловым и его сыном, а в зимовье увидел и друга сына, с которым он прилетел из Ванавары. Друг сына, со слов Степана Копылова, не «просыхал» с самого приезда на это зимовьё, но когда Константин Коханов вошёл в зимовьё, он слегка протрезвел. Степана Копылова раздражало, что друг сына вообще не занимался ни рыбалкой, ни даже засолкой уже пойманной рыбы, но терпел этого «халявщика», потому что не хотел ссориться с сыном. Первым делом Степан Копылов поинтересовался у Константина Коханова, – не запила ли, без него жена, в Муторае? Константин Коханов обещал Виктории Горбоуль, что не будет рассказывать её мужу, о банкете у Зарубиных и в каком состоянии она пришла домой от них, что даже утром не вспомнила, как сама дала ему ключ от дома своей матери. Ответ Константина Коханова, что он не видел жены Степана в нетрезвом состоянии до своего отплытия из Муторая, видимо, не убедил его и он только махнув рукой сказал, – ну всё ,чувствую, что теплицу она не протапливала и рассада огурцов с помидорами, замёрзла ( если пересказывать всё, что он сказал, дословно и точнее, то теперь его огурцам пи-дец). Координаты зимовья Степана Копылова: 61,54840; 100, 32733. В зимовье Степана Копылова, хотя и было место для Константина Коханова, где ему можно было переночевать на нарах, лёжа с хозяином зимовья валетом, но не хотелось причинять ему своим присутствием неудобства. Поэтому он поинтересовался у Степана, какое расстояние от него, до ближайших зимовий. Оказалось до ближайшего зимовья на левом берегу 5 километров, но оно в двухстах метрах от берега, и с реки не видно, но, даже хорошо зная, где оно находится, когда стемнеет, к тому же, его будет трудно найти. А следующее зимовьё, где можно будет остановиться на ночёвку в пятнадцати километрах и до него, не трудно было понять, уже явно не хватит сил в этот день доплыть. Только сели ужинать, как приплыли гости – на двух лодках три человека. Гости, чтобы отметить встречу поставили на стол бутылку водки, Константин Коханов пить со всеми не стал, сославшись на свой почтенный возраст и предстоявший завтра ему не простой путь, к тому же на вёслах. Друг сына Степана, почувствовав на столе выпивку, сразу проснулся и ему, видимо, хватило 50 грамм, чтобы снова «отключиться» и не принимать участия в скучном для него разговоре о рыбной ловле. Гости долго задерживаться не стали, и поплыли дальше до ближайшего пустого зимовья. Взвесив всё за и против, Константин всё-таки не стал проявлять свойственное ему благородство, не утомлять никого своим присутствием, и принял предложение Степана переночевать у него в зимовье.

21.05.2017 года.

Константин Коханов встал с нар в 8:00 КВ, причём проснулся раньше Степана Копылова. Когда они со Степаном выходили из зимовья, его сын с другом ещё продолжали спать. Константин Коханов пошел к реке, а Степан продолжил разделывать рыбу, в основном щук. Лодка оказалась опять полностью на берегу, и второй день подряд было хорошо заметно, насколько быстро паводковая вода в реке шла на убыль. Когда проснулся сын Степана, то они помогли Константину Коханову столкнуть, не разгружая «Романтику-2», обратно в реку. Собираясь проверять поставленные сети, Степан с сыном предложили отбуксировать лодку Константина Коханова вместе с ним, до места своей предстоящей рыбалки, точнее проверки и переустановки сетей, но он отказался. Отказ свой от их помощи, он аргументировал тем, что не хочет портить чистоту возможно последнего в жизни эксперимента, связанного с доказательством того, что человек в любом возрасте всегда должен рассчитывать только на свои силы и возможности, а не за счёт других, даже близких друзей, облегчать свою жизнь. Степан с сыном отплыли на лодке проверять сети, а Константин Коханов, ещё раз переложив часть сумок в лодке, отплыл в 9:30 КВ за ними следом. Когда Константин Коханов доплыл до места, где Степан с сыном проверяли свои сети, то они пообещали ему догнать его сразу же за поворотом реки. А не догнали они его, потому что он понял как теперь нужно дальше плыть быстрее, даже при встречном ветре и тем более, если ветер переменный и преобладает боковой. Основной его ошибкой было то, что он стремился плыть ближе к середине реки, а нужно было прижиматься ближе к подветренной стороне на реке (где ветер почти не ощущается, но не не приближаясь к берегу настолько, чтобы течением реки не «прибивало» к берегу). Скорость лодки значительно возрастала, и практически падала до нуля, когда, при повороте русла реки, приходилось плыть к противоположному берегу, потому что подветренная сторона была уже там.

В 14:20 КВ Константин Коханов доплыл до зимовья, которое находилось в 15 км от зимовья Степана Копылова. Координаты зимовья: 61,63231; 100,25591. Зашёл в зимовьё, немного отдохнул, перекусил. Чай из термоса и бутерброд с голландским плавленым сыром (Hochland). Продолжил сплав вниз по реке примерно в 15:00 КВ.
Пять-семь километров пришлось плыть при сильном встречном ветре. Волны с пенистыми гребнями раскачивали лодку так, что Константину Коханову казалось, что он качается на качелях. У него было ощущение, что он спускается с какого-то «неправильного» порога, где вопреки здравому смыслу река не несла лодку на большой скорости с него вниз, а относила лодку при встречном ветре ветром против течения вверх или вообще крутила лодку на одном месте. А тут ещё с неба повалил самый настоящий зимний пушистый снег. Неожиданно сине-серую пелену, которая стала заволакивать небосвод, будто пронзил тускло белый диск и, увеличивая яркость, приобретая при этом явно шарообразную форму, как показалось Константину Коханову, стал догонять его лодку. Фотоаппарат к счастью был включён и Константин Коханов, бросив грести, и сделав несколько снимков подряд, только тогда понял, что фотографировал Солнце. Снег шёл всего несколько минут и затем ещё минут пять поморосил дождь. Видимо зима на этот раз задела Константина Коханова только краем своей непогоды и, передала эстафету ранней весне, но и той было лень окатить его в конце дня холодным ливнем. Вскоре Константин Коханов проплыл мимо зимовья с солнечной батареей на крыше и со спутниковой тарелкой. У берега стояли три лодки, рядом с лодками бегали собаки и громко лаяли, но не на проплывавшего у противоположного берега Константина Коханова, а гоняясь за воронами, которым явно доставляло удовольствие такая игра в догонялки. Людей на берегу не было. Визит вежливости Константин Коханов совершать не стал. К тому же усилился встречный ветер, и плыть к противоположному берегу, ему совсем не хотелось.

Когда он проплывал мимо устья реки Чембекан, то рядом с ним указанного на карте зимовья не заметил, но метрах в двухстах ниже устья всё-таки разглядел небольшую охотничью избушку. Правда, сначала он увидел на берегу пустые бочки из под бензина. И только за ними, в глубине поляны, это мало похожее на зимовьё, сильно покосившееся сооружение.
В 21:30 Константин Коханов причалил к берегу, но не напротив зимовья, а ввиду сильного прибрежного течения, вероятно вызванного впадением в Чуню реки Чембекан, в метрах ста от него ниже. Координаты зимовья: 61,69228; 100,37086.
Зимовьё явно посещалось редко, но в нём было два чурбака, один из которых Константин Коханов использовал по прямому назначению – расколол на поленья и затопил печь. Потом он вышел наружу и на берегу реки нашёл несколько поваленных деревьев. Подтащил их поближе к зимовью, Константин Коханов, сходил за своим топором и к оставшемуся в зимовье чурбаку, добавил порубленные им на части стволы этих деревьев. В зимовье могли переночевать на единственных нарах только два человека и то если легли бы валетом. Правда был длинный узкий стол, для разделки рыбы или дичи, но посуды никакой не было, правда у двери была прислонена к стене небольшая чугунная сковородка. Пол в зимовье был покрыт досками только до нар или наполовину зимовья и было ясно, что в нём останавливались охотники или рыбаки, только, если сильно приспичит. А, судя по пустым железным бочкам от горючего, то оно в основном использовалось, как перевалочная база. Когда 19 мая 2017 года Константин Коханов зашёл в одно из зимовий, то решил не останавливаться в нём на ночлег, «даже после его генеральной уборки», насколько оно показалось ему тогда захламленным, но теперь, по сравнению его с этим, он мог уже посчитать то зимовьё пятизвёздочным отелем.

