У нас, что Николай Второй святой,
Бездоказательно стараются уверить,
И что Авроры выстрел холостой,
Его из «Зимнего» лишь вытряхнул за двери.

Однако Царь отрёкся в «Феврале»,
И с «Октябрём» его не связана отставка,
Им были недовольны «при дворе»,
И даже те, кто с ним на фронте были в «Ставке».

Что Царь «ушёл», довольны были все,
Вельможи и народ, военные и церковь,
И разве возмутиться, кто посмел,
В ликующей толпе, на «уличном концерте».

Но, будет, что Гражданская война,
Ну, кто подумать мог? – развалится Держава,
Кому-то в том лишь Ленина вина,
Его же после в том, Царя, что ожидало.

Семью Царя, расстрелянную жаль,
И самого его, лишь в христианском смысле,
Не повезло, что в Лондон не сбежал,
А стал, как мученик «святым», в прискорбном списке.

И плохо говорить о нём не сметь,
Как будто крови нет, от «Ленского расстрела»,
В «Кровавом воскресенье» царский след,
Но Дума, сослепу его, не рассмотрела.

Для многих Царь сейчас непогрешим,
Ну, что поделаешь , нет больше идеалов,
Что был «святым», лишь Бога рассмешим,
От смеха поперхнётся даже Дьявол.