Константин Коханов: «Как же мне пересечь, недоступную грань, горизонта, одну для начала…»

Я иду, как вчера, снова в самую рань,
Через гарь всю, в огне иван-чая,
Чтоб успеть пересечь, недоступную грань,
Горизонта, одну, для начала

Лишь с охотником я, уточняю маршрут,
И с геологом сверюсь по карте,
От туристов, что толку, лишь песни орут,
Рвут гитарные струны в азарте.

Среди этих болот, даже лось не пройдёт,
И не всякая птица садится,
И меня может, ждёт, от ворот поворот,
Или чистая в жизни страница.

Сколько раз начинал, я свой заново путь,
Но другой выбирать не хотелось,
Оставалось лишь только, назад повернуть,
Застолбив, как позор, свою смелость.

На столбе пять подряд, мной отмечено дат,
У болот, с глубиной там, по пояс,
И качается зябь, по дороге назад,
Где сквозь вал торфяной, я пророюсь.

Есть за валом из торфа, земли островок,
Есть с горючим сухим, кипятильник.
Цвета кофе болотной воды кипяток,
Чай заваренный вылит противный.

Как всегда, отстояться, воде я даю,
Лезу в спальный мешок в полудрёме,
Снова слово даю, что вперёд не пойду,
Но соврешь здесь кому, себя кроме.

Я пойду, как вчера, снова в самую рань,
Через гарь всю, в огне иван-чая:
«Как же мне пересечь, недоступную грань,
Горизонта, одну, для начала?»

Постскриптум:

Константин Коханов: «Там, где гари, в огне иван-чая…»

Там, где гари, в огне иван-чая:
К горизонту иду,
Что за ним я найду,
Ни зверей, ни людей, не встречая?

1971, 2020, 5.08.2022