22 мая 2017 года

Проснулся, на этот раз Константин Коханов поздно, в 10:00 КВ. Печь ночью подтапливал, но всё равно к утру всё тепло из щелей в двери зимовья полностью выветрилось. Правда, снаружи зимовья температура воздуха уже была +6 градусов С. Позавтракал, заварив чай в чайнике и разогрев в кастрюле приготовленную ещё вчера гречневую кашу с тушёнкой. Сапоги, зимнюю куртку и туристический костюм положил на пустые железные бочки, чтобы они прогрелись на солнце и затем пошёл к устью реки Чембекан, которое оказалось в ста пятидесяти в метрах выше зимовья. К самому устью не стал пробиваться сквозь заросли кустарника, а срезал угол и вышел в метрах пятьдесят выше его и затем поднялся по правому берегу Чембекана ещё метров на двести. Прошёл мимо двух поставленных рыбаками сетей. У первой сети, напротив впадающего на левом берегу ручья произвёл измерение координат этого места: 61,69153; 100,37885. Сфотографировав достопримечательности реки Чембекан, Константин Коханов вернулся к зимовью, забрал из него вещи и посуду и отнёс к лодке. Затем он переоделся в одежду, прогретую солнцем на железных бочках, и продолжил своё плавание вниз по реке Чуне.

В 15:20 КВ Константин Коханов проплыл по явно выраженному перекату и вдоль правого берега увидел поплавки от поставленной сети. Он хотел по навигатору определить место переката, но в это время увидел у левого берега две моторные лодки, бочки, развешанные сети свору собак. Невдалеке ниже этого места ждало видимо конца разделки рыбы колония чаек. Как только «Романтика-2» приблизилась к стоянке рыбаков, практически одновременно залаяли все собаки, в том числе несколько щенков. Константин Коханов пристал к берегу, не доплыв до лодок метров пятьдесят и, не обращая внимания на окруживших его собак, пошёл к еле заметным с реки постройкам. Оглядев их со всех сторон, он понял, что это не охотничьи зимовья, а по дороге (точнее, по геологическому профилю), явно перемещались гусеничные вездеходы. Так как рыбаков он не встретил, то можно было сделать вывод, что сейчас они находятся в геологическом посёлке или в избе буровиков, где-то, как минимум в двухстах метрах от тех построек, которые были поблизости от реки. Константин Коханов хотел уже возвращаться, но вдруг увидел идущего по тропе на профиле по направлению к нему человека. Поздоровались за руку, но забыли представиться, когда задавая друг другу вопросы, Константин Коханов о том, что это за место, а рыбак, – куда это он плывёт? Константина Коханова интересовало зимовьё рядом с устьем реки Еробы, и оно, как нельзя, кстати, оказалось именно этого рыбака. Поэтому он попросил разрешения у хозяина зимовья переночевать в нём и может быть задержаться на день с целью переложить и пересортировать вещи в лодке. В этот день уже возникла необходимость, быстро менять одежду, брать необходимые продукты и газовые баллончики без перекладывания с места на место сумок и самое главное быстрого извлечения из сумок того, что было необходимо именно сразу и без причаливания к берегу. Единственно, что попросил хозяин зимовья у Константина Коханова это перед тем, как затопить печь. Убрать рядом с трубой листья и хвою, чтобы избежать пожара, так как он, после зимы в этом зимовье ещё не был и его крышу не чистил.

Около устья реки Еробы, Константин Коханов зимовья не увидел. Солнце светило со стороны правого берега, что затрудняло поиск зимовья и он проплыв от устья Еробы полкилометра самосплавом, снова взялся грести, посматривая поочередно на два берега реки. Неожиданно он услышал шум подвесного лодочного мотора, а затем показалась и сама моторная лодка. В лодке было двое рыбаков. Лодка сбавила ход, и Константин Коханов подплыл к ней на вёслах. В лодке был знакомый уже ему рыбак-эвенк и его толи напарник, то ли его старший товарищ, так как теперь с ним разговаривал этот мужчина, русский по национальности, а рыбак-эвенк только поддакивал. Оказывается то зимовьё, которое Константин Коханов выбрал себе для ночлега, он уже проплыл, а дальше, в 2-3 км от того места, где они разговаривали было ещё одно зимовье, новое, построенное в прошлом году и имело странное название «Ероба-Контейнер». Рыбакам предстояла плыть ещё 60 км вниз по реке для продолжения рыбалки, проверке и переустановке поставленных там сетей. Плыть дальше, после разговора с рыбаками, дальше, Константину Коханову стало сразу значительно веселее. К этому зимовью Константин приплыл приблизительно в 19:00 КВ. А почему он указывает приблизительное время, потому что полчаса перетаскивал в него из лодки свои вещи и после искал место, где привязать свою лодку, чтобы она была не совсем рядом с берегом, но не дальше торчащих из воды кустов. Зимовьё действительно оказалось новым и почему его назвали «Ероба-Контейнер», сразу стало понятным, потому что рядом с ним стоял большой железный контейнер. Перетащив в зимовьё почти все сумки из лодки, Константин Коханов освободил одни нары от матраса и от лежавших на них вещей, переложив их на нары напротив. После этого постелил на них утеплитель «тёплый пол». Затем вскипятил на портативной газовой плитке в чайнике воду, заварил в кружке кофе из пакетика, сделал бутерброд с голландским плавленым сыром и тем ограничил свой ужин. От накопившейся за последние дни усталости, аппетита не было совсем. Хлеба, ещё купленного в Ванаваре, осталось почти полбуханки, и он даже не стал ещё чёрствым и тем более не покрылся плесенью. На реке, прямо в лодке пил чай из термоса с сушками и печеньем. Да и когда ужинал и завтракал в зимовьях, хлеба ел мало, так как не хотелось заедать им гречневую и рисовую кашу со сливочным маслом и говяжьей тушёнкой.

23 мая 2017 года.

Константин Коханов проснулся в 8:30 КВ, в зимовье температура воздуха была +16 градусов С. Снаружи шёл мелкий дождь. Лодка вновь оказалась вся на берегу. Разгружать полностью лодку и переставлять её не стал – сначала он решил позавтракать.

Вскипятил воду в чайнике, добавил в упаковку с говяжьим «дошираком» тушёнку и залил вермишель кипятком. После этого в сковородке, которая была в зимовье, Константин Коханов разогрел рисовую кашу с символическим содержанием в ней мяса, добавив в неё сливочное масло и тушёнку из открытой уже банки, часть которой он уже добавил в вермишель. Доширак Константин Коханов съел, выпил потом кружку чая с сушками, а рисовую кашу с тушёнкой решил оставить на обед. В 11:30 КВ, только он переставил лодку, выгрузив из неё почти всё, приплыл Николай с собакой «Барсиком», прилетевший из Ванавары порыбачить на Чуне, от которого Константин Коханов узнал, что от Еробы с Контейнером до Муторая 120 километров, а от Еробы с Контейнером до охотничьей базы на Паимбе – 170 километров. От него же, он узнал, что два рыбака, с которыми он вчера общался – это Ванька с Ромкой. А Ромка – это, оказывается, был мэр Муторая, которого Константин Коханов, хотя и знал, но почему-то на реке не узнал, может потому, что день клонился к вечеру, а может потому, что внешность человека меняется до неузнаваемости, когда он меняет привычный образ своей жизни. Нужно отметить, что Константин Коханов не удивился, почему собака была названа кошачьим именем. А потому, что раньше чем он услышал шум лодочного мотора, то обратил внимание на шорох за его спиной и, думая, что к нему решил подкрасться медведь, принял меры предосторожности. В одну руку он взял топор, а во второй приготовил к выстрелу пистолет с аэрозольными слезоточивыми патронами. Но шорох вдруг превратился и Константин Коханов, приглядевшись, увидел, что через тальник к нему крадётся, стараясь не шуметь, походкой кота, охотничий пёс.

После разговора с Николаем, Константин Коханов, прикинув какое расстояние он проплыл почти за пять дней, и подумал, что при такой скверной погоде – это совсем неплохо, но по спортивным меркам – просто смешно. Николай думал выспаться в зимовье, насколько он замёрз и вымок в пути, но поискав в нём курево, даже «бычки» у печки за печкой, решил плыть дальше. Желание плыть дальше у него возникло сразу же, после того, как Константин Коханов предложил ему съесть, приготовленную им с утра рисовую кашу с тушёнкой и напоил его чаем с печеньем и сушками. Собравшись плыть дальше, Николай оставил Константину Коханову банку тушёнки, свежи засоленную рыбу (сига и щуку) и большое импортное яблоко. От рыбы Константин Коханов хотел отказаться, но Николай был непреклонен и уговорил её взять. Константин Коханов в свою очередь уговорил его сфотографироваться на фоне зимовья. Николай начал отказываться, говоря, что он сейчас выглядит, как бомж, но когда «фотограф» сказал, что сейчас и он сам, выглядит не лучше, согласился на фотосессию. Константин Коханов проводил Николая до реки, и даже помог ему оттолкнуть гружёную бочками рыбы лодку от берега. Заодно сделал на память ещё несколько снимков отплытия рыбака из Ванавары в Муторай.

