Почти сразу после Октябрьской революции 1917 года, декретами от 18 и 19 декабря 1917 года, большевиками был запущен процесс формирования «новой семейной морали» – равенство в правах мужчин и женщин, обязательная регистрация гражданского брака, развод по требованию даже одного из супругов и разрешение абортов.

Обычным явлением стали свободные и однополые браки. Данное положение было закреплено в Кодексе о браке и семье 1926 г., согласно которому любое совместное проживание считалось семьёй.

В моду вошла также полиамория, до революции, редкая форма семейных отношений с несколькими людьми одновременно. Примером которых, была семья Маяковского с Осипом и Лилий Брик, семья Бунина с Муромцевой и Галиной Кузнецовой, и семья Зинаиды Гиппиус с Мережковским и Дмитрием Философовым.

Идеал полиамории – «семья» Владимира Маяковского в 1915-1930 годы

Лиля Брик считала, что только в такой семье, супруги от секса имеют, что им хочется и без любовников. А сексуальные потребности комсомольцев и шествия голых граждан с лентами «Долой стыд», быстро пресекла милиция.

Стихотворение о «половом вопросе» после Октябрьской революции 1917 года было опубликовано в блоге Коханова Константина, под названием «Полупорнография прошлого», 2 апреля 2021 года с коллажем из трёх букв Советской эротической «Азбуки» С. Д. Меркулова 1931 года и в книге Константина Коханова «Сборник поэтических сюжетов» 2024 года:

Константин Коханов: «Полупорнография прошлого»

На революцию всё спишут,
Любой в России произвол,
Кто о любви свободной слышал,
Припишет ей одно из зол.

Весь «Стыд долой!», был лозунг громкий,
И шли все голыми гулять,
Теперь бесстыжие потомки,
С тоской об этом говорят.

Любовь считалась предрассудком,
И нормой с кем попало секс,
Бесплатный даже с проституткой,
Лишь как естественный процесс.

Но стало много недовольных,
Не каждый с каждой спать хотел,
Стал в сексе нормой «треугольник»,
Короче очередь в постель.

И стало всё намного проще,
И лишь евреям не понять,
Играла роль в любви жилплощадь,
Где на троих одна кровать.

То в ней всего один мужчина,
А то в ней женщина одна,
И не нужна кровать пошире,
Чтоб лезть четвёртому туда.

Там и четвёртая не ну́жна,
Важней для секса дисбаланс,
С одной, – двоим мужчинам, – дружба,
И женщин двух, – с одним, – альянс.

Никто ничем ведь не обязан,
Мужик за женщину сойдёт,
Где нет не трахнутых ни разу.
Не только в задницу, и в рот.

Там, кто осудит лесбиянство,
Мужской в промежностях язык,
Не тот – с привычками дворянства,
Не тот – в душе, кто большевик.

Когда достоинством пороки,
И вседозволенность в чести,
Вокруг доносы, или склоки,
В постели двое одиноки.
С ума троих лишь не свести.

Морали нет, о том все знают,
А есть лишь только красота,
Её в постели осязают,
На ощупь, в поцелуе рта.

Рукой поглаживая плечи,
И при обхвате живота,
До стука в дверь, дороги в вечность,
Где Соловки и Воркута.

02.04.2021, СПС-2024 (стр. 358-359)

Константин Коханов: «Любовь считалась предрассудком…», текст стихотворения «Полупорнография прошлого» с проставленными ударениями, для его исполнения, как песни Искусственным Интеллектом:

На революцию всё спишут,
Любой в России произвол,
Кто о любви свободной слышал,
Припишет ей, одно из зол.

Весь «Стыд долой!», – был лозунг громкий,
И шли все голыми гулять,
Теперь бесстыжие потомки,
С тоской об этом говорят.

Любовь считалась предрассудком,
И нормой с кем попало секс,
Бесплатный даже с проституткой,
Лишь, как естественный процесс.

Но стало много недовольных,
Не каждый с каждой спать хотел,
Стал в сексе нормой «треугольник»,
Короче, очередь в постель.

И стало всё намного проще,
И лишь евреям не понять,
Играла роль в любви жилплощадь,
Где на троих одна кровать.

То в ней всего, один мужчи́на,
А то в ней, женщина одна́,
И не нужна кровать поши́ре,
Чтоб лезть, четвёртому туда́.

Там и четвёртая не ну́жна,
Важней для секса дисбала́нс,
С одной, – двоим мужчинам, – дру́жба,
И женщин двух, – с одним, – алья́нс.

Никто ничем ведь не обязан,
Мужик за женщину сойдёт,
Где нет не трахнутых ни разу.
Не только в задницу, и в рот.

Там, кто осудит лесбия́нство,
Мужской в промежностях язы́к,
Не тот – с привычками дворя́нства,
Не тот – в душе, кто большеви́к.

Когда достоинством поро́ки,
И вседозволенность в чести́,
Вокруг доносы, или скло́ки,
Повсю́ду лю́ди одино́ки,
И даже. в ко́жанке, чеки́ст.

Морали нет, о том все знают,
А есть лишь только красота,
Её в постели осязают,
На ощупь, в поцелуе рта.

Рукой поглаживая плечи,
И при обхвате живота́,
До стука в дверь, дороги в вечность,
Где Соловки́ и Воркута́.

02.04.2021, СПС-2024 (стр. 358-359), 16.06.2026 – стихотворение отредактировано, как песня, для исполнения Искусственным Интеллектом нейросети https://mixgen.ru/music-go.

Варианты песни, исполненные Искусственным Интеллектом (мужской хриплый вокал):

1. – 15062026.06.17-04.Любовь_считалась_предрассудком_(1)

2. – 15062026.17-05.Любовь_считалась_предрассудком_(2)

16.07.2026