Кому-то даже, Аксельрод. -1/.

Про Маяковского забыли,
Что впору памятник снести,
Чтоб Евтушенко на кобыле,
На том же месте возвести.

В годах двадцатых, в прошлом веке,
Поэтам было нелегко,
Но каждый видел в человеке,
Что низко в нём и велико.

И оттого звенели рифмы,
И била мысль, внутри, ключом,
И шли, забыв об эльфах, нимфы,
К поэтам в сумраке ночном.

В послевоенную эпоху,
Как жить в ней с лирикой одной,
Не до неё, когда всем плохо,
В стране израненной войной.

Поэт писал, – у нас всё будет… -2/.

И Евтушенко был такой,
Мечтал, как все другие люди,
Не только в бурях, что покой.

Писал о судьбах человечьих,
Вселяя в души оптимизм,
Что там, на станции конечной,
Построим всё-же коммунизм.

Что ж люди многого добились,
И над планетой поднялись, -3/.

Потом, не то чтоб, обленились,
При первых трудностях, сдались.

Поэтам первым надоело,
О том, что будет, говорить…
Звезда Кремлёвская сгорела,
А Вифлеемская горит.

И потянуло их на Запад,
Чтоб там разруху пережить,
Не красных роз, а денег запах,
Стал только скрашивать, им жизнь.

Хотелось Евтушенко славы,
Не только пушкинской одной,
Свою жизнь, с Бродским, сопоставил,

И стал постылым, дом родной.

Хотелось в мире стать известней,
Поэтом нобелевским стать,
Но мир не слушал его песни,
И не хотел его читать.

Лишь стал в России забываться,
Напоминает каждый год,
Стал, с кем попало, целоваться,

Из новоявленных господ.

Великим планам, как не сбыться,
Литературы, всё-же, год,
Кому-то Блок, в двенадцать, снится,
Кому-то даже, Аксельрод…

Для справки:

-1/. – поэт Зелик Аксельрод (1904–1941), писал на идиш, упоминается во всех белорусских энциклопедиях, в стихотворении 1924 года предсказал свою судьбу, в 1941 году был расстрелян.
-2/. – Поэт Владимир Маяковский
-3/. – Первый космонавт Юрий Гагарин