Только уплыл Николай, проплыла за ним следом лодка с «Ванькой и Ромкой». Останавливаться они не стали, как и Константин Коханов у зимовья с тремя лодками из-за сильного ветра встречного ветра, причём теперь ещё река сильно заштормила. В этот день даже сделал видеосъёмку штормящей реки и с десяток фотографий с берега, и из окна зимовья. Ветер не стихал, и поднимал на реке, вспенивая волны, до 20:30 КВ.

А вдобавок к сильному ветру, приблизительно с 19:00 КВ, пошёл дождь, сильнее, чем утром, но не ливень. Константин Коханов не знал, что делать с рыбой, Затем всё-таки решил всё-таки зажарить сига. Перед жаркой он почистил рыбу на берегу у ручья, потом тщательно промыл её в ручье, чтобы она была меньше солёной. И только потом он её зажарил в сливочном масле в сковородке на своей портативной газовой плитке. Зажаренного им сига для него одного было явно многовато, но он всё-таки его не спеша, не давая ему остыть, с аппетитом съел.

Потом Константин Коханов определил координаты зимовья: 61,73180; 100,01298. Перебирая содержимое репортёрского трансформера, сумки-рюкзака, Константин Коханов достал из пакета взятые им сувениры – памятные значки его экспедиции «Тунгусской метеорит», расставил их на подоконнике зимовья и сфотографировал на память.

Температура воздуха в зимовье, после того, как была затоплена на ночь печь, была 22,5 градусов С. Погода снаружи зимовья оставалась, если говорить точно, не вдаваясь в детали – хуже не придумаешь. Одно только подняло настроение Константина Коханова, из яблока, оставленного Николаем, и порезанного на кусочки, он в термосе приготовил себе компот. Так дверь в зимовьё плотно не закрывалось, Константин Коханов привязал к ручке двери верёвку, и натянув её с помощью вбитого в стену гвоздя, устранил этот дверной недостаток.
Ложась спать, Константин Коханов не мог подумать, что ещё кто-нибудь может его побеспокоить в этот день, но сон его был неожиданно прерван оттого, что кто-то начал снаружи дёргать дверь. Голосов слышно не было, и можно было предположить, что в гости наведался хозяин тайги, не в меру застенчивый и деликатный. Константин Коханов взвёл пистолет, поднял с пола топор и перед тем как выйти наружу посмотрел в окно. Ему показалось, что мимо окна пробежал белый олень. Когда он вышел из зимовья, то увидел, что к реке, навстречу поднимавшемуся с сумками мужчине, почему-то он сразу догадался в сумерках, шла женщина. Константин Коханов вернулся в зимовьё, зажёг фонарь и поставил на портативную газовую плиту чайник. Кажется, Константина Коханова уже в жизни было удивить нечем, даже встречей с инопланетянами, но на этот раз, он впервые увидел такие светящиеся от счастья лица людей, которые были удивлены его присутствием так, как будто перед ними стоял, спустившийся с небес, их ангел-хранитель.
Понятно, что год на год в Эвенкии не похож. И май бывает с непредсказуемыми погодными условиями, и в начале июня может выпасть снег. Но даже по сравнению с 2014 годом, во время путешествия по Чуне и реке Кимчу до озера Чеко, погода хотя и была скверной, но всё-таки не такая переменчивая, не только в течение дня, но даже в течение одного часа. И главное, не с таким сильным встречным ветром, когда совсем не важно, плывёшь ты по течению реки или против течения, на вёслах или, управляя лодочным мотором. Русло реки это не прямая ровная асфальтированная городская дорога, сориентированная в какую-ту одну сторону, а извилистая, иногда почти с круглыми поворотами и ухабами, виляющая из стороны в сторону грунтовка, которая только, в половодье превращается в водную артерию. Поэтому, иногда, кажется, что плывёшь не вниз по реке, а поднимаешься по ней верх, причём при встречном ветре, с черепашьей скоростью. Николай из Ванавары плыл против течения и при попутном ветре. Вроде бы ветер дул в спину, но лодка подпрыгивала на поднятых ветром волнах, и окатывала его брызгами, и в итоге он вымок, как во время сильного дождя. Супруги Ирина Степанова Ястрикова и Степан Владимирович Богданов плыли к своему зимовью, в котором остановился на отдых Константин Коханов, из Муторая 120 километров 13 часов. Правда, кроме их в лодке был снегоход «Буран» и две собаки, не считая бочек с горючим, продуктов и необходимого для рыбалки инвентаря. Хотя на лодке был установлен 20-сильный японский мотор, но для такой загрузки лодки, даже для плавания по течению, он был явно слабоват, к тому же ещё при сильном встречном ветре. Не удивительно, что они плыли до своего зимовья со скоростью меньше 10 км/час. Замёрзли и насквозь вымокли не только хозяева зимовья, но даже их собаки. Собакам хотелось пить, но они при больших волнах, не рисковали наклоняться к воде, что не свалиться с носа лодки в реку. О своих ощущениях во время этого «путешествия к своему зимовью» Ирина Степановна рассказала Константину Коханову, не только подробно, но и красноречиво. К концу пути её охватили грустные мысли приезда на зимовьё. О том, как они с мужем будут разгружать под дождём лодку, потом перетаскивать вещи в зимовьё, затем топить в зимовье печь и готовить после того, как немного согреются себе ужин. И тут случилось самое невероятное, что могло их ожидать в этот день. Печь зимовья оказалась натоплена случайным гостем, причём и ужин приготовить не составило им никакого труда на его портативной газовой печке. Даже им лезть за тушёнкой в контейнер и искать её там не пришлось. На полке стояла оставленная Николаем банка, в кастрюле ещё оставалась приготовленная Константином Кохановым гречневая каша, да ещё он принёс им оставленную ему солёную щуку. Из предложенного им на выбор (кофе или чай), хозяева зимовья предпочли кофе, а печенье с сушки и так стояли в миске на столе. После ужина он разговорился с хозяевами зимовья, в частности спросил, как «муторайцы» могли выбрать мэром такого пьяницу, как Александр Зарубин. К тому же не только пьяницу, но и, по сути, вора, – добавил Константин Коханов, рассказав хозяевам зимовья, как тот присвоил себе его фотоаппарат. Наталья Ястрикова засмеялась и, отвечая на заданный вопрос, сказала: «Только и избрали его мэром, потому, что в день выборов, все пьяные были». В прошлом году во время выборов, он ходил по Мутораю, не со своей предвыборной программой, а обещая каждому, кто проголосует за его кандидатуру на должность мэра, четыре бутылки водки. Но его всё равно не переизбрали, а выбрали мэром Муторая Ромку из Ванавары. Во время разговора Константина Коханова с хозяйкой зимовья, когда её муж, выходил наружу, в зимовьё забежала мокрая собака (сучка). Кобель пройти в зимовьё мимо хозяина, видимо, не решился. Ну что ж, – сказала хозяйка зимовья собаке, – вижу, что замёрзла, иди к печке, погрейся. Собака словно поняла, что ей сказали, и разлеглась рядом с дверкой печки на полу. Через полчаса хозяйка зимовья выпроводила собаку наружу, сказав ей, чтобы она шла к мужу, имея в виду не своего, а кобеля. Спать хозяева зимовья легли на нары напротив нар, занятых Константином Кохановым.

24 мая 2017 года.

Константин Коханов проснулся раньше хозяев зимовья в 6:30 КВ, и стал сразу же переносить, свои вещи на берег Чуни. Когда хозяева зимовья проснулись, то они попросили его передать от них привет в Байките Наталье Степановне Ястриковой (сестре Ирины Ястриковой), работавшей там в школе-интернате. После завтрака, Константин Коханов простился с Ириной Ястриковой и вместе с её мужем Степаном Богдановым пошёл к реке. Степан, чтобы выгрузить оставшиеся в лодке вещи и канистры, а Константин Коханов, чтобы продолжить своё путешествие вниз по Чуне.

Ветра не было, брызгами не окатывало, лодку не крутило, дождь не моросил, снег не падал, даже от гребли испытывал удовольствие, видишь, что действительно плывёшь, а не стоишь на месте, не относит назад и не прибивает к берегу. Светит солнце, тепло, тихо, даже кукушка, спросонья, взглянув на небо (в 11:20 КВ), закуковала, испугалась видно, что проспала эвенкийское лето и полетела в Ванавару отмечать его начало, на праздник «Мучун». В 11:37 КВ Константин Коханов проплыл мимо зимовья со стороны левого берега.

Тем временем небо стало заволакиваться тучами, и периодически начинал моросить дождь. В 14:30 проплыл второе зимовьё со стороны правого берега. Стоит отметить, что зимовья, если плыть вниз по реке, в основном стояли за обнажениями пород по обоим берегам, на расстоянии 5-10 км друг от друга. В 15:22 проплыв одно из таких обнажений, и не увидев за ним зимовья, Константин Коханов понял, что не всегда, отмеченная им закономерность расположения зимовий может соблюдаться. И поэтому к концу дня не стоит, увидев зимовьё рассчитывать, что в километрах пяти ниже, есть другое зимовьё, плыть дальше, чтобы в итоге заночевать на берегу. В хорошую погоду в этом нет ничего страшного, но во время непогоды, лучше переночевать в зимовье, а не в палатке, которую придётся ставить под дождём или во время снегопада. Перед устьем реки Тегенгне, со стороны правого берега реки Чуни, дождь усилился, Поэтому достигнув в 16:25 зимовья на левом берегу, Константин Коханов сразу же причалил к берегу. Казалось бы, зимовьё было полностью не пригодным для ночёвки с открытой рассохшейся дверью, к тому же ещё и без оконной рамы. Увидев, что рама лежит на чердаке и что дверь удаётся плотно закрыть, Константин Коханов начал разгружать лодку и перетаскивать в зимовьё сумки с продуктами, посудой и спальными принадлежностями, утеплителем для нар вместе со спальным мешком, газовой плиткой и запасными баллончиками сжиженного газа. К сожалению, все напиленные у двери зимовья чурбаки были сырыми. Константин Коханов нашел один чурбак немного суше остальных и наколол дров для печки. Затем выбрал сырой чурбак диаметром в два раза меньше, с торчащими во все стороны сучьями. Сучья отрубил, чурбак расколол и положил поленья рядом с печкой для их сушки. Решение остановиться в зимовье на ночлег, оказалось правильным, так как погода начала всерьёз портиться, дождь явно набирал силу, и к тому ветер стал поднимать на реке волны.

Поэтому пришлось быстро достать с открытого чердака зимовья остеклённую раму, вставить её в оконный проём, прижав для надёжности вбитыми в сруб с двух сторон рамы, двумя гвоздями (100 мм), которые были предназначены для изготовления запасных шпонок крепления гребного винта на подвесном моторе.

Термометр у входной двери в зимовья в то время показывал +9 градусов C. Затем Константин Коханов затопил печь, вскипятил на газовой плитке в чайнике воду, залил кипятком лоток с куриным «Дошираком», добавив в него треть банки говяжьей тушёнки. Оставшуюся тушёнку он положил в сковородку, с гречневой кашей (из консервной банки), предварительно добавив в неё для большей калорийности блюда, сливочное масло и затем поставил сковородку на уже горячую металлическую поверхность печи зимовья. На этот раз он впервые использовал туристический котелок с крышкой, и после того, как съел «Доширак» с тушёнкой, переложил в него приготовленную на печке гречневую кашу с тушёнкой, чтобы разогреть её уже в нём и съесть утром во время завтрака. Подмокшую в лодке во время дождя пустую сумку, в которой лежало туристическое снаряжение, повесил сушиться над печкой. Из плиток утеплителя он собрал настил для нар и развернул на нём спальный мешок.
Тем временем погода улучшилась, ветер немного стих, дождь почти прекратился, а спать было ложиться явно рановато и к тому же совсем не хотелось. Поэтому Константин Коханов решил совершить небольшую экскурсию по левому берегу вниз по течению реки Чуни. Но экскурсию пришлось быстро завершить, так как дождь, усилился и мог в любой момент перейти в ливень. Пришлось быстро возвращаться. Теперь уже Константина Коханова явно начало клонить ко сну. Подбросив дрова в печь, он переоделся в сухую одежду, а ту, в которой совершал экскурсию по берегу реки Чуни, повесил сушиться на вбитые в стены зимовья, вблизи печки, большие гвозди. Затем, из термоса, он налил себе полкружки горячего чая и выпил его с сушками, а в 21:00 КВ, забрался в спальник и почти сразу, заснул.

25 мая 2017 года

Когда Константин Коханов утром проснулся, часы показывали 5:10 КВ, температура в зимовье была + 15 градусов, лодка была в воде, а не, как почти во все последние дни вся на берегу. Дождь вроде бы перестал моросить, но судя по сплошной облачности, в любое время мог снова начаться. Константин Коханов спустился от зимовья к лодке и оттолкнул её подальше от берега и затем решил пройтись по берегу вниз по течению реки.
Интерес вызывал, большой почти кубической формы, который лежал почти у самой воды. Когда Константин Коханов подходил к камню, то перед ним, примерно в метрах ста от лодки, он увидел небольшую, как ему показалось вымоину, образованную ручьём, но не тем, который протекал в то время через эту вымоину, а когда он был более полноводным, от таявшего на лесистом берегу снега. То, что этот ручей быстро пересыхал, указывало отсутствие у него русла, даже каких-то намёков на него, потому что уже рядом с вымоиной, он образовывал дельту из впадающих в реку едва приметных ручейков. Самое интересное было в том, что почти в середине этой заполненной водой вымоины, глубиной 30-40 см, на самом дне был хорошо виден шарообразный камень. Константин Коханов сфотографировал этот камень со всех сторон, а затем, также со всех сторон саму воронку, хотя освещение было никудышное, а при съёмке с фотовспышкой, на снимках ничего, вообще, нельзя было разглядеть. Воронку и камень в ней, Константин Коханов обнаружил приблизительно в 7:00 КВ и неудивительно, что у него в голове сразу мелькнула мысль: «А почему бы этой вымоине не быть метеоритной воронкой?» Если прорубь на Чебаркуле, не смотря на все возражения, всё-таки, на региональном уровне, сразу же признали метеоритной воронкой, то с тем же успехом, почему бы и Константину Коханову не считать, найденную им на берегу вымоину, также метеоритной воронкой. К тому же «все признаки метеоритного происхождения этой вымоины» на берегу реки Чуни, стали выглядеть ещё «убедительнее», после того, как он обошёл эту «метеоритную воронку» вокруг, внимательно рассматривая то, что находилось на её дне.

После того как Константин Коханов сфотографировал «метеоритную воронку» и на её дне сам «метеорит», он достал его из вымоины и отнёс в зимовье. В зимовье он положил этот «метеорит» на чурбан рядом с печкой, чтобы его высушить, но перед его сушкой, сразу же сделал несколько фотографий, пока он был ещё мокрым и дальнейшее изучение «метеоритного поля», перенёс на более благоприятное время суток, так как погода опять начала портиться. Снова усилился ветер и пошёл дождь.

Поднятый Константином Кохановым из воронки камень был тяжёлый, с одной стороны с большими зеленоватыми пятнами. И, хотя он внешне напоминал метеорит или действительно был метеоритом, но трудно было бы его происхождение связать с Тунгусским метеоритом 1908 года, потому что воронку от падения его осколка за сто с лишним лет, давно бы занесло и «зацементировало» речным песком вперемешку с мелкой прибрежной каменной крошкой или галькой. Разумеется, сразу же были определены магнитные свойства найденного метеорита. Проверка производилась с помощью поискового магнита ПМ-300 кг. Магнит слабо притягивался к найденному камню, как и осколки Челябинского метеорита, из тех около 100 штук, которые Константин держал в руках и воздействовал на них магнитом в Москве (в магазине «Метеориты земли») в конце февраля 2013 года, и в июне 2013 года в Челябинской области. Оставалось только произвести привязку воронки к местности при помощи навигатора «Магеллан-500 Тритон» и пройтись по ближайшим к «метеоритной воронке» окрестностям с поисковым магнитом ПМ-300. В 8:00 КВ температура снаружи зимовья была + 12 градусов. Когда немного прояснилось и дождь затих, Константин Коханов снова пошёл к воронке, на этот раз он взял с собой лопату, рулетку, компас и навигатор «Магеллан-500». Воронка оказалась глубиной 35 см, величиной по направлению на север 4,50 х 4,40 метра. Координаты воронки в градусах: 61,85443, 99,85490. Также Константин Коханов убедился, что торчащая из воронки кочка, расположенная ближе к обнажению на берегу, не скрывает под собой камень. К сожалению, опять фотографированию воронки и её окрестностей помешал, начавшийся в 10:30 КВ дождь.

Константину Коханову снова пришлось возвращаться в зимовьё и заняться изучением найденных на берегу реки камней, а также, продолжением записей в дневнике, теперь уже о сделанных находках. Наконец, выглянуло из-за туч солнце, но в 14:00 КВ поднялся ветер и реку заштормило. Поэтому ему опять пришлось спускаться от зимовья к лодке и немного притянуть её к берегу. Стало понятно, что продолжение путешествия, запланированное им на этот день, откладывается, по крайней мере, до середины следующего дня.
В этот день погода словно заигрывала с великим русским путешественником и возомнившего себя к тому же учёным. Дождь ненадолго прекращался и давал ему возможность собирать интересные камни, и также без всякого предупреждения усиливался, и ему приходилось возвращаться в зимовьё и выкладывать на стол или нары, сделанные им в спешке находки.

В 16:10 дождю, видимо, надоело играть с ним «в догонялки-прогонялки» и он уже просто лил, как из ведра, уже не переставая, около двух часов. Поэтому с тоской глядя в окно, Константин Коханов решил, что настало время, заодно, проконтролировать состояние своего здоровья, и кроме регулярно принимаемых лекарств, он измерил артериальное давление. Тонометр в 16:48 выдал следующие результаты: 136 х 46, пульс 86, и Константин Коханов, не сказал бы, что показания прибора, были хорошими, но всё-таки, они были обнадёживающими, и не вселяющими в душу пессимизм.
Одно только у него в этот день вызывало недоумение, что на берегу реки было слишком много камней похожих на метеориты, причём некоторые были даже интереснее, чем найденный на дне вымоины Константином Кохановым камень, напоминающий метеорит.

Правда, все эти, наиболее интересные камни, имели глянцевитую, как бы отполированную поверхность коричневатого цвета, но на некоторых из них были почти такие же пятна, как и на «метеорите» из «воронки».
К 18:00 КВ, погода всё-таки разгулялась, выглянуло солнце, тучи рассеялись, ветер стих. Лодку волнами посадило на мель и отнесло ветром метра на полтора вверх по течению. Константину Коханову вновь пришлось переставлять лодку, уже второй раз за этот день. Казалось бы, самое время, продолжить изучение окрестностей воронки, более основательно. И освещение хорошее было для фотографирования, но опять же, в самый разгар «творческого процесса» около 19:00 КВ, снова пошёл дождь, поднялся ветер, реку заштормило. Константин Коханов представил состояние экстремалов, которые, как и он решат сплавляться по Чуне от Муторая до Байкита на плотах или резиновых лодках с середины мая или немного позже. Правда, год на год не приходится, но Константину Коханову, видимо, достался для его путешествия самый худший за всё столетие, дождливый и холодный, со снегопадами, месяц май. Но и на этот раз дождь быстро кончился, выглянуло солнце, но ветер не стихал, и реку продолжало штормить. Температура воздуха по термометру у входа в зимовьё, в 21:00 была + 8 градусов.

26 мая 2017 года

Практически всю ночь было ветрено, шёл дождь, к 7:00 реку заштормило. Температура снаружи зимовья + 4 градуса, внутри зимовья + 11,5 градуса. На ночь Константин Коханов печь не топил, позавтракал, собрал вещи и стал ждать хотя бы какого-нибудь относительного прояснения погоды. Когда дождь прекратился, но реку ещё штормило, Константин Коханов совершил экскурсию по берегу реку вверх по течению до каменной осыпи, на одном их обнажений. Камней напоминающих их «метеоритное происхождение», было немного, но всё-таки попались несколько коричневатых камней с глянцевидной поверхностью. Вернувшись с экскурсии по берегу реки, Константин Коханов привёл зимовьё в первоначальное состояние, вынул раму, засунул обратно под кровлю и оставил дверь в зимовьё открытой. Спальный мешок хозяина зимовья снова повесил на гвоздь, вбитый в потолочную балку в середине зимовья. Потом он отсортировал найденные в окрестностях зимовья камни и большую их часть выбросил в нескольких метрах от двери в зимовьё со стороны сопки. Отплыл от зимовья приблизительно в 10:00 КВ, плыл (грёб) с остановками до наступления темноты до 2:30 КВ следующего дня, поужинал там же где и позавтракал, в очень неудобном для стоянки месте на каменной осыпи, на правом берегу реки…

ОКОНЧАНИЕ ВТОРОЙ ЧАСТИ

Примечание ко второй части дневника Константина Коханова о его сплаве по реке Чуне до 26.05.2017 года:

После падения и взрыва Челябинского метеорита, говорить о Тунгусском метеорите, что он имел техногенную природу своего происхождения, или более понятным языком – был звездолётом с какой-то планетной системы, одной из ближайших к Солнцу звезд, просто несерьёзно. Хотя, если продолжать досконально изучать таёжные буреломы и многочисленные карстовые образования, в радиусе 500-1000 км от Заимки Кулика в окрестностях села Ванавара, то при математической обработке полученных результатов, можно сделать ещё много «ошеломляющих открытий». Разговоров о том, что Тунгусский метеорит «ищут не там», было много, возможно даже раньше 1971 года, когда и мне такая мысль пришла в голову, а ещё раньше одному из «командоров КСЭ» Дмитрию Дёмину. Научный руководитель совместной экспедиции «Комсомольской правды», РГО и Первого канала ТВ, по местам предполагаемого падения Тунгусского метеорита (которая ограничилась только сплавом по рекам Кимчу и Чуни), Владимир Коваль, особенно не утруждал себя изучением исторических материалов, предпринятых после Леонида Кулика и до него самого, поисков Тунгусского метеорита, но сделал громогласное заявление, где нужно искать Тунгусский метеорит. Экспедиция сняла фильм о своём путешествии, опубликовала, что-то вроде дневников, без дат и фамилий её участников и, разумеется, не привлекла внимания читателей газеты «Комсомольская правда», а также не дождалась восторженных комментариев на сайте этой газеты, на сделанной этой экспедицией вклад в российскую науку. Развёрнутые комментарии сделал только Константин Коханов, но их часть не была опубликована. Части комментария, не опубликованные на сайте «КП», Константину Коханову пришлось, опубликовать на сайте «Телепрограммы» (teleprogramma.pro). На этом сайте публикация из газеты «Комсомольская Правда», была продублирована, перед показом снятого экспедицией «Комсомольской правды» документального фильма «Где же Тунгусский наш метеорит?» Пару комментариев с уточнением публикаций Константина Коханова на этих сайтах, сделал Андрей Строганов (тоже занимающийся поисками, но не метеорита, а «Тунгусского космического тела», надо полагать, скорее всего, разбившегося инопланетного космического корабля). Поблагодарила «за подробную информацию» Константина Коханова, только Ольга из Томска, судя по всему, с вероятностью 99,9%, это Ольга Чаркина (КСЭ-1971). Ну, кого ещё могут интересовать в Томске публикации Константина Коханова, даже его книг «о поисках Тунгусского метеорита» в библиотеке Томского университета и в Центральной библиотеке города, там никто ещё не читал.
Вряд ли, кто будет отрицать очевидные факты, относительно того, что местность в районе предполагаемого взрыва Тунгусского метеорита, в 70-ти километрах северо-западнее села Ванавара, представляет собой низину, с неравномерным вывалом тайги. При этом в некоторых местах, наряду с отдельными площадями, где все деревья повалены сплошь, непосредственно рядом с ними сохранился не поваленный «воздушным взрывом», растущий до настоящего времени лес. Ещё при жизни Леонида Кулика, некоторые учёные, ознакомившись с результатами его первых трёх экспедиций, указывали на то, что вывал тайги полосой, не согласуется с его «общим радиальным вывалом», и скорее всего, связан с сильным ураганом, к тому же не до, не во время, а после падения Тунгусского метеорита. Тогда же было отмечено, что все обнаруженные Леонидом Куликом воронки и депрессии располагаются в трёх низинных местах, в точности повторяя контуры этих низин, и их совсем нет, ни на склонах сопок, ни на других возвышенностях между этими низинами. И даже указание на то, что возвышенности над низинами, занимают в районе радиального вывала тайги несравнимо большую площадь, отрицая тем самым их метеоритную природу, Леонид Кулик не усомнился в метеоритной природе обнаруженных им там обыкновенных карстовых озёр. Даже обнаруженный им на дне «сусловской» воронки пень, не остановил его от поисков осколков Тунгусского метеорита именно в болотах, а не на возвышенных местах. Мало того, он как будто зомбировал большинство учёных и энтузиастов, непременно искать осколки Тунгусского метеорита в этих болотах или в окрестностях обнаруженного им «радиального вывала тайги». Не был исключением и Константин Коханов, хотя он уже ориентировался и на другие обнаруженные в тайге вывалы, на предполагаемых траекториях полета Тунгусского космического тела.
Получилось так, что во время поиска новых мест падения, самое интересное, имеющее прямое отношение к падению Тунгусского метеорита, Константину Коханову удалось обнаружить в 2011 году, непосредственно на реке Южная Чуня. В тот год, когда он плыл к охотничьей базе напротив устья реки Ирикты, Константин Коханов узнал, что после его отлёта в 2010 году из Стрелки Чуни в Москву (через Ванавару и Красноярск), его проводник Валерий Зарубин снова поплыл на эту охотничью базу, и ничего необычного, по пути туда, не заметил. А вот, когда возвращался обратно в Стрелку Чуни в 20 км ниже своей базы, он увидел, что на расстоянии более двухсот метров по обоим берегам реки, поваленную тайгу. Когда лодка с Кохановым и Зарубиным достигла этого места, то выйдя из лодки на берег, Коханов, кроме обычного ветровала, ничего другого не отметил. Сделав несколько фотографий берегов реки, он, может быть, и оставил бы это место без дальнейшего его обследования, если бы тогда, от них там не убежали собаки. Звать и ждать их там, было бесполезное занятие, поэтому выбросив на берег, пустой бак от горючего, Зарубин и Коханов решили с утра на следующий день наведаться на это место снова, Коханов ещё раз посмотреть на ветровал, а Валерий Зарубин, чтобы забрать своих собак. На охотничьей базе, когда они вечером снова разговорились об этом вывале, Валерий Зарубин сказал, что в тот год образовался вывал тайги не только на Южной Чуне, а также и в верховьях речки Киниген, где проходит его путик (прорубленная для езды на «буране» тропа, на которой охотники ставят свои капканы). Но там вывал тайги, значительно больше, но на какой площади, он точно определить не смог, хотя насколько он большой, можно было судить потому, что свой путик от поваленных деревьев Валерий Зарубин расчищал, пройдя по нему не менее двух километров. После таких уточнений о площади и силе ветровала тайги 2010 года в бассейне Южной Чуни, интерес Константина Коханова к нему значительно возрос. Мало того, он на следующий день, кроме навигатора и компаса, взял с собой, на всякий случай и металлодетектор, который, правда, там ничего, имеющего отношения к метеоритному веществу, там не определил. Зато стало понятно, что вывал тайги был образован смерчем, причём направление его вращения легко было установить по направлению стволов переломленных, но не поваленных деревьев. Таким образом, образование куликовского таёжного радиального вывала, нашло ещё одно убедительное подтверждение, его естественного природного происхождения. Подробнее об этом можно прочитать в статье «Поиск Тунгусского метеорита. Малоизвестные герои драмы ХХ века. Виктор Григорьевич Коненкин. Часть 3 (http://parfirich.kohanov.com/blog/?p=114).

Однако стоит отметить, что природное происхождение куликовского вывала, какие бы доказательства не приводились, никогда не переубедят тех, кто был «запрограммирован» А. П. Казанцевым, а затем Б. В. Ляпуновым, на доказательство техногенной природы «Тунгусского космического тела», на основании написанных ими фантастических рассказов. Наибольшего успеха на этом поприще добился А.В. Золотов, защитивший даже кандидатскую диссертацию, о природе взрыва Тунгусского космического тела за счёт его внутренней энергии, да так, что всем было понятно, что согласно математическим выкладкам в его кандидатской диссертации, речь идёт о ядерном взрыве инопланетного космического корабля. Много приложил усердия, чтобы, навязать всем, кто проявлял интерес к «Тунгусскому феномену 1908 года» гипотезу ядерного (термоядерного) взрыва Тунгусского метеорита Феликс Зигель. Он даже не нашёл ничего более умного, чтобы на основании разноречивых рассказов очевидцев падения Тунгусского метеорита, заявить, что перед взрывом Тунгусское космическое тело совершило манёвр над селом Кежма на реке Ангаре в сторону села Преображенка на Нижней Тунгуске и оттуда обратно в сторону фактории Ванавара на реке Подкаменная Тунгуска.

Он также опубликовал несколько статей по итогам исследований А.В. Золотова, на которые XII метеоритная конференция отреагировала заявлением компетентных по этим вопросам лиц, что «результаты изучения радиоактивности и другие исследования не дают оснований для предположения о ядерном характере Тунгусского взрыва». При этом конференция признала недопустимость популяризации различных фантастических гипотез. Казалось бы, отмеченное в «эпицентре взрыва Тунгусского метеорита», повышение суммарной радиоактивности более чем в 1,5 раза, по сравнению с естественным атмосферным фоном, объяснить случайным совпадением было нельзя, но кому-то пришло в голову проверить на наличие радиоактивности грунта под Избами Кулика, построенными задолго до первых испытаний ядерного оружия. К большому разочарованию сторонников ядерного взрыва, в том грунте никаких следов повышенного уровня радиоактивности обнаружено не было. Казалось бы, вопрос с ядерным взрывом Тунгусского метеорита можно было бы закрыть навсегда, но спустя «какие-то 50 лет», по астрономическим меркам, что-то около одной миллиардной части от поддающегося измерению мгновения, находится очередной «энтузиаст», которому лень сходить в библиотеку и начинает снова говорить о ядерном взрыва Тунгусского метеорита. Тоже можно сказать и о техногенной природе Тунгусского метеорита. Казалось бы, после падения и взрыва Челябинского метеорита, 105 лет спустя, говорить о том, что Тунгусский метеорит, был инопланетным космическим кораблём, также несерьёзно, но всё равно, для тех, кто не воспринимает никаких доводов и доказательств его астероидного происхождения, это стало ещё одним поводом выдавать свой бред за «евангельскую истину». С одной стороны хорошо, что прошли те времена, когда любые не официальные точки зрения на различные проблемы, мягко говоря, не поощрялись и не имели шансов на широкое ознакомление с ними научной общественности, не говоря уже об ознакомлении с альтернативными точками зрения, просто интересующихся научными проблемами, обычных людей. Но с другой стороны, отсутствие критических публикаций, приводит к тому, что любая чушь, начинает выдаться чуть ли не истиной в последней инстанции. Теперь можно выйти и прочитать любую лекцию, о чём угодно и где угодно. Неважно, какому количеству слушателей, даже только своему отражению в зеркале, снять своё выступление на видеокамеру и выложить его в Интернете, где гарантировано несколько сотен просмотров, может не всей лекции, а хотя бы её скучного начала в основном течение не более 30 секунд. Слушая одну их таких лекций о техногенной природе Тунгусского метеорита, Константин Коханов невольно задумался, что она ему напоминает и не сразу догадался, что это всего лишь сеанс любительского гипноза (https://www.youtube.com/watch?time_continue=47&v=qBKJ7_I-7Sw). Участником таких любительских сеансов гипноза, он и сам был неоднократно в молодости и даже писал гипнотизирующие людей тексты, читаемые монотонным голосом или под стук метронома. Для большего эффекта, можно было держать в руке стеклянный шар, или какой-нибудь блестящий предмет, но теперь с успехом можно применять для этих целей жестикуляцию в сторону большого монитора или проектируемого на экран изображения.

«Сеанс Гипноза» члена РГО Андрея Строганова по внушению версии техногенной природы Тунгусской катастрофы посетителям клуба Искатель в Клубе Алые Паруса

По поводу сеанса гипноза Константин Коханов получил ответ от самого «гипнотизёра» Андрея Строганова, (Март 06, 2018, вторник, 15:57):

Здравствуй Парфирич.
Почему-то твоё письмо попало в спам. Твой характер знаю. Так и думал, что ты обрушишься. Спасибо за похвалу про гипноз. Среди Тунгусников, я наверно первый гипнотизёр. Среди твоих доводов есть ошибки по недомыслию в сложных вопросах. Но я хочу попросить исправить не их, а только одну. В заголовке, где речь идет, что я делал доклад перед членами РГО. Потому что на докладе был только я из числа членов РГО. Лучше написать, что это перед посетителями клуба Искатель в Клубе Алые Паруса. Про РГО ты взял из своей головы. И это некоторыми будет воспринято, как не небрежная работа с источниками информации. Лучше, чтоб этого не было…

На ответ Александра Строганова по существу изложенной Константином Кохановым причины образования «куликовского радиального вывала», в одной строке достойной афоризма Кузьмы Пруткова: «Среди твоих доводов есть ошибки по недомыслию в сложных вопросах», он решил пока не заострять внимания, просто перевёл взгляд от монитора компьютера на книжные полки с книгами авторов, которые хорошо разбирались в «сложных вопросах» от Александра Казанцева до Вадима Черноброва.

Теперь, используя, ставшие доступными для всех в Интернете космические снимки земной поверхности, можно, разглядеть на них не только предполагаемые места падения или взрыва Тунгусского метеорита и оставленные его осколками воронки, но, оказывается, даже обнаружить место жесткой посадки звездолёта. Полвека назад это было невозможно, но и тогда М.А. Цикулин и И.Т. Зоткин поставили серию интересных экспериментов по воздействию ударных волн (баллистической и взрывной) на деревья, чтобы дать «научное» объяснение образования обнаруженного Леонидом Куликом радиального вывала тайги. Для этого они натягивали под некоторым углом детонирующий шнур, а на нижнем его конце, на некоторой высоте над поверхностью, изображавшей Землю, укрепляли заряд взрывчатого вещества. Деревья моделировались спичками и проволочками, установленными вертикально. Шнур поджигался, по нему шла волна детонации, в воздухе расходилась баллистическая волна, имевшая коническую форму. Наконец, взрывался концевой заряд и часть «деревьев» валилась. Все эксперименты проводились в специальной герметически закрытой камере. При изменении угла наклона шнура и мощности заряда, спички, имитирующие деревья, после некоторых взрывов падали, в виде «бабочки», похожей на вывал тайги в «эпицентре взрыва Тунгусского метеорита». Лучшие результаты получились при угле наклона детонирующего шнура в пределах 20-30°.

Если бы эти экспериментаторы догадались ещё сделать действующую модель космического аппарата Дмитрия Дёмина, то управляя его соплами, они могли бы получить более «достоверную картину», обнаруженного Леонидом Куликом радиального вывала тайги.

Что можно было бы сказать не поддавшемуся гипнозу слушателю лекции Андрея Строганова, только то, что «лектор» на самом деле обнаружил и изучал следы смерчей или торнадо в том месте, где теперь их больше не увидишь, так как они теперь затерялись на дне Богучанского водохранилища. Хотя «лектор» привёл фотографию последствий воздействия на лесной массив, одного из торнадо, подчеркнув хаотичность направления стволов поваленных деревьев, он не уточнил местность и тем более не показал фотографию самого торнадо, что не может служить каким-либо доказательством того, что все торнадо будут оставлять в лесных массивах только хаотично поваленные деревья. Откуда такая уверенность, что воронка смерча не будет укладывать деревья радиально по краям окружности вращения. Смерч (или торнадо) – атмосферный вихрь, возникающий в кучево-дождевом (грозовом) облаке и распространяющийся вниз, часто достигает поверхности земли, в виде облачного рукава или хобота диаметром в десятки и сотни метров. В последние годы Россию стали регулярно «навещать» торнадо, а в 2017 году их разрушительные последствия ощутили на себе жители одновременно и её европейской, и азиатской частей. Хотя наиболее наглядно, в полной мере, оценить сокрушительную силу торнадо (смерча), его последствия, в виде ветровалов в лесных массивах, удалось с помощью фотосъёмки этих ветровалов с беспилотника в Пермском крае, летом 2015 года. Вряд ли кто, из тех специалистов лесного хозяйства, кто публиковал эти фотоснимки с беспилотника и обрабатывал фотографии этих ветровалов, сделанные из космоса, мог подумать, что они смогут поставить окончательную точку, в продолжавшихся более 90 лет спорах о том, отчего образовался радиальный вывал тайги в предполагаемом месте взрыва Тунгусского метеорита. О том, что это ветровал, говорили некоторые учёные сразу же после Первой экспедиции Леонида Кулика 1927 года, ознакомившись со сделанными тогда первыми фотографиями, обнаруженного им, «радиального вывала тайги». В этом никогда не сомневался и Константин Коханов, которого никогда не гипнотизировал вывал тайги, напоминающий «бабочку» и вбитые в « неё» столбы, указывающие эпицентр взрыва Тунгусского метеорита, такими известными «куликоведами», как Вильгельм Фаст, Алексей Золотов и Джон Анфиногенов. Константин Коханов даже упомянул о их подвигах в своей песне, в одном из её куплетов: «…Тех лет там сняли торфа пласт, Искали, что могло упасть, И словно соревнуясь, Сказать не прав, что был фантаст, Стоят три «ЭПИ-», «-Джон» и «-Фаст» На «-Золотова» дуясь…». Вспомнил о «бабочке таёжного вывала» на Заимке Кулика и «лектор» Андрей Строганов и даже совместил её контуры с очертаниями звездолёта, который совершая «жёсткую аварийную посадку» недалеко от реки Ангары, в месте, где сейчас находится Богучанское водохранилище. Там стометровый космически корабль, оказывается, пробил насыщенный водой пласт земли и, пройдя под землёй почти полкилометра, «вылетел» наружу, и надо думать не взорвался, а «оказавшись» за пределами земной атмосферы, навсегда затерялся в бесконечных просторах Вселенной. Правда, после себя, он оставил, наверно на память землянам, такой же след «бабочки», как от вывала тайги у Заимки Кулика. Когда человеку вешают на уши лапшу, пусть даже в виде «бабочек», ему ничего не остаётся другого, как самому не подкинуть очередную «бабочку» для тех, кто ничего другого не хочет не видеть и тем более знать. К тому же Константину Коханову, даже подобную «бабочку» не пришлось искать на месте таёжных буреломов, так как его промоина на левом берегу Чуни, тоже напоминала «бабочку», к тому же с её дна, им был поднят «очередной Тунгусский метеорит».

«Бабочка» Константина Коханова.

Если перестать иронизировать над «открытиями» энтузиастов, изучающих «Чёртовы Поляны» и «Места вынужденных жёстких посадок звездолётов», и вернуться к таёжным ветровалам в лесных массивах, образованных смерчами или торнадо, то следует обратить внимание на торнадо, которое прошло над Пермским краем 16 июня 2015 года. Именно оно наглядно показывает, как произошло образование «куликовского радиального вывала» в предполагаемом месте взрыва Тунгусского метеорита. В своей статье о смерчах Константин Коханов, разбирал известные исторические факты поведения торнадо, когда его хобот (основание рукава) натыкался на какое-нибудь препятствие, например на высокий и крутой берег реки и при этом изменял направление своего движения (огибая это препятствие по его контуру). Таким образом, в зависимости от рельефа местности торнадо может образовывать различные картины вывала деревьев, в том числе в виде «бабочки».

Бури над Камой, 10 июля 2015, 14:00, http://www.npo-diar.ru/news/2082/25883/

Свалившиеся в начале июня 2015 года на Пермский край смерчи, ураганы и торнадо причинили немало вреда. В конце июня жители Перми наблюдали даже смерч, подходивший к городу вместе с грозовой тучей. К счастью, он распался, не дойдя до краевого центра.

И в конце июня в Пермь пожаловал ураган с юго-запада. Результат ужасающий. Реликтовый Патринский бор в устье Яйвы почти полностью был уничтожен в течение нескольких минут. Особенно шквал разгулялся там, где Яйва впадает в Каму. На речных просторах ветер набрал силу и просто снёс все сосны на берегу. Несколько рыбаков, ночевавших там, попали в итоге в больницу – на их палатки рухнули толстенные сосны, сломанные шквалом. Местечко, прозванное местными Ситовкой, просто перестало существовать. Метеорологи признали этот ураган сильнейшим в июне. Однако парадокс в том, что метеостанции его не зафиксировали. Специалисты связывают учащение резких изменений погоды с общим потеплением климата. Воздух становится теплее и к тому же он до предела насыщен влагой. А это питательная среда для возникновения смерчей, ураганов, шквалов и торнадо. По данным метеорологов, если раньше подобные происшествия случались раз в несколько лет, то сейчас они происходят ежегодно и по несколько раз в сезон. В том, что стихийные бедствия будут происходить все чаще и чаще, учёные уверены. Климат меняется, и когда-то суровая погода Западного Урала постепенно смягчается. Но потепление, как сейчас выяснилось, имеет не только плюсы, но и значительные минусы. В итоге и смерчи, и ураганы, и невиданные ранее грозы становятся в Пермском крае нормой.

Березниковское лесничество сняло последствия разрушительного шквала с беспилотника, 03 августа 2015, 09:56, https://www.business-class.su/news/2015/08/03/bereznikovskoe-lesnichestvo-snyalo-posledstviya-razrushitelnogo-shkvala-s-bespilotnika

ГКУ «Березниковское лесничество» опубликовало новые снимки последствий сильного шквала, прошедшего 16 июня южнее Березников. По информации центра геоинформационных систем ПГНИУ, в результате шквала, имевшего западное направление, был частично уничтожен сосновый бор западнее устья реки Яйва, а также лесной массив в районе строящегося Усть-Яйвинского рудника. Всего было повалено или сильно повреждено около 350 га леса, ширина полосы разрушений от шквала составила около двух километров. На берегу Камского водохранилища шквал уничтожил практически все деревья. Для оценки последствий стихии Березниковское лесничество провело съемку территории с беспилотного летательного аппарата.

То в жар, то в холод, 30 декабря 2015, 10:01, https://www.business-class.su/news/2015/12/30/to-v-zhar-to-v-holod

Самым сильным за все лето был шквал, прошедший во второй половине дня 16 июня южнее г. Березники, в районе пос. Легино (Яйвинский рейд). Шквал повалил 350 га сосновых лесов по берегам Яйвинского залива. Ширина полосы разрушений составила 2-3 км, длина около 20 км. Метеостанция Березники шквал не зафиксировала.

Хотя площадь куликовский вывала оценивается 2150 квадратных километров, а вся суммарная площадь сплошных вывалов в Пермском крае только от смерча 16 июня 2015 года составляет 3.5 квадратных километра, что кажется на первый взгляд несоизмеримыми величинами. Но с учётом рельефа местности в районе предполагаемого взрыва Тунгусского метеорита и в Пермском крае в районе Яйвинского залива, а также того, что в районе падения Тунгусского метеорита лес (тайга) растёт в условиях вечной мерзлоты, то и устойчивость деревьев к сильным ветрам, бурям и ураганам, тоже несоизмерима. И она делает эвенкийскую тайгу намного неустойчивей лесов в Пермском крае. Твердая поверхность верхнего горизонта вечной мерзлоты в Эвенкии, а также низкие температуры оттаявшего грунта и вод ограничивает возможность проникновения корней деревьев глубоко в почву, и они вынуждены распространяться во все стороны горизонтально, лишь в верхних, лучше прогреваемых слоях почвы на расстояния до 12 м от их стволов. Поверхностная корневая система деревьев эвенкийской тайги, делает их неустойчивыми даже против там частых и сильных ветров, не говоря уже об ураганах и смерчах, которые там не такое уж редкое явление. Только ввиду малой заселённости местности, разрушительные смерчи в тайге ещё никто не наблюдал. А мини смерчи, которые на Севере Иркутской области, имеют название «вихорь», явление достаточно частое, даже Константин Коханов наблюдал их зарождение дважды практически рядом со своей лодкой и один наиболее сильный, находясь на берегу, посередине реки Нижняя Тунгуска, около двух километров выше села Ерёма. Тогда раздался, словно пушечный выстрел и над поверхностью реки поднялся большой водяной купол. При этом никакого рукава или хобота опустившего на реку смерча не было видно. Интересна была реакция на это явление, стоявшего с ним рядом местного жителя. На вопрос Константина Коханова, что это было, тот ответил, – ничего особенного, просто «вихорь». Остальные сидевшие на берегу рыбаки даже не обернулись, чтобы посмотреть, что это так громыхнуло на реке.

Контуры ветровалов, выделенные на спутниковом снимке

Рельеф местности в районе Яйвинского залива в Пермском крае

Спутниковая карта окрестностей Заимки Кулика

Рельеф местности в районе Заимки Кулика

Фотографии местности предполагаемого падения Тунгусского метеорита, сделанные при работе экспедиций Леонида Кулика в 1928-1930 годах (из архив КМЕТ- отредактировал снимки Коханов К.П.)

Следует отметить что ранее (в период с 2001 по 2012 гг.) на территории Пермского края и в сопредельных районах Республики Коми выявлено 16 участков массовых ветровалов на общей площади более 11,5 тыс. га (115 квадратных километров).. Из них 5 участков связаны с сильным шквалом 18 июля 2012 года, и 6 – со смерчами и шквалами 7 июня 2009 года. Пространственное распределение участков массовых ветровалов показано на рисунке ниже… Большинство участков массовых сплошных ветровалов расположены в северных районах Пермского края, где сохранились значительные площади спелых и перестойных хвойных лесов, подверженных вывалу при сильных ветрах. Значительный интерес представляет определение даты, когда наблюдались сильные шквалы и смерчи, приведшие к образованию ветровалов. Однако в ряде случаев определить дату опасного явления не представляется возможным по причине локального характера шквалов и смерчей и низкой плотности населения. С использованием космических снимков LANDSAT TM/ETM+ для каждого случая ветровала был установлен временной диапазон его появления (с точностью от нескольких дней до нескольких месяцев). Был выполнен анализ данных наземных метеорологических наблюдений, сведений об ОЯ и нанесенном ими ущербе, данных МРЛ за определенные периоды времени. По результатам анализа были установлены даты большинства ветровалов, а также подтверждены факты прохождения смерчей в Пермском крае 30.08.2008 года и 07.06.2009 года (http://gis-lab.info/qa/windfalls-perm.html).

Если оценить площадь распространения ветровалов от шквалов и смерчей на Севере Пермского края, то они с севера на юг распространяются приблизительно на 240 км, а с запада на восток приблизительно на 315 км. При этом площадь охваченная ветровалами в разные годы (на протяжении 10 лет) охватывает суммарную площадь приблизительно 75600 квадратных километров, что превышает площадь тайги в Красноярском крае изученный на месте и вокруг «куликовского радиального вывала» (2150 квадратных километров) примерно в 35 раз.

Если выделить только образованные шквалами и смерчами ветровалы 2005-2012 годов севернее населённого пункта Гайны (Западная часть Севера Пермского края), то даже тогда суммарная площадь ветровалов только этой западной части, будет приблизительно 12800 квадратных километров, что превысит суммарную площадь изученного «куликовского вывала» в Эвенкии в 6 раз. Поэтому если локально рассматривать вывалы деревьев от шквальных ветров и смерчей севернее населенного пункта Гайны, то можно найти участки с «радиальным вывалом леса» наподобие «куликовского радиального вывала тайги» северо-западнее села Ванавара в Красноярском крае на соизмеримой с ним площади 2150 квадратных километров.

А если вообще анализировать ветровалы деревьев на территории севера Пермского края и Кировской области, а также в южных и восточных районах Республики Коми, то 35 из них образованы прохождением смерчей в период с 2003 по 2014 год. В Пермском крае подобное явление наблюдалось днем 7 июня 2009 года. Тогда торнадо, один из самых сильных смерчей в России в те годы, прошёл через Юрлинский и Гайнский районы Пермского края и Усть-Куломский район Республики Коми. Длина пути смерча составила почти 200 км. Ширина полосы разрушений достигала местами полукилометра. Поскольку смерч практически не задел населенных пунктов, за исключением д. Кебраты и Шордын Гайнского района, то и пострадавших от него не было. Ущерб для лесного хозяйства оказался более значительным – на своем пути только этот один смерч уничтожил 2,5 тыс. га (25 квадратных километров) леса (http://accident.perm.ru/index.php/monitoring/otchety-ob-opasnykh-yavleniyakh-pogody/541-2014-08-29-tornado).

Проанализируем, что пишет Е.Л. Кринов («Тунгусский метеорит», издательство Москва-Ленинград, АН СССР, 1949) об области поваленного леса на предполагаемом месте падения Тунгусского метеорита.

…Основной характерной особенностью, установленной Л. А. Куликом еще в первую его экспедицию в 1927 г. для предполагаемого места падения метеорита, является вывал леса, местами переходящий в сплошной, с радиальным расположением поваленных деревьев, ориентированных корнями на котловину, а вершинами наружу. Этот вывал леса и был принят за главный и несомненный признак падения здесь метеорита, а котловина, вокруг которой проявляется радиальность вывала леса, – за место падения метеорита. Вывал леса оказался настолько мощным, а радиальный характер его настолько необычным, что мы имеем все основания объяснить эти явления взрывом, последовавшим при падении метеорита… (стр.157).

Правда, не всё укладывалась в картину «идеального радиального вывала тайги», некоторые участки противоречили направлению стволов поваленных деревьев и даже напоминали обычные таёжные ветровалы, поэтому Е.Л. Кринову постоянно приходится делать всем этим участкам правдоподобные объяснения:

«…Иногда рядом с участками растущего леса на ровных площадках наблюдается сплошной валежник, ориентированный на котловину, расположенную на расстоянии 5-8 км к северо-востоку. Создается представление, что взрывная волна действовала далеко неравномерно вокруг места падения метеорита, и что не один только рельеф местности оказывал защитное влияние. Можно было заключить о том, что взрывная волна имела «лучистый» характер и как бы «выхватывала» отдельные участки леса, где и производила сплошной вывал его или другие разрушения. Такое «выхватывание» отдельных участков особенно хорошо наблюдалось при рассматривании аэрофотоснимков, относящихся к местности, расположенной на расстоянии 2- 3 км к западу от места падения метеорита (стр.160-161)».

«…При просмотре аэрофотоснимков северо-западного, западного и юго-западного участков, расположенных на расстоянии 2-4 км от Южного Болота, т. е. на внутренних, очень пологих склонах котловины, обнаружены места с очень мощным вывалом леса, ориентированным на Южное болото. Однако в этом участке была обнаружена полоса почти сплошного вывала леса, ориентированная на северо-западный торфяник котловины. …По-видимому, этот вывал леса полосой, не согласный с общим радиальным вывалом, был образован обычным сильным ураганом, уже после падения метеорита.
Далее на указанных участках бросалась в глаза неравномерность вывала леса — «выхватывание». В некоторых местах можно было видеть отдельные поляны, где лес был повален начисто. Но тут же рядом наблюдались участки с сохранившимся на корню растущим лесом.
Контуры площадок с вывалом леса неправильные и какой-либо ориентировки их по отношению к Южному Болоту не усматривается (стр.167-168)»

Наглядность «лучистого характера взрывной волны» или неравномерность вывала леса, его «выхватывание», которое не мог объяснить Е.Л.Кринов, легко понять, если посмотреть на фотографии с разрушительными последствиями смерча, который пронёсся над Пермским краем 16 июня 2015 года.

Фотографии с поваленными деревьями, сделанные при работе экспедиций Леонида Кулика в 1928-1930 годах (из архива КМЕТ – снимки отредактировал Коханов К.П.)

Общая панорама местности:

Фотографии с поваленными деревьями (из архива КМЕТ и из документального фильма «В тайгу за метеоритом)

Водопад Чургим и долина ручья Чургим в районе реки Хушмы

Если внимательно посмотреть на характер вывала деревьев в долине ручья Чургим, то нетрудно заметить, что это скорее последствия прохождения смерча, с явно выраженными следами вращения его воронки, чем действие взрывной волны от высотного взрыва Тунгусского метеорита или, как официально до сих пор считается, небольшой ледяной кометы.